Его Любимая Омега

Это позор, Агния...

Самый настоящий позор!

Вот уже второй час я сижу и мучаюсь со счетами за коммуналку. Губы давно искусаны до крови, ногти сгрызены под корень, а в моей голове так и не появляется понимание того, как за месяц я смогла потратить семнадцать кубометров воды, живя в квартире совершенно одна!

Ууу!

То ли коммунальщики так обнаглели с ценами, то ли я такая транжира, любящая каждый вечер после репетиций устраивать себе ванные омовения в бассейне и джакузи вместе разом. Ведь еще и за газ, электричество и мусоропровод платить...

И где-то там плачет моя скромная копеечная стипендия в сумке...

Эх...

В холодильнике давно шаром покати, осенним ботинкам скоро третий год пойдет, а бабушка в свое время сказала, что я со своим «талантом» точно буду блистать на лучших сценах мира, ездить на дорогих лимузинах и есть икру тазами.

Ага, конечно!

Эх, бабуля, как же ты ошибалась…

Нет, бабушку я люблю и дело всей своей жизни тоже, однако нынче бесперспективные безголосые пианистки много не зарабатывают, а жаль...

По схожей низменно-материальной причине в этом году я не сдавала вступительные в консерваторию, решив, что оконченного с отличием музыкального колледжа мне хватит с головой, но увы…

Только вот я совсем не рассчитывала, что с моим дипломом о среднем образовании на мое резюме будут откликаться лишь с предложениями детские песенки на утренниках в садах играть либо же в сомнительных кабаках по ночам выступать. А уж за какие гроши мне все это предлагали, даже вспоминать не хочется…

Вот и приходится тяжело вздыхать, украдкой вытирая подступающие горькие слезы.

Прости, бабуля, не оправдала я твои ожидания...

Моя безумно любимая и обожаемая бабушка была заслуженным преподавателем кафедры теории музыки в столичной консерватории. Двадцать пять лет работы со студентами, семь лет работы деканом факультета и... вся жизнь в постигании музыки...

Наверное, больше нет такой же личности на свете, как моя великовозрастная родственница, кто с таким же фанатизмом относился бы к своей работе. Она никогда не уходила из консерватории раньше позднего вечера. Забывала поесть или выпить прописанные врачом таблетки, но никогда не памятовала о том, какие и в каком порядке стоят у нее в особый ряд партитуры.

Даже дома, имея лишь трухлявый, отживающий свои последние года рояль, постоянно расстраивающийся с началом отопительного сезона, она мотала нервы соседям, играя этюды даже ночью.

Недаром ведь у нас краска с батареи так быстро слазила, потому как колотят нам по ним чем ни попадя...

Наверное, поэтому, когда другие узнавали, что мой дед был глухим, шутили, что именно такой мужик мог стерпеть мою бабулю...

Эх, скучаю по дедушке.

Его уже вот как семь лет уже нет в живых. Да и годины бабушки не за горами... Вот и сижу теперь в совершенно пустой, одинокой квартире со своими платежами одна, зная, что даже в двенадцать ночи никто домой после генеральной репетиции не вернётся...

***

- Нет, ну ты меня послушай! - кричит мне в трубку Лола, а на фоне я слышу звук работающей фрезы.

Опять маникюр, наверное, переделывает, хотя он у неё даже не отрос. Как бросила на первом курсе инструменталку, так и делает теперь себе каждые две недели новые ноготочки: никак не нарадуется подобной возможности.

Для нас, пианистов, это, увы, невиданная роскошь, в которой я, впрочем, то и не видела смысла. Ну не красно-сине-зеленые у меня ногти, и что теперь? Горевать из-за этого что ли?

- Ты зря что ли на эти курсы последний деньги спустила?! Говорю тебе, на вакансию секретарши или помощницы откликнется гораздо больше работодателей!

- Да какие там курсы? Так, баловство одно, - отнекивалась я, выбирая яблоки в магазине у дома. С приходом осенней поры наливные красавицы радуют глаз своими румяными, аппетитными боками, а мой полупустой кошелёк своей приятной ценой. Нынче это единственные фрукты, которые мне, к сожалению, доступны, - У меня же диплома нет...

- И что? За это деньги не снимают, повесь объявление, упрямая! Или хочешь с голоду помереть? Я же знаю, что в конце августа твоя последняя стипендия пришла, и больше денег у тебя нет.

- У меня остались бабушкины сбережения... - сказала и сама содрогнулась от подобной мысли.

Бабушкины сбережения трогать мне совсем не хотелось, хотя я знала, что именно для меня она их все годы на особый счёт и откладывала. Однако просто их «прожрать», бездельничая и не работая, у меня точно цели не было.

- О! - вдруг оживилась я, резко подпрыгнув на месте, ошарашив тем самым несколько покупателей, оказавшихся рядом, и чуть не уронив пару яблок из корзины, - Может комнату сдать кому-нибудь? Говорят, многим приезжим студентам жильё нужно...

- Пфф, не смеши меня! У студентов точно денег нет, чтобы снимать комнату в квартире, расположенной почти в центральном кольце! А если за копейки сдавать, то вся шелуха к тебе потянется: маргиналы и нелегалы! И потом, как ты себе представляешь сдавать комнату в своём музее? Там же даже дышать простым смертным запрещено!

Я усмехнулась.

От нашей трешки у моих немногочисленных приглашенных гостей оставался рот открытым до самого конца визита.

Мало того, что сам факт наличия квартиры в центре столицы многих немало удивлял, так и само убранство заставляло невольно затаить дыхание. А все потому, что бабушка у меня была редкой эстеткой: любила театр, немое кино (потому что дед его уважал) и собирала целую коллекцию хрупких, хрустальных фигурок.

Они стояли в серванте как нечто возвышенное и неприкасаемое. Даже сейчас, после ее смерти, я беру их в руки лишь при крайней необходимости, когда убираюсь, хотя раньше только бабушке было дозволено их протирать от пыли, и никого другого она до этого вполне обыденного занятия не допускала. Да и в принципе в квартире было множество ее грамот, благодарственных писем и подарков ее успешных учеников, отчего глаза разбегались от этой пестрой «доски почета» у нас в гостиной.

- Возможно, ты и права...

- А я о чем говорю?

- Но идея с вакансией секретарши тоже не очень, - тяжело вздохнула я, стоило мне увидеть, сколько мне насчитала чек кассирша, и с тяжелым сердцем отсчитать нужную сумму.

Тяжко, однако, быть взрослым и самостоятельным...

- Ты не отбрасывай эту идею сразу, подумай хорошенько! Говорю, вдруг что выгорит, а?

- Не знаю...

- Большое спасибо за встречу, мы вам перезвоним, - улыбнулась мне женщина-рекрутер, скрупулёзно собирая весь мой арсенал документов, что я дала ей при собеседовании.

- А… когда мне ждать вашего звонка? - вопрос сам слетел с моих губ, хотя ответа и уже и не требовалось. По её снисходительному взгляду и так всё стало ясно.

Ни-ког-да.

Эх…

- Вас проводят, - указала она на выход, где меня встретил хмурый и грозный охранник, что сопроводил меня к выходу, точно преступницу какую.

Как будто бы я сама дверь не нашла…

Уже на улице, поправляя ворот осеннего пальто, я медленно засеменила в сторону метро, стараясь сдержать глупые, никому не нужные слёзы. Шестое интервью за три дня заканчивается абсолютно так же, как и все предыдущие - непроходимой безнадежностью. Что уж тут говорить, я изначально понимала, что без должного опыта и образования вряд ли меня куда-либо возьмут.

Это всё Лола, что вселила в меня эту глупую надежду своим красноречием. Зря я послушала её. Только время и последние деньги на проезд потратила…

Шмыгая носом, в толпе народа я ехала домой, где было как всегда привычно пусто и тихо. Заварив горячий чай, я прислонила облёденевшие пальцы к кружке, которые уже покраснели от холода.

Как-то быстро настала осень в наших краях, не особо-то радуя проливными дождями и низкой температурой. За окном, несмотря на не позднее время, уже смеркалось, а в окнах дома напротив уже кое-где горел свет.

Уставившись в одну точку, я тихо шмыгала носом, утирая слёзы, всё же успевшие сорвать с моих ресниц.

Казалось, что куда ни глянь, везде живётся жизнь. Мерная и счастливая. Теплая и радостная. И лишь я, словно забытая и покинутая всеми, сидела в четырёх стенах, не зная, куда себя деть. Кому податься и что делать.

Была бы здесь бабушка... О, она бы точно нашла мне занятие! Заставила бы часами отыгрывать репертуар к конкурсу или же разучивать новый. Придиралась бы к малейшей шероховатости в игре, дрогнувшим от усталости пальцам или же передержанной педали.

Но теперь её нет, и меня, словно вместе с ней тоже...

Все эти годы, оставшись лишь одни друг у друга, мы были единой, сплочённой командой. И я знала о её болезни и скором уходе, но... не верила в него до самого конца. До самого вечера, когда в очередной раз ждала её после репетиции дома, заварив её любимый чай. До слов врача скорой помощи, почему-то потухшим голосом сожалеющий о моей какой-то утрате по телефону. До первого похода в морг и опознания тела. До похорон, погребения и поминок, где собрались все её немногочисленные коллеги и мои преподаватели, ведь больше родственников-то у нас и не было...

И лишь когда все разъехались, в последний раз вымученно скорбя по моей утрате, оставив меня одну, я скатилась по стене вниз и разрыдалась так, как никогда в своей жизни.

Казалось, тогда я выплакала чуть ли не все слёзы мира. Всю боль, что копилась во мне годами: предательство матери, смерть дедушки и, в конце концов, любимой бабули...

Весь последний выпускной год в колледже я ходила, словно тень. Что-то учила, что-то играла, где-то выступала. Однако попробуй вспомни, расскажи и... ничегошеньки-то и не выйдет! Всё словно проходило сквозь меня, совершенно не задевая и не оставляя отпечатка в памяти.

А после выпуска, оставшись одна и без единственного дела, что занимало меня все эти годы, я поняла, что у меня ничего нет. И меня... нет.

Тогда, находясь на грани, чудесным образом меня спасла Лола. Не самая моя близкая подруга еще со школьных времён, она, несмотря ни на что, приходила ко мне по вечерам.

Иногда я задавалась вопросом, зачем она это делала. Рассказывала что-то там о своих ногтях и парнях, житейских делах. И взгляд ее в этот момент... столь живой и пытливый, порой меня даже бесил до искр из глаз!

Я завидовала ей жуткой, черной завистью, искушающей душу. Ее беззаботному и счастливому образу жизни, тогда как у меня едва хватало моральных сил встать с кровати и пойти умыться. Тогда, когда она наслаждалась своей молодостью, а я тратила ее на слезы и мрачную скорбь.

Ох, как же меня это задевало!

И тогда я поняла, что для меня это важно. Стать такой и, наконец, перестать плыть по течению, обвиняя все и всех. Не сидеть в четырех стенах, оберегая и лелея свою боль, как нечто очень ценное. И...

Кажется, у меня начало получаться. Но все же... в такие вечера, как этот, я вновь чувствую, как холод сковывает все живое внутри меня. И никакой чай, даже самый крепкий и горячий, его не отогреет...

Поток мыслей, обуревающих мое сознание, прервался лишь тогда, когда я все же услышала, что кто-то беспрестанно долбился во входную дверь, параллельно с этим трезвоня в звонок. И я ничуть не удивилась, когда, открыв ее, я застала на пороге уже вышеупомянутую Лолу.

- Как же меня напрягает то, что ты не открываешь с первого раза! - бранилась подруга, бесцеремонно втиснувшись через меня в квартиру. - Боже, как у тебя тут темно, хоть глаз выколи!

