Её выбор. Его любовь

Я открыла глаза.

Закрыла.

Опять открыла.

Это точно не моя спальня. Хотя, моя..

Тяжелые, бархатные портьеры закрывали окна, не пропуская солнечный свет. Над кроватью свисал массивный балдахин, на полу старинный ковёр.. И вообще, обстановка роскошной комнаты напоминала комнату в музее. Стиль классического барокко или около того, к сожалению, я не настолько хорошо разбиралась в дизайне, чтобы сказать точно. Однако логика подсказывала, что даже в отелях и гостиницах такой стиль уже давно нигде не используют — по крайней мере, если не косят под глубокое средневековье. Уж очень выглядит мрачно и тяжело. Тканевые гобелены грязно-зеленых и желтых оттенков закрывали стены, как советские ковры у бабушки в деревне. И хоть все вокруг — и кровать, и размеры окон, и пуфик у позолоченного зеркала кричали о роскоши, все равно создавалось гнетущее и давящее впечатление.

Я тихо поднялась на локтях и огляделась. В голове был туман, было непонятно, как относиться к происходящему. Я была совершенно уверена, что вчера до ночи писала отчет, чтобы новый директор фирмы, про которого шли просто невероятные слухи о придирчивости и жесткости, остался доволен. А потом уснула. И вот теперь рассматриваю розовый пуфик и пытаюсь понять, откуда я знаю, что сейчас откроется дверь покоев, и в нее войдёт моя личная горничная Аурелия с завтраком и предложит налить ванну. Я это знала так же хорошо, как и то, что меня сейчас назовут Ваше Высочество, принцесса Юлианна.

Откуда? Хороший вопрос. Почему я одновременно и Юля — менеджер среднего звена в судостроительной компании, и принцесса Юлианна? В памяти четко были две жизни двух разных, во всем разных девушек. И та, и та была я. Но как это возможно?

Дверь и вправду открылась, а в покои действительно вошла Аурелия. С привычным поклоном она произнесла:

— Ваше Высочество, вы уже проснулись? Сегодня вы ранняя пташка. Разрешите раскрыть шторы?

— Да, Аурелия, можешь раскрыть. И приоткрой окно, за ночь камин немного накоптил — хочется подышать свежим воздухом, — эти слова вырвались непроизвольно и подозрительно легко, как будто мне было не привыкать такое говорить.

Я пыталась осмыслить, откуда знаю, как разговаривать со служанкой, и почему завтрак, материализовавшийся на моей кровати на маленьком столике, такой знакомый и привычный, как будто это те же бутерброды, что я ем всухомятку по утрам. Но при попытке осознать все это голова начала болеть еще сильней, а туман в ней стал путать мысли и мешал сосредоточиться. Чтобы снять наваждение, я (Юля или Юлианна?) несколько раз глубоко вздохнула и потрясла золотыми кудрями. Кудрями? Вроде у меня отродясь прямые волосы были. Прямые как палка. Или нет? Головная боль усилилась, и я резко откинулась на подушки, чуть не залив кровать ароматным кофе.

— Аурелия, приготовь ванну, — раздражение вылилось на ни в чем неповинную служанку, которая вздрогнула, услышав резкий голос своей госпожи. Обычно она слышала капризный, плаксивый, тонкий, раздраженный. Но не грубый и почти злой. Бедная девушка затряслась и, опустив еще ниже голову, пробормотала:

— Сейчас, сию минуту, миледи, — и максимально проворно вылетела из покоев, оставив сердитую принцессу один на один со своими мыслями.

А подумать было о чем. Я знала, что через час должна предстать перед отцом — Его Величеством королем Линсоном Пятым. И знала, о чем пойдет разговор. А вот что говорить ему, не знала совершенно. Поэтому молча жевала круассан и сверлила взглядом дырку в противном гобелене на противоположной стене.

****

— Юлианна, — отец смотрел строго, — мы это уже обсуждали. Я решения не изменю, завтра же отправляйся во Флорентию. Отбор невест для Андриана уже начался, ты последняя, кто приедет.

— Я не хочу надолго оставлять тебя, отец, — я говорю то, что говорила Юлианна ему еще вчера. У меня стойкое ощущение, что я это и была. Хотя.. Я выражала свой протест бы совсем по-другому, не как робкая овечка, боящаяся глаза от пола поднять. И все же мозг вызывал в памяти четкую картину, что именно я это и говорила. — И я боюсь Андриана, про него ходят невероятные слухи, говорят, он — женоненавистник.

Брови у короля сурово сдвинулись. Он поглядел на меня как на дурочку. Да я даже знаю, почему. Вчера он своей дочурке точно на такое же возражение битый час втолковывал, что Андриан — не чудовище, и это просто слухи; что она — наследница Исларии, богатейшего королевства в округе, и для принца будет большой честью взять ее в жены.

Что отбор невест — это просто дань традициям их страны; отцы молодых уже давно договорились об условиях будущей свадьбы, поэтому ничего страшного его дочь-трусиху там не ждет. Вдобавок, ей не нужно быть там постоянно: невесты пройдут отбор, а после, перед объявлением результатов, могут уехать домой. И приехать через неделю. На официальное объявление невесты принца. И вот теперь, когда кажется, что все вопросы уже решены и закрыты, Юлианна задаёт те же самые вопросы и озвучивает вчерашние страхи. Тут есть от чего прийти в негодование.

Да, да, я все это прекрасно понимала. Но что я могу? Говорить от себя? От кого от себя? От Юли, родом из Рязани? Или все же от Юлианы — принцессы Исларии? Что-что, а характером я на нее совсем не похожа. Мне кажется, что она боится всего на свете. Но тогда совершенно непонятно, почему я помню всю ее жизнь так, как будто она моя собственная. Вот и приходится бедному родителю опять отдуваться. Я даже посочувствовала королю Линсону — такой гордый, суровый, решительный, и досталась такая меланхоличная дочь, у которой вечно глаза на мокром месте. Сейчас я понимаю, как тяжело ему было со мной. Хотя Юлианна отродясь всегда считала себя жертвой.

— Юлианна, ступай в свою комнату и готовься к выезду, — устало проговорил родитель. — Я не хочу опять объяснять тебе то, что говорил вчера. Ступай, девочка.

Я на секунду зависла. Я точно знала, как должна была повести себя в этот момент наследная принцесса. У нее прямо сейчас должна была начаться истерика, которая закончилась бы обязательно обмороком. Она должна была бы, обливаясь слезами, жаловаться на жестокость отца и его бессердечность. К своему удивлению, я уже почувствовала горький комок, подступающий к горлу, а так же слезы, собирающиеся в уголках глаз.

Его Величество точно также мрачно дожидался именно этой реакции и был готов к ней. А что ему делать? Вот такая дочь досталась. В его глазах была такая безысходность от предстоящего скандала, что я, другая, вдруг взбунтовалась.

Я-то — не Юлианна. Ну, или Юлианна, но характер у меня точно Юлин. А он — сто очков вперед любому мальчишке-забияке даст. Нет, я не хотела замуж за Андриана, но и устраивать истерики тоже не в моих правилах. Поэтому я осушила слезы и смело заглянула в глаза отцу.

— Хорошо, отец, я буду готова через полчаса. Последний раз я видела Андриана десять лет назад и вполне допускаю, что из дерзкого своевольного мальчишки он мог стать благородным юношей, достойным твоей дочери. Только дай мне обещание, что и я смогу посмотреть на него не предвзято, не с позиции невесты, за которую все решили. Ведь если он хотя бы вполовину так страшен, как про него ходят слухи, то на руку Юлианны.. то есть мою.. найдется еще немало желающих. Свет клином на Флорентии не сошелся. Ведь она нам — не соперник.

