Эльф ведьме не товарищ, а муж

Теона (Тариэль)

– Дарл Талар, вы слышали? – обратилась ко мне молоденькая эльфийка, стоило переступить порог приёмной ректора.

– О чём, Лираль? – я остановилась около неё, склонив голову набок и заведя руки за спину. Это первое время было сложно вести себя хоть частично как спокойный и уравновешенный взрослый эльф. Сейчас же вошло в привычку. Кажется, я скоро буду думать как мужчины, так как поведение моё давно стало иным. Весёлая и заводная ведьма, радующаяся каждому новому дню, превратилась в холодного, невозмутимого, неприступного, хмурого эльфа, на удивление захватившего сердца почти половины всех студенток Академии Лучезарной Звезды.

– Ну как же! – эльфийка даже привставала со своего места, наклоняясь вперёд и заговорщицки подмигивая. Но только и так было ясно, что не в шёпоте дело, а во внушительном декольте, которое она мне и демонстрировала, видимо, решив в очередной раз попытаться соблазнить. Но, увы и ах, я девушка и на такое не польщусь. – Вся Академия уже шумит по этому поводу. Между эльфами и ведьмами достигнуты договорённости о мире! Только что объявили по маградио.

Если эльфийка ставила своей задачей удивить меня, то у неё это получилось. Я была не готова к тому, что мир заключат так скоро. Это значит, что ведьмы могут добраться и в столицу Верендаля, где находилась Академия, в которой я скрывалась под личиной эльфа. Интересно, матушка уже в курсе моего побега? И всё ли хорошо с бабушкой?

– Мало того, говорят, сегодня вечером проведут магический обряд и свяжут двоих клятвой единения! Вот только не объявили, кто из претендентов будет со стороны эльфов, – опечаленно добавила эльфийка.

– Ректор у себя? – перебила я девушку, не желая обсуждать с ней последние новости. Да и нечего было обмусоливать.

– Нет, он с утра отсутствует. Он… – она вдруг резко округлила глаза, прикрывая рукой рот в удивлении. – Не может быть! А вдруг это наш ректор? Вдруг он сейчас у короля? О, Мириэль – Владычица леса, неужели? Ох, что будет, что будет! Дарл Моркиан ненавидит ведьм.

А то я не знаю. Само слово «ведьма» вызывало зубной скрежет у грозного ректора Академии, стоило кому-то произнести его. Казалось, он готов был испепелить неосторожного эльфа, посмевшего упомянуть про ведьм даже вскользь. А в последнее время только ленивый не обсуждал переговоры, которые велись уже больше полгода между двумя враждующими расами. И вот, в конце концов, мир был достигнут.

– Давно его нет? – попыталась выяснить я, но девушка пребывала в шоке, видимо, обдумывая ту внезапно посетившую её прелестную голову мысль и пытаясь принять её стойко и не расплакаться.

Ещё бы, сердца второй части студенток Академии давно и прочно принадлежали ректору Сэланариэлю Моркиану. И на какие только ухищрения не шли девушки, пытаясь заполучить сердце холодного на вид эльфа. Чего стоят постоянные падения штабелями перед мужчиной вследствие обмороков и нечаянных подвёртываний ног. Представляю, какой ажиотаж начнётся, если Лираль права и ректор тот, кто станет гарантом мира между эльфами и ведьмами. Ох, и жизнь его ждёт с ненавистной ему женой.

А сколько ожидается слёз и истерик в Академии сегодня вечером, страшно представить. Надеюсь, Лираль ошибается. Это же мне разгребать. Расстроенные влюблённые девушки на что угодно пойдут, чтобы достичь своего. А это нарушение правил Академии, как следствие попытки взломать защитные и охранные заклинания, за которые я и отвечаю. В общем, чувствую, работы будет полно. И исключений из Академии тоже.

– Лираль? – попыталась я дозваться горе-секретаршу. Но, кажется, это было бесполезной тратой времени.

И именно в тот момент, когда я уже хотела бросить эту глупую затею и уйти, дверь в приёмную распахнулась, и на пороге появился явно раздражённый ректор.

– Дарл Моркиан, – вскочила со своего места эльфийка, преданно смотря на мужчину и словно ожидая от него объяснения его отсутствию. От неё так и веяло любопытством, настолько её взгляд жадно осматривал эльфа, пытаясь найти хоть какое-то подтверждение её предположению.

– Никого ко мне не пускать! – чётко проговорил каждое слово ректор, даже не посмотрев в сторону эльфийки, и скрылся в своём кабинете, напоследок сильно хлопнув дверью. Но спустя всего мгновение дверь приоткрылась. – Тар, зайди.

Было бы глупостью заставлять ректора ждать и злить тем самым ещё сильнее. Поэтому я не стала мешкать и решительно направилась в кабинет к эльфу, плотно прикрывая за собой дверь.

Сэл уже сидел в своём кресле, полностью откинувшись на спинку и прикрыв глаза. И выглядел мужчина, даже находясь в таком изнеможённом состоянии, невероятно прекрасно. И длинные тёмные волосы лежали идеально, спускаясь на грудь волнистыми прядями. А смотреть на его чувственные на вид губы и пушистые ресницы я могла вечно. И да, я тоже была в числе фанаток ректора, который с каждым днём покорял моё сердце всё сильнее. Но, конечно, скрывала это и упорно каждый раз в такие моменты любования давала себе сотню-другую воображаемых оплеух, приводя в порядок мысли. Особенно хорошо помогала одна краткая и весомая мысль: «Сэл ненавидит ведьм всей душой!»

А кто скрывается за именем Тариэля Талара? Ведьма Теона, сбежавшая от своих в поисках лучшей жизни. Ну это я, конечно, утрирую, причина для побега была вполне весомая и очень серьёзная.

– Тар, вот скажи, – обратился ко мне ректор, прерывая размышления. – За что король так со мной? Он ведь знает, как я ненавижу ведьм! – последнее слово эльф прошипел. Мог бы, пошёл ещё и язык бы помыл с мылом, настолько у него это слово вызывало отвращение.

И его фраза, что скрывать, опечалила меня. Ведь это значило, что Лираль права и Сэл тот, кто выбран в качестве гаранта мира. Интересно, кого выберут со стороны ведьм? Надеюсь, не Ариду. Эта злыдня со свету эльфа сживёт, однозначно. А такой судьбы я ему точно не желаю! При всей его нелюбви к ведьмам и, получается, ко мне, я не хотела, чтобы Сэл страдал. Хотя он, конечно, тоже не был белым и пушистым.

– Ты довольно удачная партия. Жертвовать наследником глупо, а вот племянником — почему бы и нет? – высказалась я. Хотя сама не понимала, почему именно Сэл. Племянников у короля навалом.

– Ты тоже считаешь, что это жертва? – встрепенулся эльф, найдя во мне сторонника.

– Сложно сказать. Вдруг твоей женой окажется милая и добрая ведьма? – ляпнула я, не подумав. Конечно, все мои мысли занимал ректор, а точнее, то, что именно его выбрали на роль жертвенного агнца.

Поэтому не сразу поняла, почему эльф вдруг громко рассмеялся, складываясь пополам и пару раз хлопая ладонью по столу.

– Кто? Милая и добрая? А такие бывают? Если только в сказках! – утирая слёзы смеха, выдал Сэл. И стоило бы обидеться, но смеющийся эльф завораживал. Таким я его не видела ни разу.

Я тряхнула головой, поспешно убирая восхищённый взгляд и делая вновь серьёзное лицо, пока ректор не почуял неладное.

– Смог поднять настроение? – хмыкнула я.

– О да. Буду надеяться, твои слова окажутся пророческими. Ох, не могу. Добрая и милая! Как ты вообще мог такое предположить? – ректор встал со своего места и подошёл ко мне, вставая напротив и смотря прямо в глаза. Он выглядел более расслабленным, чем поначалу, видимо, немного отпустив ситуацию. Мужчина стоял, засунув в карманы брюк руки и о чём-то задумавшись.

– Рассудок помутился. Но я к тебе с делом, – решила я наконец поменять тему разговора. Не то чтобы я не хотела обсудить будущее понравившегося мне эльфа, просто… Хотя да, не хотела. Как только начинала думать, что женой может стать Арида, так тут же хотелось резко зафыркать и наслать проклятий на голову ненавистной мне девушки. И побольше. Я не мстительная и не злая, но на эту мерзавку не пожалела бы никаких сил.

– Что опять случилось? – тяжело вздохнул Сэл. – Студенты снова пытались пробраться в конюшню к единорогам? Или тестировали на прочность защитный контур?

И да, всё это мы уже проходили, и я сотню раз пожалела, что устроилась в Академию в качестве специалиста по безопасности. И, в частности, того несчастного, кто постоянно гонял бы метлой эльфов, пытающих то взломать защитный контур академии, то получить доступ к обучающим материалам и конкретно ответам на тесты, то попытать счастья и пронести запрещённые предметы. Иногда казалось, что я надзиратель и нянька в одном лице и у меня в наличии не одна тысяча детей. В общем, скучать не приходилось ни мне, ни ректору, которому я успешно жаловалась, а он принимал меры по воспитанию и наказанию нерадивых и хитрых студентов.

