Его тайная землянка

— Хочешь поставить её? — кивает на меня незнакомец в чёрном.

Его низкий, на максималках, раскатистый мужской голос чуть насмешлив. Однако от одного звука его жёсткой интонации с бархатисто-стальным звучанием, меня продирает ознобом — от леденеющих третий час пальцев на ногах до корней длинных волнистых волос.

— Одна женская особь — не слишком равноценная ставка за третий астероидный пояс со всеми его месторождениями. Тебе не кажется, Тарк?— продолжает он, поднимая пронизывающе мрачный взгляд из-под капюшона на моего хозяина. 

Его глаза искрят красными бликами. От чёрной массивной фигуры незнакомца исходит настолько физически ощутимая волна подавления и власти, что даже мой хозяин, не из последних влиятельных — морщится, явно пытается сохранить видимость бесстрастности, но всё равно отворачивает лицо в сторону.

— Ставка равноценная, — голос моего хозяина обманчиво спокоен, но я улавливаю в нем нотки сквозящего раздражения. — Это не просто особь. Я бы не стал тебя дурить, Зодиак, сам знаешь. 

Тарк недоволен до крайности. Но не может это недовольство сейчас выплеснуть никаким доступным способом. Никак. Игра идет не по его плану, насколько я могу понять. Поэтому мой хозяин вынужден терпеть и сдерживать свои эмоции внутри. 

Причина держать себя в рамках — прямо перед ним. Высокий, опасный даже с первого мимолетного взгляда, мужчина в чёрном плаще-версе. 

Хард — так называется раса этого незнакомца. 

Я уже знаю, что это самая опасная раса в этой галактике. Но вживую столкнулась с одним из них первый раз.

Тарк назвал незнакомца Зодиаком, а перед встречей пару раз в разговоре упомянул, что именно этот хард — темный император всей теневой империи Аралкана, так назывался этот мир. 

Опасный и могущественный тип. Это я тоже уже всеми внутренностями прочувствовала. 

Опасность от его высокой широкоплечей фигуры, наглухо затянутой в плащ-верс, так и перла во все стороны, сгущая воздух в комнате до такой степени, что трудно было дышать.

— Встань, Вита, — это уже мне.

Мозг еще не считал команду и ее последствия, но тело отреагировало мгновенно — ведь меня уже приучили, что невыполнение команд грозит суровым наказанием. 

Нет, меня не били. Ни разу даже пальцем не тронули. Берегли, твари. 

Наказание было другое — боль. 

С самого начала на мне был ошейник. Я уже проснулась в нем, не понимающая ничего, растерянная, испуганная. 

Но тут быстро всему учат. И меня выдрессировали, как какого-то зверька. 

Простая, но такая действенная боль, которая не оставляет ни следа на теле, но после одного минутного сеанса — ощущение, будто тебя через мясорубку провернули.

И сразу всякое желание сопротивляться пропадает. Во всяком случае у меня на это просто не хватило ни решимости, ни смелости. 

Да, я не сильная героиня. Простой искусствовед в прошлом. 

И я очень хочу жить. Даже в таких условиях. 

Поэтому встала тут же, выполняя приказ, и сейчас я стою неподвижно напротив двух пугающих меня до судорог мужчин. 

Мой хозяин подходит ко мне и сдергивает с меня капюшон — волнистые светлые волосы рассыпаются по плечам тяжелой волной. Жесткая рука сжимает мой подбородок и резко дергает вверх. 

— Подними глаза, — тихо шипит мне Тарк.

Я послушно подчиняюсь.

— Чистокровная землянка, — объявляет он с нотками гордости, развернувшись к своему собеседнику и цокая языком. 

Пугающий хард даже позы не меняет — продолжает сканировать меня багровым тяжелым взглядом из-под надвинутого черного капюшона. 

Инстинктивно съёживаюсь от его взгляда — такой у матерого тигра из пещеры, откуда он готов стремительным прыжком настичь свою добычу. 

Из-за капюшона мне даже лицо харда сложно разглядеть полностью — хорошо видно только тяжелый массивный подбородок и жёсткую линию красивых, плотно сжатых губ.

— Землянка? — переспрашивает он. — Интересно… — небрежно замечает хард совершенно безэмоциональным голосом.

— Да, готовил ее к аукциону, — хрипло смеется мой хозяин, подталкивая меня к их столику. — Но у меня сейчас такой шанс выиграть у тебя. Не могу его упустить. Ты умеешь поднимать ставки, Зодиак.

От его слов меня продирает жутким холодом во второй раз. 

Эти двое сначала долго разговаривали о чем-то, а потом во что-то играли уже больше часа. Какая-то азартная игра, правил которой я так и не смогла понять за это время. 

Я думала просто отсидеться невидимкой в темном углу, пока мой хозяин развлекается, но оказалось, что он решил сделать меня своей главной ставкой.

Ненавижу! Как же я их всех ненавижу! И боюсь… до безумия просто. Это какой-то животный страх на одних голых инстинктах, когда пятой точкой чувствуешь смертельную опасность. Рефлекс беззащитной добычи в мире хищников.

— Принимаю твою ставку, — следует короткий страшный ответ.

До меня смутно доходит, что меня только что оценили в целый астероидный пояс с богатыми месторождениями… а жуткий хард, явно не просто так названный теневым императором, эту ставку принял.

Впрочем, мне сейчас не до этого. Следующие полчаса для меня проходят как в тумане. 

Непонятно, как я выстояла их игру, стоя на своих заледеневших ногах, и не брякнулась в обморок от того напряжения, что сгустилось в этой небольшой темной комнате.

— Я выиграл, — спокойная констатация факта, от которой мои ступни в тонких босоножках примерзают к полу, а мой бывший хозяин расстроенно хлопает ладонью по столу.

— Может еще одну партию? 

Зодиак чуть выгибает бровь, лишь обозначая свои эмоции под тенью капюшона. 

— У тебя есть что еще поставить? — негромким спокойным голосом спрашивает он, но мне сразу жутко становится.

— Нет, — хлопает Тарк руками уже по своим бедрам. — С тобой сложно соперничать, но и куш был больно хорош, — криво улыбается он.

Зодиак на это лишь небрежно кивает и потом переводит тяжёлый взгляд на меня. 

Дыхание перехватывает в одно мгновение. Ладони противно начинают липнуть от холодного влажного пота и колени предательски подрагивать.

Стискиваю зубы, чтобы не показать свою слабость. Здесь вообще нельзя быть слабой. Это я тоже уже уяснила.

— Сейчас, — начинает суетливо шарить по своим карманам мой бывший владелец. — Вот браслет от ошейника. Тут стандартное…

— Сними его, — звучит непререкаемый властный приказ. — Я сам в состоянии проконтролировать свой приз.

— Конечно, Зодиак.

Жесткие холодные пальцы Тарка больно подлезают под металл на моей шее, и я невольно морщусь. 

Натыкаюсь на внимательный взгляд моего нового владельца и замираю — хард все еще сидит в своем кресле, ждет, пока Тарк возится с застежкой ошейника, и цепко рассматривает меня. Особенно мое лицо.

Дикие ассоциации лезут в голову. Он словно Черный квадрат Малевича сейчас в своем черном пугающем плаще. Абсолютная всепоглощающая темнота, которая засасывает не хуже черной дыры.

А у меня от отупения всем этим ужасом просто глаза больше не поворачиваются. И веки не моргают. Так и смотрю ему прямо в глаза, не мигая, как мышь на удава. 

Власть тотального хищника давит и подчиняет мое ослабевшее до предела сознание. Хочется встать на колени и банально подставить шею под острые безжалостные клыки.

Наверно, только странная глупая гордость не дает мне это сделать. Мы — не рабы, рабы — не мы. Дурацкая фраза колотится в голове навязчивым фоном. Даже не помню, где я ее видела.