Брови Линсона Пятого взлетели по лбу и запутались где-то в рыжей шевелюре. Он смотрел во все глаза на свою дочь и не мог собрать мысли воедино. Конечно, когда ждешь скандала, а тут тебя ожидает разумный собеседник, это обескураживает. Вдобавок, наверняка его ввела в ступор просьба дочери. В этом мире женщины не ставят условий, они слушаются приказов. И могут что-то попросить или вымолить слезами и истериками, если их достаточно любят, или вообще никак. Насколько я понимаю, как разумное существо, здесь женщин не воспринимают.

Но я знала, на чем сыграть — на гордости короля. На гордости за свою страну, за свой народ и на его собственном авторитете. Вот это Линсон Пятый понимал. Себя он очень уважал. Так что, как только отойдет от первого шока, возможно, сможет найти плюсы в моем предложении. Почему Юлианна ни разу не попробовала на этом сыграть, если прекрасно это знала, вместо того, чтобы устраивать бесполезные истерики, мне было совершенно непонятно.

И правда, через несколько долгих минут брови начали возвращаться на место и даже свелись к переносице. Задумался. Похоже, крепко. Ну ничего, я могу и подождать.

— Ты удивляешь меня, Юлианна, — наконец выговорил он. — Возможно, становишься взрослой. Я рад этому. И хоть я считаю, что мне лучше знать, что нужно для твоего счастья, но раз ты просишь меня, то я обещаю не давить на тебя и дать тебе какое-то время. И хочу услышать твою оценку Андриану, когда ты вернёшься с первого тура. Конечно, если ты и дальше будешь проявлять благоразумие. Но ты же понимаешь, что решение в любом случае останется за мной и королем Флорентии.

— Я понимаю, отец, — послушно склонила голову. — Хотя твоему решению я буду доверять гораздо больше, чем решению короля Флорентии.

На этой подхалимской ноте я решила закончить свою смелую кампанию под названием: «первый раз возрази отцу, как существо разумное» и удалиться с глаз долой, дабы все не испортить. На сегодня потрясений с короля хватит. А то, не дай Бог, заподозрит что-либо, или инфаркт на старости лет хватит. А мне еще долго его обхаживать и убеждать, как видимо, придется.

Выходила я из тронного зала довольная собой — это нечеткое то ли "да", то ли "нет" вселяло надежду на то, что Юлианне не придется выходить замуж за Андриана, если я хорошо постараюсь. Ну, или хотя бы успею разобраться, почему я одновременно сейчас имею две личности. Так как пока что, кроме как: «сошла с ума», у меня и идей-то больше нет. Остается понять, кто именно сошел с ума — Юля или Юлианна....

Прошло пару часов, и я, вместе со своей немногочисленной свитой (мы отправлялись недалеко и в дружелюбно настроенное королевство), села в карету. Со мной была уже знакомая мне Аурелия — моя личная горничная, пара фрейлин, которых я знала по именам, но видимо в прошлом не особо ими интересовалась, потому что знания о них были обрывочными и неглубокими, ну и конечно охрана. Вот охраны могло бы быть даже поменьше, но отец любил подчеркнуть, что мы — военная держава. Поэтому меня сопровождал почетный эскорт из тридцати всадников, у каждого из которых на поясе висело оружие, поблескивающее на солнце.

Честно говоря, мне было, в общем-то, все равно. Я совершенно не собиралась замуж, но и сидеть во дворце отца тоже не хотелось, так что было без разницы, где именно я в данный момент нахожусь. Все, что я хотела — это понять, какая из двух моих жизней настоящая; логика подсказывала, что не может быть так, чтобы они обе были настоящие. Где-то тут точно ошибка или, может, помутнение рассудка. В глубине души я все же надеялась, что я — это Юля. Не принцесса, зато абсолютно свободный человек. Свободный в своем выборе, в своих желаниях и стремлениях. Хотя, чем дальше мы отъезжали от дворца отца, тем более невероятным становилось то, что все, что я сейчас вижу — мне мерещится. Уже начали возникать мысли, не придумала ли я эту Юлю, чтобы хоть в мыслях быть свободной..

Тяжелая от мыслей голова наклонилась к мягкой подушке, которыми были обшиты стены кареты, и, незаметно для себя, я провалилась в глубокий сон.

***

Я открыла глаза.

Закрыла.

Опять открыла.

Дежавю какое-то. Только теперь это точно моя спальня.

Я резко села и огляделась. Старенькая, но еще крепкая кровать противно скрипнула. Боже, какой приятный звук! Такой родной! Это действительно моя комната. В моей собственной квартире. Небольшой, но аккуратной, чистой и не старой. Для жителя столицы, особенно моего, двадцатипятилетнего возраста — совсем неплохо. Учитывая, что я заработала на эту квартиру сама. Сразу после школы пошла работать, параллельно получая высшее образование. И такой труд дал свои плоды; это то, во что я верила: трудись, старайся и всего добьешься. Сама. А если не получается — удвой усилия.

Я тряхнула головой, прямые светлые волосы рассыпались по плечам. Приснится же такое! Юлианна! Принцесса! Неженка, не работавшая ни дня своей жизни, избалованная, капризная и совершенно инфантильная. Как только мой мозг мог представить, что я могу быть такой? С другой стороны — насколько реалистично! Я почти поверила!

Я резво вскочила с кровати и кинулась в душ — еще не хватало на работу опоздать! Сегодня первая встреча нового босса со своими сотрудниками и сразу проверка моего отчета. Ну, не только моего, конечно, но мне никак нельзя произвести неприятное впечатление, раз я хочу пойти на повышение. Хотела еще на той неделе поговорить со старым начальником, да только он уехал, а через пару дней мы узнали, что фирма продана.

Я этому была даже рада. Предыдущее начальство совершенно запустило производство, халатно относилось к заказам, не хотело обсуждать новые проекты. А у нового босса, говорят, хватка медвежья. Будем надеяться, что слухи не врут. А то, что придирчив и требователен, так это даже и хорошо — я тоже в работе очень педантична, в отличие от большинства своих коллег. Вот они пусть и боятся.

С этими боевыми мыслями я проглотила такие знакомые бутерброды с ветчиной и сыром. Как мне могло прийти в голову, что моя привычная еда на утро — это выбор из пяти изысканных блюд? А затем я схватила папку с документами, которую забирала домой на доработку, и выскочила на улицу — опаздывать не в моем стиле.

Буквально через полчаса я входила в холл нашего офиса. Судостроительная компания, в которой я работала, занимала целый этаж высотки почти в центре города. И хотя поговаривали, что у компании дела настолько плохи, что нам в скором времени придется съехать, я все же надеялась, что при новом начальстве этого можно будет избежать. Я, как всегда, пришла раньше всех, поэтому занялась приготовлением ароматного кофе в тишине и спокойствии. В голове крутились строчки дурацкой детской песенки, которую зачем-то играли в метро. Мелодия была несложной, но достаточно навязчивой. Какое-то время я пыталась сопротивляться, но потом сдалась и начала мурлыкать себе под нос и выстукивать каблучками в такт.

— Можно и мне чашечку? Боюсь, я сам не смогу разобраться с этим диковинным аппаратом.

Я вздрогнула от неожиданности и повернулась. В полной тишине я и не заметила, как ко мне сзади кто-то подошёл. На меня смотрел высокий, очень высокий мужчина с ярко-зелеными глазами и улыбался. Наверное, слышал мое мурлыканье.

