Двоечница для архимага. Академия запрещённой магии

— Миранда! Ну, Мира-анда…

— Нет, Ави! Никакой домашки по ядам! Я из-за твоих переписываний в прошлый раз получила высший балл. Высший! Ты понимаешь, вообще!

Под ногами грустно хлюпала грязь, пока я шла по дорожке между корпусами Академии запрещённой магии. Ну, это в императорских формулярах она так значилась, а в народе её прозвали Академией сироток и, в общем-то, не без оснований.

— Хорошо же! Не понимаю, почему ты с такими знаниями вся ещё не в пятёрке. Отправиться в императорский дворец — значит покрыть себя славой и обеспечить себе и семье безбедное существование!

Ага. Семье ещё может быть, а насчёт себя — это нечистые надвое сказали. Так уж получилось, что я знала: никто из пятёрок не вернулся из дворца. А оно мне надо? Вообще, не сдалось.

— Мирандочка, дорогая… — перешёл на ласку Ави.

И вот он как раз входил в ту самую пятёрку. Причём я каждый раз ругала себя, зарекалась, но всё равно жалела и давала рослому, на голову выше меня, вихрастому и темноволосому добряку списывать. Собственно, это помогало ему уже два года удерживаться на пятом месте среди лучших студентов Академии сироток.

А мне тащиться где-то в хвосте. Почти всегда, кроме таких случаев, как на последних ядах, когда наших отличников свалила какая-то желудочная хворь, Ави списал домашку даже хуже, чем мог, а я внезапно оказалась первой.

Нет уж, нет уж. Святой дракон упаси!

Топнув по особо мерзкой луже — уже неделю Аррат, столицу империи Риот заливало дождями, — я поморщилась, когда вода залилась в невысокий, не первой свежести ботинок. А что делать, сиротки они такие — бедные, никому не нужные и впоследствии никем не найденные.

Другими словами, денег в академии не водилось, а казённая обувь она на то и казённая, чтобы хлюпать и разваливаться на ходу.

Развернувшись к Ави, я посмотрела на лоботряса самым суровым из всего арсенала своих взглядов. По крайней мере, надеялась, что выгляжу хоть немного таковой.

— Ави, тебе не помешает вылететь из пятёрки. Поверь, в императорском дворце тебя не ждёт ничего хорошего.

— Да ну тебя, Миранда, с твоими сказками, — отмахнулся Ави.

Его не смущала ни лужа, в которой он стоял, ни противный моросящий дождь, поливающий нас волнами, как будто кто-то на небесах развлекался, выплёскивая вёдра дополнительной воды к общей непогоде.

— Сказками, значит? — прищурилась.

Да, я давно бросила затею нести правду в толпы сироток академии. И совать им под нос учебники тактики, стратегии и логики тоже давно зареклась. Толстенные тома, кстати, которые у меня быстро отобрали напуганные преподаватели. А вдобавок заставили ночь простоять на сухом горохе, а потом неделю работать на кухне.

После этого недосып и боль на занятиях по физподготовке мгновенно отбили у меня желание нести свет знаний. Тем более, когда этот свет даром никому не сдался.

Поэтому я училась, портила собственные работы, непонимающе хлопала глазами на занятиях и тащилась в хвосте немаленького списка выпускников, который висел в главном холле академии.

В общем, прикидывалась той ещё дурочкой. Жаль, только, не со всеми работало. Ави, например, с которым мы приятельствовали с первого курса — и отравления на первом занятии по запрещённым ядам, — знал, что я скрывалась. Правда, по наивности считал, что стесняюсь и не хочу выделяться.

И в подарок за его доброту толстенная тетрадь появилась из сумки стараниями раздражённой меня.

— Сказками? — переспросила.

А потом подбросила её так высоко, как могла. Плюнула, что придётся переписывать конспекты — так захотела проучить упёртого Ави, которого единственного из всех не переставала убеждать в опасностях академии. И припечатала взлетающую тетрадь усиленным заклинанием.

— Что ты сделала, Миранда! — взвыл Ави.

Тот, кто нуждался в моих конспектах больше меня.

А что я сделала? Всего лишь придала ускорение так, чтобы, падая, тетрадь припечатала по макушке именно Ави. Знала, что добряку, — и по совместительству едва ли не самому сильному физически студенту в академии, — ему ничего не будет.

— Вот поймаешь, и будет тебе конспект, — бросила раздражённо.

В то время как тетрадь мгновенно скрылась в низких, серых и непроглядных тучах, нависающих над Арратом.

— Он же испортится! Нечистые в тебя, что ли, вселились. Миранда!

— Двадцать лет уже Миранда, — огрызнулась.

Хотела добавить ещё парочку выражений сверху, но в этот момент дождевые облака в нескольких саженях от нас стали резко чернеть.

Интересные дела. Заклинания? Ритуал на крови? Или что-то, что мы ещё не проходили в длинной череде запрещённых в Риоте знаний?

Но это точно не проделки моей тетради и двух простеньких заклинаний. Поэтому я вся превратилась в любопытство и сделала несколько шагов в ту сторону.

— Н-не надо, Миранда.

Ави схватил за запястье, но я стряхнула его руку.

Облака тем временем становились всё темнее. Как пятно краски расплывается по ткани, только наоборот — оно не расплывалось, а сужалось, сосредотачивая тьму в центре, а потом разделив её на три разных пятна.

— Миранда, — сдавленно прошептал Ави. — Уходим! Надо бежать.

Даже дождь вдруг прекратился, словно и он понимал: творится что-то из ряда вон.

— Миранда! — крикнул Ави, дёргая меня за руку.

И в тот же миг произошли сразу два события: сначала страшная по силе магия промчалась по двору академии, сбивая Ави с ног и припечатывая так, что он потерял сознание. Она же ударила мне в лицо россыпью мелких частиц, словно неизвестно откуда взявшийся песок бросили прямо в глаза. Пощипала нос, щёки и лоб, но, в конце концов, отступила.

И когда я всерьёз задумалась, не послушаться ли умного совета, на поляну приземлились они — драконы.

Те пятна, происхождение которых мы никак не могли понять, оказались тремя взрослыми драконами, приземлившимися прямо на лужайку перед главным зданием академии. Но поражало даже не это, раз уж Риот с древнего наречия переводилось как дракон и, в общем-то, ими и славилось.

А то, что первым приземлился, вонзая в землю острые когти с мою руку толщиной, непроницаемо чёрный дракон с шипами на крыльях, хвосте и шейных пластинах. На голове у него было что-то вроде короны из трёх загнутых рогов.

За чёрным приземлились ещё двое, красные с тёмными разводами. Но кто на них смотрел, если весь Риот знал, кто он, этот единственный в мире чёрный дракон.

О, уже не дракон. 

Доли секунды потребовались гостям, чтобы перекинуться в рослых, тренированных мужчин с суровыми лицами. 

А мне пришлось мысленно шикнуть на драконицу, которая, одновременно, таяла от восторга и замирала от первобытного, животного ужаса.

И пока я разбиралась со своей второй ипостасью, те, кто были красными, встали за спиной первого. Их тёмно-бордовые, цвета крови одежды защищали от большинства известных в Риоте заклинаний. И скрывали, если бойцов особой императорской гвардии ранили на поле боя.

Ну и пф! Подумаешь, непобедимые квадры приземлились в богами забытой академии сироток. С кем не бывает.

Да ни с кем и никогда, потому что даже пятёрку выпускников забирали обычные драконы. Боевые, но никак не относящиеся к императору и дворцу. 

Впрочем, никто не отпустил бы его высочество Карсера Северна без сопровождения. Даром что принц, прозванный Палачом, и сам прекрасно мог убить взглядом.

И сейчас этот взгляд смотрел прямо на меня.

Нечистые и все их предки!

Потому что в тот момент, когда увидела драконов, я должна была упасть на колени и не смотреть даже на землю под их когтями — или ногами? А вместо этого я каким-то образом выстояла после сильнейшей драконьей магии, полюбовалась превращениями, а теперь нагло пялилась на прилетевших гостей.

Чтоб их поскорее сдуло обратно в сторону императорского дворца.

Но их не сдуло.

А его высочество Карсер прищурился.

Говорили, стоило встретить его взгляд, и сердце навечно оставалось в плену. Говорили, тех, кто прикоснулся к принцу, ждало страшное проклятие. А ещё говорили, невозможно вывести принца из себя и выжить.

Впрочем, сердце в плену я как-нибудь переживу. Главное, чтобы не  трогали всё остальное.

И, кстати, Ави был прав — стоило бежать, пока не стало слишком поздно. Вот как сейчас.

Потому что вдруг потянуло вперёд без моей на то воли. Пытаясь упереться носами хлюпающих ботинок, я добилась только того, что окончательно запачкала их грязью, на которую была богата затопленная дождями лужайка.

Плюнув на непослушные ноги, попробовала произнести уничтожающее всё в сажени вокруг, заклинание. И тут же руки приклеились к бокам, не позволяя шевельнуть и пальцем. 

А рот мне закрыли, видимо, просто на всякий случай.

Такой я и предстала перед первым драконом в Риоте после императора — промокшей, неподвижной, жалкой. А хотелось бы не представать вовсе.

— Что это? — кивнул на меня его высочество.

Похоже, мне и задавая вопрос.

Голос у его высочества оказался красивый: глубокий, с едва заметными хриплыми нотками. И против воли я засмотрелась в яркие синие глаза, в которые строго-настрого запрещалось смотреть.

— Это — ничего, — пискнула в ответ, когда поняла, что немота спала.

А слухи не врали, его высочество Палач действительно был красив. Но не смазливой красотой актёров в заезжем шапито, а опасной, грозящей если не испепелить сердце, то уничтожить душу. И её носительницу заодно.

Удлинённые, до плеч тёмные волосы принца были забраны лентой, глаза сверкали молниями под стать погоде, а резко очерченные губы искривились в усмешке. Широкие плечи обтягивал простой, практически без знаков отличия сюртук, разве что пуговицы у него были явно золотыми. Тёмные, узкие штаны из плотной кожи были заправлены в сапоги, а на руках были чёрные перчатки. 

