Экзамен для волка

Кутаясь в пальтишко не по сезону, девушка стояла на остановке и ждала автобуса уже минут двадцать. Она безбожно опаздывала. Катя Лаптева недавно окончила пединститут и ей выпало «счастье» трудиться в той же школе, где она сама училась в старших классах. В средней школе номер один замшелого посёлка Хмельной молодую учительницу не просто не любили, её там ненавидели.

Швабра-завуч никак не может забыть, что отчим Кати выбрал её мать, а не сию прекраснейшую в кавычках мадам, ну а директриса та ещё мегера. Свезло Катюше, в общем, по полной программе. И наверное Швабра Михайловна не поверит как ей на самом деле повезло, что судьба отвела от неё гнилого человека. Впрочем, возможно, они стали бы идеальной парой. Но не станут уже никогда.

Итак, Лаптева, не дождавшись автобуса догадалась, что он сломался где-то в пути. А это значит, опоздает она не безбожно, а катастрофически! Спевшиеся Зита и Гита прикончат её орами, заставят писать объяснительную и ещё оштрафуют в придачу за срыв урока. День заранее удался!

Катя шлёпала по тающему льду, который трещал прямо под подошвами её прохудившихся сапожек, которые она надеялась доносить ещё сезон, но, видимо, не судьба. Попутного транспорта не было, да и тормозить бы она не стала. Добрых людей в посёлке Хмельной днём с огнём не сыщешь.

Спустя сорок минут пешего ходу, девушка добралась до серого здания. Она остановилась и совсем не спешила туда войти. Перед смертью не надышишься, но Лаптева упрямо пыталась набрать в лёгкие побольше холодного воздуха.

— Екатерина! Да вы, я смотрю, всякую совесть потеряли? Ты, глянь, Борисовна, они-с гуляют! А уроки мы вместо неё будем вести! — Развизжалась, чуть ли не вываливаясь из окна завуч.

— Уже бегу! — Крикнула Катя и гораздо тише добавила «и волосы назад».

— Екатерина Петровна, после занятия... Хм-м... А точнее того, что от него осталось, зайдите ко мне. — Настоятельно «рекомендовала» Алина Борисовна — женщина тучная и во всех смыслах неприятная, но никуда не денешься, придётся терпеть и такую, ведь она директор сего учебного заведения.

— Всенепременно. — Выдавила из себя подобие улыбки Лаптева. Над ней заранее поиздевались, ведь урок вот-вот закончится и смысла появляться перед детьми, кроме как поздороваться уже нет.

Под буравящим её спину взглядом, девушка добрела до класса и прозвенел звонок. До свидания дети, здравствуй преисподняя! Скинув пальто и наспех поправив волосы, Лаптева простилась с обрадованными несостоявшимся уроком школьниками и отправилась на голгофу.

У кабинета директрисы девушка замерла, но её тут же поторопили. Швабра Михайловна чуть ли не впихнула Катю внутрь, ввалившись следом и сама. Демоны не приходят по одиночке. Вот и одной нечистой не хватило на Екатерину Лаптеву, потребовалось подкрепление.

— Екатерина. — Сделала многозначительную паузу директриса прежде, чем продолжить. — Мы очень долго терпели ваше откровенное пренебрежение своими обязанностями! Вы совершенно неуважительно относитесь к такой почётной профессии как учитель. Опаздываете с завидной регулярностью, уроки ведёте безынициативно и вяло. Да и выглядите, прямо скажем, неподобающе профессии. Суммируя всё вышесказанное, пишите заявление, голубушка. Нам такие кадры не нужны. Ну а не захотите по-хорошему, сами понимаете...

И Катя, конечно же, понимала. Они устроят ей ад в аду. Потому, девушка приняла единственно верное решение и написала то, чего от неё требовали. Будь её воля, она давно бы свинтила из забытого богом местечка, но некуда и денег шаром покати. Вот и трудилась, стараясь наскрести, да отложить. Если бы не её не грабанули в тёмном переулке, было бы не так печально. Финансы Лаптевой пели романсы, а месяц только начался.

Расчёт ей выдали сразу и отпускали без отработки. Девушка вышла из школы, где прошли её не самые лучшие годы и едва сдержалась, чтобы не закричать. Очень хотелось. Всё у неё не как у людей. Близких не осталось. Живёт в съёмной комнатушке в доме на отшибе. Перспектив никаких. Здесь ей ловить нечего. По профессии уже поработала, а другой работы нет и не предвидится. Да и кому она нужна со своим прошлым...

В посёлке ещё помнили жуткую историю, как их дом сгорел. Кати тогда там не оказалось. Она нарушила данное маме обещание и сразу после школы домой не пошла. У подружки задержалась. Что там дома случилось перед тем как произошёл пожар, девочка не знала. Но она осталась одна, а через месяц ей исполнилось восемнадцать.

— Простите, вы мальчика тут не видели? — Вдруг раздалось поблизости и Лаптева поняла, что обращаются к ней. Она ушла от школы довольно далеко и никаких мальчиков, да девочек ближайшие несколько часов по посёлку шнырять не будет.

— Дети в школе. Ваш прогульщик, что ли? — На ходу ворчала Катя.

— Вроде того. — Ответил мужчина и вопросов больше не задавал. Голос его девушка не узнала, хотя посёлок не такой уж и большой, и все друг с другом пересекаются.

— Вы приезжий? — Обернулась блондинка.

— С чего вы взяли?

— Я вас раньше не видела.

— И не увидите. — Бросил незнакомец и ушёл. Не понравился он Лаптевой. Странный какой-то и скрытный.

До самого дома Катя чуяла за собой слежку. Лишиться честно заработанных дважды за месяц она совершенно не готова. Ей и так копейки выплатили, без работы осталась и в общем-то дела её очень плохи. Потому девушка прижала к себе потрёпанную жизнью сумочку посильнее и резко развернулась, дабы сбить с толку, как она думала, грабителя.

Только преследователем оказался не громила какой, не наркоман и не алкоголик, а мальчишка лет девяти. Белобрысый и бледнющий он смотрел на неё огромными голубыми глазами цвета ясного неба в погожий день.

Лаптева даже не сразу нашлась, что сказать «преследователю». Она открывала и закрывала рот от чуть не случившегося конфуза. Собиралась ведь противостоять взрослому дядьке, а не дитю. И выражения цензурные, хоть и учительница, вряд ли бы подбирала. Кому нужно её: «будьте любезны, вертайте взад то, что вам не принадлежит по-хорошему!». Никто и слушать бы не стал, дал бы по тыкве и был таков с её последними денюжками, которые хоть всё равно не спасут, но уж лучше останутся при ней.