– Нет. У меня есть предложение по контролю за такими нарушениями, – начала я объяснять, но ректор поморщился, видимо, не в настроении вникать в мой план. Я замолчала, недоумённо смотря на него.

– А нет предложения по замене моей персоны на другую? – позволил себе показать свою слабость передо мной ректор. Но, не дожидаясь ответа, кивнул в сторону кресла, приглашая присесть. А сам достал пару стаканов и накапал нам успокаивающего снадобья. Иначе этот напиток было не назвать, так как он был настолько сильным, что успокоил бы и мантикору.

Конечно, я никогда бы не стала пить в компании эльфа, боясь потерять контроль над своей изменённой внешностью, но ректор даже не спрашивал, молча протягивая стакан и ожидая, когда возьму. Поэтому деваться было некуда.

Знала бы я, чем это закончится, бежала бы оттуда, сверкая пятками.

Теона (Тариэль)

 «Что я последнее помню?»

Именно такая мысль была первой, стоило очнуться на следующий день рано утром. Распахнув глаза, я обнаружила, что всё-таки у себя в комнате. Но не успела облегчённо выдохнуть, как на кровать резко запрыгнул мой фамильяр, тут же завопив на всю комнату свои возмущения.

– Ты с ума сошла?! – орала на меня красная панда, встав на задние лапы и пытаясь жестикулировать передними. – «Нас здесь никто не найдёт!», «Я отлично управляю своей внешностью!», «Кто заподозрит в надменном эльфе ведьму?» – перечислял он все когда-либо произнесённые мною фразы. – Ты совсем с катушек съехала от своей любви к ректору?

– Ярик! Замолкни! Что произошло, в конце концов? – остановила я своего фамильяра, который появлялся вот так лишь в крайнем случае.

– А ты посмотри! Посмотри! Давай! – он толкнул меня носом в плечо, продолжая возмущённо пыхтеть.

Я медленно повернула голову, совершая невозможное акробатическое действо, чтобы рассмотреть, что там на моём плече. А когда увидела, то в шоке распахнула глаза. Сердце от испуга пропустило удар, а по телу пронеслось стадо мурашек.

– Рассказывай, что вчера было! Рассказывай немедленно! – завопила теперь я, испугавшись не на шутку.

– А ты сама вспомни! – с ехидством в голосе произнесла панда, пододвигая ко мне пузырёк с зельем памяти.

Я, не раздумывая, опрокинула в себя всё содержимое, сразу же окунаясь в воспоминания и ужасаясь тому, что учудила.

Нет, сначала всё было прилично. Я выпила предложенное ректором снадобье и с его разрешения начала рассказывать свой план по дополнительной защите от хулиганов в Академии. А вот потом…

Потом мы пошли реализовывать мой план. Снадобье оказалось настолько крепким, что я всю дорогу так и норовила врезаться то в стену, внезапно появляющуюся передо мной, то в столб, невообразимым образом найдя его на своём пути, то лишь чудом уходила от столкновения со встречными студентами. Благо хоть молчала. И спасибо ректору, что незаметно придерживал меня, направляя в нужную сторону.

Он-то как раз выглядел бодрячком и делал вид, что, как и обычно, неприступен, как скала. Зато я то улыбалась, то хмурилась, вспоминая, кого, собственно, изображаю. Но ведьмовская натура проступала, желая смеяться и веселиться. Наверное, поэтому от меня шарахались все кому не лень, пугаясь такой смене настроения.

Так мы добрели до моего пункта управления, а точнее, до одного из пяти, оказавшегося в саду при Академии, у заброшенного озера. И это был отличный вариант, чтобы отпугивать хитрых и смелых студентов, ведь к «Озеру проклятий», как прозвали между собой эльфы это место, мало кто рисковал подходить. Лишь одна безумная ведьма в лице меня, нашедшая общий язык с живущими в озере лириями. И да, они были видимы лишь ведьмам, а вот студенты до сих пор не понимали, что за проклятье наложено на вполне обычное на вид озерцо. В отличие от того же ректора, который благоразумно принял решение не трогать малочисленный народ. Да и для устрашения студентов лирии идеально подходили.

Встав около небольшого табло, расположенного на постаменте и окружённого не только наложенными щитами ректора, но и моими ведьмовскими штучками, скрытыми от посторонних глаз, я пыталась объяснить ректору, что, собственно, от него нужно.

Но то ли я была слишком «успокоена» снадобьем, то ли ректор был ещё опечален предстоящим обрядом единения, но мы друг друга совершенно не понимали. И, возможно, так и стояли бы, общаясь словно на разных языках, пока ректору в голову не пришла отличная, по его мнению, идея. В моей голове давно уже не было идей, наверное, поэтому я не могла воспротивиться воле Сэла.

Эльф, словно провинциальный маг из захудалой деревушки, достал из-за пазухи початую бутылку снадобья, первым делом предлагая её мне. И я до сих пор задаюсь вопросом, почему я её приняла. Вот зачем?

То, что происходило дальше, не поддаётся никакому описанию. Никогда не то что не думала, не могла даже предположить в самом кошмарном или не очень сне, что буду стоять с ректором и распивать странного состава снадобье, теряя голову. И если до этого я думала, что ректор держит себя в руках, то спустя пару мгновений поняла: он тоже уже ничего не соображает.  

И, честно говоря, думая сейчас об этом, я была рада этому факту, ведь вечер подкрался незаметно. И дело не в том, что мы с ректором так и не смогли реализовать мой план, а в том, что Король эльфов и Верховная ведьма начали свой дурацкий обряд единения! И да, присутствие молодожёнов не требовалось! Это был лишь магический контракт, который заключался между представителями обоих рас, но не мог быть расторгнут по решению одной из сторон.

И почему? Почему? Ну почему именно я стала той ведьмой, которая выбрана в качестве супруги для Сэланариэля Моркиана? Слишком много вопросов пронеслось в моей голове в тот момент, когда я ощутила невероятно болезненный процесс проявления метки единения на своём плече.

Я была не готова! Совершенно! Неудивительно, что потеряла контроль над обликом, скидывая с себя образ высокомерного эльфа и представая перед ректором в виде светловолосой ведьмы. Мало того, за плечо сдуру схватилась, вскрикивая. И неважно, что ректор тоже морщился от той же боли. Ужаснее стал момент, когда он поднял на меня взгляд.

Сказать, что я сделала, чтобы он не смог полностью разглядеть меня и понять, что перед ним ведьма? Поцеловала! Мать моя женщина! Я его поцеловала! Ну не дура ли?

В каком магкино я увидела этот приём? Сжечь и пепел развеять по воздуху! И выкинуть на всякий случай маг-ящик, который такие приёмы советует.

Что было дальше, я даже не стала вспоминать! Я лежала на кровати и в шоке смотрела в потолок, пытаясь осознать произошедшее. И понимая, что со стороны ректора происходящее вчера оказалось тем ещё ужасом. Его поцеловал эльф! Не эльфийка, не ведьма и не обычная девушка. А якобы мужик! Он же не знает, что это я! Как он меня не убил там же? Как? Почему я ещё жива?

– Ну что, вспомнила? – ехидно поинтересовался мой фамильяр, смотря, как я пытаюсь заново научиться дышать. Паника накрыла с головой, пока Ярик не добавил, что ректор самолично довёл меня до комнаты.

– Надо делать ноги! – решительно заявила я.

– Ага, вот прямо сейчас, когда секретарь ректора тебя у двери караулит, – любезно проинформировал меня фамильяр, приводя в ещё больший ужас.

– И как давно?

– Ну, час или два. Кто ж её знает, – напоследок фыркнув, ответила панда.

– И что делать? – растерянно спросила я.

– Можно сделать вид, что с ректором ты не знакома. Хотя стой, ты ж его вчера поцеловала. Однозначно не прокатит! – продолжил издеваться надо мной фамильяр.

– Ярик! – прорычала я.

– А что Ярик? Как к эльфу с поцелуями лезть, так Ярика никто не слышал и не видел. А теперь сразу советы просишь, за голову хватаешься! А я говорил! Не пей непонятные снадобья! Чего тебя вообще вчера к нему понесло? – снова начал возмущаться этот шерстяной шарфик.

– Так, погоди! – только сейчас дошло до меня. – А что с меткой? Что вообще происходит? Почему я? Мне ж нельзя!

– А что ж ты об этом вчера, когда целовала ректора, не подумала? Только сейчас вспомнила бабушкин совет «не влюбляйся в эльфов, и не дай великий фамильяр выйти за него замуж!». Что-то вчера даже полмысли об этом не проскочило в твоей бедовой голове!

– Ты долго ещё будешь меня распекать? Дай хоть одну здравую мысль! – вызверилась я на него.