Меня тут же ослепило яркой вспышкой света, стоило Лоле понавключать везде люстры и, наконец, вдохнуть жизнь в мою одинокую берлогу.

- Ну? Рассказывай! - подперла руками бока омега, с ожиданием во взгляде смотря на меня. - Что на этот раз тебе сказали?

- Ничего хорошего, - мрачно буркнула я и поплелась на кухню. - То же самое, что и до этого. Я же тебе сразу говорила, что это бесполезная затея... Чай будешь?

Лола отмахнулась от моего предложения, как от назойливой мухи. Беспардонно прошествовала по кухне и настежь открыла створки холодильника, придирчивым взглядом осматривая пустующие полки:

- Опять у тебя шаром покати? Чем ты вообще питаешься?!

- Да вот яблок недавно купила, хотела было шарлотку испечь, но что-то руки... не дошли, - виновато призналась я, кидая взгляд на корзину с фруктами, которые уже рассматривала Лола и тихо хмыкнула.

- Эти-то? Они скоро сгниют у тебя и вместо шарлотки попадут в мусорку, - подруга обернулась на меня. - Посмотри на себя! И так худая, как палка. А сейчас и вовсе без слез на тебя не посмотришь. Понятно теперь, почему все работодатели открещиваются от тебя, как от прокаженной! Еще и эта юбка... просто ужас! Надеюсь, ты не в ней все это время на интервью ходила?

Я оглядела свою юбку и приталенный пиджак в тон придирчивым взглядом. Нормальная юбка. Теплого, коричневого оттенка. Конечно, длиной ниже колен, что довольно нетипично для девушек моего возраста, но мне идет. По крайней мере, так говорила моя бабушка, а ее вкусу я была склонна доверять.

Мой взгляд скользнул на подругу, и я поняла, что она имела в виду. Лола всегда носила одежду по последнему писку моды. Была яркой, дерзкой и, что уж скрывать, обладала притягательной фигурой, которую всегда и подчеркивала облегающими все ее формы вещами, что даже я - девушка! - невольно засматривалась и восхищалась.

То ли дело... я.

Тощая, высокая, как шпала, бледная и невзрачная, словно моль... Надень на меня хоть самое красивое платье на всем белом свете, я все равно останусь все той же неуклюжей, угловатой Агнией, которая не знает, куда деть свои длинные, точно ивовые прутья, руки и вечно заплетающиеся ноги...

М-да...

Если Лола права и ее слова насчет моего внешнего вида правда, то найти работу мне будет еще сложнее.

Черт.

- Да-а-а, - протянула Лола и все же схватила одно из яблочек в корзине, с хрустом надкусывая. - Что ж... Выкатывай сюда давай свой древний компьютер, буду тебе сама тогда вакансии подыскивать, раз сама не можешь...

- Ты? Мне? - не поверила я своим ушам, на что подруга пожала плечами.

- А что еще остается? Не бросать же тебя в беде, в конце-то концов! Да и совесть меня замучает. Ты же как безобидное комнатное растение - совсем к жизни на улице не приучена. Помрешь от голода со своей гордыней, а мне потом жить с этим всю жизнь. А это все твоя бабка, царствие ей небесное, так тебя воспитала, на мою голову...

- Не говори так про бабушку! - оскорбленная до глубины души нелестными словами о покойной родственнице, я выхватила из рук подруги едва надкусанное яблоко, сама вгрызаясь в аппетитный бок, на что получила недовольный взгляд Лолы. - Они с дедушкой меня в одиночку воспитывали...

- Да знаю я, знаю! Ладно, черт с тобой! Не о том сейчас. Ты лучше скажи, где комп? - в приказном тоне раскомандовалась она, на что мне из вредности захотелось показать ей язык, но я сдержалась.

- В комнате, - буркнула я и, тяжело вздохнув, все же взялась за приготовление своего любимого осеннего пирога.

Раньше в нашей семье готовил дед. Делал он это просто, но вкусно и сытно. Сказывался долгий опыт службы и отработок на полевой кухне. А когда дедушки не стало, роль повара приняла на себя я. Иначе бы мы с бабулей просто-напросто умерли бы с голоду!

Бывало, она настолько погружалась в музыку и работу, что за весь день могла не съесть ни кусочка. Всё в репетициях да лекциях. Вот и получалось всегда, что в доме вкусной еды отродясь не водилось. Так и пришлось мне учиться готовить самой. На ошибках и неудачах, подпаленных фартуках и пересоленных супах, но руку на этом непростом поприще я всё же набила.

Настолько погрузившись головой в готовку, я и вовсе в какой-то момент забыла о том, что дома нахожусь совсем не одна. Пока не решилась поставить, наконец, форму с шарлоткой в духовку и в этот момент не услышала ругательства из другой комнаты, из-за которых чуть со страха не уронила противень.

Что б тебя!

Зайдя к себе в комнату, я застала очень занимательную картину: увлеченно что-то печатающую на моем стареньком компьютере Лолу, нагло закинувшую ноги на рабочий стол и прихлебывающую уже третью кружку чая.

- Чем так вкусно пахнет? - не отрывая глаз от монитора, поинтересовалась подруга, пока я, скрестив руки на груди, буравила мрачным взглядом коллекцию грязных кружек на своей тумбочке.

И в кого она такая свинота? С виду такая аккуратная и ухоженная, и лишь я была одна из немногих, кто был удостоен честью лицезреть бардак у нее дома. Мало ей у себя беспорядка, еще ко мне его наводить приходит.

- Шарлоткой, - ответила я и приблизилась к экрану компьютера, вглядываясь в него, - Что ты делаешь?

- Отправляю твое новое резюме.

- Какое еще новое резюме? У меня же уже есть... - нахмурилась я.

- В том-то и дело, что оно плохое! Чем ты думала, когда такое писала? - обернулась на меня Лола, но, увидев озадаченность на моем лице, лишь в очередной раз цокнула и закатила глаза, - Мало того, что не написала про прохождение курсов, так еще в графе о прошлой работе ничего не указала...

- Так у меня же действительно нет опыта...

- А кто об этом знает? Сказала, что работала неофициально без записи в трудовой, и дело с концом. Кто проверять что ли будет? - как само собой разумеющееся объясняла мне подруга.

- Но это же получается ложь...

- Я тебя умоляю, Агния! Не будь такой душной! Хочешь жить - умей вертеться. По-другому в этом мире никак.

Боже...

- Что еще ты мне там понаписала, дай-ка узнать, - я попыталась повернуть монитор компьютера в свою сторону, чтобы увидеть больше, на что получила болезненный шлепок по рукам и возмущенный до глубины души взгляд, - Что?

- Я еще не закончила! И вообще, ты должна сказать мне «Спасибо!» за то, что делаю все это для тебя бескорыстно и совершенно безвозмездно. Ну, разве что поделишься со мной пирогом, потому что у тебя золотые руки, а у меня так не получается... Э, стой!

Пока она говорила, я все же успела незаметно повернуть экран и чуть не поседела, когда увидела, что она сделала с моим резюме.

Мамочки!

- Что ты наделала... - вырвалось у меня непроизвольно, пока я хваталась за голову от безысходности, - Какие два года опыта!.. Какие курсы квалификации... У меня даже диплома нет!

- Не проблема, - вставила свои пять копеек Лола, видя мои панически бегающие по строчкам глаза и дрожащие пальцы. - Так сейчас многие пишут, поверь мне, уж я-то знаю! Тем более у тебя же есть диплом о среднем профессиональном, а это так... Всего лишь курсы. Никто по ним диплом запрашивать не будет...

- Что значит «знание иностранных языков»? - продолжила я читать эту ересь дальше.

- Ну, так у вас же были лекции в колледже, - неуверенно протянула Лола, - Ты говорила...

- Были, - подтвердила я, - Но я не знаю их в совершенстве, как ты здесь написала!

- И что? Главное написать об этом, а там уж можно выкрутиться. Скажешь, что давно не практиковалась, и все...

- Знание языка жестов? - ахнула я, - Ты сейчас серьезно?!

- А вот здесь вообще ни капли вранья, - ощетинилась, защищаясь, Лола, - Ты же его и правда знаешь. Или хочешь сказать, что это не так?

- Так, но...

- Ну вот и все! Я пишу все по делу, так что иди и доставай уже шарлотку, и не отвлекай меня, - отмахнулась девушка и толкнула меня из комнаты.

- Надеюсь, ты еще не успела его никуда отправить?.. - без всякой надежды спросила я.

- Уже отправила, - демонстративно громко клацнула по клавише Лола и с победоносным выражением лица повернулась ко мне, - Жди офферы на работу, подруга! От них не будет отбоя!

Ах, если бы...

Всё.

Хватит!

Мне надоело ждать у моря погоды. Особенно когда денег перестало хватать даже на проезд. Льготный студенческий проездной мне отключили еще с началом осени, и теперь на транспорт приходилось тратить в разы большие суммы, к которым я была совершенно не готова. Запасы круп и прочей провизии в доме были на исходе, а пополнять их у меня не было возможности.

Да что говорить... Мне нечем было платить даже за воду и интернет!

А между тем обещанного приглашения на работу, в котором так свято уверяла меня Лола, не было и в помине. Молчащий мессенджер и телефон на протяжении вот уже трех дней были тому подтверждением.

Поэтому, взяв всю волю в кулак, я все же согласилась пойти играть в бар неподалеку от моего дома.

Об этом месте однажды мне рассказала моя одногруппница, что ушла еще со второго курса и первое время подрабатывала там вокалисткой. И да, в отличие от меня, голос у нее был хороший и поставленный. Поэтому взять меня туда, как инструменталиста, решили лишь на полставки.

Что ж, выбирать и привередничать сейчас не приходилось. Нужно было на что-то жить.

И это был мой шанс.

Помню, как-то я в то же время как раз и хотела пойти работать, так как стипендии мне совершенно не хватало. Рассказала об этом месте и моих планах бабуле, на что получила категорический отказ и кучу наставлений о подобных местах.

Работа отложилась на неопределенный срок.

О котором сейчас я очень жалела.

Права ведь Лола — меня растили в тепличных условиях, где все свободное время я отводила лишь музыке и книгам. Прогулкам с друзьями я предпочитала чайные посиделки с престарелыми компаньонками бабушки. А из спорта в моей жизни были разве что шахматы, в которые я, бывало, играла по вечерам с дедушкой.

В этом тихом, спокойном и уединенном мирке не было места работе в забегаловках, вечеринкам с друзьями, спонтанным решениям, влюбленностям и первым поцелуям...

Поэтому и не удивительно, что мои первые отношения, которые я почти таковыми и не считала, случились лишь в мои двадцать лет. И только после смерти бабушки.

Это произошло через три месяца после ее похорон. Тогда я ходила в колледж, почти ни с кем не контактируя и пропадая в музыкальных классах до поздней ночи, не желая возвращаться в пустую квартиру, где в воздухе все еще витал ее запах, а на стенах висели их совместные с дедушкой фотографии.

В этот черный период моей жизни мне встретился Стефан. Точнее...

Он был моим одногруппником на протяжении четырех лет, однако мы толком и не общались. Кроме музыки и общих занятий, у нас не было общих тем и увлечений. Тем более мы и не стремились начать общение. По крайней мере, так думала я.

Однако оказалось, что все это время Стефан, напуганный страшными догадками и слухами о моей грозной и строгой бабушке, просто боялся познакомиться со мной поближе.

В один из вечеров я в очередной раз разыгрывала свои партитуры к конкурсу, и Стефан подловил момент, когда в актовом зале я осталась без преподавателя одна. Он предложил сходить и выпить кофе.

В этот момент его голос слегка дрожал и менял интонацию, щеки горели от смущения, а расширившиеся зрачки беспрестанно бегали по моему лицу, пытаясь считать эмоции.

Которых, в общем-то, особо и не было.

