Двенадцать дней Рождества

Куропатка на грушевом дереве.

На первый день Рождества

Моя любовь подарила мне

Куропатку на грушевом дереве.

(английская рождественская песня)

В первый день Рождества Иветта Кавалло гонялась за известным писателем Арнольдом Партриджем*. Кто-то мог бы предположить, что делала это она исключительно по долгу службы, но нет, мотивы были личными и самыми что ни на есть корыстными. Так вот, она…

* прим. автора: Партридж от англ. Partridge – куропатка.

Ох!.. Думаю, стоит вернуться к началу и начать именно с него. Говорят, это лучший способ рассказать что-то и хотя я с этим утверждением не совсем согласна, на этот раз всё же последую ему. Итак, всё началось с оборонных планов и Патрика Краста, превращенного в изящный набор для вышивания Хмм...Всё ещё не очень понятно? Тогда попробуем иначе:

Откатимся немного назад. Разумеется, в переносном смысле, потому что катиться куда-либо в прямом значении этого слова я категорически отказываюсь – у меня слабый вестибулярный аппарат, я этого не вынесу.

Так вот, это был приятный тихий день. Ну, то есть он был таким где-то в другом месте и для кого-то другого. Для Питера Фогга, Иветты Кавалло (ещё не так давно известной в столице под именем Астра Аспера) и всей секретной службы его величества это был весьма напряжённый день, поскольку они всеми способами старались предотвратить кражу оборонных планов Ботрулии.

Визит представителей дружественно настроенного государства был не столь невинен, как могло бы показаться. Здесь я бы хотела сделать небольшое пояснение для тех моих читателей, кто далёк от политики: слова «дружественно настроенное государство» имеют весьма широкий диапазон и могут варьироваться от «мы дружески убьем вас и ваших родных» до «давайте обвенчаем наших венценосных отпрысков и объединим наши страны навеки». В данном случае эти слова значили: мы с удовольствием будем сотрудничать с вашим государством, наладим торговые связи и, если получится, постараемся тихонько украсть ваши оборонные планы.

Разумеется, такое ответственное задание глава «дружественно настроенного государства» не стал бы поручать кому попало, а только самому высококвалифицированному шпиону. Этот шпион имел двенадцать сертификатов, прошёл пять курсов повышения квалификации и отравил четырех своих преподавателей. Ещё трое просто бесследно исчезли. Что может лучше говорить о квалификации шпиона, чем такие показатели?

Итак, этому специалисту высшего уровня противостоял молодой и подающий надежды (а иногда и кофе) работник секретной службы Ботрулии Патрик Краст. Поначалу Патрик даже не подозревал, что будет вынужден кому-то противостоять. Его и к кабинету военного министра-то поставили только для того, чтобы он под ногами не путался. Так уж вышло, что все донесения гласили, что «дружественно настроенное государство» интересуют в первую очередь магические артефакты из королевской сокровищницы.

Лично я всегда была твёрдо убеждена - красть что-либо, особенно если ты в гостях, это дурной тон, но королям нет нужды делать такие вещи самостоятельно, ведь можно поручить это какому-нибудь расторопному подданному и оставить свои руки чистыми. Так что визит шел своим чередом: главы государств пили пятичасовой чай, придворные с обеих сторон обменивались вежливыми улыбками и не менее вежливыми сплетнями, а шпион тем временем наткнулся на несущего свою вахту Патрика. Увы! Для последнего это прошло не лучшим образом.

Патрик сумел вызвать помощь (я бы рассказала об устройстве, которое для этого использовалось в секретной службе, но, боюсь, это одна из тех вещей, на которых очень крупно стоит гриф «совершенно секретно» и, пожалуй, даже восклицательный знак), но сам был насильственным образом превращен в набор для вышивания. Так уж вышло, что этот шпион неплохо владел искусством трансфигурации. Что кстати наводит на мысль, не имеют ли три фарфоровые статуэтки, подаренные шпионом музею современного искусства, отношения к трем пропавшим преподавателям. Впрочем, это не имеет отношения к текущему рассказу, так что продолжим.

Никому не известно, что послужило причиной превращения Патрика именно в набор для вышивания: может это было хобби шпиона (признаться, я и сама очень уважаю вышивку крестом), а может несчастный мистер Краст каким-то образом вызвал ассоциации с этим предметом.. Не знаю. Возможно, опытный психиатр смог бы сказать, о чём говорит превращение человека в набор для вышивки и какие комплексы за этим скрываются, но уж точно не я. Нет, дамы и господа, я за такое не возьмусь! Я лишь рассказчик, не диагност.

Таким образом, подмога спешила, Патрик лежал на полу и размышлял о том, отражает ли скудная сине-серая гамма ниток всю глубину его внутреннего мира, а шпион аккуратно и (не могу не отметить) довольно профессионально вскрывал сейф.

Спешу заверить, что всё закончилось хорошо. Шпион был схвачен, договоры о сотрудничестве и торговле между двумя государствами подписаны, а Патрик бережно доставлен в штаб секретной службы.

И вот здесь на сцену выходит Иветта. Опять же не буквально. Конечно, она несколько раз участвовала в театральных постановках в Академии (и имела успех. Среди лучших её ролей была задняя половина лошади, пиво и труп пожилого лейтенанта), но здесь выражение «выход на сцену» имеет исключительно переносное значение.

Иветте было поручено вернуть младшему сотруднику Красту его привычный вид. Потому что, хотя в своем нынешнем состоянии Патрик мог помочь развить мелкую моторику, всё же человеческий облик ему больше к лицу. Ведьма закатала рукава и принялась с энтузиазмом распутывать цепочку заклинания.

Весь отдел, затаив дыхание, наблюдал за ней. Примерно секунд пять. Потому что, как бы ни было интересно смотреть как другие работают (кто-то даже скажет, что на это можно смотреть вечно, я лично не проверяла, так что точно сказать не могу), у сотрудников секретной службы были свои обязанности (хотя некоторые налогоплательщики наверняка станут заверять вас, что это не так и «эти дармоеды за зарплату просто штаны просиживают»).

Таким образом, каждый вернулся к своим обязанностям, а Иветта осталась в кабинете Питера Фогга и продолжила заниматься заклинанием. Рысцой бежали минуты, поспешно утекали куда-то часы, день подошёл к концу, а Ива всё трудилась и трудилась. Для того чтобы разбить вазу, понадобится буквально секунда и минимум усилий, а вот склеить эту же вазу будет гораздо сложнее и дольше. То же самое можно сказать о некоторых заклинаниях. Чтобы отменить их, вернуть всё на круги своя, может понадобиться немало сил.

- Мадам, скушайте кусочек кекса, - внезапно вклинился чей-то голос в стройный ряд магических слов.

Ива вздрогнула от неожиданности (и у неё были основания, ведь все уже давным-давно разошлись, вокруг царила тишина и темно… нет, не темнота, а так, полутьма) и обернулась. В нескольких шагах от неё стояла Фрида – верная экономка сначала Астры Аспера, а потом Иветты Кавалло.

- Фрида, что ты здесь делаешь? – резонно поинтересовалась Ива.

- И вы ещё смеете меня об этом спрашивать! - всплеснула руками экономка. – Сами-то и обед пропустили, и ужин. Совсем уже отощали с этой работой. Всё трудитесь и трудитесь, а режима питания никакого. Что я вашему брату скажу? – отчитывала Фрида работодательницу, выуживая из сумки фруктовый кекс, яблоки, миндальное печенье, капустный пирог, копчёное мясо и мягкий козий сыр.

- Ничего не скажешь. Мы хоть и лучше общаемся в последнее время, но всё же не настолько близки, чтобы он интересовался моим питанием. И вообще, я сейчас очень занята. Надо расколдовать одного очень хорошего парнишку. Тут уж не до еды.

- Мадам, а где мистер Фогг? Уверена, что он тоже сегодня не обедал, - переключила диалог в более конструктивное русло Фрида.

- Все ещё во дворце. Дипломатические визиты требуют его неустанного внимания, - ответила ведьма, возвращаясь к заклинанию. Ей оставалось всего ничего. Только разобраться с вот этим потоком энергии и убрать эту вспышку, иначе у Патрика голова будет из ниток.

- Отлично! Значит, когда вернется.. – увы!, нам не суждено узнать, что же хотела сказать Фрида и как она собиралась закончить эту фразу, потому что тут ее прервали. Знаю, это ужасно невежливо, но уверена, что Фрида не рассердилась. Она вообще не могла сердиться на него.

- Фрида, это ваш чудесный капустный пирог? – устало поинтересовался Питер Фогг.

- Именно он, - с достоинством ответила Фрида. – И миндальное печенье. Чай нальете себе сами, мне пора домой, я собиралась мариновать гуся к завтрашнему ужину. Будьте любезны, не опаздывайте, - произнесла она так, словно он был её гостем, и надо сказать, не самым пунктуальным. – Инспектор Фрамин всегда утверждал, что отсутствие пунктуальности – первый признак распада личности.

Питер Фогг шутливо отдал ей честь, экономка кивнула. На этом Фрида покинула сцену.

- Как идут дела с Крастом? – посерьёзнев, спросил Питер и утомленно упал в кресло.

- Почти закончила, - не отвлекаясь от своего занятия, ответила Ива. – Дай мне ещё пятнадцать минут.

- Ладно. Займусь пока отчётами, - он устроился поудобнее за столом и протянул руку к кипе бумаг, грозившей обрушиться в самое ближайшее время.

Тишина в кабинете была привычной. Немало вечеров они провели здесь за работой (и не только за работой, но об этом тсс, всё-таки не подобает главе секретной службы предаваться страсти прямо на рабочем месте).