Впрочем, ничего из этого не скрывало тренированное полётами и закалённое боями тело самого страшного дракона в Риоте.

От страха, накатившего неожиданной, сбивающей с ног, волной сглотнула вязкую слюну. Только сейчас до меня дошло, перед кем и в каком положении я оказалась.

Я не хотела умирать в императорском дворце? Отлично! А от руки Палача, которому прихлопнуть меня легче, чем муху, хотела?

Святые боги! Да я вообще не желала связываться хоть с кем-то из императорского дворца, следуя советам нашего старосты. Правильно дядя Азиль говорил, что чем дальше от императора, тем спокойнее душа и легче совесть.

А мои и так не в порядке.

— Д-доброг-го в-вечер-ра, в-ваше вел-личество.

От ужаса, который парализовал волю и мешал вдохнуть, я начала заикаться. И глупеть, потому что с опозданием поняла, что я выдала.

— В-высочество. Конечно, высочество.

А синие глаза с вертикальным зрачком продолжали препарировать меня на много маленьких Миранд. Драконица во мне и вовсе забилась так, что, казалось, исчезла вовсе.

Стало горько и до застучавших зубов страшно. 

Но вряд ли я сдалась такому, как принц. Скорее, случайно попала под горячую руку. И никто не стал бы убивать какую-то сиротку Миранду Макклири. 

Наверное.

Но в этот момент откуда-то из-за туч показалась моя заколдованная тетрадь и вместо Ави, который всё ещё лежал без сознания, понеслась прямо на драконов.

Точнее, на одного конкретного дракона.

И в любом другом случае я бы посмеялась, потому что хвалёные квадры не замечали её до последнего. А когда заметили, многострадальная тетрадь, шурша листами, уже пронеслась мимо, только и моргнули вслед.

Но представив, что будет, когда мои конспекты ударят знаменитого императорского убийцу по затылку, я едва не лишилась чувств и рванулась к принцу.

Удивительнее только то, что мне это удалось. 

Видимо, страх перед императорским родом оказался сильнее страха лишиться жизни. Хотя, если бы тетради удалось выполнить задуманное, я лишилась бы не только жизни, но и предположительного посмертия в божественных чертогах.

Но в тот момент, когда тетрадь летела в каких-то пядях от венценосного затылка, я обхватила руками шею принца и увернулась, увлекая его за собой. Вредная тетрадь — вся в хозяйку, — плашмя шмякнулась о землю и обиженно зашуршала листами.

Испугавшись, что вложила слишком много силы, и она не успокоится, пойдёт на второй заход, я лихорадочно шепнула рассеивающее заклинание. 

Печально, конечно, что конспекты обратились пеплом. Но с другой стороны — вот ещё одна возможность стать худшей выпускницей этого года. Нет конспектов — не по чему делать заданное.

Тем более, из академии сироток никого и никогда не отчисляли за неуспеваемость.

— Симпатичное ничего, на раз сгодится.

Только когда над ухом раздался вкрадчивый шёпот, а волоски шевельнулись от поистине обжигающего дыхания, до меня в полной мере дошло, что я исполнила.

Не свалилась от чужой, поистине великой силы — раз.

Едва не дала подзатыльник страшнейшему дракону Риота — два.

Обнималась с этим же драконом — три.

Ужас! Потому что в Риоте казнили и за меньшее. 

Так что поднять глаза на его высочество Карсера оказалось для меня слишком. Поэтому я упёрлась взглядом ему в подбородок и очень тихо, едва слышно попросила:

— Отпустите. Пожалуйста. Ваше высочество.

Сама я давно прекратила обнимать сильную, и почему-то очень горячую шею принца. Хотя, возможно, это я заледенела — сначала от страха, потом от ужаса и следом от паники. Ну и дождь, конечно.

— Доставить во дворец? — вышел вперёд один из квадров.

— Зачем? — кажется, искренне удивился принц. — Академия ничем не хуже.

В отличие от меня, вытянувшей руки по бокам, он крепко прижимал моё слабовольное тельцо к своей груди. Слишком близко для пусть императорской, но всё-таки незнакомой мне особы.

— Н-не надо меня во дворец. Ваше высочество.

Высочество почему-то всё время ускользало из моей речи. Хорошо хоть Палача не приплела для закрепления убийственного эффекта.

— Девица? — вдруг выдал Карсер.

— Да.

С утра была. Но я и адекватной с утра была, и в жизни не стала бы отвечать на подобные вопросы пусть даже перед самим императором.

— Отлично. Драконы жрут только девиц. Сгодишься. Эол, отведи её… куда-нибудь. Хотя подожди.

Красные сапоги, приблизившиеся было, остановились в двух шагах от нас. А моей щеки коснулась чуть шершавая тёплая ладонь и заставила поднять взгляд.

— Бу! — выдохнул принц мне практически в губы. 

А я поймала себя на мысли, что от него и правда очень трудно отвести взгляд. Опасно красивый, Карсер изучал моё лицо, едва ощутимо поглаживая щёку большим пальцем.

А у меня всё туже скручивался тревожный узел в животе. Пальцы дрожали, и не держи меня принц практически на весу, я бы наверняка шлёпнулась прямо в лужу. Во всех смыслах.

— Где-то я тебя видел, — задумчиво произнёс он, а у меня всё оборвалось. — Впрочем, уже без разницы, потому что теперь ты проклята навечно.

С этими словами принц швырнул меня в руки своему квадру, надел перчатку и резким, похоже, что очень раздражённым шагом пошёл в сторону главного корпуса.

Проклята? В смысле проклята? 

Что он имел в виду? Не дурацкие же слухи, которые гуляли среди народа о принце — младшем брате нашего императора.

Или их? Но…

Нет, не может быть. Он же не всерьёз?

Последний вопрос по рассеянности задала вслух. 

— На твоём месте я бы не надеялся. Девица.

С обидным смешком один из квадров, тот, что повыше, с тёмными волосами и взглядом бывалого повесы, крепко ухватил меня за локоть.

— Будешь не девица, его высочество с этим строг. Сказал — значит, сделает.

И я понимала, что, скорее всего, они меня пугали, но в груди всё равно поселился неприятный холодок.

— Была бы из благородных дракониц, может, пожалел бы. А кому сдались сиротки. Тем более такие симпатичные, — хмыкнул квадр.

Из благородных. Ну да. Ведь дракон просыпался только в том, в чьих жилах текла древняя, сильная кровь драконов-основателей Риота.

А я сиротка. Причём сиротка, которую среди зимы, в лесу и глубоком сугробе нашёл, пожалел и взял в семью дядя Азиль, староста деревушки, расположенной недалеко от столицы.

Я — сиротка. 

Такая же, как все здесь. Мною не жалко пожертвовать, меня можно насильно принудить.

Я — сиротка.

За меня некому вступиться, и никто не станет меня искать. Даже дядя Азиль от меня отказался, раз послал в академию, когда перестал справляться с пропитанием даже для своих детей.

Я — сиротка.

А ещё я драконица с полноценной второй ипостасью, которая встречалась не у каждой благородной.

И уже за одно это по законам Риота меня должны казнить.

Но я сделаю всё, чтобы об этом никто не узнал.

Смогу ведь? Да?

Волшебные, вот мы и встретились на страницах новой истории!

Время познакомиться с героями...

Миранда Макклири

Миранде двадцать лет. Девятнадцать лет назад её нашел староста Азиль и с тех пор воспитывал, пока мог себе это позволить. Миранда учится на последнем курсе Академии запрещённой магии, чтобы по окончании вернуться в деревню и помогать людям, приютившим её.

Умная, сообразительная, недоверчивая.

Скрывает ото всех свою драконицу.

Карсер Северн

Младший брат императора Риота по прозвищу Палач. Жёстко и непримиримо защищает трон брата и законы империи. Умён, расчётлив, холоден. Очень силён, заслуженно носит звание архимага. Злые языки утверждают, что Карсер сильнее даже своего императора.

Прибыл в академию по приказу брата.

А чем это обернётся для героев, удачей или неприятностями, узнаем совсем скоро.

Добавляйте книгу в библиотеку, чтобы не пропустить самое интересное❤

— Здесь и сиди, — хмыкнул Эол, зашвыривая меня в одну из преподавательских гостиных. — Жди, девица.

Хлопнула дверь, щёлкнул замок, кусок дерева на несколько долгих мгновений окутал яркий свет заклинания.

Замуровали, драконы.

Вздохнув, я поднялась с пола, куда не самым удачным образом приземлилась. Колено, на которое пришёлся мой вес, побаливало. Увы, я не успела правильно сгруппироваться, поэтому и потирала саднящее место.

Радовало одно, пока меня вели по длинным, извилистым коридорам академии, я успела немного успокоиться. По крайней мере, руки больше не тряслись, а воздух беспрепятственно проходил в лёгкие.

Уже хорошо.

Потянувшись, проверила свою драконицу, но Миа успела свернуться клубком в дальнем углу сознания и впасть в спячку. Она вообще любила от души поспать.

С тёплой улыбкой я прикрыла глаза, глубоко вздохнула.

Мы справимся. Вместе — точно сможем, и никакой Палач нам не помешает.

С этими мыслями я открыла глаза и для начала осмотрелась.

Большая гостиная освещалась лишь одним магическим светильником. Настолько тусклым, что его не хватало, даже чтобы осветить ближайшие несколько аршин.

Хм. А если…

Повинуясь заклинаниям, под потолком зависли ещё несколько парящих шаров.

Во-от. Уже лучше.

Впрочем, ничего удивительного или необычного в этой гостиной не оказалось. Обитые тёмно-бордовой тканью стены, деревянные панели, массивная мебель и лесные пейзажи в строгих рамках. Из гостиной вели ещё две двери — в ванную и спальню. Пустые и необжитые, как и все эти комнаты.

Может, окно?

Но я не смогла не то что дёрнуть, даже прикоснуться к раме, что полыхнула чистой тьмой. Как тьма может полыхать это, конечно, отдельный вопрос, но по всему выходило, что меня заперли с умом. Вряд ли рассчитывали, что я окажусь сильно сообразительной, однако, на всякий случай, перекрыли все выходы и входы.