– Да нет их! Вот совсем! Он тебя теперь из-под земли достанет! Если, конечно, у тебя вдруг зелья беспамятства не завалялось в сумке. Но ты ж бедовая, хоть и ушлая, так что…

– Ты гений! – воскликнула я, слетая с кровати и доставая запрятанную в глубинах шкафа сумку. Зелья беспамятства у меня не было, но завалялась пара капель зелья Белоснежки. Конечно, ректор не умрёт и в гробу стеклянном не станет спать, но забудет всё до нашего следующего поцелуя. А уж целовать я его точно больше не буду. И пить тоже ничего не буду. И вообще, ничего не буду с ним делать! Абсолютно ничего!

Приняв заблаговременно противоядие, приведя себя в надлежащий вид и снова приняв облик эльфа, я решительно распахнула дверь комнаты. И практически тут же наткнулась на Лираль, которая нетерпеливо переминалась с ноги на ногу.

– Лираль? – обратилась я к девушке, ожидая, собственно, услышать причину её нахождения перед дверью моей комнаты.

– Дарл Талар, вас к себе ректор вызывает. Сказал, очень срочно!

– Хорошо. Я сейчас приду, – я позволила ей удалиться, а сама в панике вернулась обратно в комнату.

– Куда? А ну обратно! – преградил мне дорогу Ярик.

– Я не хочу умирать! Давай сбежим! – я металась по небольшой комнатке, заламывая руки и сходя с ума. И вроде бы стоило думать о другом, например, о метке и решении Верховной ведьмы выбрать именно меня, но все мои мысли были заняты последствием вчерашнего поцелуя.

Да как я вообще теперь буду в глаза смотреть Сэлу? Ещё неизвестно, получится ли у меня подлить зелье ректору, прежде чем от меня мокрого места не останется!

– Нет! Ты же знаешь, мы тут не развлекаемся! Так что ноги в руки и вперёд! Если что, я помолюсь за тебя! – и этот шерстяной умник вытолкнул меня за дверь. И ладно, коридор был пуст. Не представляю, как бы я это объясняла.

Пришлось взять себя в руки, вспоминая, что у меня ещё имеются незавершённые дела в Академии, и направиться в сторону кабинета ректора. И да, я как могла оттягивала момент нашей встречи, но дорога оказалась необычайно короткой, и спустя всего пару минут я уже входила в просторный кабинет ректора, решив смотреть куда угодно, лишь бы не на него. Да только глаза сами нашли высокую фигуру, стоящую у окна и наблюдающую за спешащими на занятия студентами.

Я ожидала всего. Начиная от обвинений и заканчивая дракой, но никак не растерянного взгляда Сэла, когда он повернулся ко мне. И первое, что он произнёс, это:

– Тар, а ты случайно не помнишь, что вчера было? Мы поставили защиту или нет? – потирая лоб, произнёс мужчина, одной своей фразой позволяя мне расслабиться и еле заметно улыбнуться.

Да это просто невероятное везение! Он не помнит вчерашний вечер! Хотя почему меня это удивляет? Я тоже не помнила до момента, пока не хлебнула зелье, вспоминая все события. Так что вполне логично, что Сэл, выпивший наравне со мной, тоже всё позабыл. И слава Верховной ведьме, что всё обернулось именно так.

– Нет. Мы, мягко говоря, были не в состоянии, – выдохнула я, уже ведя себя более свободно.

– А что вообще мы вчера делали? – ректор сел в кресло, облокачиваясь о стол и потирая пальцами виски. И хотела бы я помочь ему убрать головную боль, ведь сама уже наглоталась зелий для прекрасного самочувствия, но тогда я выдам себя. А это будет ещё большей глупостью, чем вчерашний поцелуй.

– Да ничего особенного! После того, как у нас не получилось поправить защитный контур, разошлись по комнатам, решив попробовать сегодня, – сказала я почти правду. Ну, упустила пару моментов, которые совершенно не обязательно знать ректору.

– Да? – словно сомневаясь в моей истории, переспросил эльф.

– Да, – подтвердила я, ставя точку и надеясь, что мы больше не вернёмся к воспоминаниям прошлого вечера.

Теона (Тариэль)

Я была слишком наивна, ожидая, что ректор так просто примет мои слова за чистую монету. Нет, не то чтобы он мне не поверил, а, скорее, решил выяснить все подробности, продолжая задавать интересующие его вопросы.

– И точно больше ничего не делали и никуда не ходили? – почему-то ещё раз уточнил этот момент ректор.

– Точно! – подтвердила я без задней мысли.

– А это тогда откуда? – обречённо вздохнул ректор, выкладывая на стол два обручальных кольца.

Знаете, впервые я пожалела, что не стала вспоминать, что было дальше. А ведь была уверена, что ничего там не могло случиться ужаснее, чем наш с ректором поцелуй. Но, оказывается, это были лишь цветочки.

Я пару раз моргнула, тщетно надеясь, что кольца мне лишь видятся и, возможно, я просто либо сплю либо наглоталась слишком много зелий и теперь ловлю галлюцинации. Но нет, ректор выглядел слишком живым и задавал очень правильные вопросы, чтобы быть бредом моего больного воображения.

Я растерялась и совершенно не знала, что ему ответить. Самой бы вспомнить, что было после. Да только не уверена, что сейчас подходящее время. Но куда деваться?

– Ты тоже не помнишь? – спросил эльф, поднимая на меня задумчивый взгляд. И хотелось бы мне ответить «да, не помню!», но, как нарочно, перед глазами замелькали картинки воспоминаний, приводя меня в ещё больший ужас, чем ранее.

Я вспомнила, что наш поцелуй был прерван появлением магпочты. И именно она, оказывается, спасла меня от жестокой расправы, ведь довольным и бодрым голосом Короля эльфов поздравила Сэла с заключением союза с ведьмой Теоной. Сказать, как отреагировал Сэл на это сообщение?

Свиток, который был приложен к сообщению и являлся копией заключённого союза между ректором и мною, был испепелён в мгновение ока. А кольца, до этого весело болтающиеся на тесёмочке, которой был перевязан свиток, закинуты в озеро.

Ректор был в бешенстве! Кажется, он даже про поцелуй забыл, и про меня, и вообще про всё на свете, злясь на Короля эльфов, на Верховную ведьму и на весь мир в целом.

И да, чихать он хотел на союз между эльфами и ведьмами. Да-да, именно так и произнёс раз пять, пыхтя как чайник и сверля взглядом озеро.

Да вот беда. Магические вещи такого уровня невозможно просто так уничтожить, учитывая, что они были созданы настолько сильными личностями, как Король эльфов и Верховная ведьма.

Знаете, сколько раз свиток и кольца возвращались, а Сэл упорно пытался от них избавиться? Раз десять, не меньше. А с третьего раза ректор и меня привлёк к данному действу. Благо на тот момент я успела вернуть контроль над своей родовой способностью изменять внешность и снова стала высокомерным, но совершенно растерянным после поцелуя Тариэлем Таларом.

И самое ужасное, что мы не остались на месте, тратя бессмысленные попытки на ликвидацию заключённого союза. Мы отправились в кабинет, где проводились занятия по созданию опаснейших заклинаний. Лишь там было достаточно безопасно, чтобы испытывать все средства по уничтожению свитка и колец.

Зачем вообще мы это делали, я не решусь ответить. Скорее, присутствовал азарт, полностью поглотивший нас, и ректора в частности. Его мозг был порабощён идеей избавиться таким образом от ненавистного ему брака. И, честно говоря, учитывая, что мне было никак нельзя выходить замуж за эльфа, я поддерживала все умные и не очень мысли Сэла. До момента, пока я не предложила ректору использовать одно заклинание, способное разрушить связи. Ну, чисто теоретически.

Знаете, в чём был ужас произошедшего? Нет, не в том, что заклинание не сработало как надо, а в том, что я спутала его с другим. Заклинания, особенно где требовалась живая магия без зелий, всегда были моим слабым местом. Поэтому неудивительно, что продиктовала я фразу ректору совершенно иную, чем было необходимо. А он, не задумываясь, повторил.

Если бы существовала премия «Неудачница мира», я получила бы её первой! И прямо по своей многострадальной черепушке. Кто вообще меня за язык тянул использовать заклинание нежных чувств вместо необходимого?! Теперь Сэл будет хоть и временно, но проявлять ко мне симпатию.

Единственным спасением было держаться как можно дальше от ректора. Но как вообще я себе это представляю, работая на него? Глупость несусветная! И ладно он ещё не понял, что произошло, так как заклинание начинает работать постепенно, и поначалу сложно уловить какие-либо изменения. И хорошо, что сейчас не помнит о случившемся. Кажется.

– Тар?

Я встрепенулась, выныривая из пучины воспоминаний и смотря на ректора, который, кажется, всё это время пытался меня дозваться.

– Да?

– Так не помнишь? – переспросил Сэл, с надеждой ожидая ответа. Но только сумасшедшая могла рассказать обо всём, что случилось. Ну либо самоубийца. А я не она! Точно!

– Нет! Совершенно не помню! – покивала я, для достоверности потерев немного лоб рукой, якобы пытаясь вспомнить. – Помню только, что мы разошлись по комнатам, и всё. Это уже, наверное, без моего присутствия ты где-то кольца нашёл.

– Да, наверное, – с сомнением в голосе произнёс ректор.