Я запрокинула голову, чтобы смотреть говорящему в лицо, а не куда-то в район грудной клетки. Сейчас я острее осознала, что мои сто шестьдесят, с учетом каблуков, мне мешают выглядеть хоть немного презентабельно, а не как подросток. Лицо мужчины было приятным, но совершенно незнакомым. Широкие скулы, прямой нос и высокий лоб, на который падали почти черные аккуратные пряди волос, создавали впечатление человека волевого, властного и серьезного. А я верила в первое впечатление и в свои наблюдательные способности.

Конечно, я не могу знать всех наших сотрудников лично — раньше у нас было не меньше сотни работников, плюс большая текучка. Но в лицо, все же, я думаю, знаю всех. А вот его никогда не видела. И, судя по тому, что наблюдаю сейчас — он либо из команды нового босса, либо, что не менее вероятно — сам начальник во плоти. Беглого взгляда хватило, чтобы понять, что такой человек вполне может подходить под описание строгого бизнесмена.

Поэтому я улыбнулась и постаралась объяснить:

— Эта машинка старенькая, почти ветеран, со дня основания офиса здесь. У нее управление на каждом этапе ручное, но она очень крепкая — выдерживает в течение восьми лет около сотни голодных сотрудников каждый день. А вдобавок, она варит поистине восхитительный напиток. Поэтому совершенно нет смысла ее менять на более дорогого собрата, она своего рода талисман фирмы. Давайте я вам сделаю чашечку, вы будете внимательно наблюдать за процессом, а в следующий раз попробуете сами, договорились?

Брюнет, слушавший мою длинную тираду с вежливой улыбкой, согласно кивнул и следующие три минуты внимательно наблюдал, как я варю ему кофе. Получив свою порцию, он протянул руку для знакомства:

— Я так понимаю, вы — такой же ветеран этой компании, как эта знаменитая кофемашинка? Рад знакомству и надеюсь на плодотворное дальнейшее сотрудничество. Андрей Владимирович Скворцов, новый руководитель АКОСудоСтрой.

— Я так и подумала, — улыбнулась я. — Юлия Косыгина, менеджер по закупкам. И да, вы правы, я такой же ветеран фирмы, как и старушка, — я ласково похлопала по корпусу кофемашину.

— Вы всегда приходите чуть раньше? — новый директор изучающее на меня уставился.

— Да, довольно часто, так есть время спокойно в тишине попить кофе.

— Ну что ж, не буду вам тогда мешать, — вежливо кивнув и поблагодарив за кофе, Андрей Владимирович направился к своему кабинету.

А я вернулась на свое место и, не спеша, стала потягивать ароматный напиток, глядя в окно.

Ну вот и состоялось знакомство, пусть и немного неожиданно. Первое впечатление новый начальник оставил неплохое — если даже он жесток на работе, как про него говорят, он явно умеет разделять рабочие и личные отношения, вдобавок, достаточно вежлив. Что говорит о профессионализме. Да и глазками похабно не стрелял, как предыдущий директор, на всех особей прекрасного пола. Спокойный, вежливый взгляд — как на будущую коллегу. Во всяком случае, можно будет попытаться пообщаться по поводу повышения.

Так, в прекрасном и боевом настроении, я дождалась начала рабочего дня. А потом мы всей фирмой знакомились с новым начальством и даже успели побывать на общем собрании всех более-менее значимых менеджеров и руководителей отделов. Вот тут-то новый начальник показал себя во всей красе.

Во-первых, из вежливого учтивого мужчины он резко превратился в дотошного и жесткого тирана. С большинства руководителей отделов семь потов сошло за собрание. Было раскритиковано всë: от халатности в наборе персонала и постоянной текучки до махинаций с отчетностью. Троих приближенных к руководству сотрудников он уволил сразу: кого за воровство, кого за отвратительное управление, а кого просто за лень. Когда он успел просмотреть отчеты компании и составить мнение о сотрудниках, было загадкой. Но, в общем-то, я была с ним согласна. Хотя, конечно, методы жесткие. Остальным сотрудникам раздал указания по новой стратегии развития компании и обещал лично всех проконтролировать, как будут исполняться его требования.

— Финансовому отделу подготовить в течение недели документы для подачи в банк. Кредитная нагрузка, на данный момент, для компании непосильна. Будем ходатайствовать о кредитных каникулах. Список документов найдете на своей почте. И все, кто должен сдать мне отчеты, сложите их на столе; до конца рабочего дня я постараюсь с каждым поговорить, — на этой жизнеутверждающей ноте он нас распустил, и большинство вывалилось из кабинета и сразу направилось на перекур.

Я пошла к своему столу, и хотя в своем отчёте я была уверена, все равно суровость нового директора произвела впечатление. Хотелось вытянуться в струнку, как испуганный суслик, и признаться во всех ранее совершенных грехах, начиная с пелёнок. Усилием воли я заставила себя не нервничать и сосредоточиться на новом задании, полученном сегодня утром.

Один за другим в кабинет директора вызывались менеджеры и начальники отделов; большинство выходило быстро, кто-то довольный, кто-то расстроенный, кто-то нервный, но у всех был вид, как будто десять километров пробежали.

— Видела, какой суровый новый начальник? — ко мне на своем кресле подкатила Света из отдела набора персонала. — На собрании я вся перенервничала — наш отдел он распекал больше всего, как будто мы виноваты, что люди устраиваются, а через пару месяцев сбегают! — она закатила красивые глазки и покачала головой, всем своим видом показывая, что уж она-то точно ни при чем. — Но зато, какой красивый! И наверное, ужасно богат, раз решил выкупить нашу утопающую фирму по судостроению, — тут она хихикнула, довольная тонкой аналогией, которую провела.

— Теперь будешь его покорять? — спросила я. — А как же Алексей Юрьевич?

— Ну ты сравнила, — Света картинно закатила глаза, — где начальник отдела бухгалтерии, а где новый босс. Говорят, он не женат и никогда не был — трудоголик. Это как раз то, что я ищу, - она воинственно расправила плечи, выпятив вперед впечатляющий бюст.

Ответить я не успела, так как передали, что меня вызывают. Так что даже хорошо, что я немного отвлеклась на Светку; она, хоть и легкомысленная, но совершенно безобидная и, в принципе, работу свою выполняет неплохо, хоть и говорит, что главная ее цель в компании — найти достойного, состоятельного мужчину для создания семьи. И я не думала в это время о том, какой разговор у меня состоится, поэтому не успела себя накрутить и не нервничала.

— Садитесь, Юлия Владимировна, — кивнул из-за груды бумаг директор. В руках у него был мой отчет, он вглядывался в него, а потом сверял данные с листами на столе.

— Просто Юлия, — ответила я, присаживаясь.

— Хорошо, Юлия, как скажете, — он отложил бумаги и впервые посмотрел на меня. — Сегодня я уже успел поговорить с другими сотрудниками вашего отдела закупок. А утром, как вы успели заметить, уволил вашего прямого руководителя. И, хотя к вам у меня претензий нет, вы должны понимать, что так, как отдел работал ранее, он не сможет больше работать.

— Я понимаю, — кивнула. Мне и правда было интересно, что он придумал. — Скажите, дело ведь не только в том, что нам нужно сократить расходы на закупки, чтобы помочь выбраться компании из долговой ямы?

— Нет, конечно, не только в этом, — Андрей Владимирович на секунду задумался. — Хотя, бюджет в эту сторону действительно придется немного урезать. Но, естественно, не в ущерб качеству. Просматривая отчеты за последние два года, у меня вообще сложилось впечатление, что выбор поставщиков делался по принципу наименьшего сопротивления. Вы, как я понимаю, отвечали за документацию фактически уже заключенных договоров. Никаких проблем в этой сфере я не вижу. Но и не могу оценить ваш потенциал по основному направлению вашего отдела — поиску поставщиков и переговоров с ними. Я знаю, что вы уже давно метите на место начальника вашего отдела. И я готов дать вам шанс проявить себя на ближайших двух-трех сделках. Если докажете, что эта работа вам по зубам — место ваше, — и, не давая мне ничего вставить, продолжил: — Но предупреждаю, то же самое я сказал еще двоим людям из вашей команды. Тем, чья работа у меня не вызвала нареканий. Так как в вашей фирме я недолго, то убедите меня, что именно вы достойны этой должности.