К тому моменту, когда Иветта закончила и Патрик Краст вернул свой привычный облик, груда бумаг успела изрядно уменьшиться, а Питер Фогг изрядно проголодаться.

Выразив искреннюю радость от возвращения себе обыкновенного человеческого тела (две руки, две ноги и всё такое), Патрик Краст направил стопы в сторону дома, где его ждала довольно встревоженная семья (не очень сильно, потому что Патрик за короткое время работы в секретной службе успел дважды превратиться в лягушку, трижды отравиться очень смертельным ядом и один раз сломать ногу, поскользнувшись на банановой кожуре, но и не сказать, что совсем спокойная, так как они искренне любили своего непутёвого родственника).

Оставшись одни, Питер и Иветта в первую очередь отдали должное капустному пирогу Фриды (оба не ели целый день и были ужасно голодны). Покончив с пирогом, они обратили внимание на мясо, сыр, кекс и, разумеется, миндальное печенье. Завершив позднюю трапезу, они привычно устроились на узкой кушетке (размер кушетки полностью компенсировался довольно заманчивой возможностью покрепче прижаться к любимому человеку).

- Как дела во дворце? – лениво пробормотала Ива, готовая замурлыкать от того, каким восхитительным образом Питер перебирал пряди её растрепавшихся волос.

- Всё хорошо. Можно сказать, что визит прошел успешно, - ответил он, опуская руку чуть ниже и нащупывая крючки на её платье. – А как здесь дела?

- Замечательно, - шепнула Ива.

- Но ты опять ничего не ела весь день, - нахмурился он.

- Просто не до того было. Столько дел, - отмахнулась ведьмочка. – И потом, Фрида принесла нам поесть.

- Кстати об этом, как она попадает сюда каждый раз?

- Подозреваю, что это какая-то магия. Она не признаётся, - рассмеялась Ива.

- Уверен, если бы ты голодала где-нибудь на вершине горы, Фрида тут же появилась бы из ниоткуда, отчитала за пренебрежение своим здоровьем и накормила своим потрясающе вкусным фруктовым кексом.

- Она чудесная! Надо ей на Рождество подарить что-нибудь невероятно замечательное, - пробормотала Ива, расстёгивая пуговицы его камзола.

- Отлично! Принесем ей Партриджа в коробке с бантиком, она будет в восторге. Фрида обожает его детективы.

- Ты всё шутишь, а я серьезно. Как думаешь, если мы..

Платье, повинуясь умелым рукам Питера, сползло ниже и обнажило упругую грудь.

– А вот теперь я не желаю ни слова слышать о Фриде. Ясно? – шепнул он, спускаясь жаркими поцелуями от ключиц к груди.

Иветта Кавалло, не отличавшаяся послушанием (это подтвердит любой, кто её встречал), с восторгом повиновалась.

Думаю, здесь стоит предоставить этим двоим немного уединения и покинуть их на некоторое время. В конце концов, я ведь рассказываю вам не об этом, а о том, что случилось в первый день Рождества.

А в первый день Рождества Иветта Кавалло отправилась в одно довольно известное издательство, где (надо признать, не самым законным образом, используя своё служебное положение) раздобыла адрес одного из самых известных и скрытных (серьезно, ни встреч с читателями, ни интервью для еженедельных газет) авторов детективов нашего времени – Арнольда Партриджа.

Дома писателя не оказалось и Ива, не привыкшая отступать (это тоже с готовностью подтвердит любой, кто её когда-либо встречал), разузнав, что он поехал в ювелирный магазин за подарком для жены (большой сюрприз, о котором, разумеется, знал весь дом), бросилась за ним. Объехав шесть самых крупных ювелирных магазинов города, в последнем из них Иветта узнала, что джентльмен, похожий на того, кого она ищет, действительно был здесь и ушёл не ранее пятнадцати минут назад. Судя по его словам, он страшно опаздывал к портному.

Известный мужской портной по фамилии Роват категорически не переносил женщин. «Они суетливы и мелочны, - твердил Роват, - они не способны понять Искусства». Именно поэтому Иветте понадобилось целых двадцать минут и четыре страшные угрозы прежде чем она узнала, что Партридж действительно был здесь, но уехал в неизвестном направлении полчаса назад.

Опросив продавцов ближайших лавочек и не узнав ничего полезного (помимо того, что лорд Хэрридж вчера интересовался обручальными кольцами, а королевская судомойка намедни украла серебряную зубочистку), ведьмочка ринулась обратно в дом Партриджа.

Да, он возвращался. Нет, сейчас его здесь нет, он уехал в загородный дом, дописывать свой очередной роман об инспекторе Фрамине. И да, если это действительно дело государственной важности, я, конечно, скажу вам адрес.

И вот поздним вечером, после целого дня утомительной погони, в тиши зимнего сада, под грушевым деревом Иветта Кавалло и нашла известного писателя. А вот добыть его автограф оказалось делом двух минут.

Вот так и прошел первый день Рождества Иветты Кавалло. Иветта пришла домой уставшая, но с мыслью о том, что Фрида будет невероятно рада такому подарку – новая книга об инспекторе Фрамине с автографом автора.

На второй день Рождества

Моя любовь подарила мне

Двух голубей

И куропатку на грушевом дереве

Рождество для Всадников Апокалипсиса играет примерно такую же роль, как все прочие праздники. То есть, для одних никакую, а для других колоссальную. Впрочем, пожалуй, стоит объяснить, насколько важны праздники для Всадников Апокалипсиса.

Голод души не чает в торжествах любого рода. Рождество, день Благодарения, день Гая Фокса, День Взятия Бастилии, День Кукурузных Палочек, Ханука, День Земли, Праздник Стоящих на Голове, День Презервативов и так далее, и тому подобное.

Он обожает появляться на рождественских ярмарках и опустошать лотки с имбирными печеньями и яблоками в карамели. Больше этого ему нравится только появляться в церкви во время всенощной и тайком грызть сухари. Прихожане, изнывающие от голода, с завистью поглядывают на Голода, и готовы заложить бессмертную душу в обмен на черствую корочку хлеба. После таких фокусов Голод неизменно получает благодарность от Ада и гневную жалобу от Рая.

Чума предпочитает исключительно необычные праздники, вроде Дня Без Штанов, Дня Соломинки для Коктейлей, Дня Стриптиза и Праздника Кур. Последний, впрочем, очень уважает и Голод, поскольку неизменной частью торжества всегда является состязание по поеданию куриных крылышек. Для заинтересовавшихся сообщаю, что праздник проводится в Уэйне, штат Небраска, ежегодно 15 июля, не забудьте захватить таблетки для пищеварения, они вам понадобятся.

Смерть всех миров традиционно предпочитает праздники в свою честь. День Смерти, Пасха Мертвых и все в этом духе. На другие торжества у него не хватает времени, но эти он посещает исправно и с большим удовольствием.

Что до Войны, то он.. Ох, вообще-то Война любит разные праздники, в том числе и Рождество, но прямо сейчас.. Да, сейчас ему явно не до них.

- …И как Альфа Голубя считаю нужным сообщить, что.. – медленно и со вкусом перечисляла прегрешения коллеги одна из посетительниц – сурового вида дама с короткими серебристыми волосами и глазами цвета ртути.

- Да сколько можно уже?! – сердито оборвал ее звонкий девичий голос. – Ты ярчайшая звезда в нашем созвездии и мы все преклоняемся пред тобой. Это хочешь услышать?

- Дамы, - устало потирая висок, попытался воззвать к благоразумию звезд Война. Голова немилосердно болела, а неудобное кресло, кажется, успело оставить отпечаток (и вовсе не метафорический) на больших ягодичных мышцах Всадника. – Давайте начнем с самого начала. Что произошло, и почему вы явились с этим именно ко мне?

Пока несчастный Всадник Апокалипсиса, мечтающий о хорошей порции горячего грога, выслушивает двух постоянно перебивающих друг друга особей, мы можем оставить их ненадолго и сделать небольшое отступление.

Поговорим о небесных телах. Так уж сложилось, что человечество хлебом не корми, дай поглазеть на ночное небо. Одним звезды служат надежнейшим навигационным прибором, который грузчик, жаждущий поправить здоровье, не сумеет отнести в пункт скупки металла. Ах, знаете ли, прецеденты бывали, и если лотлинь* и компас сгинули безвозвратно, то стащить звезды с ночного неба злоумышленникам, к счастью, не удалось. Итак, если некоторым особям светила указывают дорогу к дому, то другим они помогают найти путь к содержимому нижних юбок хорошенькой девицы. Ну, знаете, подойти чуть ближе, показывая спутнице очередное созвездие, слегка приобнять за плечи, обдавая теплым дыханием шею, потом ненавязчиво увлечь в сторону сеновала и… Ах, дальше уже не наш рейтинг, так что подробности придется утаить, но, думаю, и так все кристально ясно.

Суть в том, что звезды чрезвычайно важны для самых разнообразных слоев населения, начиная с древних бородатых греков и заканчивая грабителями, взламывающими ночами чужие дома.

Звезды же, обратившиеся к Войне во второй день Рождества, были двумя представительницами славного созвездия Голубь: Альфа Голубя – ярчайшая звезда своего созвездия, носящая имя Факт, и Мю Голубя, являющаяся всего-навсего скромной звездой пятой величины.

- Говорит, что хочет выходной, представляете?! А я пытаюсь объяснить, что наша работа не предполагает выходных, отпусков и отгулов по случаю дня рождения любимой тетушки, - напористо втолковывала Войне Факт.

- И вы обратились с этим ко мне, потому что… - теряя терпение, но все еще сохраняя безупречно вежливые интонации, осведомился Война.

