Две жизни

Две жизниЯна Павлова

-Ты знаешь, вот он говорит-говорит, а мне все равно... Как будто кто выключатель нажал, но только не свет погасил, а все мои эмоции...

-Марусь, да что случилось-то, ты можешь толком рассказать, - спросила меня подруга.

А что рассказывать, когда я и сама не понимаю, что со мной произошло. Все как-то враз надоело: постоянные придирки мужа, вечно недовольное лицо свекрови с презрительно поджатыми губами, непомерные требование дочери.

-Понимаешь, Наденька, я всегда спорила, доказывала, что он неправ..., - я замолчала, горько усмехнулась - Он постоянно, почти каждый вечер, говорил, что я стала толстая, что не слежу за собой, вот у него в отделе женщины все ухоженные, с модным маникюром, туфли на каблуках, потом начинает перечислять, что и котлеты у меня не такие пышные как у маменьки, и суп я вчера недосолила, и рубашку ему плохо постирала, и в ванной у меня на плитке потеки... Я начинала в ответ кричать, что для женщины 40 лет у меня нормальный 48 размер, на маникюр времени нет, потому что я работаю по двенадцать часов и еще их всех обслуживаю, а на черной плитке он сам настоял и это он моется так, что аж весь потолок в брызгах... А сегодня посмотрела в окно, а там птицы на юг летят, дождик моросит, деревья такие красивые, листочки на них трепыхаются, слетают на влажную землю, желтые, красные. Домыла я тарелки, оделась и вот к тебе пришла.

-Это ты правильно сделала, Машунь, - кивнула подруга. - Я всегда говорила, что твой Витя, уж извини, жлоб и жмот. Ты ведь у нас первая на курсе была, что по таланту, что по красоте. Да сколько ребят на тебя заглядывались, - Наденька махнула рукой, - и откуда только этот Витя взялся.

-Да в том-то и дело, дорогая, что заглядывались и всё, а дальше дело не шло. Ты вспомни, все девчонки на свиданья бегали, встречались, а я?

-Ну..., - протянула подруга.

-Вот тебе и "ну", а тут Виктор, да сразу замуж позвал. Эх, знала бы, что в том "замуже", сроду бы не пошла, - я нервно рассмеялась. - Моя жизнь похожа на пару очень дешевой обуви. Внешне как будто все нормально. Даже красиво. Но если вникнуть в детали - подошва отклеивается, краска стирается, а внутри воняет из-за некачественных материалов. Так и у меня - зарабатываю хорошо, муж непьющий, дочка - студентка, а копни чуть и вот тебе моя жизнь - я рисую целыми днями открытки-визитки-буклеты-банеры и прочую ерунду, потом бегу в мастерскую - леплю фигурки-вазочки-цветочки, потом магазин-дом-кухня. А я ведь картины писать мечтала...

-И у тебя получалось, Маруся, не зря же две твои картины для выставки отобрали, их даже какая-то галерея купила. А жизнь? - подруга подперла голову рукой и вздохнула. - Так она у всех такая. Вот мой муженек, где его черти носят, а? Время почти десять часов. И попробуй спроси, как же - он же работает, деньги приносит, а я, можно подумать, дома сижу. Не расстраивайся ты, Марусь, обойдется.

В двери послышалось скрежетание ключа в замке, Надя сразу подобралась, вскочила из-за стола, поправила волосы и метнулась к холодильнику. Я поняла, что мне пора. Поднялась.

-Пойду я, Надя, спасибо, что выслушала.

-Да ладно тебе, Машунь, приходи в любое время, - отозвалась подруга, но я видела, что она нервничает. Гена не любил, когда к его жене заглядывали подруги, как впрочем, и мой муж.

Я быстро собралась, поздоровалась и тут же попрощалась с Геннадием и вышла в осень. А на улице было хорошо. Ну, как хорошо... Мелкий дождик, лужи, в которых отражались фонари, ковер из мокрых листьев под ногами, запах желудей. Мне было хорошо, а остальные прохожие бежали под зонтами, спеша укрыться в теплых квартирах.

Я шла по тротуару, поддевая ботинками на низком каблуке листья и с каждым шагом понимала, что домой возвращаться не хочу. Но и идти мне было больше некуда. В свое время я получила в наследство от бабушки квартиру - двушку в сталинском доме, в центре города. Родители построили дом в деревне и уехали на "чистый воздух", и этот чистый воздух находился не где-нибудь поблизости, а в Карелии. Виктор с самого начала заявил, что жить мы будем у него, у них с мамой было просторная трехкомнатная квартира, модной в то время "чешской" планировки. Отец моего мужа давно покинул семью и следы его затерялись на просторах нашей родины, а оставить маму одну Виктор не мог.

Бабушка мне говорила :"Не надо тебе там жить, давай я к твоим родителям перееду, а вы начинайте жизнь самостоятельно". Но я не послушалась. А когда бабушки не стало мы стали сдавать её, точнее уже мою квартиру, и жили по-прежнему с его мамой, которую нельзя было оставить теперь уже по причине болезней и всего прочего.

"Может сходить на квартиру, сказать квартирантам, что со следующего месяца я больше не буду сдавать жильё? - размышляла я. - И переехать. Зачем я живу с ним? Ведь ни любви, ни уважения между нами нет. Дочь? Она уже выросла и должна понять...". Я подошла к перекрестку и остановилась не зная куда повернуть - домой, или на остановку.

Вдруг на меня обрушился целый поток грязной воды, даже лицо все обдало. Я отскочила от дороги, смотря вслед пронесшейся машине. Стало так обидно, что по лицу покатились непрошенные слезы. Вопрос куда идти отпал сам собой, в маршрутке в таком виде ехать было неприлично, поэтому повернула направо, и пошла домой.

Быстро сняла пальто в прихожей, засунула его в стоящий у вешалки пуфик, и проскользнула в ванную. На лице были разводы от грязи. Со светлых волос тоже стекала грязь. Включила воду и тут же раздался стук в дверь.

-Мария! Где ты была? - голос у мужа был нервозный, готовый вот-вот сорваться на крик. - Открой дверь, немедленно!

И опять внутри меня все замерло, открыла и посмотрела мимо мужа вдаль коридора, где из своей комнаты выглядывала Нинель Васильевна.

-Бог мой! - вскрикнул муж. - Что с тобой случилось, почему ты в таком виде? И ответь в конце концов, где ты была?

-Я была у Надежды. На обратном пути меня обдала грязью проезжающая машина, - проговорила я не смотря на него. - Можно мне помыться?

-Да, конечно, - немного растерянно сказал Виктор, я закрыла дверь, но все-таки услышала :"Порядочные женщины в такие ситуации не попадают".

Обычно я бы ответила, что-нибудь едкое и провокационное, но сейчас мне было все равно.

Завернула волосы полотенцем, надела теплый халат, очень хотелось горячего чая. На кухне поставила чайник, приготовила себе чай.

-Маш, я кажется перегнул немного, - Виктор зашел не кухню. Я отвернулась к окну и ничего не ответила. - Ты чего такая? Молчишь... Что случилось?

-Ничего, - улыбнулась я, смотря в окно, - ты во всем прав, и мама твоя права. Ты мог бы найти себе жену и получше, а я растолстела, не ухаживаю за собой, маникюра опять же нет...

-Да ладно тебя, я не это имел ввиду, Маш, ну чего ты, а?

-Да нет, Витя, я согласна с тобой по всем пунктам, и я освобожу тебя от такой нерадивой хозяйки, непорядочной женщины, ну, и дальше по списку. Завтра же и освобожу. А сегодня я переночую здесь, на кухне.

-Как...

Я не стала больше ничего говорить, сходив в спальню, взяла комплект белья и постелила себе на диванчике, который я когда-то купила на кухню. Сначала свекровь была против, говоря, что кухня - это место, где едят, а не спят, но со временем привыкла и даже потом всем говорила, что это была её идея, когда к ней приходили подруги и нахваливали уют на кухне.

Виктор продолжал что-то бубнить, то повышая голос, то извиняясь, но я отвернулась к стенке и не отвечала. Я твердо решила уйти.

Встала с рассветом и быстро одевшись вышла из квартиры. Мастерская, где стояла моя печь для обжига находилась в старом доме, который я снимала за небольшую плату у одинокого старичка. Вот туда я и направилась. До начала рабочего дня в дизайнерской типографии еще оставалось целых три часа, было время закончить заказ - лампу под старину в виде черного кота.

На улице висел туман, фонари еще не выключили, и город был такой сонно-загадочный. Я неизвестно чему улыбнулась и поспешила на маршрутку.

Бац! И на том же перекрестке на меня опять обрушился поток грязной воды из проклятой лужи. Огромная серая машина резко затормозила. Пока я доставала салфетки, чтобы вытереть лицо из машины вышел мужчина.

-Простите, - донесся до меня какой-то глухой голос, как будто у говорившего болело горло. - На дороге огромная яма...

-Если бы вы не носились с такой скоростью, то любую яму могли бы проехать аккуратно, не купая людей в грязи, - резко сказала я, сожалея, что весь мой план летит к чертям и придется возвращаться домой, вот только переодеваться мне больше не во что. Пальто надо сдавать в химчистку, а теперь и куртку стирать.

-Еще раз простите, как я могу загладить свою вину? Давайте я подвезу вас, вы же куда-то собирались идти или ехать? И я испортил вашу одежду, готов компенсировать, хоть деньгами, хоть новой курткой, как только откроются магазины, - он проговорил это серьезным тоном, с нотками сожаления и раскаяния.

Я посмотрела на мужчину. Лет 45-50, одет в джинсы и коричневую куртку, на шее повязан шарф, правильные черты лица, нос с небольшой горбинкой, серые, как расплавленное серебро, глаза и темные волосы, у висков тронутые сединой.

Еще вчера я бы отказалась, вернулась домой, почистила бы куртку и пошла бы на работу, но сегодня...

-Мне нужно к каменному мосту, на Чернышевского.

-Поехали, - просто сказал он и открыл переднюю пассажирскую дверь, - Меня, кстати Игорь зовут.

-Мария, - отозвалась я. - И вы, кстати, облили меня дважды.

Мужчина удивленно поднял брови.

-Проезжали вчера в начале десятого здесь? - тоном следователя спросила я.

Он на секунду задумался и с еще большим удивлением сказал.

-Проезжал, ой, простите меня еще раз. Мария я просто обязан угостить вас кофе, пирожными, обедом и ужином.

-Как только откроются кофейни, кафе и рестораны, - кивнула я.

Он засмеялся.

-У вас замечательное чувство юмора, Мария. А если не секрет, куда вы направляетесь в такую рань?

-На работу, у меня мастерская на Чернышевского, я работаю с керамикой.

-Ничего себе, как интересно, - покачал головой Игорь, сворачивая с проспекта. - Покажете?

-Если вы скажете куда направлялись в такую рань.