Стефан был неплохим парнем. Молодым Альфой, чей запах меня не волновал, конечно, но и не вызывал отвращения, что уже хороший знак. Да и внешностью он был довольно хорош — высокий и плечистый, есть на что посмотреть.

Правда, в груди, когда я смотрела на него, словно выжженное поле — ничего не ёкало. Лишь легкое чувство сожаления и жалости, что я ощущала при его неловких попытках пригласить меня куда-либо.

Я было хотела отказаться от его предложения, правда, возвращаться домой мне совершенно не хотелось. Да и оставаться в одиночестве тоже. Оно грызло меня изнутри, высасывая всё живое.

Поэтому... В один день я всё же позволила случиться этакому «свиданию» между нами.

Которое медленно перетекло в некие отношения, которые мне не всегда было приятно вспоминать, если признаться честно.

Мне просто было одиноко, а он был хороший и, видимо, слишком влюблённый в меня, чтобы не замечать очевидного. А именно того, что мне было абсолютно всё равно.

А возможно, его просто устраивало и это.

Ведь я позволяла себя целовать и обнимать, брать за руку на людях, проводить вместе время... Но стоило нам вечером расстаться, как у меня не было ни единой мысли о том, что я скучаю или мне не хватает его общества. Нет.

Наверное, поэтому однажды во мне взыграла совесть, и я не дала развиться этим отношениям во что-то большее. Не стала давать надежду на несбыточное.

И рассталась со Стефаном.

После выпуска я больше его не видела. По слухам знала лишь, что он поступил в консерваторию и, кажется, даже нашёл себе там девушку. Отчего я без всякой задней мысли была рада за него, что в очередной раз подтверждало то, что чувств у меня к нему не было и не будет никогда.

Однако, стоит отдать должное, первый поцелуй и первые отношения, что случились у меня с ним, вызывали лишь приятные чувства, о которых я в целом не жалела. А вот о том, что так обошлась с ним — да.

***

Был поздний вечер, когда я собиралась в бар. По дресс-коду мне пришлось надеть короткое чёрное платье, что я купила когда-то в тайне от бабушки. Косметики и прочих вещей у меня никогда не было, поэтому, распустив волосы и взбив их на макушке, я была, в общем-то, готова.

От мандража у меня тряслись колени и потели ладони. Администратор по телефону обещал, что встретит меня около чёрного входа, который в полной темноте двора, где, к моему невезению, не горел ни один уличный фонарь, я искала достаточно долго. За что на меня практически сразу вызверились, стоило мне, наконец, найти эту злосчастную дверь:

- Ну наконец-то! — громыхнула недовольным гласом высокая пышнотелая девица, кажется, официантка в этом заведении. — Вот это капуша! Всегда так опаздывать собираешься? Чуть ноги себе все не отморозила, пока ждала тебя.

- Извините. Я просто первый раз здесь, не сразу нашла вход...

- Ещё бы! Нашу дыру ещё постараться найти надо. Пошли уже! — чуть ли не за шкирку схватила меня девушка и повела узким коридором вглубь здания. — Здесь кухня, но для тебя это неинтересно. Вот здесь склад и в конце коридора туалет для персонала. Мочиться ходить только туда. Увидят, что ходишь в уборные для посетителей — глаза на жопу натянут, поняла?

Я машинально кивнула, потеряв от шока её словарным запасом дар речи. Здесь все что ли так выражаются? А я ещё что-то на Лолу наговаривала...

- Эта дверь ведёт в зал — наше с тобой рабочее место. Я, если что, здесь бармен и официант в одном лице, — подтвердила мои мысленные догадки о её должности девушка. — А ты, получается, будешь бренчать вон там. Видишь в углу пианино? Тебе туда, — подтолкнула меня в спину она. — Разыгрывайся пока или что вы там, музыканты, делаете. Открытие только в одиннадцать. А до этого деньги тебе платить не будут. Только с одиннадцати и до восьми, в курсе же?

Я невесело кивнула, обводя взглядом неприглядную картину тесного подпольного кабака, морща нос от застоявшегося запаха сигарет, пота и дешёвого алкоголя, мысленно уже жалея, что вообще согласилась на всё это.

Народ начал собираться только к полуночи. Сразу же в и так маленьком, низком пространстве стало еще теснее. В воздухе тут же стали витать ароматы жареных и острых закусок, крепкого алкоголя и разнообразие чужих запахов. Не всегда приятных.

Сидя в своем укромном уголке, я тихонько наигрывала незамысловатые мелодии. Сомневаюсь, что контингент, посещающий подобные места, знает поименно великих музыкантов прошлого и знает, что такое фуга или сонет.

Поэтому и не стала выделываться. Играла что-то простое и знакомое.

Главная моя задача сейчас — сделать свою работу и получить за это деньги. А все остальное уже не имеет значения.

- Эй, ты! Да ты! — вдруг кто-то толкнул меня в плечо так сильно, что оно тут же заныло, и я потерла болезненно нывшее место. — Сыграй что-нибудь веселое. Надоела свою тягомотину бренчать.

- Хорошо, — я проглотила ряд ругательств, вертящийся на языке, вздохнула и продолжила играть, но уже более быстро и задорно.

А между тем мужчина, что некрасиво толкнул меня, так и не собирался никуда уходить. Сканировал меня липким маслянистым взглядом заплывших глазок, причмокивая зубочисткой меж губ.

Боже.

И почему он не уходит?

Что ему надо?!

- Как тебя зовут? — вдруг снова подал он голос, снова привлекая к себе мое внимание.

- Что, простите? — я подняла на него взгляд, мысленно кривясь от отвращения. Ему же не больше тридцати, а выглядит так заселенно и неприятно, что невольно хочется сморщить нос.

Почему он довел себя до такого состояния?

— Как зовут тебя спрашиваю?

- О, — эм, представиться своим именем? — Эм... меня зовут... Амелия...

Мужчина хмыкнул, почесав заросший неопрятной щетиной подбородок.

— Амелия, значит... — протянул он. — Давно здесь работаешь?

— Не очень, — уйди. Пожалуйста, просто уйди! Дай мне закончить работу, получить деньги, и я больше никогда не появлюсь в этом столь отвратительном месте вновь!

— Когда заканчивается твоя смена? — о, нет!..

— Поздно, — уклончиво ответила я, делая вид, что очень увлечена музыкой и инструментом.

Правда, этому джентльмену было хоть бы хны. Никак не хотел от меня отцепиться!

— А я дождусь! — известил вдруг он и сел на мою банкетку, оттесняя к другому краю, заставляя меня судорожно сжать вместе колени и ошарашенно пялиться на его широко разведенные в стороны бедра, обтянутые замызганной тканью рабочих брюк. Он что ли сразу со смены на заводе сюда пить пришел? — Пойдешь со мной свидание, златовласка, а? Меня, если что, Роном кличут. Ну так что, пойдешь?

А-а-а! Что же делать?

— Извините, мне нужно работать. Если я не буду играть, меня уволят...

- Да не заливай! — ухмыльнулся оборотень, пытаясь положить руку мне на плечи, но я вовремя выпрямила спину, словно шпагу проглотила, не давая ему прикоснуться к себе. — Я же с хорошим предложением...

- Эй, Ронни! — вдруг окликнули моего собеседника со спины, хоть на мгновение отвлекая от моей скромной персоны. — Хорош уже девчонок клеить. Хочешь от жены дома получить, если она узнает? Пойдем лучше выпьем, там как раз пиво принесли.

Он еще и женат?! А кольца на пальце нет!

- Ц, - недовольно цыкнул мужчина и грузно, наконец, поднялся с моего места, - Что ж, Амелия, не прощаюсь!

Да что ж такое!

В течение ночи ко мне еще несколько раз пытались подкатить подобные индивиды, то и дело заказывая новые песни, которые я беспрестанно играла на фортепиано. Пальцы уже отваливались от усталости, глаза слипались оттого, что мне невыносимо хотелось спать. Правда, всякий раз натыкаясь на заинтересованный взгляд того самого Ронни, сон как рукой снимало.

Мужчина и вся его компания все никак не собирались покидать заведение. Все давно уже напились, окосели и чуть ли со стульев уже не падали, и все равно сидели до последнего! Орали, как безумные, песни, лапали официанток, строя им глазки, а те и рады были стараться, разводя мужчин на хорошие чаевые.

Была бы я не такая брезгливая недотрога, могла бы также… А так приходится вздрагивать всякий раз, стоит кому бы то ни было подойти ко мне, и вжимать голову в плечи.

Время близилось к утру, когда моя тяжелая, точно чугун, голова прикладывалась уже к любой поверхности, где можно было бы вздремнуть.

Злосчастная компашка, наконец, ушла, уводя вдрызг пьяного Ронни почти что на руках, и я вздохнула с облегчением.

Такие же уставшие и сонные девчонки-официантки проводили последних посетителей и стали убираться в зале, поднимая стулья на столы.

Даже не верится, что эта ночь, длящаяся чуть ли не целую вечность, наконец закончилась!

- Агния, - окликнул меня администратор, протягивая несколько купюр, завернутых в салфетку. И почему это выглядит так убого? Словно не зарплату выдают, а так… подачку какую, - Ты сегодня неплохо справлялась. Мне понравилось. Да и посетителям тоже. Многие пытались выклянчить у меня твой номер телефона, но я не дал.

Мужчина усмехнулся, а я едва ли смогла вымучить из себя хоть какое-то подобие улыбки. Спать хотелось невыносимо.

- Слушай, а у тебя и правда талант, - продолжил он, а я едва сдержалась, чтобы не вздернуть скептически бровь.

Талант? Развлекать пьянчуг в баре?!

Вот уж талант так талант! В самом-то деле!

Если бы бабушка это услышала… Ой, что было бы!

- Спасибо…

- Завтра у нас выходной. А вот послезавтра мы снова работаем. Приходи снова играть. Деньгами не обижу. Договорились?

Стоило только перспективе снова оказаться в этом месте промелькнуть в моем сознании, как я не сдержалась и содрогнулась всем телом.

Нет уж! Спасибо. Хватит с меня!

- Я… подумаю. Всего доброго.

- До скорого, Агния.

Выбравшись из этого подпольного мрака, я с наслаждением вдохнула свежий воздух, от которого тут же закружилась голова.

Однако как же, оказывается, мало нужно для счастья! Пара купюр в кармане, солнце над головой, легкий ветерок, раздувающий волосы, и маячащий на горизонте восьмичасовой беспробудный сон.

Красота!

Правда, только я хотела хоть на минутку порадоваться своему счастью, как в кармане зазвонил телефон.

Кому я сдалась в такую рань?

Неужели администратор меня все-таки обманул и раскрыл кому-то мой номер?..

- Да?

- Деймар, имей совесть отвечать вовремя! - кричала в трубку Лола, отчего мне на секунду показалось, что я оглохла, - Я звоню тебе с вечера, а ты все не берешь и не берешь!

- Извини, пожалуйста. Тут просто связь не ловит в этом подвале…

- Какой к черту подвал?! - голос подруги был таким взбудораженным и нервным, что меня это смутило. Что случилось? - Ты свою почту электронную вообще смотрела?

- Нет, - подозрительно протянула я, напрягаясь.

- А вот я - да! И представь себе мой шок, когда я увидела, кто пригласили тебя на собеседование!..

- Погоди, откуда у тебя моя электронная…

- Ты вообще сейчас не о том думаешь! Я тебе говорю, что тебя пригласили на интервью в «Стройгрупп»! - восторженно завопила Лола, а я тупо моргала глазами, пялясь на покрытый желтыми листьями разбитый асфальт под ногами.

- Чего?..

- Того! Вот я тебе и названиваю всю ночь, а ты динамишь. Ты представляешь, какая это удача! Ты срочно должна ехать в их главный офис!