Звезда поджала губы так, что они стали похожи на куриную (впрочем, может и голубиную) гузку, явно разочарованная интеллектуальным уровнем развития своего собеседника.

- Ну, это же вы порекомендовали тому странному еврейскому царю распилить ребенка**, - недовольно проговорила она, откидывая со лба прядь коротких волос. – Вы кажетесь достаточно разумным существом, чтобы помочь мне вразумить эту беспокойную звезду. К кому еще я должна была пойти? Рай и Ад ничего не понимают в звездах, а вы вполне, - она одарила его преисполненным сомнения взглядом, но все же расщедрилась на положительную характеристику: - авторитетная персона.

Война с тоской подумал о горячем гроге. Надо было вести себя, как Чума: та всячески поддерживала образ беспокойного подростка, и уж ее-то никто не вздумал бы звать в третейские судьи для парочки звезд.

- Мю уже развила большую скорость, чем другие звезды нашего созвездия. Того и гляди станет убегающей звездой! – возмущенно воскликнула Факт и, наклонившись поближе к Войне, драматично прошептала: - Вы понимаете, что Мю видно с Земли? Она не может исчезнуть на денек-другой просто потому что захотела выходной!

- Да неужели? – фыркнула Мю – молоденькая девушка с густо накрашенными глазами. - Это ты у нас самая яркая в созвездии, а я всего лишь звезда пятой величины.

Война почувствовал, что готов согласиться и на чашку горячего чая. В крайнем случае, можно даже без чая.

- Мю, - решительно сказал он, - сколько времени вы хотите получить в свое распоряжение?

- Трех-четырех часов было бы достаточно, - тут же выпалила Мю.

- Превосходно, - кивнул Война, ощущая, как забрезжил свет в конце тоннеля и всей душой уповая, что это не приближающийся поезд. – Дату и время вам сообщат дополнительно. Ожидайте официальное письмо.

- Но как же.. – поперхнулась обвинениями и Факт.

- Письмо по поводу вашего выходного прибудет в то же время. Всего доброго, дамы, - одарил их улыбкой, больше похожей на оскал, Война и благоразумно испарился.

Вытребовать выходной для целой звездной системы – задача невыполнимая для обычного человека. К счастью, Война не являлся ни тем, ни другим.

Три сотни лет спустя (а вы думали, такие дела быстро делаются?) двадцать шестого декабря Земля и еще парочка обитаемых планет, с которых видно созвездие Голубя, погрузились в небытие.

Замерло время, остановилось вечное движение звезд. Стрелки часов застопорились на середине пути, застыли люди и животные, растения, ветер и даже огонь. Невидимые человеческому глазу силы остановили все на свете и звезды вышли на прогулку, спустившись с небосклона.

Однако стоит помнить, что даже самый организованный внеземной разум не способен предусмотреть всего. Сотрудники отдела стихий слегка перестарались, накладывая стазис на объекты. Именно поэтому те три курицы, которых одна добрая женщина попросила свою дочь достать из морозилки, не разморозились, хотя почтенные птицы покинули пределы морозилки достаточно давно. В том нет ее вины, послушная дочь выполнила указания в точности, просто так уж совпало, что именно на этот день выпал тот самый, давно обещанный звездный выходной.

Вот правдивая и совершенно точная история о том, что же произошло двадцать шестого декабря сего года. Оставляю читателей подумать обо всем, что узнали, а автор пока заглянет в свою морозилку. Мало ли, что там завалялось..

Ах да, рада сообщить, что Война все же получил в тот год (и во все последующие) свою порцию горячего грога и добрый кусок индейки с клюквенным соусом.

_______________________________

* Лотлинь - пеньковый трос с привязанной к нему свинцовой гирей. Использовался для измерения морской глубины.

** Факт ссылается на историю о царе Соломоне, к которому пришли две женщины и требовали рассудить, кому принадлежит ребенок. Царь приказал разрубить дитя пополам, чтобы каждой женщине досталась половина. Одна из женщин согласилась, а вторая готова была отдать ребенка сопернице, лишь бы его не убили. Соломон сказал, что та, которая готова отдать дитя, только бы сохранить ему жизнь, и есть мать.

На третий день Рождества

Моя любовь подарила мне

Трёх куриц*,

Двух голубей

И куропатку на грушевом дереве.

А для Ларисы Французовой (уроженки Тверской области, пусть фамилия не вводит вас в заблуждение) третий день Рождества был совершенно безызюмным. Абсолютно никаких изюминок, самый обыкновенный день, за которым по пятам следовал самый обычный вечер. Запланированный ужин в ресторане с близкой подругой Раей пришлось отменить, так что сейчас Лариса пробирается сквозь петербургские сугробы, кляня разными нехорошими словами всех ответственных за это безобразие, начиная с дворника Гриши и заканчивая губернатором, а заодно и Раей, которая так внезапно уехала в командировку со своим таинственным рыжим начальником.

Итак, Лариса, брела сквозь тьму, рассеиваемую лишь слабым светом уличных фонарей и гирляндами на чужих окнах, вооруженная двумя куриными грудками и не слишком воодушевляющими планами на вечер. Ужин, возможно, ванна, фильм и кровать. Да-да, вас же предупреждали, что ничего интересного не будет.

Куриные грудки были совершенно необходимы, поскольку первый день Рождества (собственно, само Рождество) Лариса провела в отчем (или матчем, зависит от того, с какой стороны посмотреть) доме.

- Очаровательный парень. Обеспеченный, из хорошей семьи, - воодушевленно сватала Ларисе мать очередного незнакомца. – Как раз недавно расстался с девушкой. Ему пойдут на пользу новые отношения, да и тебе тоже.

- И что за парень? – без интереса спросила Лариса, вяло ковыряя картофельное пюре. Пюре получилось восхитительным – воздушное, нежное, но мамины речи способны отбить аппетит даже у подготовленного слушателя.

- Сын тети Кати. Такой милый мальчик, - жизнерадостно прощебетала мать, отодвигая ларисину тарелку подальше: - Дорогая, кажется, тебе пора остановиться. Я, конечно, не давлю и ни на что не намекаю, но с твоими данными нелегко найти спутника жизни, давай не будем усугублять ситуацию.

- Это тот сын тети Кати, которого посадили за избиение подруги? – уточнила Лариса.

- Его уже давным-давно выпустили, - отмахнулась мама. – И потом, кто знает, что там случилось на самом деле, а парень он очень положительный. Всегда здоровается, такой вежливый. Кроме того, - тут мама одарила Ларису тем самым взглядом: - Не в твоем положении стоит капризничать. С нашей последней встречи ты набрала минимум три килограмма, одиночество явно не идет тебе на пользу. Даже эта Рая, даром что не красавица, смогла найти себе ухажера.

- А мне мои уши нравятся, - вяло огрызнулась Лариса, - так что, может, все и к лучшему.

Мама лишь всплеснула руками:

- С тобой бесполезно разговаривать! Не будем портить друг другу праздник, вернемся к этой теме позже.

По мнению Ларисы, мать во многом была не права, но слова о весе заставили девушку задуматься. Так уж вышло, что вес был ахиллесовой пятой (или криптонитом**, зависит от того, сколько вам лет) двадцатипятилетней Ларисы Французовой. Повстречай Лариса боггарта***, он непременно превратился бы в весы. В повседневной жизни она вполне успешно противостояла давнему врагу, но встречи с мамой неизменно выбивали из любой, даже самой хорошо проложенной колеи. Именно поэтому Лариса твердо решила посидеть ближайшие несколько недель (а может и месяцев) на диете. Куриные грудки и кефир – вот залог покоя и счастья.

Должна сообщить, что этим планам не суждено было сбыться. Лариса почти достигла вожделенной (а какой же еще, учитывая, что у нее замерзли руки и ноги, замерз, покраснел и, кажется, почти отвалился нос) тяжелой подъездной двери, когда увидела его.

Темный мрачный силуэт громоздился возле соседской машины. Силуэт соседом явно не являлся и ларисино чутье насторожилось. Зачем какому-то проходимцу высматривать что-то под чужой машиной в этот холодный зимний час? Тем не менее, надо было оставить возможность простого и безобидного объяснения: это родственник соседа, который одолжил ненадолго машину, чтобы съездить в гости к любимой бабушке. Неуклюжими от холода пальцами он доставал из кармана ключи от машины и случайно уронил их, а теперь пытается достать. Или что-нибудь в этом роде.

Итак, поскольку Ларисе было знакомо словосочетание «презумпция невиновности» и поскольку она не хотела пока превращаться в склочную чрезмерно бдительную соседку или, упаси Господь, свою мать, она подошла к незнакомцу, заглядывающему под чужую машину, и довольно громко кашлянула. Незнакомец сказал:

- Цып-цып-цып.

Лариса насторожилась. Буйные незнакомые мужчины в ее планы на вечер не входили. Тем не менее, отступать она не планировала.

- Кхе-кхе, - чуть громче откашлялась она.

- Если вы больны, то сидели бы дома в такую-то погоду, - сварливо откликнулся мужчина и поднялся с колен.

В незнакомце было почти два метра по вертикали и еще довольно много по горизонтали. Где-то наверху (Ларисе пришлось задрать голову, чтобы увидеть) обнаружились густые хмурые брови, колючие черные (а может и не черные, кто их поймет в темноте) глаза и прочие элементы, полагающиеся человеческому лицу, пусть даже на первый взгляд и высеченному из камня особо твердой породы.

- Добрый вечер, - немного очнувшись от осознания несоответствия весовых категорий, сказала Лариса. – Вы что-то потеряли?

- Потерял, - хмуро бросил незнакомец и отвернулся, зашагав к следующей машине. Возле нее он проделал ту же операцию: наклонился, опустившись синими джинсами в снег, заглянул под машину и позвал:

- Цып-цып-цып.