— Спасибо, — я улыбнулась. Примерно такое развитие событий я и хотела увидеть. Было бы странно, если бы мне свалилась новая должность на голову без всякой проверки.

— Ну хорошо. Основной вопрос мы решили. Теперь задам еще один, важный для меня. Который я задавал каждому сотруднику. Как вы знаете, дела у фирмы не очень хорошо идут, и если ничего не сделать, самое большее - через полгода она станет банкротом. У меня есть план антикризисного управления. Но я должен спросить, что вы лично посоветуете сделать, чтобы подняться из лужи долгов?

Я ненадолго задумалась; я всегда знала, что самый большой балласт в фирме — это ее бывший начальник, несколько его приближенных, а также отсутствие должного контроля за сотрудниками и текучка. По сути, сегодня утром все эти проблемы были решены в течение часа. И, как я успела заметить, все крупные проблемы, появившиеся из-за халатности предыдущего руководства, уже решаются во всех направлениях. Что еще можно посоветовать человеку, который так скрупулезно продумывал план поднятия с колен компании, и профессионален в этом?

— Вы слышали о новом государственном гранте из бюджета для судостроительных компаний? — я закинула удочку, не особо надеясь на удачу. И оказалась права.

— Да, но он больше подходит для более крупных фирм. Мы же специализируемся, в основном, на выпуске запчастей и небольших пассажирских катеров, а также моторных лодок. Хотя заявку я уже на него подал.

Подал? Я удивлённо ещё раз посмотрела на нового начальника. Поразительно. Человек всего несколько дней, как владелец фирмы, и уже столько сделал.

— Тогда для срочного спасения компании у меня идей нет, — я улыбнулась. Иногда нужно признавать свои проигрыши.

И уже начала подниматься с кресла, чтобы уходить, когда меня настиг вопрос:

— Но по вашему голосу я могу предположить, что у вас есть какие-то другие идеи.. Я прав?

Я резво села обратно. А он проницательный. И, кажется, дотошный.

— Вы слышали о новом законе об альтернативной уплате налогов? *

Зелёные глаза на мгновение впали в задумчивость, а после вопросительно на меня уставились. Значит, слышал. Но не понимает, к чему я веду.

— С этого года есть возможность частичной замены налогов благотворительностью.

— Вы предлагаете ввязаться в какой-нибудь благотворительный проект?

— Лучше, — я позволила себе скупую улыбку. — Я предлагаю создать свой благотворительный проект.

— Денег нам за него не заплатят, — он усмехнулся.

— Зато он прибавит авторитета компании, — я возбуждённо начала рассказывать, боясь, что он даже не станет меня слушать, как это делало предыдущее руководство. — Да, на финансовой составляющей этот проект никак не отобразится, но он может стать хорошей рекламой для фирмы. Вдобавок.. Будет просто полезен.

— И в чем конкретно заключается ваш проект? Помощь приюту для животных? Больнице? Детскому дому?

— Детскому, — пискнула я.

Он вздохнул.

— Юлия, я всё понимаю, это очень полезно и даже благородно. Но мы живём в столице. Вы понимаете, что и здесь, и в ближайших регионах у приютов денег достаточно? Государство выделяет сполна. Плюс огромное количество компаний и частных лиц регулярно отсылают туда деньги, проводят праздники, организовывают путёвки детям, дарят дорогие подарки. Были бы мы на Дальнем Востоке, на Урале, ну или даже в Сибири, возможно, был бы другой разговор. Но здесь — даже самый неизвестный приют получает достаточную финансовую поддержку. А отправлять деньги дальше условиями этой самой программы не представляется возможным.

Я упрямо выдвинула подбородок.

— А вы думаете, что детям нужны именно новые игрушки? Подарки?

Вот тут брюнет посмотрел на меня заинтересованно.

— Ваша идея не в этом?

— Я сама бывшая воспитанница детского дома. Мои приёмные родители взяли меня, несмотря на то, что их пугали страшными диагнозами у пятилетнего ребёнка, росшего в семье пьяниц, несмотря на то, что я кусалась и истерила, вместо того, чтобы мило играть в куклы. Всё равно, они взяли меня, хотя сами были уже очень немолоды и весьма не богаты. Мы жили в небольшой деревне Рязанской области, и так как меня усыновили, а не взяли под опеку, то никаких плюшек от государства ни мне, ни моим родителям предоставлено не было. ** Так что в этой жизни пробиваться пришлось мне самой. Но знаете, что самое главное?

Андрей Владимирович, до этого внимательно слушавший мою личную историю, немного наклонил голову, ободряя меня говорить дальше.

— Что они меня взяли! Их отговаривали, а они меня всё равно взяли. И я смогла вырасти счастливым ребёнком. Понимаете? Ребёнку из детского дома не нужны подарки, не нужны путёвки. И не нужны деньги. Ему нужны родители!

— И в чем же тогда состоит ваше предложение?

— Моё предложение состоит в том, чтобы составить базу данных на детей. С фото, видео-материалами. Рассказать о каждом ребёнке и сделать должную рекламу, например, в соцсетях, для того, чтобы те, кто никогда не думал об усыновлении, могли задуматься об этом. Вдобавок, если не хочется заниматься лично — есть множество фондов, которые помогают потенциальным приёмным родителям со сбором документов, предоставлением информации и с юридической помощью. Можно будет скооперироваться с ними и отправлять отснятые материалы им.

Я замолчала, пытаясь отдышаться. Все это я выпалила на одном дыхании, не смея поднять глаза на начальство. Я понимаю, это совсем не тот ответ, который он от меня ждал, но не спросить я не могла.

Некоторое время мужчина постукивал ручкой по столу, задумчиво глядя в стену.

— Это не совсем то, над чем компании нужно работать в первую очередь, — наконец изрёк он. — Не скажу, что идея плохая, особенно, если правильно это подать. Оно могло бы стать своеобразной рекламой в определённых кругах. Но этот проект явно потребует работы целой команды. Сейчас возможности у нас нет выделить столько людей. Но я вас услышал. Если ситуация изменится, я вам сообщу, Юлия.

Он вежливо улыбнулся, и я, кивнув в ответ, вышла в коридор.

Ну, хотя бы попыталась. Нет, я знала, что компании не до этого, но пропихнуть идею, ну очень хотелось. Тем более, это действительно бы сказалось благотворно на имидже компании.

Я давно хотела сделать что-то подобное. Но моих сил крайне мало, а в подобных фондах люди работают на добровольной основе. Так что буду продолжать грызть свой гранит поставщиков и надеяться, что когда-нибудь ситуация изменится. Тем более, я могу получить место начальника отдела.

Довольно тряхнула головой. Ну, бывают в жизни огорчения. Но это не повод опускать руки. Своё будущее мы создаём сами. А возможности ещё будут!

* Данная программа — чистая выдумка автора. Но основана на реальной программе, которая была когда-то в нашей стране, а сейчас есть в некоторых других странах)).

** Многие ошибочно думают, что те, кто усыновляют детей, делают это ради гос. льгот и разных плюшек. Это не так. Если ребёнок берётся под опеку, то государство выделяет деньги на его содержание. А вот если ребёнок был усыновлён, то родители не только могут дать ему свою фамилию и отчество, но и несут полную материальную ответственность за ребёнка — точно так же, как за кровных детей. Никаких других выплат на данный момент не предусмотрено.