Наконец, хард встает. Шагает ко мне. Небрежный взмах тяжелой крупной руки, и на мою голову снова опускается капюшон.

— Спасибо за игру, — сухо бросает мой новый хозяин Тарку и крепко берет меня за предплечье, подталкивая к выходу.

В полнейшем ступоре шагаю за ним, отслеживая, как за нами с тихим шелестом закрываются створки дверей.

— Иди прямо, — приказывают мне властным резким голосом, отпуская мою руку.

И у меня даже мысли не возникает не подчиниться или сбежать.

Этот хард выше меня на голову и втрое массивнее и шире в плечах. Один этот факт отсекает любые возражения, а есть еще и другие… Много других причин…

Вяло переступаю ногами по холодному полу и радуюсь, что он не такой ледяной, как был в том коридоре, по которому мы сюда пришли. 

Тонкая подошва совсем не спасает от холода, но зато мои синие изящные ступни открыты для всеобщего обозрения. Дурацкая местная мода! Все бы отдала сейчас за пару своих родных экспедиционных ботинок на толстой рельефной подошве.

Продолжаю механически двигать ногами, а сама все больше погружаюсь в состояние привычного транса. 

Только он спасал меня в последнее время от того, чтобы не свихнуться окончательно — мозг просто отключал анализ и предоставлял телу действовать на банальном инстинкте выживания.

Сразу привычно включается перед глазами цепочка событий, что привели меня сюда. 

Это всегда происходит автоматом. Будто мозг цепляется за эти воспоминания о нормальной жизни, как за спасительный якорь, чтобы не забыть свое прошлое, и кем я была до роли игрушки влиятельных жестоких инопланетян.

Почему здесь так ценятся землянки, я так еще и не поняла. Но Тарк собирался выручить за меня большую сумму на их жутком аукционе сегодня вечером — слышала, как он хвастался кому-то из своих.

Даже не знаю, удача это или нет, то, что на аукцион я так и не попала.

Воспоминания требовательно захватывают мои мысли. Снова погружаюсь в них.

Или же я просто в очередной раз хочу убедиться, что иных вариантов не было, как и выбора у меня...

А ведь еще недавно я считала себя настоящим везунчиком. Купалась в своем счастье. Меня так и называли подруги, завистливо щуря глаза. 

— Ну ты и счастливица, Вита, — восторженно шептала Оксана. — Такого парня отхватила. Он же самый лакомый приз в универе был. Богатый, красивый, умный. Все девчонки за ним гонялись. И как у тебя получилось?

— Просто влюбились. Влад, он так и говорит мне, что с первого взгляда заметил и решил, что мы поженимся, — мечтательно улыбалась я, не зная, что скоро все мои розовые наивные фантазии разобьются о жестокую реальность.

— Виталина Лидинская? У нас ордер на арест вашего мужа, — сухой жесткий голос мужчины в форме разделил мою жизнь на до и после.

Да именно эта точка стала невозвратной. Это я теперь только поняла.

Не тот момент, когда Влад, смущенно улыбаясь, попросил меня первый раз скинуть ему денег, потому что проигрался случайно первый и последний раз. Просто зацепило сильно, но больше не повторится — обещал он мне с честными глазами.

И не в тот раз, когда он уже жестко мне ответил на мой вопрос, куда делся мой новенький комп, который я купила с последней премии. 

«Я все потом верну, Лина. Ты что мне не веришь? Там ничего серьезного. Просто с друзьями гоняли. Ну не могу же я не отдать проигрыш?»

Его нахмуренные брови и скрещенные на груди руки. Мои растерянные мысли и слезы на глазах. 

Это все еще возможно было исправить, если бы я тогда задумалась над своим будущим с ним. 

А я поверила. Просто поверила человеку, которого любила всем сердцем. 

Думала и он меня любит. Не может же не любить, раз столько раз признавался в чувствах и так красиво предложение сделал с кольцом при куче свидетелей.

Как я могла тогда ответить нет? Сердце пело в эйфории первой настоящей влюбленности. Весь мир хотелось обнять. 

Я думала — я центр его мира, каким он был для меня эти два года. А оказалось — я просто удобная ступенька для карьеры, которую выбрала его семья.

Помню, в какой истерике я звонила его отцу, когда Влада забрала долговая полиция. На Земле очень строго карали за участие в азартных играх. 

За невыплаченные кредиты можно было и в тюрьму сесть надолго. Зависело от суммы долга. 

А у Влада оказался просто чудовищный долг. 

Его семья была обеспеченной, и родители не отказывали ему во время учебы ни в чем. Именно поэтому он пользовался такой бешенной популярностью среди девочек.

Богатый, высокий, красивый и щедрый. Он никогда не жалел денег на развлечения. Вокруг всегда была толпа друзей, с которыми он тусил.

Но я думала, после университета это все пройдет. Нас же взяли на серьезную работу. 

Я так радовалась, что мы вместе устроились в Мировой музей земной культуры и искусства. Да, пока на не самую высокую должность, но сюда мечтали попасть все выпускники нашего исторического факультета, потому что именно этот музей объединил в себе весь накопленный архив культурных и исторических ценностей нашей планеты. 

А нас взяли в его центральный филиал. Мне даже служебную квартиру после выделили, неподалеку от работы. 

И зарплата была солидная на мой взгляд. Я радовалась, что мы наконец, заживем самостоятельной взрослой жизнью, как полноценная семья. Но родители Влада все равно ему помогали, как я потом узнала.

Но… Владу и этого стало мало. Он слишком увлекся игрой с высокими ставками. Запретными…

И вот наступила расплата. 

Конечно, его семья вступилась. Уже на следующий день его долги погасили и моего мужа выпустили, правда, с невыездным браслетом, который контролировал его перемещения по городу. По постановлению суда, он должен был его носить еще пять лет.

Я так ждала его в нашей квартире. Простила уже и свои слезы, и его обман. С таким облегчением услышала писк отпираемого замка, бросилась навстречу, чтобы обнять…

Но вместо Влада в комнату шагнул незнакомый мужчина с колючим взглядом. 

Он представился адвокатом семьи моего мужа, кинул на стол кипу бумаг и холодно потребовал их подписать.

— Это документы о разводе, госпожа Краснова.

Я лишь отметила, что он назвал мою девичью фамилию. Остальные детали этого разговора смыло сильнейшим потрясением. Только итог остался, как точка в отношениях.

Нас развели быстро. Всего через полчаса после того, как я подписала все бумаги.

Я проплакала всю ночь, не понимая, почему Влад не ответил ни на одно мое сообщение. А на следующее утро на мою служебную почту пришло письмо о моем увольнении и требование освободить служебное жилье.

— Виталина, ты славная, добрая девочка. Талантливая, бесспорно, но пойми: тут ничего нельзя сделать, — сочувствующе посмотрел на меня начальник моего отдела. — Я бы очень хотел оставить тебя в своем отделе. Ты отлично справлялась. Просто…

— Что? 

— На тебя пришла бумага из полиции.

— Но ведь она на Влада… — недоумеваю я.

— Так-то оно так, моя хорошая, но он твой муж.

— Был, — горько замечаю я, отворачиваясь.

— Это уже не мое дело, Виталина. Документ серьезный. Наше учреждение не может себе позволить иметь сотрудников с подобной репутацией. Владислава еще вчера уволили, как ты понимаешь. Даже связи его семьи не помогли.

Тогда я не знала, что Владу почти сразу предложили другое место. Его отец и дед имели большие связи.

— Но мне совсем некуда идти, — растерянно повторяю я.

Мир покачнулся и рассыпался осколками на моих глазах. 

Мне некуда идти. Нет семьи, что могла бы меня поддержать. Я сирота. Все счета заморожены и обнулены сразу после ареста Влада. 

— Виталина, — мягко улыбнулся мне профессор. — Хочу дать тебе совет, девочка. Мне всегда нравилась твоя серьезность и ответственность. Жаль, что все так случилось. Очень жаль…

— Да?

