Два мужа для Землянки

- Ты только посмотри на них! – откидывается в кресле Двар. – Жалкие и никчемные землянки! Они годятся только на то, чтобы развлекать мужчин в постели и приносить потомство. Совсем не такие как наши женщины.

Эон вскидывает голову, скептически посматривая на друга.

- Не мы ли сделали их такими? – задает философский вопрос, рассматривая выстроившихся девушек за стеклом. Они не видят ни его, ни Двара, ни остальных мужчин. Зато Эону прекрасно видны дрожащие от страха землянки.

Он неспешно переводит взгляд от одного лица к следующему, отмечая детали.

Первая девушка кажется слишком юной, вторая – какая-то несчастная. Вон та – выглядит как стерва, а он насмотрелся на таких. Рахш-ана произвела на свет немало подобных женщин: дерзких, острых на язык, непокорных. С их мнением нужно считаться, за ними – стоит род и отец.

А за этими пленницами никого нет. Хочешь - развлекайся! Хочешь – убей. Никто и слова не скажет. Но это совсем не то, чего хотелось бы Эону. И снова его потянуло на философию: когда же они успели так зачерстветь?

Тот же Двар, еще двадцать лет назад, плакал как ребенок, наблюдая за разрушением родной планеты. Наверное, именно тогда они спрятали свои сердца за титановой броней. Не чувствовать, значит не страдать.

- Так ты присмотрел себе кого-нибудь? Я уже хочу забрать вон ту рыжую крошку с пушистыми волосами, - врывается в мысли друг.

- Прости, Двар, сегодня без меня.

Эон уходит, сопровождаемый недоуменными взглядами сослуживцев.

Да, они имеют право забрать себе любую добычу с захваченных планет первыми, не дожидаясь очереди, как остальное мужское население станции. Но ему претит сама мысль, что под ним будет лежать дрожащая, умирающая от страха девушка. Которая, к тому же, его возненавидит и того гляди – вонзит нож в спину.

Широкими шагами он преодолевает коридор, отделяющий комнаты отдыха от кают. И вдруг из-за поворота на него налетает девчонка. Налетает с такой силой, что тут же оседает на пол. А ведь он еще до сих пор в броне! Она хоть жива после такого??

Следом за нею выбегают двое. Эон усмехается. Может позволить себе улыбку, ведь за шлемом этого никто не увидит.

Ловкая малышка! Одурачила двух здоровенных лбов и сбежала. Вот только идти ей все равно некуда, зря старалась.

- Генерал! - вытягиваются в струнку штрафники. Эон произносит максимально строго, чтобы не распускались подчиненные.

- Какого фьёра здесь происходит?!

- Простите. Она… - начинает оправдываться один, но Эон делает резкий выпад, прихватив за шею сопляка.

- Ты хочешь сказать, что маленькая, полуживая землянка справилась с двумя обученными высшими? – чуть сильнее сжимает ладонь, отмечая, как наливается кровью лицо парнишки. Сколько ему? Пятьдесят? Совсем еще ребенок. Хотя в его возрасте он уже был капитаном межзвездного ковчега.

- Простите… - сипит и дергается. Эон разжимает руку. Биметаллические перчатки наверняка оставят следы на его шее. Но впредь эти юнцы будут внимательнее. Нехорошо, когда пленницы носятся по кораблю сломя шею. А если бы на борту находились члены совета?

Второй парень подхватывает землянку и порывается уйти.

- Стоять! – рубит генерал. Поглядывает на девушку, находящуюся без сознания, на перекошенные лица подчиненных и тяжело вздыхает. Наверняка он об этом еще пожалеет, но что-то подначивает его изнутри: «Забери девчонку себе».

Этот фьёров голос дает о себе знать не часто, но каждый раз Эон оказывается втянут в какую-то историю.

- Землянку – в мою каюту. Пристегните, чтобы не сбежала и накормите. Она выглядит истощенной.

- Есть! – оба отдают честь и убегают вперед, утаскивая бессознательную девушку.

Эон уходит в сторону оружейной: нужно сдать костюм и после – подняться на мостик. Его ждет команда и отчет за проведенный рейд. А с малышкой землянкой он разберется потом.

******

Дорогие друзья! Добро пожаловать в новую космическую историю! Очень жду вашу поддержку: комментарии, сердечки, добавления в библиотеку. Спасибо, что вы рядом! Поехали!

Чуть ранее. Селена

Прижимаю ладони к щекам. Не могу поверить! Неужели это происходит на самом деле??

Слова, что разносятся из телевизора на всю квартиру, наводят ужас:

«Над крупными городами мира зависли неопознанные летающие объекты. Гигантские инопланетные корабли не выходят на связь, но это не означает, что человечество в безопасности….»

Бабушка и мама всхлипывают, отец – ерошит волосы, с растерянностью поглядывая на нас, своих женщин. Впервые вижу его таким, и от подобного зрелища земля уходит из-под ног. Что же с нами будет?

Толпы людей собираются на улицах и площадях, задрав головы к небу. У всех лишь один вопрос – зачем прилетели чужаки?

Целый день все валится из рук. А еще, я не пошла на работу – отец не пустил. И мы проводим почти сутки в каком-то неимоверном напряжении, ожидании развязки. А с началом нового дня начинается полномасштабное вторжение.

Именно тогда впервые пожалела, что живем в мегаполисе, а не на краю мира. Из огромных серых кораблей стали спускаться штуковины поменьше, а из них повалили они: новые хозяева нашей планеты и поработители.

Выглядели инопланетяне пугающе: странные и грубые существа с серо-зеленой кожей, плотной как шкура носорога. Их мужчины казались крупнее наших и превосходили силой. А женщины были не менее сильны и лишь слегка уступали размерами. Все они имели при себе сверхточное оружие и за считанные дни установили новый режим на Земле.

«Никакого сопротивления!» - вот, что теперь транслируется по всем каналам. Правительства, одно за другим, пали под натиском этих тварей, которые называют себя райторами.

В моем сердце пылает яркая ненависть к этим наглым, самонадеянным, уверенным в собственном превосходстве и безнаказанности пришельцам. От всей души желаю райторам поскорее сдохнуть, стоя в длинных очередях на «оформление». Нам присваивают номера из комбинации цифр и букв. Никаких имен. Теперь человечество походит на безликую массу одинаково напуганных людей.

Райторы объявили, что отныне – эта планета принадлежит им, и мы обязаны трудиться на благо захватчиков. Каждый день я встаю вместе со своими родными в шесть утра и иду на работу. Причем не на ту, на которую привыкла и выбрала сама.

Новые хозяева свели «функционал» людей до простых и понятных вещей: обработка земли, переработка отходов, прокладка труб и дорог, постройка новых зданий, привычных для райторов.

Моя же задача – мыть и убирать дома захватчиков.

С каждым днем райторы все больше закручивают гайки. Сначала ввели комендантский час, потом переселяют нас в сколоченные на скорую руку бараки, а в наши уютные дома и квартиры – заселяются сами.

Но и это кажется не таким ужасным на фоне бесконечных чисток. Райторы отправляют всех немощных, больных и стариков на утилизацию. Под этим страшным словом кроется смерть. Теперь даже до работы я добираюсь бегом, опасаясь лишний раз где-то задержаться.

В один из дней, домой не возвращается отец. Плакать и пытаться что-то выяснить – бессмысленно. А когда через неделю расстреливают маму и бабушку за пустяковую провинность, что-то обрывается внутри. В моей жизни не остается хоть кого-нибудь, с кем я могла бы разделить боль и одиночество. Душа медленно умирает внутри.