- Какой еще главный офис? - от осознания надвигающейся катастрофы я почувствовала, как волосы на голове дыбом встают .

- Сейчас скину адрес. У тебя в девять будет собеседование, и ты должна…

- В девять?! Но сейчас уже полдевятого…

- Мчи как можно скорее туда! - кричала Лола, - Ты не имеешь права профукать такой шанс!

- Но я даже… - черт, на мне ведь короткое платье вместо офисного дресс-кода, да и вообще…

А-а-а!

- Я сказала бегом, Агния. Бегом!

Черт! Черт! Черт!

Что делать?!

Мои глаза бегали невидящим взглядом по окрестностям, не зная, за что зацепиться. Сознание затапливала паника, а сердце тарабанило в груди, точно заведенное, будто мечтало пробиться сквозь ребра наружу…

Раздался звонок пришедшего в мессенджер уведомления, где пришло сообщение от Лолы с точным адресом офиса и файлом приглашения на собеседование.

Боже, Агния, ну в кого ты такая рассеянная и невнимательная-то, а?

Оказывается, сообщение пришло мне на электронную почту еще вчера днем, а я ни сном ни духом…

Так, ладно! Подумаем об этом потом, а сейчас нужно бежать!

Благо хоть на улице с наступлением утра посветлело, правда, было все так же пасмурно и холодно. Выбежав из-за угла дома на основную, более оживленную улицу, я было уже увидела знак метро и радостная попыталась побежать в ту сторону, как…

- О! З-з-злато… власка! А я тебя ту-у-у-т жду… - заплетающим языком, протягивая гласные, крикнул неухоженный бородач с пьяным заплывшим взглядом, в котором я узнала того самого Ронни, как его звали собутыльники, из бара.

Вот же…

Мужчина перегородил мне дорогу, растопырив руки в стороны, усмехаясь пьяной щербатой улыбкой.

- А ты при свете еще более… красивая-я-я, Амелия-я-я, - невнятно протянул мое фальшивое имя оборотень, - Только длинная, блять, зар-р-раза…

- Пропустите меня, пожалуйста, я очень спешу… - я попыталась его обойти, но в этот момент мужчина качнулся в мою сторону, дыхнув мне в лицо несвежим перегаром, от которого у меня даже бензиновые круги перед глазами поплыли. Боже.

- Куда-й-то? - так искренне удивился мужчина, что я даже не нашла слов, чтобы хоть что-то сказать, - А как же я?..

- Вы?

- Черт, Ронни, вот ты где! - внезапно раздался еще один голос рядом с нами. - Вот хитрый жук! Опять всё к этой пианисточке клеишься! А ну пошли домой! Магдалена заждалась уж тебя небось…

- Э-э-э...

Этот Ронни был настолько вдрызг пьян, что едва мог сказать хоть что-то нормальное. Более того, едва мог совладать с собственным телом и, видимо, не желая идти под руку со своими другом, в очередной раз качнулся в мою сторону, облапав руками сквозь ткань пальто меня за грудь и плечи.

Я отпрыгнула от него, точно ошпаренная, чувствуя мерзкий привкус отвращения на языке. Не только к нему, но и к себе…

Черт.

- Все, друг, давай-давай, пошли, - незнакомец, что выступил для меня неким спасителем, приобнял за плечи своего перепившего товарища и повёл в противоположную сторону, перед этим обернувшись и махнув мне головой, мол: «иди уже, пока можно», - Завтра еще на работу, какие девки тебе сейчас нужны…

Я содрогнулась всем телом, зажмурив глаза от странного чувства, разливающегося в груди после этой сцены. Судорожно вздохнула и, придя в себя, побежала, наконец, в сторону метро.

И конечно же, черт возьми, попала точно в час-пик!

В это время основная масса народа ехала на работу, и составы метро были заполнены до предела. Словно сельдь в консервной банке, мы ехали в вагоне, дыша друг другу кому в носы, кому в плечо, а кому и в подмышку!

И в этой ужасной давке, естественно, не могло обойтись без проишествий. Например, парочку раз мне прилетел чей-то локоть прямо в солнечное сплетение, потом больно отдавили носки сапог и даже задели чем-то острым ногу, отчего на капроновых колготках пошла некрасивая затяжка…

…только заметила я это лишь тогда, когда сломя голову бежала по улице прямиком в расположившийся в самом центре столицы офис компании, перед этим едва удержавшись на обеих ногах и не шмякнувшись носом в большую и грязную лужу...

Правда, перед этим я все уже успела в ней хорошенько потоптаться и сейчас оставляла отвратительно безобразные грязные следы после себя на невероятно красивой и явно дорогой плитке холла главного офиса компании «Стройгрупп» и сейчас с ужасом смотрела на то, что я натворила.

Кошмар…

Зато хотя бы успела вовремя. Или же опоздание в пять минут все же считается?

- Мисс? - обратилась ко мне девушка-администратор на ресепшен, сверкнув словно приклеенной к ее лицу формальной, доброжелательной улыбкой, - У вас назначено или?..

Она обвела меня выразительным взглядом с ног до головы, отчего мне стало жутко стыдно за себя и неловко.

Однако, расправив плечи, я выпрямила спину и, откашлявшись, произнесла:

- Да, у меня назначено на девять часов собеседование в помощники руководителя к мистеру… - я судорожно вспоминала содержимое письма, которое мне скинула Лола буквально двадцать минут назад и никак не могла вспомнить ту ужасно замудренную фамилию. Черт, как же его там?.. Со?.. Се?.. - Мистеру Сохеллу…

- К мистеру Солмнхеллу, вы имеете в виду? - тактично переспросила меня девушка, а я на секунду прикрыла глаза, пережидая очередной приступ накрывшего меня с головой позора, и, стараясь абстрагироваться от того факта, что у меня уже даже шея и уши пылали и могли сравниться по цвету с самыми спелыми помидорами, уверено кивнула, - Что ж, тогда пройдемте со мной.

Я пошла следом за ровной спиной девушки, следя за тем, как смешно из стороны в сторону раскачивается ее низкий, аккуратный хвост, параллельно с этим украдкой рассматривая местную обстановку.

Все в этом месте буквально кричало об огромных деньгах, небывалых карьерных вершинах и широких, масштабных возможностях.

Качественный, стильный и современный ремонт. Красивые, точно специально подобранные в модельных школах сотрудники в форменной одежде, что придирчиво и порой даже удивленно косились на меня.

Со мной что-то не так?..

Ответ на этот вопрос я узнала, когда вошла в просторную кабину лифта с огромными во весь рост зеркалами вместо стен. Увидела все собственными глазами и, не сдержавшись, ахнула.

Все волосы на моей голове растрепались, торча неопрятной копной в разные стороны. Лицо горело ярким румянцем, под глазами залегли огромные синяки после бессонной ночи, а губы были обветрены и искусаны чуть ли не до крови. К тому же внешний вид моей одежды мог оставлять желать лучшего: полы пальто раскрылись, демонстрируя повидавшее виды мятое черное платье, поехавшую по ноге стрелку на капроновых колготках и ужасные грязные разводы на ботинках.

Боже.

Это просто катастрофа!

- Может, дать вам салфетку? - сочувственно произнесла девушка-ресепшионистка, так же как и я, рассматривая меня в зеркале.

Сомневаюсь, что одна несчастная салфетка исправит все это безобразие. Тем более и лифт уже приехал, останавливаясь на самом высоком этаже здания, и стоило нам только выйти из него, как я ахнула во весь голос, не скрывая восторга.

Мы вышли в огромный, просторный холл, где повсюду вместо стен были панорамные окна, открывающие вид на весь город с высоты птичьего полета. Отсюда даже дома казались игрушечными, словно нарисованными, что уж говорить про машины и людей.

Буквально насильно оторвав взгляд от невероятной красоты за стеклом, я обратила внимание и на обстановку.

Какую-то часть пространства занимали низкие кожаные диванчики, на которых сидели по меньшей мере около десяти, а то и больше незнакомых оборотней примерно одного со мной возраста. По большей части беты и омеги. Альф среди них я не чувствовала.

И все одеты по одному и тому же дресс-коду: белый верх и черный низ. Черт.

Было ли что-то про это сказано в письме? Ничего не помню...

- Ну, получается, здесь мы с вами прощаемся и... удачи, - сжала за меня кулачки девушка, ободряюще улыбнувшись, прежде чем покинуть меня, оставляя здесь совершенно одну. Если не считать всю эту приглашенную, видимо, как и я, группу соискателей, что, заприметив мой приход, сразу же начали сканировать меня придирчивым взглядом. И, судя по всему, не увидев во мне достойного соперника, словно по команде, снисходительно хмыкнули и сморщили носы.

- А...

- Так, кто там подошел? А ну иди сюда.

Я что ли?..

Несмело приблизившись к рабочему столу, одиноко стоящему в самом дальнем углу, я увидела мужчину, что вдумчиво что-то набирал на компьютере, даже не подняв на меня глаз:

- Кто такая?

- Агния, - тихо представилась я, - Деймар.

Мужчина снова начал клацать по клавиатуре с удвоенной силой и, видимо, найдя меня в списке приглашенных, кивнул головой.

- Есть такая. Проходи пока в зону ожидания, тебя пригласят по мере продвижения очереди...

- А... как долго будет длится ожидание? - задала вопрос я.

Он, наконец, оторвался от экрана монитора, и я поняла, что он был человеком. Оборотни не носили очки для зрения, а на его переносице сейчас красовались круглые окуляры с очень сильными диоптриями - его глаза в этих линзах до смешного казались больше обычного.

За то время, что рассматривала его я, мужчина делал то же самое. И, в отличие от меня, делал это достаточно красноречиво: обвел мою фигуру с ног до головы выразительным взглядом, даже не пытаясь скрыть свое удивление моим внешним видом, отчего я вновь залилась краской стыда. Однако комментировать никак не стал. И то хорошо.

- Кхм, - откашлялся он, поправив очки на носу, - Ничего не могу сказать на этот счет. Пройдите, пожалуйста, в зону ожидания, мисс Деймар.

Что ж...

Я подошла к одному свободному диванчику, на котором уже сидела одна девушка. При виде меня она демонстративно отсела на другой конец софы и уставилась в свою книгу чересчур внимательным взглядом.

Ну да. В отличие от меня она выглядела достаточно презентабельно и аккуратно, ну просто наилучший кандидат на место помощника руководителя в крутую компанию...

Честно признаться, от неуютной атмосферы, витающей вокруг, и стеснения своего внешнего вида я уж было действительно уверилась в том, что мне нужно уйти отсюда как можно скорее и не позориться еще больше. Однако...

Что-то меня остановило.

Ну, сдамся я сейчас и куда потом пойду? Опять играть в тот задрипанный бар по ночам? И как долго я там продержусь, прежде чем меня не склонят там к чему-то нехорошему или же я сама от бессонных ночей и бесперспективности собственного бытия не скачусь опять в депрессию?..

Так что... попытка - не пытка, верно?..

Правда, эти оптимистичные мысли, которыми я пыталась хоть как-то приободрить себя, быстро выветрились из моей головы, стоило до этого незамеченной мной здесь двери вдруг открыться настежь с громким стуком, и оттуда, едва ли не теряя туфли, выбежала всхлипывающая девушка, прикрывая заплаканное лицо руками:

- Стой, глу... -те! - крикнула ей вдогонку вышедшая вслед за ней женщина, держа в руках стопку бумаг, - Документы! Ц!

Женщина закатила глаза, аккуратно прикрыв за собой дверь и осторожно заглянув в образовавшуюся щель, словно боясь увидеть там что-то или... кого-то.

- Сильно зверствует? - шепотом обратился к ней мужчина в очках, не беря в расчет то, что здесь по сути все присутствующие являлись оборотнями и имели отменный слух, прекрасно все слыша и также начиная внимательно прислушиваться к данному разговору.