Лариса следовала за ним по пятам. Если незнакомец буйный, то надо уберечь общество от него, если не буйный, то уберечь его самого от холода. Кто знает, может, он сейчас спать на снегу начнет?

- Меня зовут Лала, - представилась она и протянула руку, решив начать разговор с чего-то менее прямолинейного, чем: «Вы потеряли курицу в центре города или просто спятили?».

Незнакомец, закончив с машиной, взглянул на бледную ладонь, словно ожидая, что она вот-вот взорвется.

- Имя, как у проститутки, - наконец процедил мужчина. Лала поспешно убрала руку. – Родители не любили, что ли?

Немного обидевшись за родителей, Лала привычно пояснила:

- Вообще-то Лариса, просто я в детстве букву «р» не выговаривала, вот и получалось вместо Лары Лала. Как-то так оно и прижилось.

- Ага, понятно, - бросил мужчина, заглядывая под очередной автомобиль.

- Может, я могу помочь вам с поисками? – предложила Лала. – Вы только скажите, где последний раз видели свою пропажу.

Мужчина смерил ее пронзительным взглядом, сканируя все, начиная с потертой вязаной шапки и заканчивая пакет с несчастными куриными грудками, и наконец, бросил:

- Вон у того подъезда, - он указал на ближайший подъезд и пошел дальше.

- Ага, - кивнула Лала, догоняя мужчину. – Полагаю, она у вас маленькая, значит, далеко уйти не могла.

- Нет, - согласился незнакомец. – У нас уговор: за пределы двора не выходить.

- Отлично, - одобрила Лала, стараясь не представлять процесс переговоров с курицей. – Значит, стоит поискать где-нибудь неподалеку. Может, зайдем в подъезд? Наверняка она пошла в теплое место.

- Хм, - задумался незнакомец. Видно было, что идея его не слишком впечатлила, но немного подумав, он все же согласился: - Пожалуй.

В своем подъезде и стены помогают. Соседка с третьего этажа – врач, если ему нужна срочная медицинская помощь, она поможет, а если незнакомец окажется буйным, то сосед с первого – профессиональный боксер. Так лихорадочно размышляла Лала, пытаясь самой себе оправдать приглашение в подъезд. Мамин голос настойчиво и неумолимо шептал: «убьет, изнасилует, расчленит и съест, сколько раз тебе говорила, не ходи с посторонними в уединенные места».

- Цып-цып-цып, - снова заладил мужчина, едва они вошли в подъезд.

- Послушайте, у вас все хорошо? Может, вы ударились? Сейчас дороги такие скользкие, просто жуть, - сыпала предположениями растерянная Лала. Скорую вызывать вроде бы не было повода, полицию тоже. Что же делать? Незнакомец, огромный, точно медведь, пока агрессии вроде бы не проявлял.

- Вы бы шли, куда вам надо, дамочка, - недружелюбно посоветовал он.

- Да я не очень-то тороплюсь, - на всякий случай, сжав покрепче пакет и приготовившись отбиваться куриными грудками, сказала Лала. – А ваша курица, она как выглядит вообще?

- Цыпленок, - коротко бросил незнакомец. – Маленькая и светленькая. Глаза голубые, волосы короткие.

- Ага, хорошо, - тряхнув головой в попытке избавиться от видения волосатых голубоглазых цыплят, сказала Лала. – Думаю, нам стоит позвонить в службу э-э-э… Отлова животных и они быстро помогут с вашей бедой.

Скорая, срочно вызвать скорую! Он же бредит!

- Зачем отлов? – удивился незнакомец и снова позвал: - Цып-цып-цып.

На его голос кто-то зашуршал наверху, на лестничной площадке второго этажа, послышались быстрые легкие шаги и..

- Нашел! – в хмурого незнакомца на полной скорости врезалось крохотное тельце, закутанное в белую шубку. – Ты меня нашел, папа!

- Конечно, цыпленок, - каменное лицо незнакомца расплылось в нежной улыбке. Он опустился на колени и ласково заворковал: – Ты меня провела! Вернулась обратно в подъезд и спряталась тут.

- Так вы ее искали!.. - протянула Лала, ощущая себя полной дурой. Словно мало ей было мамы, теперь еще и всякие незнакомцы ставят ее в идиотское положение. Впрочем, в данной ситуации она сама виновата, что делает все еще обиднее: даже обвинить некого.

- Ну да, - поднял на нее взгляд суровый незнакомец. – Ася, моя дочь. Я только сейчас сообразил, что вы, должно быть, подумали, что я настоящего цыпленка потерял?

- Я папин золотой цыпленок! – звонко сообщила девочка. Из-под теплой шапки действительно выбивались золотые пряди. - Мы играли в цып-цып-цып, потому что дома скучно, а мои игрушки еще не все привезли, потому что грузчики застряли в снегу, потому что папа «придумал такую глупость, переезжать прямо под Новый год». Но мне нравится играть с папой, поэтому даже хорошо, что наше движимое имущество, - старательно выговаривая фразу, сказала она, - еще не доставили. Как вас зовут?

- Лала, - девочка была очаровательна, ее отец угрюм, а Лала все еще чувствовала себя невыносимо бестолковой, но вбитые крепко-накрепко правила вежливости все же преобладали: – Очень рада познакомиться, - искренне улыбнулась она.

- Хотите сыграть с нами? Мы можем обе быть цыпленками, а папа будет искать, - предложила девочка.

- Не думаю, что у нашей доброй соседки есть время на игры, - с долей насмешки ответил незнакомец и, взяв дочь на руки, направился к лестнице. – Да и тебе уже пора в постель. Кстати, - он замер на ступеньке, - это было очень мило с вашей стороны – помочь мне в поисках.

Девочка ловко извернулась в отцовских объятьях и горячо зашептала ему что-то на ухо.

- Да? – уточнил он, и она вновь принялась что-то пылко доказывать. – Я не думаю, что…

Наконец, переговоры завершились, удовлетворив, по-видимому, как минимум одну из сторон. Сияющая, как первая звезда, девочка торжественно сказала:

- Мы с папой хотим пригласить вас на наш новосельный ужин.

Полагаю, что здесь мы можем оставить Ларису. Дальше она справится без нашего участия. Спешу сообщить, что после некоторых колебаний приглашение недовольного мужчины и белокурой девочки было с благодарностью принято. Ужин прошел хорошо (хотя десерт и подгорел немного), так же как и все последующие ужины, коих было еще очень много. На третий день Рождества Лариса, сама того не зная, получила трех курочек – двух магазинных и одного бесценного цыпленка. Хмурый незнакомец оказался не таким уж хмурым, а вскоре и вовсе перестал быть незнакомцем. И да, переживания по поводу фигуры ушли в прошлое, так же как диеты. Кроме того, у Ларисы существенно увеличились физические нагрузки: благодаря супругу по ночам и дочери днем Лала вела довольно активный образ жизни.

Вот вам совершенно правдивая история про трех французских куриц.

________________________________

* В оригинале «трех французских куриц», отсюда и фамилия героини рассказа.

** Криптонит – вымышленное вещество, являющее единственной слабостью Супермена.

*** Боггарт – разновидность привидений, меняет форму на то, чего больше всего боится стоящий перед ним человек.

На четвертый день Рождества

Моя любовь подарила мне

Четырех певчих птиц,

Трех куриц,

Двух голубей

И куропатку на грушевом дереве

- Раиса, почему ты не сообщила, что беременна? – с места в карьер ошарашил Раю Яблокову работодатель и по совместительству возлюбленный на четвертый день Рождества.

В любой другой ситуации Рая бы отметила, что у Смерти прекрасное чувство юмора и вернулась к работе, но Раиса! Так Смерть называл ее только в исключительно серьезных случаях, поэтому она осторожно высунулась из-за монитора и спросила:

- А почему мне никто не сообщил?

Напряженный, как струна, Мик осел на удачно подвернувшийся стул для посетителей, словно марионетка после спектакля.

- То есть не беременна? – все еще настороженно спросил он.

- Я бы сказала, что нет, но, судя по всему, тебе известно что-то, чего я не знаю, - пожала плечами Рая. Она работала в приемной Смерти не первый день, поэтому внезапными обвинениями в беременности ее не удивить. – Или ты решил, что твоим секретарям непременно полагается беременеть?

Смерть сосредоточенно нахмурил рыжие брови и, обойдя стол, потянулся к животу секретаря.

- Никакой жизни, - наконец, выдал он вердикт.

- Да? Это настораживает. А как же бактерии и вирусы? Хотя хорошо, что на гельминтов можно не проверяться. Кстати, кто тебе сообщил новость?

- Птичка напела, - усмехнулся окончательно успокоившийся Смерть. – На самом деле, даже четыре птички. Поэтому я и заподозрил, что это может быть правдой.

- И как зовут этих пернатых? – полюбопытствовала Рая, догадываясь, впрочем, об ответе.

- Брунгильда, Мудилл, Чума и Кэсс.

- Надо же, какой набор, - присвистнула Раиса.

- Именно! Каждый по отдельности подошел и поздравил с будущим отцовством, - пожаловался Смерть. – Чума сказала, что тебе надо больше отдыхать и, что я заставляю тебя работать не по-пацански. Кэсс сказала, что с радостью понянчит младенца и уже купила для этого специальные перчатки.

- Перчатки?

- Холодная вампирская кожа может не понравиться малышу, - пояснил Мик. – Брунгильда напомнила, что она почетная мать, высидевшая на своем веку не одно яйцо, так что если тебе понадобятся советы, ты знаешь к кому обратиться.

- А Мудилл? – явно наслаждалась рассказом Рая.