Вопрос, для чего.

Потому что в серьёзность намерений принца я не верила. Гораздо вероятнее, что он меня убьёт, чем обесчестит. Да и сдалась ему та честь! Ведь вряд ли во дворце существовала хоть одна девица, способная устоять перед принцем, несмотря на все жуткие слухи, окружающие его высочество.

А было их в предостаточном количестве.

Хватило бы и первого, в котором Карсер Северн в возрасте восемнадцати лет, только став командиром квадров, совершил зверский набег на одну скромную деревушку и вырезал там десяток младенцев.

Плохо верится хотя бы потому, что не бывает деревушек, где бы одномоментно родилось столько детей. Да и вряд ли восемнадцатилетний юноша мог так жестоко обойтись даже с врагами.

Хотя…

Стоило вспомнить холодный, пронизывающий до самых пяток, взгляд, как я поёжилась.

Даже если все дети были бастардами драконов, всё равно это слишком. И в целом главный закон Риота, предписывающий уничтожать незаконнорождённых детей высшей знати, являлся несправедливым, глупым и диким. Сколько ни копалась, я так и не нашла истоки и причины его принятия. Догадывалась только, что драконы продолжали обманывать жён, просто гораздо лучше скрывались и обходились без последствий.

И с одной стороны, всё это не должно меня волновать. Я — сирота, учусь в Академии запрещённой магии, где нам разрешалось всё, о чём остальные маги могли только мечтать. А мой дядя Азиль — староста мелкой деревушки под названием Болотная кочка, с нетерпением ждёт, когда я вернусь и налажу быт всей деревни.

Вот только с другой, я — драконица.

В тот год, когда я приехала в академию, мне часто снились странные сны, где я летала. Следом за снами пришёл зов, а потом и Миа проявила себя во всей красе.

И да, я знала, что это значит.

Я — бастард кого-то из знати. И меня должны были прикончить ещё в колыбели, но вместо этого оставили погибать в лесу.

Ещё раз обойдя гостиную, присела на краешек пыльного кресла, сложила руки на коленях.

Я совру, если скажу, что не искала родителей. Каждый в этой богами забытой академии мечтал их найти, но никто так и не нашёл. Вот и я забросила поиски.

Тем более что от родителей мне и осталась только красная нитка на запястье. Такие на удачу надевали всем младенцам — от нищих до принцев.

Теперь я носила её, связав в узелок и примотав к простой цепочке, которую прятала под одеждой.

На удачу.

И до встречи с принцем мне действительно везло. 

Ни разу никто из обитателей академии не заметил, что каждое полнолуние я сбегала в лес. В яркую, полную нечистыми силами, ночь, когда все до единого запирались на могучие засовы и пораньше ложились спать, я перекидывалась и летала до изнеможения. До первых лучей, которые освещали небо далеко на востоке.

А потом плелась в академию и шла на занятия. И мечтала, что когда-нибудь моя драконица увидит свет солнца.

Только для этого не мешало бы выбраться отсюда и не попадаться принцу на глаза, пока он не улетит обратно.

Для начала — выбраться.

Только как?

Вздохнув, я подошла к запертой двери, чтобы осмотреть её внимательнее.

И, словно в ответ на мои мысли, полотно содрогнулось. Раз, другой, а на третий дверь открылась, являя мне того, кого я меньше всего ожидала увидеть.

— Ави?

— Давай быстрее!
Оставаясь на пороге, он оглянулся в обе стороны и протянул руку.

— Ну же, Миранда!

— Но как ты…

Впрочем, он был прав, не время и не место для вопросов.

Взяв предложенную ладонь, я выглянула в коридор, но в преподавательском общежитии никого не было. Ави потянул меня вправо, и мы быстро спустились на первый этаж, а потом и покинули здание.

— Ты в порядке?

— Да что мне будет, — фыркнул он, когда мы бежали по дорожке к стоящим вдали двум потрёпанным зданиям. 

Каждое по три этажа, грязно-серого цвета, с обшарпанной краской на стенах и прохудившейся крышей. Дом родной для всех обитателей академии сироток — студенческие общежития.

— Драконья магия она, конечно, ух, но и у меня башка крепкая, — улыбнулся Ави, на мгновение поворачиваясь ко мне. — Ударила, что святой дракон спаси, но и пришёл в себя я быстро. Квадры как раз тащили тебя в корпус. Я и того, решил помочь. Вот как ты снова влипла, Миранда?!

Он остановился в нескольких саженях от больших, с широкой дырой между створками, дверей.

Тёмные, волнистые волосы Ави отрасли и, намокнув под дождём, прилипли ко лбу и щекам. Он смотрел на меня укоряющим взглядом дяди Азиля, когда я в очередной раз влипала в неприятности.

Взметнувший полы мантии, порывистый ветер принёс с собой запахи сырости, подгнивших листьев и дыма — видимо, кто-то снова вызвал беса на запрещённых ритуалах. Такое случалось, ведь малейшее лишнее движение или не та интонация, не говоря о неправильном ударении, вызывали не маленьких безобидных бесенят, а огромных и злых духов, только и желающих напиться крови или убить парочку-другую несчастливых студентов.

— Да никуда я не влипала. Я же не знала, что там драконы! — вздохнула с долей обиды.

Как будто я специально всегда оказывалась не в то время и не в том месте.

— Драконы! Ты, вообще, поняла, кто этот чёрный? Это же сам Палач, его высочество Карсер!

Как раз это я поняла отчётливо. И зареклась встречаться с ним на узкой дорожке.

Проснувшаяся по случаю спасения, драконица полностью со мной согласилась. Не нужен нам этот дракон. Он опасен, даже когда просто находится на немаленькой территории одной с нами академии.

— Да не сдался мне никакой Карсер! — притопнула ногой. — Что ты заладил! Видеть его не хочу и не собираюсь. Да и вряд ли он пробудет здесь долго, и сомневаюсь, что станет искать какую-то студентку по всей академии. Скорее, решит все дела с ректором и улетит в свой дворец, наводить страх на Риотских придворных. Мне и надо-то, не выходить никуда, пока его высочество с квадрами…

— То есть ты не знаешь? — удивлённо выдохнул Ави перебивая. — Да вся академия уже в курсе и бурлит как котёл с бесами.

Взглянув в расширенный взгляд Ави, почувствовала, как ёкнуло внутри.

— Чего я не знаю? — спросила деревянным голосом.

— Карсер не улетит, он…

— А вот и наше ничего, — раздался из-за спины холодный, властный голос.

Я считала, что до этого были неприятности? Не-ет, до этого были ещё цветочки.

— Ваше высочество.

Гордость? Я подумаю о ней как-нибудь потом. Например, когда Палач исчезнет из академии, а жизнь войдёт в привычную серую колею. А пока самое время продемонстрировать лояльность к принцу.

Но бухнуться на колени мне не дали. Знакомая, не дающая право на возражения, сила спеленала меня как куколку.

В то время как Ави вполне себе удачно плюхнулся на землю и склонил голову.

И, вообще-то, это не самое распространённое приветствие высшей знати, обычные горожане обходились глубоким поклоном. Но мы не были горожанами. Сиротки из академии в иерархии Риота числились где-то между слизняком и бабочкой, поэтому и уклад у нас был особый.

Например, приветствовать высшую знать нам полагалось исключительно на коленях. Видимо, благодаря за милость, которую они нам оказывали, раз уж все знали — академия сироток содержалась только их стараниями и щедростью.

Вспомнив продувающие насквозь коридоры, разбитые окна и хлюпающую черепицей крышу, скривилась.

Увы, его высочество Карсер, похоже, принял это на свой счёт.

— Трепещи, сиротка, — вышел из-за его спины знакомый темноволосый квадр, — перед тобой новый ректор Академии запрещённой магии.

Второй квадр, светловолосый и такой идеальной внешности, что позавидовали бы и боги, только скривился в ответ на его слова.

Но взаимоотношения квадров волновали мало, а по сравнению с обрушившейся на меня новостью — вообще, нисколько.

Ректор? Принц?

Нет, только не это. Кто, вообще, додумался, ставить известного в Риоте убийцу командовать студентами? Он же нас…

— Хватит, Эол.

Два слова, а какой эффект. Квадр, лицо которого я видела во всей красе, побледнел и отступил, опуская голову.

— Простите, ваше высочество.

Карсер никак не отреагировал на квадра и перевёл взгляд на меня. Подозреваю, я выглядела не лучше этого Эола. Хотя, скорее всего, во много раз хуже: на квадре была новая, с иголочки форма, наверняка дополненная заклинаниями чистки, непромокаемости и многими другими, полезными в хозяйстве.

В то время как я была одета в бывалую, латаную-перелатаную форму академии. Когда мне выдали её на первом курсе, тёмная юбка, жёлтая рубашка и мантия уже просились на костёр, и вряд ли следующие пять лет украсили их ещё сильнее.

С другой стороны, я хотя бы залатала дыры подходящими по цвету, а не первыми попавшимися нитками, которые выменяла у других сироток на конспекты и помощь с домашними заданиями. Так, юбка перестала напоминать жертву слепой швеи, а рубашку удалось отстирать практически до первоначального цвета.

Правда, новой ткани я так и не нашла, поэтому мантия не прикрывала даже голени и с моим невеликим ростом. Хотя по задумке должна бы волочиться по полу. С другой стороны — в такую погоду, частую в Аррате и окрестностях, мне, в отрличие от других, не приходилось постоянно стирать полы мантии.

— Ты нарушила приказ, — отстранённо заметил принц, — и за это…

Я уже не понимала, отчего трясусь: от холода и начинающейся лихорадки или от страха. Видимо, сказалось всё вместе, потому что Миа вдруг подобралась совсем близко к поверхности моего сознания, согревая вечным огнём и любопытно принюхиваясь.

— И за это ничего не будет, — раздался высокий, уверенный голос.

Который я с опозданием признала своим. Но на этом не остановилась.

— Потому что “драконы жрут только девиц” — это не приказ, а “отведи её куда-нибудь” было сказано не мне.