Женщина тяжко вздохнула.

- Не то слово, - поделилась она, косясь в сторону злосчастной двери, - Не с той ноги встал сегодня, что ли...

- Да у него каждый день, видимо, не с той ноги начинается! - вспылил мужчина, - Сколько это уже будет продолжаться, а?!

- Тише! - шикнула на него женщина и испуганно оглянулась на дверь, а мы всей нашей не шибко дружелюбной компанией возможных конкурентов дружно переглянулись.

- Да что тише-то? Он и так все равно ничего не... Эх! - махнул рукой мужчина и вернулся на свое место.

- Следующий! - раздался вдруг чей-то голос по ту сторону двери, от которого у меня тут же по коже побежали неприятные мурашки.

А может все-таки... ну его? Уйти тихонечко, пока это вообще возможно?..

***

Дорогие читатели, поддержите, пожалуйста, эту историю своими "звездочками" и комментариями. Для меня это очень важно!

С любовью, ваша Лилигрим Анталь ✨

Словно читая мои мысли, парочка ребят встало со своих мест и быстренько ретировались к лифту. Еще трое, судя по растерянно-испуганным лицам, подумывали о том же, но, судя по всему, имея большую силу духа, решили все-таки остаться.

И я в том числе. Не потому, что была такой уж смелой, если признаться честно.

У меня просто не было выбора.

Была-не была.

Если и позориться, то с треском и до конца.

- М-да, - скептически протянула женщина, обводя наши поредевшие ряды, скромно ютящиеся на предложенных диванчиках, безнадежным взглядом, - Так ладно. Кто у нас следующий в очереди? Мистер Солмнхелл не любит долго ждать.

- Кажется, я, - несмело подала голос моя соседка по дивану. По ее испуганно бегающему из стороны в сторону взгляду и подрагивающим рукам я поняла, что недавняя сцена, произошедшая здесь, оказала на нее влияние - как минимум, высокомерная спесь пала с ее миловидного личика.

Мелочь, а приятно.

- Твоя фамилия? - обратилась к ней женщина, просматривая бумаги.

- Сайрен.

Ей одобрительно кивнули в ответ.

- Проходи.

Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем дверь кабинета в очередной раз открылась, выпуская девушку.

На этот раз истерики и слез не было, зато наблюдалась изрядная бледность лица и лихорадочно бегающий взгляд этой самой Сайрен, которая, не глядя по сторонам, уверенно шла прямиком прямо к лифту. И, судя по кислому выражению лица женщины-эйчара, что вышла за ней следом, было все предельно понятно.

Не прошла.

Ну что ж.

Голодные игры продолжаются.

С каждой новой жертвой, кто в соплях, кто в слезах покидающей этот треклятый кабинет с неизвестным мне извергом и тираном в одном лице, спокойствия во мне прибавлялось все больше.

Что, кстати, достаточно странно.

Наверное, это все потому, что после рабочей ночи и утра спать мне хотелось неимоверно. С каждой секундой это желание превалировало над всеми остальными потребностями моего организма все больше и больше. А кожаные диванчики казались все удобнее и удобнее…

Дошло все до того, что я чуть не вырубилась прямо на нем, прислонившись головой к невероятно мягкому изголовью, однако прозвучавший надо мной мужской голос сверху заставил меня встрепенуться и открыть глаза:

- Эй, ты… Как тебя там, Деймар, кажется, - обратился ко мне все тот же мужчина в смешных очках, - Кофе будешь?

Состояние было таким, что хоть спички в глаза вставляй. Поэтому я уверенно произнесла:

- Буду.

Так я оказалась сидящей рядом с рабочим столом этого самого мужчины, которого, как оказалось, звали Саймон, попивая растворимый горький кофе и закусывая его предложенным им же сладким батончиком, который в этот момент казался самой вкусной и желанной пищей на свете. А все потому, что с прошлого дня во рту у меня не было ни крошки.

- В твоей анкете было указано, что ты знаешь язык жестов. Это правда? - вдруг спросил меня Саймон, параллельно увлеченно кликая мышкой и просматривая что-то в рабочем компьютере.

Я тщательно прожевала батончик, что, как тягучая ириска, прилипал к зубам, раздражая, и запила его приторный вкус кофе, прежде чем ответить на вопрос.

- Не в совершенстве, конечно, но да, знаю. А что?

Саймон покачал головой.

- Это хорошо, что знаешь. Значит, не соврала. На самом деле Даяну поэтому и заинтересовало твое резюме, потому как для такой должности у тебя слишком мало опыта и нет образования.

Я перестала жевать.

- Да?..

Мужчина кивнул, поднимая взгляд, смотря на меня сквозь свои очки-лупы:

- Да. Это твой несомненный плюс в отборе. Хотя… - он обвел меня всю внимательным взглядом, - …во всем остальном ты, конечно, знатно проигрываешь.

Да есть у меня красивые, глаженные рубашки и строгие юбки! Есть!

Только как им что теперь докажешь то?..

- Кстати, - решила поинтересоваться я, - А для чего вам знание языка жестов? Компания как-то сотрудничает с глухонемыми? Типа благотворительности или что? Не совсем просто понимаю. Основной профиль же вроде как строительство…

Саймон тихо вздохнул, собираясь было ответить, однако:

- Это последняя? - за моей спиной вдруг послышался голос той самой женщины. Даяны.

Я обернулась к ней, смотря на ее изрядно вымотанное состояние.

Еще бы! Пока я тут кофеек потягивала, она успела сопроводить восвояси по меньшей мере еще около десяти неудачливых претендентов.

Бедняжка.

Ну что ж поделать. Такая у нее работа.

Посмотрим еще, какая у меня будет. Если вообще… будет.

- Да, - ответил за меня Саймон, вставая со своего места, - Пойдем, Агния. На сегодня ты последняя.

Да я уж поняла.

- Так, - обратилась ко мне Даяна, прежде чем открыть эту в каком-то смысле уже легендарную дверь, - Сомневаюсь, что ты вообще его хоть как-то заинтересуешь, Агния, если уж быть честной. Как ты поняла, у нашего босса характер поганый и скверный. И раз уж ты осталась до конца и не сбежала со всеми остальными, то твоя задача сейчас - просто не взбесить его еще сильнее, потому что мне с ним работать до конца дня. Ну, удачи.

М-да…

Вообще не верят в меня. Даже обидно немного, хотя…

Кого я обманываю?

Даже я сама в себя не верю, что уж говорить про остальных, что видят сейчас во мне какую-то недотепу с заспанными глазами и стрелкой на дранных колготках?..

Эх, ладно. Пять… или сколько там минут позора, и я свободна. Зато хоть будет опыт прохождения собеседования в крупную компанию. Сомневаюсь, конечно, что этот опыт мне хоть где-то пригодится. Зато потом хоть будет не так страшно. Наверное.

- Ах да, - вдруг вспомнила кое-что женщина, - Говори более четко. Не мямли, а то вдруг он тебя не поймёт…

Эм.

Прямо-таки не поймет?..

- …хотя ты же знаешь язык жестов, так что вам должно быть несомненно проще общаться. Ну всё, иди!

Чего? Проще общаться?..

Он что, глухой?! А…

Не успела я спросить хоть что-то, как дверь, наконец, неспешно отворилась, и я попала…

В еще один коридор с точно такой же дверью!

Да сколько же их здесь в конце-то концов?!

- Иди дальше, - шепнула мне Даяна напоследок и закрыла за мной дверь. М-да.

Эм… И что, просто так спокойно войти, как к себе домой, или все же постучаться? А, нет, он же не слышит…

Боже.

Почему меня никто об этом не предупредил раньше? И как теперь вообще себя вести?!

Пока я раздумывала над этим несомненно важным вопросом, кто-то за этой дверью, видимо, устал дожидаться меня и давай как рявкнет:

- Входи уже!

Я вздрогнула и машинально потянулась за дверную ручку, открывая ее и попадая в просторный офис, где около панорамного окна стояла чья-то громадная темная фигура.

Ох…

Стоило мне только ступить на порог кабинета, как в меня тут же ударила буквально сногсшибающая волна мужского аромата.

Альфы.

Мощный, тяжелый, что аж виски сдавливает, и в груди печет. И при этом настолько притягательный, что я невольно снова и снова втягивала его носом, отчего волоски на теле встали дыбом, а волчица внутри заинтересованно повела ушами.

Это слишком.

Пока я млела от бесподобного аромата, не похожего ни на один другой, что мне приходилось встречать до этого в жизни, мрачная скала, что стояла до этого ко мне спиной, вдруг повернулась.

Черная водолазка и широкий пиджак наглухо скрывали мужское тело, однако даже в такой одежде сложно было не понять, что рост и ширина плеч у этого определенного представителя оборотней не просто выдающиеся, а прямо-таки впечатляющие. Особенно когда он вдруг сложил руки на груди и ткань с треском натянулась на тренированных мышцах, буквально грозя разойтись по швам.

Ворот водолазки скрывал кадык, но не вылепленный, как у древних статуй, фактурный подбородок и красивую форму губ, линия которых сейчас искривилась... будто неприязненно.

Почему?..

Мой взгляд цепко прошелся и по темным, практически черным волосам с довольно нетипичной длиной, скрывающей часть лица и ушей. Дуги кустистых, отчего-то хмурых бровей и глаза...

Страшные глаза, взглянув в которые мне стало даже немного не по себе. И неприятные мурашки тут же побежали по коже.

Черные настолько, что в них практически совсем не было видно карие радужки. Пронзительные и давящие, своим взглядом они буквально прибивали к земле, заставляя легкие в груди буквально гореть, потому как под таким вниманием я не могла сделать даже обычный вдох.

Мне стало не хватать кислорода, что даже мушки появились в глазах.

А между тем красивое и при этом настолько пугающе холодное лицо мужчины стало еще более зловещим, когда его бровь скептически изогнулась наверх, и он выжидающе уставился на меня.

Что?

Ах, точно! Я же даже не поздоровалась и не представилась! Встала, как идиотка, пялясь на него невменяемым взглядом, и туплю.

Покраснев, я помотала головой, избавляясь от наваждения, и, стараясь следить за своей артикуляцией, громко и четко произнесла:

- Здравствуйте…

К его первой брови присоединилась вторая.

Точно!

Жестами, Агния, жестами!

Он же не слышит…

- Здравствуйте, - словно разговаривая с несмышленым ребенком, проговаривала я, повторяя свои слова рукой, подняв ладонь на уровне груди, слегка покачивая ее от себя, - Меня зовут А…

- Девушка, - перебил меня хриплый, вкрадчивый баритон, прозвучавший так складно и красиво, что я даже на секунду обомлела, - То, что я глухой, не означает, что и тупой. И да, я знаю, как вас зовут, Агния.

С ума сойти

От произношения им моего собственного имени я на мгновение потеряла дар речи.

Его голос такой… такой…

Когда-то давно мне доводилось разговаривать с глухими от рождения людьми, когда я с дедушкой приходила в больницу на диспансеризацию. И ведя с подобными людьми разговор, я сразу подмечала их недуг. Рожденные без слуха с самого начала, они никогда не слышали нормальную речь, и даже если учились разговаривать, то делали это… по-особенному. Кто-то из них шепелявил и проглатывал звуки, кто-то терялся в грамматике, забывая в предложении предлоги и не склоняя слова, однако у мистера Солмнхелла… речь была поставлена ничуть не хуже известных дикторов и ведущих.

Такому можно только дивиться и восхищаться. Проделанной работе и выдержке. Ведь мой дедушка, потеряв слух достаточно рано, так до такого уровня и не дотянул…

Вот я и стояла, раскрыв рот от удивления, хлопая глазами.

Что не укрылось от мистера Солмнхелла, у которого при виде этого скептически дернул уголок губ.