-Я навещал в вашем городе старого друга, а сегодня решил выехать пораньше, пока пробок нет, - Игорь бросил на меня взгляд и добавил, - возвращаюсь домой, в Подмосковье.

-Вот сюда сворачивайте, - показала я на переулок, где и находилась моя мастерская. - Приехали.

Я открыла дверь дома и услышала сзади удивленное "вау".

-Так вы художница, - то ли спросил, то ли просто сказал Игорь, рассматривая мои работы. Несколько картин висело на стенах, Нинель Васильевна моего творчества не понимала и в своей квартире вешать не разрешала, предпочитая репродукции великих, или постеры неизвестных.

-Это слишком громко сказано, - скромно отозвалась я, усмехнувшись, - но институт искусств я закончила.

Я скинула грязную куртку, разожгла печь, посмотрела на кота, решила, что переделывать не буду и положила на обжиг.

-Впервые такое вижу, - заинтересовано сказал мужчина, - это вы зачем кота в печь засунули?

-Это утильный обжиг, до этого фигура сохла 2 дня, а теперь отправилась на 8 часов в муфельную печь, при температуре 900-1000 градусов. После обжига керамика приобретает прочность и будет иметь терракотовый цвет. Потом я покрою кота черной глазурью и он пройдет еще один обжиг, но уже при температуре 1030-1050 градусов. А вообще существует много разных способов обработки керамики. Я часто комбинирую обжиги, и смотрю что из этого получается. Например, молочение+глазурь или глазурь+дымление. Все зависит от заказа. Кто-то хочет под старину, а кто-то наоборот самое современное.

Я замолчала и в комнате повисло неловкое молчание. Честно говоря, я восприняла его предложение по поводу новой куртки и кофе-обеда-ужина как просто вежливость, соглашаться всерьез я и не собиралась. Напрасно. Игорь был настроен решительно.

- Так где у вас рядом кофейня или кафе, которое открывается хотя бы в 9 утра? - спросил он.

-Игорь, спасибо, что подвезли. Этого вполне достаточно. Куртку я постираю, а пальто отдам в химчистку, как только заберу вещи из дома..., - я отвернулась, на минуту стало страшно, что моя, вроде как, налаженная жизнь мною же и заканчивается. - Вы можете со спокойной совестью ехать домой, в Подмосковье.

-Нет, дорогая Мария, со спокойной совестью не могу, - помотал он головой. - Я своих слов на ветер не бросаю. Пока не куплю вам новую куртку и мы не выпьем кофе никуда не поеду, - он подошел к картине, где я когда-то очень давно написала осень - лужи, листья и отражение женщины с зонтом.

Игорь долго, несколько минут разглядывал картину, а я решила заняться росписью подноса, который мне заказал один богатый человек. Принес старинную фотографию, где его прадед-купец сидел за столом, а перед ним лежал поднос со всякими сушками-баранками. Пришлось покопаться в старых журналах и пересмотреть множество экспонатов в музеях, чтобы понять, какая роспись была на подносе. Но нашла. Только я замочила кисти, как Игорь оторвался от созерцания картины и сказал.

-А вы вот про вещи сказали, - он присел на табурет, стоящий рядом со столом, - я правильно понял, что вы куда-то переезжаете, или...

-Переезжаю, - я усмехнулась, - можно и так сказать. Я решила уйти от мужа.

Сказала и тут же пожалела об этом. Зачем я говорю о своей личной жизни незнакомому человеку? Зачем я вообще пригласила его сюда?

-Вот как, - Игорь кивнул, казалось, каким-то своим мыслям и вдруг заявил. - А вы знаете, Мария, у меня для вас есть предложение, - я удивленно подняла на него глаза. - Я писатель, вы скорее всего не читали моих книг, потому что пишу я детективы, даже, я бы сказал, боевики. Но вот недавно задумал написать роман и мне нужна помощница и еще художник, который сделал бы иллюстрации. Подождите, - поднял он руку, видя, что я собираюсь возразить, - выслушайте меня до конца. Я предлагаю вам зарплату втрое больше того, что вы зарабатываете сейчас, - я опять открыла рот, но он не дал мне сказать, - полный пансион и проживание в моем доме...

Мне наконец удалось прервать его.

-Вы меня совсем не знаете, как можно звать в свой дом совершенно незнакомого, чужого человека, без рекомендаций? И откуда вы знаете, сколько я зарабатываю? А вдруг мой доход составляет миллион в месяц?

-Отвечаю, - кивнул Игорь. - Того что я увидел в ваших картинах - мне более чем достаточно, плохой, злой человек не может вложить сколько души и доброты в свои творения. Это раз. Зарабатывать миллион вы не можете. Если бы зарабатывали, то не снимали бы эту халупу и ездили бы на своей машине с водителем, а не маршрутке. Это два. И вам ничего не мешает принять мое, очень выгодное, предложение. Это три.

Я, наверное, не согласилась бы, но тут раздался звонок моего телефона. Муж. Я решила ответить и сразу услышала крик и обвинения.

-Ты! - орал Виктор. - Мама была права! Ты гулящая дура, и не зря ты этот дом снимаешь! А я дурак...

-Согласна, Витя, - спокойно прервала я мужа, окончательно убеждаясь в верности принятого решения.

-С чем согласна? - ошарашенно спросил муж.

-С тем, что ты дурак, - ответила я тем же ровным тоном, - ты слушай маму, а я уезжаю из города. Мне предложили отличную работу. Сейчас за вещами заеду. Предупреди Нинель Васильевну, пожалуйста, - сбросила звонок и отключила телефон.

-Мария, - покашлял Игорь, вставая. - Вы принимаете мое предложение?

Я вскинула голову, посмотрела прямо в серые глаза и бесшабашно ответила.

-Да, я принимаю ваше предложение. И скажу сразу, мой заработок в месяц составляет 100 тысяч, я могу показать вам налоговые отчеты. И мне надо уладить некоторые дела. Закончить заказы и взять отпуск без содержания на основной работе.

-Налоговые отчеты мне показывать не надо, я вам верю, - без улыбки проговорил Игорь. - Когда вы сможете закончить все свои дела?

Я окинула взглядом стол, посмотрела на печь. Если работать не отрываясь, то к утру закончу. А в типографии мне нужно закончить пригласительные на свадьбу и сертификаты к Новому году, заказанные крупным салоном красоты.

-В сутки я уложусь. И я хочу уточнить, на сколько мне брать отпуск? Сколько вы планируете писать ваш роман?

Он задумался, опять сел на табурет, почесал переносицу и наконец сказал.

-Минимум три месяца, максимум полгода. И я на сегодня ваш личный водитель. Но, простите мой вопрос, где вы планируете ночевать?

-Я не планирую спать, - ответила я, - я планирую работать.

Дальше этот сумасбродный день только набирал свои сумасшедшие обороты. В первую очередь мы действительно выпили кофе с круассанами в ближайшей кофейне, потом Игорь отвез меня в мой бывший дом.

Встреча со свекровью ничем хорошим не закончилась. Оскорбления, упреки и попреки лились непрерывным потоком. В какой-то момент я обернулась к Нинель Васильевне и сказала.

-Отдохните, язык он хоть и без костей, но тоже устает. Я все поняла, Нинель Васильевна, больше ваш дом не осквернит мое недостойное присутствие.

-Да как же ты можешь? - вдруг сдулась свекровь. - Взять и бросить нас. А как ты это Лерочке объяснишь? Девочка только на первый курс поступила, кто будет оплачивать обучение, проживание, её же и одевать надо , обувать...Жизнь в Санкт-Петербурге такая дорогая, не лишать же девочку всего...

-Всего не надо, - кивнула я, - но аппетит немного убавить не помешает. И я постараюсь ей всё объяснить. Не переживайте.

Нинель Васильевна несколько раз открыла и закрыла рот, а тут и я закрыла чемодан и присев на дорожку, поволокла вещи на выход. Я была уверена, что свекровь будет смотреть в окно, но тут ее будет ждать разочарование - я попросила Игоря припарковать машину так, чтобы её не видно было ни из одного окна квартиры свекрови.

Следующим был офис типографии. Начальник расстроился, но потом мы сошлись на том, что я ведь могу работать и удаленно, и если будут сложные заказы, то он будет мне из пересылать. К взаимному удовольствию пожали друг другу руки и я быстро закончила все висевшие на мне заказы.

Позвонила Иринке, с которой мы делили мастерскую, попросила завтра встретить моих заказчиков и отдать лампу и поднос.

-Мария, давайте все-таки заедем в торговый центр, купим вам новое пальто и пообедаем, - предложил Игорь.

-А давайте, - кивнула я. - Но пальто будет в счет моей будущей зарплаты!

Он поднял руку, но при этом лукаво улыбнулся. Происходило что-то непонятное, такого в жизни просто не бывает. А уж со мной такого не должно было произойти никогда, но это происходило! Случай, причем не самый приятный столкнул нас и все так обернулось, что ни в одном сериале не увидишь. Я как бы невзначай поинтересовалась фамилией Игоря.

-Порецкий, Игорь Станиславович, - с улыбкой и легким поклоном ответил он.

Пальто я выбрала за умеренную цену, но в то же время оно удивительно хорошо на мне сидело и нежно-персиковый цвет освежал мое лицо, а волосы, вымытые вчера блестели и красиво ложились на плечи. Я улыбнулась своему отражению с удовольствием, которого не испытывала уже много-много лет.

Обедать пошли в ресторан "Бахор", который так удачно разместился на первом этаже. Пока ждали заказ я сказала, что мне надо кое-что купить из дамских штучек, а сама рванула в книжный магазин.

И сразу увидела его книги в отделе детективов. Их было очень много, целая полка, перевернула одну и увидев фотографию Игоря и цену книги невольно выдала.

-Ничего себе!

А потом прочитала несколько названий и вспомнила сериалы с точно такими же названиями. Я их не смотрела, но рекламу видела точно.

Когда я вернулась с пустыми руками и огорошенным видом, Игорь улыбался и сказал.

-Ну что, Мария, вы убедились, что я писатель и моя фамилия Порецкий?

Я почувствовала, что краснею, но уверенно кивнула и сказала.

-У вас очень много книг, и скажу честно, я поражена. Неужели у вас нет помощников?

-Отчего же, есть, конечно. Но с последним помощником я расстался месяц назад. И вот теперь нашел вас, - он широко улыбнулся. - И могу с уверенностью сказать, что мне несказанно повезло въехать в ту яму и встретить вас, Мария.

После обеда Игорь отвез меня в мастерскую и я с трудом, но все же выпроводила его, сославшись на то, что не могу работать, когда рядом кто-то есть. Хотя, так оно и было на самом деле. Я любила работать в одиночестве, когда помимо моей муфельной печи потрескивала в уголку печь-голландка. Когда Игорь ушел, я зашла к Ивану Ивановичу во вторую половину дома. Старичок расстроился, когда я сказала, что уеду, может быть, на полгода.