Люди пропадают настолько часто, что не остается сил даже на то, чтобы ужаснуться. Дни сливаются в одну сплошную черную полосу с одинаковым распорядком: проснуться, пойти на работу, быстро съесть жалкие крохи, что перепали от райторов, и сбежать обратно в барак, где с каждым днем наша численность тает.

Перемены наступают внезапно, как и положено плохим новостям. В предрассветной тьме чей-то голос прорезает тишину:

- Они падают! Падают! Корабли райторов в огне!

Выбегаю наружу вместе с остальными, и даже наша постоянная охрана не пытается нас остановить.

Огромные серые махины медленно опадают на землю, подминая под себя целые кварталы. И вот, тогда судьба закладывает причудливый вираж, в очередной раз выбрасывая меня на обочину жизни. Потому что мне приходится бежать. Бежать так быстро, как только могут нести ноги. Прочь от крупных городов. Туда, где не смогут достать другие. Те, кто пришли следом за серо-зелеными пришельцами.

«Это высшие!» - шепчутся с ужасом между собой райторы, покидая города вместе с нами. Нет больше угнетателей и угнетенных. Только огромная лавина беженцев, что спасается от чего-то, что оказалось гораздо сильнее и опаснее прежних захватчиков.

Рыская среди обломков зданий в поисках пищи, я иногда бросаю быстрый взгляд на небо, где неизменным остается одно: черное глянцевое «пузо» инопланетного корабля.

Он кажется нереально огромным, закрывшим все небо. И я постоянно вздрагиваю от страха, почувствовав характерный гул, идущий от земли. Это за нами идут высшие.

Они вышли на охоту. Загоняют нас в силки, как загоняют обычно дичь. От постоянного страха за свою жизнь я разучилась нормально спать. Два-три часа сверхчувствительного сна и снова бросаюсь в путь.

Иногда, лежа темными ночами и прислушиваясь – а не идут ли ОНИ, я желаю только одного: пусть поскорее все закончится! И, словно подслушав мои упаднические мысли, ранним утром меня находят высшие.

Бросив скудные пожитки, срываюсь с места. Петляю улочками, прижимаясь к остовам сгоревших машин. И все-таки меня догоняют!

Что-то падает на плечи, и я лечу на землю, спеленатая по рукам и ногам. Сеть!

Рычу, вою, катаюсь по земле, отчаянно желая выбраться. Но все усилия напрасны. А когда тяжелая поступь захватчиков раздается совсем близко – замираю.

Яркий сноп света слепит глаза, и только поэтому не теряю сознание от ужаса. Огромные создания быстро двигаются, неприятно скрежещут на своем языке. Один из высших подходит ко мне вплотную. Бесцеремонно подхватывает на руки и сгружает в большой контейнер. Сеть сама сползает с меня как по команде. И тогда я, наконец, могу рассмотреть своих новых врагов.

Их вид напоминает мне трансформеров или терминаторов из фантастических фильмов. Огромные роботы двигаются, отдают приказы, указывают жестами, совсем как люди. Но их облик состоит сплошь из металла. Словно крепкая броня скрывает кого-то или что-то внутри.

От металлических голосов высших, каждый волосок на теле встает дыбом. Я отползаю прочь от края, отчаянно желая спрятаться за другими пленниками.

Как только контейнер достаточно наполнился, высшие захлопывают дверь, и мы оказываемся в полной темноте. Вокруг меня стоят и сидят люди, райторы, но все равно остро чувствую собственное одиночество и безысходность положения.

Где-то в углу тихо переговариваются мужчины. Из обрывков речи становится понятно, что они хотят напасть на охрану, едва дверцы контейнера снова распахнутся.

Глупцы! Это же самоубийство! Броню этих созданий не пробить голыми руками. Поэтому решаю держаться от этой группки подальше, когда наступит время.

В темноте все воспринимается иначе, и в какой-то момент я теряю счет времени. Кажется, что сижу здесь уже целую вечность. И когда наконец-то раздается лязг замка, просто остаюсь на своем месте. Мне в целом становится безразличным – что последует дальше.

К нам заходят двое высших, держа в руках небольшие емкости. Жестами показывают, что это можно есть и сгружают свою ношу на пустой пятачок пола. Никто не торопится принимать подношение. И в оглушающей тишине раздается победный клич.

Он служит сигналом к действию, и со всех сторон на высших бросаются безоружные пленники. Машины не ожидают такой прыти от землян, и первые несколько секунд проходят в молчаливой борьбе.

Потом высшие произносят что-то на своем языке, и пытаются отступить. Но люди буквально повисают на их руках и ногах, не позволяя сделать шаг. В какой-то момент происходит заминка, и испуганные земляне расступаются, открывая моему взгляду странную картину.

На полу контейнера лежит высший без брони. И он оказывается вполне человечным. Симпатичный и мускулистый парень потерял сознание, а к моим ногам отлетает металлическая горошина. На автомате протягиваю руку и зажимаю в кулаке находку.

Теплая! Горошина кажется живой, и мне не хочется с ней расставаться. Осторожно оглядываюсь по сторонам. Остальным явно не до меня, поэтому прячу ее в карман джинс.

Второй высший все-таки справляется с нападающими и достает какую-то штуковину, что в его руках вспыхивает ярким светом. Оружие. Люди испуганно прижимаются к стенам контейнера, и тогда высший в броне подбирает своего товарища и уносит прочь.

Дверцы за ними тут же закрываются. Бунт заканчивается, едва начавшись, а мы остаемся без еды на неопределенный срок. Пищевые контейнеры оказались раздавлены в пылу схватки.

Я сворачиваюсь на холодном полу калачиком, пытаясь провалиться в спасительное забытье и не обращать внимания на болезненные спазмы в желудке.

Ночью наша тюрьма приходит в движение. Нас куда-то перемещают, и становится не до сна. Люди и райторы кричат, стонут, проклинают высших, требуют их отпустить. Но, конечно, никто не приходит к нам на помощь. Несколько часов мы ощущаем движение, а потом все стихает.

Дверцы открываются вновь, и яркий свет заливает проем. Нас выстраивают в шеренгу и подвергают очередному испытанию, унизительному. Жестами показывают, что нужно раздеться. А после - по одному досматривают.

«Они что-то ищут», - улавливаю обсуждение среди своих. И сердце падает камнем. Высшие ищут свою горошину!

Очередь двигается быстро, а инопланетная крошка прожигает кожу сквозь ткань джинс.

Что же делать? Зачем я ее подняла? Теперь меня казнят за то, что украла чужое имущество!

Попыталась избавиться от нее. Но вдоль рядов с людьми ходят высшие с оружием в руках, а металлический пол под их ногами гулко разносит шаги. Если брошу на пол горошину – услышат остальные.

Когда подходит моя очередь, напротив останавливается высший. Наводит оружие и что-то бурчит. Спешно стягиваю футболку и джинсы, скидываю рваные кеды. Горошину зажимаю между пальцами, умоляя небо, чтобы не заметил высший.

Он внимательно осматривает мою одежду и остается недоволен. Указывает оружием на белье. Хочет, чтобы я разделась полностью, как сделали это остальные. Дрожа от страха и покрываясь липким потом, избавляюсь от остатков одежды. Стыдливо прикрываю руками грудь.

Высший опять скрипит на своем языке, чего-то требуя. Умоляю, чтобы горошина исчезла и вытягиваю руки вперед.

- Ладонями вверх! – внезапно звучит новая команда, и на этот раз я понимаю каждое слово. Переворачиваю крепко сжатые кулаки и… раскрываю.

