Эхо Сантьерры

События книги немного перекликаются с историей, рассказанной в «Солнце Сантьерры», но это самостоятельная повесть.

Все географические названия вымышлены автором.

Глава 1

Меня зовут Гай Юлий Цезарь Рицци, и я неудачник, в отличие от римского императора. Рицци — моя фамилия, а все остальное, как вы понимаете, имя. Так назвали меня мать, когда родила меня за миллионы миль от Земли на борту крейсера «Джорджия», где они с отцом вместе служили. Вернувшись в отпуск на Землю, они отдали меня бабушке Эве, а сами решили заключить контракт еще на пять лет. Через полгода на «Джорджии» произошел взрыв, и весь экипаж погиб. Я совсем не помню своих родителей, мне был год, когда меня оставили у бабушки, но всегда слушал рассказы о них с огромным интересом. Они казались мне героями, идеалом, на который надо равняться.

Я вырос в Оуквилле (1), сонном маленьком городке. Единственной достопримечательностью Оуквилла был музей Колонизации. Я знал там каждую голограмму и трехмерную инсталляцию, рассказывающие об основных этапах освоения планет.

Я мог часами стоять возле инсталляций, изображавших флору и фауну на далеких планетах. Гигантские разноцветные насекомые, змееподобные существа немыслимых раскрасок. Фосфоресцирующие растения, лианы с острыми шипами на концах, напоминающие маленькие кинжалы. Похожие на больших скатов животные с лапами-присосками, летающие неуклюжие создания, выделяющие кислоту, способную разъедать металл.

В прозрачном кубе в небольшом зале всегда копошился клубок серо-лиловых змей. Это были ядовитые подземные черви, которые дышали ядовитым паром, оседавшим мелкими голубыми капельками на поверхности. Эти твари жили в почве и изредка выползали в темноте только для размножения, поэтому их не обнаружили вовремя. От их яда погибли первые поселения людей на Т-462.

Напротив в другом кубе бился головой о толстое стекло восьмилапый синий ришт, напоминавший паука, если бы не серые глаза, похожие на человечьи. От этого ришт казался разумным существом, но это было не так.

Я знал там каждый экспонат, потому что ходил туда каждую неделю, пока учился в школе. Я мечтал стать пилотом, как мой отец, или хотя бы врачом, как моя мама. Мне хотелось самому повидать бескрайние просторы Вселенной. А еще мне хотелось уехать навсегда из тихого Оуквилла. Бабушка Эва в детстве спрашивала меня, кем я хочу быть, и я всегда отвечал, что хочу летать на звездолетах, как мама с папой. Но бабушка только хмурилась и говорила, что ничем хорошим у моих родителей это не закончилось, не считая того, что они успели родить меня.

У бабушки была своя пиццерия в Оуквилле, там делали настоящую пиццу по старым рецептам, не синтетическую дрянь с синтетическим сыром из водорослей, которую надо было размораживать, а тонкие ароматные лепешки с настоящими томатами и настоящим сыром с хрустящими краешками. Я помогал ей, потому что бабушка Эва заботилась обо мне.

Мне иногда казалось, что я весь пропах пиццей, поэтому всегда принимал душ и переодевался, прежде чем идти в школу или бежать играть с мальчишками в эйтболл (2). А теперь я все бы отдал за кусочек этой пиццы. Но обо всем по порядку.

Свое имя я тихо ненавидел. Когда бабушка была мной недовольна, она прищуривалась, поджимала губы и говорила:

— Гай Юлий Цезарь!

И мне становился нестерпимо стыдно.

Друзья меня звали Гаем, я привык к этому имени со школы. От матери мне достались темные вьющиеся волосы и карие глаза, а от отца высокий рост.

Еще в старших классах я мечтал попасть учиться в Космическую Академию. На Земле было несколько таких Академий. Об элитных я даже не мечтал, потому что обучение там было очень дорогим, и моя бабушка не потянула бы. Там в основном учились дети элиты.

Но так как мои родители погибли, находясь на службе Космической Корпорации, у меня был шанс поступить на бесплатное обучение в менее престижное учебное заведение, только для этого надо было отлично сдать экзамены и пройти собеседование.

Два последних года я усердно зубрил школьные учебники, прочитал кучу материала дополнительно про космические перелёты и Колонизацию.

Колонизацией земляне стали заниматься почти восемьсот лет назад. Перенаселение планеты, войны за истощенные природные ресурсы заставляли человечество искать новые возможности.