-Иван Иванович, арендную плату я вам буду платить, а Иринка по-прежнему будет работать днем и если что, она всегда поможет, - успокаивала я старика, на глазах которого выступили слезы.

-Если так для тебя лучше, то, конечно, поезжай Машенька, с легкой душой.

Я вернулась в мастерскую и села за работу, которая шла легко как никогда.

Я закончила расписывать поднос и набрала номер дочери.

-Привет, мам! - раздался веселый голос Леры.

-Лерусь, у тебя есть минутка? Я поговорить хотела.

-Есть, конечно, что-то случилось? - голос дочери стал серьезным.

Я не знала с чего начать, вдруг стало стыдно и страшно, а вдруг дочь не поймет и отвернется от меня? Но сказав "а", надо говорить и "б".

-Дочка, я ушла от твоего папы. Я хочу тебе объяснить...

-Ты серьезно? - вскрикнула Лера. - Он что, тебе изменил?

-Нет, просто мы совсем перестали понимать и уважать друг друга и я больше так не могу.

-Наконец-то, - мне показалось, что я не расслышала.

-Что ты сказала?

-Говорю, что наконец-то ты решилась. Ты знаешь как больно было смотреть на то, что папа тебя обижает, а ты прощаешь. Покричишь, покричишь и все по новой. Я поэтому и в Санкт-Петербург уехать хотела, чтобы ваших скандалов не слышать. И всякие выкрутасы устаивала, думала, может вы на меня переключитесь и как-то объединитесь, что ли...

-Господи, - прошептала я, - когда же ты такой взрослой-то стала.

-Мам, я тебя не слышу!

-Спасибо, дочка, И вот еще что, я завтра уезжаю в Подмосковье, буду работать над иллюстрациями к книге известного писателя Игоря Порецкого. Насчет оплаты за учебу ты не переживай, первый курс оплачен, общежитие тоже...

-Мам, я тут уже освоилась и ребята говорят, что после первого курса с бюджета многих отчисляют и если хорошо учишься, то могут перевести. Я буду стараться. А это круто, мам, ты станешь знаменитой, в книге ведь напишут - иллюстрации художника Шуваевой?

-Не знаю, я не спрашивала, - я говорила и улыбалась, но потом представила, что завтра Лере позвонит Нинель Васильевна и торопливо проговорила. - Бабушка твоя наверняка представит свою версию моего ухода, но ты знай, Лерочка, что я ушла потому, что внутри пусто стало.

-Ой, а то я бабушку не знаю, - усмехнулась дочка. - Не переживай, и сразу потребуй у этого писателя, чтобы твоя фамилия в книге была!

-Хорошо, - засмеялась я.

-Все, мам, пока, а то у меня картошка совсем остынет, а есть-то хочется!

***

Ровно в шесть утра в дверь постучали.

Я уже была готова. Выставила лампу и поднос на стол, надела новое пальто, окинула прощальным взглядом комнатку, которую я гордо называла мастерской.

-Доброе утро, - Игорь был весь такой выбритый, приятно пахнущий, улыбающийся. - О! Я вижу вы уже собрались, Мария. Похвальная пунктуальность. Я думаю кофе мы выпьем с вами на заправке.

Я кивнула. Но выпить кофе мне не довелось. Как только я села в машину, глаза начали слипаться и Игорь отправил меня на заднее сиденье, где лежал свернутый плед и небольшая подушка. Я уснула так крепко, что не слышала как он останавливался, и проснулась только тогда, когда Игорь тронул меня за ногу.

-Приехали, - тихо проговорил он. - Досмотреть свои чудесные сны вы сможете в кровати, Мария.

-Откуда вы знаете, что они чудесные? - открыв глаза, спросила я.

-Вы так мечтательно улыбались, что другими ваши сны просто не могли быть.

Я вышла из машины и не сдержала восхищенного возгласа.

-Ох! Вы живете в лесу?

-Нет, - засмеялся писатель, - этот дом с огромным участком достался мне от дяди, генерала МВД. Дядя Рома ничего на участке не делал, кроме дорожек и освещения - вот и остался кусок нетронутого леса, а мне тоже нравится. Все соседи облагородили свою территорию, у них там и аллеи с фонтанами, и альпийские горки с клумбами, а у меня сосны.

-И мне нравится.

Дом был основательный, в два этажа, с просторной верандой, на которой стоял круглый стол и плетенные кресла с мягкими подушками. Моя комната мне тоже сразу понравилась, она была небольшая, метров 15 квадратных, но очень уютная - тяжелые темно-зеленые портьеры украшали окно, кровать под таким же покрывалом, небольшой столик и зеркало над ним, шкаф по другой стене, а еще кресло и торшер в углу.

-Ванная комната рядом с вашей, - сказал Игорь, ставя мои чемодан и две сумки рядом со шкафом. - Мой кабинет, спальня, гостиная и кухня на первом этаже, а на втором будете жить только вы и еще здесь находится библиотека, - он усмехнулся, - которая занимает полэтажа. У меня работает еще кухарка Наталья Николаевна, горничная Юля и Юрий, он у нас что-то типа мальчика за все - убирает двор, чинит, если что-то сломалось, ездит за продуктами, ну и так далее. Они живут в пристройке, я вас позже познакомлю. Располагайтесь, обустраивайтесь и спускайтесь вниз.

Вообще после более предметного знакомства с домом Порецкого он напомнил мне старинные особняки из романов Дафны Дюморье, которыми я когда-то зачитывалась. Здесь в каждой комнате, в каждом предмете мебели чувствовалась какая-то своя тайна. Видимо хозяин любил антиквариат, но это не было китчевое собрание вещей под девизом “дорого-богато”, наоборот, все здесь выглядело благородно и естественно, словно комнаты обставлял опытный дизайнер. А может, так и было? Может и вся нарочитая запущенность участка хорошо выполненный дизайн? А еще я нигде не увидела семейных фотографий Игоря. На стенах коридора и гостиной видели в красивых деревянных рамках старые фотографии генерала Порецкого, красивой женщины, похожей на артистку, совсем старые, наверное еще дореволюционные семейные снимки и все.

Наталья Николаевна, похожая на учительницу, со строго собранными волосами, поинтересовалась моими предпочтениями в еде, на что я ответила, что ем все, аллергией не страдаю и отсутствием аппетита тоже. Мой ответ вызвал улыбку на её лице. Юля была совсем молодая, очень симпатичная девушка с огромными зелеными глазами. Она скромно назвала свое имя и слегка пожала мою протянутую руку. Ну, а Юрий был такой мужик-мужик, лет под шестьдесят, крепкий, с мозолистыми широкими ладонями, кустистыми бровями и хитрым прищуром темных глаз.

-Вы, если что сломается, сразу говорите, я могу и набойки набить и отвезти куда...

***

Вечером Игорь позвал меня в свой кабинет. Ноутбук на дубовом столе, покрытым зеленым сукном смотрелся как инородное тело. Игорь сидел в кресле с высокой спинкой, а мне предложил устроиться на кожаном диване, стоящем сбоку от стола.

-Контракт мы с вами подпишем завтра, а работать начнем сегодня, если не возражаете. Мне не терпится услышать ваше мнение. В жанре детектива я как пишут критики преуспел, а вот в другом жанре я не писал ни разу. Послушаете?

-Конечно, с удовольствием.

Игорь открыл ноутбук и начал читать своим глухим голосом простуженного человека:

"Мужчина сидел за накрытым для обеда столом. Казалось, он кого-то ждет. Перед ним лежал айфон последней модели и он поглядывал на экран, как будто собирался заучить то, что там видел, наизусть. Увиденное ему не нравилось, это было видно по морщинке, которая образовалась между его бровей.

За окном, полностью открытым в благоустроенный лучшим ландшафтным дизайнером сад весело щебетали птицы. Свежий ветерок доносил до Родиона благоухание весенних цветов. Его слух улавливал журчание фонтана, изображавшего Русалочку, сидевшую на камне и грустно смотревшую куда-то вдаль. Он сидел один и думал о своей жизни.

Но вот скрипнула дверь и в гостиную вошла девушка, в строгом, форменном, черном платье с белым воротничком и фартучком. Этот наряд напомнил Родиону школьную форму советского образца, которую он еще успел застать, когда учился в младших классах. Он повернулся и смерил девушку взглядом с ног до головы. Она, как всегда было в таких ситуациях, смутилась и немного съежилась, словно ей было стыдно за свою идеальную фигуру, которую так обольстительно подчеркивало обтягивающее короткое платье. А еще на ней были туфли на высоком каблуке, которые делали стройные ноги еще длиннее. Длинные рыжие волосы были собраны на затылке в пучок и гладко зачесаны.

Она принесла поднос, на котором стояла чашка кофе, тарелочка со свежеиспеченными блинами и розетка с вареньем. Родион с детства обожал блины с вареньем, просто не мог без них жить. И вот сейчас, когда стал богатым и известным в бизнес-кругах человеком, не мог отказаться от того, чтобы не начать день с любимого блюда.

- Приятного аппетита, Родион Васильевич, - еле слышно проговорила девушка, опустив в пол свои выразительные, зеленые как первая весенняя листва, глаза.

Он не удосужился ничего ответить, снова пододвинул к себе айфон и что-то там пощелкав, посмотрел на результат. Увиденное его не обрадовало.

Мужчина взглянул на свои швейцарские часы и отметил, что до деловой встречи, назначенной на три часа дня, у него в запасе еще целый час. Итак, время есть, и он может воплотить свой замысел в жизнь.

Его глаза снова остановились на застенчивой девушке, убиравшей со стола. Рука поднялась и он уже готов был обнять ее за плечи и прижать к себе, но передумал.

Вместо этого посмотрел на нее и спросил строгим голосом.

- Ульяна, ты выйдешь за меня замуж?

Девушка вздрогнула и уронила чашку с недопитым кофе. Темно-коричневое пятно разбежалось по белоснежной скатерти, и Ульяна быстро принялась промокать его салфеткой.

- Оставь, - сердито сказал ее хозяин. - Смотри на меня!

Девушка вздрогнула, но послушно выполнила приказ Родиона.

"Значит, не совсем глупая, хоть и растяпа", - подытожил он. А еще она имеет прямо таки модельную внешность. С такой не стыдно будет появиться на каком-нибудь светском приеме. Только рта бы не раскрывала. Потому что этот деревенский говор испортит все впечатление.

- Так что, Ульяна, я жду, - строго сказал он. - Ты будешь отвечать или нет?

Девушка какое-то мгновение молчала, только на ее лице отобразилось недоумение.

- Да, - сказала она. - Спасибо, Родион Васильевич.

"Она полная дура, - подумал Родион, вставая из-за стола и беря в руки свой айфон. Ему пора было на работу. - Дура, каких мало. Но именно такая мне и нужна..."