- Что? Не понимаете, откуда я знаю, как вас зовут? Ваше резюме мне было в помощь, - неверно истолковал мое исступление мужчина, взял со своего рабочего стола распечатку и потряс ею перед моим носом, - Хотя, читая его, представлял на вашем месте кого-то... другого.

Он обвел меня с головы до пяток нечитаемым взглядом, а затем скривился, точно лимон съел.

Ах он!..

Что за реакция?

- Что вы имеете в виду? - нахмурилась я.

- Из какого ночного клуба вы имели совесть ко мне сюда явиться? - начал он, а я, не зная, что сказать в ответ, открыла в изумлении рот, - От вас несет спиртным и... мужчинами.

Потянув носом, он поморщился, будто все во мне вызывало в нем отторжение и неприязнь.

Что?

О, боже!

Он подумал, будто я накануне важного собеседования кутила всю ночь?..

И ведь точно! Принюхавшись к собственному запаху, я действительно уловила неприятный оттенок перегара, прилипший к волосам и платью, и… черт возьми, зловонные прикосновения того самого приставучего Ронни, что успел облапать меня на улице.

И как же мне теперь все это ему объяснить?..

- Нет, вы все не так поняли! Я и вовсе никогда не пью и не пила в своей жизни алкоголь. Так получилось, что...

- Мне мало интересны ваши оправдания. Оставьте, - отмахнулся он от меня, как от назойливой мухи, - Меня больше удивляет, как в таком виде вам позволили войти в мой кабинет мои же подчиненные. Впрочем, это уже совсем другой разговор, который я буду вести не с вами... А вот вас я прошу уйти. Всего доброго.

- Но постойте! Это просто... недоразумение. Я не обладательница низкой социальной ответственности, как вы уже наверняка успели обо мне подумать! - начала тараторить я, заламывая от нервов пальцы. Он думает, что я вот просто так уйду, когда отсидела здесь по меньшей мере больше четырех часов? Как бы ни так! - Случилось так, что мне пришлось сорваться к вам на собеседование прямо с работы...

- Работы ночной бабочкой? - насмешливо хмыкнул этот... этот засранец, прислонившись задницей к своему столу и окатив меня презрительным взглядом.

В груди вспыхнуло от ложных обвинений, а руки сжались в кулаки от возмущения.

Да как он... вообще смеет?!

- Вы... сейчас непростительно грубы и ведете себя, как невоспитанный хам...

- Да мне как-то все равно, - фыркнул он, а потом указал пальцем на дверь, - Напоминаю, выход там.

Честно признаться, все внутри меня бунтовало. Гордость ли гордыня так и подговаривали меня просто плюнуть на этого неотесанного мужлана и хлопнуть дверью, подняв голову кверху.

Однако:

- Даже если вы считаете меня неподходящей на роль вашей помощницы, это не значит, что со мной можно так разговаривать, - мерно и четко произнесла я, чтобы он все понял по губам. Нетрудно было догадаться, что он имел привычку считывать речь собеседника именно так, потому как его взгляд то и дело фокусировался на них. Правда... казался в этот момент слишком тяжелым, давящим, буквально прожигающим насквозь. Даже некомфортно как-то стало. - Ваша рекрутер сочла мою кандидатуру подходящей для этой работы, впрочем... Раз вас не интересуют мои оправдания, как вы это называете, тогда действительно... всего хорошего.

Если я хотела красиво развернуться на пятках и гордо удалиться из кабинета, то...

Ничего у меня не получилось.

Запутавшись в своих собственных двух ногах, я чуть не рухнула на пол. Хорошо, что обошлось.

Правда, накренилась я прилично, неловко размахивая руками, точно курица.

Боже.

За спиной послышался смешок, от которого щеки тут же обожгло стыдом.

Быстрее ветра я выбежала оттуда, что даже немного запыхалась, правда тут же наткнулась на ожидающих меня снаружи Саймона и Даяну.

Вот только их мне сейчас не хватало!

Уйти бы отсюда как можно скорее и забыть весь тот позор, что я пережила за сегодня.

- Ну что? Как все прошло? - в нетерпении спросила женщина, на что я лишь грустно улыбнулась.

- Хуже некуда, - призналась я.

- Хм, - она озадаченно почесала бровь, - А на чем вообще прокололась? Опыт работы счел недостаточным?

Мои брови взлетели наверх.

- Да какой там опыт работы! Он про него даже не спрашивал. Облил меня презрительным взглядом, наговорил кучу гадостей про внешний вид и не только... И выставил вон... - рассказывая про это, я содрогнулась всем телом.

А Даяна только нахмурилась.

- Ну да, это похоже на него... Ну, ничего страшного, найдешь себе еще другую работу...

- Угу, - да я больше в такие компании ни ногой! Если еще на одном таком интервью меня смешают с грязью, я просто этого не переживу.

- ...Я, конечно, так и думала, что он тебя не возьмет, - честно призналась в очевидном женщина, - Но все же ставила ставки на то, что знание языка жестов его все же заинтересует. Что ж, оказалось мимо. Ну да ладно.

Ну да ладно... А вот ни черта подобного!

Неосознанно моя нижняя губа задрожала, а зрение вдруг поплыло из-за выступивших слез, стоило мне только вспомнить его взгляд, с отвращением направленный на меня...

А ведь он мне даже понравился на какие-то доли секунды...

Так, Агния, не плакать. Не плакать, кому говорю!

- Вы меня извините, но мне уже пора, - я постаралась скрыть дрожь в голосе, но по хмурому взгляду Саймона, который за все это время так и не проронил ни слова, и так было понятно, что получается у меня паршиво.

- Тебя проводить?

- Нет, спасибо. Я... сама...

Закутавшись в пальто, я уткнулась хмыкающим носом в шерстяной ворот. Уже внизу проходя мимо стойки ресепшен, я, точно страус, не поднимая глаз прошествовала мимо той самой девушки, боясь встретиться с ней взглядом, хотя... Самомнение у тебя, Агния, выше крыши, конечно! Как будто ей вообще есть до тебя хоть какое-то дело!

Как будто хоть кому-то есть до тебя дело...

***

А. Ну, разве что Лоле было не все равно на меня. Стоило мне только рассказать ей обо всем по телефону, как она тут же прилетела успокаивать и отпаивать меня чаем.

Наверное, я поступаю ужасно и инфантильно, перекладывая на нее свои проблемы и эмоции, но... Пока что я не научилась делать это одна и самостоятельно. И была невероятно рада, что подруга у меня оказалась такой отзывчивой и верной.

- Слушай, ну расстраивайся ты так! - в попытках утешить меня, Лола неловко приобняла меня за плечи.

Мы сидели на кухне. На плите кипел чайник, а я, упав лицом в ладони, уже не могла ни о чем думать.

Не хотела.

Все летело в тартарары, а я не знала, что с этим делать. Новых откликов на мое резюме не было и, судя по всему, и не предвидится. Краткой радостью было лишь то, что деньгами, вырученными за смену в том ужасном баре, я смогла погасить часть задолженности по коммуналке и даже купила две пачки крупы...

Господи, это даже мысленно звучало так жалко и дико, что я зажмурила глаза, чувствуя невероятный стыд. За себя.

Ей-богу, двадцать лет уже, а ума так и не прибавилось...

Где же учат тому, как быть взрослым и серьезным? Я где-то эти уроки профилонила, что ли?..

По всей видимости, послезавтра мне опять придется выходить на смену в бар. Аж вздернуться захотелось от подобной перспективы...

- Ты поешь хотя бы, - Лола придвинула ко мне тарелку с пирожеными, которые она купила перед приходом ко мне, - А то высохнешь вся. И так кожа да кости. Смотреть страшно.

- Не хочу, - пробубнила я.

- А надо! Заставь себя! Нельзя сдаваться на полпути - это удел слабаков!

- А я и так знаю, что я слабачка, - прогундосила я, шмыгнув носом, не отнимая рук от лица. И еще и волосы упали до кучи, свесившись неопрятной копной прямо на стол.

Представляю, каким чучелом сейчас меня видит Лола.

Но она-то ладно. Она и не в таком виде меня заставала. Бывало и похуже.

- Нельзя быть так пессимистично настроенной все время. Мы с тобой разошлем твое резюме еще куда-нибудь. Подправим чего надо, - попыталась растрясти меня она, но выходило у нее не очень. - Вот увидишь - все наладится!

Угу.

Наладится.

Конечно.

Уже через день, несмотря на лютые морозы, что вдруг напали на наши края, я опять пошла на смену в бар. Чуть не подвернула ногу, пока спускалась по крутой скользкой лестнице в подвальное помещение. И мысленно пыталась хоть как-то приободрить себя.

Получалось, честно говоря, не очень.

Однако, несмотря на мое весьма дрянное настроение, администратор на входе встречал меня как родную. Сразу расплылся в широкой улыбке и по-свойски обнял за плечи, отчего я оторопело во все глаза уставилась на него.

Чего это он?..

- Очень рад, что ты все-таки пришла, Агния, - признался он, проводя меня в служебное помещение, - Честно говоря, после нашего последнего разговора я думал, что ты больше не вернешься, однако я рад ошибиться.

Я криво усмехнулась, промолчав.

Был бы у меня хоть какой-то выбор, я бы сюда ни ногой. Впрочем…

Чего уж теперь.

- Сегодня пятница, так что у нас аншлаг, как ты сама понимаешь. Хорошие чаевые...

- Даже у меня? - удивилась я.

- А как же? - поднял кверху брови мужчина, - И за прошлую смену тебе должны были дать. Разве тебе Ная не выдала? Все чаевые мы делим между коллективом поровну...

Вот так вот! Это что же получается, меня оставили с носом?..

Вспоминая ту самую Наю, что встречала меня тогда около входа, и ее недовольно скривившееся лицо... Ничего удивительного, что мне ничего тогда не перепало.

Кажется, кто-то изначально не собирался мне даже говорить про чаевые и отдавать мою добросовестно заработанную часть.

- Так, - он взглянул на часы, - до открытия еще полчаса. Ты пока раздевайся, переодевайся или что там тебе надо сделать, а я пока пойду остальных проверю. Все уже должно быть готово к открытию.

- Хорошо...

На этот раз я наплевала на дресс-код, одевшись в закрытую блузу и юбку ниже колен. Сомневаюсь, что администратор одобрит мой внешний вид, но так я буду хотя бы чувствовать себя более защищенно. И всякие там Ронни и прочий круг любителей крепкой выпивки не будет норовить пристать ко мне.

Засев в свой обособленный уголок, чтобы размять пальцы и разыграться, я заметила, как стала заедать правая педаль и фальшивила «фа» в малой октаве. Расстроился бедный инструмент. Ну еще бы! Стоит в подвале, где наверняка задувает ветер со всех щелей, и плесень растет на каждом углу, вот вам и результат.

Сказать бы кому, чтобы настройщика пригласили, что ли?..

И как раз мимо проходила та самая Ная, которую я подозвала к себе, помахав рукой.

- Чего тебе? - буркнула девушка, сдув челку со лба, - Говори быстрее. Некогда мне с тобой тереться.

- Я заметила, что фортепиано расстроилось, - сообщила я, - Вот и хотела поинтересоваться, нет ли у вас контактов настройщика?..

Девушка вдруг перебила меня, хрюкнув со смеху и прикрыв рот ладонью, отчего я недоуменно уставилась на нее.

Я сказала что-то смешное?

- Расстроилось, говоришь? - в перерывах между смешками спросила она, переводя дыхание, отчего заколыхалась ее объемная грудь, - Что ж ты его тогда не развеселишь? Ой, умора! Ляпнешь, так ляпнешь...

Официантка пошла в сторону кухни, утирая выступившие от смеха слезы и качая головой, пока я озадаченно смотрела ей в спину.

М-да, и чего я ждала от сего... заведения?