С развитием технологий и открытием возможности пространственных гиперпрыжков огромные расстояния стало возможным преодолевать за несколько месяцев.

Корабли-разведчики сновали по Вселенной, искали планеты, пригодные для жизни, рассылали зонды для взятия проб почвы, воды и воздуха с десятков тысяч планет. Данные передавались на огромный компьютер Колониальной Корпорации. Затем на подходящих планетах проводили трансформацию — создавали условия, чтобы можно было высадить первых колонистов. Изучали флору и фауну, уничтожали виды, которые могли бы навредить человеку. Обычно выбирался небольшой участок планеты, с которого и начиналась колонизация. Дальше расширение освоенной территории планеты зависело от усилий колонистов и от перспективной пользы этой планеты для Земли.

Одни планеты осваивали для того, чтобы можно было вести добычу ценных ресурсов — минералов и редких металлов. Там в основном жили геологи, разведчики, техники, рабочие. Были колонии, где выращивали продовольствие. На планете-океане Рему-7 вылавливали существ, похожих на гигантских медуз. По вкусу и составу они напоминали мясо и очень ценились на Земле.

Обычно планетам давали названия после нескольких лет успешной колонизации. Если были неудачи, то эксперимент так и оставался под номером, который присваивался Колониальной Корпорацией.

В колонизации были несомненные успехи — цветущие поселения на Гейе, Артенне-6, Лайосе (названия земных колоний на других планетах – примечание автора). Богатые люди с Земли покупали там дома, ездили на отдых любоваться экзотической природой и охотиться. Считалось особым шиком держать дома инопланетное животное или растение.

Но случались и трагедии. Несколько раз звездолеты, вернувшиеся на Землю, приносили с собой неведомые вирусы. От самого страшного из них почти триста лет назад умерли миллиарды людей

Большая колония на Артенне-3 погибла от ядерного взрыва. На Гастре-22 обнаружили мелких насекомых, укус которых вызывал у человека сильнейшие эпилептические припадки и часто приводил впоследствии к полной амнезии.

Иногда пропадали звездолеты на бескрайних просторах Вселенной. Предполагалось, что причиной этого могли быть ошибки в расчетах траектории пространственных гиперпрыжков.

Переселение в обжитые уголки других планет несло большие риски для людей, но всегда находились желающие. Те, кто верил, что им повезет в новых мирах, и те, кого ничто не держало на Земле. Отчаявшиеся и полные надежд, одиночки и семейные, они приходили в центры Колониальной Корпорации. Там решалась их судьба. Не всегда было достаточно заплатить за перелет, надо было быть еще здоровым, чтобы перенести гиперпрыжки. Либо иметь профессию, необходимую для колонии. Многие люди улетали, надеясь вернуться на Землю, но обычно это была поездка в один конец (об этом музее упоминается в моей книге «Солнце Сантьерры»).

Тогда мне казалось, что я знаю о Колонизации и космосе все, ну или почти все.

1 Оуквилл - небольшой вымышленный город

2 - эйтболл -футбол будущего, вкоманде играют восемь человек

Глава 2

Не скажу, что учеба в школе давалась мне легко, но я брал упорством. Иногда до утра сидел над уроками, всегда выкладывался на максимум.

Среднюю школу в Оуквилле я закончил с отличными отметками. Бабушка Эва громко всхлипывала, когда мне вручали школьный аттестат в позолоченой рамке с высшими баллами, а я стеснялся. Наверно, потому, что у других одноклассников на вручение аттестата пришли нарядные родители, а у меня только старая бабушка Эва в скромном сером платье с большой брошью из цветного стекла. В честь моего окончания школы в пиццерии в этот день бесплатно угощали пиццей.

Теперь я понимаю, что был дураком. Нельзя стесняться тех, кто тебя искренне любит. Возможно, никто больше так не будет меня любить, как бабушка Эва.

Естественно, что сразу после школы я решил подать документы в Космическую Академию в Малтчестере, за двести миль от моего родного Оуквилла. Рейтинг этой Академии был невысоким по сравнению с элитными учебными заведениями, а вот плата за обучение очень даже высокой. Было несколько бюджетных мест, на которые я очень рассчитывал, но на эти места конкурс был огромный. Многие родители мечтали, чтобы их сын или дочь получили диплом Академии, это гарантировало работу в одной из Корпораций и открывало большие перспективы. Население Земли ежегодно увеличивалось, и даже три страшных эпидемии, которые пережили люди за два последних века, мало повлияли на растущую численность землян. Получить хорошую работу без связей и рекомендаций влиятельных чиновников было трудно, но диплом Академии давал человеку хороший шанс в жизни.