Игорь закончил чтение и выжидательно посмотрел на меня. Я не знала, что сказать, слишком маленький отрывок, чтобы составить хоть какое-то мнение.

-Интересно, но у меня такое впечатление, что это не начало истории, - осторожно проговорила я.

-Да, это скорее середина, но роман начинается именно отсюда. Вот вам же стало интересно, почему Родион предложил Ульяне выйти за него замуж, правда?

- Да, - согласился я.

- Вот вы и попали на крючок! - Игорь усмехнулся. - Нужно начинать книгу с крючка, чтобы зацепить читателя…с какого-то интригующего эпизода. А потом можно "вернуться" к началу.

-Понятно. И вот еще, Игорь, - решилась я, - имена героев. Они же у вас современные люди. Вот я в своей жизни не встретила ни одного Родиона, и ни одну Ульяну.

-Согласен, но это опять такой прием - вы сразу запомните их имена. Ну что, читаем дальше?

Я кивнула и вдруг почувствовала тревогу, что-то меня насторожило. Но я списала это на волнение от последних событий, новое место и необычность происходящего - ведь я никогда раньше не слушала еще не написанных романов от их создателя.

Когда дверь в кабинет открылась и вошла Юля с подносом, у меня отчего-то мороз по спине пробежался. Девушка аккуратно составила на журнальный стол чашки, заварник, от которого шел аромат трав, сахарницу и вазочку с домашним печеньем.

-Спасибо, Юля, - доброжелательно сказал Игорь.

-Пожалуйста, - тихо ответила горничная, а я невольно прислушалась к ее говору. Ничего не заметила. - Вам налить чай?

-Нет, мы справимся сами, ты можешь отдыхать, - когда Юля вышла, он обратился ко мне. - Наливайте, Мария, этот сбор мне привозят с Алтая, из экологически чистого района.

Я разлила напиток, он был нежного, близкого к медовому, бледно-золотистого цвета. Игорь вместе с ноутбуком переместился ко мне на диван. Сделал пару глотков, я тоже отпила чай.

-Очень приятный вкус, немного сладковатый и терпкий, - сказала я.

-Согревающий, сейчас почувствуете тепло, - кивнул Игорь и добавил. - Продолжим.

"Ульяна родилась в небольшом селе. Таком маленьком, что даже на карте его было не найти. Здесь не было никаких достопримечательностей или исторических мест. Лишь ободранное помещение сельского клуба, куда она с подружками ходила на дискотеки, школа - скучное двухэтажное здание из красного кирпича, и деревенский магазинчик под одной крышей с почтой, и столовой, носившим гордое имя "Кафе Рассвет".

Девочка выросла в многодетной семье. Ее родители были верующими людьми, и поэтому жили по принципу: сколько детей Бог пошлет - столько и будет. Бог к ним оказался щедрым, в старенькой тесной избе подрастало семеро ребятишек. Из них Уля была самой старшей, а это означало, что она постоянно нянчилась с младшими братьями и сестрами, помогала маме на огороде, пасла коров, убирала в доме... Ей некогда было играть с другими детьми, а когда подросла - ходить на свидания. Все время она работала или училась в школе. А для каких-то своих интересов времени совсем не было.

Родители ее воспитывали в таком плане, что как только Ульяна окончит школу, так нужно сразу выйти замуж за такого же верующего и работящего парня, родить кучу детей и сидеть дома, занимаясь хозяйством. Они свято верили, что их дочери удастся достичь в жизни большего, чем имели они сами. Но все это она должна получить, найдя хорошо обеспеченного мужчину, и во всем подчиняясь ему.

У Ульяны же были несколько иные планы на жизнь. Она мечтала пойти учиться в медицинский институт. Профессия врача всегда привлекала ее. В своих мечтах девушка представляла, как переезжает в большой город и открывает там собственную клинику. Как она становится всем известным доктором. И, конечно же, представляла своего будущего мужа, но вовсе не парня из их деревни. Она мечтала о богатом мужчине, похожем на героев ее любимых сериалов. Но где таких встретить? Они же, видимо, просто по улицам не ходят, разве что ездят на своих дорогих машинах. И все равно Ульяна верила - ее судьба ее найдет.

Так она и сказала маме, когда та начала очередной разговор о том, что вот сын ее подруги до сих пор не женат, а он такой хозяйственный, добрый и спокойный, может дочери, стоит присмотреться к нему повнимательнее?

Но Ульяна думала иначе. Она окончила школу с золотой медалью и на следующий же день после выпускного вечера отправилась на железнодорожный вокзал, чтобы ехать в областной город, где у девушки жила тетка.

Мама не хотела ее отпускать, они даже поссорились из-за этого. Но Ульяна упрямо стояла на своем, она потупит в медицинский, даже если весь мир будет против. И мама сдалась, хотя когда они прощались, сказала: “Чует мое сердце, ты скоро вернешься и все равно все будет так, как я запланировала - будешь жить в деревне, выйдешь замуж, родишь деток и забудешь обо всех своих мечтах. Выучиться можно в райцентре на медсестру, раз уж так хочешь возиться с больными.”

Но Уля не хотела быть медсестрой, в мечтах она видела себя врачом-хирургом, спасающим человеческие жизни.

И вот, однажды июньским днем, имея с собой только рюкзак со сменой одежды и старенькой косметичкой и сумку, полную книг и учебников, девушка села в поезд и отправилась в самостоятельную жизни ... Она даже стеснялась разворачивать перед другими пассажирами пакет с едой, которую ей дала с собой мама, потому что там были только кусок сала с хлебом и несколько вареных картофелин.

Она вышла в тамбур, чтобы никто не видел, и там быстро перекусила. А потом села на свое месте в вагоне и открыла учебник по биологии"...

-На сегодняшний день это почти все, - сказал Игорь, закрывая ноутбук. - Подходит для романа, нацеленного на женскую аудиторию, а?

Он смотрел на меня прищурившись.

-Это будет провокационно, и не обидятся ли на вас ваши читатели, которые ждут крутой детектив-боевик, триллер, а тут ...

- Типичный женский роман? С Золушкой и Принцем? - Игорь продолжал смотреть на меня с хитрым прищуром. - В этом и задумка. Мы с вами подготовим рекламную компанию, что-нибудь в стиле "Автор мужских детективов обратил наконец свое внимание на женщин". Вы нарисуете интригующую обложку и мы поместим её на баннеры, которые будут висеть и стоять в книжных магазинах. Неплохая задумка? Ну, согласитесь, Мария, что женская аудитория более благодарна, нежели мужская и читают женщины больше.

-С этим не поспоришь, - кивнула я.

-Я думаю на сегодня достаточно. Идите отдыхать, а я еще немного поработаю. Завтра заедет мой юрист и мы с вами подпишем трудовой договор. Спокойной ночи.

Я встала, попрощалась и поднялась к себе. Достала телефон из сумки, который я еще утром поставила на беззвучный режим и заглянула в телефонную книгу. Пропущенных от мужа было где-то полсотни, также множество звонков от Нади, от свекрови и один от Иришки. В первую очередь позвонила коллеге.

-Ирин, привет, извини, но не могла ответить.

-Да, ерунда, - ответила Иришка. Молодая художница и скульптор Иришка была солнечным, позитивным человеком, с копной черных волос, глазами-вишнями и спортивной фигурой. - Я отчитаться - заказчики в восторге, за поднос сверху еще пять тысяч оставил, прямо прослезился, купец первой гильдии, - расхохоталась она, - лампу мадам к себе прижимала как родную. Короче, все довольны, деньги куда тебе кинуть?

-Отдай Ивану Ивановичу в счет арендной платы, а с чаевых купи торт и всяких вкусностей, пригласи старика, хорошо?

-Будет сделано! - радостно отозвалась Иришка. - Ты за деда не переживай, шефство над ним принимаю на себя. И скажи как ты там устроилась?

-Прекрасно устроилась, - улыбнулась я, - все так хорошо, что даже не верится.

-О, черт, - вскрикнула Ирина, - я немного дегтя капну. Тут твой Виктор с утра приходил. Орал и требовал сказать, где ты есть. Ну, ты уж извини, я его выставила и пригрозила, если еще раз явится вызову полицию.

Разговор с подругой прошел менее гладко. Наденька была в шоке.

-Маша, я никак не ожидала от тебя такого легкомыслия! - восклицала она. - Ты с ума сошла? Поехать неизвестно с кем...

-Ну, почему же неизвестно? - возражала я с улыбкой. - Он очень даже известный.

-Прекрати паясничать! - кипела Надя. - Бросить мужа без всяких причин, это неслыханно.

-Ты же сама говорила, что он жлоб и жмот.

-Да мало ли что я говорила. Виктор не пьет, не гуляет, у вас прекрасная семья, Лерка в конце концов! Ты о ней подумала?

-Вот дочь меня как раз поняла, - ответила я, - и поддержала.

И я поняла, что подруга меня не поймет и не стоит её ни в чем убеждать, поэтому свернула разговор и пообещала впредь брать трубку и звонить.

Только сбросила звонок, как телефон завибрировал в руке. Муж. Очень не хотелось с ним разговаривать, но лучше уж сразу все прояснить.

-Да, Виктор.

-Маш, тв меня извини - тихо так и неожиданно сказал он, - я, кажется перегнул палку. Ты возвращайся домой, пожалуйста.

На секунду мне даже жалко его стало, но решение принято и менять его я не хотела.

-Виктор, ты не перегнул, ты сломал ту палку, я не вернусь. Прими это...

-Дура! Какая же ты беспросветная...

-Значит так, - рявкнула я, - еще одно оскорбление и я внесу тебя в черный список. Послушай меня, Виктор, нас связывает только Лера и только ради неё я готова общаться с тобой, но исключительно по насущным вопросам, понятно?! А Нинель Васильевне скажи, что с ней мне разговаривать не о чем.

Я сбросила звонок и позвонила дочери. Рассказала, что замечательно устроилась и если у меня будут выходные, то я непременно приеду к ней и мы будем вместе гулять по осеннему Санкт-Петербургу и обязательно пройдемся по Гостиному двору.

-Ой, мамуль, Гостиный двор сейчас более интересен как историческая и не только, достопримечательность Санкт-Петербурга, чем как торговый центр. Там сплошь сувенирные лавки, это все для туристов. Лучше уж в "Мегу" пойдем.

-Хорошо, моя петербурженка. Но в Гостиный двор пойдем все равно.

-Ой, мам, ты не представляешь, как мне здесь все нравится, я уже люблю этот город и я отсюда не уеду никогда!

-Поживем, увидим, дочка, ты главное учись, университет окончишь, а там видно будет.

Наконец все звонки были сделаны и я пошла в ванную, а потом легла спать. Спалось мне на новом месте тревожно, вначале я никак не могла уснуть, все казалось, что кто-то ходит по лестнице, что-то шуршит за стеной, то ветка дерева хлестанула по окну так, что я вскочила. А во сне увидела напыщенного, холеного мужчину, который смотрел на молоденькую девушку с огромными зелеными глазами...