Андриан.

Я стоял около окна и хмуро смотрел в роскошный дворцовый сад.

Проклятие! Это всё же происходит.

— Ты опять недоволен, сын? — от дверей послышался голос монарха. — Ты сам выбрал этот путь. Теперь дороги назад нет. Она приедет, и ты должен отдать ей предпочтение на отборе.

Я непроизвольно сжал кулаки. Почему я был таким глупцом? Если бы не мои действия, то сейчас бы мне не сватали непонятную девицу, которая, по слухам, психически неуравновешенна и ужасно избалована.

— Отец, — голос звучал непривычно глухо, — а если.. Если я помогу стране? Если я смогу избавиться от долгов перед Исларией?

— Андриан, — голос монарха стал сухим и официальным, — ты уже и так много сделал, чтобы страна оказалась там, где сейчас. Ты женишься на Юлианне, и это не обсуждается. Я не поведу мой народ на войну. Мы никогда не покроем тот долг, в который ТЫ нас ввёл, — указательный палец отца уткнулся в мою грудь. А суровые, резко постаревшие за несколько последних лет глаза были холодными и требовательными.

И я сдался:

— Как прикажешь.

Король выдохнул и, развернувшись, резко покинул покои. А я вернулся к окну.

Я не мог поступить иначе. Это из-за меня королевство в упадке. Это — моя вина. И сейчас моих знаний было совершенно недостаточно, чтобы исправить ситуацию.

Повинуясь порыву, распахнул окно и вдохнул прохладный вечерний воздух.

Это помогло. Я почувствовал, как мысли проясняются и сворачивают в привычное русло.

Страна на грани дефолта. Магические резервы пусты. Сокровищница тоже. Денег у населения нет. А что есть?

Я подлетел к письменному столу и схватился за перо. Должен быть способ всё исправить! Должен быть! Я узнаю так много, как только смогу.

Но для этого мне понадобится время. А у меня его нет. Безумно глупое и расточительное мероприятие с отбором невест. Да ещё тогда, когда в стране буквально нечего есть. Есть только один выход пойти против воли отца, но при этом не быть сосланным на границу за неповиновение, а остаться тут и исправить то, что я, Андриан, натворил.

Девушки и, в первую очередь, Юлианна, должны сами от меня отказаться.

Юлианна.

— Ваше Высочество, мы приехали!

— Что? — голова немного кружилась от неудобного сидения в карете. Я оторвала голову от мягкой подушки, вмонтированной в стенку кареты, и выпрямилась до хруста. Очень хотелось поразминать затекшую шею, но я не позволила себе такой роскоши. Не при фрейлинах и даже не при горничных.

Завертела головой, пытаясь сбросить остатки сна. Очень, кстати, странного сна. Если бы у меня было больше времени, я бы, может, больше об этом подумала. Но времени у меня не было. Поэтому я пару раз моргнула, прогоняя остатки сонливости, и благожелательно улыбнулась. И только затем вылезла из кареты. Все эти движения были настолько привычны. Хоть сейчас мне и казалось, что моя прежняя жизнь была слишком изнеженной и простой, а характер мог бы быть куда получше. Всё равно, уроки этикета, вколачиваемые годами в венценосную голову, не могли пройти бесследно.

Я выпорхнула из кареты, словно птичка, — невесомая и грациозная и, не доходя до своей охраны всего пару шагов, застыла величественной статуей. В эту же секунду, словно по команде, стражники расступились, являя мне и моим фрейлинам наших встречающих.

Что сказать... Флорентия постаралась произвести на нас впечатление. Кроме стандартной Красной дорожки здесь, похоже, собралась вся местная знать. От баронов и графов до герцогов. А посреди них одинокой звездой стоял принц.

Его я узнала сразу — те же темные, чуть вьющиеся волосы, зелёные пронзительные глаза, правда, лицо казалось немного юным. Ну... Всякое бывает. Не всем же в двадцать пять — двадцать семь (или сколько там ему?) быть возмужавшими сразу.

Он был очень похож на того паренька, которого я видела в детстве, ведь мы уже когда-то встречались. Два благородных отпрыска передрались из-за маленького щенка. Оба привыкшие ни в чем никому не уступать, поэтому в ход пошли локти, кулаки и даже зубы. С тех пор я Андриана больше не видела. Про него только слухи долетали — один другого страшнее. И бабник-то он, и женоненавистник (вот тут мои новые мозги возмутились нестыковке, правда, раньше мне она не бросалась в глаза). В общем, ничего хорошего про Андриана я не слышала. И вот, встретились. А ещё... Его внешность мне кого-то очень сильно напоминала. Того, кого я видела буквально недавно. Но мысль ускользала, не успевая закрепиться в голове.

Отбросив всё лишнее, сделала церемониальный реверанс.

— Ваше Высочество, рада встрече. Очень любезно с вашей стороны встретить меня.

Принц только кивнул, окинув меня равнодушным взглядом, а потом развернулся и широким жестом руки показал, чтобы я следовала за ним.

Хм... А мог бы хоть что-нибудь сказать. Как-никак, невесту встречает. Ну ладно, на данный момент, одну из.. Но ведь это только формальности.

— Могу я выразить почтение вашему батюшке, Его Величеству Филиппу Пятому?

Юноша поджал губы, явно не желая отвечать. Он посмотрел по сторонам, ища, на кого перебросить ответ, но никого подходящего не нашёл, поэтому снизошёл до ответа:

— Позже.

Я постаралась вежливо улыбнуться, хотя хотелось поднять брови и поинтересоваться, чем это я заслужила подобное пренебрежение.

— У вас очень красивый дворец, — постаралась опять воззвать к его чувству такта. Моя душа во мне трепыхалась, требуя развернуться и покинуть сей объект. Смысл навязываться, если твоё общество явно нежеланное? Но гордость за свою страну, которую я представляю, победила, и я решительно настроилась быть дипломатичной. — Могу я рассчитывать на экскурсию по нему?

— Да, я попрошу кого-нибудь из слуг, — кивнул принц. — Они же отведут вас в ваши покои.

Тут уж я затормозила пятками по гладкой половой плитке, создав просто убийственный скрежет. Прости, Юлианна, но это — дело чести.

— Слуг, значит? — прищурившись, я наблюдала за его реакцией.

Кажется, то, что он смог вывести меня на эмоции, его жутко обрадовало. Глаза загорелись, на лице появилась еле заметная ухмылка, и он подчёркнуто вежливо кивнул.

— Именно так, Ваше Высочество. Отбор начнётся завтра, не опаздывайте.

С этими словами он развернулся и зашагал прочь. Я мысленно кинула ему вдогонку туфлю, а когда меня всё же соблаговолили проводить до комнаты, раздраженно скинула обувь и начала метаться по покоям, словно фурия.

И вот за этого грубияна я должна выйти?! Не бывать этому! Если я ещё надеялась разузнать обстановку и договориться с ним по-человечески (в конце концов, неужели он не понимает, что этот брак не выгоден нам обоим?), то сейчас я была готова придушить любое намерение принца в мою сторону.

Я ему не достанусь!

***

Андриан

Младший брат порывисто зашёл в комнату и застыл передо мной, убрав руки в карманы брюк.

— Чтобы ещё раз я пошёл у тебя на поводу!

— Что, получилось? — меня интересовал только результат. — Что ты о ней скажешь?

— Важно, не что я скажу о ней, а что она о тебе подумает!

— Не понял, — я нахмурился. — Ты же должен был посмотреть на её поведение и реакцию в нестандартной ситуации. Ты молчал, как я тебя просил?