– Ну так что насчёт моего плана? – ушла я от скользкой темы, костеря себя на чём свет стоит. А сама подумывала о том, как бы всё же подлить в бокал ректору зелье. Страшно представить, что будет, если он вспомнит о произошедшем.

– Сейчас у меня ещё есть дела. Давай после обеда, – ректор встал со своего места, убирая кольца в магический сейф и за это время давая мне возможность использовать зелье на его стакане.

– Конечно! Тогда я пойду! – откликнулась я и чуть ли не бегом покинула кабинет ректора, мысленно обзывая себя всеми возможными ругательствами, пытаясь всю дорогу до комнаты придумать способ всё исправить.

Но его не было. Мы уже были связаны друг с другом магическим контрактом, метками, а теперь ещё и заклинанием. Хоть и временного действия. Хуже не придумаешь! Бедный ректор. Он же будет думать, что его тянет к мужчине! Пожалуй, одним этим я сейчас заслужила гордое звание «Вредная ведьма». А ещё переживала, что его Арида со свету сживёт. Как бы мне не досталась эта честь. А по своей глупости я ещё не то могу натворить!

– Ну что? – тут же накинулся на меня с расспросами фамильяр, стоило вернуться в свою комнату после разговора с ректором.

– Он ничего не помнит! – ответила я, вот только радости от этой фразы не было совершенно. И панда это поняла, прищурив глаза и недоверчиво смотря на меня.

– Точно?

– Да. Но я всё равно пару капель в стакан накапала. Мало ли, – пожала я плечами, возвращая на место пузырёк с зельем и снова пряча сумку как можно дальше.

– И он выпил? – Ярик кружил вокруг, постоянно задевая мои ноги хвостом и недоверчиво разглядывая. Вот всегда он так. Ни единому моему слову не верит!

– Думаю да, – не подумав, ответила я. – Когда уходила, он как раз наливал воду в стакан, – но оплошность уже было не исправить. Сейчас начнутся очередные нотации.

– То есть ты не знаешь! – воскликнула панда, хватаясь за голову. – В кого ты такая беспечная? Твоя мать Верховная ведьма! Почему в тебе нет и доли ума и прозорливости, как у твоей матушки?

– Ой, перестань наводить панику! Давай лучше думать, где мы ещё не искали гримуар, – тут же сменила я тему, заинтересовав ей фамильяра. Не хватало ещё, чтобы он меня за неверное заклинание вдогонку отчитал.

– Да практически нигде! Ты только и торчишь в библиотеке! Ясно же, что там нет его! Кто вообще додумается гримуар ведьмы хранить в библиотеке Академии, куда есть доступ у всех студентов? – если я рассчитывала, что хоть здесь Ярик не станет умничать, то жестоко ошиблась. И почему я вообще терплю это несносное существо? За какие грехи мне достался такой болтливый и невыносимый фамильяр?

– Ну не пойду же я проверять все комнаты преподавательского состава? – попыталась я уподобиться панде и сумничать. Но не тут-то было.

– А почему нет? Ты специалист по безопасности! Отличный предлог – проверить во всех комнатах защитные контуры!

Хотелось зарычать от самодовольного и надменного вида панды, а ещё схватить и шерсть вздыбить так, чтобы он передвигался лишь кубарем, не доставая лапами до земли из-за своей пушистости.

– Ты говоришь как моя бабушка! – воскликнула я и всплеснула руками, так как аргументы закончились. Я больше не знала, что ещё могу сказать Ярику в своё оправдание.

– А ты… – но что хотел ответить фамильяр, было не суждено узнать. Ведь впервые за долгое время мой родовой медальон издал противный писк, оповещая о новом письме.

Мы с Яриком переглянулись и оба настороженно приблизились к шкафу, куда я убрала сумку не так давно. И я вовсе не хотела открывать её и уж тем более доставать медальон, но было важно узнать, что там. Бабушка сказала, что не будет писать, но лишь она могла отправить письмо. Значит, случилось что-то непредвиденное?

– Давай быстрее! Вдруг там что-то срочное! – поторопил меня фамильяр. И я была с ним полностью согласна. Чем больше я тяну, тем больше надумываю разные страшные вещи.

Медальон словно сам просился в руки, находясь среди кучи вещей невероятно быстро. Хотя сумка вмещала в себя столько всего, что я могла там Ярика потерять и после искать неделю.

А когда медальон практически запрыгнул ко мне в руки, я осознала, что от волнения кончики пальцев стали холодными и не слушались хозяйку, каждый раз соскальзывая с застёжки медальона.

– Дай я! – не выдержал Ярик, поддевая замочек когтем и моментально открывая медальон. И так как я ожидала услышать голос бабушки, то неудивительно, что выронила вещицу, когда ошиблась в своих предположениях.

– Теона, дорогая! Почему ты не предупредила меня, что хочешь попутешествовать? – слишком спокойным и ласковым голосом вещала моя матушка. – Это оказалось для меня полной неожиданностью! Надеюсь, ты прекрасно отдохнула. Но сейчас тебе стоит вернуться! Должно быть, ты уже в курсе, что именно твоя персона выбрана в качестве гаранта мира со стороны ведьм. Необходимо подготовиться к скорой свадьбе. Будь благоразумной и вернись!

– Дело труба! – сразу же высказался Ярик. А мне ничего не оставалось, как кивнуть.

Матушка никогда не говорила настолько ласковым голосом. Всегда я слышала от неё лишь упрёки и приказы. Я обязана была слушаться её во всём. И хотя моя непоседливая натура протестовала против слепого подчинения, но я исправно слушалась Верховную ведьму, не желая разгневать матушку и познать все кары небесные. Поэтому то, что я решилась на побег, было нонсенсом. Не столько для меня, сколько для самой Верховной ведьмы. Наверняка она не ожидала такого поступка от всегда кроткой и послушной Теоны.

Но сейчас меня волновало другое! Последние слова бабушки, перед тем как мы с ней расстались, теперь приобретали другой смысл. Да и вся ситуация в целом оказалась невероятно странной.

Теона (Тариэль)

Полгода назад. Ведьмовской Лес

– У нас слишком мало времени! – бабушка суетилась, мечась по комнате и собирая какие-то вещи.

Не успела я приехать к ней, чтобы набраться опыта после успешно сданного экзамена, который принимала у меня сама Верховная ведьма и по совместительству моя мама, как бабушка, проводив моё сопровождение, развила бурную деятельность.

И я даже осмотреться не успела, ведь впервые гостила у неё. Только и заметила, что прибыли мы на огромную поляну, окружённую защитным ведьмовским барьером, который не давал непрошеным гостям подойти к дому внушительного вида. Бабуля была ещё молода для своего статуса, а ещё сильна магически, но никогда не желала славы, поэтому жила отдалённо от столицы ведьмовского государства.

Изредка она покидала дом, приезжая к нам в гости. И такие дни всегда были наполнены радостью. Отношения с бабушкой у меня были лучше, чем с матерью. Ведь она на многое закрывала глаза, позволяя мне быть собой. Той, кто может сбежать из дома поздно ночью, отправившись на поиски приключений в соседний лес или решив вдруг поплавать с русалками в озере. А ещё мне разрешалось затемно возвращаться с гуляний, проводя время с подругами. В обычные же дни всё моё время занимала лишь учёба, не более.

Сейчас же, честно говоря, я совершенно не понимала, что происходит, находясь посреди небольшой комнаты в довольно просторном доме ведьмы и растерянно наблюдая за метаниями бабули. Никогда не видела её паникующей. Она была уравновешенной, степенно делающей всё, за что принималась. И всегда представала перед остальными как строгая, гордая и сильная ведьма.

– Ба, что происходит? – попыталась я выяснить хоть что-то.

Но на свой вопрос я вместо ответа получила непонятную информацию. И то, мне пришлось ждать, когда ведьма сама соизволит мне поведать о происходящем.

– Тебе нужно к эльфам! Прямо сейчас! – бабуля остановилась напротив меня, водя руками перед моим лицом и с каждой произносимой фразой надавливая на мой лоб пальцем, вырисовывая какие-то символы. Я была настолько растеряна, что даже не сопротивлялась, изумлённо наблюдая за действиями бабули. – Способности проявятся через пару часов. Вспомнишь занятия по концентрации, и у тебя всё получится, поняла?

– Ничего не поняла, – быстро ответила я, осознав, что творится что-то нехорошее. – Какие способности?! Зачем мне к эльфам?

– Теона! Твоя мать не знает, что тебе достались родовые способности. Как только ты родилась, я сразу же наложила на них печать. Не смей никому рассказывать об этом! Ты поняла? – ведьма сжала пальцами мои плечи, налаживая зрительный контакт и пытаясь вложить в мою бедовую голову как можно больше информации. И вроде бы говорила она на обычном языке, но ничуть не приближала меня к пониманию происходящего. – Примешь облик эльфа Тариэля Талара. Документами я тебя снабжу. Твоя задача — найти гримуар, который был спрятан одной сильной ведьмой.

– Это как? Зачем? – я начала вникать в смысл произносимых бабушкой слов, понимая, что сейчас она намеревается отправить меня в опасное путешествие. А кто, как не Теона, уставшая сидеть в четырёх стенах, готова на небольшое приключение. И неважно, что я не понимаю, каким образом должна из ведьмы превратиться в эльфа и где именно должна найти неизвестный мне гримуар.