Проснулась рывком, и не сразу сообразила, где я. Посмотрела на старинные часы, которые стояли на специальной полочке, ничего не разобрала и потянулась за телефоном.

Игорь вчера предупредил, что завтрак в девять и он будет ждать меня в гостиной к этому времени.

-На все у меня полчаса, - пробормотала я, увидев, что уже половина девятого. - Успею.

Встала и в первую очередь посмотрела в окно. Дождливая морось висела между соснами, а по дорожке из леса к дому неспеша бежал Игорь. В спортивном костюме, подчеркивающим прекрасную физическую форму.

-М-да, может и мне начать бегать? - взяла полотенце и побежала в ванную.

В девять часов я спустилась в гостиную, надев строгую юбку-тюльпан и голубую блузку, которая очень подходила к моим таким же голубым глазам.

-Доброе утро, прекрасно выглядите, - приветствовал меня Игорь, уже успевший переодеться в джинсы и тонкий свитер. - Как спалось на новом месте?

-Замечательно спалось, - ответила я. - А я видела вас, вы бегаете по утрам?

-Да, стараюсь никогда не пропускать утренние пробежки, они заряжают меня на целый день.

Мы сели за стол и тут же открылась дверь из кухни и в гостиную-столовую вошла Юля с большим подносом в руках. Я замерла, но тут же облегченно выдохнула. Девушка была одета в джинсы и светлую водолазку, а на подносе были тарелки с омлетом, тостами и кофейник.‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Не успели мы выйти из-за стола, как опять вошла Юля и тихо сказала.

-Там Вениамин Михайлович приехал, подать ему завтрак, или только кофе?

-А ты у него спроси, Юль, - с легкой улыбкой сказал Игорь.

-Ой, Игорь Станиславович, да он всегда говорит, что из моих рук он готов выпить даже яд, - девушка слегка покраснела и принялась собирать посуду со стола. Делала она все быстро и ловко.

-И повторю это еще хоть сто раз! - в гостиную вошел пожилой, полноватый мужчина в пиджаке в крупную клетку, с объемистым портфелем в руке. - Приветствую всех. Вы Мария? - подошел он ко мне и протянул руку. - Вениамин Казанцев, адвокатская контора "Казанцев и партнеры", иногда выполняю роль юриста при господине Порецком.

-Очень приятно, - я пожала руку мужчины.

-Есть будешь? - запросто спросил адвоката-юриста Игорь.

-Сначала дела, а потом напрошусь на обед, - кивнул Вениамин Михайлович.

-Тогда прошу в кабинет, - и Порецкий первый вышел из комнаты.

Казанцев открыл свой портфель и вынул оттуда коробочку конфет, протянул Юле.

-Ой, спасибо Вениамин Михайлович, - девушка без кривляний взяла конфеты и мне это очень понравилось.

Я вышла из гостиной и, пройдя по коридору, зашла следом за писателем в кабинет. Через пару минут появился и адвокат.

Он без спроса и колебаний уселся за стол писателя, достал папку ярко-красного цвета, учитывая цвет папки, и то, что на шее у Вениамина Михайловича был яркий шейный платок я сделала вывод, что он человек веселый, неунывающий, который любит жизнь, что, честно говоря, не очень-то вязалось с его профессией.

-Читайте внимательно, Мария, - напутствовал он меня, протягивая несколько листов. - И не стесняйтесь задавать вопросы.

Я углубилась в изучение своего трудового договора, а мужчины тихо переговаривались между собой о деле неизвестного мне Махортова.

-Простите, - прервала я их, - вот этот пункт :"Сопровождать работодателя на презентации, приемы, встречи с читателями и другие подобные мероприятия".

-И что вас смутило? - спросил Порецкий.

-У меня нет подходящего гардероба для того, чтобы соответствовать дресс-кодам подобных мероприятий.

-Я выдам вам аванс и вы сможете обновить гардероб, - спокойно проговорил Игорь.

Я кивнула и продолжила читать. Договор был составлен на три месяца, за которые я должна была подготовить обложку книги, и создать десять иллюстраций. Кроме того в мои обязанности, помимо сопровождения писателя, входило прослушивание материала, составление плана рекламной кампании, связь с общественностью и редакцией. Было немного страшно. За первую часть я не волновалась, а вот насчет рекламной кампании, сопровождения и связей были сомнения - справлюсь ли? Но отступать некуда. Я подписала договор и передала его Порецкому. И только тут вспомнила, что в договоре ничего не было сказано про выходные.

-Еще раз извините, я пропустила пункт про выходные дни, - сказала я переводя взгляд с адвоката на Порецкого.

-Они предоставляются по требованию, - ответил Вениамин Михайлович, - до четырех дней в месяц.

"Ну, и на том спасибо", - подумала я, а вслух сказала.

-Просто я хотела съездить к дочери в Санкт-Петербург на пару дней. Попозже.

-Мы это решим, - может мне показалось, но Игорь слегка нахмурился. - Мария, в библиотеке вы найдете ноутбук с записями моего бывшего помощника, там же можете работать над рисунками. Напишите список того, что вам для этого необходимо и отдайте Юре, он привезет.

Я встала, и направилась к выходу. Библиотека поразила меня размерами, количеством книг и огромными окнами от потолка до пола. Я открыла ноутбук и принялась изучать содержимое различных папок - "редакция", "книжные блогеры", "телеграмм", "график" и так далее.

-И почему он его уволил, судя по всему, помощник был человеком аккуратным и исполнительным, - тихо проговорила я.

Обед прошел весело, Вениамин Михайлович много шутил, рассказывал забавные случаи из своей практики и задевал Юлю, отпуская ей комплименты. Девушка улыбалась и четко выполняла свои обязанности. А вечером Игорь опять позвал меня в свой кабинет.

-Готовы слушать дальше? - спросил он, я устраивалась на диване кивнула.

"Напротив Ульяны сидел молодой человек лет тридцати, и внимательно смотрел на неё. Она привыкла к тому, что на нее часто обращали внимание представители противоположного пола. Но это всегда вызывало у девушки стыд. Ее мама вдалбливала ей в голову, что только непорядочные девушки становятся объектом пристального внимания мужчин. Если к тебе цепляется парень - значит ты дала повод, значит сама спровоцировала его.

Поэтому Ульяна старалась не смотреть на своего попутчика, наоборот, она взяла одеяло и закуталась в него, чтобы совсем не было видно ее фигуры. Но даже не поднимая глаз от книги, она чувствовала на себе его взгляд, и от этого смущалась еще больше.

Наконец мужчина потерял к ней интерес и лег спать. Но Ульяна все никак не решалась лечь на полку. Она тихонько сидела, поджав под себя ноги, закутавшись в тоненькое одеяло, выданное проводницей и смотрела в окно, за которым пролетали деревья, столбы, огни встречных поездов…

Колеса отстукивали такт, словно это билось исполинское паровозное сердце. И сердце Ульяны было неспокойно, замирая от волнения, каким-то он будет - большой город, как примет ее тетушка, удастся ли поступить в желанный институт? Она сама не заметила, как уснула, и сквозь сон продолжала слышать равномерный стук колес, то, как поезд останавливался на разных станциях, люди заходили и выходили, дальше снова тишина, только размеренное покачивание, да шум ветра за окном, и снова перестук колес…

Девушка проснулась внезапно, так, как будто кто-то неожиданно выдернул ее из плена сладкого сна. Поезд стоял на платформе, за окном было утро. Люди суетились, собирая свои вещи и толпясь в проходах.

Ульяна выглянула в окно, и увидела величественное сооружение вокзала. Они уже прибыли в город! Волнение затопило ее сердце, птичкой оно затрепетало в груди. Огромный, многолюдный мегаполис, полный всевозможных соблазнов и тайн! Как он ее встретит?

Она потянулась к своему рюкзаку, который оставила рядом со столиком, чтобы достать щетку для волос... но рука коснулась пустого места. Рюкзака там не было!

Может быть, она перед сном куда-то его переложила? Быстро вскочила на ноги... книга упала на пол, но Ульяне было не до нее. Она начала осматривать постель, заглянула на верхнюю багажную полку - везде было пусто.

Того мужчину, который ехал на противоположном месте и так внимательно смотрел на нее, уже и след простыл.

"Да это же он забрал мои вещи! - бухало в голове у Ульяны. - И рюкзак, и сумку! Специально вчера следил за мной, смотрел, куда я их положу. А потом дождался, когда я усну, забрал вещи и вышел.”

Слезы потекли по ее щекам. Во внутреннем кармашке рюкзака были все деньги, которые мама дала ей на дорогу и жизнь - целых пять тысяч. В кармане ветровки осталась какая-то мелочь и паспорт. Да еще одна-единственная книга. Даже учебники ее забрал проклятый вор! У нее теперь не было даже элементарных вещей, таких как расческа для волос или смена белья!

К ней подошла проводница. Женщина среднего возраста в синей мятой форме выглядела недовольной. Ей нужно было сдавать вагон, а тут всякая деревенщина никак не выметется!

- Девочка, поезд уже прибыл к месту назначения, выходите, пожалуйста, — строго заявила она.

- Но я не могу... у меня украли вещи... что теперь делать?

Проводница подкатила глаза, густо подведенные синими тенями.

- Девочка, откуда мне знать, что вам делать? На вокзале есть полиция, обратитесь к ним. А мне нужно закрыть вагон!

Плача, прижимая к груди свою книгу, Ульяна направилась к выходу.

Город встретил ее ярко-синим небом, ветерком, наполненным бензиновыми испарениями, шумом автомобилей и поездов. Люди на платформе куда-то спешили, толкали ее, матерились себе под нос, а Уля стояла и растерянно смотрела вокруг.

В конце концов она увидела вблизи небольших магазинчиков машину с синей мигалкой на крыше и направилась туда…"

-Ох, - вздохнула я, когда Игорь закрыл ноутбук, - жестоко вы с Ульяной.

-Да, мне хочется проверить её на прочность, - хмыкнул писатель.

-Кого? - растерянно спросила я.

-Героиню, - он поднялся из-за стола, потянулся и заявил. - Пойду пробегусь и сяду за работу. До завтра, Мария.

Я вышла из кабинета и поднялась в библиотеку. Увидела в окно, как Порецкий выбегает за пределы участка я опять спустилась вниз и зашла на кухню. Юля укладывала тарелки в посудомойку.

-Чайку захотелось, - пояснила я свой приход. - Нальете?

-Конечно, - улыбнулась девушка, включая чайник и доставая мне кружку.

-Юля, а вы местная? - спросила я.

- Да, я из деревни, которая тут недалеко находится.

-Вы извините мое любопытство, но вы такая красивая девушка, почему вы работаете горничной, вы не хотели учиться?

-Семья у нас многодетная, трое у родителей, я самая старшая. Больше всего я хотела вырваться из дома....