— Тёть, я такой голодный! — Сказал мальчуган. — А дом мой очень далеко. Я не беспризорник честно-честно. Покорми, а? Батя мой всё вернёт. Зуб даю! — Прозвучало недетское обещание.

— Батя твой, случаем не хмурый тип мрачной наружности? Искал тебя. — Сообщила девушка. Она не считала нужным учить голодающего хорошим манерам, когда у того в животе урчит. Мог бы и поздороваться ради приличия, но чего уж там...

— Нет. Ты меня этому не выдавай. Плохой человек. Увязался за мной и никак не отстанет. Потому домой и не возвращаюсь. Нельзя такого на хвосте приводить. — Заговорщически произнёс мальчик. В глазах его Катя увидела неподдельный испуг. Не зря ей тот тип с первого слова и взгляда не понравился.

— Ладно, не выдам. Пойдём. Только у меня в холодильнике мышь повесилась. Надо в продуктовый зайти. Со мной зайдёшь или... — Осекалась на полуслове Лаптева, проглотив «боишься». Дети хорохорятся перед взрослыми. Стыдно признаться, что ты не такой смелый, каким видится в мечтах. — ...Или держи ключ и подожди, пока я приду. Ты, наверное, замёрз. В доме теплее. Во-о-о-он в том. — Показала девушка пальцем.

— Тогда я в доме. Я не вор, тёть, ты не переживай. — Ретировался пацан, забрав связку.

Лишь на мгновение их пальцы соприкоснулись и девушка удивилась. Горячие какие! Неужто заболел? Вот ещё не хватало! Она проводила пацана взглядом и когда тот скрылся из виду, направилась в магазин. Сама она страшно экономила. Порой до голодных обмороков.

Деньги утекали сквозь пальцы, а жить как-то надо. Зарплата маленькая и Катя едва сводила концы с концами. Жильё съёмное, а она ещё и копить пыталась. Не на кого девушке в жизни опереться. Потому и откладывала каждую копейку на чёрный день. Но если так посмотреть, вся жизнь Екатерины как одна сплошная чёрная полоса, по которой она идёт вдоль.

Себе на ужин девушка купила бы разве что картошки, а может и вовсе не стала бы сегодня есть. Ей предстояло решить, что делать со своей жизнью дальше, когда встретила мальчугана. Но раз вмешалась сама судьба, Лаптева зашла в магазин и купила не только бюджетной картохи. Ребёнка таким ужином кормить стыдно. Заглянула и в аптеку на всякий случай. Ей показалось, что у мальчика жар.

По возвращении, она обнаружила гостя мирно сидящим на кухоньке и ожидающим её. Богатств никаких у Екатерины не было и переживать не о чем, но по мальчику она и так считала, что он порядочный. Как-то сразу он ей приглянулся.

— Тёть, ты не думай, я никогда ни к кому так не напрашивался. Тут обстоятельства припекли. А ты хорошая, я знаю, вот и осмелился. — Объяснялся он, краснея.

— Может плохая? — Поддела Лаптева. — Ну да ладно, не буду пугать. Мальчиков на ужин не ем, даже таких аппетитных! — Пошутила девушка. — Давай, что ли знакомиться. Меня Катя зовут. И не такая я уж и тётя. Можешь звать запросто и на «ты».

— А я Стёпа.

— Мы с тобой такие голодные, Стёпа, что предлагаю сначала перекусить бутербродами с горячим чаем, а потом я нормальный обед приготовлю. Как тебе идея? — Спросила Екатерина, а мальчик уже принялся ей помогать. И пакет из рук взял и пальтишко по-джентельменски помог снять.

— Замечательная! Я прям «за»! — Выдал голодающий.

— Ну и отлично.

Через десять минут двое сидели на кухне и запивали чаем вкуснейшие бутерброды с колбасой. Так вкусно бывает только тогда, когда и крошки в желудке давненько не бывало. Катя не спешила с допросом и задумчиво глядела в окошко, думая о своём. Стёпа наблюдал за ней украдкой.

— У тебя настроение неважное. — Констатировал мальчик. — Будто случилось что.

— С работы выгнали. До этого ограбили. Много всего Стёпа. Но сейчас давай о тебе. Куда тебя нужно доставить? Где папа живёт? — Девушка помнила как он упомянул батю, но ни слова о маме не сказал. Потому и она умолчала.

— На поезде придётся ехать. — Скривился мальчик, понимая как озадачивает тётю Катю.

— Ты сбежал из дому и добирался сюда поездом? — Удивилась она, как так вышло и как ребёнка оттуда не сняли, если он без сопровождения взрослого и вообще.

— Нет. Пешком. Я очень хорошо бегаю на длинные дистанции. — Явно что-то недоговаривал Стёпа.

— Степан, давай так — ты мне всю правду без воды, ну а я подумаю, как быть дальше. — Посмотрела на него в упор девушка.

Степан рассказывал очень сбивчиво и нескладно. Девушка догадалась, есть нечто, что мальчик пытается утаить. Тянуть из него клещами не стала. В конце концов, в любом случае ребёнка придётся доставить туда, где его потеряли. И так как он выбрал её своей спасительницей, видать судьба так распорядилась покинуть Екатерине Лаптевой посёлок Хмельной.

— Давай спать, Стёп. Я тебе постелю и ты пожалуйста не сбегай. А завтра купим билеты и поедем. Батя твой, наверное извёлся.

— Это точно. — Зевнула мальчуган.

Степан отключился как только голова его коснулась подушки, а Катя ещё долго думала, как завтра ей придётся объяснять кем ей приходится мальчик, чтобы отвезти его по месту жительства. Можно конечно тёткой назваться, но тогда и Стёпе придётся соврать. И чему она ребёнка учить собирается?

За думами великими Лаптева не заметила как уснула, а проснулась услышав странный хруст и стоны. Девушка подскочила с кровати, перепугавшись не на шутку и вбежав в комнатку, откуда доносились странные звуки, обнаружила мальчика. Он лежал на полу и будто сгорал в лихорадке. Снова раздался хруст и Катя ахнула, догадываясь, что именно хрустит.

— Не бойся. — Прохрипел мальчуган. — Я тебе ничего не сделаю.

— Стёп, ты чего, а? — Плюхнулась на колени блондинка и протиснула под его голову свою ладонь.

— Нам нельзя говорить, но ты всё равно узнаешь. Я оборотень и это мой первый оборот. — Раздался очередной «хрясть».

Девушка ужаснулась, увидев как исказилось от боли лицо мальчишки. Она бы не поверила своим глазам и ушам, но реальность кричала, призывая действовать. Екатерина велела себе собраться. Мальчик нуждается в помощи, кем бы он ни был.