— На время забудь про свою специальность. Тебя нигде не возьмут сейчас. А еще лучше, смени ее. Ты молодая, переобучение не займет много времени.

— Мне это не подходит. Мне не на что жить. И негде. Какое переобучение? — усмехаюсь я.

— Тогда подпиши контракт колониста. Там солидное вознаграждение и страховка. И жильем обеспечивают. Мне кажется это решение всех твоих проблем, — его острый взгляд упирается прямо в мои глаза.

Я замираю, осененная внезапной догадкой.

— Скажите, профессор, — осторожно произношу я. — Почему семья Влада поддержала его женитьбу на мне? Я ведь сирота и совершенно без средств и связей. Вы ведь догадывались?

Он смущенно кашляет, отводя глаза.

— Ты помнишь, какая должность у деда твоего бывшего мужа? — тревожно оглянувшись на дверь, все же отвечает он мне.

— Помню, — шепчу я. — Но он ведь сам так поддерживал… На свадьбе столько приятных слов сказал.

— Ох, девочка, ты так и не поняла, что в на том уровне — это в порядке вещей. Ты была молодым, подающим надежды специалистом, которая вполне могла стать новой звездочкой в нашей сфере, Виталина. Лучшая в своем выпуске. Тебя рекомендовал сам ректор. А твоего мужа взяли исключительно по протекции его родственников, — все еще качая головой, говорит он. 

Помолчав, он добавляет, понизив голос:

— Ты ведь помнишь, что разнарядки на служебные командировки вы получали вместе. Ты была тем буксиром, который бы тащил этого Влада к нужной должности. Вот и все. Я ведь знаю, что все его якобы отчеты и монографии оформляла ты. А теперь ответь мне, стала бы ты это делать, если бы он не был твоим мужем? — грустно улыбается он мне.

— И вы…

— И до поры до времени на это все закрывали глаза. Но… с законом никто не станет спорить. Твой муж нарушил его, а пятно легло на обоих. Мне, правда, очень жаль, Виталина. Ты не заслуживаешь такой судьбы. Но сейчас лучшее для тебя решение — стать колонистом…

Колонистом…

Я подписала тот контракт от безысходности. Идти мне и вправду было некуда, а Комитет по освоению новых территорий обещал очень выгодные условия всем добровольцам. 

Земля давно была серьезно перенаселена. Ресурсов на всех катастрофически не хватало. Поэтому люди двинулись в космос. Было открыто несколько перспективных систем, куда запускали целые ковчеги с поселенцами, погруженными в анабиоз на время полета. 

Но наш корабль по какой-то причине не достиг нужной планеты, а попал в другую галактику. Враждебный чужой мир. 

Я не знаю, как это произошло, не знаю, куда делись остальные колонисты. 

Я очнулась в своей капсуле в окружении инопланетных контрабандистов с рабским ошейником на шее. Они-то и продали меня Тарку.

И сейчас, Тарк, вместо того, чтобы перепродать на аукционе — проиграл меня представителю опаснейшей расы — харду. Жуткому незнакомцу со странным именем Зодиак и репутацией теневого императора этого мира.

Иду впереди него по длинному холодному коридору. Чувствую его взгляд спиной — ощущаю, как он тяжело скользит по моему телу, и волна колючих мурашек движется вслед за ним. Вся спина взмокла и неприятно холодит под плотной тканью местной одежды. 

Тут почти все носят странные изменяющиеся накидки — версы. Они почти что живые, и первое время я помню даже побаивалась своего разумного костюма. Но, как я поняла из объяснений, которые мне все же дали — это защита. Необходимая…

В этой части вселенной очень высокий энергетический фон. И излучают его разумные. 

Разные расы излучают с разной степенью интенсивности. Самые мощные — это харды, как тот, что сейчас тяжело ступает за моей спиной.

Их энергетику не может выдерживать подолгу никто. Именно поэтому они почти никогда не снимают капюшон и сам верс. Ведь эта накидка еще и своеобразный барьер для вот таких фонящих типов.

Вся хитрость как его надевать. Если нужна защита, то одной стороной, а если барьер для своей силы, то другой.

Мой верс вполне неплохо справлялся с моей защитой. Или это у харда был такой крутой и надежный костюмчик. Потому что я пока еще была на своих ногах. И голова вроде не кружилась от слабости. 

Это я краем уха подслушала однажды симптомы подобного воздействия хардов: нарастающая боль, панический страх, нехватка дыхания, невозможность думать, парализация, да много всего ещё — от отглосков всей этой жути даже плащи-версы не спасают.

Про хардов много говорили, кстати, среди контрабандистов. Я так поняла, что они были кем-то вроде местных криминальных авторитетов. Очень влиятельных и богатых хозяев этой жизни. 

Они могли позволить себе даже покупку вот такой живой игрушки или выиграть ее  просто и быстро за один вечер. Всего лишь одним жестом решив чужую судьбу. 

Тот аукцион, на который я не попала. Там ведь тоже должны были быть харды. Я слышала от своего бывшего хозяина.

Что лучше: быть купленной или выигранной в азартной игре? 

И какая же жестокая злая ирония судьбы. Я стала колонистом и попала сюда по вине азартных игр, которыми увлекался мой бывший муж. А теперь я игрушка такого же игрока. Круг замкнулся.

Чудовищный страшный круг.

Я иду, а глаза застилает мутная пелена. Я быстро моргаю, стремясь избавиться от нее как можно скорее. Нельзя показывать слабость. Мои слезы здесь никого не разжалобят, скорее только разозлят. Это я уже тоже уяснила очень хорошо.

Про хардов так вообще только ужасы одни говорили. И это я слышала от бандитов, не впечатлительных барышень. 

Хардов боялись. С ними старались не связываться и не идти на конфликт. А еще про них всегда говорили только шепотом или понизив голос. 

Вот это я понимаю — репутация. 

Чего мне теперь ждать? От этого, которого называют теневым императором? За что, кстати? За влияние? За то, что он самый главный среди всех хардов?

При этих мыслях, от ощущения давящего взгляда моего молчаливого хозяина, мурашками накрыло все моё тело. 

Я ценная игрушка. Дорогая. Это давало надежду, что меня не сразу сломают. Но очень слабую. 

Для чего мужчины покупали женщин в моем мире в прошлом? Понятно для каких целей. И страшно становилось от этого понимания.

Но я все равно держу спину прямо и шагаю вперед, хоть и искусала губы уже почти до крови. 

Мой верс-накидка чувствует мое состояние и тоже дрожит мелкой волной по всей поверхности. Даже и не греет уже абсолютно. Или он тоже боится своего черного собрата на харде?

— Стой, — короткое слово-приказ бьет как хлыстом по нервам.

Сама не замечаю, что напряглась до состояния натянутой струны. Вот-вот она оборвется.

Замираю перед незаметной дверью.

Она открывается, и мы идем дальше. Этот коридор совсем короткий. 

Потом до меня доходит, что он больше похож на шлюз от корабля. Я такие уже видела, когда меня перевозили несколько раз.

Еще одна дверь позади, и я слышу новую команду остановиться. 

А дальше хард делает нечто неожиданное и даже шокирующее для меня. 

Только мое общее угнетенное состояние становится причиной, по которой я не закричала и не взвизгнула, как сделала бы в прошлой жизни на Земле.

Этот Зодиак просто шагнул и подхватил меня на руки одним резким движением подбросив в воздух.

Тихий “ах” все же срывается с моих губ, потому что неожиданно холод отступает... 

Блаженное тепло поднимается от заледеневших ступней, которые словно кто-то в пушистую теплую шаль обернул.

Мои глаза смотрят и не верят в увиденное. 

Оказывается, мне становится так тепло, потому что нижний край верса моего нового моего нового хозяина поднялся, бережно запеленал мои ноги и теперь греет их, и всю меня.