- И вы мечтали стать врачом? - перебила я.

- Нет, - засмеялась девушка, - я учиться не любила, хотела быть танцовщицей. Смотрела различные шоу, типа "Танцы со звездами” или "Танцуй", и представляла себя на паркете в красивом платье, и как все в восторге мне аплодируют... Я танцевала в школьной хореографической студии, преподавательница меня хвалила. Советовала идти дальше учиться на хореографа. Но стоило мне было хотя бы слово сказать родителям о карьере танцовщицы, как они в один голос заявляли: “Только через мой труп!”

- Почему? Ведь это такая же профессия, как и другие, — удивилась я. Мои родители никогда ничего мне не запрещали, подсказать могли, не более того.

- Ну, мои родители верующие, они считают, что танцы это непорядочная профессия, вот учительница или библиотекарь... А мне младших братьев вполне хватило. И книги читать я не очень люблю. Мама считает, что танцовщицы - это те, что в стриптиз-клубах выступают у шеста. Поэтому мне строго приказали идти учиться в педагогический. Но я, слава Богу, не прошла и тетя Наташа, наша соседка, устроила меня сюда. Извините, Мария, я пойду, мне еще постель Игорю Станиславовичу перестелить надо.

Я взяла чашку с чаем, поблагодарила Юлю и пошла к себе. "Интересно, он пишет главную героиню с Юли? - размышляла я. - Внешность - точно, а в остальном? Ульяна с золотой медалью школу окончила, Юля рада, что не поступила в институт". Я прошла мимо своей комнаты и опять зашла в библиотеку. Осмотрела бесконечные стеллажи и наконец нашла книги Порецкого.

-"Справедливость убийцы убийц", - выбрала я книгу из стройного ряда.

Детективный боевик с постоянными перестрелками, погонями и поворотами сюжета был, конечно, чтением для мужчин. Но я не могла оторваться, и читала полночи. Порецкий несомненно являлся мастером своего жанра и автором, который может заставить читателя полюбить детективы! Он писал простым языком, с такими деталями, которые заставляли верить в реальность происходящего, короче говоря - книга читалась на одном дыхании!

-А что я слышала вчера и сегодня? - закрывая глаза спросила я неизвестно кого.

Последняя мысль перед тем, как я провалилась в сон, была о том, что я опять не позвонила родителям.

Утром за завтраком Игоря не было, Юля подала мне гренки, джем и кофе, от яичницы я отказалась.

-Юля, а Игорь Станиславович уже поел? - спросила я.

-Я ему в кабинет отнесла, работает, - тихо и прямо благоговейно, сказала девушка и доверительно добавила. - Тетя Наташа говорит, что он когда работает, так может из кабинета по нескольку дней не выходить.

-Тогда и я пойду поработаю, - улыбнулась я и пошла в библиотеку. - Но сначала найду Юрия, мне надо кое-что купить для работы. Я люблю делать наброски в альбоме и карандашом...

-Вы художница? - удивленно спросила Юля.

-Типа того, - ответила я. - Непохожа?

-Не-а, - помотала головой Юля. - Я художников видела, когда в Москву ездила, они такие...свободные. А вы строгая. Я думала вы редактор. Ой, а вы мой портрет можете нарисовать?

-Я сама хотела вас просить, Юлечка, позировать мне. У вас очень красивые глаза.

-Спасибо, а вы знаете, что вы тоже красивая? Только прическу бы вам сменить, и глаза поярче выделить. Вот соседка наша, Эльвира, скажу честно, страшная как Баба Яга в тылу врага, - Юля засмеялась, как колокольчик зазвенел, - а за счет прически, макияжа и одежды вся такая, красотка, одним словом.

Я накинула выстиранную куртку и вышла из дома. Во дворе, а точнее в лесу было хорошо. Дождь наконец перестал, и туман почти рассеялся, отдельные его клочки как маленькие привидения летали между высоких сосен. Юрия я увидела возле гаража, где он возился с Нивой.

Я поздоровалась и попросила, когда он поедет за покупками, купить и мне кое-что.

-Сделаю, не переживайте, - коротко сказал он и положил листок в карман брюк. - А вы прогуляться?

-Да, хочу пройти по поселку, - кивнула я.

-Эх, все уж тут перестроили, - махнул рукой Юрий, - прилизали, облагородили, тьфу, а раньше дома какие были - деревянные, с историей, а лес? Эх...Может кроме нашего осталось еще пара участков нетронутого леса.

Но я все равно получила большое удовольствие от прогулки. Вдоль дороги вековые сосны подпирали просветлевшее небо. По пешеходной дорожке ездили велосипедисты, пробегали разного возраста и пола люда. Все здоровались, или просто кивали и мне, и друг другу.

В течение дня я набрасывала план рекламы, отвечала на звонки из редакции, и сделала первый набросок обложки на обычном листе А-4.

После ужина, который опять прошел в одиночестве, я уже собралась вернуться к работе, когда Юля сказала, что Игорь Станиславович меня ждет.

Порецкий встретил меня покрасневшими глазами, и довольной улыбкой.

-Простите, что оставил вас на целый день одну, но хотелось закончить главу, - сказал он после взаимных приветствий.

-А я вчера прочла половину вашей книги "Справедливость убийцы убийц", и я хочу выразить свое восхищение. Вы - мастер.

Он засмеялся, весело и непринужденно.

-А вы Маргарита?

-Ну, что вы, - смутилась я, - я самая обычная женщина, которая закопала свой талант, о котором мне говорили преподаватели в институте, в быт и добывание денег.

-А вы себя талантливой не считали и не считаете, так? - спросил Игорь и не дав мне ответить, продолжил. - Не считаете, я вижу. Не спорьте. И совершенно напрасно, поверьте. Открою вам секрет, - он прищурился и добавил таинственности в голос, - я с первого взгляда определяю талантливых людей. Так-то. А теперь наливайте чай и слушайте дальше.

"Полицейские выслушали девушку неохотно. Видимо, у них были какие-то свои планы на этот день, более приятные, чем поиски неизвестного вора, который, бесспорно, уже давно успел убраться куда подальше. Может, сел на поезд и едет себе в другой город.

Тем более, Ульяна даже его внешность описать не смогла. А все из-за своей застенчивости. Ведь мама ей говорила, что когда на тебя смотрит мужчина, никогда нельзя смотреть ему в глаза, как и собаке, потому что животное может стать агрессивным. Нужно отвести взгляд и никак не реагировать на провокации. Девушка смогла лишь приблизительно назвать возраст незнакомца - лет тридцать, да еще, что у него белокурые, коротко подстриженные волосы и был одет в темный свитер и джинсы. Ну да, под подобные приметы подходили тысячи мужчин в городе.

Но обращение оформили, дали ей подписать, записали адрес ее тети и телефон самой девушки (которого, впрочем, у неё уже не было, потому что он находился в том же внутреннем кармашке пропавшего рюкзака, где и деньги).

Молодой полицейский попытался набрать указанный номер, но он был вне зоны. Конечно, преступник уже успел выбросить ее симку.

Увидев шок и отчаяние девушки, стражи порядка пожалели ее и на служебной машине отвезли к дому, где жила тетя. Тем более, ехать было не очень далеко.

Ульяна вышла из машины, поблагодарила полицейских и направилась к девятиэтажке, окруженной со всех сторон такими же мрачными сооружениями, вокруг которых стояло множество машин и не было ни клочка зелени. Только возле мусорных контейнеров расхаживали представители местной фауны - откормленные голуби и наглый рыжий кот с разодранным ухом.

Проверив адрес на листочке, который лежал в паспорте, девушка отыскала нужный подъезд, но войти не смогла, потому что он был закрыт, а код домофона она не знала. И позвонить тетушке теперь она не могла.

Ульяна растерянно переминалась с ноги на ногу рядом с дверью подъезда, сжимая в руках единственную свою материальную ценность - потрепанный учебник по биологии.

Вдруг дверь распахнулась, и из подъезда выплыла женщина с довольно заметной внешностью. Она была высокая и полная, двигалась мощно, с грацией бронетранспортера. Жиденькие волосы на ее массивной голове были собраны в “гульку” и окрашены в цвет “дикая вишня”. Маленькие глазки подозрительно смотрели на мир из-под стеклышек очков, а руки крепко сжимали сумку из кожзама “под крокодила”.

Они с Ульяной дружно уставились друг на друга, а потом женщина всплеснула руками от удивления, чуть не уронив свою драгоценную сумку.

- Ульяна! Откуда ты? - строго спросила женщина, глядя на девушку над стеклами своих очков.

- Здравствуйте, тетя. - пролепетала Уля, опустив глаза и уставившись в потрескавшийся асфальт под ногами.

Да, это была ее тетушка - Маргарита Кирилловна собственной персоной, учительница русского языка и литературы на пенсии.

В свое время юная девушка Риточка, так же, как сейчас Ульяна, вырвалась из родного села и уехала учиться в пединституте. Здесь ей посчастливилось выйти замуж за местного жителя, получить небольшую квартирку и всю жизнь проработать в школе, вбивая в головы учеников знания о Пушкине, Толстом и Достоевском. Муж ее не так давно умер, а детей у них не было. Маргарита Кирилловна жила одна в своей квартире и горя не знала, пока на ее голову не свалилась племянница...

Они зашли в квартиру и Ульяна рассказала Маргарите Кирилловне свою историю, пожилая женщина была просто шокирована. Она ходила по комнате туда-сюда и ругала девушку, которая была такой раззявой, что проворонила (тетушка употребила несколько простонародный термин, который не совсем гармонировал с ее имиджем педагога) свои вещи и главное - деньги.

- Ты знаешь, какая сейчас дорогая жизнь в городе? - гремела она. - О чем думала твоя глупая мать, когда наплодила ораву детей и теперь решила повесить их на шею родственникам? Почему я должна о тебе заботиться? У меня маленькая пенсия! Единственное, что я могу - это дать денег на билет, возвращайся обратно в деревню!

- Но я хочу поступить в медицинский университет, - проговорила девушка, поднимая на тетушку, нависавшую над ней, словно каменная глыба, полный решимости взгляд. - Как только я стану студенткой, то сразу перееду в общежитие и не буду больше обременять вас своим присутствием!

- А на что ты будешь жить, пока будешь сдавать экзамены? Я тебе не благотворительный фонд!

Тетка продолжала маршировать по комнате, сосредоточенно о чем-то размышляя, и наконец лоб ее чуть разгладился.

Она была не злой и даже сочувствовала племяннице, где-то в глубине души, вспоминая как сама когда-то так же приехала в город со скромным чемоданчиком (который, к счастью, не украли по дороге).