— Стёпочка, чем я могу тебе помочь? — Пролепетала она, не представляя какую посильную помощь способна оказать. После таких переломов вообще выживают? Скажут потом, что грохнула пацана!

— Ничем. — Прохрипел он. — Просто будь рядом. Я хотел быть сильным как батя, потому и сбежал. Он совершил свой первый оборот вдали ото всех. Его никто не поддерживал. Это сложно, когда никого нет рядом. Теперь я понимаю...

Мальчик держался, но скоро осознанная речь сменилась бредом. Он температурил, а Катя притащила тазик с водой, протирала его лоб и пересохшие губы и не давала ему чувствовать себя одиноким. Если бы знать, что доктор какой поможет, но скорее её в психушку упекут, а Стёпку и подавно. Ещё и обряд экзорцизма проведут.

Когда Степан начал звать маму, девушка держала его за руку, а вскоре и вовсе прижимала мальчика к себе, словно так ему станет легче. Она говорила ему держаться и ещё немножко потерпеть. А ещё Катя плакала. Уже давно с ней такого не приключалось. Жизнь её жестоко била, но Лаптева не позволяла себе расклеиться. Тут же оказалась бессильной.

Когда дверь слетела с петель, Лаптева не испугалась и не сдвинулась с места. Если пошевелится, Стёпе может стать больнее, а такого она допускать не хотела. И потому готова была убить взглядом того, кто вошёл и никак не ожидала, что гостем окажется громила, точно также готовый убить взглядом её.

— Стёпка. — Бросился к ним мужчина. — Сынок!

Облегчённый вздох сорвался с губ девушки. Значит вот какой его батя! И как хорошо, что он пришёл, ведь Катя уже на остатке моральных сил находилась. Ей казалось, что только её присутствие не позволяет утечь жизни из маленького многострадального тельца.

Лаптева даже не заметила как озябла. С улицы дул ледяной ветер. Только голова Стёпки грела её колени, а легонькая ночнушка вовсе не защищала от холода. Мужчина прошёлся по девушке взглядом, метнулся закрыть дверь и сразу вернулся.

— Я должен кое-что сделать. Вам непонятно и не понравится, но иначе никак. Двигать его сейчас нельзя. — Отрывисто говорил незнакомец с рычащими нотками в голосе.

— Делайте. Если ему от этого станет легче. — Кивнула Катя.

— Лучше закройте глаза. — Посоветовал мужчина и девушка решила не испытывать судьбу. Она подчинилась. Прошло совсем немного времени прежде, чем услышала «открывайте».

— Мама... — Звал мальчик. — Мамочка.

— Я здесь, сынок. — Откликнулась Лаптева и на неё устремились глаза «бати». — Я с тобой. — Позволяла она тонким пальчикам сжимать её руку.

В ту ночь комната полнилась хрустом и в воздухе витал запах крови. Мужчина объяснил, что в теле мальчика сломается каждая кость прежде, чем всё закончится. Испуганные глаза Кати устремились на огромного плечистого мужика, когда он набросил на плечи девушки своё пальто. Она благодарно кивнула.

Наверное, будь ситуация иной, Екатерина смутилась бы. На ней одна ночнушка и только. Но смешно думать о таком, когда на твоих коленях страдает маленький оборотень. Тут уж не до смущений и странных мыслей. Об одном молила небо девушка, чтобы Стёпе стало хоть немного легче.

К утру лицо мальчугана исчезло, а вместо него появилась волчья мордашка. Маленький измученный зверёк тяжело дышал. Он совершил своё первое обращение и теперь предстояло обратное. Все кости сломаются вновь.

— Стёпочка, ты такой сильный! — Всхлипнула девушка, а сама подумала о том, за что же их так наказала природа, что заставляет проходить через такие мучения.

— Всё будет хорошо, сынок. — Не касался его мужчина, но поддерживал морально.

Мужчина смотрел на своего сына и испытывал смешанные чувства. Заставил он поволноваться батю. Лапы сбил искать мелкого щенка, который наслушался баек и возомнил себя взрослым. На подвиги потянуло дуралея!

Стёпка всегда бы шабутным. Где чего происходит, так он в первых рядах. Весь в отца! Задал бы ему хорошую трёпку, но пацан и так получил хороший урок. Жизнь умеет учить и не всегда методы у неё добрые.

Судьба и с ним сыграла шутку. Мчался по следу сына как шелудивый пёс без сна и отдыха. Вломился в чужое жилище без спросу. Нарушил запрет на разглашение тайны рода волчьего и тем самым поставил себя и девушку в щекотливое положение. Однако, она оказалась бы в нём и так. Но не в таком виде он хотел бы появиться перед своей истинной.

Не выспавшийся, небритый, с тёмными кругами под глазами и в скверном настроении. Вот каким его впервые увидела девушка. Впечатление он произвёл, что надо! Блондинка тряслась как осиновый листок на ветру и вовсе не от холода. Испугалась такого визитёра, но виду старалась не показать. Только он всё почуял. Нюх пока не отбило.

Чудеса, да и только! В забытом богом месте он встретил ту, что предназначена ему. Один вопрос отпадал. Та, которую избрал волк имеет право знать, кто он. Гордей не ждал подарка от судьбы. И не ожидал встретить среди людей свою пару.

Девушка после бессонной ночи едва держала голову. Она боролась со сном и долгое время побеждала. Но вот, снова опустилась её головка и уже не поднялась. И Стёпка устало спал, примостив голову на коленях девушки.

Если бы не обстоятельства, которые привели сюда оборотня, он бы не давал себе мысленные подзатыльники за то, что разглядывал блондиночку пока она пребывала в отключке. Пальто чуть спало с её плеч, ночнушка почти ничего не скрывала. Полупрозрачная ткань плотно прилегала к телу, прорисовывая очертания груди. Не маленькой, но и не большой. Двоечка — отметил про себя Гордей и мысленно выматерился. У него сын едва живой после первого в своей жизни оборота, а он о сиськах думает!

Пока человечка спала, а регенерация сына шла полным ходом, Гордей осмотрел жилище и пришёл к выводу — этот дом не её. Скорее всего, живёт здесь какое-то время. Вещей почти нет, фотографий тоже. Дойдя до кухни, мужчина заглянул в холодильник. Там сиротливо лежала колбаса, от которой уже отрезали и всё. На столе он обнаружил хлеб, конфеты и чай. Ещё картошка лежала в пакете. Вот и все продуктовые запасы. Негусто.