Вступительные экзамены в Академию я сдал с высокими баллами.

На собеседование меня спрашивали несколько людей в форме Космической Корпорации, почему я решил у них учиться, кто мои родители, откуда я родом.

Седой мужчина в форме полковника что-то пометил в своем планшете, и я отправился заполнять психологические тесты.

Собеседование и тесты я прошел неплохо, как мне казалось, и теперь с нетерпением ждал результатов зачисления.

Вместе со мной в Академию поступало несколько человек из нашего класса, в том числе Фрэнк Липски. Его отец владел крупной строительной компанией, а дядя был какой-то шишкой в Колониальной Корпорации. Липски был заносчивым и самовлюбленным говнюком, мы тусили в разных компаниях. Учился он плохо, иногда попадал в какие-то сомнительные истории с ночными драками и даже с эксом (синтетический наркотик), но деньги его папаши делали свое дело, все истории заминались, и Фрэнк как ни в чем не бывало продолжал свой образ жизни с бесконечными вечеринками, ночными гонками и драками. Пару раз в средних классах мы подрались в школьном дворе, а теперь я старался его избегать, потому что он водился с мутными типами. Год назад наш одноклассник Кит Джоунс случайно поцарапал крутую машину Фрэнка, а на следующий день кто-то сломал Киту обе руки. При этом Кит отвечал на все вопросы полиции, что он ничего не видел, никого не сможет опознать и ничего не помнит. Короче, Фрэнку все сошло тогда с рук.

На оглашение результатов собралась большая толпа. Конечно, потом всю информацию о поступивших можно было бы прочитать на сайте Академии, но мне казалось, что так будет надежнее.

Сотни людей заполнили большой зал Академии, ожидая результатов.

— Привет, Гай Юлий Цезарь! — насмешливо окликнул меня Фрэнк Липски. Он обнимал за талию белокурую размалеванную девицу в красном брючном костюме. Она училась в параллельном классе.

Фрэнк в насмешку всегда звал меня полным именем, меня это жутко бесило, но что делать, это все же мое настоящее имя. Несколько человек уже обернулось на нас с любопытством.

— Привет, — сдержанно ответил я.

Заметил, что неподалеку от Фрэнка его родители – папаша, вечно напыщенный, и мать, в бриллиантах и белой меховой накидке, несмотря на летний день. Наверно, у богатых так принято. Старшие Липски о чем-то разговаривали с пожилым мужчиной в форме генерала Космической Корпорации.

— Чего, Рицци, надеешься поступить? — спросил Фрэнк, толкнув меня плечом.

— А зачем я здесь, по-твоему?

— Можешь не надеяться, тебя все равно не возьмут на бесплатное обучение. Будешь продолжать вместе со своей бабусей стряпать пиццу с колбасой, — он насмешливо фыркнул. Девица в красном тоже хихикнула.

— Впрочем, могу попросить отца, чтобы взял тебя на стройку подсобным рабочим, — продолжил Фрэнк. —Всегда надо кому-то подавать кирпичи, если техника поломается.

Наверно, надо было ему что-то ответить, но в это время к Фрэнку подошли родители.

— Генерал Ламберт, а это наш сын Фрэнк! — проворковала его мать, выразительно поглядев на блондинку. Та с явной неохотой отцепилась от Фрэнка и отошла в сторонку.

В это время в зал вошел важный высокий мужчины с седыми висками в форме полковника Космической Корпорации. Его сопровождало несколько человек, тоже в форме. Они поднялись на небольшое возвышение в глубине зала.

Я услышал, как кто-то прошептал:

— Это ректор.

Полковник прокашлялся и заговорил:

— Я ректор Малтчестерской Академии, полковник Макгрегор. Сегодня мы объявим результаты вступительных экзаменов. Он кивнул своему помощнику, и тот начал с планшета громко зачитывать списки тех, кто зачислен на платное обучение. После каждой фамилии помощник делал небольшую паузу, и раздавались негромкие аплодисменты. Наверно, это радовались те, кто пришел сегодня вместе с будущим курсантом — родные, друзья. Я пришел один, бабушка неважно себя чувствовала, и я обещал ей сразу же сообщить результаты.

Полторы сотни незнакомых фамилий наконец закончились.