- Чисто. Следующий. А эту – к медикам, - бросает через плечо высший своему «коллеге».

Я же застываю как дура с вытянутыми руками. Почему их понимаю? И куда делась горошина?

- Принято! – шелестит в ответ второй и впивается в мою руку повыше локтя. Не могу сдержаться от короткого стона: от такой хватки останутся синяки на коже.

Быстро перебираю босыми ногами по обитому металлом полу следом за широко шагающим высшим. Когда же это закончится? Мне очень страшно, зябко, стыдно, больно…. Столько всего, что и словами не передать!

Беспокоит и тот факт, что шарик исчез. Но куда он делся? Если бы упал – я бы услышала, как и высший. И то, что внезапно стала понимать речь захватчиков, наводило на мысль – он еще при мне, просто как-то подстроился под организм. И это странное открытие пугает.

Меня бесцеремонно вталкивают в комнату, будто я животное какое, а не человек. Внутри оказывается светло и стерильно. В углу жмутся такие же молодые девушки, как и я: голые, грязные, напуганные. Встаю поближе к ним, рассматривая обстановку.

Здесь трудятся медики. Не высшие, а пленные райторы-женщины. Они одеты в светлую одежду, головы прикрыты платками. Я запомнила их совсем другими: в черной одежде с множеством заклепок, с оружием в руках. Чуть вульгарные и громкие, женщины-райторы вели себя как хозяйки на моей родной планете. Здесь же – они сидят тише воды и ниже травы. Покорно выполняют ту работу, к которой их приставили.

Когда мне приказывают подойти ближе, со страхом забираюсь на медицинское кресло. Ноги и руки тут же пристегивают ремнями, и разводят в сторону.

Я лежу на спине, давясь от подступающих рыданий, пока райторка методично осматривает мое тело.

В некоторые моменты становится очень больно, но я продолжаю молчать и терпеть. Не хочу показывать свои чувства, кричать и ругаться, как это делали другие девушки до меня. Когда же процедура заканчивается, просто соскальзываю с кресла, облизнув прокушенную до крови губу.

И снова нас разделяют. Часть девушек уводят куда-то в сторону, а меня и еще с десяток других – отправляют в душ. Это единственное, что хоть сколько-то помогает справиться с подступающей паникой и истерикой. Теплая вода расслабляет измученное тело, и я спешно избавляюсь от кровавых разводов с внутренней стороны бедра. Не так представляла себе потерю девственности!

После душа нас встречают другие райторки и женщины с земли постарше. Высшие выбрали их в качестве обслуживающего персонала?

При виде нас, некоторые женщины заходятся в слезах. Наверняка вспомнили о собственных детях. Я же не почувствовала ничего. Меня не трогают чужие слезы и переживания. Будто бы внутри все закаменело после медицинской процедуры.

- Девочки, сюда, - манит нас пальцем женщина с короткой стрижкой. – Нужно одеться. Вас представят командованию. Вы должны быть… красивыми и счастливыми, - она на секунду запинается на этих словах.

Безучастно наблюдаю, как из нас пытаются сделать красавиц. Волосы укладывают всем одинаково, в высокую прическу, напоминающую корону.

Затем приходит черед нарядов. Мне достается нежно-голубой, оттеняющий цвет глаз. И нет, это вовсе не платье. А удобный и эластичный костюм, вроде того, что был на высшем под броней. На ноги полагается надеть странные штуковины, внешне похожие на стельки. Но стоит опустить на них ноги, как со всех сторон их «обхватывает» легкий, но плотный материал. Ни застежек, ни шнурков…. Как снимать - никто не объясняет.

- Небольшой инструктаж, перед тем, как вы покажетесь на глаза высшим, - начинает все та же женщина, оглядывая нас с головы до ног. – Улыбайтесь, будьте вежливы, но не навязчивы. Не знаете что сказать – промолчите. Позвольте мужчинам выбирать. Некоторым из вас может очень повезти: среди командования есть холостяки и зажиточные жители станции.

- С нами развлекутся, а потом что? Убьют? – озвучивает дрожащим голосом одна из девушек мои собственные мысли. На лицах остальных отражаются схожие переживания.

- Я не знаю, - тихо отвечает женщина с короткой стрижкой и косится на высшего, что «караулит» у двери. – Попробуйте выжить, девочки. У вас просто нет иного выбора, - договаривает шепотом.

- Замолчи! – высший отталкивает женщину, и указывает оружием нам на дверь. – На выход!

Мы идем гуськом, следуя за сопровождающей райторкой. Я не смотрю по сторонам, не обращаю внимания на проходящих мимо высших. Просто отсчитываю шаги, чтобы не сойти с ума и чем-то занять голову.

«Двадцать восемь, двадцать девять… остановились».

Поднимаю голову. Райторка куда-то ушла, а ее место занимает высший без брони. Но перед тем как начать говорить, он подносит ко рту какое-то устройство. Похоже, это переводчик, так как остальные девушки тоже его понимают.

- Сейчас вас представят командованию. В ваших же интересах показать себя с лучшей стороны. Всех, кто не сумеет заинтересовать мужчин на этом корабле, отправят на станцию. Там оставшихся распределят по домам и родам. Но все же более почетно быть с победителями, теми, кто редко отдыхает на станции. Теми, кто сильнее и несет власть Рахш-ани в самые отдаленные уголки Вселенной! – на этом пафосная речь заканчивается, и я снова опускаю взгляд в пол.

Не все ли равно кому я достанусь? Высшему-десантнику или высшему-плотнику…. Так или иначе, они – враги! Те, кто лишили меня семьи и дома. И они ничем не лучше райторов, хоть и внешне все как на подбор – красавцы.

Даже взять вот этого, мелкого служащего. Его волосам позавидовала бы любая женщина с Земли. Ряд тонких блестящих косичек спускается ниже лопаток. Пушистые ресницы подрагивают от каждого движения век. Острые скулы нисколько не портят общей красоты, но мне все в высшем кажется ужасным. Я заранее ненавижу эти утонченные черты, чистую кожу и сильные, натренированные тела.

К высшему подходит собрат. Они приказывают нам встать парами и после, заводят в комнату на смотрины.

Я стою последней. Пары мне не досталось, ведь нас оказалось тринадцать девушек-землянок. В какой-то момент замечаю, что за мной никто не следит. Высшие заняты очередной парочкой, и до меня долетают слова, обращенные к тем, кто прячется за большим матовым стеклом:

- …. высокая грудь, упругие и широкие бедра. Эта землянка сможет доставить немало удовольствия мужчине, что ее выберет….

На меня наваливается тошнота в ожидании выхода. Не такой участи для себя загадывала в жизни! Стоять, словно живая кукла в витрине, пока тебя осматривают жадные и похотливые самцы с чужой планеты!

Незаметно оборачиваюсь, рассматривая пустой коридор. Если бежать, то сейчас! До меня остается всего одна «парочка».

Выбираю момент и убегаю прочь. Не знаю куда, но лишь бы подальше от этой комнаты с матовым стеклом. Успеваю добраться до конца коридора незамеченной, и забегаю за угол.

Бам! – налетаю на стену и от удара тут же отключаюсь.

Арт для поддержания атмосферы) Обстановка на инопланетном корабле.

.

Эон оставляет в охраняемой ячейке броню-капсулу. Ему уже доложили, что кто-то из новеньких потерял защиту в первом же рейде. Что ж, такого глупца ждет увольнение с позором. Некоторые высшие просто не приспособлены для полевой работы и выхода в миры.