Магазины ещё закрыты и мужчина не мог купить чего-нибудь на завтрак, а Стёпке обязательно нужно поесть и восстановить запас сил. Потому, Гордей помыл руки и принялся готовить завтрак из того, что есть. После извинится перед хозяйкой за наглость. Забивать ей холодильник смысла нет. Они тут не задержатся.

Первым на кухне появился Стёпка. Вот кто всегда приходит на запах еды! Он сонно потирал глаза и виновато потупил взгляд. Знал свои косяки малец. Но не прятался. Потому, что не пристало волку сбегать. Нужно брать ответственность за свои поступки.

— Бать, я всё знаю. Виноват. — Сказал мальчик и закусил губу.

— Кости срослись?

— Да.

— Ты хорошо держался. Как взрослый. — Похвалил Гордей и принялся ворочать картошку.

— У Кати в холодильнике мышь повесилась на собственном хвосте, а мы её объедаем! — Недовольно сообщил Степан.

— Мы извинимся и... Катя, говоришь, её зовут? — Перекатывал имя девушки на языке мужчина. Катенька, значит. Катюша.

— Угу.

— Екатерина Петровна Лаптева. — Представилась по полной программе блондинка, появившись в дверном проёме. Гордей, конечно же услышал её шаги. Стёпка пока ещё нюх восстанавливает. Надышался собственной кровью. — А вас как величать?

— Гордей. Можно без отчества и фамилии. Не старый ведь. — Криво улыбнулся он.

— Ну спасибо! — Закатила глаза девушка. — Сейчас сгорит, поактивнее ворочайте, Гордей Дверивыбиваевич Бесфамильный. — Подколола Катя и пошла умываться. Мальчуган закатился смехом.

— Стёп, ты чего ухохатываешься? — Буркнула оборотень.

— Бать, она тебя сделала! — Держался пацан за живот.

— Спасибо, сынок за солидарность. Лучше скажи где тут у неё тарелки спрятаны. — Принялся шарить по шкафчикам Гордей.

— Вон там. — Показал Стёпа и оба напряглись, услышав как девушка ругается с кем-то во дворе.

— Не выходи. Батя сам разберётся. — Нахмурился мужчина и отправился на источник звука.

Оборотень слышал как причитала старушка. Громко и язвительно. Катя отвечала спокойно и уважительно. Но собеседница всё равно поднимала тон. Сама вышла из себя и девушку выводила. С чего бы приходить в такую рань к кому-то в дом? Даже петухи ещё не проснулись!

— Я всё сказала, Екатерина! Тебя уволили, гарантий, что заплатишь за следующий месяц у меня нет. Съезжай, девонька и не упрашивай. Я и так сдала тебе за копейки. — Закончила разговор старушка и ушла.

Гордей стоял не привлекая внимания. Он услышал, что девушка оказалась в непростом положении. Плечики её опустились, а из груди вырвался тяжкий вздох. В воздухе пахло отчаянием. Сколько бы стояла Катя во дворе с мокрым лицом, обдуваемым холодным ветром — неизвестно. Но оборотень не собирался ждать, пока она поймает воспаление лёгких.

— Завтрак готов, хозяйка. Пойдём в дом. Холодно, а ты голая выбежала. — Ляпнул Гордей.

— Не голая я! — Возмутилась девушка.

— Ну да, ну да... — Повторил он в мыслях. «Двоечка» так и стояла перед глазами.

Катя чувствовала себя странно. Она словно попала в какую-то дурацкую сказку и ей досталась роль глупой Красной Шапочки, которая и в лес-то не ходила, а проблем нажила. Волки сами по её душу явились.

Что она знала об оборотнях? Да ровным счётом ничего, кроме того, что их не существует. Каких небылиц в кино не покажут! Однако, когда они оказываются даже не на пороге, а в твоём доме, да ещё и на кухне картошку уплетают за обе щеки, приходится принять сам факт их существования.

— Остынет же, Кать! — Выдернул её из размышлений мальчуган. — Ешь! — Приказал как будто он тут более взрослый.

— Стёп, ты как вообще? — Глядела на него Лаптева, удивляясь насколько быстро мальчик пришёл в себя. Как новенький!

— Всё путём. Ну ешь же! Батя жарил, старался. — Снова вернул он Катерину к теме картошки, соскальзывая с другой более щекотливой.

Если мальчишка Лаптеву никак не беспокоил, то вот его батя очень даже. Он по большей части помалкивал, не сильно-то стремясь к диалогу, но те взгляды, что бросал на неё пробирали девушку до костей. Поскорее бы свинтили они из её жилища.

Катя подумала и усмехнулась собственным мыслям. А нет у неё больше этого самого жилища! Попросили освободить. С теми деньгами, которые у неё остались, Лаптева разве что конуру собачью может снять и то не хватит.

Привычная к жизненным неприятным сюрпризам, сейчас она действительно не понимала как выберется. Занять не у кого, работы нет. Перекантоваться тоже никто не пустит. Нет таких подруг, к которым Катя могла бы обратиться и получить помощь.

— Стёп, раз все поели, иди-ка... — Искал куда бы послать сына Гордей.

— Я посуду пойду помою. — Сообразил малец, что взрослым нужно поговорить, а ему слиться.

— Не стоит. Ты лучше не выходи один во двор. — Вспомнила девушка их встречу, да и человека которого Степан опасался. — Там в комнате... книжки есть.

— Угу. — Прикрыл он за собой дверь.

— Я видимо что-то пропустил. — Откинулся на спинку стула мужчина и скрестив руки на груди, сканировал Лаптеву взглядом.

— Человек тут один ходил, чрезвычайно интересовался Стёпкой. Он потому домой и не спешил возвращаться. — Не стала скрывать девушка.

— Разберёмся. — Нахмурился гость. — Вот, что Екатерина. Ты девушка умная, сама понимаешь, что узнав нашу тайну, подписала себе приговор.

— Загрызёте? — Криво усмехнулась блондинка. Догадывалась, свернуть ей шейку такому бугаю не составит труда.

— С нами поедешь. — Произнёс он так железно, что Катя не знала как и возразить.

— Зачем?

— За хлебом! Будешь на виду. Не боись, не такие мы кровожадные! Да, шучу я, Кать, не трясись. Собирай вещи и в путь. — Поднялся из-за стола мужчина и принялся убирать со стола. — Давай, Екатерина Петровна, поспеши.

— Ну и самоуверенный же вы тип! — Возмутилась девушка, но всё же отправилась собираться.

Глаза боятся, руки делают. Катя не понимала, как она может отправляться в дорогу с незнакомцем. Ладно, имя его она знает, но больше ничего. Так люди и пропадают без вести. И наличие ребёнка вовсе не значит, что Гордей не прикопает её в каком-нибудь тихом местечке.