Я с нетерпением ждал, когда назовут пять человек, которых зачислили на бесплатное обучение.

Слово взял полковник Макгрегор.

Он заглянул в лист, который держал в руках, и заговорил:

— Дамы и господа, разрешите объявить имена самых достойных из тех, кто зачислен в этом году на бесплатное обучение в нашу Академию.

Попрошу их выйти сюда ко мне.

— Аманда Саммер, — зал взорвался аплодисментами, и на сцену вышла темнокожая девушка я яркими разноцветными прядками в короткой прическе.

— Пол Дюбуа, —худой рыжий парень поспешил занять свое место.

— Карл Янг, — широкоплечий рослый юноша уверенно прошел на сцену.

— Мелани Честер, — темноволосая миниатюрная девушка взвизгнула от избытка чувств и побежала вперед.

— Фрэнк Липски, — и Фрэнк вразвалочку пошел через зал, раздавая на ходу свои фирменные улыбки.

Мое сердце словно замерло, а потом забилось, как будто я пробежал стометровку. Я был уверен, что неспроста здесь появился генерал Космической Корпорации вместе с родителями Фрэнка.

Вот и все. Наверно, мне нужно сейчас сообщить бабушке Эве, она ведь ждет результат. Но рука не поднималась включить браслет связи.

Все пять человек стояли, улыбаясь. Кто-то смущенно улыбался, не привыкнув находиться в центре внимания, кто-то кивал своим близким в зале.

Фрэнк тоже помахал рукой в нашу сторону.

Громко аплодировали родителя Фрэнка, миссис Липски утирала даже платочком глаза.

Ни за что не поверю, что у него баллы выше, чему меня. Наверняка его папаша подсуетился, и главное зачем, наверняка у их семьи были деньги, чтобы заплатить за обучение. Просто, наверно, решили выпендриться перед своим окружением.

Наверно, надо будет вернуться в Оуквилл. Буду год работать. Помогать бабушке, а потом попробую на следующий год поступить снова. Я нарисовал себе картину, как я стою возле большой электрической печи, вынимая пиццу за пиццей, а по вечерам снова читаю учебники. Жизнь не закончилась, но настроение упало ниже плинтуса.

В это время ректор прокашлялся и четким военным голосом сказал:

— Дамы и господа! Я поздравляю всех новых курсантов Академии. Мы решили сделать в этом году одно небольшое исключение. На бесплатное обучение в Академию будет принят еще один курсант, родители которого погибли на крейсере «Джорджия». Это Гай Юлий Цезарь Рицци!

Глава 3

Я ошеломленно стоял, в ушах еще звучали слова ректора, которые потонули в аплодисментах. В голове ураганом пронеслась куча мыслей. Хорошо, что я не успел еще сообщить бабушке. Мне несказанно повезло, моя мечта стать курсантом Академии осуществилась!

Я прошел вперед и встал в ряду с пятью счастливчиками рядом с темнокожей девушкой, кажется, ее звали Амандой. Успел перехватить презрительный взгляд Фрэнка, но теперь мне было не до него.

Бабушка Эва плакала, когда я сообщил ей о том, что поступил.

Когда я приехал домой, чтобы взять с собой немного вещей, она мне сказала:

— Гай, твои родители так гордились бы тобой сейчас!

Началась учеба. Три года в Академии пролетели очень быстро. Учеба, спортивные тренировки, работа на тренажерах-симуляторах, которые имитировали различные ситуации, которые могли произойти в полете – разгерметизация, метеоритный дождь, необходимость резкой смены курса корабля, расчеты вероятностей, подготовка к гиперпрыжку, срочный ремонт корабля и многое-многое другое. Впрочем, к самому главному испытанию они меня не подготовили, но об этом позже.

Учиться мне нравилось, и я рассчитывал на высокие баллы в дипломе, которые дали бы возможность получить хорошее место службы. Мы уже разослали свои предварительные резюме в Космическую и Торговую Корпорации.

А за месяц до выпускных экзаменов я подрался с Фрэнком Липски из-за Клары Сантос.

Клара была самой красивой девушкой из всех, которых я видел когда-то.

Я сразу в нее влюбился, как только увидел. Темные глаза, густые ресницы, волосы, блестящие как черный шелк. Она училась с нами на медицинском факультете и не обращала внимания на парней, сосредоточившись на учебе. Клара была очень серьезной и редко улыбалась. Она была из семьи колонистов. Ее отец случайно нашел на своем участке золотые самородки, быстро разбогател и отправил дочь на Землю в Академию.