Внутри уже загорелся огонёк азарта, а пятая точка зачесалась в поисках неприятностей. Даже мой фамильяр пробурчал что-то мысленно, одобряя небольшое приключение. И хотя бабуля говорила очень серьёзно, да и задание выдала непростое, но я была слишком молода и воодушевлена свободой, вырвавшись из золотой клетки.

– И почему к эльфам? А что потом делать с гримуаром? – уже более весёлым голосом спросила я, но получила совсем не тот ответ, который ожидала. Бабушка резко одной фразой осадила мою весёлость.

– На тебя наложено проклятье! Ты обязана его снять!

Сердце пропустило удар, а я замерла, растерянно смотря в зелёные глаза напротив.

Что за проклятье? Насколько оно серьёзно? И что мне от него ждать? А самое главное, кто наложил, и когда меня прокляли?

– Тогда нужно сказать маме, и она… – нашла я выход, понимая, что бабушка отправляет меня не на простую прогулку. Кажется, на кону моя жизнь.

Вот, Теона, только подумала, что будет весело. Ан нет.

– Она его на тебя и наложила! – решила добить меня внезапно открывшейся правдой ведьма. Перед глазами потемнело. У меня не было причин не доверять словам бабушки, но и поверить в то, что мама причастна к проклятью, было сложно.

– Что? – сама не поняла, как мои губы произнесли вопрос, всё ещё не веря в слова ведьмы.

– Нет времени объяснять, но ты не можешь ей больше доверять! – бабушка замерла, прислушиваясь к чему-то, но почти тут же возвращая свой взгляд на меня. – Пойми, это очень серьёзно!

– Но что за проклятье? И когда? Зачем? – с отчаянием в голосе завалила я её вопросами, чувствуя, что с минуты на минуту она меня прогонит.

– Запомни лишь одно! Тебе нельзя выходить замуж за эльфа! Иначе проклятье начнёт действовать! – дополнила бабуля, ещё больше запутывая меня этой странной фразой.

– Это ещё что за глупость? Почему именно это спровоцирует проклятье?

Но бабушка больше не ответила ни на один вопрос, всовывая мне в руки какой-то свёрток и толкая на выход.

– Связь по медальону! Лишь в крайнем случае! И ни в коем случае не попадайся на глаза матери, пока не снимешь проклятье! Иначе быть беде!

И спустя пару минут я уже стояла на тропинке, держа в руках всё тот же свёрток и медальон, который должен был показать мне дорогу. Тропинка начиналась прямо на краю поляны за домом ведьмы и неизвестно где заканчивалась. Но я была уверена, что где-то на границе с эльфийским королевством.

Было ли мне страшно? Скорее, я была растеряна после разговора с бабушкой, которая лишь запутала меня и дала пищу для размышлений на долгие месяцы, а то и годы. Но почему-то я не сомневалась ни в одном её слове. Просто так быстро не могла принять реальность, поэтому первые сто шагов шла, не смотря особо за дорогой. Лишь когда фамильяр подал голос, я опомнилась, понимая, что чуть не свернула с тропинки.

– Нет, я, конечно, понимаю, что новости так себе, но взбодрись! Нам ещё топать не один день! Так что давай воспринимать это путешествие как практику после сдачи экзамена, – и хотя панда хотела меня приободрить, но меня волновало другое.

– Как думаешь, что за проклятье? – поинтересовалась я у Ярика.

– Да кто ж его знает. Я не чувствую ничего, значит, одно из высших, – развёл лапами мой фамильяр, смешно дёрнув носом пару раз.

– И зачем это маме? – этот факт просто не укладывался в голове.

– Надеюсь, мы скоро это узнаем, – попытался приободрить меня Ярик, но, кажется, это была неподходящая фраза. – Хотя нет, лучше не знать! – поспешно исправился он.

– Слишком много вопросов. У меня голова сейчас взорвётся! – взвыла я, пиная несчастную ветку, которая попалась мне на тропинке.

– Лучше следи за направлением. Мы не на прогулке. Конечно, лес – наш дом родной, но это не охраняемые столичные леса, а чужая опасная местность. Вдруг зырки попадутся или диянки. Ты помнишь, как от них защититься? – сумничала панда.

– Да, ты прав. Давай сосредоточимся на дороге. Только надо выяснить, что мне бабушка дала, – я остановилась и развернула свёрток, находя внутри мужскую одежду, странного вида бумагу с вензелями, пару золотых монет, несколько бутылочек с зельями и свёрток с вяленым мясом, сыром и хлебом. – Негусто, но спасибо и на этом.

– Надо поспешить! Ба сказала не задерживаться нигде, – кажется, мой фамильяр взял на себя роль заботливой матушки.

– Единственная понятная фраза от неё, – я вздохнула и, запихнув полученные от бабушки вещи в сумку, решительно отправилась по тропинке, периодически сверяясь с медальоном, который сейчас направлял меня.

Кто знает, какие именно приключения приготовила мне судьба и что за проклятье лежит на моих плечах, но я уверена, ожидается невероятное путешествие. Впервые я почувствовала свободу и интерес к происходящему. И если мне сейчас скажут, что всё это был розыгрыш и вернись-ка ты домой, я побегу навстречу новым событиям сломя голову. Потому что там меня ожидает жизнь интереснее, чем под гнётом матери и сотни правил, которым я не хочу соответствовать. И пусть есть некое проклятье. Ведьмы не сдаются! Я обязательно всё выясню и избавлюсь от смертельной опасности, если она нависла над моей головой. А то, что придётся притвориться эльфом… Ну что ж, так даже интереснее. Всегда мечтала поглазеть на этих остроухих. Чем не отличная возможность для этого?!

Теона (Тариэль)

Обсудив ситуацию с Яриком, мы пришли к выводу, что раз мать ещё не здесь, а лишь отправила сообщение, значит, не знает, где именно я от неё скрываюсь. И, надеюсь, бабушка не выдаст. И даже если она сообщит, что я у эльфов, это никак не поможет Верховной ведьме в поисках. Эльфийское королевство слишком огромное, да и не пустят ведьм просто так сюда. Даже с учётом заключённого мира.

Тем более, хоть мы с ректором обзавелись метками, но брак не подтверждённый. Свадьбы не было. Кольцами не обменялись. Так что мне лишь надо как можно дольше скрываться от матери и, соответственно, тем самым избегать свадьбы.

Больше чем уверена, что эльфы сначала захотят посмотреть на невесту, познакомить меня с Сэлом. А значит, до этого момента мать в эльфийском королевстве не появится. Это мне повезло, что открылась такая необычная способность к метаморфии и я проскочила незамеченной.

А другим способом изменить внешность не получится. Если ведьмы надумают воспользоваться иллюзией, то ничего у них не выйдет. При пересечении границы все иллюзии слетают моментально.

Ох, не знаю, с кем мои предки нагрешили и откуда такая способность взялась, но меняться я могла не кардинально. Да и повезло, что мне нужно изображать эльфа, а не оборотня какого-нибудь. Эльфы все прекрасны и с привлекательной внешностью. Что мужчины, что женщины. Поэтому мне не составило труда измениться лишь немного, убрав грудь и сделав личико более мужественным. С голосом была проблема, но и тут помогло зелье, сделав его более грубым.

А вот вторая моя способность пока оставалась в тени. Возможно, я неправильно поняла бабушку, и она имела в виду лишь метаморфию?!

– Ты помнишь, что тебе уже пора бежать? – с невозмутимым выражением морды напомнил фамильяр, внимательно рассматривая свои когти. Опять умничает!

– Что? – я отвлеклась от созерцания себя в зеркале, проверяя, всё ли нормально с моим обликом.

– Да всё хорошо! Ты уже час стоишь и смотришь на себя. Любуешься, что ли? – поддел Ярик, фыркая со смеху.

– А шишкой в лоб? – смотря через отражение в зеркале на фамильяра, пригрозила я.

– Да где ж ты её тут возьмёшь? – и как же натурально у него получилась усмешка. Словно не панда, а человек.

– Найду! – настояла я на своём, сама пока не зная, где мне здесь шишку искать. Ни сосны, ни кедра, ни тем более ели на территории Академии не наблюдалось.

– Я просто не понимаю, чего ты там разглядываешь? – кажется, мою угрозу восприняли всерьёз, идя на попятную.

– Тебе лишь кажется, что это просто! А я всё время боюсь что-то упустить! Какую-нибудь мелочь! – я просто не могла понять, что не так, но что-то смущало в моём облике.

– Да кто эту мелочь заметит? – махнул лапой фамильяр, демонстративно зевая.

– Кому надо – заметят! Например, что оттенок волос не тот, – я резко развернулась к Ярику и схватила панду за шкирку, приближая её морду к своему лицу. – Вот видишь! – я взяла пальцами белоснежную прядку волос, тыкая ею в нос фамильяру. Но, кажется, перестаралась, так как, пару раз глубоко вздохнув, панда смачно чихнула прямо мне в лицо. Ладно я хоть глаза успела закрыть, и на моё счастье Ярик лишь слюнями забрызгал часть моего эльфийского лица.