Генерал переодевается в строгий черный костюм, единственным «украшением» которого служат награды и знаки отличия. Мысли все время скачут с важных вопросов на абсолютно посторонние. Например, что делает сейчас землянка? И тут же одергивает себя: ему-то какое дело? И зачем только приказал отнести в свою каюту?

Доклад совету немного отвлекает от подобных размышлений, и Эон с гордостью отмечает результаты рейда. Двести тысяч особей живой силы за один день! Это позволит населению Рахш-ани почувствовать себя вольготнее, освободит руки высших от грязной работы. А если задержаться над Землей еще на пару дней…. Пожалуй, они могли бы полностью заменить людьми и райторами рабочий класс станции.

Особенный интерес представляют женщины-землянки. После разрушения планеты, нарушилась связь, дающая силу матерям Рахш-ани. И за прошедшие двадцать лет, на станции не появилось ни одного малыша. Ужасная трагедия для тех, кто привык считать себя хозяевами жизни.

Звездный десант под его руководством путешествует по галактикам, выискивая похожих на себя созданий. И человеческая раса в большей степени напоминала высших, чем встреченные ранее существа.

- Ты сегодня сам на себя не похож, - на соседний стул опускается Двар, отрывая от размышлений.

- Устал, - поводит плечами Эон. – Вторые сутки без сна пошли. Но оно того стоило.

- Да. Уже жду, как нас будут встречать на станции. Мы наконец-то привезем подходящий биоматериал. Возможно, с помощью этих женщин удастся восстановить популяцию Рахш-ани. И, конечно, я надеюсь на благодарность наших женщин. Много, очень много благодарностей! – громко смеется друг.

Генерал кивает, соглашаясь. Все думают об одном и том же. Усилия всех без исключения высших направлены на решение одной проблемы: рождаемость. И пусть Эон несколько иначе смотрит на людей с Земли, в целом он был согласен с Дваром.

На секунду позволяет себе слабость. Представляет, что маленькая землянка и ему подарит сына. Наследника! Продолжателя рода! Остается только решить этот вопрос с Мисаей.

- Ладно, ты сколько угодно можешь сидеть с постным лицом, а я пошел тестировать землянок. Быстрее начну, быстрее получу результат. А вдруг мне повезет, и девушка сразу понесет?? – Двар веселится, и, хлопнув друга, а по совместительству своего начальника по плечу, уходит, насвистывая веселую мелодию.

Эон обводит взглядом мостик, на котором остались только техники и механики. Все сослуживцы разбрелись кто куда.

Генерал принимает решение задержаться еще на день над Землей, о чем тут же сообщает своим подчиненным. Капитан ковчега глушит двигатели и переводит машину в режим ожидания.

Эон отправляется к себе, по дороге заглянув в пищевой блок. Бойцы тут же бросают приборы, вытянувшись в струнку.

- Отбой, - машет на них и отходит к пищевому автомату. Набирает стаканчиков и контейнеров на двоих, памятуя о тощей землянке.

Чем ближе подходит к своей каюте, тем сильнее ощущает странную тревогу.

Как она там? Не сбежала в очередной раз?

И тут же кривится от собственных неуместных переживаний. Привычно касается ладонью сенсора у входа, и дверь тихо уходит в сторону.

Эон сразу увидел, что девушка пришла в себя. Первое, что бросилось ему в глаза – ее широко распахнутый испуганный взгляд и поджатые под себя ноги. Эти идиоты догадались ее пристегнуть к ножке кровати, вынуждая сидеть на полу.

Генерал подходит к столу и сгружает на него продукты. Рядом с девушкой валяется пустая упаковка. Значит, ее все же покормили, и то хорошо. Что делать дальше с землянкой он плохо представляет. Может, ей нужно в туалет, или еще чего…

- Сейчас я отпущу тебя, но ты должна вести себя тихо. Никаких криков, ругани и попыток убежать, - он подходит ближе, отмечая, как землянка испуганно сжимается в комок.

Фьёр!

У Эона совсем вылетело из головы, что без переговорщика, землянка не поймет и слова. Как мог – показал жестами, что хочет освободить ее руки от пут.

Селена

Я киваю, прекрасно поняв все, что было сказано до этого. Этот высший не выглядит опасным, хоть от него и исходит мощная аура силы. И все же я готова рискнуть и довериться ему, тем более что других вариантов все равно нет.

Мужчина быстро отстегивает местный аналог наручников и отступает в сторону. Я растираю запястья: руки ужасно затекли в неудобной позе.

- Есть хочешь? – задает вопрос, и показывает на контейнеры на столе. В желудке голодно урчит в ответ. И хоть мне оставили одну упаковку с чем-то съестным, но моему отощавшему за последние дни организму этого мало.

Я подхожу ближе к столу под внимательным взглядом высшего. Хватаю первый попавшийся под руку контейнер. Высший опускается на стул и указывает на место напротив.

Приглашает отобедать вместе?

Долго раздумывать не стала и занимаю свободный стул, а после - принимаюсь жадно поглощать пищу. На вкус эта синяя бурда мне напоминает овощное рагу. Вкусно, но соли немного не хватает.

- Не торопись, есть еще, - странный высший пододвигает ко мне еще парочку упаковок. Приходится взять себя в руки и постараться есть медленнее. Неужели ему не все равно, если я подавлюсь?

- Ты можешь принять душ или справить нужду там, - тем временем продолжает он одностороннюю беседу, сопровождая слова неумелой жестикуляцией. – Если надавить на эту панель, - высший даже встает со стула, чтобы показать, - откроется проход в душевую.

Я ничего не отвечаю, прикинувшись глухонемой. Высший доедает свою порцию, убирает за собой, скинув пустые упаковки в маленький пластиковый куб. Утилизатор? И уходит в душевую.

А я подъедаю все, что осталось на столе, и чувствую себя удавом, что проглотил антилопу целиком. Наверное, мне должно быть стыдно за такую жадность, но когда жизнь висит на волоске, меньше всего волнует моральная сторона вопроса.

Утолив голод и решив, таким образом, самую насущную проблему, ко мне возвращаются прежние переживании. Я со страхом жду возвращения высшего из ванной. Не просто же так он меня принес сюда!

После того как я врезалась в кого-то или что-то в коридоре, вырубилась на пару минут. А пришла в себя уже здесь, под надзором очень злых высших из разряда служащих на корабле. Они меня накормили, обругали идиоткой и приковали к кровати. И так я проторчала в одиночестве несколько часов, думая, что наверняка меня прибьют после попытки сбежать.

Но тут выходит нестыковочка: зачем кормили в таком случае?

И вот, с появлением высшего в комнате, все становится на своим места. Меня не убьют и не выбросят. Просто подложат под этого мужчину с задумчивыми серыми глазами.

Когда стихает шум воды, высший выходит из душевой. Я не собиралась таращиться на него, но глаза сами прилипают к его атлетичной фигуре раз за разом.

Высший оказывается бос, с капельками влаги на темных коротких волосах, в брюках, что облегают его узкие бедра и с абсолютно прекрасным, ничем неприкрытым торсом. С точки зрения красоты – высший вылеплен как бог.

Быстро отворачиваюсь, изображая на лице скуку. Высший проходит мимо и укладывается на кровать. Неужели так и будет лежать, изучая меня из-под полуприкрытых век?

- Ты очень странная, маленькая землянка, - тихо бормочет сонным голосом через какое-то время. – А я – слишком давно не спал. Отдохни вместе со мной.