- Ну, хорошо, - сдалась Маргарита Кирилловна. - Сейчас пойдем в секонд-хенд и купим тебе все необходимое. Но как только поступишь в вуз - сразу переедешь. Тебе, как ребенку из многодетной семьи, в первую очередь должны дать общежитие! Но и сейчас ты не будешь сидеть у меня на шее. Я тебя устрою на работу, чтобы за еду и коммуналку мы платили пополам. Будешь работать и одновременно готовиться к экзаменам.

Сказано-сделано! У Маргариты Кирилловны была подруга, которая работала поваром в дорогом ресторане. Несмотря на заоблачные цены, ресторан был популярен среди богатых людей города. Считалось престижным обедать, ужинать и отмечать праздники в "Никитинском". У его фасада, обсаженного голубыми елями, все время стояли шикарные автомобили, а усатый швейцар в мундире открывал двери для дам в платьях от кутюр и их спутников, одна пара запонок на рубашках которых стоила дороже, чем годовой семейный бюджет родителей Ульяны.

Но девушка всего этого великолепия почти не видела. В ресторан она заходила с черного хода из тихого переулка, где стояли гаражи и склады.

Она поднималась по крутой лестнице, в маленькой раздевалке снимала свои секонд-хендовские обновки и переодевалась в темно-синий халат и такую же шапочку, надевала на ноги бахилы, а на руки перчатки, в такие мгновения представляя себя хирургом, направляющимся в операционную, чтобы спасать жизни пациентов...

Но на самом деле она отправлялась в комнату на задворках ресторанной кухни, где стояла огромная мойка, а рядом громоздились горы грязной посуды. Богатый владелец ресторана, вероятно, решил сэкономить на посудомоечной машине, поэтому посуду здесь до сих пор мыли вручную. И платили за это немного, хотя для Ульяны это были хорошие деньги. Плюсом этой работы было еще и то, что девушка могла работать по вечерам, а днем она готовилась к экзаменам.

Моя посуду Ульяна мечтала о том, как она закончит вуз, станет талантливым врачом, откроет собственную клинику, и будет приезжать в ресторан на хорошенькой красной машине, а швейцар с вежливым поклоном будет открывать перед ней дверь, и сам хозяин заведения будет выходить в зал и уважительно с ней здороваться.

Пока же она видела его лишь раз, да и то вскользь, когда тот ходил по кухне и ругал всех, кто попадался под руку, последними словами, потому что в ресторан пришла программа “Ревизорро” и ведущая нашла какие-то огрехи.

К счастью, это было днем, еще до того, как Ульяна заступила на смену. Но она немного пожалела, что не увидела, как телевизионщики делают свою работу.

Она сама очень любила разные шоу. А вдруг бы удалось попасть в кадр хоть на мгновение, тогда бы она стала звездой в родном селе!

Но и здесь ей не повезло.

Попасть в программу не удалось, а вот увидеть разгневанного ресторатора - пожалуйста! Он накричал на нее из-за того, что в комнате не работает вытяжка. Хотя какое отношение она имела к вытяжке?

Но девушка не спорила, вздохнула и продолжала заниматься своим скучным и однообразным делом.

А поздно вечером, когда ресторан закрывался, повара выносили ей пакет с едой в пластиковых лоточках, и один из официантов, который жил неподалеку от дома тети, подвозил девушку на своей старенькой машине.

Иначе неизвестно, как бы она добиралась - пешком идти далеко, общественный транспорт в такое время почти не ходил, а на такси пришлось бы потратить всю свою зарплату…

Но приходилось терпеть несмелые ухаживания этого официанта, которого звали Сашей и который, скорей всего, имел в отношении симпатичной девушки дальновидные планы.

Но, как мы уже знаем, Ульяну родители воспитывали очень строго, и она на уговоры парня продолжить более близкое знакомство отвечала уклончиво, чем вызвала у него еще больший интерес.

Да, в каждом мужчине есть сильный инстинкт охотника, и чем больше объект его “охоты” проявляет сопротивление, тем отчаяннее им хочется его завоевать и покорить...".

Порецкий закончил чтение, и выжидательно на меня смотрел. А я не знала, что сказать.

-Это совсем не похоже на то, что я читала вчера вечером. Если бы я не видела вас за работой, то сказала бы, что пишет другой человек. Но мне по-прежнему интересно, как Ульяна попала в дом богатого бизнесмена и зачем он хочет на ней жениться. И я пока не могу составить о ней мнение, с одной стороны - школа с золотой медалью, серьезная цель стать врачом, а с другой - легкомысленные мечты, увлечение шоу и сериалами..., - я пожала плечами.

-Замечательно, - потер руки Игорь, радуясь неизвестно чему. - Мария, завтра поедем с вами в Москву, мне надо уладить пару вопросов, и заодно купим вам платье и туфли. Нас пригласил на прием в честь дня рождения один известный телеведущий.

-Не понимаю, что тебя тревожит? - жизнерадостно спросила Иришка, с которой я решила поделиться своими странными ощущениями.

-Да я и сама не понимаю, но чувствую какое-то несоответствие, - пожала я плечами, как будто Иришка могла меня видеть. - Но, согласись, это странно, когда автор крутых боевиков-детективов пишет женский роман. И я, которая в литературе ни бум-бум, в цензорах, так сказать.

-Так ему и надо, чтобы обычная женщина, не обделенная вкусом и умом, слушала. Проверяет, как будут воспринимать роман именно "обычные женщины". Не заморачивайся, Маш, это же шанс тебе один на десять миллионов выпал. Известный писатель, - Иришка хихикнула, - красавец-мужчина, шикарный дом, работа не тяжелая, наслаждайся!

После разговора с Ириной я позвонила наконец родителям. Мама спокойно восприняла мой уход от мужа, сказала, что я всегда могу на них рассчитывать и они с отцом и бабушкой Олей будут рады, если я приеду жить к ним.

-Детка, - говорила мама, - у нас же тут красота. А озера? Пейзажи так и просятся на холст. Будешь писать, ты же этого всегда хотела.

После разговора с мамой на душе стало уютно и спокойно. Они у меня такие, легкие на подъем, любят путешествовать и никогда не боялись крутых поворотов в жизни. Во времена, когда зарплату платили изделиями предприятия ( в нашем случае - лампочками) они покинули родной завод и стали "челноками", а потом уехали к бабушке Оле ( маме моего отца) и открыли минипивоварню, но потом свернули и завели корову, кур и перепелок. Так что родители мои - люди деятельные, а что главное они всегда вместе, и смотрят в одну сторону.

***

В Москве мы провели почти целый день. Игорь виртуозно сновал на своей машине по улицам и переулкам центра, умудрялся как-то парковаться, заходил в интересные учреждения - Росреест на Малой Басманной, нотариальная контора в Пыжевском переулке, ЗАГС на Садово-Спасской.

А потом пошли в ЦУМ и я онемела минут на десять, не меньше. В моей голове не укладывалось, как может платье стоить миллион, а если точно - 1100 000 рублей.

-Оскар де ла Рента, -шепотом прочитала я на этикетке вслед за ценой, - впервые слышу, - я повернулась к Порецкому. - Игорь, давайте заедем куда-нибудь попроще, - взмолилась я.

Видимо на моем лице отразился такой ужас, что мой работодатель кивнул и мы отправились в демократичный торговый центр на выезде из Москвы. Там я выбрала очаровательное шелковое платье глубокого бирюзового цвета, конечно, и цена в 20 тысяч была для меня непривычно высокой, но с зарплатой, прописанной в моем договоре могла позволись, да и роль "сопровождения" обязывала.

По дороге Игорь рассказывал, что рос он в семье следователей, экспертов, оперативных работников.

-Отец следователем всю жизнь проработал в районном отделении. Дядя его все пытался в управление перевести, но отец сказал, хочешь поругаться? Дядя не хотел. А мама экспертом-криминалистом была. Так что, все, о чем я писал в своих книгах, я брал из их рассказов. Конечно, имена изменены. Место действия выдумано, но факты - реальны.

-А где сейчас ваши родители?

-К сожалению их уже нет на этом свете, - с грустью ответил Порецкий. - Отец умер от инфаркта, пять лет уже прошло, а мама ушла полгода назад. Вот теперь я оформляю наследство.

-Извините, соболезную.

-Спасибо, а извиняться не за что. Такова жизнь, и это нормально, когда родители уходят, вот дети не должны уходить раньше родителей, - проговорил он и остальной путь мы ехали молча, слушая музыку.

***

Вечером я решила надеть туфли, чтобы привыкнуть к шпилькам и не ходить на приеме как нестроевая лошадь.

-Ух, ты, - покрутилась я перед зеркалом, - а я так гораздо стройнее.

Несколько дней прошли тихо, Порецкий работал, выходил только в столовую и на пробежки. Я тоже пыталась освоить работу помощницы писателя. Вела переговоры с несколькими крупными книжными магазинами по встречам Порецкого с читателями, договорилась об интервью с популярным журналом.

На третий день Игорь позвал меня на читку, как он выразился. Я уже привычно устроилась на диване. За окном опять моросил дождь, а в кабинете стоял аромат алтайского чая, мягкий свет настольной лампы освещал стол под зеленым сукном, было тепло и уютно, и глухой голос Порецкого погружал меня в чужую жизнь...

"Незаметно пришло время сдачи экзаменов. Ульяна хорошо подготовилась и была уверена, что станет студенткой университета.

Однако, когда после окончания последнего вступительного экзамена девушка подошла к доске объявлений, на которой были вывешены результаты со списками тех, кто прошел по конкурсу, к своему большому сожалению, она не увидела собственной фамилии!

Просмотрела еще раз - ее там не было. Люди вокруг смеялись, радовались, поздравляли новоиспеченных студентов, но кое-кто из неудачников, так же, как Ульяна, стоял и оплакивал свою несбывшуюся мечту стать медиком.

Ульяна вернулась домой в слезах. Еще с порога, увидев ее заплаканное лицо, Маргарита Кирилловна поняла, что произошло. Она, если честно, и не надеялась на другой вариант развития событий. Просто решила позволить племяннице самой набить себе шишки, потому что так, по ее мнению, жизненный опыт приобретается лучше, чем через наставления и напутствия.

- Ну, а я тебе что говорила? - заявила она. - В медицинский так просто не попадешь. Либо по блату, либо большие деньги нужны! Нет, она, видите ли, считала себя самой умной! Теперь придется тебе, дорогуша, возвращаться домой.

- Я хочу остаться в городе, - робко сказала Ульяна. - Работа у меня есть, и мне посоветовали записаться на курсы при университете, тем кто посещает курсы на следующий год легче поступить…

- Вот как! И что же это за курсы? Надеюсь, они не стоят кучу денег?

Ульяна опустила глаза в пол. Она не знала, как сообщить тетушке, что курсы и впрямь не бесплатные. Более того, один месяц обучения будет стоить столько, сколько девушка получает за это время, моя посуду в ресторане.