- Эх, мое хорошее, не видать нам с тобой настройщика. Придется потерпеть, - погладила я фортепиано по гладкой лакированной крышке и мысленно усмехнулась.

Совсем уже... того, Агния. Уже даже с неодушевленными предметами разговариваешь. Клиника по тебе плачет.

Внезапно рядом со мной выросла тень, отчего сердце в пятки ушло:

- Я тут слышала ваш разговор с Наей, - я обернулась через плечо, успокоившись, стоило мне только понять, что со мной заговорила одна из официанток. Незнакомая. По крайней мере, в прошлый раз я ее здесь не видела, - Вот контакты настройщика, что чинил пианино в прошлом сезоне. Правда, сегодня он уже вряд ли придет, но вот завтра...

- Спасибо, - я признательно улыбнулась девушке, беря визитку в руки, - Очень кстати...

Девушка улыбнулась в ответ и, развернувшись, ушла к барной стойке. А я мысленно вспоминала имя на ее бейджике. Кажется, ее звали Гвен.

Народ в бар начал подтягиваться с первых минут открытия. А уже через десять все столики были заняты, а барная стойка переполнена.

Ничего удивительного. Как-никак пятница. Этого и следовало ожидать.

Как и то, что в тесном пространстве станет ужасно потно и жарко. Через час у меня заболела голова, и жутко устали руки. Дышать здесь было нечем, и невыносимо хотелось пить, что жажда замучила.

Правда, когда я хотела отойти на перерыв хотя бы на пять минут, дорогу мне преградила Ная со зловещим выражением на лице:

- Куда собралась? Рабочее время еще не закончилось.

- Мне отойти буквально на пять минут, не могу уже в этой духоте находиться, - взмолилась я, на что официантка лишь цинично усмехнулась.

- А мы что, не устали, по-твоему? Еще больше твоего пашем. Ты хотя бы сидишь, а мы бегаем, как угорелые, от стола к столу. Так что играй и не ной, тебе ведь за это платят?

- Мне хотя бы просто воды попить...

- Еще чего? Сиди, я сказала.

Хотела бы я выговорить ей все, что думаю. Особенно о том, как они, бедные и несчастные, пашут. Безусловно, работа у них тяжелая, но и на перекуры они при каждой возможности на задний двор бегают. Или она думает, что я этого не вижу, сидя прямо напротив черного хода?

- На. Держи, - вдруг перед мои носом на крышку фортепиано чья-то рука поставила графин с морсом. Даже по виду холодным и кисленький, отчего у меня слюна начала скапливаться во рту, - Устала, да?

Это оказалась Гвен, что, облокотившись о стену, дала мне в руки стакан с напитком, который залпом жадно выпила в несколько глотков.

- Угу. Ты меня прямо спасла, - слизывая остатки с губ, призналась я, - Спасибо...

- Да ладно уж, - отмахнулась она, - Ты, кстати, очень здорово играешь. Училась где-то или самоучка?

- Училась...

- Понятно... Ох, ты только посмотри, какой мужик сейчас зашел, - чуть ли не присвистнула Гвен, а я нахмурилась, не сильно соображая, о чем она, - Только глянь на его часы! Наверное, целое состояние стоят. Так, я побежала, пока его кто-то другой из девчонок не обслужил. Чаевых, наверное, подкинет нехилых...

О ком она? Я обернулась через плечо, в толпе мельком замечая широкую, явно мужскую спину в дорогом пальто и темный затылок, смутно напоминающий мне...

Отвернувшись, я помотала головой и продолжила играть, дивясь способностям своего воображения.

Эх, фантазерка же ты, Агния, ну в самом-то деле. Что ему делать вообще в этой дыре?..

И все же...

Что-то в груди заныло, засвербело, что даже обычный вдох, казалось, сделать было не под силу. Пальцы задрожали, вспотели, соскальзывая на другие клавиши, отчего я некрасиво сфальшивила, а носом все втягивала воздух с примесью разномастных, чужих запахов, в надежде почувствовать... Что?

Место меж лопаток вдруг так загорелось, что аж плечами пришлось передернуть. И все равно чувство, будто чей-то взгляд буравил мою спину, так и не проходило.

Обернувшись, я все пыталась вычленить взглядом, кто же так внимательно пялился на меня, однако узрела лишь красные, захмелевшие лица оборотней, что, услышав знакомый мотив моей игры, даже напевать начали, бездарно фальшивя на каждой фразе.

- Агния, не отвлекайся, - на мое плечо упала рука администратора, отчего я вздрогнула и мигом вернула взгляд обратно на руки. - Чего ты такая дерганная? Сходи на перерыв что ли, а то играешь без разгибу столько времени...

- Ная сказала, что у меня нет перерыва, - хмыкнула я, отчего мужчина лишь нахмурился.

- Да? Впервые о таком слышу. Я поговорю с ней, не переживай. А пока сходи отдохни немного, а то я смотрю совсем уже запыхалась.

- Хорошо, спасибо.

Я встала со своего места, расправляя складки на юбке, и поняла, что чувство чьего-то давящего взгляда с момента разговора с начальством вдруг куда-то испарилось.

И славно. А то я и впрямь уже уверилась в том, что мне пора к специалисту. А то мерещится всякое.

Бр-р-р...

Заперевшись в туалете для персонала, я плеснула в лицо холодной водой, от которой у меня в буквальном смысле сводило щеки, чтобы хоть как-то взбодриться. И взглянула в собственное отражение в зеркале.

Приятного в увиденном мало.

Из-за того, что я убрала волосы в пучок на затылке, лицо продемонстрировало все свои резкие, осунувшиеся черты. Запавшие глаза и искусанные, бледные губы. Впалые щеки и оттого более острый нос. И это я не говорю уже про то, что с началом осени мое лицо вдруг потеряло все краски: стало бледным и невыразительным.

М-да...

Моль. Как есть моль.

Правда еще и измученная до ужаса.

Анализ собственной унылой внешности вдруг прервал чей-то резвый стук в дверь, отчего мне пришлось вспомнить о печальных реалиях. Пора возвращаться на рабочее место и играть, по меньшей мере, еще около... восьми часов...

Убейте меня уже кто-нибудь!

За дверью оказалась Гвен, что смотрела на меня ну уж слишком сумасшедшим взглядом, отчего я даже немного напряглась:

- Ну где ты ходишь?! - наехала на меня она и взяла под руку, вцепившись мертвой хваткой. - Ищу тебя везде уже столько времени!

- А что случилось-то?

- Случилось!.. Помнишь, я тебе говорила про того мужика с дорогими часами?

- Ну, - нахмурилась я, не понимая, к чему она клонит.

- Так вот. Он попросил меня пригласить тебя к его столику. Сказал, это очень важно.

- Меня? - удивилась я, впав в ступор. - А меня зачем?..

Девушка пожала плечами, потянув в сторону зала.

- А я-то откуда знаю? Может, ему понравилось, как ты играешь. Чаевые дать хочет или чего покруче. Ну не стой столбом, идем скорее!

- А ты уверена, что он именно меня позвал? Может, ты ошиблась... - засомневалась я.

Гвен цыкнула, закатив глаза, и бросила на меня раздраженный взгляд.

- Точно ты! Я других пианисток по имени Агния Деймар у нас не знаю.

Агния? Деймар?!

Откуда обычному посетителю знать, как меня зовут?

Гвен толкнула меня в спину, указывая на нужный столик:

- Вон он, видишь? - я кивнула, замечая уже знакомую мощную спину, затянутую в пальто. - Иди, подруга, я в тебя верю и это... если даст чаевые, то помни, кто тебе про него рассказал. Все, давай!

Осторожно обходя все занятые компаниями выпивающих оборотней столы, я приближалась к обозначенному посетителю, чувствуя, как бешено колотиться сердце в груди. А подойдя, тупо уставилась на его мощные плечи под темной тканью одежды и небрежно лежащие волосы на затылке, будто их то и дело все это время нервно трепали. Рука аж зачесалась их поправить, но я лишь сильнее стиснула пальцы в кулаки, чувствуя, как коротко стриженные ногти больно впиваются в нежную кожу.

- Добрый вечер, мне сказали, что вы хотели видеть меня...

- Да, хотел, - прозвучавший низкий голос буквально резанул по ушам, заставив сглотнуть вязкую слюну во рту. Я его узнала. - Добрый вечер, мисс Деймар.

Черт.

На меня уставились два тлеющих черных уголька глаз из под хмурых бровей, узнать которые я бы смогла даже в многомиллионной толпе.

Мистер Солмнхелл собственной персоной.

В этом Богом забытом баре.

Что он здесь делает?

Мысли бешенным потоком бурлили в голове, а остановиться хотя бы на одной из них никак не получалось. К тому же в горле комом встали все слова, которые я могла сказать.

Вот и получалось у меня только стоять, точно истукан.

Соберись, Агния!

- Что вы… - прокашлялась я, - …тут делаете?

Оборотень обвел скучноватым взглядом пространство, окружающее его, глазами так и спрашивая: «И правда, что я тут забыл?».

А затем, тяжко вздохнув, признался:

- Мне нужно поговорить с вами.

- О чем? - нахмурилась я и, поежившись, обняла себя за плечи.

Его глаза… пугали. От них веяло каким-то арктическим, буквально вымораживающим всё живое холодом, даже несмотря на их тёплый карий оттенок.

Боже. Кто научил его так смотреть? Будто лишь одним своим взглядом он мог проникнуть в мою черепную коробку прямо в мозг, исследуя и прощупывая все мои потайные мысли и желания, о которых даже я сама до недавнего времени и не знала.

Это он вместо слуха такими способностями овладел или как?

Мне стало неуютно, отчего я вновь повела плечами, сбрасывая оцепенение.

- Давайте выйдем.

- Зачем?

- Столько вопросов, - усмехнулся Альфа, потерев выступившую на подбородке колючую даже на вид щетину, - Это разговор конфиденциальный. А здесь слишком много народа. И шумно…

- А для вас это проблема? - вырвалось у меня, о чем я тут же пожалела, захлопнув рот и больно прикусив язык до соленого привкуса крови на губах.

Только вот было уже поздно.

Господи, вот бы он не понял, что я сейчас сморозила! Это было слишком грубо с моей стороны. Хотя если вспомнить слова, которыми отзывался он в наш первый и последний разговор, то... и все равно не могу!

А подняв на него пристыженный взгляд, я и вовсе с ног до головы покрылась жаркой волной стыда.

Эх, Агния!..

- Мне - нет, - саркастично усмехнулся мистер Солмнхелл. Его губы смеялись, а глаза нет. Страх, - Однако я все же настаиваю на разговоре без свидетелей.

Я неуверенно взглянула в его лицо, не зная, что ответить. Вроде ведь жуть как интересно, чего ради он пришел сюда и как вообще узнал о том, что я здесь работаю, потому как трудоустроена я здесь неофициально, и к тому же никому не распространялась об этом месте, а с другой...

Его обидные слова и снисходительно брезгливый взгляд в прошлый раз задели что-то внутри меня. Да так глубоко и сильно, что гордость так и подначивала наплевать на его обходительный и галантный тон в этот раз и, высоко задрав голову, удалиться восвояси на свое рабочее место...

Хотя о какой гордости идет сейчас речь?..

Посмотрите на него и на меня.

Это не он перебивается временными заработками, чтобы не умереть с голоду, играя в сомнительных кабаках, и стоит сейчас, усталый и замученный, мечтая поспать хотя бы часок, так что... ай, ладно!

Была не была!

С чем же он там все-таки пришел?

- Хорошо, - уступаю я, наигранно тяжко вздыхая, будто делая ему одолжение своим согласием. Ну, хоть так утихомирить приступы не к месту проснувшейся задетой гордыни, - Правда, мой перерыв уже заканчивается, и вряд ли меня отпустят еще…

- Не проблема, - быстро среагировал мужчина, уже ища взглядом, судя по всему, мое начальство, - Он?