Хлопает по постели рукой и отворачивается к стене. Я держусь еще какое-то время. Сижу тихо, не шелохнувшись, чтобы высший покрепче уснул. А после – предпринимаю попытку выскользнуть.

Толкаю дверь, пытаюсь даже ее взломать, прижав руку к панели. Ничего! Периодически поглядываю через плечо, но мужчина продолжает крепко спать. Обхожу и прощупываю все стены, а вдруг где скрытый ход имеется, типа как в душевую. Передвигаюсь на цыпочках, стараясь двигаться неслышно, чтобы ненароком не разбудить высшего, а обернувшись, натыкаюсь на его прямой взгляд.

- Отсюда только один выход и он недоступен без моего отпечатка, - произносит спокойным голосом. – Боюсь, что тебе придется смириться с участью моей пленницы. Либо ты можешь вернуться к остальным девушкам. На станции всех разберут.

Его слова возвращают меня к беспощадной реальности. Высший прав во всем. Выбор у меня невелик: остаться с ним, более-менее адекватным мужчиной, или испытать судьбу и отправиться в неизвестность, которая пугает еще больше.

Разворачиваюсь на пятках и сбегаю в душевую. Очень хочется хоть сколько-нибудь побыть одной, пусть и на чужой территории. Высшей за мной не идет, и я благодарна ему за это. А когда выхожу из душа, вдоволь накупавшись – нахожу высшего спящим по-настоящему.

Ложусь с самого края кровати, так как другого места для сна просто нет. В аскетичной обстановке каюты есть только стулья без спинки и ледяной металлический пол. И то, и другое – кажется не лучшим выбором. И измаявшись от усталости – я сразу засыпаю, стоило голове коснуться подушки.

Эон

Эон просыпается посреди ночи. Срабатывает старая привычка отдыхать по три-четыре часа. Переворачивается на спину и только потом замечает землянку. На какое-то время он полностью забыл о ней, просто провалившись в сон.

Девушка свернулась калачиком на самом краю постели, будто боялась испачкаться об него. Генерал грустно улыбнулся. Почему-то ему стало жаль конкретно эту девушку, но и помочь он ей не может. Конечно, для нее он – захватчик, чужак. И это в состоянии понять и принять, но землянка еще не осознала свою ценность для Рахш-ани. И этой ценностью он не может поступиться.

Как бы ни была ему симпатична девушка, он не откажется от цели и не отпустит ее. Более того, в какой-то момент ему показалось, что между ними вспыхнула связь, совсем как с Мисаей когда-то. Но потом девушка испугалась его и ощущение пропало. Значит, просто показалось.

Впрочем, и без истинности могут появиться дети на свет. В ее жилах течет иная кровь. Кто знает, что получится из союза высших и землян?

Одним движением генерал встает с кровати, стараясь не разбудить свою пленницу. Пусть отдохнет еще немного.

Принимает душ, надевает привычный черный костюм и после - подходит ближе к землянке. Сейчас она кажется расслабленной, такой спокойной. Ушла жесткая морщинка между бровей и не видно более затравленного взгляда. Девушка кажется ему милой и какой-то… уютной что ли?

Не удержался и наклонился ниже, втягивая носом ее личный аромат. В районе солнечного сплетения жарко полыхнуло. Снова! Неужели она может быть…

Бред!

Разве землянки являются носительницами гена истинности? Они – жительницы чужой планеты. Как такое возможно?

Не поверив собственному короткому, как миг, ощущению, генерал попробовал снова его уловить. Но сколько ни принюхивался, ни трогал аккуратно ее волосы, ничего не происходило. И сделал вывод: показалось, в очередной раз. Возможно, он хочет видеть то, чего нет на самом деле.

Отступил, унося с огорчением в сердце образ землянки. Пусть и не станет истинной, так подарит ребенка. И даже пол не столь важен. Он сумеет донести до Мисаи, что эта девушка – их шанс на полноценную семью. А после родов одарит малышку-землянку всем, чем сможет.

В распоряжении Эона достаточно средств, возможностей, чтобы сделать любого жителя станции счастливым и довольным. И эта девушка не будет знать нужды.

Решив, таким образом, все сомнения и вопросы, генерал полностью погрузился в работу. Получил капсулу-костюм, и вышел в рейд.

Защита сама по себе была довольно тяжелой, поэтому приходилось держать себя в отменной физической форме. А на Земле, с ее гравитацией, каждый шаг казался поистине непростым. Но физическая усталость приносила свободу и легкость мыслям. И Эон под конец дня удовлетворенно отметил: лично им были заполнены три контейнера. После таких плодотворных дней, они смогут вернуться на станцию и взять небольшой перерыв.

В ближайшие месяцы не будет необходимости носиться в космическом пространстве, отлавливая малейшие колебания и вибрации. У них теперь есть Земля и ее жители.

______________
P.S. Жмакните сердечко, если вам понравилась новинка! Спасибо!

Селена
Я проснулась и сразу села в кровати. Понимание того, где нахожусь и что произошло - резко навалилось. Остатки сна слетают в мгновение ока, и я снова чувствую себя маленьким загнанным зверьком, готовым в любой момент вцепиться зубами в своего врага.

Вот только враг не показывается. Комната оказывается пуста, как и душевая.

Совсем немного расслабляюсь, позволяя себе еще немножко поваляться в постели. Которая, к слову, все еще хранит запах высшего. Почему-то сегодня он кажется ярче и сильнее, хотя и вчера от мужчины пахло довольно притягательно. Впрочем, списываю эти «приятности» на хорошее мыло и туалетную воду.

Время идет, а ко мне так никто и не заглядывает. Словно корабль забыл об одной землянке, что сходит с ума в одиночестве и мучается от неизвестности. Когда по ощущениям проходит большая половина дня, решаюсь на отчаянный шаг. Подхожу к двери и принимаюсь колотить по ней кулаками.

- Откройте! Слышите? Вы… бездушные машины! Уроды! Я пить хочу! - нервы сдают, и я сползаю по стенке, размазывая слезы по щекам.

Ко мне так никто и не пришел до самого вечера. Попить пришлось проточной воды в душевой, и смерть от обезвоживания мне не грозит. Но есть по-прежнему ужасно хочется.

Когда же наконец-то дверь открылась, а в каюту зашел «терминатор», я лишь испуганно пискнула.

- Не бойся, это я, - заскрипел металлический голос. – Я забыл о тебе, пойдем, отведу тебя в столовую.

И железная махина махнула мне в сторону выхода. Неужели и правда покормит? А может, просто отведет подальше и пристукнет?

Самые мрачные мысли вертятся в голове, пока под конвоем иду к предполагаемой столовой. Но высший не обманул, и мы выходим в комнату с множеством столов.

За некоторыми сидят накачанные высшие и уплетают поздний ужин. Многие выглядят донельзя уставшими, и едва доносят ложку до рта. Но при виде нас – все как один вскакивают со своих мест, громогласно выкрикивая одно слово:

- Генерал!

Запоздало доходит, что это приветствие относится к машине за моей спиной. Неужели мне так «повезло», и из всего командования я досталась именно генералу?

От осознания масштаба собственной трагедии приходит растерянность. И, задумавшись, я спотыкаюсь на ровном месте. Железная клешня тут же смыкается на моей руке, поддерживая. Вот только от такой поддержки становится больно.

- Туда! – указывает высший металлическим пальцем, ткнув в сторону с автоматами. Что-то вроде холодильников с едой, как я успела понять и послушно пошлепала к ним, под десятком любопытных взглядов.

- Вольно! – отдает команду генерал, и бойцы падают на лавки. Как они простояли на ногах эти несколько минут – остается вопросом.