В полном потрясении, поднимаю глаза на харда.

Виталина Краснова (землянка)

Черный Зодиак, теневой император (хард)

Виталина Краснова (землянка)

Смотрю на харда и замираю завороженно. 

В глазах моего нового хозяина проскальзывают молнии. Жутко, но красиво по-своему. Эстетически очень необычно.

И сам он… красивый. Очень. Мужской такой, суровой красотой. 

Это я сейчас, когда от неожиданной заботы и тепла его плаща-верса размягчилась, вижу отчётливо. 

Нет в нём ни грамма мягкости или слабости. Стальная несгибаемая власть, опасность и сила — вот что я вижу перед собой. Не зря этих хардов все боятся. Но его привлекательность это не отменяет.

Он же не смотрит на меня. Его взгляд устремлен вперед. 

Зато я не могу отвести взгляд от его сурового жёсткого лица. Никогда таких не видела, ни в портретах, ни в живописи, ни в графике. Хищное, но очень гармоничное лицо, до дрожи мужественное, с крупными резкими чертами.

Да ещё и с этой подсветкой из молний в глубоком сложном цвете тёмно-красных глаз. 

Такой радужки тоже не видела никогда, но, наверно, у всех хардов она подобного цвета.

Видимо я достигла крайней точки перенапряжения, страха и отчаяния, что рассматриваю жуткого харда, представителя незнакомой мне опаснейшей расы, как произведение искусства. 

Искусствовед я, да. По давней-давней профессии, в прежней жизни, в которую уже и не верю, что когда-то ею жила…

Тарк назвал моего нового хозяина Зодиаком. Странное имя. Наверняка, прозвище. 

Точно со мной не всё в порядке, если я вдруг захотела узнать его настоящее имя.

Хард вдруг скользит взглядом в мою сторону.

Всё же инстинкт сохранения у меня не совсем атрофировался — догадываюсь опустить глаза и не рассматривать его больше.

Только вот теперь мне становится ещё хуже. Ведь я действительно почему-то расслабляюсь в его жёстких сильных руках, а заледеневшие ноги отогреваются, закутанные шелковистой полой его плаща. И холодные пальцы больше не дрожат, что удивительно.

Держусь за его плечо, но осторожно, чтобы мужчина не счел это чем-то оскорбительным или, наоборот, навязчивым.

Отчётливо чувствую, как перекатываются его тугие мускулы, когда он быстро и плавно, целеустремлённо движется по коридору. Этот Зодиак очень похож на человека, я бы точно приняла бы его за человека, если бы не чувствовала всей кожей — он непостижимо иной.

К счастью, наш путь длится недолго. Еще несколько коротких коридоров, и хард заносит меня в небольшую комнату. Успеваю отметить только, что она очень небольшая и совсем пустая, как меня ставят на пол.

Поверхность пола тёплая и на удивление мягкая. Ещё и приятно пружинит под моими ногами, вроде специальной беговой дорожке в спортзале. 

Снова накрывает удушливым страхом — вот, это намного правильнее. Я и должна его бояться. Не бояться — смертельно опасно, этому меня тоже уже здесь, в рабстве научили. Что он собирается со мной делать?

Но хард просто кладет свои тяжелые ладони на мои плечи на пару секунд, а потом отстраняется.

Моё сердце замирает, я вся каменею от ощущения его рук на себе… 

Прежде чем в моей груди снова суматошно затрепыхалось и забилось, Зодиак обходит меня и начинает неторопливое движение по каюте — слева направо, обходя её по периметру.

— Еда, — пока я вздрагиваю от раскатисто-низкого глубокого голоса, его длинные крупные пальцы небрежно трогают светлую полосу на стене.

Ничего не могу с собой поделать — заворожённо рассматриваю его гармоничную, явно не-человечески сильную руку. 

Ругаю мысленно себя за своё искусствоведческое чувство прекрасного. С него бы статуи ваять или с этой одной отдельной мужской кисти с широким запястьем и четкими рельефными линиями.

Повинуясь прикосновению харда, на стене появляется экран. На нём действительно — как он и сказал — еда. Много разных блюд, с пиктограммами, выбором. Я уже умею пользоваться такими.

Зодиак, не останавливаясь, продолжает обходить комнату.

— Душ, мыло, косметика, — его новые небрежно резкие слова.

От его следующего прикосновения к стене открывается проход в вертикальный местный душ. Эти штуки я тоже уже знаю. Поток очищающего воздуха. Удобно, быстро и очень чисто.

— Кровать, — уже справа от меня произносит хард, трогая ещё одну стену.

Из специальной панели в стене выдвигается кровать. 

Этот обход происходит так быстро, его движения плавные, хищные, с экономной расчетливой грацией. В сочетании с его высоким мощным телом все это пугает и завораживает.

Он снова останавливается рядом со мной, лицом к двери. Его локоть рядом с моим плечом. Боже, какой он высокий!  

Молчит. На меня не смотрит. Даже голову в мою сторону не поворачивает.

А у меня, от того, как близко и неподвижно он стоит рядом со мной, непонятный жар по всему телу, и одновременно холод от инстинктивного, утробного страха. Но отступить даже на полшага боюсь еще больше.

В этот момент край его плаща вдруг сам собой взлетает вверх, рядом с моими ногами.

Меня обдаёт волной леденящего ужаса — я же помню разговоры про хардов и эти их плащи. Версы, они у хардов отличаются от того верса, что на мне, и тех, что у остальных рас в этой части галактики. 

Мой верс так вообще безобиден, только помогает. Версы хардов — страшное оружие. Зверюги можно сказать против безобидных питомцев. Они и не могут быть другими, ведь выдерживают мощное излучение своих хозяев.

Очень хорошо помню рассказы про то, как они выбрасывают длинные ленты с острой режущей кромкой, прочнее титана, острее лезвий с нано-краем. 

И тут край этого плаща, этой жути, от которой неизвестно, что ждать — а я-то жду, что располосует меня наверняка… но пола верса взлетает, и, вместо того, чтобы обжечь болью… мягко опутывает мои ноги!

Будто снова в шелковистый теплый кокон заворачивает… 

Всё. Кажется, вот сейчас я всё. Край. 

Смертоносный красивущий тигр обошёл вокруг своей жертвы, и, вместо того, чтобы порвать когтями или зубами… лизнул — такая ассоциация пришла в мой бедный запуганный мозг.

Только тут Зодиак повернул ко мне голову. Медленно и даже показалось задумчиво посмотрел вниз на край своего плаща.

На долю секунды мне почудилось, что он удивлён. Но мне это только померещилось. Неуловимым глазу движением — нереально быстрым, такой скорости не может быть у живых существ — хард сдёрнул с меня капюшон, схватил за подбородок и повернул к себе.

Я задрожала от его резкости. Моя нервная система готова была обрушиться, если уже не рухнула под гнетом всех этих испытаний.

Пока он с совершенно непроницаемым видом рассматривал меня, изучая, я вышла за край своего страха и, не понимая, куда делся мой инстинкт самосохранения, посмотрела ему прямо в глаза. 

Безумный, отчаянный поступок обреченной на съедение жертвы.

Не знаю, почему мой страх вдруг растворился. Возможно, из-за того, как он нёс меня сюда. Может, из-за того, что снял ошейник и пока почему-то не причиняет мне боли, наоборот, показал даже, как пользоваться комнатой. 

Скорее всего из-за ласкающего ощущения его верса вокруг моих замёрзших ног, из-за его пальцев на моём лице, удерживающих меня плотно, но без малейшей боли. 

Мой прежний хозяин поступал иначе. Ему нравилось видеть мою боль. Он получал удовольствие от пыток других. Мне повезло, что я была землянкой, всё же берёг меня как ценность. А вот остальных он не щадил.

Зодиак, при всей своей жуткой репутации не сделал пока со мной ничего ужасного.

— Не шевелись, — вдруг требовательно произносит он. 