Лаптева переоделась в удобную одежду. Никаких юбок! Вдруг бежать придётся от мрачного типа? Джинсы, свитерок, да пальтишко. Сапогам вот-вот кирдык наступит. Может и умрут с ней в один день.

— Кать, тебе помочь? — Вызвался Стёпка.

— Отдыхай, боец! — Натянула на лицо улыбку девушка, искренне надеясь, что не при мальчике её на тот свет отправят, если что. — Твой батя всегда такой командир?

— Есть такое. Но ты не бойся, он никого и никогда просто так не обидит. Только за дело. Женщин это не касается. А ещё мы всё чувствуем, Кать. Тебе страшно. Мы неплохие. Правда-правда! — Заверял Степан.

— Ты точно нет. — Как-то само собой вышло, что она растормошила его макушку и чмокнула её же. В тот самый момент в комнате появился Гордей. Мужчина завис и отвис не сразу. — Вроде всё.

— Негусто.

— Как есть.

Сумку у девушки отобрали сразу. Она оказалась в крепкой мужской хватке. Стёпка шагал рядом с отцом, а Катя забежала отдать ключ соседке. Та удивилась как быстро съехала квартирантка, вероятно ожидая, что придётся выселять принудительно.

— Куда едем, хоть скажете? — Спросила девушка.

— Пусть будет сюрпризом. — Не открыл ей пункт назначения Гордей.

На вокзале мужчина сам купил билеты. Катя протягивала ему деньги, да он не взял, ещё и нахмурился, будто неприличное предложение ему сделала. На один билет в одну сторону ей бы точно хватило, а обратный и не понадобится по всей видимости.

— Стёп, давайте располагайтесь и пригляди за Катюшей как главный. — Скомандовал Гордей, едва они оказались в купе. Мужчина поставил сумку и вышел.

— Ну что главный, как приглядывать-то будешь? — Хмыкнула Лаптева, пряча сумку под сидение.

— Чтобы не сбежала. Тебе ведь некуда, Кать. А у нас в поселении хорошо и мутных личностей нет. Там охрана хорошая. — Рассказывал белобрысый мальчуган то, что не воспрещалось.

— Школа есть?

— Куда ж без неё? Имеется. — Подтвердил Стёпа. — С нами не пропадёшь, Кать. Держись моего бати и всё у тебя будет пучком.

— Ой, ну и лексикон у тебя, Степан! Смотри, как бы я не занялась его обогащением кучерявыми фразами. — Улыбнулась девушка, не сдержавшись.

— Я не против. — Шмыгнул носом мальчик.

— Заболел, что ли? — Пощупала она ладонью лоб мальца, в этот момент и вернулся Гордей. Он моргнул разок, другой и положил на стол чебуреки, курицу гриль, да так по мелочи закусей всяких.

Гордей сел рядом с сыном и провалился мыслями в прошлое. Мать Стёпки не была его истинной. Обычная волчица, с которой он спал пару-тройку раз. Иногда такое случалось со свободными волками. В беспорядочных связях не утопали, но так хотелось, если не любви, то хотя бы ласки. Не всем дано встретить свою пару. Оба знали, что отношений между ними как таковых не будет. Только она взяла и забеременела.

Милу красила беременность и сама мысль о материнстве. И сердце оборотня как-то само расположилось к ней. Мужчина свыкся с мыслью о семье. Пусть и не планировали, но раз есть ребёнок, то сама Лунная богиня свела их. Так он думал, пока обустраивал дом. Когда сделал ей предложение. И вот-вот дожидался появления первенца.

Но жизнь волчицы оборвалась. Редкий случай. Мила умерла в родах. Девушка ушла как только младенец оказался в отцовских руках. Последние её слова многое прояснили. Глупая волчица обратилась к ведьме, чтобы зачать. Она хотела удержать Гордея и поплатилась жизнью.

— Москва. Тебе на «А». — Прорвался голос из реальности и развеял мысли оборотня, переключая их на текущий момент.

— Астрахань. — Ответил Стёпа. — Бать, тебе на «Н».

— Норильск.

Гордей увидел, что без него тут не скучали. Играли в города, пока он пребывал в трансе. Только к еде не притронулись. Катя, вероятно, стеснялась, а сын не стал усугублять. В дороге всегда хочется есть и почему-то больше обычного.

— Катя, вспоминай на «К», пока я за чаем схожу. — Скомандовал мужчина и поднялся прежде, чем могли посыпаться возражения.

Поезд «чухал», пассажиры сновали туда сюда. Как хорошо, что не пришлось воевать с Катериной. А ведь могла упереться! Оборотень чуял, она гордая и не так проста, как может показаться на первый взгляд и даже на второй. И со Стёпкой сразу общий язык нашла, что редкость.

После Милы мужчина долго ходил бобылём. Но мужик он видный и волчицы не упускали возможности попробовать свои силы. Ему нужна была не только женщина, но и хозяйка в доме и, если не мать, то хорошая мачеха Стёпке. Та, которую он примет, а не станет терпеть, потому что бате невтерпёж. Перепихнуться есть с кем, а вот семью создать — другое дело.

Теперь выбирать не придётся. Екатерина появилась нежданно-негаданно. Стёпка нашёл отцу истинную. Бери, батя, да не выпендривайся. Гордей и рад бы, только он как-то забыл как вообще за женщинами ухаживают. А уж за такими как Лаптева и подавно.

Молодая, хорошенькая и с характером. Попала в непростую ситуацию. Чего-то у неё там тоже в прошлом не заладилось. И он тут ей такой подарок! Со Стёпкой в придачу. Как объяснить человечке, что она теперь как бы с ними, хочет того или нет?

— Гордей, вы за чаем к инопланетянам ушли? — Раздалось за его спиной.

— А ты меня, Катенька, потеряла? — Обернулся мужчина.

— Подумала, специально не являетесь и намекаете на серьёзный разговор между двумя взрослыми.

— И в мыслях не было! Но раз ты здесь, то почему бы и не поговорить. Дорога у нас длинная. — Последнее прям в точку. Длинною в жизнь — подумал оборотень.

— Чего вы ждёте от меня? Чтобы я молчала? У меня и так желания нет отправляться в психушку. Скажи кому про вас, покрутят пальцем у виска и подарят смирительную рубашку. — Криво улыбнулась Катя.

— Мне нравится как работает твой мозг, девочка. Я жду, что ты поможешь мне унести один стакан чая. Пока только это.

— А потом?

— Суп с котом!

Лаптева смерила его изучающим взглядом. Эмоции у девушки смешанные. Одно заметил Гордей, он ей не нравится. Боится его на подсознательном уровне. Но старается того не показывать. Екатерина — редкое явление. Она на него не вешается и мыслей таких в её блондинистой головке нет.