Наугад тыкаю по кнопкам и выгребаю из дверцы все, что выдает автомат. Поднимаю взгляд на высшего, и он кивает на ближайший столик.

- Сиди здесь! – припечатывает, а я делаю вид, что не понимаю. Не хватало выдать себя с головой.

- У кого-нибудь есть переговорщик с собой? – раздраженно спрашивает генерал и один из бойцов тут же встает с места.

- Возьмите, генерал!

- Отлично, Мик!

Такое поведение генерала меня удивило. Неужели высший знает всех своих подчиненных по именам? Но тут он решил обратиться ко мне, и все остальные мысли выветрились из головы.

- Ешь, пей и никуда не уходи. Мик, - он кивает на того самого отзывчивого и запасливого бойца, - присмотрит за тобой. Попробуешь сбежать – будет плохо именно ему. Поняла?

Пришлось кивнуть и уткнуться в свой контейнер. Рассматривать остальных расхотелось, да и боялась увидеть в их взглядах неприкрытую ненависть. И при этом постоянно приходится себе напоминать: это – враги!

Генерал куда-то уходит, громко топая ногами в металлической броне. До чего же жуткие костюмы! Один вид этих «терминаторов» наводит ужас и вызывает дрожь в коленях.

За то время, что высший отсутствует, я успеваю как следует перекусить, напиться местного киселя и послушать разговоры бойцов. Думая, что я их не понимаю, они не особо фильтруют разговоры, вываливая все, как есть. А для меня каждое слово – это ценная информация.

- Ну вот, теперь придется сидеть, сторожить эту… - кривится Мик, едва генерал пропадает с поля зрения.

- Отхватил Эон себе малышку, - хмыкает другой парень, с яркими зелеными глазами. – А Мика сделал нянькой!

Парни громко смеются, беззастенчиво поглядывая в мою сторону.

- Нам наверняка не достанется ни одной крошки, - со вздохом вклинивается в разговор еще один боец, со светлыми длинными волосами.

- Это еще почему? Ты видел, сколько землянок сегодня отловили? – возражает Мик.

- И что с того? Там и старые, и страшные, и те, кто родить не смогут. Таких хорошеньких и вкусных немного, можно по пальцам пересчитать.

- Фьер! – бьет по столу ладонью Мик. – А я так надеялся на приятный бонус по возращению на станцию.

- И что бы ты с землянкой делал? – смеется зеленоглазый. – У тебя и женщин еще не было!

От нового взрыва мужского хохота втягиваю голову в плечи. Мой жест подмечает один из бойцов.

- Эй, парни, мы ее пугаем. Нахохлилась как птичка. Будь на ее месте моя сестра, уже всех бы построила!

- Не сравнивай ЭТО с нашими женщинами, - светловолосый высший бросает презрительный взгляд в мою сторону. Немедленно отвожу глаза, а в душе поднимается целая волна ярости.

Как же хочется послать их всех! Если землянки недостаточно хороши, зачем тогда приперлись? Разрушили и без того неустойчивый мир?! Даже с райторами можно было жить. Как-то существовать, приспособиться. Эти же…. Увезли с родной планеты, относятся как к мусору под ногами, ожидая возрождения своего рода.

Мысленно желаю этим гадам со всей пылкостью: «Пусть ничего у вас не получится!»

По коридору разносится знакомая тяжелая поступь, и бойцы сразу затихают. Через мгновение показывается генерал, закованный в броне:

- Идем, землянка.

Быстро встаю, прихватив с собой остатки еды. А вдруг и завтра ему станет не до меня. А голодать совсем не хочется!

Мы снова идем уже знакомым маршрутом, и оказываемся все в той же каюте. Генерал тяжело опускается на стул, который под весом брони слегка проседает.

Не знаю чего ожидать дальше, и почему мужчина не снимает защитный костюм. Поэтому кладу продукты на стол и отхожу к кровати. Присаживаюсь на краешек, рассматривая железную громадину перед собой.

С трудом могу представить, что часть этой инопланетной технологии сейчас со мной. Притаилась в моих тканях, чего-то выжидая. С одной стороны – жутко это и как-то неправильно, а с другой – штуковина позволяет мне понимать язык высших, и может, умеет что-то еще. Только я пока не разобралась, как пользоваться.

Эон

Эон прикрывает глаза, пытаясь восстановить дыхание. Не осталось сил даже на то, чтобы снять защиту.

Фьёрова земная гравитация!

Генерал зажимает кнопку-пластину на груди, пытаясь одновременно дотянуться до второй на плече. Рука в тяжелой броне соскальзывает мимо.

- Землянка… - тихо зовет девушку.

Странно, стоило ему увидеть ее и попасть в свой отсек, как силы покидают окончательно. Захотелось спать, упасть рядом с девушкой на кровать и обо всем забыть.

Она никак не реагирует на просьбу, поэтому Эон повторяет:

- Землянка, подойди.

На этот раз девушка слушается и замирает напротив, на расстоянии вытянутой руки.

- На левом плече есть квадратная пластина. Нужно, чтобы ты одновременно со мной нажала на нее. Я… сам не могу, - признается.

Землянка смешно округляет глаза и переступает с ноги на ногу.

Обычно Эон легко справляется с таким пустяком, как снятие защиты. Синхронное движение обоих рук: хлопок по груди и плечу. И после этого костюм начинает трансформацию, уменьшаясь до горошины в ладони. Но не сегодня….

Землянка осторожно делает еще шаг, остановившись между его ног. Протягивает дрожащую ладонь к его плечу. Сквозь шлем он отлично видит, как она боится его. Вся подобралась, сжалась, словно пружина, готовая выстрелить в любую секунду.

Генерал осторожно приподнимает тяжелую руку и прижимает к своей груди.

- Пора! – кивает ей.

Девушка опускает ладонь на вторую пластину, но механизм не срабатывает. Она тут же испуганно отдергивает руку и отступает. Вот, глупышка!

- Еще раз, - усмехается Эон, наблюдая за ее реакцией. – Надави сильнее.

Она хмурится и уже смелее нажимает. Ноль реакции.

- Да чтоб тебя, чертова железяка! – внезапно выдает эта пигалица и ударяет кулачком со всей силы. Трансформация запускается, и землянка только успевает охнуть, как Эон оказывается перед ней в тонком нижнем костюме.

- Спасибо, - кивает ей. А девушка продолжает таращиться, не предпринимая попыток сбежать.

Селена

Нахожусь под сильнейшим впечатлением от демонстрации возможностей инопланетной брони. И не сразу придаю значение, что нахожусь непозволительно близко к высшему. А моя ладонь все еще покоится на его сильном, мускулистом плече.

Генерал благодарит, и краска смущения заливает лицо. Тут же отхожу на шаг, отмечая, что высший выглядит неважно. Лицо осунулось, отчего скулы кажутся еще острее, а морщинки на лбу – резче. Впрочем, эти незначительные перемены во внешности нисколько не портят его. Скорее наоборот, мужчина кажется очень привлекательным. Если бы только он не был инопланетным захватчиком!

Тряхнула головой, прогоняя абсурдные мысли, и вернулась на свое место. Высший продолжал просто сидеть, вместо того, чтобы пойти освежиться или перекусить. Чтобы раззадорить в себе злость, представила, как генерал в своем непробиваемом костюме сгоняет испуганных людей в контейнеры. И сразу прошла жалость к нему, как и симпатия.

- Ты больше не хочешь есть? – вяло спрашивает высший и подтягивает к себе мои контейнеры. Ну вот, запасов на завтра не останется!