Да я и так бы не смогла сдвинуться с места под его цепким внимательным взглядом. 

А вот дальше я чуть не тронулась умом от неожиданности и страха, когда его плащ вдруг пополз вверх на мой, запеленал меня полностью на бесконечные три секунды, пустил серию ярких брызжущих искр, а после быстро спустился с моего ласкающим медленным движением, будто стек вниз густой тяжелой волной.

Я думала свалюсь от облегчения на пол, но ноги держали, хоть и предательски подрагивали.

А Зодиак после всего этого ни слова не говоря, стукнул по панели на стене и вышел. 

Дверь закрылась, а я осталась внутри. 

Даже не сразу поверила, что он ушёл. Что я одна. В тепле. 

Здесь даже еда есть в неограниченном доступе. Душ — просто роскошь. Где поспать. 

Я… это как мне понимать. Я в безопасности?.. А что дальше?

Тевин Гирос, помощник Черного Зодиака.

Тевин на мгновение замешкался перед входом в кабинет Ауро — самого влиятельного из хардов, которого все знали под именем Черный Зодиак.  

Да, их деятельность всегда оставалась в тени, но по влиянию Теневая империя и сами харды не уступали официальной власти императора и его совета. А его мастер обладал наибольшим влиянием.

Ауро ждет его от него привычный ежедневный отчет. И вот снова эта заминка.

Сам не понимал, почему делает эту паузу каждый раз. Ведь сам Тевин — далеко не слабый хард . Наоборот. 

Больше, чем его, Тевина, боялись и уважали только Ауро — некоронованного лидера так называемой Теневой империи, что существовала в тени настоящей звездной  империи Аралкана.  Империи внутри империи — неподконтрольного властям объединения обширных звёздных скоплений на осколках распавшегося громадного межгалактического государства.

Да, прежняя империя была огромна. Сейчас она разорвана на отдельные анклавы и территории. Только центральные сектора сохранили свою целостность.  И сам Тевин считал, что во многом это благодаря хардам, которые в период анархии и бездействия растерявшейся власти, смогли сохранить порядок и относительное соблюдение законов на подконтрольных им территориях.

Император упустил власть, харды ее подхватили. Сейчас же новый правитель делает вид, что так и должно быть. Но он то знал, что прояви харды слабость, их с радостью разорвут желающие урвать свой кусок влияния.

Тевина же, после того, как Ауро выбрал его помощником, прозвали Горизонт. По названию космического термина «горизонт событий» — границы вокруг чёрной дыры, где время, с точки зрения наблюдателя, останавливается. 

Ему нравилось это прозвище. Такое же таинственное и непонятное, как Зодиак, только без приставки Чёрный.

По влиятельности и силе Тевин Гирос считал себя вторым после Чёрного Зодиака. Он был его главным доверенным лицом. Через него осуществлялись все приказы Зодиака. Он контролировал выполнение и докладывал о результатах. 

Тем не менее, в присутствии Ауро, Тевину всегда было очень сильно не по себе. Даже спустя столько лет работы его  личным помощником.

Тевин стал помощником Ауро десять лет назад. Без преувеличения за это время стал  его незаменимой  тенью, в преданности которой не было никаких сомнений. Ауро доверял ему очень многое, если не все.

Слишком глубокие связи были  между семьями хардов. Тевин преклонялся перед Ауро и был бесконечно благодарен за процветание своей семьи, так многим обязанной Зодиаку.

И тем не менее, он всегда медлил, перед тем как войти. Ведь даже ему  в присутствии мастера Ауро приходилось прилагать усилия, чтобы выносить мощнейшее давление энергии сильнейшего из хардов.

Вот и в этот раз, он снова остановился перед входом в кабинет Ауро. Поправил воротник, взглянул на свое отражение в глянцевой поверхности двери, перехватил свой планер другой рукой.

Вдохнул, выдохнул, решился. Повинуясь его мысленной команде, из-под полы верса вылетела инверсионная лента, прикоснулась к панели с чип доступом, подтверждая право войти.

Створки дверей разъехались в стороны, и Тевин прошел в кабинет.

Здесь он еще не был после очередного обновления. У Зодиака была привычка регулярно полностью менять всю внутреннюю обшивку. Так искались возможные следилки и попытки взлома их систем, заодно обновляли систему безопасности.

Но каждый раз сам интерьер оставался неизменным. Темные поверхности, сдержанная неяркая подсветка, прямые лаконичные линии, ничего лишнего.

Вот и сейчас, ничего особо не изменилось. Только ещё несколько дополнительных драгоценных камней на подставках в нише для украшения интерьера и  основной цвет стал на тон темнее.

Ауро сидел за длинным и широким столом из драгоценного гиррасдата — очень редкого, наипрочнейшего материала, и смотрел в мерцающий холодным светом экран.

— Докладывай, — произнес Ауро, не отрывая глаз от экрана.

— Приветствую, мастер, — привычно ответил Тевин, выпрямившись после поклона, и глядя прямо перед собой. — Начну доклад с новостей из торгового сектора Эрд-Гамма-2. Атака имперских войск, как и ожидалось, была направлена на склады с сухим топливом. Отбились без потерь. Как вы и приказали, пленных сдали властям. Что касается тех, кто решил откупиться, я взял на себя смелость увеличить размер выкупа. Выплатили. 

Тевин быстро глянул на Ауро, чтобы понять его реакцию. Увидев небрежный кивок, он продолжил.

— Что касается планетоформирования в секторе Ли-Ер-876-Ес…

Тевин докладывал как всегда четко, глядя прямо перед собой, лишь иногда переводя взгляд на своего мастера, дожидаясь ответа.

Это всё он знал наизусть и мог выдавать на автомате, даже не подглядывая в свои записи.

Он отчитывался, выводил на экран перед Ауро графики, отправлял цифры, таблицы, сопровождая их краткими, ёмкими пояснениями.

И при этом ловил себя на том, что привычно думает в фоновом режиме.

Мысли Тевина сейчас больше всего занимал один выбивающийся из привычной ему  жизни факт.

Ауро привёз с собой землянку. Настоящую.

Тевин еще не видел её проекции, но уже уже знал о ее существовании и о том, что его хозяин выиграл этот ценный приз  у Тарка, подпольного дельца с нейтральных территорий.

И сейчас он ждал распоряжений касательно этого выигрыша. Сомнительно, что Ауро оставит ее себе. Он не приближал к себе женщин. Ни одну и никогда, после того единственного случая с Мессаной…

Нет, он не должен вспоминать ее имя. Эта история должна быть забыта окончательно.

По лицу Черного Зодиака никогда нельзя было прочитать, что он думает на самом деле. По глазам тоже.

Только харды могли иногда по едва заметным движениям верса, отображающим эмоциональный настрой хозяина, считать хоть какие-то эмоции, и по ним вычислить направление мыслей.

Очень редко харды допускали вольности своих плащей-версов.

Ауро — никогда. За единственным исключением. Но об этом он тоже не должен вспоминать.

Завершив доклад, Тевин снова почтительно поклонился.

Ауро молчал, лишь небрежно кивнув, подтверждая, что принял доклад.

Тевин ждал. Краем глаза следил за Ауро и его версом — ни малейшего движения. Всё как всегда.

— Ты уже знаешь про мое приобретение? — вдруг пристально глянул на него Ауро.

От этого взгляда... ко многому привычного Тевина пробила дрожь по позвоночнику, а его верс едва заметно качнулся, выдавая напряжение, почтение и страх.

— Да, я знаю, что вы привезли землянку, мастер, — ответил Тевин.

При этих словах он склонился еще ниже. И застыл так, стараясь ничем больше не выдать своих эмоций.

Слишком хорошо он знал Ауро, на что тот способен. Слишком хорошо представлял отсутствие пределов его силы. 