– Ухахаха. Вот теперь всё точно отлично! – имел наглость поиздеваться в такой момент надо мной Ярик. И сам тут же пожалел об этом, ведь я, недолго думая, уткнулась лицом в его мягкую шерсть на боку, вытирая слюни. – Аааа! Ты что творишь? Отпусти! – заверещал он тут же, пытаясь вырваться из моей хватки.

И я отпустила. Сам же просил. А то, что попой шмякнулся на пол, так его проблемы. Мог бы уже научиться, как кошки, в воздухе переворачиваться и падать на четыре лапы.

Я, довольно улыбнувшись, повернулась обратно к зеркалу, больше не слушая возмущений со стороны Ярика о безответственной хозяйке. Это он может до вечера возмущаться, а мне ещё объяснять ректору, как именно настроить контур.

И всё же, кажется, раньше цвет волос был не таким светлым. И казалось, что глаза должны быть не такими голубыми. Или, может, свет так падает? И густота бровей смущает. Нос словно стал острее.

После вчерашней потери облика я сомневалась в своей внешности как никогда. Ведь, один раз изменив её, я больше не принимала облик ведьмы Теоны. А вчера что-то пошло не так. Вот и появились сомнения. Но вроде ректор сегодня ничего не заметил. Хотя ему было не до этого. Но сейчас у меня встреча с ним, а он наверняка уже пришёл в себя, и я не уверена, что он не заметит изменений во мне. И хотя я сама не могу понять, что не так, но это не облегчает мне задачу.

– Губы были тоньше, – вдруг выдал Ярик, видимо, устав говорить с моей спиной.

И правда, губы были не те. Так вот что портило всю картину!

– Точно! Вот теперь я Тариэль, – подправила я внешность, убеждённо смотря на мужчину в зеркале, чей облик теперь имел законченный вид.

– Наконец-то! А теперь ноги в руки и вперёд! Иначе ректор притащится тебя искать! Садистка! – припечатал мой фамильяр и гордо протопал к кровати, забираясь на неё и сворачиваясь клубочком.

А я поспешила на выход. Да только не учла одного момента. Сейчас большая перемена. Чем мне это грозило? Неприятностями. Не сказать, что большими, но требующими огромных усилий по их ликвидации.

Стоило выйти за дверь, как я наткнулась на десяток студенток, нетерпеливо ожидающих моего появления. Могла бы, застонала и хлопнула себя по лбу, прекрасно понимая, что сейчас начнётся и чем закончится. И ведь не нагрубишь. Как у Сэла получается справляться со своим фан-клубом? Вот не понимаю я.

– Дарл Талар! – в мгновение ока я оказалась окружена и атакована двумя десятками глаз, влюблённо взирающими на меня.

Вот честно, девоньки, мне вас даже жаль. Знали бы вы, на кого положили глаз, выкололи бы его тут же. И не говорите мне, что я кровожадная. Буквально на днях слышала разговор этих же девиц, которые поливали грязью ведьм и не одобряли решение о мире между расами. И сейчас, смотря, с какой любовью они на меня взирают, мне просто было смешно. И очень хотелось открыться, чтобы посмотреть на ошарашенные взгляды этих высокомерных змеючек.

– Да, студентка? – откликнулась я, понимая, что слишком задумалась. И ладно бы искала пути выхода из этого клубка змей, нет, о каких-то глупостях думала.

– Ох, вы знаете, сегодня ночью через окно ко мне кто-то проник, но, испугавшись моего крика, сбежал! Было так страшно! Кажется, у меня нарушен защитный контур! Не могли бы вы проверить? – и своими пушистыми ресницами хлоп-хлоп. Мне б такие! Интересно, если у этой красотки отрезать и себе приклеить, будет хорошо смотреться?

Так, а что она там спрашивала? Про защитный контур в её комнате?

Чур меня, чур! Не дай Великий фамильяр ещё по комнатам студенток ходить! Она ж завтра первая побежит докладывать ректору, что у меня с ней любовь! Ещё жениться заставят! А я уже как бы… того!

Кстати, что с этим-то делать? Ба говорила, что проклятье активируется. Оно активировалось или ещё нет? Как понять? Или надо, чтобы связь установилась и метки приняли законченный вид?

– Дарл Талар? – отвлекла меня снова вышеупомянутая студентка.

– Номер комнаты? – спросила я, понимая, что уже опаздываю.

– Триста восемь, – с придыханием ответила эльфийка.

– Хорошо, я проверю контур. А сейчас я спешу! – я мягко отстранила девушку, протискиваясь мимо остальных, но через мгновение была снова облеплена девушками. Да что ж такое!

– Подождите! И у меня! Двести пятьдесят шестая комната, – захлопала глазами другая эльфийка. Нервный тик у них, что ли? А у этой ресницы, кажется, ещё больше! И мне, и Ярику хватит!

– И у меня! Комната триста шесть, – появилась в поле моего зрения другая студентка, как бы ненароком одёргивая на себе рубашку и безжалостно лишая её пары верхних пуговиц. Грудь чуть ли не вываливалась наружу, приковывая к себе взгляды всех присутствующих.

Так и хотелось потрогать свою и посетовать на жесткость судьбы. Хотя погодите! Я ж метаморф. Раз смогла убрать, могу и прибавить? И как я раньше об этом не подумала?

Улыбка сама расползлась на лице. И нет бы сдержаться и порадоваться потом. Нет, надо было мне сейчас улыбнуться!

А теперь представьте, какая неописуемая картина предстала перед ректором, когда он приблизился к нашей компании.

Я стою в окружении девушек, смотрю на грудь эльфийки перед собой и лыблюсь во все свои прекрасные белоснежные зубки. В общем, до меня дошло не сразу, чего это ректор кхекает и отводит взгляд. А когда данная мысль посетила мою светлую голову, я смогла издать лишь один звук: «О!».

– Дарл Талар? – обратился ко мне ректор, делая какие-то странные сигналы глазами. Впервые видела, чтобы у Сэла были такие круглые и удивлённые глаза, подмигивающие мне.

– Хорошо-хорошо, студентки. Как раз планировал сегодня подправить защиту на всём здании! – воодушевлено ответила я, спохватившись и смотря, как лица студенток меняются в тот момент, когда они понимают, что я не собираюсь приходить к ним в гости, а просто обновлю защиту на всём здании.

– Но как же… – заикнулась первая эльфийка, должно быть, и придумавшая этот гениальный план.

– Простите, но мне уже пора! – я выпуталась из окружения, быстрым шагом подходя к ректору. – Дарл Моркиан.

Ректор кивнул мне и окинул ещё раз каким-то странным взглядом студенток, которые недавно окружали меня. А после Сэл развернулся и направился обратно по коридору, а я поспешила за ним, честно говоря, внутри сгорая от стыда. И надо же было так глупо себя повести. Но и я не ожидала, что меня начнут так нагло соблазнять! И ведь не объяснишь теперь ректору, почему я так пялилась на грудь студентки. Не могу же я сказать: «Я улыбался, потому что тоже захотел себе такую грудь!» или «Я улыбался, потому что у меня может быть больше и красивее!».

О Великий фамильяр, о чём я думаю?

– Дарл Талар, – вдруг обратился ко мне ректор, когда мы вышли на улицу, направляясь по мало протоптанной тропинке к озеру лирий. – Студентки Академии – несовершеннолетние эльфийки. Возможно, вам стоит обратить своё внимание на более зрелых женщин. В городе существует парочка приятных для времяпровождения заведений, если вы ещё не в курсе в связи с тем, что приехали в столицу недавно. Если хотите, я могу составить вам компанию вечером и посетить с вами необходимые места.

По мере того, как ректор говорил, мои острые уши всё сильнее заливались краской, понимая, в насколько неоднозначной ситуации оказалась их хозяйка. И ведь ничего не возразишь. Как ещё объяснишь своё поведение?

– Не стоит, я сам справлюсь… – я резко замолчала, понимая, что только что сказала.

С чем я сама справлюсь? Замолчи! Просто замолчи, Теона! Ты делаешь ещё хуже! Это очень двусмысленная фраза! Как я вообще могу такое обсуждать с ректором?

Никогда бы не подумала, что попаду в настолько неловкую ситуацию! Кошмар какой-то!

– Не стоит этого смущаться. Мы же мужчины!

Ну я бы, конечно, поспорила. Да боюсь, тогда это будет последним, что я сделаю в своей относительно свободной жизни.

Теона (Тариэль)

Ну вы уже поняли, что выбора мне не предоставили. Стыдно признать, но я оказалась недостаточно умна и сообразительна, чтобы найти причину для отказа. Поэтому лишь кивнула, согласившись на вечернее мероприятие.

Потом разберусь! Сейчас я совершенно без вариантов!