- Посоветовал перед рождением малыша сходить к психологу и проработать свои проблемы. Дал визитку своего специалиста. Страшно даже представить, что будет, когда слухи дойдут до Таши. Ее энтузиазма Ад просто не переживет.

- А они дойдут. Опровергать что-либо, значит подливать масло в огонь. Предлагаю отвлекающий маневр. Судя по всему, слухи поползли от Фарадея из Отдела Искушения. Эти демоны искушения такие сплетники, а он на днях сидел в приемной, ждал тебя, и услышал, как я по телефону сказала Таше, что меня уже тошнит от всего этого. Речь шла о путанице в Отделе Наказания Грешников. Я пыталась свести концы с концами, что оказалось не так уж легко из-за того, что какие-то не самые разумные сотрудники решили, будто бы вечная смерть – прекрасное наказание для грешных душ. В результате на меня свалилась уйма совершенно одинаковых бланков на одних и тех же людей, которые умирали примерно по три раза в минуту.

- А у Департамента Смертей Млекопитающих из-за этого нагрузка увеличилась в несколько тысяч раз, - кивнул Смерть, который прекрасно помнил балаган, творившийся в Аду из-за чьей-то чрезмерно буйной фантазии относительно методов наказания.

- Именно. Так вот, я полагаю, что Фарадей и разнес сплетню о моей беременности.

- И чем можно перебить такую сногсшибательную новость?

- Пять слов: архангел Михаил уходит на пенсию!

- Рая, в конце концов, это же неэтично, - не слишком убедительно пожурил секретаря Мик.

- Именно поэтому мы возьмем отгул на пару дней и пусть…

- ..этот адский котел варится без нас, - подхватил Смерть.

- Ну, разве мы не отличная команда? Подготовимся к празднику, сходим на ярмарку, съедим по имбирному прянику, полюбуемся огнями.

- Оставлю распоряжения Кэсс, - сказал Мик и исчез.

Рая оглядела фронт работ. За пару часов можно управиться. Кризисов никаких, к счастью, нет, система работает идеально. Кэсс отлично справляется с обязанностями заместителя Смерти. Все же на предыдущей должности ей было скучновато, а теперь энергичная вампирша может направлять свою энергию в полезное русло.

- И знаешь, - материализовавшийся Мик подошел к Рае поближе: - Думаю, нам пора обсудить вопрос деторождения.

- Неужели? – аккуратно выщипанная бровь взметнулась вверх.

Смерть ласково усмехнулся, но взгляд его остался серьезным:

- Ну, не все же демонам плодиться и размножаться.

- Действительно, - промурлыкала Рая, обвивая его шею руками.

Слухи о том, что архангел Михаил смертельно болен/постригся в монахи/похищен жителями одного из особо продвинутых миров/на самом деле никогда не существовал/открыл бар в Техасе и выслушивает теперь истории посетителей/умер и был клонирован силами Тьмы/Света/Полосатыми черно-белыми силами/Разноцветными силами расползлись по Аду и Раю с ошеломляющей скоростью.

Особенно впечатлительные сотрудники при виде Михаила начинали креститься. Архангел был в ярости. Он долго искал источник сплетен, но так ничего и не обнаружил. И никто никогда не узнал, что все эти жуткие версии выросли из пары слов, вскользь брошенных Раисой Яблоковой в столовой Ада на третий день Рождества. Ну, а Рая была вынуждена пойти на крайние меры из-за четырех птичек, напевших Смерти всех миров то, что пока еще не было правдой.

Ох уж эти певчие птицы, да?

Однако все, что изложено здесь, есть чистая правда и абсолютная истина, учтите.

На пятый день Рождества

Моя любовь подарила мне

Пять золотых колец,

Четырех певчих птиц,

Трех куриц,

Двух голубей

И куропатку на грушевом дереве

Ровно пять золотых колец оставила на рабочем столе заместителя Дьявола Таша, прежде чем Людо сообразил, что ему сделали предложение, от которого он не может отказаться. Чего Таша не знала, так это того, что шестое, платиновое кольцо мирно лежало в кармане Людо уже несколько дней, ожидая подходящего момента.

На шестой день Рождества

Моя любовь подарила мне

Шесть откладывающих яйца гусей,

Пять золотых колец,

Четырех певчих птиц,

Трех куриц,

Двух голубей

И куропатку на грушевом дереве

За несколько месяцев до событий книги «Секретарь Рая». Шестой день Рождества.

- Что это? – уперев руки в бока, грозно осведомилась ведьма.

- Гуси! - гордо ответил супруг вышеуказанной ведьмы. – Самые лучшие, - вбил он еще один гвоздь в крышку своего гроба.

- И зачем ты притащил в наш дом этих «самых лучших» гусей? – опасно прищурившись, поинтересовалась ведьма.

Это был самый подходящий момент, чтобы свернуть с проторенной дорожки, явно выложенной благими намерениями и ведущей, сами знаете куда, и свернуть на более простой и безопасный путь извинений, поцелуев и вареной брюссельской капусты. Вместо этого правая рука Дьявола удовлетворенно улыбнулся как человек, проделавший действительно хорошую работу (пожалуй, так оно и было, если не считать того, что человеком Людо не являлся) и сказал:

- Дорогая, во время беременности введение в рацион гусиных яиц способствует нормальному развитию мозга и нервной системы у ребенка.

- И поэтому ты притащил в наш дом полдюжины живых гусей? – не столько уточняя, сколько давая мужу последний шанс отказаться от своих показаний, сказала Таша.

- Милая, я стерпел, когда ты сказала, что будешь продолжать работать, пока не найдешь себе замену, потому что, видите ли, оставлять Смерть одного это бесчеловечно. Потерпел бы, ничего страшного. Пришлось понять и принять это твое желание. Я уступил, потому что ты так хотела.

- Да ну? – скрестила руки на груди слегка беременная и преисполненная скептицизма ведьма. – Ты уступил не мне, ты уступил одной из своих книжек про беременность. «Эмоциональное состояние будущей мамы крайне важно для развития плода», - скривившись, процитировала она.

- Я молчал, когда ты попросила не испепелять нахала, толкнувшего мою беременную супругу в общей столовой Ада, - продолжал демон. - Пришлось ограничиться ссылкой в самый дальний из миров и непосильной работой, взваленной на него. Я варю брюссельскую капусту каждый божий.. дьявольский.. чей угодно, день, хотя от одного ее запаха хочется повеситься!

- А мне нравится! – задрала нос ведьма.

- Именно поэтому ты получаешь ее ежедневно в любое время суток, - мрачно отметил демон, который начинал уже думать, что брюссельская капуста одно из лучших изобретений Ада. – Так вот, любимая моя, я готов идти на любые уступки, но от гусей избавляться не стану. В литературе четко сказано, что вареные яйца…

Ближайший гусь громко загоготал, видимо, подтверждая, что да, вареные яйца – великая вещь.

- В общем, это моя твердая и незыблемая позиция, - припечатал любящий супруг. Черные дыры его глаз смотрели прямо в душу, темная тень за его спиной выглядела хищно.

- Незыблемая? – брови Таши взмыли вверх. – Ладно. У меня устали ноги с тобой спорить. Продолжим в другой раз.

- Массаж? Воды со льдом? Ромашковый чай? – тут же захлопотал демон.

Рада сообщить, что спор супруги так и не продолжили. Сперва они переместились в спальню, где Таша получила сеанс массажа от своего демона, а потом.. Впрочем, это уже не наше дело. Нам стоит знать только то, что от гусей Людо избавился на следующий же день, когда Таша явилась на работу с перьями, невесть как оказавшимися на ее кардигане. Смерть всех миров так долго и жалобно чихал, так неустанно сетовал на судьбу, требовал таблетки от аллергии, холодной воды и врача, что демону ничего другого не оставалось. В конце концов, эмоциональное состояние любимой жены для него было на первом месте. А каким оно может быть, если начальство капризничает и страдает от аллергии? Так что гусей немедленно доставили на ближайшую ферму с наказом строго настрого присматривать за птицами и кормить их только экологически чистыми кормами. И да, демон исправно посещал ферму каждое утро, принося жене свежие яйца.

Так все и было однажды на шестой день Рождества.

На седьмой день Рождества

Моя любовь подарила мне

Семь плавающих лебедей,

Шесть откладывающих яйца гусей,

Пять золотых колец,

Четырех певчих птиц,

Трех куриц,

Двух голубей

И куропатку на грушевом дереве

- Тебе, братан, будут очки втирать, но ты не поддавайся, эти додики сами не знают, чо было, чего не было. Не боись, ты не фуцан* какой, а чустный** парень, тебе тетя Чума щас даст раскладку***, чо да как произошло. Короче, дело было жесть как далеко, туда не то что волки позорные, нормальные ребята не заглядывают. Далекое, короче, королевство в далеком мире.

Жихтарила*4 там одна алюра*5, внешность у ней, ну, чистый керосин, прям глаз не отвесть. Так на нее народ зенки таращил, что можно было лопануть*6 каждого в толпе, никто б и глазом не повел. В общем, така была краля, что тушите воду, зажигайте лампы. И было у той крали не один, не два, а целых семь братьев. Короче, там, где другим недодали, ей сыпанули с верхом. Жухнула*7 чутка судьба, ну да ладно, поймешь еще, что не бывает так, чтоб завсегда всем поровну было.