— Может, я сойду через несколько станций? Понимаете же, что не стану никому ничего рассказывать. — Закинула удочку девушка.

— Ну уж нет, Катюша, ты с нами до конца! — Сказал как есть оборотень. — И не трусь, не съем я тебя.

— Очень смешно. Прям ухохоталась. — Закатила глаза блондинка, недовольно цокнув.

— Ты помогла моему сыну и я отплачу той же монетой. Слышал, работы лишилась. У нас есть школа, там найдётся место для такой приятной девушки. С жильём тоже проблем не возникнет. — Решил дать ей хоть какую-то информацию Гордей. Пусть займёт свой мозг планами на будущее и не пытается улизнуть.

— Вроде лампу не тёрла. Вы же не джинн, чтобы решать мои проблемы и исполнять желания.

— Нет, не джинн. И не волшебник. Но и не неблагодарная сволочь, так что... Смекай. — Умолчал о том, что очень скоро он ей проходу давать не будет. Вот только прибудут в поселение и Катя узнает много интересного.

— Теперь понимаю от кого Стёпа набрался этих словечек. Идёмте уже чай пить, а то как-то не по себе от вашей... щедрости, напоминающей благотворительность.

Стёпка сидел у окна и сразу обернулся, как только в купе вошла сначала Катя, а после и батя, который, к слову выглядел так, будто его огрели чем-то увесистым. Девушка присела на прежнее своё местечко и поставила стакан с чаем. Гордей уселся рядом с сыном, который нет-нет, да поглядывал то на Катю, то на него. Чуял пацан, что батя неровно дышит к их новой знакомой.

— Давайте курицу есть? — Прервал мальчик затянувшееся молчание. Девушка помогла её развернуть, тут уж и Гордей подключился.

— Вы ешьте, а я... А я не голодна. — Сказала она.

— Кать, ты чего? Батя же на всех взял!

— Да, Екатерина, не по-товарищески это. Мы вот от картошки не отказывались!

Две пары глаз уставились на Катю. Она не шелохнулась и тогда ей просто всучили курью ножку в руку. Вряд ли громила догадывался, что Лаптева мяса не ела уже очень давно. Денег едва хватало на пропитание. Она не шиковала, а выживала.

Для них это просто курица, а для Кати другой уровень жизни, который она не могла себе позволить после пожара, который оставил её без мамы и дома. Об отчиме, как не прискорбно, она не жалела. Гнида редкостный был.

Застыв с куриной ножкой, вручённой ей с барского плеча, Катя унеслась в прошлое. Она вспомнила своё безрадостное детство, полное лишений. Выбор матери, надеющейся замужеством улучшить их жизнь. Постоянные придирки чужого мужчины, в котором, тогда ещё девочка, не видела авторитета.

Чем старше становилась Лаптева, тем сильнее портились отношения в семье. Мать валила всё на неё, не замечая особого интереса отчима к дочери. Мерзкий человек! Девушка содрогнулась, когда её коснулись чужие руки. Она едва сдержала вскрик, который так и застрял в горле.

— Катюш, всё будет хорошо, слышишь? — Совсем рядом раздался голос Гордея. Он чуть сжал её плечо и девушка сморгнула слёзы, взявшиеся из ниоткуда.

— Я... Ой. Что-то я так глубоко задумалась.

— Это ничего. — Сказал Стёпа и выскользнул из купе, оставляя взрослых наедине.

— Вы наверное меня совсем дурой считаете. Плакать из-за курицы... — Шмыгнула носом девушка.

— Мы же оба понимаем, что это не из-за неё. У всех есть прошлое, страхи за будущее. Это нормально. Мы живые и нам бывает страшно и больно. Но успокойся, Катюша, от меня ты не увидишь зла. — И Латпева хотела бы поверить оборотню, только нет у него причин заботиться о ней. Чужая ему. С чего вдруг такая щедрость? — Ты поешь. Тебе надо. Вон, глаза одни остались. — Вышел из купе Гордей.

Когда двое вернулись в купе, девушка так и не притронулась к еде. Она пошла смыть слёзы. В зеркале отражалось бледное худое лицо. Катя очень давно не плакала. Нужно было как-то держаться и не раскисать. Сама себе опора. Но с появлением оборотней словно плотину прорвало.

— Да успокойся ты уже, размазня! — Отругала себя Екатерина. — Нашла время расклеиваться!

Гордей ждал её на подходе к купе. Девушка несмело встретилась с ним взглядом. Чего тут сторожит её? Не доверяет? А с чего бы ему ей верить? Лаптева остановилась в паре шагов и вздёрнула подбородок.

— Думали с поезда сигану?

— Нет. Хочется верить, ты девушка разумная. — Криво улыбнулся мужчина. — Я приглашаю тебя в вагон-ресторан.

— Зачем? Не нужно.

— Мне лучше знать, что нужно, а что нет. Отказы не принимаются. — Сделал шаг ей навстречу оборотень.

— А Стёпка, как же?

— В купе посидит. Сам так решил. — Сказал Гордей и Катя совсем растерялась.

— Так не пойдёт! Или все, или никто. Да и ни к чему лишние траты. — Искала причину отказать девушка.

— Екатерина! Если не пойдёшь сама, украду. Поедешь вверх тормашками на моём вместительном плече.

— Но Стёпа...

— Он взрослый мальчик и найдёт чем себя занять. Можешь попытаться позвать его с нами, но я знаю ответ. Откажется. — Заверил Гордей и блондинка не стала проверять его честность.

Вскоре двое сидели за столиком. Катя чувствовала себя не в своей тарелке.Мужчина напротив внимателен и молчалив. Он не лез с расспросами. Заказал обед на двоих. Предложил вина, но Лаптева отказалась. Не настоял. Хотя и привёл довод, что глоток вина согреет изнутри и снимет тревожность. Но нет, так нет.

В отсутствии диалога своя прелесть. Многое замечаешь, когда тишина не разбавлена пустой болтовнёй. Катя обратила внимание на крупные руки оборотня. Красивые, мужские пальцы буквально приворожили её. Да и в целом, Гордей создавал впечатление сильного человека... оборотня. За таким, как за каменной стеной наверное или наоборот. Хотя, по Стёпке не скажешь, что батя его обижает. Сын искренне уважает отца.

— Спрашивай, Котёнок.У нас с тобой много всего впереди. Задавай свои каверзные вопросы. — Поглядел мужчина пристально, но по-доброму.

— Вы зачем меня так назвали?! — Опешила она от ласкового обращения.