Да, кому-то в колониях сказочно везет.

На втором курсе Клара обратила внимание на меня на матче по эйтболлу, когда я получил растяжение. Она была назначена медиком на эту игру и оказывала мне помощь, накладывала лед и бинтовала ногу. А потом спросила на следующий день, как я себя чувствую. Постепенно мы сблизились, хотя учеба отнимала много времени. Строили планы на будущее, на каникулы приезжали в Оуквилл.

Клара Сантос. Это имя звучало для меня как музыка. Она смеялась над моим именем, но потом призналась, что ее полное имя Клара-Лючия-Берта-Розамунда-Максимилиана Сантос. Ее родители тоже не поскупились на количество имен.

До сих пор вижу ее сияющие карие глаза, белозубую улыбку.

Бабушка Эва сказала, что в Кларе, возможно, тоже итальянская кровь, поэтому нас друг к другу потянуло.

Наверно, если бы можно было вернуть время назад, я все равно сломал бы Фрэнку нос и пару ребер за ту грязь, которую он сказал о моей девушке. Не буду даже это повторять, чтобы не запачкать ее имя.

Ни о чем не жалею. Хорошо, что бабушка до этого не дожила, она умерла в прошлом году от сердечного приступа. Незадолго перед смертью она продала свою пиццерию, но эта сумма не окупила бы моих расходов сейчас.

Я стоял навытяжку перед полковником Макгрегором, а он орал на меня так, что тряслись на полках многочисленные кубки, полученные курсантами Академии на различных соревнованиях. Пара из них была завоевана и благодаря мне, я был в команде Академии по эйтболлу, и точно знаю, что Макгрегор ходил смотреть все наши матчи.

Сейчас он продолжал кричать на меня:

— Курсант Рицци! Как вы посмели ввязаться в драку! Вы опозорили Академию! Родители курсанта Липски подали жалобу, и теперь предстоит серьезная служебная проверка! Вы сломали нос и два ребра курсанту Липски, и теперь ему вместо выпускных экзаменов необходимо лечится в госпитале! Чем вы только думали!

Он орал на меня, а я, стоя навытяжку, думал о том, что еще раз бы повторил это все из –за Клары.

Выпив стакан воды, полковник Макгрегор немного помедлил и сказал:

— Рицци, я должен отчислись тебя из Академии, несмотря на отличные оценки и прекрасные отзывы многих преподавателей. Но я служил с твоими родителями. Гай, я должен был тоже лететь на «Джорджии», но у меня должна была тогда со дня на день родить жена, и я подал рапорт о переводе на другой крейсер, «Самару». Я должен был двадцать лет назад погибнуть вместе с твоими родителями, но остался жив. Поэтому я дам тебе шанс. Все твои оценки в дипломе будут минимальными. Ты не получишь звание лейтенанта Космической Корпорации и диплом Академии. Мы выдадим тебе просто сертификат младшего пилота, с которым, возможно, сможешь найти место на каком-нибудь судне Торговой Корпорации.

— Я сказал, возможно! – рявкнул он, увидев, как загорелись мои глаза.

— Сертификат младшего пилота это не диплом лейтенанта Космической Корпорации, но все же это шанс. Не ранее чем через три года, курсант Рицци, вы сможете повторно сдать экзамены в нашей Академии и получить вместо сертификата настоящий диплом и звание лейтенанта. Для этого вы должны будете оплатить последний курс обучения в Академии, сдать повторно выпускные экзамены и предъявить документы о двухлетней практике полетов в качестве младшего пилота. Это все, что я могу для вас сделать из уважения к памяти ваших родителей. Многие люди всю жизнь летают с сертификатами младшего пилота. Это не так престижно, но это лучше, чем годами ждать работы и получать минимальное пособие по безработице.

Я вытянулся, отдал честь и вышел из кабинета полковника Макгрегора.

Глава 4

И вот пришел день выпуска из Академии.

Мои однокурсники получили золотые значки Академии, одели новенькие формы лейтенантов Космической Корпорации и отправились отмечать окончание учебы в бар. Меня тоже звали, многие ребята ко мне хорошо относились, не считая пары человек, которые входили в окружение Фрэнка Липски. Он и здесь сумел окружить себя шестерками.