Нечистые и все их предки!

— Миранда! — шокированно выдохнул Ави, про которого я успела забыть.

А оба квадра положили руки на мечи и двинулись вперёд.

Волшебные, я буду очень рада вашим ❤ и комментариям. Это очень стимулирует автора бежать в новую главу и даёт возможность другим читателям оценить историю Миранды Макклири❤

А чтобы не потерять книгу, добавляйте её к себе в библиотеку.

— Ваше высочество, позвольте, мы сами разберёмся с этим отребьем, — снова вылез вперёд Эол.

Как будто его спрашивали. Впрочем, мне тоже стоило промолчать.

Но как, если меня фактически убили такими новостями. Палача в ректоры? Это же бред какой-то!

Но принц всего лишь поднял руку, и квадр снова отступил. При этом мне достался презрительный, с долей ненависти взгляд Эола. Как будто я украла его сокровищницу, не меньше.

А Карсер молчал, и от этого было даже страшнее, чем если бы его высочество покрывал меня проклятиями. Тяжёлый, давящий взгляд какое-то время изучал моё лицо, а потом спустился ниже, на распахнутый ворот рубашки. Принц усмехнулся, скользнул взглядом по окончательно вымокшей юбке и ботинкам.

Драконица внутри меня утробно рыкнула: то ли довольно, то ли возмущённо — так не поймёшь. И я не знала, чего она хотела добиться, но зрачки Карсера вдруг стали вертикальными, а крылья носа хищно затрепетали.

— Это не отребье, Эол, это Миранда Макклири, выпускница академии.

Показалось или голос принца и правда стал ниже? С явными предвкушающими нотками.

— Двенадцатое с конца место в списке лучших студентов.

— Тогда сиротка тем более должна поплатиться за наглость, — буркнул Эол. — Невелика потеря.

Зря, ой зря он это сказал. Мне, конечно, стало обидно, но кого это волновало, если принц медленно развернулся в сторону квадров.

— Ты будешь говорить мне, что делать, кузен?

Время вдруг остановилось. Капли дождя зависли в полёте, Ави за спиной шумно выдохнул, Эол добела сжал пальцы на эфесе меча, а второй квадр сверкнул вертикальными зрачками.

— Прошу простить меня, ваше высочество, — дрогнувшим голосом извинился Эол и склонился почти до пола. — Подобное не повторится.

Мне не показалось, порывистый квадр, оказавшийся родственником Палача, склонился, но не смирился. Больше того, уверена, стоило его высочеству надавить на него сильнее, а Эол пустил бы оружие в ход.

Но Карсер отличался не только лютым страхом, который напускал на окружающих одним своим присутствием, но и умом.

— Не сомневаюсь, кузен. А теперь лети во дворец и передай его величеству, что я принял пост. И явлюсь к нему с докладом в ближайшие дни.

Это Эолу тоже не понравилось. Но наша живописная компания всё ещё стояла перед входом в женское общежитие академии. И пусть официально некрасивую сцену наблюдали только мы с Ави, я гарантировала, что из всех щелей на нас смотрят любопытные мордашки других студенток, кому повезло находиться в общежитие.

Поэтому темноволосый квадр выпрямился, слегка склонил голову и резким, раздражённым взглядом пошёл в сторону главного корпуса.

Видимо, взлетать у общежития этому представителю высшей знати казалось недостойным.

Хотя вряд ли хоть что-то в академии сироток кузен принца считал достойным себя.

— Леоний.

Так я узнала имя третьего дракона, но дальнейшего приказа не последовало. Видимо, на такие случаи у квадра были свои инструкции, потому что он с уважением поклонился его высочеству, а потом направился в ту же сторону, что и Эол.

А всё внимание дракона снова досталось мне. Ави, который всё ещё сидел на коленях в луже, принц словно не замечал вовсе. Он бы и меня не заметил, но, похоже, нечистые решили наградить меня за слишком лёгкую жизнь.

— Итак, Миранда Макклири, что ты можешь сказать в своё оправдание? — прищурился принц, который теперь ректор.

Чтобы его нечистые сожрали!

— Что мне не за что оправдываться.

Драконица внутри меня активно кивала и подсуживала ляпнуть ещё что-нибудь такое. Но сегодняшних приключений мне хватило за глаза, поэтому я старалась говорить уважительно, но твёрдо.

— Совсем не за что? — вкрадчиво поинтересовался Карсер.

А мне вдруг стало плохо: ладони похолодели, сердце остановилось, чтобы застучать втрое быстрее, а на лбу выступил холодный пот.

Нет, он же не мог! Не мог учуять Мию. Это просто невозможно, никто не обладает такими способностями, иначе всех бастардов уничтожали бы ещё в утробе матери.

И даже знаменитому своей силой принцу это не под силу.

Почуяв мой ужас, Миа непонимающе вскинулась, а потом и затаилась, ныряя вглубь сознания.

И только после этого я смогла незаметно выдохнуть.

— Я прошу прощения за своё поведение.

Ради своей драконицы я готова признать ещё и не то. Ради неё я пойду на смерть, если буду знать, что это спасёт Мию.

— Я не должна была вести себя так нагло и вызывающе. Прошу ваше высочество позволить мне искупить свою вину. — И добавила, переступая через себя: — Любым способом.

На что надеялась? Да хотя бы на то, что принц побрезгует сироткой. Я ведь действительно находилась в конце списка, и никакого прока из меня явно не получалось — если верить учебным журналам и показаниям преподавателей.

А то, что Эол назвал меня симпатичной — это он явно издевался. Среди сироток красивых нет, а симпатичными с натяжкой можно назвать всего пару-тройку студенток с исключительными природными данными.

Я такими не отличалась.

Свои пусть длинные, но мышиного цвета волосы, я забирала в тугой пучок, чтобы не мешались на занятиях. Мутного, серо-зелёного цвета глаза тоже вряд ли вызывали восторг, а тощая фигура так и просилась не на ложе, а поесть. Добавить к этому небольшой, ниже большинства студенток рост, и получится потрясающе привлекательная картина.

И слава богам, потому что подобное внимание мне не сдалось и даром.

Собственно, поэтому я была уверена, что принцу неприятно на меня даже смотреть — особенно, после первых красавиц Риота, среди которых он вращался во дворце. А раз так, то и встречаться на просторах академии нам вовсе не обязательно.

Но Карсер снова повёл себя не так, как ожидалось.

Для начала он вернул меня на землю. Но я рано обрадовалась, ощутив твёрдую почву под ногами. Потому что в следующее мгновение принц оказался очень близко, снова втянул воздух рядом с моим лицом, но, судя по выражению глаз, не нашёл то, что искал.

— Любым способом? — усмехнулся он. — Что же, у меня есть подходящий.

От такого тона душа ушла в пятки, но я заставила себя остаться на месте. Во-первых, он принц. Во-вторых, теперь ещё и ректор. А в-третьих, не бегать же от него всё время, тем более что я не любила повторяться.

— Как прикажет его высочество, — опустила глаза.

Кланяться не стала. У меня, вообще, создалось впечатление, что принцу нет дела до поклонов. Хотя он в целом выглядел так, что ему и до мира вокруг нет дела.

Выбивался только ледяной тон, которым он отослал Эола, да странное поведение принца в первую нашу встречу.

Если это вообще можно назвать встречей.

— Тогда веди.

— К-куда?

— К себе, Миранда Макклири.

Ну уж нет. Не хватало только его высочества Палача в моей спальне.

Но слова произнесены, а, значит, я должна исполнить обещанное. Только как, если ноги намертво приросли к дурацкой тропинке.

— Ваше высочество! — Ави вдруг подскочил и снова плюхнулся на колени, но уже передо мной. — Ваше высочество, возьмите меня. Что хотите делайте, только не трогайте Миранду.

Ави? Что ты делаешь, сумасшедший!

— Она ни в чём не виновата. Не хотела ничего дурного. И я готов понести всю полноту наказания за неё.

Представив, как Ави поведёт его высочество к себе, я странно булькнула. Это уже точно был перебор, но последний из пятёрки не успокаивался.

— Это я освободил её из заточения. Значит, сам и виноват. А Миранда слабая, глупая, ничего за душой нет.

Так бы и дала по лбу. Это я-то глупая и слабая? Да у меня по физподготовке лучший результат! Был бы, если я бегала по полигону, а не гуляла прогулочным шагом. И это он у меня списывал, а не наоборот.

Всё это требовала выхода, но я стояла, сцепив руки перед собой, и молчала.

Я столько лет сидела тише мыши, никого не трогала и не выпячивалась. Так и сейчас не время. Самое не время из всего.

— Ничего за душой, значит? — поднял бровь принц.

Или ректор? Как его теперь называть-то?

— Сирота, — закивал Ави. — Ничего выдающегося. А я в пятёрке и готов служить вашему высочеству и Риоту.

Ави! Ну что же ты делаешь!

Впрочем, я понимала, что долго не вымолчу. Если вдруг Карсеру пришло в голову воспользоваться предложением Ави, я бы высказала всё: и про глупость, и про слабость и, очень может быть, проехалась бы и по прекрасным законам Риота.

Тем более что зубы вот-вот должны были раскрошиться от той силы, с которой я их сжала.

Но, к счастью или горю, Карсер был умнее нас вместе взятых.

— Что же, хорошо, — усмехнулся он. — Ави Каппель, за неподчинение и нарушение приказа ты прямо сейчас отправишься на кухню и проведёшь там двое суток, выполняя всё, что тебе прикажут. И так и быть я прощу студентке Макклири побег.

— Как прикажете, ваше высочество, ректор Северн, — просипел Ави.

— Вперёд, — с намёком отозвался тот.

Тяжело, словно у него на плечах вдруг оказалась вся академия, Ави поплёлся в сторону главного корпуса. Там, в подвальном этаже располагалась кухня, где всегда был непочатый край работы.

Пленённые выпускниками бесы, конечно, выполняли мелкие поручения, но всерьёз помочь поварам не могли.

Но двое суток?