— Эм, нет, но я грубил, — он самодовольно выставил вперёд подбородок.

Я смачно хлопнул себя по лбу. Идиёт! Зачем он ей грубил? Я, конечно, думал, что это может понадобиться, но...

— Теперь она будет думать, что мой младший брат — невоспитанный болван.

— Почему младший брат? — Фред усмехнулся. — Она думает, что её жених — невоспитанный болван.

— Что? — я даже приподнялся с кресла от удивления.

— Я ей не сказал, что я — не принц Андриан. Как и не говорил обратного, но она сама сделала выводы, - братец самодовольно улыбнулся. — Так что тебе придётся потом объяснять, почему ты сам ее не встретил, а отправил вместо себя подмену.

— Кретин, — подтвердил я, смеясь. Конечно, теперь Юлианна считает меня последним негодяем, но моя репутация и так испорчена, хуже некуда. Поэтому, если к характеристике, которую я так долго и упорно себе делал, пусть и неосознанно, добавится ещё и «грубиян», то хуже не будет. Хотя мне самому претили подобные методы. Но жениться на избалованной, капризной девчонке, отец которой давно положил глаз на Флорентию? Ни за что!

— Как она отреагировала? Закатила скандал?

— Да я бы не сказал. Я вообще не заметил той самой избалованности, хотя, возможно, что это просто вышколенное воспитание, сам посуди, — брат развалился в соседнем кресле и потянул руку к кувшину с гранатовым соком — моим любимым. — Она рассердилась, когда я отказался показать ей дворец и отправил к слугам. Но выразила свой протест просто встречным вопросом: «Слуг, значит?» — передразнил он Её Высочество. — Если она и хотела выдрать мне пару клоков волос, то хотела молча.

— Ты что? — я не верил своим ушам. Отправил к слугам? Жестоко! Я посмотрел на брата и подумал, что он растёт моей копией. Сейчас, пока он ещё молодой, это не настолько отвратительно, скорее забавно, но пройдёт время, и его проделки перестанут быть просто весёлыми или нетактичными, как случилось и со мной. Если отцу всё равно, то тогда придётся мне ещё и этого щенка переучивать... Главное, отвязаться от невесты. — Я понял, ты создал образ плохого парня, и она разозлилась. Что ж, такая реакция лучше, чем истерика или слезы. Может быть, у меня получится сделать так, чтобы она уехала обратно домой.

— Это будет весело! — парень довольно сощурился, за что получил от меня подзатыльник. — Ай, за что!?

— За то, что грубил гостье, — отрезал я. — Это не тебя на ней женят, и твоё поведение, как минимум, выглядит странно. Завтра она узнаёт, что Андриан — это я, а ты так и останешься в её глазах козлом.

— Ну, одним козлом больше, одним меньше — какая разница? — проворчал Фред.

— Ты — сын короля, а не дворовая шавка, — сказал я. — Так соответствуй.

— Пфф, а сам-то когда последний раз соответствовал?

— Никогда, — признал я. А что скрывать, если это правда? Самый первый козёл здесь — это я. Сначала я планировал с ней просто поговорить, договориться об отмене свадьбы, поэтому и послал Фреда проверить, насколько она адекватна, и какую стратегию разговора выбрать. Но, может, созданный братом образ мне поможет? А вот в будущем я не намерен продолжать вести себя подобным образом. Пора взрослеть мальчику и брать ответственность. А я этого пока не умею.. Поэтому обратился к брату: — Но всё изменится, и ты тоже изменишься, иначе я заставлю тебя руками чистить конюшни.

Фред запрокинул голову и рассмеялся. Он встал с кресла и похлопал меня по плечу, чтобы, продолжая смеяться, уйти к себе. Но я-то знал, что я не шучу. Погоди, братец, и за тебя возьмусь. Ещё есть шанс сделать из тебя человека, а не дерьмо собачье.

И я буду не я, если не попытаюсь хоть это исправить.

***

Визуал братьев

Андриан

Фред

Юля

Будильник вырвал меня из царства Морфея, и мне пришлось резко вскочить.

Господи! Приснится же такое! Если это не признак шизофрении, то что? Я внимательно осмотрела свою комнату, боясь обнаружить следы лунатизма. Вдруг, я вставала ночью и с косой на плечах ходила по соседям, а потом варила суп из невинных котят?

Но нет, всё выглядело вполне буднично. Крови невинных младенцев тоже не наблюдалось... Я села на кровати и пару раз встряхнула головой. Может, мне к врачу сходить? А к какому? К психиатру?

Ладно, подумаем об этом позже.. Сейчас пора на работу. У меня грандиозные планы на грядущие пару недель!

Я резво вскочила и побежала на кухню. По дороге запуталась ногами в одеяле и рухнула на мягкий ковёр. Когда поднималась, ударилась затылком об стол. Челюсти громко клацнули.

Но и это не испортило моего настроения! Потерев многострадальный затылок, я поскакала вливать в свой организм порцию ароматного кофе. Те, кто не любит кофе — они, вообще, нормальные!? Как можно не любить этот ароматный, сногсшибательный напиток богов? Нет, я решительно не понимаю!

Заглянула в небольшой холодильник, надеясь на чудо. Чуда не произошло — холодильник сиял почти девственной чистотой. На предпоследней полке одиноко доживал свой век полузасохший кусок сыра и пара кружочков колбасы в пленке. Понюхала. Ну... В принципе, если разогреть в микроволновке, то есть, подвергнуть термической обработке, то будет вкусно и съедобно... Наверное.

Хлеб был тоже лежалый, но ещё вполне живой, так что бутерброд вполне себе получился. Кофе был выше всяких похвал, а еще я заела скромный завтрак шоколадкой, так что осталась вполне довольна.

И нет, я совсем не бедствую. В нашей компании платят не так уж и мало, хоть и не столько, сколько мне бы хотелось. Другое дело — куда я всë трачу. Но ещё годика два подобной самодисциплины, и я смогу досрочно погасить ипотеку за эту квартиру, которую брала на целых двадцать лет! А если получу место начальника отдела, то могу и за год управиться! Круто? Ещё как! А потом уже и хлебушек можно подороже, и маслица на этот хлебушек прикупить. А пока семьи нет — я пользуюсь моментом.

Собрала волосы в высокий хвост и удовлетворённо посмотрелась в зеркало. Хоть что-то у меня красивое. Волосы в рассветном солнце отливали жидким золотом. Жаль, что прямые.. Прямые, как палка. А вот у Юлианны — тугие кудряшки.

Резко помотала головой. Так, стоп! С этими глюками пора заканчивать. Нет никакой Юлианны. Нет, и никогда не было. А то, что мне снится.. Ну значит, приключений в жизни не хватает. С кем не бывает?

Быстро собралась и вылетела из дома. А уже через полчаса зашла в офис и устремилась прямиком к кофемашинке. Кофе дома я, конечно, выпила, но никто же не запрещает выпить ещё и на работе, верно? Мне нужно немного взбодриться и привести мысли в порядок.

— Нет, нет, нет!!! — я резво подскочила к старушке, бросив сумку на ближайший стул. — Какой идиот включил вспениватель молока без воды в баке?

Все в нашем коллективе знают, что она не отключится при отсутствии воды, у неё эта функция безвозвратно сломалась ещё года два назад. Она просто начнёт нагреваться, пока не сгорит. И вот теперь из драгоценной кофемашины, которая верой и правдой обслуживала весь офис, валил густой дым. Она же практически талисман этого места!

— По правде сказать, это я, — послышался голос позади меня.

Я развернулась на каблуках с самым разъяренным выражением лица. Ну, я задам сейчас этому убийце техники!