Мистер Солмнхелл кивнул прицельно на нашего администратора и, дождавшись пока он переведет взгляд обратно на меня, я уверенно кивнула, подтверждая его догадки.

- А...

- Чем могу помочь, уважаемый? - не успела я и слова сказать, как администратор появился подле нас, подобострастным взглядом облизывая мистера Солмнхелла с ног до головы.

Чуйка у них с Гвен на обеспеченных посетителей, что ли?..

Хотя, глядя на Альфу, можно и без чуйки обойтись. Только глупый не поймет, что перед ним стоит явно не бедствующий человек. И выдавали в этом мистера Солмнхелла далеко не приличная одежда и дорогостоящие часы.

О нет!

Взгляд, что присущ только тем, кому никогда и ни в чем в жизни не отказывали. Походка хищника, к которому жертва сама идет в объятия. И стать, уверенная и несгибаемая - вот, что делало из мистера Шелдона Солмнхелла того, кем он являлся на самом деле. И это не могло не бросаться в глаза.

- Отпустите эту девушку еще на полчаса? - а между тем, пока я витала в собственных мыслях, оборотень время даром не терял, окучивая мое начальство и ни в коем разе не смущаясь совать ему приличные купюры прямо в карман пиджака.

- Без всяких проблем, - энергично закивал администратор, восторженно уставившись на оборотня и неверяще похлопав себе по уже непустующему карману, - Хоть на весь вечер!

- Нам и тридцати минут хватит , - криво усмехнулся Альфа, скосив на меня ироничный взгляд.

И вроде обычные слова, в которых не должно было быть никакого подтекста, а щеки мои все равно какого-то лешего предательски зарделись. Черт.

- Пойдемте, Агния, - мистер Солмнхелл пошел в сторону черного хода, обернувшись на меня, - Верхнюю одежду брать будете? На улице далеко не лето.

- Нет, - буркнула я и в придачу покачала головой, все еще до жути смущенная после разговора с администратором. Правда, Альфа больше на меня не смотрел и мое пунцовое лицо никак не прокомментировал. Ну и славно.

А вот выйдя наружу, я все же пожалела о том, что не захватила с собой пальто. Как только подул промозглый ветер, меня так затрясло, что зуб на зуб перестал попадать.

Мистер Солмхелл, заметив это, раздраженно цыкнул и снял со своей шеи темный шарф, накинув на мои плечи.

- Так лучше? - поинтересовался он, а я смогла разве что тупо кивнуть, загипнотизированная его ароматом.

Это преступление так божественно пахнуть!

Стоило мне только, укутавшись, ткнуться носом в ткань, что хранила в себе тепло его кожи и шлейф природного запаха, как меня повело в сторону, отчего я едва удержалась на ногах - мужская ладонь, вовремя подхватившая меня под руку, не дала этому случится. И от этого невольного прикосновения все тело, точно маленькими иголочками, поразили предательские мурашки

Ох...

- Может, вернемся внутрь? - нахмурился он, на что я отрицательно покачала головой, - Что ж, ваш выбор.

- Так о чем вы хотели со мной поговорить? - напомнила я ему изначальную причину нашего здесь нахождения.

Мистер Солмнхелл вдруг достал из кармана пачку сигарет, вытащив оттуда одну и, сунув ее меж зубов, прикурил, освещая ночное пространство крохотным пламенем зажигалки:

- Не буду ходить вокруг да около, - начал он и взглянул в мои глаза, - Я предлагаю вам работу, Агния.

- Какую? - растерянно заморгала я.

Мистер Солмнхелл затянулся, отчего его впалые скулы стали еще острее. Глядя на меня сквозь полуопущенные веки, отчего линия ресниц сделала его взгляд еще более резким, он усмехнулся одним уголком губ.

- А на какую вы изначально приходили ко мне на собеседование? Моим помощником, естественно, - произнес он, выдохнув дым сквозь стиснутые зубы.

Стоило только табачному облаку добраться до моего носа, как в горле неприятно запершило, и я закашлялась, прикрыв рот ладошкой. На глазах тут же проступили слезы, и зрение поплыло.

Боже, что это со мной?

- Не выносите сигаретного смрада? - понятливо хмыкнул оборотень, в очередной раз выдыхая эту ужасную гадость, но на этот раз отвернувшись от меня в другую сторону. И на том спасибо!

- Судя по всему, - признала я, сдерживая очередной приступ кашля.

Альфа кивнул, выбросив недокуренный бычок под ноги, раздавив его каблуком. А потом вернул взгляд на мое лицо:

- На чем мы остановились?

- На том, что вы предлагали мне работу, - просипела я, не узнавая свой голос.

Какой нормальный оборотень в здравом уме и памяти будет травить себя подобной дрянью? Только самый... нельзя так своего будущего работодателя даже мысленно называть, так что...

Стоп.

В какой момент я примирилась с мыслью, что буду на него работать?!

- А, да, - опомнился мужчина, - Точно. У меня к вам вопрос. Вы действительно владеете языком жестов?

Мои брови удивленно взлетели наверх.

- Да, - кивнула я, почесав кончик носа, - Правда, далеко не в совершенстве. К тому же я очень давно не практиковалась...

- "Сейчас" - замолчав, Альфа вдруг поднял обе руки на уровне груди ладонями вверх, делая движение вперед, - "Вы понимаете меня"?

Его движения были такими уверенными и плавными, что я невольно залюбовалась, рассматривая его изящные кисти и длинные пальцы с покрасневшими на холоде костяшками и выпуклыми нитями вен, обвивающих его ладони и открытую часть предплечий. И только потом до меня дошло, о чем меня, оказывается, спрашивают.

Божечки, это он что, получается сейчас со мной "разговаривает"? А-а-а, как же там...

Точно!

Мозг еще только вспоминал давно выученную, но подзабытую за ненадобностью информацию, в то время как руки показывали безошибочное "Да" - мои пальцы сжались в кулак и двигались сверху-вниз, имитируя кивок головы.

Мистер Солмнхелл улыбнулся, пародируя аплодисменты моим скудно продемонстрированным знаниям, отчего я покраснела.

- Откуда вы знаете язык жестов? - поинтересовался он, - Кто-то из ваших близких глухонемой?

- Глухой, - поправила я, кивнув, - Дедушка был.

После моих слов Альфа кивнул, принимая к сведению сказанное и не акцентируя внимание на моих последних словах.

- У него это было приобретенное?

- Да. Он был военным. На боевом задании оглушило взрывом. У них тогда половина отряда полегла, поэтому он всегда говорил, что еще легко отделался, - непроизвольно мои губы дрогнули в невеселой улыбке при воспоминаниях о дедушке, - Был бы он оборотнем, возможно бы слух восстановился, а так...

- То есть, - непонимающе нахмурился мистер Солмнхелл, - Ваш дедушка был человеком?

- Все верно, - пожала плечами я.

- Но вы омега, - как неоспоримый факт сказал мужчина, на что я так же кивнула, промолчав, не желая вдаваться в подробности.

У всех всегда вызывал удивление тот факт, что мой дедушка был человеком. Впрочем, оно тут же пропадало, стоило им узнать, то что он не был мне родным.

Для моих бабушки и дедушки это был второй брак, когда они оба, сполна обжегшись и наделав кучу ошибок по молодости, вступили в те отношения, в которых были счастливы вплоть до гробовой доски.

Бабулю не смущал тот факт, что дед являлся не то что не Альфой, а даже не оборотнем. Она всегда говорила, что полюбила его далеко не за это. Более того, никогда не позволяла оскорблять или унижать ее выбор.

Потому что в нашем обществе существовало негласное правило - человеку оборотень не пара.

Так уж вышло, что различия в нашей природе и ДНК не позволяли нам иметь общее потомство. К тому же оборотни всегда шли на поводу инстинктов и запахов, а человеческие ароматы никогда не были привлекательны для нашей второй ипостаси. И все же...

Стоило мне вспомнить дедушкин запах, как я невольно расплылась в улыбке. Он навевал мне ощущение дома и тепла. Самый родной в мире запах, что всегда успокаивал меня, дарил уют и комфорт.

Поэтому я понимала свою бабушку, что в свое время вышла замуж за человека. В отличие от моего биологического деда, которого я никогда в жизни не видела. Да и мама, я думаю, тоже...

- Что ж, - голос мистера Солмнхелла заставил меня вынырнуть из собственных мыслей, - Неважно. Вернемся к сути нашего разговора. Мне нужна помощница. И вы устраиваете меня в этой роли по всем критериям.

Из моей груди тут же вышибло весь кислород.

Ох.

Неожиданно.

- И что же поменяло ваше мнение обо мне? - не сдержалась я, вспоминая его прошлые слова, - Кажется, изначально вы не планировали брать на работу... как вы тогда сказали? "Ночную бабочку"?

Альфа на мгновение прикрыл глаза, и все его лицо в этот момент выражало такую смертельную скуку, словно его раздражало и тяготило все на свете. Особенно мои вечные вопросы и подначивания.

Нет, а что он хотел? Оскорбил, навесил ложных и обидных ярлыков, а теперь я, видите ли, должна радостно принять его предложение?

Так он хотел?

Как бы не так!

- Скажем так, я ошибся в своих представлениях о вас, так что... прошу прощения, - еле выдавил из себя мужчина, отчего у него даже желваки на лице недовольно дернулись.

Ой-ей, кажется, кто-то не привык признавать свои ошибки и извиняться. Плохо, конечно, но в целом ожидаемо.

Чтобы такой Альфа еще и просил прощения. Сам? Словами?! Увольте!

- Хорошо, - приняла я его скромные извинения, - Но все же... Мне интересно, почему именно я? Кажется, помимо моей кандидатуры было еще достаточно ребят, что подходили гораздо больше меня на эту работу? - еще как больше подходили! С учетом того, что у меня кроме несчастных курсов и нулевого опыта работы ничего за плечами не было. Но ему об этом знать необязательно. Пока, - Или все же знание языка жестов в этом вопросе сыграло немаловажную роль?

Он вздохнул, отведя взгляд в сторону, отчего я даже не поверила своим ощущениям, насколько же стало легче дышать в этот момент! От его вечного сканирования и прожигания моего лица глазами, дабы не упустить ни единого шевеления губ, и вправду нехорошо становится.

И вот на это я собираюсь в дальнейшем подписаться?..

Да, Агния! Собираешься!

- Да, - наконец, прервал молчание он, но прозвучало это так лениво, будто он мечтает просто отвязаться от меня, а не говорить правду, - Именно так. Так что, вы согласны?

- А зарплата? А премия? - а ведь точно! И почему я только сейчас об этом задумалась?

Мистер Солмнхелл вымученно закатил глаза, будто я и вправду его уже в край достала, и все же ответил:

- Деньгами не обижу. Укажем все в договоре, который подпишем в понедельник. А теперь меня интересует только одно: да или нет?

Я на секунду поджала губы, колеблясь, прежде чем произнести неуверенное:

- Да...

Его глаза вдруг вспыхнули каким-то странным огнем, что вдруг почему-то опалил мне все внутри и теплом осел где-то внизу живота.

До чего же непонятно и неестественно я реагирую на него. Почему?

- Отлично, - довольно осклабился Альфа, отчего у меня побежали мурашки от его широкого оскала, - Жду вас в восемь утра в понедельник у себя в офисе. Адрес вы знаете. А теперь бегом внутрь, пока себе все не отморозили. Губы уже все синие!

Подпрыгнув от его последнего рявка, я буквально побежала обратно в бар, все еще не до конца веря, что это произошло со мной наяву. Мне это точно не приснилось? Может, это всего лишь бред моего воспаленного сознания и всего-навсего галлюцинации?

Что ж. В понедельник узнаем.