Первый и последний раз Ауро терял контроль над своим версом, когда допустил свою единственную ошибку. Чуть не стоявшую ему жизни. Чуть не лишившую его всего.

 Единственной ошибкой Ауро стала… Мессана. Но больше он их не допускал, как и женщин к себе слишком близко.

И Тевин — единственный, кто об этом знал, кроме него самого. Всех остальных свидетелей  Ауро уничтожил.

Тевин  ждал распоряжений от мастера и они последовали, вот только не те, к которым он готовился.

Ауро небрежно шевельнул пальцами по своему экрану.

— Взгляни на проекцию, Тевин. Я хочу, чтобы ты собрал о ней информацию, — спокойным ровным голосом произнес Ауро. — Всю, что сможешь найти. Кто она. Где её нашли. Кто нашел. Живы ли родственники. Всё, Тевин, я хочу знать о ней всё и даже больше, — он сделал паузу, чтобы его помощник заглянул в свой планер.

Тевин вывел на экран полученную проекцию, и его мгновенно прострелило неожиданным шоком.

Женская особь, эта землянка, что стала выигрышем Ауро,  непозволительно, невозможно походила на Мессану!

Практически копия! Близнец или клон!  Если бы Тевин не знал, что Мессана давно погибла,  если бы он лично не утилизировал ее тело тогда, то он решил бы, что эта землянка она и есть.

 Он перевел напряженный встревоженный взгляд на Ауро. Тот  же никак не проявил своих эмоций, хоть Тевин был уверен, что Ауро тоже заметил  это поразительное сходство двух девушек.

— Я сделаю, мастер, — коротко ответил Тевин.

Пауза, показавшаяся Тевину бесконечной.

— Отдельно проверь, кто еще мог знать о Мессане, — бесстрастный голос, ни единого движения верса. — Возможно, эта землянка даст нам, наконец, ключ для вычисления главных причастных.

— Подключу пульсаров, — после паузы, добавил Тевин. — А что по самой девушке? Ликвидировать? Я могу…

— Нет, — резко оборвал его Ауро. — Сделай ей легальные документы, оформи через проверенных посредников. Найди планету поспокойнее в теневом секторе, где действуют программы для переселенцев. Устроишь ее, получишь дальнейшие инструкции. 

— Сделаю, мастер.

Терин ждал новых распоряжений, но их не последовало. Ауро о чем-то размышлял некоторое время, устремив глаза на экран, потом бросил короткий пристальный взгляд на помощника.

— Отлично. Можешь идти, — произнёс Ауро и снова вернул  своё внимание на экран.

Тевин развернулся, вышел, направился по коридору, чувствуя, как избыточное напряжение постепенно отпускает его тело.

Получается, что задача по землянке теперь  самая приоритетная для него, раз других распоряжений не поступило.

Именно незнакомой землянкой Тевин должен заниматься в первую очередь. Без промедления. 

В голове начали привычно выстраиваться графики и  схемы. Логика, где он может узнать, кого подключить, за какие ниточки дернуть, чтобы получить всю информацию и выполнить поручение своего начальника.

Это будет сложной задачей. Он уже чувствовал, что сложнее многих из всех, что ему поручались. Необходимо, как можно тщательнее подойти к планированию и выполнению. В конце концов, его первостепенная задача — постараться максимально прикрыть единственную слабость могущественного Ауро.

В новом месте я очень долго не могла уснуть. Все было непривычно: тишина, разбавляемая только лёгким гулом работы систем корабля, отсутствие охраны под носом, как и других пленниц… чистота и забытый лаконичный комфорт. 

А еще свобода. Да, пусть в пределах этой маленькой комнатки, но я все равно забыла, каково это — самой выбирать время для еды и для сна. 

И ошейник! Его отсутствие наполняло изнутри странной сумасшедшей надеждой. 

Я думала, во мне давно погасли все эти глупые порывы и ожидания. Оказалось, что стоит дать им хоть малейший шанс и крохотную подпитку, они способны снова прорасти и растревожить мои мысли.

Сон не шел поэтому. Я думала, думала… представляла, что-то пыталась анализировать и предугадать. Но как тут поймешь инопланетную логику? Я терялась в вопросах, которых было нескончаемое множество.

Что будет со мной завтра? Как распорядится этот жуткий хард своим выигрышем? Оставит себе? Или передарит кому-нибудь еще? Как же плохо, когда нет никакой информации!

Я и про самих хардов имела очень смутное представление. Знала, что они очень опасны, что их энергетическое воздействие губительно для всех живых существ. 

Про своего нового хозяина тоже весьма мимолетно что-то слышала. Самое главное, что я уяснила — его все боялись.

Я тоже решила не отставать от большинства. Зодиак и вправду производил пугающее впечатление одним своим взглядом. Стоило порадоваться, что я вообще как-то смогла выдержать его давление и не шлепнуться в обморок в его присутствии.

В итоге, я решила воспользоваться открывшимися бонусами и набрала себе разной еды через пищеблок. Обложилась контейнерами и просто объедалась до неприличия, хоть как-то снимая стресс. У Тарка нам выбора не предоставляли. Здесь же хард предложил настоящее раздолье.

Грех не попробовать, пока есть такая возможность. Вдруг завтра меня снова в какой-то каземат упрячут?

От сытости потянуло, наконец, в сон. Я провалилась в него в почти расслабленном состоянии. Давно такого не было. А разбудил меня тонкий писк от входной двери.

Я подскочила, еще не до конца понимая, где я нахожусь. Но вбитые прежним хозяином рефлексы живо подстегнули мое тело занять вертикальное положение. Мой верс сноровисто обернулся вокруг меня. 

Когда смогла сфокусировать взгляд, то увидела, что меня с долей странного удивления внимательно разглядывает незнакомый хард. 

То, что он хард, я как-то сразу догадалась. У него были такие-же искристые радужки, правда совсем темного цвета, и сеточка лавовых трещин вокруг глаз.

Он терпеливо ждал, пока в моем взгляде проснется осознанность, или же просто более тщательно изучал.

Я же боялась что-то спрашивать первой. Так и замерла в напряженной позе напротив него, не зная что ждать от такого поворота. Почему-то в мыслях я уже решила, что раз меня сюда привел этот Зодиак, то именно он за мной и придет.

А теперь, когда мои ожидания не подтвердились, мозг очень сложно и туго пытался подстроиться, выбрать линию поведения, да и вообще просканировать незнакомца по шкале опасности для себя.

Выходило, что опасен, но не так, как тот Зодиак. 

Я поздно спохватилась и опустила глаза. Все же неожиданность немного выбила мой контроль.

— Вита… лина? — с небольшой запинкой произнес, наконец, незнакомый хард. — Землянка, — уже утвердительно добавил он.

Я кивнула. Очевидно, его удовлетворил такой ответ, и он продолжил.

— Садись. У меня для тебя инструкции. Потом сможешь задать вопросы, — удивил меня он.

Я чуть на вдохе не поперхнулась, но послушно присела на краешек кровати. 

Хард же легко прикоснулся к стене, и оттуда выехало удобное сиденье, которое он немедленно занял.

Я сглотнула, когда его темные глаза оказались на уровне моих глаз. Показалось, что он до самого нутра в меня заглянуть хочет, настолько острым и въедливым был этот взгляд.

— Здесь документы на твое новое имя, — удивил он меня во второй раз, аккуратно положив на столик перед собой маленькую карточку овальной формы. — Твое личное имя пришлось немного видоизменить. Теперь ты Виталисса Левин. Гражданка Лоенского содружества. Беженка, переселенка. Твои документы были утрачены, сейчас их восстановили по запросу. 

Мои глаза расширяются от удивления, пока он невозмутимо продолжает:

— Твой статус подтвержден. Доступна программа адаптации, единоразовая выплата для обустройства на планете Третьего пояса, список дополнительных льгот и первичная памятка для переселенца – здесь, — также аккуратно и неторопливо он кладет рядом с карточкой небольшой пластиковый плотный лист.