— Ой, здрасьте, Андрей Владимирович, — я резко сменила боевой настрой. — А вы уже тут, да?

— Да, я пришёл сегодня пораньше, было много дел в офисе, и, к несчастью, попробовал по вашему совету приготовить кофе. Но, видимо, я и техника — несовместимы...

Новый начальник виновато улыбался и теребил волосы на затылке. Поразительно, сейчас он не выглядел так внушительно и страшно, как в тот момент, когда распекал взрослых зажравшихся работников нашей компании.

— Вы думаете, её можно починить? — он с надеждой заглянул мне в глаза.

Я грустно осмотрела останки некогда счастливой и работающей кофемашины. Если её и можно воскресить, то только чудом. С неба. Других вариантов нет.

Мужчина всё понял по моему лицу. Он посмотрел на часы на руке и и поинтересовался:

— Юлия.. Юлия же, правильно? Может, вы меня выручите? Не хочу для нового коллектива выглядеть полным болваном, который лишил их ароматного кофе.

— И что вы предлагаете? — я недоуменно на него уставилась.

— Давайте мы старушку аккуратно похороним на ближайшей помойк... Мусорке... И быстренько съездим в ближайший магазин бытовой техники. А вы пообещаете никому не рассказывать об этом акте вандализма...

Я скептически подняла бровь.

— Мы не успеем.

— Значит, вы согласны? — он довольно улыбнулся и скрылся в своём офисе, чтобы через минуту вернуться с огромной картонной коробкой.

Мы быстро погрузили туда сломанную технику и направились на выход. По дороге я приоткрыла пару окон, чтобы проветрить помещение от дыма и запаха гари. Это нам ещё повезло, что пожарная сигнализация не сработала.

Старую кофемашину Андрей Владимирович со всеми почестями опустил в мусорный бак и вернулся к машине. Я улыбнулась. Забавно, что он не просто её закинул туда, а аккуратно поставил, будто чувствовал перед старушкой вину. Да и мне было жалко технику. Такое ощущение, что вместе с ней уходит целый этап моей собственной жизни. Хотя, может, это просто сантименты..

Андрей Владимирович сел за руль своего чёрного внедорожника, и в машине мгновенно стало тесно. Нет, мужчина не был толстым. Но мне вдруг стало неуютно сидеть с ним вот так рядом, на расстоянии вытянутой руки. Я постаралась отвлечься от созерцания точеного профиля, чтобы он не подумал, что я на него пялюсь, и уставилась в окно.

— Здесь недалеко есть неплохой магазин, где большой выбор кофемашин, — тем временем вещал директор. Он вывернул со стоянки и направил железного коня по дороге.

Запоздало пришла мысль, что никто не знает, куда мы поехали, так что ничто ему не мешает увезти меня в лес и принести там в жертву. Но, похоже, подобные бредни крутились только в моей голове, так как буквально через пару минут мы затормозили перед самым стандартным торговым центром. А ещё, несколько минут спустя, входили в самый обыкновенный большой магазин бытовой техники.

Директор быстрым шагом прошёл вглубь помещения, безошибочно определив, куда нам нужно. На мой немой вопрос, куда мы идём, он также молча указал на светящуюся табличку под потолком, где написано было: «Кофемашины». Хм... Ну что ж, логично.

Я постояла, посмотрела на выставленные агрегаты, зависла над разглядыванием цены и не заметила, как к нам присоединился консультант и что-то активно начал обсуждать с начальником.

— Посмотрите на эту модель, — разливался он соловьем, — может одновременно делать три чашки кофе, встроенный капучинатор, кофемолка, автоматическая очистка. Корпус выполнен из высокопрочного пластика и нержавеющей стали. Поверьте, вашей девушке она обязательно придётся по вкусу, правда же? — консультант преданно заглянул мне в глаза.

Я мгновенно вспыхнула и отвела взгляд.

— Юлия Владимировна, — обратился ко мне начальник, опять назвав меня полным именем, — что думаете насчёт этой модели?

На фоне послышалось истошное покашливание консультанта, и я смутилась ещё больше.

— А как вам эта? — неуверенно ткнула вниз — туда, где стояла кофемашина попроще, отечественной модели. — Она дешевле в два раза, но характеристики практически один в один, как у предложенной вами.

Андрей Владимирович присел на корточки и с интересом глянул на предложенную модель.

— Мне кажется, или старушка была этой же марки?

— Ага, — я кивнула. — И проблем с ней не было очень долго.

Мужчина кивнул и уверенно обратился к консультанту:

— Мы берём её.

Тот поджал губы.

— Пойду принесу запечатанную коробку со склада.

Бедняга, наверняка, за продажу более дорогих моделей полагаются премии...

Мой начальник поднялся и довольно потянулся.

— Как мы быстро управились. По правде сказать, я думал, что придётся полгорода объездить в поисках подходящей модели.

— Да и деньги компании сэкономили, — поддакнула я довольно.

— Компании? — удивился мужчина. — Нет, почему. Я ведь её сломал — мне и платить.

— О, — я смутилась и улыбнулась. — Тогда тем более хорошо: подобные покупки плохо отображаются на бюджете.

— Благодаря вам я неплохо сэкономил, — вернул мне улыбку мужчина, идя к кассе. — Кстати, у нас есть ещё немного времени. Можем перекусить. Вы завтракали?

Я кивнула, вспомнив полуживой бутерброд у себя дома, а мой желудок отозвался истошной серенадой из недр организма. Предатель.

Видимо, эти звуки, вкупе с моим кивком, были поняты, как согласие на завтрак, и Андрей Владимирович начал увлечённо предлагать небольшие кафетерии в данном торговом центре.

Я мрачно выслушала похвалу «нежнейшим сырникам» в ресторанчике напротив и мысленно распрощалась с досрочным платежом по ипотеке в этом месяце. Если человек с утра пораньше может вывалить фигову сумму денег на кофемашину для целого офиса, то представляю, какие расценки в этом самом «ресторанчике».

— А может, по шаурме? — неуверенно предложила я, тыкнув пальцем в сторону выхода. Там как раз стоял ларёк, где изготавливали данный деликатес.

— Вы любите шаурму? — он удивлённо поднял брови, а я радостно кивнула, про себя добавив, что не только я, но и мой кошелёк.

Думала, что начальник немедленно сморщит нос и отправит меня со своей шаурмой куда подальше. Но он только шире улыбнулся и, подхватив тяжеленную коробку с кофемашиной, широким шагом направился на выход.

Я вприпрыжку поскакала следом. Деньги, денежки, я вас сохранила! Будет мне моя ипотека, будет!

Вопреки моим опасениям, человек, гоняющий на дорогущем джипе, доброжелательно поболтал с продавцом в ларьке, который завернул одну шаурму для: «ты мой брат, отвечаю», а вторую для: «это твоей красавице, ах, если бы я был не женат!». Я полезла за своим кошельком, но мне его суровым взглядом чуть не запихнули в одно неприличное место. Вместо этого всунули в руки пакетики с шаурмой, два стакана с чаем и велели двигаться к машине.

Сам же мужчина тащил нашу новую рабочую лошадку по производству эликсира жизни офиса.

Мы сели на сиденья, и, как только тронулись, я протянула шаурму водителю.

— А я не думала, что вы подобное едите, — призналась честно.

— Дело не в этом, — он с удовольствием вонзил зубы в лаваш, уверенно ведя машину одной рукой. — Просто далеко не везде она вкусная. Вот около моего дома шаурма такая, что просто закачаешься, я даже спросил как-то раз рецепт и теперь частенько делаю себе дома, когда не лень готовить.

Я благоразумно промолчала, решив не говорить, что мне лень готовить ровным счётом всегда.