И попался ей на жизненном пути идолка*8, ну чистое мурло. В общем, невзлюбила одна гагара*9 нашу кралю, завидовала ей, ясно дело. И чтобы крале жизнь малиной не казалась, превратила злобная гагара всех семерых братьев в лебедей. И ладно бы в кабанов или львов, так ведь в шелупонь какую. Братья, понятное дело, крылья в ноги, лапы в руки и прочь из города, пока братва не засмеяла. Потому как от такого позора вовек не отмыться. Сунула наша шедевральная чувиха белинского*10 в нутряк, рассыпухи*11 захватила и пошла на дело. Долго ли коротко ли, а чо лапшу на уши двигать, долго она шла и пришла, наконец, в жуть какую далекую страну, нашла братишек-лебедей своих, а тут как раз я юмала*12 неподалеку. Ты знаешь, я сачковать не люблю, все чин чинарем сделала, рахманно*13 сработала, собралась уж было двигать оттуда, гляжу, рядом краля сидит, распустилась*14 совсем. Говорит, мол братушонки у ней лебеденки, оттого и озеро из соплей натекло. Я-то понимаю, что не по-пацански это, в белых перьях шастать, жалко стало девчулю. Да и зима, холодно, просто атас, а она сидит на холодном камне. Ночь была, ну вроде этой. Смоталась, короч, в Рай, есть там у меня там пара своих в доску ребят, взяла у них чудо одно, ясен кактус пришлось поломать зубы над ксивами, чтоб оформить все чистенько, но таки вышло все фартово.

Метнулась я обратно, лебеди плавают по озеру, а гёрла все сопли жует. Превратила пацанов обратно в пацанов и короч этим все и кончилось.

Ты чо спишь? Ну и барно. Спи, братишка. А эти беспредельщики тут щебетали, что я детей нянчить не умею. Да я така нянька, что просто цимес*15.

_________________________

* Фуцан – недостойное лицо;

** Чустный – уважительное определение;

*** Дать раскладку – все рассказать;

*4 Жихтарить – жить;

*5 Алюра – девушка;

*6 Лопануть – украсть бумажник из кармана;

*7 Жухнуть – обделить при дележке;

*8 Идол – лицо, доставляющее неприятности;

*9 Гагара - в данном случае просто женщина, без жаргонного подтекста (просто слово птичье очень к месту пришлось)

*10 Белинский – белый хлеб;

*11 Рассыпуха – чай;

*12 Юмать – работать;

*13 Рахманно – хорошо, прекрасно;

*14 Распуститься – заплакать;

*15 Цимес – нечто очень хорошее, высококачественное.

На восьмой день Рождества

Моя любовь подарила мне

Восемь доящих доярок,

Семь плавающих лебедей,

Шесть откладывающих яйца гусей,

Пять золотых колец,

Четырех певчих птиц,

Трех куриц,

Двух голубей

И куропатку на грушевом дереве

Грертирет Горгорот (во имя всего святого, ради собственного благополучия не обращайтесь к ней по имени) относилась к той категории людей, которые твердо уверены, что если не цепляться за желаемое зубами, руками, ногами и всем, что идет в комплекте к хрупкому человеческому телу, то так и останешься ни с чем. Именно благодаря такому взгляду на мир Грертирет, или Грета, как она предпочитала зваться, добилась столь высокого положения в обществе. Грета занимала довольно важную роль в местной иерархии: она была одной из Восьми.

Организованная преступная группировка, называющая себя Доярками, уже не один месяц «доила» всю округу. Они взимали свою таможенную пошлину с торговцев, проезжающих по Плибонтскому тракту, они наведывались «в гости» к представителям духовенства, начиная со скромного монастыря на окраине Саверда и заканчивая владениями самого епископа Мёртона.

Откровенно говоря, Грета была той, кто создал группу доярок. Если бы не она, ничего бы не случилось и тогда… Ах, кажется, сейчас тот самый момент, когда надлежит признать, что я вновь пошла по проторенному пути старых ошибок. Неоднократные упреки в привычке начинать с конца и постепенно приходить к началу, к сожалению, не возымели должного успеха, однако можно попробовать все исправить. Нужно всего лишь подходящее начало.

Стоял теплый летний день. Довольно классический и вполне приличный вариант, остановимся на нем.

Итак, стоял теплый летний день. Впрочем, погода такая жаркая, что не берусь утверждать, вполне может быть, день сидел. Или лежал. В такую погоду очень хочется улечься где-нибудь под ивой, распластаться на мягкой траве и посвятить себя сну/чтению/наблюдению за птицами и так далее (нужное подчеркнуть).

О да, я понимаю ваше недоумение. Внимательный читатель, должно быть, сейчас протирает глаза, пытаясь понять, не утратил ли автор сих строк связь с реальностью. Каким образом в рождественский сборник просочилось лето и связано ли это с теми таблетками, что приютились в кармане пальто автора? Итак, в кармане у почтенного автора аскорбиновая кислота как единственное средство против хандры, протягивающей свои жадные ручонки каждый раз, стоит только высунуть нос из дома. И раз уж с этим разобрались, стоит, пожалуй, объяснить, с чего это мне вздумалось вести беседы о летних днях (столь часто воспеваемых поэтами, что мне за это даже браться стыдно, все уже сказано до меня).

Стоило бы, но я не стану, ибо это значит, что пришлось бы лезть в дебри астрономии, фенологии*, единиц измерения времени, многомировой интерпретации и прочих вещей, явно не предназначенных для восьмого дня Рождества, когда разум тихо дрейфует на волнах зимней спячки, осложненной сбитым режимом сна и переизбытком салатов.

А посему вернемся к Грете и ее отважной банде?.. э-э-э.. шайке? В общем, вы поняли.

- Советую отойти, пока я не пустила тебе пулю в лоб, - пригрозила Грета, ничуть не смущаясь разницей в размерах. – Тебя нанял епископ, да? Он давно грозился «выписать выскоквалифицированного специалиста для решения крайне прискорбной ситуации, сложившейся в нашем регионе».

- Понятия не имею, о каком епископе вы толкуете, дамочка. И советую опустить пистолет, а то еще поранитесь, - последовал спокойный ответ.

- Да ну? – недоверчиво осведомилась Грета, не сдвинувшись ни на дюйм. – То есть чистая случайность, что мы слегка пошарили в богатом особняке этого жирного ублюдка, а через пару дней возле нашего лагеря приземлился громадный огнедышащий дракон?

- Во-первых, да, это случайность. Так уж вышло, что в нашем мире все еще остается место совпадениям. А во-вторых, не приземлился, а приземлилась. Вот вы хоть и носите брюки (или как именуется этот предмет, так плотно обтягивающий ваши ноги), но я ни в коем случае не называю вас мужчиной, - нисколько не смущаясь наставленного на нее оружия, ответила драконица.

- То есть ты не по наши души? – еще раз уточнила Грета. – Зуб даешь?

- Не имею ни малейшего желания расставаться с зубами, они мне, знаете ли, довольно дороги, но да, я могу заверить, что остановилась здесь по причинам, совершенно не связанным с вами и вашими спутницами.

- Вроде бы не врет, - шепнула одна из разбойниц Грете.

- Похоже на то, - опустила, наконец, предводительница пистолет. – Так какого лешего ты здесь делаешь, драконица?

- Флоренс, - с учтивым кивком представилась та, недвусмысленно намекая человеческой женщине, что правила этикета были кем-то придуманы явно в надежде на их использование.

- Грета, - ответила доярка, ввергающая в благоговейный трепет всю округу. – Одна из Восьмерых.

- Ах да, восемь доярок, что доят местных богачей, - понимающе протянула драконица.

- Неужели мы так известны? – любопытство осветило черты Греты. Ее поза стала более расслабленной, остальные члены группы, увидев, что все вроде бы спокойно, вернулись к своим делам. – Так что ты тут делаешь?

- Я очень остро нуждалась в передышке, - лаконично ответила Фло.

- Так и сказала? – спросила Грета.

Восемь доярок и Фло сидели у потрескивающего костра и мирно беседовали. Дамы оказались столь гостеприимны, что пригласили драконицу переночевать с ними, узнав о жестоких истязаниях, коим подвергалась их новая знакомая в последние дни.

- Ага, - вздохнула Фло. – Мол, даже бестолковые человеческие женщины сумели найти себя и сколотили что-то вроде шайки, а я, драконица из хорошей семьи, до сих пор не нашла себе пристойного занятия. Неужели я не понимаю, что все это исключительно из заботы обо мне? Неужели я считаю, что бедная старая бабушка Харметта может желать зла любимой правнучке? Неужели она заслужила подобное отношение? Мало того, что я навещаю ее всего лишь раз в год, так еще и вижу в ней врага? Возможно, Прадраконица таким образом наказывает ее, ну так ничего, она будет смиренна и вынесет все, даже такое отношение любимой правнучки, хотя было бы ложью утверждать, что это не разбивает ей сердце.

- И так всю неделю? – с ужасом спросила одна из доярок.

- Всю неделю, - со вздохом подтвердила Фло. – И ведь даже не сделаешь ничего, родственница же.

- Ой, как я тебя понимаю, - сочувствующе похлопала драконицу по лапе другая. – Вот моя бывшая свекровь… Просто ужас, а не женщина. Она как-то раз завалилась к нам домой в три часа ночи, потому что хотела лично проверить, постирала ли я мужу носки на завтра. Открыла дверь своим ключом, прокралась тихонько в спальню и принялась рыться в шкафу. Я думала, это грабители, не знала, за что хвататься, за сердце или за стул.

- Погоди, Альма, - перебила ее третья. – У тебя-то уже все решилось, а у человека.. то есть дракона, проблема в самом разгаре. Так что ты будешь делать, Фло?

- Не знаю, - мерно постукивая хвостом по земле, ответила драконица. – Не то чтобы у меня много вариантов.

Грета подкинула полено в огонь и уверенно отчеканила:

- Я знаю. Тебе нужно стать охранной драконицей.

- Да ну? – с сомнением протянула Фло.