- Не хочу, - шепчу в ответ.

Генерал медленно, будто каждое движение дается ему с трудом, съедает содержимое одного контейнера. И вдруг начинает заваливаться на бок. Первым порывом было – помочь, но заставила себя остаться на месте. Это не моя проблема!

Высший не упал. Ухватился за стол рукой, возвращая себе вертикальное положение. Снова подтянул к себе переговорщик.

- Землянка, помоги дойти до душевой.

Скривилась, пока генерал не видит. Тащить его на себе? Тяжелого мужчину, что крупнее меня в два раза…. И в то же время, откажусь, и неизвестно что последует за этим.

Подхожу, заглядывая ему в лицо. Высший плавает на грани яви и сна. Его глаза периодически закатываются. Да что с ним такое?

Закидываю его левую руку себе на шею.

- Идем!

Происходящее напоминает какой-то абсурд. Теперь я им командую, как игрушкой. Наверное, можно его сейчас убить, если бы мне хватило решимости. Но эту мысль тут же отметаю. К сожалению, рука не поднимется отнять чью-то жизнь, даже если передо мной враг.

Генерал кое-как встает на ноги, постоянно норовя упасть на пол. Обхватываю его торс обеими руками, пытаясь удержать на месте.

Какой же он тяжелый!

Матерю его про себя и принимаюсь тащить в нужную сторону. Высший плохо помогает, едва переставляя ноги. Зачем взялась ему помогать? Может, стоило позвать кого-то на помощь? Медиков?

А если генерал умрет…. Ударится головой об пол в ванной? Что будет со мной?

Меня даже в пот бросило. О чем я думала, подставляя плечо?

С трудом, но мы все же доползли до душевой. И приспичило же ему помыться именно сейчас! Чистюля какой!

Сержусь на генерала, на себя, обстоятельства и собственную слабость. Вталкиваю мужчину в кабинку и раздраженно командую:

- Мойся, давай! – порываюсь уйти. Меня не волнует, как он будет это делать. Но мужские руки внезапно обретают силу, смыкаясь на моей талии.

- Не уходи, - шепчет высший, распахивая глаза. И я тут же тону в серебристом озере его взгляда. Словно на дне глаз плавится олово. Красивое зрелище и безумно завораживающее. И почему до этого его глаза казались мне бесцветными?

Словно кролик перед удавом, я не могу пошевелить и рукой. Просто смотрю, и смотрю в его глаза, и, наверное, провела бы так вечность, если бы высший внезапно не отключился. Просто осел на пол, увлекая меня за собой.

Оказываюсь в его объятиях и по сути – сидящей на коленях. Отпихиваю мужские руки и выбираюсь из захвата. Очарование спало, а вместе с этим приходит здоровая злость.

Что он только что проделал? Гипноз? Какие-то инопланетные трюки? Почему, пока смотрела ему в глаза, высший казался мне лучшим мужчиной в мире, единственным? Тем самым, которого я подсознательно искала и ждала?

Не смогла удержаться и лягнула ногой бессознательного высшего в бедро. Ему хоть бы хны, а у меня разболелась ступня. Охая и проклиная бесчувственного инопланетянина, возвращаюсь в комнату. Ложусь на кровать, поглаживая больное место.

Голова пухнет от вопросов и предположений, которые одно другого фантастичнее. И мысль, что высший как-то повлиял на меня не дает покоя.

Долго кручусь в постели, ожидая, что генерал покажется из душевой, но он все не идет. Пришлось даже разочек заглянуть к нему и убедиться, что он не умер. А потом я плюнула на все особенности организма высшего и пошла спать.

Эон приходит в себя в душевой кабине.

Какого фьера?

Осмотрел себя, пощупал голову – все в порядке. Но почему спит на полу? Землянка огрела чем-то? Но голова не болит, да и шишки не нащупал. Странно.

Выглянул в соседний отсек. Девушка спит, подложив под щеку ладошку, и даже во сне хмурится. Неужели он случайно уснул под душем? Одежда на нем сухая, и Эон решил, что не успел помыться, как отрубился от усталости.

Поэтому вернулся в душ и наконец-то освежился. Сменил комплект нательного белья, и надел парадную форму. Вчера вечером пришел приказ со станции – покинуть Землю. И хоть генерал считал, что они могли бы больше собрать людей, и задержаться еще на день-другой, но кто он такой, чтобы спорить с советом Рахш-ани?

Поэтому он привел себя в порядок и покинул каюту, предусмотрительно закрыв землянку. Сначала следует решить вопросы, связанные с его непосредственной работой и обязанностями, а потом уже займется личными. Возможная реакция Мисаи страшила этого бесстрашного высшего.

Генерал занимает свое место на мостике, рядом с сослуживцами и капитаном. До старта остаются считанные минуты. Наконец-то звучит команда, и огромное тело корабля прошивает знакомая вибрация.

Эон пропускает ее сквозь себя, незаметно улыбаясь. Ему всегда нравились полеты, и даже какое-то время тосковал по ним, когда решил сменить вид деятельности и подался в десант.

Он был неплохим пилотом, хоть и не гениальным. Зато стратегом – лучшим из своего окружения. Поэтому ему настойчиво «посоветовали» занять освободившуюся тогда должность старшины, и так Эон попал в программу звездного десанта. А осознав всю ответственность новой работы, не стал отказываться от назначения и направил весь свой пыл на достижение цели.

За последние годы, где он только не побывал! А каких странных существ ему довелось увидеть. И только на Земле нашел то, что так долго искал. Мелькнула короткая мыль: должно быть его представят к награде по прилету. Впрочем, это его мало волновало. Несмотря на высокий пост, Эон оставался равнодушным к почестям и тем благам, что давало его положение.

В противовес ему, Двар жаждал признания и славы, и довольно высоко поднялся, заняв место правой руки Эона. Они знали друг друга еще с военной академии, и уже тогда молодой высший отличался амбициозностью и стремлением к власти.

Генерал кинул взгляд на друга. Двар, как и он, наслаждался полетом. Но будто почувствовав, что на него смотрят, повернул голову.

- Как тебе землянка? – спросил Эона, широко улыбаясь. Другие высшие стали прислушиваться к столь любопытному разговору. Генерал нейтрально пожал плечами. Пусть думают, что хотят. Он не намерен обсуждать свою личную жизнь даже с другом.

- А моя – ух! Огненная красотка! Но и с норовом, - громко засмеялся Двар, поддерживаемый улыбками подчиненных и сослуживцев, - объезжал всю ночь. Вымотала меня! Надеюсь, мои усилия не пройдут даром.

Он тряхнул задорно головой, и длинная косая челка упала ему на лицо. Двар смахнул блестящие волосы назад.

Эон не понимал тяги некоторых мужчин к «украшательству», предпочитая короткую стрижку, что не будет мешать в бою или на тренировке.

Корабль покинул атмосферу земли и отошел на достаточное расстояние для гиперпрыжка. Капитан отдал команду заглушить маневровые движки и запустить варп-двигатель.

Пошел обратный отсчет.

Пять.

Четыре.

Три.

Два.

Один!

Эон прикрывает глаза, приготовившись к переносу из одной точки пространства в другую. Пожалуй, этот момент можно считать единственным, который ему не нравится в полетах в открытом космосе.

Пространство вокруг сжалось, будто проходя сквозь игольное ушко. Странные ощущения подкатили тошнотворным комом к горлу. Переход длился буквально несколько минут, но генерал забывал дышать в такие моменты.