– Итак, Тариэль. Говори, что делать, – мы остановились, как и в прошлый раз, перед панелью, к которой был доступ не только у ректора, но и у меня. Правда, существовала одна маленькая проблема. Моя магия была иной, поэтому я, конечно, могла создать новые контуры, новые щиты и тому подобные штуки. Но старые изменить было не в моих силах. А так как они ставились ректором, то и его я привлекала к этому занятию под предлогом, что его магия необъяснимым образом резонирует с моей. И хорошо, что такое имело место быть, а то точно были бы проблемы.

Вот и сейчас мне следовало объяснить свою идею ректору, а не самой пытаться что-то натворить. Ожидаемо с неотвратимыми последствиями.

– Нам нужно добавить сканирующий эффект, наказывающий в виде клейма. Наш контур привяжем к каждой статуе, картине, лампе или любому другому объекту, расположенному на территории Академии. Они будут отслеживать каждое нарушение правил, в том числе и попытки взлома контура, по наличию поверхностных знаний студента. В список помимо обычных заклинаний первого и второго порядка, добавим заклинания на пакостническую тему. То есть используем тот приём, когда преподаватели сканируют студентов на экзамене по своему предмету. Как только где-то на территории Академии, помимо учебных аудиторий, студентами будет производиться некое магическое действо, то наши помощники будут активироваться и сканировать замыслы учащихся. Да, возможно, будет отсеяна половина, а то и больше, но зато мы вычленим тех, кто готовит очередную каверзу, – немного путанно пыталась я донести свою идею до ректора. И он честно пытался вникнуть, сосредоточенно слушая меня.

– А что за наказывающий эффект? – поинтересовался Сэл, задумчиво потирая подбородок.

– Клеймо на лоб с надписью «Неудачник года». Почему бы нам тоже не подшутить над студентами? Последний раз они перешли все границы и заслали в комнаты к дарли Лариэль почти две сотни магических змей, зная, как она их до ужаса боится. Хоть они и были безвредными, но от этого не легче. При этом ученики смогли найти лазейку, использовав обычное заклинание первого порядка «Дуновение ветра», расширившее брешь в защите.

– Их бы сообразительность и в нужное русло! – тяжело вздохнул ректор и начал нажимать кнопки на панели, материализуя перед собой настройки заклинания. Сияющие разным цветом символы кружили вокруг нас, позволяя изучить все алгоритмы и либо изменить существующие, либо добавить новые.

Сэл сосредоточенно то притягивал пару символов и знаков к себе, что-то меняя в формуле, то возвращал их обратно, шепча себе под нос необходимые слова.

Я же заворожённо смотрела, как эльф магичит. Фигура ректора в отблесках магии очаровывала и заставляла смотреть, не отрывая взгляда.  А за плавными движениями рук я могла наблюдать вечно. И невыносимо сильно хотелось коснуться манящих губ, которые нашёптывали контрольные слова, фиксируя символы на нужных местах.

Сэл был красив. Не знаю, что в нём больше всего привлекало. Он был совершенством в моих глазах. Начиная от сверкающих жемчужно-серых глаз с пушистыми ресницами и заканчивая тонкими пальцами, сейчас виртуозно вырисовывающими знаки.

И под действием волшебства и моих чувств неожиданно захотелось признаться в том, кто я. Но внутренний голос вопил об опасности.

«Нельзя! Не сейчас! Помни о проклятье!»

И я помнила и молчала. Лишь смотрела на эльфа рядом, пытаясь сохранить на лице отстранённое выражение. А внутри всё переворачивалось от вдруг пришедшей в голову мысли: «Сэл мой!». У нас метки, которые в будущем обязательно окрасятся в изумрудный цвет, подтверждая наш брак. А на безымянных пальцах появятся те самые кольца, которые не единожды вчера были заброшены ректором в озеро лирий. Дело за малым. Влюбить в себя эльфа, который всей душой ненавидит ведьм.

Мысли глупой молодой ведьмы? Возможно. Но я была влюблена. Хотя и пыталась это скрыть. И, надеюсь, пока успешно. А то, знаете, очень странно, если ректор будет ловить на себе влюблённые взгляды коллеги. Особенно если считает его мужчиной.

– Готово! Проверить бы, – задумчиво произнёс Сэл, переводя на меня взгляд. И он мне очень не понравился. Так смотрят на подопытную букашку.

– Мне? – я изумлённо посмотрела на ректора, который медленно кивнул, при этом улыбаясь лишь уголками губ. – Ладно. Надеюсь, ты предусмотрел возможность ликвидации метки на лбу?

– Конечно! Об этом не беспокойся! – заверил эльф.

Мама всегда говорила: «Не верь мужчинам!». Надо было хоть в этом её слушаться, чтобы не попасть в такую ситуацию, как сейчас.

Нет, моя идея сработала отлично! Стоило попытаться задумать пакость, используя при этом заклинание, которое, я надеюсь, не смог распознать Сэл, как по моему лбу словно ударили ладонью, предупреждая, что не стоит так делать. Баловство наказуемо!

– Надпись появилась? – спокойным тоном спросила я, пытаясь относиться к этому как к эксперименту. Но ведьмовская натура просто визжала от удовольствия, обожая совершать такие вот каверзы. Жаль только, что я сейчас в роли надсмотрщика за хулиганами, а не участника некого действа, подразумевающего веселье.

– Да, – Сэл рассматривал надпись задумчивым взглядом.

– Что-то не так? – напряглась я. Хотя сейчас меня больше беспокоил факт ликвидации этой надписи.

– Нет, всё верно. Сейчас уберу! – ректор сделал пасс рукой, но я ничего не почувствовала. И не знаю, должна ли была.

– Убралась? – всё же решила я поинтересоваться, когда ректор нахмурился.

– Нет, – невозмутимо ответил эльф и сделал очередной пасс рукой, шепча что-то.

– А сейчас? – чутьё просто вопило, что не всё так просто. Что-то идёт не по плану. И почему именно я попала под раздачу? Ведьмовская чуйка никогда не обманывает. Так почему я не прислушалась к ней в этот раз?

– Нет. Погоди, ещё один вариант.

В общем, этот уникум, а иначе я не могла назвать ректора, применял на мне разнообразные заклинания около десяти минут, пока надпись наконец не исчезла, радуя его. Но не меня.

– Ну вот. Наверное, я где-то напутал. Но теперь знаю, как исправить, – с самодовольной улыбкой ответил мужчина, а я не знала, куда деться от смущения.

Хотя именно сейчас я очень хотела наорать на ректора и побить его. Ну совсем немножко. Ведь мужчина просто перенёс надпись. И в тот момент, когда она исчезла с моего лба, я ощутила вполне приличный удар по пятой точке, заставивший меня чуть ли не подпрыгнуть на месте. А ещё он оповестил меня о том, что надпись теперь красуется именно там.

– Сэл, – я глубоко вздохнула и выдохнула, пытаясь успокоиться. – Надпись переместилась.

– Куда? – изумлённым взглядом окинул мою персону ректор, обходя по кругу. Но, конечно же, ничего не обнаружил.

– Куда не следовало бы!

Спокойно, Теона. Эльфы не могут вдруг вспыхнуть как свечки, сгорая от ярости по отношению к одному недомагу. Эльфы прекрасно владеют собой. Особенно мужчины. Это женщины подвержены эмоциям. Не выдавай себя! Не выдавай!

Да чтоб тебя через коленку! Руки бы поотрывала ректору и на всех свободных местах набила ту самую надпись! И добавила бы ещё: «С любовью, Теона!».

Нет, я понимала, что ректор довольно сильный и опытный маг, но сейчас он точно напортачил! Конкретно так! Очень сильно!

– Сэл, ты планируешь это исправлять? – попыталась спокойным тоном поинтересоваться я, но, кажется, перестаралась. Вопрос прозвучал слишком холодно, почему-то заставив ректора судорожно сглотнуть. Или, может, мне показалось? В любом случае, ректор как-то иначе начал себя вести.

Надеюсь, мой ведьмовской взгляд не прорвался наружу. А то быть беде! Спокойно, Теона. Всё не так плохо. Это исправимо! Точно исправимо!

– Мне нужно покопаться в книгах! Я быстро!

Я ожидала совсем не такого ответа. Даже не предполагала, что эльф надумает смыться, не исправив свою ошибку.

– Стоп! Ты что, серьёзно? – кажется, в голос ворвалось возмущение. Не удержала. Но как вообще тут справиться с эмоциями, когда на твоей заднице написано «Неудачник года»?!

– Тар, никто ж не видит. А я быстро. Сейчас вернусь. А ты пока проверь заклинание, которое я наложил на всю Академию! Скорее всего, в нём ошибка, – снова взял себя в руки ректор, становясь серьёзным и собранным. Я тоже попыталась уподобиться ему, согласившись с таким планом.

Ректор убежал, а я повернулась к табло, выводя заклинание перед собой. И да, там была ошибка. И хотя я лучше знала ведьмовские заклинания, но и обычные изучала в школе. На случай войны с эльфами, если вдруг не будет заключён мир. Ведьмы довольно прагматичны. Они попытаются предусмотреть разнообразный исход ситуации и подготовиться к ней. Поэтому на магические заклинания делался тоже существенный упор.

А сейчас передо мной символ, отвечающий за наказание, имел вид укрепления. Вот и получилось, что надпись нестираемая.