Ави же пропустит свою любимую физподготовку и совсем свалиться в ритуалах. Да так, что его место мигом займёт стоящий шестым Пеон Моралес. 

Ведь не было ничего страшнее в академии сироток, чем пропущенные занятия.

Но этого я не допущу. Ни за что.

— Ваше… пфс.

— Стой смирно, студентка Макклири, — шепнул мне на ухо Карсер. — Иначе твоему защитнику придётся ещё хуже. А ты же не хочешь, чтобы в него вселился древний бес? Случайно, конечно.

Наплевав на всё, я бы ответила, но, во-первых, Ави терпеть не мог запрещённые ритуалы и не понимал и половины из того, что мы проходили. А, значит, не смог бы защититься и от молодого бесёнка. А во-вторых, этот Карсер закрыл мне рот ладонью.

— Успокоилась? — спросил он, когда я и правда смирилась. — А теперь веди к себе.

— Согласно уставу академии я не имею права водить к себе посторонних мужчин, — заявила, как только он меня отпустил.

И сразу же напоролась на цепкий, умный взгляд.

— Слабая и глупая, значит?

Нечистые! Язык мой — враг мой. Но прикусывать было уже поздно, оставалось ругаться на себя, но и то исключительно мысленно.

— Но я не могу, — прикусила губу.

Устав академии — мой последний шанс защититься от дракона, которому зачем-то понадобилась двоечница Макклири, как между собой звали меня преподаватели.

— Нам запрещено. Меня накажут.

И доля истины в этом была, потому что магический закреплённый устав — это вам не абы как написанная бумажка. Все законы в нём — действительно законы.

— Я не могу водить к себе гостей мужского пола!

Иначе половина сироток академии к концу обучения ходили бы с животами или обручальными браслетами.

— А это не гости, Макклири. Это проверка. Или вернёмся к нашему предыдущему разговору? — прорычал принц.

Похоже, мне всё-таки удалось достать его холодное высочество. Так себе повод радоваться, если учесть, что в прошлый раз мы говорили о девицах и драконах, которые их жрут.

Его зрачок снова стал вертикальным. Мне даже показалось, что на шее проявились тёмные чешуйки, предвещая оборот.

А рядом общежитие, которое едва держалось, и то благодаря одним лишь студенческим молитвам.

И нет, я не испугалась. Нисколечко. Просто представила, где мы с остальными студентками академии будем жить, если громадная туша злого чёрного дракона явится здесь и сейчас.

И исключительно поэтому прикрыла на мгновение глаза, выдохнула. А потом развернулась к дверям и толкнула разваливающиеся створки.

— Прошу за мной, ваше высочество.

— Ректор Северн.

— Как скажете, ректор Северн.

Да, он меня вынудил. Поэтому мои ответы были полны ехидства. Только мы оба понимали, что никуда они не уйдут дальше вежливой иронии, потому что спорить с главным убийцей Риота — это надо быть полной идиоткой.

Зарубив себе в памяти попросить Карсера отменить наказание Ави по окончании “проверки”, я двинулась вперёд.

— Макклири, если я ещё раз повторю “к себе”, ты узнаешь, как выглядит злой дракон, — раздался насмешливый голос за спиной.

Чтоб тебя!

— Я и веду вас к себе, ректор Северн.

Скорчила рожу, пользуясь тем, что он меня не видит.

— Да? А в досье указано другое “к себе”.

Уверен, он оценил мою заминку. С другой стороны — если Карсер успел за это короткое время ознакомиться с досье сироток и так хорошо их запомнить, то выбора у меня и правда не оставалось.

— Как скажете, ректор Северн.

Внутри женское общежитие выглядело как сарай. Деревянные, с облупившейся краской доски на полу, примерно та же картина на стенах и страшные, грубо сколоченные двери, которые не закрывались просто потому, что дерево настолько разбухло от влажности, что жалобно скрипело покачиваясь.

И никакие дежурства по общежитию не помогали привести его в более-менее приличный вид.

Но я не повела Карсера по коридору. А всё потому, что моё “к себе” несколько отличалось от общепринятого.

Поэтому мы дошли до конца коридора, где я плечом толкнула обычную стену в месте, рядом с мрачной картиной, на которой девица в белом стояла и тоскливо смотрела на пруд. Готова спорить, что она планировала утопиться, но рассчитывала, что в самый ответственный момент её спасут.

Никогда не любила эту картину. И, как назло, виделась с ней чаще других.

С первого раза дверь не открылась, поэтому я напряглась и толкнула сильнее.

Главное в этом развлечении всегда было попасть в нужную точку, иначе дверь заклинивало и спасти меня мог только Ави. Он, вообще, умел обращаться с мебелью. Она всегда ему подчинялись, а вот я пару раз ночевала у стены, потому что не могла попасть к себе.

— Что это, Макклири?

— Это “к себе”, — огрызнулась. И добавила: — ректор Северн.

Как раз в этот момент за стеной заскрипело, задвигалось, и часть деревянной стены отъехала в сторону, являя тёмный, наполненный свистом ветра и сквозняками проход.

Я в него помещалась запросто, даже место оставалось, но проход не предназначался для мощных драконов типа Карсера. И честно, я надеялась, что он оставит дурацкую затею.

Зря надеялась.

Мощный с виду, Карсер каким-то образом просочился в проход даже быстрее меня. И ждал, пока я закрою за собой дверь, а потом нашарю свечу в кромешной тьме.

Не успела. Карсер вытянул руку, на которой вспыхнуло яркое пламя, а следом отделилось от драконьей ладони и поднялось к потолку.

— Спасибо.

Мысль о том, как бы он не поджёг моё верное пристанище ещё минимум на полгода, удержала при себе.

— Почему сама не используешь магию?

— Потому что на общежитиях стоят блокирующие заклинания, — буркнула в ответ. — Они и так… не очень крепкие.

— И давно они не очень крепкие?

— С основания академии.

Этой информации не было в общем доступе, но чего только не нароешь, если хочешь знать всё и обо всём. Помню, как первый раз увидела академическую библиотеку и застыла, не в силах поверить, что существует столько книг. И без разницы, запрещённые они или нет, ведь в доме дяди Азиля была только одна, и то — жизнеописания Святого дракона, больше похожее на детскую сказку, чем на что-то серьёзное.

— Почему Клод не исправил?

Я и до этого чувствовала себя неуютно: подниматься по лестнице, касаясь рукой стен, и понимать, что за спиной идёт большой злой дракон — то ещё удовольствие. Но когда этот дракон начинает задавать глупые вопросы — становится вовсе не по себе.

— Ваше… ректор Северн, вы…

“Издеваетесь” недоговорила. Вдохнула, выдохнула, в который раз спросила богов, за что такие радости на мою бедовую голову.

— Ректор Кларо не отчитывался, почему не хотел чинить студенческие общежития. Поэтому я не могу ответить на ваш вопрос.

Остальной путь мы проделали молча, лишь огонёк под потолком изредка потрескивал, напоминая, что не чета магическим светильникам, которые стояли по всей академии.

Толкнув дверь на чердак, где обитала, я выдохнула с облегчением. Впервые путь в два этажа показался мне таким долгим и изматывающим, обычно я его даже не замечала. Но Карсер знал, как внести разнообразия в жизнь окружающих.

— Макклири, вы издеваетесь? — помрачнел он.

В ярких синих глазах медленно, но верно закипал гнев.

— Не понимаю о чём вы, ректор Северн.

И так хлоп-хлоп. Уж чему, а строить из себя дурочку я научилась мастерски.

Карсер не ответил, он скользил взглядом по чердаку, и я примерно представляла, что видел. Перед ним открылась вся правда жизни в академии сироток и, заодно, заваленный хламом чердак. Но не полностью, а только в той части, которую я не использовала.

Молча Карсер прошёл дальше, туда, где виднелась высокая, с коваными столбиками кровать, заправленная тремя шерстяными одеялами и двумя покрывалами. Подушки тоже было две, потому что одна мгновенно намокала на продуваемом ветрами чердаке.

— Вы спите здесь.

Кажется, у кого произошло резкое переосмысление ценностей. И я понимала, насколько странным оказалось зрелище моего жилища для выросшего в роскоши и богатстве дракона.

— Я сплю здесь, ректор Северн.

Для закрепления эффекта я прошла и села на кровать, разгладила ладонями складки на покрывале.

— Почему?

Взгляд Карсера оторвался от стола с покосившейся ножкой, под которую я подкладывала найденные здесь же пару кирпичей.

— Потому что при поступлении в общежитие не нашлось свободной комнаты, а потом я привыкла.

Неправда. Просто при поступлении Абелия Моррисон вышвырнула меня из общей спальни вместе с вещами. Видите ли, я загораживала ей вид. Порыскав в поисках хоть какого-то места, я случайно наткнулась на этот ход, а потом и порадовалась, что не делю длинную, вытянутую комнату с ещё двадцатью девицами разного возраста, а наслаждаюсь одиночеством на чердаке.

Да, здесь дуло и протекала крыша. Но с этим ещё можно смириться, а с галдежом и постоянными разборками между сиротками, из которых мало кто до поступления умел писать — точно нет.

— Ты привыкла. К чердаку?

Когда Карсер встретился со мной глазами, в его появилось что-то новое. Причём не только для меня, но, похоже, и для него.

— Немедленно вставай, — скривился принц. — Спать здесь ты не будешь.

Ну уж нет! Я столько сил угробила, чтобы навести на своём чердаке порядок и уют — насколько это было возможно, — и ни за что не променяла бы его и на императорские покои.

Особенно на них.

— Буду, — взвилась. 

А потом вспомнила, что я глупая и приличная и сбавила тон.

— Ректор Северн, я понимаю, что вам это странно, но мы не привыкшие к изыскам, — специально добавила в голос деревенского диалекта. — Если позволите, я бы осталась здесь. Это лучше, чем делить комнату с двадцатью другими студентками.

— Двадцатью, — задумчиво повторил Карсер. — Понятно.

А потом развернулся и вышел. И это я не сказала, что на моём первом курсе их было двадцать, а потом академия стала популярна среди бедняков и теперь в каждой комнате по полсотни кроватей и столько же недовольных девиц.