Рра-а-з! И они вынырнули в конечной точке. Команда шумно выдохнула. В больших иллюминаторах отразилась серебристая конструкция станции. Генерал коротко улыбнулся: вот они и дома!

Станция носила название «Рахш-ани» в честь разрушенной родной планеты. Генерал иногда размышлял, как бы повернулась и его жизнь в том числе, если бы трагедии не произошло. Но время не повернуть вспять, и вздыхать о былом глупо. Сейчас у Рахш-ани появился шанс на возрождение с новой кровью, которую они привезли с собой с Земли.

Стыковка со станцией проходит успешно, и звездный десант потянулся на выход. Генерал шагает впереди, придав лицу серьезное выражение. Ему не пристало сверкать улыбкой, как зеленым юнцам, для которых эта вылазка была первой и чем-то новеньким. Для Эона этот рейд – просто работа.

Шлюз распахнулся, и они попали в «очистительную». Генерал задержал дыхание, пока их обрабатывали антисептиком, распыляя его в воздухе.

Санобработка закончилась и команду пропустили дальше. В огромном холле собралось множество встречающих. Эон на секунду ослеп от вспышек микрокамер, что зависли буквально в десятке сантиметров от его лица.

Грянула торжественная музыка и к звездному десанту подошел глава советов.

- Приветствую вас, наши герои! Сегодняшний день войдет в историю Рахш-ани, как один из самых светлых и ярких для ее жителей! Эти аплодисменты в вашу честь, звездный десант! – советник дает отмашку, и толпа встречающих взрывается в овациях и радостных криках. – И я выскажу общее мнение, если скажу, что мы хотим посмотреть на землянок. Где же они?

Генерал застыл, не ожидая подобного поворота. Он думал, что пленницы выйдут позже, под конвоем. Когда жители станции разбредутся по своим делам.

Советник сообразил, что команда не подготовилась, и, шагнув чуть ближе, зашептал Эону на ухо:

- Генерал, вы можете привести хотя бы одну? Толпа в нетерпении. Боюсь, что если мы не дадим им землянку, они разнесут все вокруг.

Камеры защелкали, фиксируя таинственный диалог между сильнейшими высшими этого мира: главой совета и генералом звездного десанта.

Фьеровы советники! И их интриги!

С раздражением отметил Эон, но внешне никак не показал своего недовольства. Развернулся к Двару и передал просьбу совета:

- Приведи землянку из моей каюты.

Друг понимающе кивнул и исчез.

- Пока мы ждем появления жительницы Земли, можно пообщаться с героями звездного десанта и задать им несколько вопросов!

Хитрый советник бросает десант на растерзание любопытной толпе, а сам отходит в тень. Здесь его ждут коллеги и сын.

- Как только будет известно, сколько женщин доставлено, распределим их между советом, десантом и меценатами, - произносит глава без малейшего намека на улыбку. Камеры направлены на генерала и его людей, поэтому нет необходимости играть на публику.

- А как же остальные? – спрашивает Аш.

Глава качнул головой. Его сын только начинает «играть» в большую политику и пока не знает всех нюансов. Впрочем, почему бы и не разъяснить этот вопрос для него и остальных.

- Даже если предположить, что сейчас на корабле пятьдесят тысяч половозрелых женщин, способных выносить и благополучно родить детей, этого количества не хватит на многомиллионное население Рахш-ани.

- Тогда почему мы отозвали десант? Пусть продолжали бы захват жительниц! – Аш недоумевает. Как они пояснят остальным высшим, что женщин им не достанется и в ближайшие годы они не увидят детей. За этим может последовать бунт.

- Сын, - глава совета поднимает на Аша тяжелый взгляд, - не говори глупостей. Если мы вывезем все население планеты, они вымрут. Мы должны оставит часть для будущей жатвы. Да, этих землянок не много. Но это хоть сколько-то позволит нам размножаться. А как удержать толпу, мы знаем.

Члены совета поддержали главу одобрительными кивками и многозначительными взглядами. Аш недоверчиво хмыкнул и развернулся к десанту. Там началось какое-то движение, и некоторые из высших изумленно заохали.

Наверное, привели землянку, но со своего места Аш не мог рассмотреть ее. А так хотелось взглянуть хоть раз! Он стал пробираться ближе, орудуя локтями и пользуясь авторитетом семьи. Перед ним расступались, и он наконец-то увидел ее.

Хрупкая девушка с темными волосами испуганно озиралась по сторонам. Ее огромные голубые глаза запали Ашу в самую душу. И еще ему показалось, что красивее женщины он никогда не видел. Ведомый чувствами, он подошел слишком близко, и на его плечо опустилась тяжелая рука генерала.

- При всем уважении, отойди, Аш! - тихо проговорил Эон. Но камеры зафиксировали и это, транслируя на большом экране напряженные позы: генерал против сына главы совета.

Но Аш не мог пошевелиться. В его душе распускался жаркий цветок. Волна тепла разошлась по телу, обожгла конечности и вернулась к сердцу.

- Истинная! – воскликнул он и протянул руку к девушке. Но землянка только испуганно шарахнулась в сторону, прячась за спину генерала.

То, как она искала у него защиты, отдалось непонятной тоской в сердце Эона. Ведь он тоже подумал, что она – его истинная. А потом наваждение пропало. Вот и Аш тоже попал под ее чары. Странно все это.

Глава совета оттащил сына, багровея лицом. Какая истинная?! Истинность погибла вместе с их родной планетой. А сын вносит сумятицу. Эти землянки – бесправные рабыни, а не почитаемые высшими истинные! Не хватало, чтобы слова Аша разнесли по всей станции. И тогда битва за каждую землянку развернется просто нешуточная.

- Отец, отец, я почувствовал! – Аш все еще не мог отвести взгляда от прекрасной незнакомки, ощущая отголоски тепла истинности. Он был слишком юн, когда Рахш-ани разрушилась. А потому об истинности он знал лишь из рассказов старшего поколения и мог лишь представлять - что оно такое.

- Замолчи! – зарычал на него отец. – Замолчи, или я тебя ударю!

Аш чуть не упал, так быстро утягивал отец его в сторону, подальше от камер и любопытствующих глаз. Остальные члены совета и охрана прикрыли их отступление, и глава втолкнул сына в пустующее помещение.

- Ты в своем уме? – заорал он на него. – Нет никакой истинности! Тебе просто приглянулась землянка. Ты чуть не разрушил то, что я так долго выстраивал на станции: репутацию, власть, доверие высших! Прежде чем открыть рот, ты должен спросить у меня!

Аш никогда не видел отца в такой ярости. И попытался возразить:

- Но эти ощущения были реальны! Как и то, что я вижу тебя!

- Бредни юнца, которого я слишком рано ввел в совет. Ты погубишь нас обоих. Забудь об этой девушке. Это приказ! – глава вышел вон, так как чувствовал – еще мгновение, и он не сдержится.

Аш опустился на стул, обхватив голову ладонями. Белоснежные волосы закрыли его лицо, словно покрывало.

Он не мог понять – где правда? Отец всю жизнь был его героем, высшим, на которого он хотел ровняться, стать таким как он. Политическая карьера Аша стремительно шла в гору благодаря стараниям семьи. И вот, привычный мирок лопнул. Отец ему не поверил! Хотя Аш никогда не врал ему. И это больно ранило молодого высшего.

И, несмотря на приказ, он не собирался забывать. Аш решил, что добьется своего. Эта девушка станет не просто его рабыней. Нет. Он сделает ее своей женой, официальной. Он докажет всем, что землянка может быть истинной и ему не показалось!
__________________

Молодой Аш

Глава совета