- Не спорь, это отличная идея! Во-первых, ты общительная, а там как раз принцесса и куча рыцарей. Во-вторых, это прекрасная возможность для самореализации, - загибала пальцы Грета. – В-третьих, ты будешь реже видеться с бабушкой Харметтой, а ради одного этого уже стоило бы немедленно мчаться наниматься охранницей. Конечно, придется потратить какое-то время на обучение, да и подходящая должность может подвернуться не сразу, но, на мой взгляд, это отличная возможность для тебя!

- Точно! Попробуй! Уж лучше так, чем никак! – согласно загалдели доярки.

- Думаете? – неуверенно спросила Флоренс.

И хотя до принятия окончательного решения еще не дошло, хотя до должности охранной драконицы принцессы Алелии было еще далеко, а до знакомства с алкогольным рыцарем Элем и преисполненным исследовательского пыла чародеем тем более, должна сообщить, что семена упали в благодатную почву. Так что косвенным образом именно восемь доярок на восьмой день Рождества стали виновницами самого важного решения в жизни Фло.

_____________________

* Фенология - наука о сезонных изменениях, сроках их наступления, причинах и т.д.

На девятый день Рождества

Моя любовь подарила мне

Девять танцующих леди,

Восемь доящих доярок,

Семь плавающих лебедей,

Шесть откладывающих яйца гусей,

Пять золотых колец,

Четырех певчих птиц,

Трех куриц,

Двух голубей

И куропатку на грушевом дереве

Однажды холодной январской ночью девять излишне разгоряченных леди вдруг осознали, что слишком давно не танцевали под луной. Отсутствие ночного светила нисколько их не смутило. Не берусь судить, но вполне вероятно, что на подобное решение повлияло изрядное количество алкоголя, плещущееся в их закаленных общественными столовыми желудках.

Завязав непослушными пальцами шнурки и распределившись по шубкам и пальто (рада сообщить, что, в конце концов, после нескольких рокировок каждой леди досталось ровно одно пальто или шубка и ровно одна пара обуви (вопрос о том, парная ли это была пара мы оставим для другого раза)), леди веселой стайкой выпорхнули на улицу. Впрочем, недаром говорят, что у любой монеты есть две стороны (хотя любой опытный путешественник вам скажет, что у андоррианского динара их минимум восемь): кто-нибудь более трезвый сказал, что дамы неуклюже вывалились из дома, словно толпа пьяных грузчиков.

Оказавшись на улице, леди тут же принялись странно извиваться и подергиваться, что, впрочем, с их точки зрения следовало бы назвать танцами.

- Как же хорошо, девочки! А этот козел пусть с ума сходит в одиночестве! Такую красоту потерял! – кружась вокруг собственной оси, восклицала одна из дам.

- Добрый вечер, леди! Я увидел вас и не мог не подойти. Позвольте представиться – Торк, - довольно привлекательный молодой человек склонился в старомодном учтивом поклоне. – Могу я предложить вам освежающий напиток?

- Катерина! – заорала вдруг одна из дам – худощавая блондинка, старательно надевающая перчатки уже десять минут подряд. – Катрин, Катруся, Катя! Катюша!

- В чем дело? – изящно мотнула головой ее подруга. По-видимому, это должно было быть что-то вроде вопросительного кивка, но обильные возлияния способны спутать координацию даже более крепких особ.

- Тут какой-то мальчик что-то лопочет о напитках, - конспиративным шепотом, который услышали даже вороны, мирно спавшие в гнездах, сказала леди.

- Твой знакомый? – Катерина повернулась к Торку. – Ты чего хотел?

- Угостить прекрасным дам, - бойко оттарабанил тот, начиная подозревать, что что-то пошло не по плану.

- Угостить? – воинственно выпятила грудь Катрин. – Девочки, вы посмотрите! А ведь мой тоже когда-то таким галантным был. Прекрасная дама.. – Катя громко всхлипнула и тут же была притянута в пропахшие духами и спиртом объятия одной из подруг.

- Вы столь восхитительны в лунном свете, что с вас можно писать картины! Шедевры, достойные.. – парень бросил быстрый взгляд на свою ладонь, и продолжил, - Лувра!

- Все вы так – сладко поете, а потом вот – рыдаем на плече подруг, - сурово отчеканила маленькая брюнетка.

- Леди, вы меня не так поняли. Я не имел в виду ничего плохого. Просто вы явно что-то празднуете, вот и мне захотелось угостить чем-то столь прекрасную компанию. Здесь недалеко есть очень симпатичный бар, возможно, вы согласитесь заглянуть туда со мной и..

- Девочки, а ведь правда! Рано мы остановились! Пойдемте в бар! – громогласно предложила дама в ярко-красном берете. – Такой вечер нельзя заканчивать слишком рано!

Нестройный хор нетрезвых дам поддержал идею. Слегка пошатываясь, они довольно споро двинулись в сторону ближайшего питейного заведения.

- Буду счастлив… - немного приободрился кавалер.

- Спасибо за идею, чувак, - хлопнула его по плечу девятая леди и бросилась догонять подруг,

- Да, но.. - он было сделал движение в их сторону.

- Итак, Торк, - шагнувший из тени высокий темноволосый мужчина строго посмотрел на собеседника. – Скажите, пожалуйста, какую фундаментальную ошибку вы допустили сегодня вечером?

- Я… Слишком резко начал? Мало подводок? Надо было попросить показать дорогу, а уж потом предлагать выпить!

Мужчина (впрочем, к чему лукавить, это был самый настоящий демон) сложил руки за спиной и одарил визави усталым взглядом.

- Нет.

- Я.. Их было слишком много? Надо было найти одинокую женщину?

- Верно, но я имел в виду не это. Самая основная ошибка сегодняшнего вечера, Торк, заключается в том, что вы не удосужились подумать, каков характер мероприятия этих леди.

- Девять женщин пьют, танцуют и веселятся. Явно что-то празднуют, - рассуждал Торк.

- И ведь вы будущий демон искушения, - вздохнул экзаменатор. – Торк, эти леди празднуют развод одной из них. У вас не было ни единого шанса. Переэкзаменовка через неделю и на этот раз готовьтесь лучше.

Демоны исчезли. Улица вновь опустела.

Девять танцующих леди скрылись за дверьми ближайшего паба, благополучно избежав всего, что мог им предложить неопытный юный демон искушения. Ну, что же, значит, в следующий раз.

На десятый день Рождества

Моя любовь подарила мне

Десять прыгающих лордов,

Девять танцующих леди,

Восемь доящих доярок,

Семь плавающих лебедей,

Шесть откладывающих яйца гусей,

Пять золотых колец,

Четырех певчих птиц,

Трех куриц,

Двух голубей

И куропатку на грушевом дереве

Заседание парламента можно без преувеличения назвать одним из скучнейших способов провести вечер. Ну, серьезно, можно ведь сходить в театр, погулять в парке, пошвырять камни в чью-нибудь неверную жену, сжечь дом вздорного соседа, разнести сплетню о беременности незамужней знакомой.

Член палаты лордов почтенный Кюссон не ожидал от заседания ничего нового. Обсуждение экономической реформы, вынесение решения по трем судебным делам и билль о поставках свиного навоза для удобрения королевских садов. Предсказуемо и ожидаемо. Сейчас лорд-спикер Лейтон откашляется, протрет очки, пробормочет: «Ну, скажем так, теперь..» и приступит к чтению еще одного скучнейшего доклада. Взгляд лорда Кюссона блуждал по залу, а мысли были где-то в области моря. Ах, зачем он сорок лет назад струсил? Отказался бы от титула и сбежал с актерской труппой. Ах, прелестная Софи. Как она умела.. Впрочем, подобные мысли явно не годятся для заседания парламента. Вспоминая прелестное юное личико той, что когда-то пленила его сердце, лорд блаженно улыбнулся и..

- Прошу прощения, не нашла график, у вас сегодня приемный день? – вежливо поинтересовался приятный, чуть хрипловатый женский голос.

Перед внутренним взором лорда Кюссона еще плясали обрывки всяких локонов, глаз, ножек и прочих приятных элементов, но еще секунда и..

- Дракон! – вскричал лорд.

- Что? – подслеповато прищурился лорд-спикер Лейтон, утыкаясь еще глубже в свой доклад. – Нет-нет, господа, драконы в бюджет на этот квартал не заложены, но вот три морские ящерицы для королевского зоопарка числятся.

Лорду Кюссону, между тем, никакие ящерицы, ни морские, ни сухопутные интересны не были. Увы, животный мир его интересовал исключительно в виде бифштекса на тарелке и то не в данный момент.

- Так я могу войти или подождать, пока вы закончите? – снова подала голос посетительница, просунувшая чешуйчатую голову в широкую двустворчатую дверь (казнить архитектора, придумавшего такие большие двери!).

Лорды вжались в кресла в надежде, что их не заметят. Лорд-спикер, наконец, оторвался от доклада и с ужасом обнаружил, что лорд Кюссон в кои-то веки сказал дельную вещь.

Лорд Кюссон, однако, не спешил принимать поздравления с таким удачным наблюдением и точным замечанием. Он вскочил с места со скоростью, которой никак не ожидаешь от джентльмена его возраста, и.. Да-да, он действительно сделал это. Прыгнул в окно.

Его почтенные коллеги, оценив обстановку и убедившись, что путей для отступления больше нет, с готовностью последовали его примеру. Мальчишка-садовник до конца своих дней продолжал утверждать, что это был самый странный и лучший день в его жизни. Десять почтенных лордов выпрыгнули из больших окон зала заседания парламента, позабыв о радикулите, артритах, артрозах, ревматизме и прочих недугах.