Мы ещё немного доброжелательно поболтали и, зайдя в офис, разошлись по своим рабочим местам. Краем глаза я заметила, как Андрей Владимирович устанавливает кофемашину, а потом перед прибывающими сотрудниками трансформируется в сурового босса.

Так что, почла за лучшее вернуться к работе. Шаурма шаурмой, а место начальника отдела само себя не приготовит и соусом денежек не заправится..

— Юля.. Юль! — Света потрясла меня за плечо. — Ты что, заснула!?

Я резко вскинула голову и огляделась. Неужели я спала? В офисе? Прямо на работе? С ужасом посмотрела на время — 15:47.

Последнее, что помню — это, как в час все пошли на обед, а я решила ненадолго закрыть глаза, чтобы дать им отдохнуть...

— Мама дорогая! Что же ты меня не разбудила!? — накинулась я на ни в чем неповинную Светку.

— Да я как-то и не заметила, что ты спала, — она пожала плечами. — Ты всё время сидишь в этих своих отчётах, головы никогда лишний раз не поднимешь, не буду же я проверять, работаешь ли ты, как всегда, или решила вздремнуть.

Я растерянно провела рукой по лицу. Никогда... Никогда я не спала на рабочем месте... И всегда подобное осуждала..

Ой, а у меня же ещё дела не доделаны... Я собиралась звонить в одну небольшую контору, производящую заклёпки для бортов корабля. Те, что мы закупали до этого, не отличались изумительным качеством, но стоили, как весь моторный отсек. Я посчитала, что можно сэкономить на одних заклепках не меньше пяти процентов от всей суммы на закупочный материал. Мы с ними вчера весь день списывались и сегодня должны были сделать контрольный звонок. Вот овца! Они же ждут!

Я судорожно схватилась за телефон, а приятельница накрутила между тем каштановый локон на палец, явно о чём-то думая. Вот у кого шикарные кудри, совсем как...

Погодите-ка... Я застыла с трубкой в руках. Я же только что спала! Спала! И никаких Юлианн не видела! Значит, вылечилась! Прошли глюки! Юху!!! Я так и знала, что всё это — бред собачий! Спала же? Спала! И что? И ничего!

Я так обрадовалась, что не знала, куда себя деть от счастья.

Мое ликование прервал голос Светки:

— А ещё он просил тебя потом к нему зайти...

— Кого? — не поняла я. — В смысле, кто? Я не расслышала... Кто что просил?

— Начальник наш, — она мотнула головой, недовольная тем, что я до этого проигнорировала её слова. — Говорю же, он просил тебя к нему зайти, как проснёшься.

— Он... Что? — от страха я покрылась липким потом. — Он, что, видел, как я спала!?

— Ну да, — сослуживица пожала плечами. — Если бы не он, я бы и не заметила. Он подошёл к тебе что-то спросить, а ты дрыхнешь. Ну, он тогда попросил меня тебя не будить, но потом передать, что ждёт тебя..

Я схватилась за голову. Ну всё, приплыли. Прощай, место начальника отдела, прощай, моя работа. Здравствуй, нищета и полуголодное существование... Такой суровый босс, может, и не наорет на меня, как на наших ленивых толстосумов, выгнанных пару дней назад, но выставит безо всяких проблем. Он явно умеет разделять личные и рабочие отношения. Так что, если работник я буду не очень — уволит и не поморщится.

Я обречённо встала, сгорбившись в три погибели, и могильным голосом попросила:

— Свет, а Свет... Ты это... Кофе мне сделай, пожалуйста. Мне оно понадобится...

— Ладно, — девушка явно не разделяла моего упаднического настроения. Подумаешь, заснула, с кем не бывает? У нее вообще всё просто в жизни. Мне кажется, если бы даже её уволили, то она бы не сильно расстроилась, приняв этот этап жизни за очередное приключение...

Но не я — у меня синдром отличницы, выросший из одинокого детства, и заботливо мною поливаемый и удобряемый на протяжении всей жизни. Он никогда не давал расслабиться...

— Андрей Владимирович, вызывали? — я приоткрыла стеклянную дверь и, не поднимая глаз, застыла на пороге.

— Да, Юлия Владимировна, проходите, — я всё же кинула взгляд на мужчину в кресле, но он на меня не смотрел: его взгляд был направлен на экран компьютера, так что он кивнул подбородком мне на кресло, умудрившись не оторвать от монитора глаз.

Я села на самый краешек и выпрямила спину, застыв, как испуганный сурикат. «Деревья умирают стоя», - говорила моя школьная подружка, когда её за очередную проделку вызывали к директору. Вот и у меня сейчас было подобное чувство.

— Юлия Владимировна, — повторил он, — вы знакомы с владельцем небольшой компании "Окен-клеп"? Они делают заклёпки для катеров.

Я непонимающе похлопала глазами.

— Да, я вчера с ними переписывалась, а сегодня планировала созвониться, просто не успела.. Дело в том, что...

— Они мне позвонили, — прервал он, — и мы уже составляем договор на сотрудничество. Они передали, — тут его губы чуть дрогнули в еле заметной улыбке, — что Юлия Владимировна вчера весь день с ними общалась и сегодня обещала позвонить. Они ждали, ждали, а в итоге, сами нашли наш телефон и связались со мной.

Я покрылась красными пятнами.

— Да, тут такое дело...

— Вы возьмете на себя этого поставщика и подготовку всех договоров с ним? — опять не дал он мне договорить. — И проверьте, можем ли мы разорвать контакт с предыдущим...

— Да, я это уже проверила, — я не верила своему счастью.. Меня что, не увольняют? Но он же видел, как я дрыхла на рабочем месте! — Наш контракт как раз заканчивается в этом месяце, так что никаких санкций не последует. О, Андрей Владимирович, я ещё вам не присылала свои расчёты. Сейчас я дойду до компьютера и всё скину, — я засуетилась, вскочила со стула, жалея, что не взяла с собой никаких документов и теперь сижу тут с пустыми руками. Понимание, что меня не уволят, придало адреналина, и мне срочно нужно было его выплеснуть. — Они - отечественная компания, менее раскрученная, но качество у них даже лучше того материала, что нам до сих пор поставляют. Я уже провела расчёты — мы могли бы на нашей модели синего катера, на одних только заклёпках, сэкономить пять процентов на изготовлении. Как же его... «Каравелла», который... А на моторной лодке «Зефир» — три с половиной процента. Я вчера сделала подробные расчёты... Так, сейчас..

Я уже почти добежала до двери, как меня окликнул новый босс:

— Юлия!

— Да? — я сфокусировала на нём мутный взгляд.

— Хорошая работа, — он ободряюще улыбнулся. — Продолжайте в том же духе.

Я расцвела в ответной улыбке, намного шире, чем у него.

— Спасибо, Андрей Владимирович!

А потом вылетела из кабинета на крыльях счастья и эйфории. Схватила идущую навстречу Светку с чашкой кофе и закружила по офису. Коллеги посмотрели на меня, как на ненормальную. Но мне не было до этого никакого дела. Меня похвалили! Не поругали, не уволили, а похвалили!! Я крутая!! Я остаюсь!! А может, ещё и начальником отдела стану! Держись, моя ипотека, недолго тебе осталось!!

В этот день я прискакала домой, как счастливый сайгак, и, приняв ароматную ванну с пеной, с наслаждением плюхнулась в объятия кровати. Счастье есть в этой жизни! И на работе иду к своей цели, и глюки кончились!

Только я успела погрузиться в объятия Морфея, как на задворках сознания услышала окрик:

— Ваше Высочество!

— Ну вот, опять! — простонала обреченно и накрыла голову подушкой...

Визуализация героев

Андрей

Юля