— Захотел. Тебя хочется оберегать, как маленького котёнка, который промок под дождём и негде ему укрыться. — Гордей протянул ладонь, видимо, ожидая ответного жеста.

— Простите, но вам не кажется, что перебарщиваете? Вы поэтому оставили сына в купе? — Поднялась девушка, собираясь уйти.

— Не надумывай. Я всего лишь хотел согреть твои руки. Ты замёрзла. Пальцы вон посинели. Чувствуешь разницу температур? — Обхватил её лапку своими большими ладонями и Катя осознала как продрогла. — Присядь.

Лаптева не встала в позу и послушалась. Она вдруг вспомнила как выглядит и чуть было не расхохоталась. Подумала, он её клеит. Но сама мысль о таком смешна. Мужчина видный, а Катя одета бедненько. Такие как Гордей, наверняка, привычны к ухоженным барышням, знающим себе цену. И как-то осознание этого её немного расслабило. Не хватало только, чтобы какой-то оборотень запал на неё для полного «счастья»!

— Мне бы хотелось, чтобы мы перешли на «ты». Путь у нас неблизкий. И потом, разница в возрасте у нас не такая и большая. — Выдернул её из противоречивых мыслей Гордей.

— Можно. Но тогда, я хочу знать конечную точку пути. Это честно, разве нет?

День клонился к закату. Двое вернулись в купе. Степан посмотрел на взрослых и нахмурился. Очень у него деятельный ум. Катя и сейчас видела как крутятся шестерёнки в черепной коробке маленького оборотня. Гордей назвал пункт назначения, как она и попросила. Только ничего ей это не дало. Небольшой городок на отшибе. Вряд ли чем-то отличается от места, которое они покинули утром.

Проводница заглянула к ним лишь затем, чтобы предложить чай. Мужчина тут же попросил три стакана. После того, как те опустели, он сам вернул тару и немного задержался у окна. Непредсказуемая штука — жизнь! Сбил лапы в поисках сына, а возвращается в стаю с очаровательной девушкой Катей в придачу.

Вспоминая её слёзы, Гордею стало не по себе. Кто же так обидел? Чего там в прошлом приключилось такого горького? Нет, он непременно узнает позже. Сейчас девочка не распахнёт перед ним душу, не раскроет своих тайн. Слишком гордая, слишком недоверчивая. Но оно и понятно. Раз видела зло, ожидает его от людей. Но Гордей человеком не был. Точнее, только на половину.

Когда совсем стемнело, мужчина забрал сына из купе, давая девушке возможность переодеться. Они-то без вещей, а Катюша свои немногочисленные пожитки собрала в дорогу. Блондинка робко позвала их обратно.

— Давайте готовиться ко сну. — Сказал Гордей, чтобы неловкость сошла на нет и неопределённость тоже. — Степан, ты на эту полочку. Катерине, наверное вот здесь будет удобно, ну, а я наверх.

— Ну ты чего, бать? Давай, я наверх. Ты ж полку уронишь! — Хохотнул маленький шалопай и живо забрался, пока отец за ногу не поймал. — Мне тут удобнее будет и без жертв. Я как пират на верхней палубе.

Девушка поджала губы и застыла в какой-то нерешительности. Вроде и хотела что-то сказать, да промолчала. Гордей вопросительно изогнул бровь. Ему бы хотелось, чтобы девочка не боялась, но не в его власти. Время нужно и привычка. Понимание, не навредит ей их семейство.

— Может, лучше я наверх? Стёпке бы нормально выспаться. А после... — Не стала девушка вслух говорить о произошедшем ночью, из-за чего она и оказалась в одном с ними купе.

— Он здоров как волк. — «Потому что и есть волк» — подумал Гордей. — Всем отдыхать!

— Ну ладно. — Присела на отведённую ей полочку Катя.

Ночь полностью вступила в свои права. Маленький оборотень дрых без задних лап уже час как, а вот большому не спалось. Как и девушке. Она вела себя тихо как мышка. Не вертелась. Лежала солдатиком не шевелясь и кажется, дышала через раз.

«Что же ты, Катюша, не спишь?» — мысленно спрашивал Гордей. Он-то понятно, у него уважительная причина есть, блондинистая такая, которую охранять надобно. Хотя, он спит чутко и услышал бы попытку сбежать.

Прошло ещё пару часов прежде, чем Катя всё же уснула. Сморило её. Организм требовал отдыха и взял своё. Тогда и мужчина со спокойной душой отключился. Утро настало быстро. Оборотень распахнул глаза, услышав шорох. Но не девушка стала источником звука, а его сынуля. Надо бы поучить его, как перемещаться потише. Как слон, ей богу!

— Извини, бать, я не хотел разбудить. — Прошептал Стёпка.

— Не служить тебе в разведке, сынок... Слонопотам, а не волк! Придётся бате взяться за твоё обучение перемещаться бесшумно. — Проворчал мужчина. Тут и Катя завозилась, когда Степан пакет задел и тот зашуршал. — Помяни моё слово, сын!

— Доброе утро, Кать! — Приветствовал мелкий.

— Доброе.

Есть какая-то магия в совместном пробуждении. Честность, наверное. Ночь осталась позади, а утро обнажило природную красоту. Все немного помятые, но естественные. Не рисуются. Девушка, вероятно совсем не пользуется косметикой. Никакой потёкшей туши, поплывшего макияжа. Красивая от природы. Гордей залюбовался ею, а Катя почувствовала его взгляд и засмущалась.

— Ты очень красивая, Катюша. Очень. — Не удержался Гордей и сказал, когда сына и след простыл. Вовремя смываться — одно из умений мальца.

— Перестаньте. Терпеть не могу сомнительных комплиментов. — Буркнула девушка.

— Чистую правду сказал, а ты не веришь! Кстати, после того, как я сообщил тебе конечную точку пути, надеялся и ты исполнишь свою часть сделки. Отучайся «выкать».

— Тогда не ставь меня в неловкое положение. Мы попутчики и только. Как прибудем, каждый пойдёт своей дорогой. — Заявила Лаптева, чем вывела оборотня из себя. Нормально так, да? Пойдёт она... Ага, как же!

— Не помню, чтобы я такое одобрял. — Подался вперёд оборотень, но Катя не сдвинулась с места, не отшатнулась. Делала вид, что ни капельки ей не страшно.

— Мне и не требуется. Ты боишься за тайну? Так я буду жить в посёлке оборотней, как понимаю. Ничего не нарушу, если не соберусь его покинуть. Поселюсь подальше от вас, даже пересекаться не будем. — Решительно сказала девушка.

— И ты сможешь никогда с нами не встречаться, Кать? — Послышался мальчишеский обиженный голос. В пылу спора его не сразу заметили. — И не станешь скучать?