К слову, мужскому общежитию везло больше — мальчикам проще было отправиться в порт или на ещё какие работы и сразу начать зарабатывать, чем учиться пять лет без гарантии, что что-то срастётся. Поэтому в каждой комнате их было человек по пятнадцать, не больше. А в особо холодные зимы и то меньше: мужское общежитие было ещё более холодным и вынести это могли не все.

Поэтому не знаю, что там было понятно Карсеру, который решил сделаться ректором, но я просто радовалась его уходу. Казалось, только сейчас смогла вдохнуть полной грудью и расслабить одеревеневшие мышцы.

Улыбнувшись, я окинула взглядом родной чердак. Из окна, расположенного под коньком крыши, лился сумрачный, серый свет, если его вообще можно так назвать. И ладно, зато здесь мне никто не мешал, в то время как снизу то и дело раздавались резкие девичьи окрики.

Фух.

Нет, такие нагрузки нам с Мией противопоказаны. И очень жаль, что резкий уход принца не дал спросить о судьбе Ави. Но ничего, я сделаю всё, чтобы он не вылетел из пятёрки, раз так хочет.

Сонная драконица, вернувшаяся аккурат после ухода Карсера, потянулась и зевнула. И мне хотелось бы спросить, что это за фокусы были у дверей общежития, но для этого надо было перекинуться.

Вздохнула.

А до полнолуния, между прочим, ещё две недели.

С другой стороны — вряд ли кто-то рискнёт погулять по лесу сегодня, ведь назначение нового ректора не располагало к нарушению правил.

А, значит, стоило рискнуть.

Но сначала физподготовка.

Переодевшись в облегающие брюки и куртку, я перекрутила пучок и потрясла головой, чтобы убедиться, что он не распадётся в самый неудачный момент. А таких в академии запрещённой магии было предостаточно.

Оставив сумку на чердаке, мысленно погладила Мию и попросила не вмешиваться. Не то чтобы боялась перекинуться прямо на полосе, просто драконица любила соревноваться, присоединяясь к моему бегу с препятствиями.

А это грозило не только вопросами, но и высшим баллом.

Миа согласно свернулась клубком и положила удлинённую морду на сложенные лапы. Она не была очень уж большой, но разве важен размер, когда ты приобретаешь друга на всю жизнь. Когда половинки души встречаются и, наконец, воссоединяются в одно целое.

Довольная направлением моих мыслей драконица рыкнула и замерла.

А я бросила взгляд на окно, по которому снова били крупные капли дождя, поёжилась и пошла на выход.

— О, какая встреча! Наша драконица ползёт из своего поднебесья, — противно пропищала Моррисон.

Её подхалимки тут же захихикали, а я мстительно хмыкнула.

— Встретимся на полосе, Абелия.

А потом послала поцелуй скривившейся блондинке и обогнала всю компанию. Мы обе знали, что после её выходки на первом курсе выиграла я, ночуя в одиночестве своего чердака, пока остальные храпели друг другу практически в уши — так тесно стояли кровати в спальнях. А ещё мы обе знали, кто придёт последней на сегодняшней полосе препятствий, потому Моррисон и ярилась.

Пусть она была третьей из пятёрки, уж не знаю, каким образом там удерживаясь, но физподготовка не являлась её сильной стороной. В отличие от меня.

Хотя как раз это не радовало, потому что неспособность быть последней на полосе препятствий поднимала меня пунктов на десять в общем списке. То есть с самого последнего места, куда я рвалась со рвением, достойным лучшего применения.

Так, прохлюпав с одного конца академии на другой, я окончательно замёрзла, вымокла и первой встала под небольшой навес рядом с открытым полигоном. Сама площадка для занятий, если это можно так назвать, выглядела как заброшенный участок поля с перекопанной землёй, небольшими островками пожухлой травы и открытой полосой препятствий у дальнего конца.

Собственно, вся подготовка и заключалась в прохождении этой полосы. И пока подтягивался остальной курс, я вспоминала, как в первый год тратила по два, а то и три часа, чтобы добраться до конца. 

А не добраться не получалось, потому что как только студент вступал на полосу, попадал под специальное заклинание. Оно не позволяло покинуть полосу раньше, так что те, кто хотел быть первым, очень быстро поняли принцип.

Хочешь попасть на следующее занятие? Шевелись. А если хочешь попасть в пятёрку — не пропускай ни единого занятия.

Легко и понятно, вот только никто не делал поблажек первокурсникам. И впервые мы пришли на запрещённые яды полным составом лишь за пару месяцев до летних каникул.

Впрочем, Абелия, например, всё ещё не дотягивала до нужного уровня и справлялась вовремя только потому что пользовалась помощью своих подпевал.

Ведь применение магии на полосе тоже запрещалось.

Но сегодня что-то шло не так. Над полосой, которая менялась от занятия к занятию, впервые за пять лет обучения повисли магические шары.

— Что это? — шепнула Беата, вставая со мной плечом к плечу.

— Не знаю, — качнула головой.

С Беатой Боннхом мы не то чтобы дружили, но она ушла недалеко от меня в соревновании за звание худшей сиротки в академии, и это внушало уважение. Яркоглазая и темноволосая, Беата кивала мне в столовой и изредка подсаживалась за мой стол в библиотеке. В остальном мы обе не искали подруг, хотя друг к другу испытывали нечто вроде приязни.

По крайней мере, я точно испытывала.

— Магические шары? По меркам академии они стоят целое состояние.

— Это и пугает.

— Потому что новая метла по-новому метёт? — она ещё сильнее понизила голос, намекая на Карсера, пока остальные довольно ахали и охали.

— Потому что это — очень умная метла. И кто знает, чем это грозит нам, худшим из худших, — вздохнула в ответ.

— Миранда! — послышался вдруг громкий голос.

— Ави? — выдохнула неверяще.

И повернулась как раз вовремя, чтобы заметить спешащего к нам парня. Он сиял, словно редкое солнце над Арратом.

— Ты как здесь?

Схватила его за руки и только потом поняла, что Ави, похоже, собирался меня обнять. Глупый вопрос вроде зачем ему это надо, отбросила как незначительный.

— Четверть часа назад на кухню прислали какого-то второкурсника сообщить, что я свободен. Вот я и понёсся сразу сюда, — широко улыбнулся он.

Заметно, что сразу, потому что от Ави пахла пригоревшим луком и овощным бульоном, а на рубашке остались пятна от чего-то грязно-жёлтого.

— Приноси вечером, я постираю, — закатила глаза, понимая, что сам он, во-первых, не заметит пятен, а во-вторых, не сможет их отчистить.

— Спасибо, Миранда. Ты лучшая! 

На мгновение Ави всё-таки стиснул меня в медвежьих объятиях.

— Лучшая двоечница в академии, — добавил он со смехом.

Но ответить или даже осознать своё удивление я не успела. Сокурсники вдруг закричали, а Абелия и вовсе пискнула и упала на руки ближайших студентов. Кто-то даже попробовал бежать, но врезался в упругую, невидимую защитную стену.

А всё потому, что на нас со страшной скоростью нёсся самый настоящий дракон. К моему огромному облегчению, всего лишь красный, ведь даже если им окажется Эол, это станет меньшим из зол.

Но нет, судьба решила, что с меня сегодня хватит неудач, поэтому на землю спрыгнул Леоний — потрясающей красоты квадр, прилетевший вместе с принцем.

Оглянувшись, увидела, что только я, Ави, да Беата остались на своих местах. Скривилась от досады.

Вот почему стоило драконам прилететь в академию, как все выверенные планы понеслись бесам под хвост? А я то и дело оказывалась в первых рядах, чего вообще не хотела.

— Студенты, — хмыкнул Леоний и скользнул голубыми как ясное небо глазами по нам троим, — рад сообщить вам, что с этого дня я стану преподавать физподготовку всем курсам. Меня зовут профессор Леоний Хардвик…

— И вы дракон! — пискнула Абелия, но в этот раз не испуганно, а вполне себе восторженно.

— И я дракон, — усмехнулся Леоний. — Потрясающе наблюдательное замечание для студентов последнего курса.

А вот это была неприкрытая издевка, впрочем, смутившаяся Моррисон быстро придёт в себя. И уже к вечеру вся академия будет знать, что между ними “промелькнула драконья искра”.

— Сегодня ваше занятие пройдёт как раньше, но уже следующее станет кардинально отличаться.

И, судя по усмешке богоподобного Леония, вряд ли нам эти отличия понравятся.

— Прошу на полосу препятствий.

Он отошёл в сторону, чтобы не загораживать вид на вытянутое деревянное сооружение, утопающее в тумане заклинания иллюзии.

— Неужели никто не хочет быть первым? — насмехался Леоний, когда никто не сделал и шага.

— Я хочу.

Ави. Кто бы сомневался.

И пусть все знали, что идти придётся, надеялись, что первыми в неизвестность спихнут не их.

Я же со вздохом посмотрела в спину удаляющегося Ави, переглянулась с Беатой…

А потом мы синхронно подались вперёд и резким, самую малость раздражённым шагом пошли следом.

Не успели. К тому моменту, как мы добрались до тёмного, узкого входа на полосу, Ави уже исчез внутри.

— Идиотская полоса! — буркнула Беата, и я мысленно с ней согласилась.

Но не потому, что боялась её проходить, а как раз наоборот. Чувствовала, как Миа заинтересованно подняла голову, и заранее представляла весь спектр удовольствий. А сдерживать азартную драконицу, пытаясь одновременно казаться хуже чем есть, не убиться при этом и прийти вовремя, чтобы успеть за час — то ещё развлечения.

— Готова? — нахмурилась Беата.

— Конечно, нет, — вздохнула я в ответ.

И шагнула вслед за ней.

Вход на полосу препятствий выглядел как чёрный провал между двумя высокими деревянными столбами. Но если издалека можно было полюбоваться хотя бы очертаниями полосы, то вблизи за чёрным провалом не было ничего. То есть неровная поверхность полигона была, но и только.

И каждый раз мы не знали, что ждёт впереди.