Небольшая пауза, во время которой он бросает на меня еще один пристальный взгляд, точно скульптор разметки делает, где отсечь лишнее у куска мрамора.

— Далее, вылет завтра. Тебя доставят на планету и дополнительно проинструктируют по вопросам твоего обустройства. Жилье тебе уже выделили в стандартном муниципальном комплексе. Найдешь работу, сможешь переехать. Сотрудники программы адаптации неплохо справляются со своей работой. Через полгода сдашь экзамен и получишь полноценный статус. Это в твоих интересах.

Я лишь неверяще кивнула. Всю его речь я будто в ступоре каком-то находилась. Я точно не сплю? Полное ощущение дурацкого розыгрыша или жестоких глюков. 

Это ведь не может быть реальностью! Точно не может!

— Вы… меня отпускаете? — потрясенно прошептала я, когда хард замолчал и задумчиво взглянул на меня, явно давая мне возможность задать вопрос.

— У тебя плохо налажен чип-переводчик? Или проблемы со слухом? — недовольно поджал он губы.

— Нет, я все услышала и поняла, — торопливо ответила ему.

Пальцы до боли скомкали край одеяла в жестком напряжении и недоверии. Я вскинула на харда глаза с отчаянной надеждой на чудо. Неужели отпускают? И новые документы… Это все еще казалось сном.

— Повтори, как тебя зовут, — потребовал он.

— Вита… лисса, — теперь уже я споткнулась на новом имени. — Виталисса Левин, — уже увереннее произнесла я.

— Хорошо, — удовлетворенно кивнул он. — Завтра получишь новый чип связи. Номер контакта под номером один, имя Горизонт — мой. Запомни, он только для самых кризисных ситуаций. Поняла? Остальные решаешь своими силами, — наградил он меня новым пристальным взглядом. 

Я торопливо закивала. Да в жизни этот проклятый номер не наберу! Лишь бы живой отсюда убраться! Господи, неужели они меня отпустят?

— И самое главное, — жестко заглянул он в мои глаза. — Нигде, никому и никогда ты не говоришь, что ты землянка. Забудь это слово. Если хочешь выжить… — добавляет он серьезно.

Я медленно киваю.

Невозможное все же свершилось. Я стояла у выхода из транспортного шлюза, прямо передо мной вытянулась очередь прибывших на миграционный контроль. В моей потной ладони была зажата карточка-идентификатор. 

Лопатки внезапно обожгло чужим взглядом. Я поспешно развернулась, но в мельтешащей толпе было сложно что-то разобрать.

— Спокойно, — прошептала сама себе. — Вперед, Вита. У тебя новая жизнь...

Центральный сектор Империи. Кабинет императора Дариуса.
— Зодиак договорился со свободными баронами. Наш агент докладывает, что их встреча прошла успешно. Соглашение заключено. Всех деталей сделки он не знает, но уже три корабля теневиков были допущены на территорию баронств и пристыковались к их главной узловой станции в двести четырнадцатом секторе, — голос помощника нигде не дрогнул, однако император знал, что он боится докладывать ему эти новости.

Ни одно событие так не выводило из себя Дариуса, правителя огромной звездной империи, как известия о его главном сопернике за влияние в этой части галактики, Черном Зодиаке, теневом императоре.

И как быстро эти харды смогли оттяпать себе такой здоровый кусок власти? Воспользовались временной слабостью и периодом смуты в империи, когда внутренние конфликты раздирали на части некогда цельное и сильное государство.

И вот результат. 

Империя раскололась. Да, они смогли удержать контроль над самым большим и центральным  ее осколком, но все окраины оказались в раздробленном состоянии безвластия.

Какое-то время там сохранялась анархия. Более сильные грызли слабых, но потом появились они. Харды. Их система давно находилась на грани исчезновения, но эти глупцы упрямо цеплялись за умирающую материнскую планету. 

Были, конечно, и другие причины. Им нигде не были рады особо. Слишком сильная разрушительная энергетика. Да и они не стремились налаживать контакты с кем-либо. Держались в стороне и всех это устраивало.  Но это все касалось времени бывшей империи.

Во время раскола про них подзабыли. А зря. 

Гибель их планеты заставила хардов искать себе новое пристанище. И они разбрелись по окраинным секторам, где все еще шел передел власти. Империя только восстанавливала свои силы и не могла вмешаться, чем харды и воспользовались.

А потом внезапно оказалось, что прежние безвластие и хаос на пограничных секторах сменилось жесткой теневой диктатурой одной расы. Они захватили власть и навели свой порядок совершенно незаметно, но, забрав контроль, вцепились намертво. А потом только расширяли и расширяли свое влияние, пока оно не выросло до их нынешней Теневой империи во главе с самым хитрым и умным его правителем, что он знал — Черным Зодиаком.

Он был тогда совсем молод и неопытен, чтобы бороться с таким серьезным противником. Стояла задача спасти хотя бы то, что осталось. Сохранить трон и растерять остатки хрупкого равновесия во власти. 

Но сейчас Зодиак переходит все мыслимые границы. Ему уже мало своих территорий, теперь он пытается захватить часть его империи. А этого он терпеть не станет.

Хватает уже того, что теневики проникли внутрь и контролируют весь подпольный бизнес на территории независимых территорий, а теперь и  части секторов в самой империи. 

— Прогнозы? — холодно уточнил он у своего помощника.

Ксавьер Раус служил у него уже больше десяти лет и всегда идеально справлялся со своими обязанностями. Но Дариус предпочитал держать того в тонусе и не слишком баловал похвалой. 

Вот и сейчас доклад был максимально полным и подробным, в тех условиях в каких добывались все эти сведения.

А у хардов вообще очень сложно что-либо было добыть. Чудо, что его служба безопасности смогла внедрить к ним агента. Вернее не внедрить, а перекупить. Важнее было то, что они теперь получали информацию из первых рук  и могли реагировать должным образом и планировать свою операцию  по устранению Теневого императора, но для этого необходимо было выяснить всего один вопрос.

Как одолеть могущественного харда, у которого нет ни одной слабости?

Точнее сейчас нет. А ведь у них был шанс в тот единственный раз, когда Ауро допустил ошибку. Крохотную ошибку, которая могла бы его уничтожить, но они недооценили его силы. Он смог вывернуться, выжил, а потом устроил тотальную чистку в своем окружении. 

Именно тогда они потеряли наработанные годами связи. Целую агентурную сеть, которую выстраивали несколько лет. Нужно было восстанавливать все с нуля. 

Больше шансов Зодиак им не предоставлял. И сейчас  в тысячу раз сложнее будет к нему подобраться.

Тупик, в который они постоянно упираются все эти годы.

Он хмуро дослушал доклад Ксавьера и попросил вызвать к нему начальника СБ. 

Тот явился спустя полчаса. Дариус не стал медлить.

— Есть возможность увеличить количество агентов в окружении Зодиака? — прямо спросил он.

— Сейчас я не вижу таких возможностей, — честно ответил ему глава безопасности. — Если мы начнем активно работать в этом направлении теневики могут что-то заподозрить. Не хотелось бы терять нашего единственного агента из-за подобной торопливости.

Император задумчиво побарабанил пальцами  по столешнице.

— Ты прав. Тогда попробуем действовать не вглубь, а вокруг. Увеличьте зону охвата и количество агентов в пограничных сферах с Зодиаком. Пусть сеть будет максимально плотной. Любая информация должна быть немедленно обработана и добавлена в общий архив по теневому императору. Любые слухи о нем и его ближайшем окружении. О всех, с кем он так или иначе пересекается и взаимодействует. У его помощника есть семья. Займитесь ими. Но найдите его уязвимое место, — он в упор посмотрел на своего подчиненного.

— У каждого есть слабые места. У Зодиака они тоже должны быть. Хотя бы одно.