— Стёп, я не то хотела сказать... — Опешила от такой реакции Лаптева. — Мы с тобой, наверное, в школе будем видеться, если конечно меня туда примут. Если там вообще есть места. И потом, я человек, могут даже из-за этого не взять. Но, если... — Не успела договорить девушка.

— Я понял, Кать. — Насупился пацан. — Мы тебе чужие.

— Стёпка. — Протянула она руку, но мальчик сбежал из купе. — Дети быстро привыкают. Нельзя давать напрасных надежд.

— Он уже привык, Катя. И я тоже. Возьми за это ответственность! — Вышел вслед за сыном Гордей.

Совесть грызла Лаптеву. Хотя вроде ничего сверхъестественного она не сделала. Не дарила напрасных надежд мальчику, только и всего. Прошло всего ничего, а Стёпка чего-то себе уже напридумывал. Ещё и папаша его...

«Он уже привык, Катя. И я тоже. Возьми за это ответственность!»

Да с какой стати? Свалились ей как снег на голову! Ладно Стёпка ребёнок, но Гордей-то нет. Громила, который в дверной проём не помещается. И вообще, Катя сомневалась в своей безопасности, предполагая очень и очень плохой для себя исход этой поездочки. А тут заявленьице от оборотня, мол, давай, Катюша, отвечай и странные комплименты.

Когда двое вернулись в купе, повисла жуткая, гнетущая тишина. Лаптева принципиально не стала объясняться. Она не ощущала за собой особой вины. Папа мог бы дать понять сыну, что Катя с ними не навечно и вообще они скоро расстанутся, не прощаясь.

Благо, в их отсутствие, Катя успела переодеться и даже причесаться. Сейчас девушка чувствовала себя немного увереннее. Она убеждала себя не сдавать позиций ни при каких обстоятельствах. Ни за что не позволит оборотню ухлёстывать за ней. И вообще это нелепо и даже смешно!

— Кать, ты сейчас взорвёшься. — Сказал Степан. — Прям голова гудит от твоих разношёрстных эмоций.

— Угу. — Подтвердил мужчина, потирая виски.

— Я вас в свою голову не приглашала. Вы и мысли, может, читаете? — Совершенно не радовалась суперспособностям своих попутчиков Лаптева.

— Только их окраску. — Сообщил мальчик, будто бы уже не злясь.

— Пойдёмте, позавтракаем. — Пригласил Гордей.

— Благодарю, но я не голодна. — Отказалась Екатерина, считая, что на том поставлена точка. Но как же она ошибалась!

Вскоре в вагоне ресторане возникли сын, отец и висящая на плече последнего девушка. Она перестала молотить его кулачками, осознав бесполезность сего занятия. Никаких доводов оборотень не принимал. Так, Катя узнала чем заканчиваются споры с представителями загадочной расы.

На них естественно пялились. Но ни мальчика, ни мужчину это не смущало и более того, совершенно не тревожило. Степан выбрал столик, отодвинул стул для девушки, а Гордей аккуратно её туда усадил. И жестом ещё пригрозил, чтобы не вздумала дать дёру.

— Приятного всем аппетита! — Пожелал Гордей, едва им принесли еду. Катя скривилась, предчувствуя огромные проблемы. Она больше не управляет своей жизнью. Теперь даже, что ей есть и когда решает оборотень.

Любой путь рано или поздно заканчивается. Вот и поезд прибыл на станцию Белый камень. Катя никогда о такой не слышала. Но здесь ей предстоит жить какое-то время, пока оборотни считают, что она представляет для них опасность.

Сумка Лаптевой оказалась в одной руке оборотня, а её ладонь легла в другую. И как бы сей факт её не возмущал, дрыгаться бесполезно. Хватка у Гордея крепкая. Они вышли на перроне и девушка шагала в неизвестность вместе с большим мужчиной и маленьким. Последний чуть ли не припрыгивал и выглядел больно довольным.

— Кать, у нас и баня есть, и дом двухэтажный, но с чердаком и подвалом. А ещё батя на все руки мастер! Он чего не попросишь, всё может смастерить. Честно-честно! — Расхваливал мальчик отца.

— Какой он у тебя молодец! — Устало выдохнула девушка.

— Ага. И в еде непритязательный.

— Стёп, хватит. — Осадил сына Гордей.

— Ну я ж правду говорю! — Буркнул мальчишка, но перестал.

Посёлок примыкал к лесу. И Катя не удивилась. Вполне логично, раз живут в нём оборотни. Пока ей удалось увидеть только маленького белого волчонка в его первом обороте. Но мужчины конечно же обращаются во взрослых волков. И Лаптева нервно сглотнула, представляя, что вот такие особи бродят среди людей, а те и не знают. Как не знала совсем недавно она.

На указателе одноимённое со станцией название. Стало быть, в Белом камне ей предстоит как-то устраиваться, адаптироваться и существовать. На удивление имелась хорошая дорога и даже пешеходная зона весьма приличная. В Хмельном никаких приятных прогулок не было. Там всё вкривь и вкось.

На въезде, к которому они шли пешком стоял пропускной пункт. От самой станции они преодолели приличное расстояние. И здесь всё выглядело так, будто территория охраняемая и только для своих.

Крепкие огромные мужчины пялились в их сторону очень заинтересованно. Стёпка рванул вперёд и «дал пять» каждому здоровяку. И чего-то шепнуть успел, а те довольно заулыбались, поглядев на Катю, отчего ей сделалось не по себе. Гордей как почувствовал и погладил пальцем её запястье.

— Здоров, волчара! — Поздоровался один из громил. — Смотрю, не зря съездил?

— Угу. Стёпка уже рассказал про свой первый оборот? — Спросил он, а девушка усомнилась, что он не слышал чего там Степан поведал дядькам.

— Молодец пацан! Весь в батю! — потрепали его по макушке. — А с красавицей познакомишь?

— Моя красавица. Вам-то чего с ней знакомиться?! — Рыкнул Гордей и сердечко Катерины отбило азбукой Морзе сигнал «SOS». Раздался дружный мужской смех и их пропустили, проводив взглядами.

— Не твоя. — Одними губами ответила девушка. Ишь чего удумал! Присвоил!

Очень скоро Катя оказалась перед высоким забором, за которым, как и обещал Стёпа, стоял двухэтажный дом. Тут бы девушке попрощаться с милейшими конвоирами, но кто б её отпустил.

— Ну, что ж, где вы живёте, я теперь знаю. Пожалуй, можешь отдать мне мою руку. — Натянуто улыбнулась Лаптева. — И сумку тоже.