Естественно, я не пошел с ними, не хотел портить себе настроение, хотя оно и так упало ниже плинтуса. С нашего потока еще два человека получили сертификат вместо диплома – Бен Уилби который не смог сдать экзамен по навигации с четвертого раза, и Шейла Ли, родители которой уже подыскали ей теплое местечко в своем семейном бизнесе.

Липски , в новом мундире лейтенанта, держал под руку эффектную длинноногую блондинку. Кажется, вокруг него всегда крутились девицы с типичной кукольной внешностью.

Его родители прибыли на вручение дипломов.

Мать Фрэнка сияла, она презрительно кривила губы, заметив меня.

— Мерзавец! — прошипела она. Ты искалечил моего сына!

На самом деле нос Фрэнку уже починили, зуб вставили, и он теперь сиял белоснежной улыбкой, в отличие от меня.

Мне улыбаться совсем не хотелось. Я еле дождался своей минуты позора, когда ректор вручил мне сертификат младшего пилота.

Двери Академии закрылись за мной.

Жаль, конечно, что так все получилось. А то бы сегодня отмечал свой лейтенантский мундир вместе с однокурсниками.

— Давай, Гай, удачи тебе! — хлопнул меня по плечу Марк Эклз. Хороший парень, тоже, как и Клара, прибыл учиться на Землю из далекой колонии.

— Пойдем сегодня отмечать, давай со мной, — сказала Клара.

Она сегодня выглядела просто потрясающе – темные блестящие волосы, сияющие глаза. Настоящая красавица, а уж в форме лейтенанта смотрелась как живая реклама «Поступайте в Космическую Академию».

— Нет настроения, — буркнул я.

— Наплевать на этого Липски!

— Как знаешь, — пожала она плечами и пошла догонять гомонящих однокурсников. Они настроились веселиться всю ночь.

Многие из них, в том числе и Клара, уже получили назначение на корабли разных Корпораций. Клара должна была улетать врачом через две недели на новом крейсере Военной Корпорации «Медея».

Я пошел ее провожать, но мне было неловко. Получалось, у нее исполняется мечта, она вот-вот умчится в бескрайние просторы космоса, а я остаюсь где-то на обочине жизни. Мы говорили какие-то общие слова, договорились обмениваться видеосообщениями, хотя они часто приходили с запозданием из-за гиперпрыжков звездолетов и огромных расстояний. Я пообещал тогда Кларе, что обязательно пересдам экзамены, получу диплом лейтенанта и тогда мы сможем служить вместе. Больше я пока ничего не мог ей предложить.

Она поцеловала меня в щеку, кивнула и отправилась к своему звездолету, а я остался на космодроме, по которому, как в огромном муравейнике, сновали люди, машины с грузами и роботы-погрузчики.

Денег, доставшихся мне от бабушки, было не так много. Я снял себе самую дешевую квартирку неподалеку от космопорта и разослал свое резюме по всем адресам фирм и Корпораций, где мог бы понадобиться младший пилот.

Каждый час я проверял свою почту, но за неделю пришло всего два сообщения. В одном вежливо сообщали, что в моих услугах не нуждаются. Во втором говорилось, что некий мистер Варгос хотел бы побеседовать со мной по поводу работы.

Я сразу примчался в его маленький грязноватый офис.

Мистер Варгос рисовал мне радужные перспективы и предлагал отправиться вместе с партией рабочих добывать минералы в одной из далеких колоний. Всего за пять лет, как он уверял, я стану богатым человеком.

Я учился в Академии и знал, что на шахтах в той колонии, куда он меня зазывал, часто случаются аварии и бывают выбросы ядовитых паров, которые разъедают защитные костюмы и маски.

Если бы я остался жив, то в лучшем случае стал бы инвалидом через пять лет с отравленными легкими и пятнистой кожей от химических ожогов.

Я не совсем вежливо распрощался с мистером Варгосом. Конечно, он еще тот пройдоха и наверняка завербует партию рабочих. Но он подал мне мысль, что можно улететь в другие колонии на заработки. Я даже сходил на собеседование в бюро Колониальной Корпорации, и мне предложили несколько аналогичных вариантов с десятилетним контрактом. Это было не то, что мне нужно, но как крайний вариант это был выход. Я был молод и здоров, одинок, — идеальные качества для того, чтобы улететь с Земли на заработки в далекие колонии. Но это означало поставить крест на моей мечте. Вернее, тогда еще у меня было две цели — получить диплом и служить на крейсере вместе с Кларой.

Я еще не был готов отказаться от этого и активно продолжал поиски работы.