- Но у меня есть работа..., - прошептала девушка. - И я найду еще одну…

Маргарита Кирилловна не дала ей договорить:

- Хватит с меня! - хмыкнула она. - Сейчас возьмешь свои документы и отнесешь в торговое училище на соседней улице. Там можно выучиться на повара. А ты уже имеешь, так сказать, протекцию в хорошем ресторане, тебя туда будут брать на практику, а потом, может, и шеф- поваром станешь . Будешь хорошо зарабатывать, снимешь себе комнату и оставишь меня в покое. Еще спасибо скажешь, что направила на путь истинный. Выйдешь замуж за того парня, который тебя с работы подвозит. Он, кажется, местный, с квартирой. Будете как сыр в масле кататься. Чего тебе еще надо?

- Но я не хочу быть поваром, - неожиданно для себя самой решительно ответила Ульяна. - Я стану врачом, чего бы это мне ни стоило!

- Ну, тогда убирайся отсюда! - разозлилась Маргарита Кирилловна, возмущенная такой черной неблагодарностью. Она схватила старую сумку и принялась бросать туда вещи Ульяны. А поскольку их было немного, то и сборы не заняли много времени. - Все, мне надоело с тобой нянькаться! Деньги у тебя на обратную дорогу есть, вчера жалованье получила. Отправляйся домой!

Ульяна взяла сумку и направилась к выходу. Ей надо было, пожалуй, поговорить с тетей, извиниться, и возможно, все и обошлось бы. Маргарита Кирилловна сменила бы гнев на милость и позволила остаться у нее. Но обида перехватила горло, а гордость отобрала у девушки язык.

Она только услышала, как входная дверь громко хлопнула за ее спиной. Путь к отступлению был отрезан, теперь начинается самостоятельное плавание…

***

Ульяна достала из кармана старенький кнопочный телефон, приобретенный в переходе метро, и посмотрела, который час. Она должна была спешить на работу, чтобы сердитый ресторатор не выгнал ее за опоздание.

"Сейчас отработаю смену, переночую на вокзале, а завтра утром буду искать себе комнату. И вторую работу", - подумала девушка.

Она подхватила свою сумку и заскочила в маршрутку, которая как раз подъехала к остановке.

***

Однако удача в этот день решительно отвернулась от нее. На работе ей сказали, что в ее услугах больше нет необходимости. Какая была этому причина девушке не объяснили. Возможно, владелец ресторана решил наконец приобрести машину для мытья посуды. А может тетя постаралась, попросила свою подруг, а та могла хозяину на Ульяну нажаловаться. Но гадать - это пустое дело, в итоге девушка оказалась на улице без надежды хоть как-то “зацепиться” в большом городе.

Единственное, что оставалось - отправиться на вокзал, сесть на поезд и вернуться в родное село. Возможно, ей даже удастся устроиться на работу в местную агрофирму. Но она ярко представляла себе, как будут смотреть на нее односельчане и бывшие одноклассники, тыча пальцами: “Вон пошла госпожа доктор! В городе хотела жить. Только вернулась назад, коровам хвосты крутить!”

Нет, она ни за что не поедет домой! Должен же быть какой-то выход из этой ситуации! Надо только успокоиться и все хорошо обдумать!

Но собраться с мыслями у Ульяны не получалось. Слезы сами катились по щекам, туманили зрение, мысли путались. Она сидела на скамейке неподалеку от входа в ресторан, поставив у ног свою сумку, вся съежившись от горя и безнадежности, которые навалились на нее…

Швейцар с крыльца неодобрительно поглядывал на нее, и уже было собрался спуститься и прогнать девушку прочь, чтобы не портила настроение гостям ресторана своим затрапезным видом, как вдруг напротив лавки остановилась дорогая машина серо-серебристого цвета.

Швейцар сразу узнал машину с номерным знаком, где были одни только семерки. Ее владелец любил это число и считал его счастливым. Это был один из постоянных клиентов ресторана, поэтому швейцар нацепил любезную улыбку, приготовился открыть дверь и пропустить уважаемого гостя внутрь. Хотя швейцара несколько удивило то, что клиент возвращается, ведь он десять минут назад покинул ресторан. Может что-нибудь забыл?

Но, к его, еще большему удивлению, тот не стал заезжать на парковку, где обычно оставлял машину. Пассажирская дверь распахнулась, и, как показалось швейцару, владелец автомобиля обратился к их бывшей посудомойке, сидевшей на скамейке. Может, ругал ее и прогонял прочь?

Швейцар был готов увидеть, как девушка быстро вскакивает с места, берет свою сумку и убегает. Но то, что случилось дальше, стало для него полной неожиданностью.

Девчонка поднялась со скамейки, взяла свою сумку и села в машину. Дверь захлопнулась, и серебристая машина стремительно рванула с места.

"Надо же", - подумал швейцар. Но он был научен никогда и никому не говорить лишнего, поэтому увиденное навсегда осталось его тайной.‌

Ульяна так задумалась, что не сразу поняла, что происходит. Только когда рядом со скамейкой, где она сидела и плакала, остановилась дорогая машина и открылась дверь, она подняла голову и удивленно посмотрела на открытую дверь.

Ульяна подумала, что сейчас из машины выйдет пассажир, и она двинется дальше, но машина продолжала стоять, и из нее никто не появлялся.

- Садись, - вдруг услышала она спокойный мужской голос, и не сразу осознала, что водитель обращается именно к ней.

- Вы мне? - переспросила, крепче ухватив свою сумку. Мужчинам она и раньше не доверяла, а с недавних пор стала бояться.

- А здесь есть еще кто-то, кроме тебя? - иронично поинтересовался незнакомец. - Садись быстро, здесь нельзя надолго останавливаться.

Она с детства привыкла подчиняться таким решительным, авторитарным командам. Поэтому на автомате подхватила сумку и села в салон. Мужчина протянул руку и захлопнул дверь, а потом машина тронулась с места и выехала на оживленный проспект.

Только тут Ульяна сообразила, что она сделала. Какого черта она села в машину к незнакомому мужчине? Он ее загипнотизировал, что ли? Все произошло так быстро, она словно не осознавала, что делает.

Теперь же в голове вихрем понеслись панические мысли. А что, если это маньяк? Извращенец, убийца? Охотится на одиноких девушек, завозит куда-то в лес, и…

Она зажмурилась от страха и принялась нащупывать рукой открывавшую дверь ручку. Готова была выпрыгнуть на ходу, несмотря на то, что машина ехала довольно быстро, и вокруг была оживлена трасса, так что, если бы ей и удалось вырваться из плена, она рисковала оказаться под колесами другого транспорта.

Мужчина за рулем наблюдал за ее метаниями.

- Не делай глупостей, - сказал, поглядывая в зеркало заднего вида. - Потому что вон та фура сзади от тебя мокрого места не оставит.

- А куда вы меня везете? - наконец осмелилась спросить девушка. Ее голос показался ей таким тоненьким и жалобным, как будто говорила не она, а какая-то бедная сиротка из мультика.

- К себе домой, - ответил незнакомец. - Да не дергайся ты, ничего страшного я с тобой не сделаю . Наоборот, хочу дать тебе работу. Это ж тебя Коля сегодня уволил?

Николаем звали бывшего шефа Ульяны. Но откуда этот мужчина знал о ее существовании и о том, что она оказалась без работы? Может, следил за ней? Но это уже было похоже на какой-то шпионский фильм. Кому она нужна-то, ведь Ульяна не наследница какого-нибудь богача и не публичная особа, чтобы ее похищать?

- Мы с ним сегодня обедали, - между тем непринужденно продолжал свой рассказ владелец машины. - Сидели в кабинете напротив окна, Коля мне говорит: “Уволил сегодня одну посудомойку, кризис, надо экономить. А она вон сидит на скамейке и ревет. Не дура ли? Может, думает, что я выйду и назад её возьму?”

Ульяне стало обидно. Может, она и в самом деле выглядит в глазах этих богачей не слишком умной, но так пренебрежительно говорить - это слишком. Некрасиво это и невежливо.

Хотелось сказать что-то такое, что поставило бы этого типа на место, но в голове у нее буквально зажглась красная лампочка, связанная со словом “работа”.

"Он хочет предложить мне работу? Если это друг владельца ресторана, где я работала, то может у него тоже какое-то подобное заведение? И я смогу туда устроиться? Но вдруг он мошенник? Или вообще сутенер? Завезет сейчас в какой-нибудь бордель, вот и будет мне обещанная работа...”

- Да, - выдавила она из себя. - Меня сегодня уволили. А вам тоже посудомойка нужна?

- Ну, не только..., - машина свернула с ярко освещенного шоссе и поехала по темной аллее, показавшейся Ульяне очень жуткой. Сердце колотилось так, что казалось вот-вот выскочит из груди. Но мужчина не проявлял никакой агрессии, не было похоже, что сейчас он набросится на нее.

- Мне нужна горничная, - пояснил он. - У меня работала девушка, но она уволилась. Вышла замуж, а муж запретил работать на чужого дядю. В агентство я обращаться не хочу - пришлют какую-нибудь девицу с матримониальными планами. Мне нужна простая, скромная девушка, такая как ты. Ты же скромная?

Тут он повернул голову и внимательно посмотрел на нее, как будто на ее лбу надеялся увидеть печать, удостоверяющую скромность. Ульяна смутилась и опустила глаза, глядя на свои колени, обтянутые старенькими джинсами. Но за тот миг, что их взгляды встретились, она успела заметить, что мужчина очень привлекателен.

Он выглядел таким ... ухоженным, уверенным в себе. Ульяна показалось даже, что она уже где-то его видела, может, по телевизору или в интернете? У него были светлые волосы и серые глаза, которые, казалось, пронзали девушку насквозь. На вид ему было где-то лет тридцать пять-сорок.

- Кстати, я не представился, - заметил он. - Можешь обращаться ко мне Родион Васильевич. А тебя как зовут?

- Ульяна, - сказала она, так же не поднимая глаз.

- Хорошее имя, - похвалил он. - А парень у тебя есть, Ульяна?

Девушка почувствовала, что краснеет.

- Нет, - пробормотала совсем тихо.

- Хорошо, - качнул головой Родион Васильевич. - Это очень хорошо. Меня все устраивает. Но заметь, ты должна будешь жить в моем доме. Буду платить тебе ... ну, для начала сорок тысяч. Устроит?

Она потрясенно молчала. Это были для Ульяны большие деньги. Хватит и на курсы, и на питание, а еще он сказал, что Ульяна должна жить в его доме, значит ей не надо искать комнату.

Родион понял ее молчание по-своему.

- Мало? - несколько недовольно проговорил он. - Ну, хорошо, пусть будет пятьдесят, но это уже верхняя граница. .

- Спасибо, - только и смогла ответить Ульяна. Ей показалось, что она спит и видит сон, она испугалась, что вдруг проснется, а все будет так, как и раньше, без этого мужчины с его невероятным предложением. - Да, я согласна, - быстро добавила она, кивая. - Меня все устраивает".