— Может воспользоваться прошлой схемой? Тогда она сработала удачно.

— Вот именно, Раген. Тогда. Зодиак больше не допустит подобной ошибки. Ищите новые точки. Свободен.

Спустя еще час император задумчиво смотрел на макет звездной карты прежней империи и отмеченную часть новой. Жалкие остатки былого могущества. Досада скривила его красивые губы. А потом он зло оскалился.

Что ж, Ауро, он готов к новому противостоянию. Вырос и набрался опыта. Пора показать этим зарвавшимся хардам, кто хозяин в Аралкане.

8 месяцев спустя.

Оказалось, что для меня самым легким стало не нарушить данное себе слово, точнее не использовать данные мне контакты ни при каких условиях. Я бы даже и сам чип связи выбросила куда подальше, но он был вживлен в куда-то в мою голову, и просто так от него отказаться было нельзя.

Удивительно, что этот факт лишь подстегивал меня рассчитывать только на свои силы. 

Я не буду больше ни от кого зависеть. Это я решила еще в той очереди на миграционном контроле. 

Мне дали шанс, и я буду зубами цепляться, чтобы обрести настоящую свободу. Свободу и независимость от всех.

Первое время мне постоянно казалось, что за мной придут и вернут туда, откуда выпустили. Скажут, что все это ошибка и снова запрут, а потом заставят отрабатывать все траты.

Но время шло и никто не приходил. 

Я прошла курс адаптации. Мои документы тоже ни у кого не вызвали подозрений. У меня был железный стимул, и поэтому я даже экзамен сдала, значительно опередив остальных участников. 

Мне просто хотелось уже оказаться где-то в другом месте от казарменных стен и коридоров. Хотелось самой распределять свой график жизни. Самой решать, где жить, что есть и куда пойти. 

В центре для переселенцев всего этого нам не разрешалось. Свобода была, но очень ограниченная. За пределы Центра можно было выбраться только по специальному разрешению. А чтобы его получить, нужно было отправить заявление за неделю до предполагаемой прогулки. 

Конечно, после всех тех ужасов взаперти у контрабандистов и Тарка, мне грех было на что-то жаловаться.

Но вот парадокс. Эта свобода с некоторыми ограничениями воспринималась намного хуже, чем ее полное отсутствие. 

Мне осточертела столовая с ограниченным списком блюд. Мне опротивело, что мои выходы из комнаты были запрограммированы и каждый подотчетен. Все мои прогулки ограничивались несколькими коридорами и небольшим парком возле жилого комплекса. Я там каждую дорожку уже до сантиметра изучила. 

Все время казалось, что я под каким-то колпаком нахожусь. Как мотылек в банке. И мне вырваться нужно. Иначе скоро воздух закончится, и я просто погибну. 

Именно поэтому я до посинения зубрила и зубрила все эти правила поведения, бытовой этикет и законы нового мира. Язык мне подгрузили в новую модель чипа. Остальное пришлось самой.

А когда пошли тесты на профориентирование, то тут я конкретно воспряла духом. Я увидела цель. И я поняла, что она достижима. Это придало дополнительные силы, и у меня открылось второе дыхание. 

Я поняла в какой сфере хочу здесь работать. Близкое мне по духу и по моим прежним увлечениям. Моё… 

И я даже без всяких колебаний записалась на дополнительные курсы с дополнительным набором специализированных экзаменов по истории и культурологии Империи Аралкана и центральных рас, которые входили в эту империю. 

Я методично загружала в себя новые знания и новый культурный код этого мира. Я хотела снова дышать атмосферой искусства и культурных ценностей. Пусть они будут не земные, но так даже в тысячу раз интереснее.

Мой куратор тогда покачал головой и скептически поджал губы. 

— Вы уверены в своем выборе? В классификаторе по данной специальности стоит высший уровень допуска. Его даже для полных граждан сложно добиться. А вам придется набирать максимальный балл, чтобы вас приняли.

— Я уверена, — недрогнувшим голосом ответила я.

И я это сделала. Совершила невозможное в глазах всех этих чиновников, которые не видели, наверно, на что способны очень сильно замотивированные землянки.

Я сдала экзамен на максимальный балл. И меня взяли младшим сотрудником в местный филиал императорского культурного центра, так здесь называли учреждения схожие по своим функциям с нашими музеями. 

Меня взяли на испытательный срок. И его я успешно прошла! 

В итоге, к концу восьмого месяца моего пребывания на этой планете, я получила максимально возможный статус для переселенки. 

А ещё официальную работу с хорошей зарплатой и дополнительным бонусом.

Даже было право подать через пять лет запрос на полное гражданство. Это будут уже совсем другие условия от работодателей и другая зарплата. Все же и тут действовали свои льготы и дотации для местных. 

Но я не жаловалась. Воздух обретенной свободы пьянил. Новая работа захватила все мое внимание и сулила невиданные горизонты открытий.

В эти дни первой самой яркой эйфории я почти не вспоминала темные извилистые пути, что привели меня сюда. Не вспоминала и хардов. Вернее одного единственного харда, который очень часто снился мне за эти несколько месяцев беспробудной, изматывающей учебы. 

Наверно, я просто сама постоянно находилась в диком напряжении, что в моем сознании раз за разом всплывала его монументальная темная фигура в версе, и его жуткие светящиеся потусторонним темным огнем глаза напротив моих. 

Так я и просыпалась каждый раз с бешено колотящимся сердцем и вся в холодной испарине. Приходилось включать свет и убеждать себя в том, что здесь никого нет. Меня отпустили. Правда я сама не знаю причин, которые побудили Зодиака это сделать.

А может причиной моих снов было то, что про него и сюда долетали новости, как я не пыталась отгородиться от них. 

Черный Зодиак был влиятельной фигурой этой мира. Серый кардинал, хотя титул теневой император ему подходил больше. Я цепляла обрывки сообщений про очередное столкновение теневиков и официальной власти.

И до сих пор во мне поднималась дрожь при одном лишь упоминании об хардах. Я боялась. Боялась, что все мои усилия в итоге окажутся напрасными, что точно также как меня устроили, они заберут меня обратно.

Я не верила в благородство криминала. Достаточно насмотрелась на Земле подобных типажей. Зодиак не просто так отпустил меня. Не мог он это сделать без своей выгоды. Просто я не знаю всех его мотивов.

И от этого становилось еще страшнее. Зачем вкладываться и помогать своей живой игрушке, которую выиграл у другого криминального дельца?

Я старательно гнала эти мысли от себя, но нет-нет да и всплывали эти страхи и сомнения.

Сколько мне отвели свободы и есть ли она вообще для меня?

Вот что меня заботило, когда моя эйфория немного утихла. Во время нахождения в Миграционном центре у меня не было возможности подумать, а сейчас я обкатывала и обкатывала эти мысли и находила новые причины для тревоги.

Я теперь жила одна. Снимала небольшую квартиру неподалеку от работы. Мне нравился район. Нравилось ощущение уюта, которое я создала в своем новом жилище. Но это уютное чувство постоянно нарушалось.

Появилось отчётливое чувство слежки. 

Я могла ощутить чужой взгляд внезапно. И это было не простое совпадение или случайно соскользнувший интерес прохожего. 

Успокаивала себя, но проявившиеся странности продолжались. И я не могла больше игнорировать их, как и списывать на манию преследования.

Я никогда не видела самих наблюдателей, но вот некоторые события все же выбивались из привычного ритма моей жизни.

Нет. За мной точно следили. Следили качественно. 
А пока Виталина теряется в догадках, предлагаю заглянуть в одну горячую интригующую новинку.

Я осиротевшая наследница графа. Моя судьба давно расписана и решена. Послезавтра у меня дебютный бал, где мне подберут достойного мужа. Но я и подумать не могла, что у меня откроется редчайший дар, а проснувшаяся магия перенесет меня в объятия могущественного и сурового генерала... обнаженной!