На их счастье (и счастье всей страны) парламент традиционно заседал на первом этаже и никто не пострадал. Кроме, пожалуй, мальчика-садовника, который так долго смеялся над убеленными сединами лордами, что у него потом долго болел живот и место пониже спины (ибо нельзя безнаказанно смеяться над достопочтенными лордами).

- Прошу прощения, если напугала, - вежливо извинилась драконица, высунувшись в окно и старательно ища взглядом лордов среди цветочных клумб. – Я по поводу принцессы. Вы еще ищете охранного дракона?

- Принцесса сбежала со свинопасом еще три недели назад! – возмущенно выпалил лорд-спикер, плюясь слюной в королевские розы и лорда Сартгена. – И мы уж точно не стали бы нанимать дракона после того как кто-то из ваших сжег королевскую казну.

- О, в таком случае прошу прощения за вторжение. Продолжайте, - учтиво кивнула драконица (в конце концов, она была хорошо воспитана) и аккуратно покинула зал через широкое окно, не растоптав при этом ни одной розы (чего о лордах сказать нельзя).

- Наверное, стоит искать работу через агентство, - бормотала она себе под нос, взлетая над садом. – И в это королевство больше ни лапой, ни крылом. А то слишком уж тут все нервные.

На одиннадцатый день Рождества

Моя любовь подарила мне

Одиннадцать трубящих трубачей,

Десять прыгающих лордов,

Девять танцующих леди,

Восемь доящих доярок,

Семь плавающих лебедей,

Шесть откладывающих яйца гусей,

Пять золотых колец,

Четырех певчих птиц,

Трех куриц,

Двух голубей

И куропатку на грушевом дереве

Одиннадцать трубящих трубачей, дрожа от страха, отрабатывали свой гонорар, стоя под неприступной стеной, окруженной глубоким рвом. Трубачам вообще-то платили за исполнение, а вот о риске быть испепеленными, съеденными, раздавленными и разорванными на кусочки в контракте ничего не написано. Тем не менее, деньги есть деньги, а голодные семьи, это голодные семьи. Трубачи дрожали, но исправно трубили. Дракон не появлялся.

- Давайте громче, - капризно требовал заказчик. – Похоже, она глуха, как тетерев.

Трубачи затрубили еще громче. Лягушки, мирно жившие во рву, вышли посмотреть на шумных гостей и немного подпеть им. Какофония способна была поднять из гроба мертвеца.

Сперва на них опустилась тень. Длинная-длинная тень. Дракон явился.

- И к чему поднимать такой шум? Написано же, с десяти до одиннадцати у меня медитация, - недовольная драконица ткнула когтем в листок бумаги, висевший на воротах.

- Я пришел за прекрасной принцессой! – ничуть не смутился рыцарь. – Готовься к смерти, мерзкий ящер!

- Образование рыцарям, должно быть ни к чему, - вздохнула драконица. – Ну, какой же я ящер? И вовсе не мерзкая. Ты посмотри, какая чешуя – просто горит на солнце. Хоть стихи пиши: в чешуе, как жар горя.. Дальше еще не придумала.

- Знаешь, что еще горит на солнце? Мой верный меч! – закричал рыцарь, обнажая меч.

- А это кто? Группа поддержки? – с любопытством осведомилась драконица, ничуть не смутившись и не испугавшись оружия.

- Трубачи и менестрели, которые будут исполнять музыку и слагать стихи в честь моей великой победы! – задрал подбородок рыцарь.

Он был хорош. Черные, как смоль, локоны изящно обрамляли мужественное лицо. Волевой подбородок, сверкающие глаза, высокий лоб и всякое такое. В общем, шикарный рыцарь и завидный жених.

- Гнусная тварь! – прокричал рыцарь. – Я сражу тебя и освобожу прекрасную принцессу Сильвию!

- Да, пожалуйста. Сколько угодно, - привычно закатила глаза драконица. Она не любила, когда ее оскорбляют, но привыкла к тому, что рыцари по-другому не умеют. Даже жалко, что одному из таких хамов рано или поздно достанется принцесса.. Стоп! – Как ты сказал, принцесса Сильвия?

- Я спасу ее и сделаю своей женой, гадкое отродье, прыщ на теле.. – на чьем именно теле была прыщом драконица никому узнать так и не довелось. Потому что она самым дерзким образом перебила рыцаря:

- У меня нет никакой принцессы Сильвии. Надо было на повороте свернуть направо, а не налево, тогда бы выехал к замку Сильвии.

- Серьезно? – вытаращился рыцарь.

По телу его невольно пробежала дрожь. Если с родителями Сильвии и соответственно с ее драконом все было оговорено и скреплено печатями, то эта совершенно посторонняя драконица действительно могла убить его! С ней ведь уговора об эпичной битве и славной победе рыцаря не было. Какой ужас! Побледневший и словно бы уменьшившийся в размерах рыцарь слабо кивнул и забормотал:

- Прошу прощения. Ошибочка вышла. Вы уж извините, просто стресс и все такое, сами понимаете.

- Ага, - кивнула драконица. – Пазлы собирайте или медитацию попробуйте.

- Непременно, - пробормотал рыцарь. – Непременно. Всего доброго. Ну, я пойду?

- До свидания, - вздохнула расстроенная драконица. Мало того, что сеанс медитации сорвали, так еще и поговорить нормально не получилось. Вот что за работа для общительной драконицы в самом расцвете сил?

Одиннадцать трубачей опустили трубы и двинулись в обратный путь вместе с темноволосым рыцарем. Им предстояло еще одно выступление.

На двенадцатый день Рождества

Моя любовь подарила мне

Двенадцать барабанящих барабанщиков,

Одиннадцать трубящих трубачей,

Десять прыгающих лордов,

Девять танцующих леди,

Восемь доящих доярок,

Семь плавающих лебедей,

Шесть откладывающих яйца гусей,

Пять золотых колец,

Четырех певчих птиц,

Трех куриц,

Двух голубей

И куропатку на грушевом дереве

Двенадцать сотрудников правоохранительных органов забарабанили в дверь дома Темплей.

Все моменты времени в прошлом, настоящем и будущем между собой равноправны, и если смотреть на ситуацию с такой точки зрения, то двенадцать сотрудников действительно забарабанили в дверь дома Темплей, просто в разное время.

61 год н.э. Римские солдаты барабанят в дверь дома Темплей. Лондиниум взят. Боудикка погибнет через несколько часов. Римская империя вернула себе власть над островами. Странным кельтам и непонятным друидам больше не место в этом мире.

982 год. Воины Харальда Прекрасноволосого барабанят в дверь дома Темплей. Эрик Рыжий изгнан. Буйный нрав не доводит до добра. Темпли могут катиться вместе с ним в ад. Эти люди не знают, что ад не для Темплей.

1100 год. Крестоносцы барабанят в дверь дома Темплей. Откройте! Христово имя отворяет любые двери. Впрочем, так же как крепкое плечо.

1255 год. Святая инквизиция барабанит в дверь дома Темплей. Всем известно, что здесь живут ведьмы!

1349 год. Черный флаг висит над городом. Стража барабанит в дверь дома Темлей. Ей вторит разъяренная толпа. Ни одного умершего среди Темплей, а ведь чума унесла почти половину города.

1431 год. Служение дьяволу, ношение мужской одежды, пренебрежение авторитетом Церкви, ересь. Жанна виновна. Воины барабанят в дверь дома Темплей. Они тоже виновны!

1517 год. Солдаты барабанят в дверь дома Темплей. Ветер треплет листки, прибитые к дверям церкви*. Вечное проклятие ждет отступников. Темплей никогда подобное не пугало.

1588 год. Констебли барабанят в дверь дома Темплей. Елизавета одержала блестящую победу над Непобедимой армадой. Темпли якшались с врагами-иноверцами.

1633 год. Стражники барабанят в дверь дома Темплей. Еретиков надо останавливать любой ценой. И все-таки она вертится**.

1791 год. Служители нового порядка барабанят в дверь дома Темплей. Революция*** перевернула мир. Монархистам здесь не место. Темплям тоже.

1848 год. Солдаты барабанят в дверь дома Темплей. Общество разделено на две части: тех, у кого ничего не было, объединяла общая зависть, а тех, у кого что-то было, объединял общий страх****. Темпли вновь белые вороны.

2020 год. Страж преисподней барабанит в дверь дома Темлей. Не смогли до вас дозвониться. Ада, если вам не сложно, отправьте нам на почту бланк формы 48/324. Понимаю, что у вас выходной, но это срочно. Спасибо.

_______________

* По легенде Мартин Лютер прибил к дверям виттенбергской Замковой церкви «95 тезисов», в которых осуждал продажность католической церкви. Так началась Реформация.

** Арест Галилео Галилея.

*** Великая французская революция.

**** Цитата из воспоминаний Алексиса де Токвиля о революции во Франции.

Дорогие читатели! Вот и закончились наши 12 дней Рождества! Если вы до сих пор не послушали песню, непременно включите! Пусть она останется послевкусием нашего двенадцатидневного праздника. Эта песня стала для меня настоящим вызовом. Я постаралась обыграть каждый куплет в своем стиле. Очень надеюсь, что вам было так же весело, как мне.

Мы не прощаемся с героями, со многими из них нам еще предстоит провести немало времени. Очень надеюсь, что вам понравился мой подарок! С праздником!

P.S. А теперь пришло время разобраться с адресами персонажей рассказов.

Итак, герои сборника живут вот в этих книгах:Иветта и Питер Фогг родом из романа , но они еще появляются в книге ;Все всадники Апокалипсиса, Рая Яблокова, демон Людо, его ведьмочка Таша, демоненок, сдававший экзамен и Аделаида Темпль из рода Темплей, все они из вселенной книг и Драконица Флоренс родом из романа