Однако мгновение слепоты и невозможности вдохнуть закончилось, а следом я шагнула на мягкую, упругую траву. Вдохнула сырой, с привкусом тины воздух и осмотрелась.

Нечистые и все их предки!

Болото! И не простое, а та самая запрещённая для прохода часть Алатских болот, которые находились восточнее столицы и намного, намного дальше. Практически на границе Риота, за которыми, по рассказам, была пустота.

Пару раз перекатившись с пятки на носок, пожалела, что полосу мы проходили поодиночке, даже если ломились внутрь друг за другом. Трава пружинила, обещая, что раз десять за этот час я провалюсь в вязкую, полную монстров, тину.

Мда. Или Леоний Хардвик и правда не знал, что полоса в болотах самая сложная среди всего многообразия выбора, или хотел, чтобы мы мечтали о его новых занятиях.

Хотя кто этих драконов разберёт, мог и совместить полезное с приятным.

Впрочем, я уже достаточно долго стояла и ничего не делала. Стоило поторопиться, если я хотела уложиться вовремя — раз уж следующей парой стояли ритуалы, — и при этом не выдать Мию, которую чуть ли не пританцовывала внутри.

Хотя обещала не вмешиваться и вообще отвернуться клыками в стенку.

Вздохнув, я оглянулась.

Совсем рядом от меня оказалось молодое, наполовину сломанное деревце, которым я и воспользовалась. С громким треском разломила ствол, сгнивший у корней, пару раз на пробу ткнула получившейся палкой в землю и осталась довольна.

Кстати, хоть нас и учили запрещённой магии уже пять лет, до сих пор никто из студентов не знал, иллюзия это или временный портал в существующую местность. Я ставила на портал, учитывая, сколько времени приходилось потом отмываться от останков всяких чудищ, гари после бесов и прочих прелестей полосы препятствий.

Одна Абелия выходила почти чистой, но только потому, что её подпевалы не стеснялись делиться силой, обеспечивая ей защиту на время прохождения полосы. Как они сами умудрялись при этом укладываться во время — для меня большой вопрос.

И, главное, для чего им этого требовалось, потому что только таким вот стараниями Моррисон держалась в пятёрке лучших.

Так, размышляя о всякой ерунде, я провела почти половину отведённого часа, хотя по ощущениям продвинулась так себе. Вокруг всё ещё булькала мутно-зелёная вода, шуршали пожухлой травой кочки под ногами, а в нос били столпы газов, вырывающиеся из-под толщи воды.

Хуже было только то, что до сих пор я не столкнулась даже с мелкой нечистью, хотя обычно к этому моменту вся уляпывалась её останками.

Натренированный в академии нюх на неприятности подсказывал, что всё ещё впереди, и это впереди пугало своей непредсказуемостью.

Что придумал для нас извращённый ум квадра? Точно ничего хорошего, поэтому с каждым шагом, несмотря на ускользающее время, я всё больше замедлялась, пока не упёрлась в очередной портал.

Выглядел он самым безобидным образом — такой, как в начале, проход: полностью чёрный, непроницаемый для взгляда и зависший в локте над водой. Другими словами, что до него дотянуться, требовалось искупаться в холодной, мерзко пахнущей воде с перспективой борьбы с мелкой нечистью, которая там точно жила.

Остановившись, я присела на корточки, потрогала воду, но ни ядов, ни скрытого иллюзией моста на поверхности не оказалось. Только тина. Только злые глаза, глядящие на меня из глубины.

Чтоб вас всех!

Бесполезная уже палка, без которой можно было и обойтись, полетела в заросли высокой травы. Ну, Леоний…

Ругаясь сквозь зубы, я спустила ноги в воду, чтобы аккуратно спуститься — на случай, если подо мной оказалась бы трясина. Но тут же ушла с головой, потому что внизу оказался омут. Да не простой, а с нечистью.

Мелкие, с размытыми очертаниями злые духи вцепились мне в штаны и куртку, а кто-то даже попытался в волосы. Вереща так, что было слышно даже под водой, они тянули меня в разные стороны и на дно одновременно.

Выгрести на поверхность не получалось, воздух, который я не успела толком набрать, заканчивался, а Миа волновалась. Причём последнее — хуже всего, потому что явление злой драконицы меня, конечно, спасёт, но не заметить её точно не получится. 

И будет у меня вечером не скудный ужин, а казнь на радость Абелии Моррисон.

— Фу, как от неё воняет! Давайте выставим её вон, пусть ночует на улице.

— Но это ты облила меня помоями!

— А надо было внимательнее ходить…

Не то чтобы меня вдохновил злорадный смех Моррисон из собственных воспоминаний, но бодрости это добавило.

А в следующий момент я пнула ногой прямо в глаза, плавающие на фоне чёрного пятна. Руки уже кастовали большое, но эффективное заклинание. Оно позволяло не гоняться за каждым бесом отдельно, а парализовать их всех на несколько часов. А так как в воде всё распространялось быстрее, то и захватить оно должно всех бесов сразу.

Но у этого заклинания один недостаток — слишком длинное и не терпит ошибок. Стоило произнести хотя бы одну буквы не в той интонации, и оно обратилось бы против меня. Но я не зря столько времени проводила в библиотеке, а бессонных ночей на чердаке — за учёбой.

Заклинание вышло идеально, сильная магическая волна пронеслась от меня по всему водоёму, а бесы замерли.

Вовремя.

Лёгкие и так уже горели от недостатка воздуха, а голова туманилась, предшествуя обороту.

Нет, Миа. Потерпи, малышка!

Увы, я была слишком глубоко. Глаза ещё различали тусклый свет от поверхности воды, но подо мной царила непроглядная тьма.

Или это драконица подобралась так близко, что я не видела ничего вокруг?

В любом случае стоило спешить.

Поэтому я сделал сильный гребок, ещё один, а потом подняла ладонь и выкрикнула всего одно слово. Оно сразу же потонуло в окружающем гробовом безмолвии, а я вдохнула воду захлёбываясь.

Неужели не получилось? Да не может быть, чтобы я погибла так глупо!

Чувствуя, как меркнет сознание, из последних сил я взмахнула руками, с силой выталкивая себя на поверхность. Зная, что это не поможет. Что впервые я опоздала и не рассчитала собственные силы.

Чтобы в следующий момент меня со страшной силой потащило вверх.

В портал я влетела с разгона. Плашмя шлёпнулась на сырую землю так, что вышибло дух. Захлебнулась кашлем, выплёвывая воду вместе с лёгкими.

Нечистые и все их предки! Это же надо было так встрять.

Впрочем, сильные руки подхватили меня под локти, помогли принять сидячее положение.

— Миранда, что с тобой?

Беата.

То есть я выбралась? Смогла?

Миа бесновалась внутри, но вперёд уже не лезла.

Сипло вдыхая живительный воздух, я сморгнула выступившие слёзы.

— Профессору Хардвик пришлось вытаскивать полкурса из этих бесовских болот, — негромко сказал Ави и так получилось, что прямо мне в ухо.

Оказалось, это он сидел прямо за мной, поддерживая, чтобы я не завалилась обратно.

— А вы?

Миа рассерженно зашипела, но это был не тот случай, когда стоило предъявлять претензии. В конце концов, никто не умер и не только сегодня, но и за всё время. Да, полоса всегда казалась сложной, но пошли меня сейчас в ту, которую мы проходили, только попав в академию, и я справилась бы с ней за четверть часа, а то и меньше.

То есть никто не посылал первокурсником в Алатские болота. Первый год нас, вообще, никуда не перемещали, ограничиваясь лабиринтами, стенами, которые требовалось перелезть, брёвнами, по которым пройти, и многим, многим другим.

А вот потом пошло настоящее веселье.

— Я переплыл болото и подтянулся в портал, — пожал плечами Ави. — Даже не встретил никого по пути.

— Зато я встретила, — вздохнула Беата, показывая рваную, но небольшую рану на руке. — Но бывало и хуже.

Она как раз накладывала на неё заживляющее заклинание и перевязку.

— А почему ты в таком состоянии? — нахмурился Ави.

А я осознала, что пора бы отлепиться от однокурсника, пока никто ничего не подумал. Не то чтобы отношения между сиротками были запрещены, но я точно знала, как ко мне относился Ави и как большая часть студенток относилась к нему. 

В то время как те, кто посимпатичнее, берегли себя, чтобы потом продать подороже какому-нибудь дракону и обеспечить себе безбедное существование.

— Не повезло, — вот всё, что им удалось из меня вытянуть.

Беата первая поняла, что я не хочу рассказывать, и отошла в сторону. Зато Ави помог мне подняться, вздёргивая за руку. Хотел ещё и поддержать, но я мотнула головой отходя.

Почему-то было неловко, а укоряющий взгляд Мии я чувствовала, даже не заглядывая внутрь себя.

И вот ей-то что не нравилось?

— Миранда Макклири, — раздалось повелительное над полем, на котором мы сейчас находились, и я вздрогнула.

Подняла глаза на профессора Хардвик, убрала руку от горла, что всё ещё саднило.

— Я здесь, профессор.

Шагнула вперёд, выходя из толпы, и встала прямо напротив Хардвика. Внимательные голубые глаза цепко исследовали меня от макушки до кончиков пальцев. Сиротки же, которые до этого шумели, переговариваясь, постепенно замолчали, и над полем повисла мёртвая тишина.

— Миранда Макклири, — повторил Хардвик, — в чём была ваша ошибка?

В том, что попалась на глаза вам и принцу.

— Не знаю.

И глазами так хлоп-хлоп.

С этими драконами я уже забыла, что надо изображать дуру. Слишком они были другие, словно само их присутствие вытаскивало из тебя все потаённые стороны.

И главная проблема в том, что, не дай Святой дракон, им узнать о моих.

— Думайте, — жестко отбрил Хардвик.

Чувствовалась в нём сила. Пусть выглядел он так, что большинство сироток уже мечтательно шептали его имя, я видела — Хардвик опасен не меньше, чем сам Палач. 

Да, яркие голубые глаза и аристократичные черты лица вводили в заблуждение, но только до первого его вот такого “думайте”. Хардвик явно привык приказывать и знал, что ему подчиняться. А ещё военная выправка и скупые движения выдавали в нём опытного война.

Интересно, они с принцем друзья?

— Не получается думать, — пискнула и сжалась.

Миа закатила красивые золотистые глаза с вертикальным зрачком, а за спиной послышались смешки.

— Макклири тупая как моя тумбочка, — фыркнула Абелия из-за спины. — Профессор Хардвик, спросите меня.

В тоне Моррисон появились мягкие нотки. Похоже, сиротка из пятёрки нацелила подпиленные коготки на белокурого квадра.

Только он даже бровью не повёл, будто вовсе не знал о её существовании.

— Макклири, — повторил требовательно.

А потом подошёл так резко, что стоящие позади меня отпрянули. И слишком близко, заставляя нас с Мией волноваться.

Особенно после того как Хардвик втянул носом воздух около моего уха.

Я разом забыла и о болотах, и о том, что чуть не утонула. Плюнула на осторожность и отошла от него на два шага с полного согласия драконицы.

— Я вас боюсь, — буркнула недовольно и скрестила руки на груди.

Потому что давно выяснила — чтобы казаться непроходимой дурой, достаточно вести себя так, как хочешь. Другими словами, умная стояла бы и терпела, боялась даже пискнуть под цепким взглядом квадра. Крепилась, отвечала на вопросы, зная, что в противном случае ей будет плохо.

А такая дурочка, как я вполне могла и огрызнуться.

— Не подходите, иначе я пожалуюсь ректору.

Хорошо, что я с опозданием вспомнила, кто у нас теперь ректор. И что он может ответить на подобные заявления.

— Как вы отбились от бесов, Макклири? — прищурился Хардвик.

Впрочем, он больше не приближался, а только это нам с Мией и требовалось.

— Ногами, — буркнула, вызывающе поднимая на него глаза.

— В смысле ногами? — опешил Хардвик.

— Правой, — подняла правую. — И левой.

Повторила тот же трюк.

За спиной откровенно захихикали.

— Двоечница Макклири, — дразнились сиротки.

Хотя уж кто, а они могли бы догадаться, что я из себя представляла. Раз уж с ними я не притворялась от слова совсем. Но это были те сиротки, которые мечтали об императорском дворце и смотрели на меня, как на беса, стоило принести им учебники логики.

— Макклири, вы издеваетесь?

— Не понимаю, о чём вы, профессор Хардвик, — нахмурилась в ответ.

Потому что нечего здесь выводить меня на чистую воду. Я сделаю что угодно, но доучусь так, чтобы и близко не подойти к пятёрке.

Можно было бы, конечно, вообще не ходить на занятия, но к таким сироткам вопросов куда больше, чем к просто глупым.

— Я отбилась от бесов ногами, а потом использовала заклинание ускорения и вылетела в портал.

Кстати, как раз то заклинание, которым я едва не повредила драгоценную драконью тушку Карсера. Так что у Хардвика просто не оставалось другого выбора, кроме как…

— Что же, можете сказать спасибо Макклири, — усмехнулся Хардвик и пошёл прочь.

— За что? — выкрикнула Моррисон.

А в следующее мгновение оглушительно завизжала.

Мы оглянулись, на одних рефлексах поднимая защиту.

Кулаки Ави засветились потусторонним синим, за спиной Беаты появились парочка, настроенных защищать её, духов, а я активировала защитную сферу. Очень простую на вид, так что никто бы не догадался…

— Чтоб его бесы сожрали! — выдохнула Беата.

Ави выдал что-то подобное, но не такое приличное, а я была согласна с ними обоими.

Потому что перед нами появилось… нечто. С огромными рогами на голове, чёрного с красными прожилками цвета и огромного, со среднюю из башен академии, размера. У этого чего-то было четыре… назовём это руками, а ноги заканчивались копытами.

И в теории мы понимали, что это бес — по крайней мере, существо не могло быть никем иным. Но впервые он был такого размера, вида и настолько злым.

Даже самые древние, вызванные случайно бесы, не сразу начинали уничтожать всё вокруг. В то время как этот точным, уверенным движением вырвал столетний дуб и бросил прямо в нас.

Вот… бес! 

Беата перекатилась влево, Ави кулаком отбил огромное корневище, а я просто присела.

Вообще, мне бы рисовать ритуальную пентаграмму, пока они отвлекали этого монстра. Но на сейчас с новым ректором и слишком обонятельными квадрами мне и так хватало приключений.

Поэтому я завизжала.

— Миранда! — зло крикнула Беата, уклоняясь от очередного, вырванного с корнем, дерева. — Заканчивай!

Ну уж нет. 

При всём великолепии занимательного зрелища, где двадцать сироток пытались уничтожить, или хотя бы загнать обратно, огромного беса, я отказывалась в нём участвовать. Вот наотрез.

Просто знала — за нами наблюдали. Каким бы наглым ни казался уход квадра, я чувствовала — он был где-то здесь. Может, под заклинанием невидимости или просто выглядывал из-за угла, но мы точно были под пристальным взором, который я чувствовала спиной.

Вообще, закрадывалось подозрение, что на меня смотрели особенно. После странных нюхательных телодвижений принца и квадра, после моего прохождения полосы, после нашего милого разговора с Хардвиком я не собиралась показывать, что размер беса не главное. Даже если умница Беата забыла, что особая, выученная нами в начале года, схема загоняла беса обратно на изнанку вне зависимости от его размера. А в придачу ставила на него метку, не давая вернуться в наш мир ближайшие пару столетий.

Печалило одно — Беата всё-таки начала рисовать пентаграмму, только не ту. И будь это чудовище не таким древним — а судя по размеру рогов, он должен был быть едва ли не старше этого мира, — ритуал бы сработал. И если бы Беата заметила, что ей под кисть попал камешек, который выпал из пентаграммы и нарушил рисунок — ритуал бы сработал.

А так…

Миа требовательно рыкнула, я вздохнула.

Не надо. Нельзя. Моё место рядом с визжащей Моррисон, которую окружали несколько сироток с заговорёнными клинками на изготовку.

Да и если я сейчас влезу, у Карсера с его квадрами появится ещё больше вопросов. И, вообще, я и так по уши в грязи, с волос всё ещё стекала вода — противными каплями прямо за шиворот, — а с душем в академии тоже перебои.

Не лезь, Миранда! Повизгивай себе дальше и глупо перебегай с места на место! Можешь даже подбивать ноги беса незаметными слабенькими заклинаниями, чтобы он не раздавил тех, кто действительно слабее.

Беата с Ави как-нибудь справятся сами.

— Миранда! — крикнул Ави, который один двумя руками удерживал три из четырёх лап.

Нечистые и все их предки!

Потому что он не видел последнюю, со всей дури устремившуюся навстречу его голове.

А мне и так отстирывать пятна с его рубашки. И я точно знала, что кровь не отстирывается. А если лапа долетит, то крови будет очень много.

А если не долетит — с большой долей вероятности меня казнят.

А если долетит, то я себе этого не прощу.

А если долетит, то прощать или не прощать — будет уже без разницы.

Ненавижу Хардвика!

Ведь я так хорошо жила эти пять лет. Да, в почти уличных условиях, выверяя каждый свой шаг, рассчитывая всё наперёд. Но вполне счастливо и почти безопасно.

А потом явились эти драконы, и всё полетело бесам под хвост!

Но пока я мысленно раздирала себя на части, краем глаза увидела, как Беата начала читать заклинание.

А Миа так толкнула меня в сознании, что я покачнулась.

И, видимо, окончательно сотрясла мозги.

Потому что лапа остановилась в каких-то пальцах от головы Ави, а Беата ахнула, когда пентаграмма вспыхнула, на глазах меняясь на правильную.

Да даже Моррисон перестала визжать и, подозреваю, уставилась на меня во все глаза.

И всё это сделала скромная, глупая, так хорошо живущая я. Ровно до этого самого момента.

Хотя я и сама не знала, что могу одновременно удерживать древнего беса, начинать сложный ритуал и практически при этом не напрягаться. Но об этом я подумаю потом, когда на полигоне затихнут слова древнего заклинания, а меня поведут к Карсеру отчитываться.

Однако в тот момент, когда до конца ритуала оставалось лишь несколько заключительных, самых важных слов, пентаграмма вдруг схлопнулась, бес исчез, а передо мной появился Хардвик.

— Ногами отпинываетесь, Макклири? — прищурился он.

Эти слова эхом разнеслись по сироткам. Да даже Ави и Беата стояли молча, глядя на меня широко раскрытыми глазами.

И их можно понять, раз уж я показала уровень где-то около архимага. Сама при этом не понимая, как умудрилась.

— В этот раз пришлось руками, — вздохнула.

И надо бы опустить голову, принять привычный сиротский вид, но кому это теперь.

— У вас неплохо получилось, — кивнул Хардвик.

Вглядевшись в его глаза, поняла — не шутит. Квадр действительно смотрел на меня с интересом и даже некоторым уважением.

— Будут ещё сюрпризы?

— Надеюсь, что нет, — буркнула.

Пока мысленно вовсю готовилась к скорейшей казни, раз уж архимагом у нас может быть только дракон. Причём именно дракон, про дракониц речь даже не шла. Ни единой архимага-женщины за историю Риота доказывало, что сила всё-таки у мужчин.

Была, пока я не вляпалась в очередные неприятности. В этот раз, похоже, последние.

Но Хардвик лишь хмыкнул, а потом устремил взгляд за мою спину.

— Макклири высший балл, Каппель и Боннхом могли и лучше, поэтому только шесть из десяти. Остальные, — Хардвик обвёл взглядом курс, — не дожили бы до утра, если бы не Макклири. Стыдно, выпускники. Свободны.

С этим напутствием Хардвик бросил нас на полигоне, направившись в сторону главного корпуса.

А я, кажется, только сейчас вспомнила, что такое дышать.

Свободны?

И я тоже?

Представляю вашему вниманию беса из прошлой главы. Мысленно добавляем ещё две верхние лапы и вуаля…