Ну вот и куда он делся? Надо всего-то разрушить сначала поверхностное укрепление, а после и надпись. Неужели я была такой страшной, что ректор испугался? Да в жизни не поверю! Надо проверить. Может, что-то со мной не так?

Я достала из кармана зеркало, которое всегда таскала с собой, и украдкой посмотрела в него, отмечая, что всё нормально. Да, небольшой огонёк во взгляде есть, но его трудно заметить. Он, скорее, придаёт грозности взгляду. Но навряд ли этого достаточно, чтобы испугать ректора. Тогда почему он сбежал?

Ладно, надеюсь, потом объяснит. А пока стоит посмотреть, на месте ли надпись.

Я оглянулась и, никого не заметив, полуобернулась, оттягивая в сторону край штанов и пытаясь найти в отражении зеркала два слова.

Не могу понять, кто и когда в моей судьбе решил подправить пункт «нелепые ситуации». Но вместо прочерка в данной графе теперь красовался жирный плюс. А иначе как объяснить то, что ректор появился в самый неподходящий момент?

Сгореть со стыда на месте было бы лучшей смертью! Я за последние два дня столько раз чувствовала себя глупо и смущенно, что это начало входить в привычку.

Надо отдать должное эльфу. Он предупредительно покашлял, оповещая меня о том, что вернулся. И хотя я поспешно вернула на место край штанов и убрала зеркало, ситуацию это не исправило.

Пару секунд мы смотрели друг другу в глаза, не зная, что сказать. А сказать можно было многое. Например: «Какого фамильяра ты сбежал, надругавшись над моей задницей?» и «Чего так рано вернулся? Совесть пробудилась? Или решил ещё чего учудить, остроухое недоразумение?».

Чувствуете? Любовью даже не пахнет! А она есть! Да только ведьмовская натура не может простить такое унижение даже от объекта своих воздыханий. Сначала отомстит, а потом отлюбит.

Но я вовремя вспомнила, из-за чего, собственно, мы тут собрались, тут же взяв ректора в оборот. И Сэл быстро включился в работу, первым делом правя заклинание, а после избавляя и меня от неприятной записи. И я хотела бы выдохнуть с облегчением, что неприятности на сегодня закончились, но ректор всё испортил.

– Теперь я точно обязан провести тебе экскурсию по городу, – вымолвил он. – Встречаемся через час у ворот.

Сэланариэль

Моя жизнь изменилась в то мгновение, когда король вызвал меня к себе для серьёзного разговора. Конечно, я находился в курсе происходящих переговоров с ведьмами, но до последнего надеялся, что меня эта история никак не коснётся. Невероятно наивно было так считать с моей стороны!

По тому, что в кабинете короля находился один, я осознал — меня ожидают не самые приятные новости. Да ещё и этот разговор издалека, что раньше эльфы и ведьмы довольно плодотворно сотрудничали и производили невероятно редкие и ценные зелья, используя ингредиенты от эльфов и знания ведьм, добавили мне ещё больше опасений о теме разговора. К тому же всё это было давно известно, и я соглашался, что раньше, возможно, было лучше. Но при чём тут я?

А при том! Впервые в жизни захотелось возразить самому королю после его слов о том, что я самый любимый и преданный стране эльф, готовый на всё ради благополучия народа. Однозначно готов! Но как женитьба на ведьме поможет народу и докажет мою преданность? Ну, возможно, зерно истины во всём этом есть. Но почему выбрали именно меня?

Своего отношения к ведьмам я никогда не скрывал. Я их ненавидел! И на это была определённая причина. Да, соглашусь, и среди эльфов бывают жестокие монстры. И в той истории тоже нашли виновных и казнили. Но смерть матери я не смогу простить ведьмам никогда.

И к тому же ведьмы довольно плодотворно потоптались по всему королевскому роду. Благо, что не по нашему. А мой прадед стал свидетелем той печальной истории любви, из-за которой по итогу мы имеем серьёзные последствия.

На тот момент другой род имел влияние в королевстве. И тогдашний король полюбил ведьму. Отношения с ведьмами были как и с остальными расами – благожелательными. Однако с ведьмами было опасно иметь дело, особенно если вдруг ты решил влюбиться и сделать её своей.

Ошибкой короля стало ограничение свободы той самой ведьмы и навязывание своих чувств. Он запер её в башне, намереваясь держать до момента, пока она не смирится и не полюбит его. Несусветная глупость! Испокон веков ведьмы придерживались двух правил: быть с тем, кого любят, и не ограничивать свою свободу.

Поэтому неудивительно, что ведьма возненавидела весь род своего мучителя, просидев взаперти не один год, пока не усмирила свою гордость и не притворилась, что согласна на всё. Но стоило ей покинуть башню, как на королевский род обрушилось страшное проклятье, погубившее и самого короля, и всех его потомков. Она превратила их всех в мух, не раздумывая, заплатив самую огромную цену за проклятье – отдав свою жизнь.

Ведьмы опасны. Ведь они сумасбродны. А ещё, если они задумали отомстить, то их ничто не остановит. Поэтому с ними лучше иметь лишь деловые отношения на расстоянии.

После того происшествия отношения между двумя расами усугубились. Та трагедия была предана огласке последней волей ведьмы, обнародовавшей свою историю. И ведьмы не смогли простить такого надругательства над одной из них. Поэтому мир был нарушен, торговые отношения прерваны. И со временем история, обрастая всё новыми жестокими фактами, раззадоривала оба народа, заставив ведьм ненавидеть эльфов, а эльфов — ненавидеть ведьм.

И сейчас есть обоснованные опасения, что история может повториться. Получается, мы рискуем вновь, заставляя одну ведьму выйти замуж за эльфа. Умирать я не планировал, и хотя в этот раз ведьмы сами ратуют за союз, но было бы хорошо узнать мнение той ведьмы, которая стала мне женой. Почти стала.

Конечно, я не буду так глуп, чтобы ограничивать её свободу. И лучше было бы даже не встречаться с ней никогда, но договор, к сожалению, такого не предусматривает. Но что с первым правилом? Сомневаюсь, что ведьма вдруг воспылает ко мне любовью. Да и я не готов ответить ей взаимностью. Ведьмы для меня больная тема. Я их ненавижу и в некотором роде опасаюсь.

Поэтому глупо было со стороны короля выбрать меня. Сомневаюсь, что из этого союза получится что-то путное. Даже сейчас происходит один глобальный… даже не знаю, какое подобрать слово, которое может употребить такой приличный эльф, как я.

Но факт остаётся фактом, после того разговора всё пошло наперекосяк! Да, я позволил себе слабость, решив усмирить свои чувства в компании Тара и бутылки снадобья. Впервые за всю свою жизнь я не сдержал эмоций. И теперь предполагаю, что именно то снадобье, подаренное мне, как ни странно, королём, навеяло необычные видения. И, казалось, я себя контролировал, но утром помнил произошедшее лишь кусками. А проблема-то и была в тех обрывках воспоминаний, что наутро заполнили мою голову. Помню, что выбрасывал раз за разом кольца и рвал на части свиток с договором, и помню, как ни странно, поцелуй. Да только не помню, кого именно целовал. Ну не Тара же, в самом деле! Не мог я так потерять голову, уж точно! Да и Тар бы такого точно не забыл. Да и вообще, сомневаюсь, что он бы не среагировал на такое. Хоть какие-то последствия должны были быть. Да и с чего бы мне целовать эльфа?

И всё равно я надеялся, что именно Тар мне подскажет, что, собственно, происходило в тот вечер. Но оказалось, что сам эльф чувствовал себя ещё хуже, совершенно ничего не вспомнив и на моих глазах то бледнея, то краснея.

А потом случилось это! Навряд ли я смогу спокойно описать то, что произошло далее, ведь было чувство, что меня либо опоили, либо прокляли. Потому что я никогда не мог даже подумать о таком!

Мы договорились с эльфом, что наконец подкорректируем магический контур, но Тар опаздывал, и я решил, что не будет ничего страшного, если напомню ему о нашем незаконченном деле лично. С Таром мы общались довольно хорошо, как-то быстро найдя общие темы для разговора, стоило ему появиться в Академии. Да и знал он очень многое, хотя, как говорил, ни в одной Академии королевства не обучался. И я мог в нём признать коллегу и даже в некотором роде друга, ведь он не раз выручал меня даже не по делам Академии. И всегда делал это безвозмездно.

Чего стоит эпизод с моим отравлением. А ведь я до сих пор не знаю, как Тар оказался рядом с моим домом и вдруг решил заглянуть меня проведать. Если бы он тогда не пришёл, возможно, всё закончилось бы печально. И именно он помог разобраться в ситуации и поймать моего отравителя. Наверное, тот случай стал решающим, с тех пор я начал доверять эльфу во всём. И общение стало менее официальным. Лишь на людях мы обращались друг к другу с уважительным «дарл», которое полагалось употреблять в вежливой форме к любому эльфу.

И то, что происходило сейчас, было слишком нереальным и невероятным. Такого не должно было случиться. Это было странным поведением для меня, всегда сдержанного в эмоциях эльфа. Наверное, поэтому я не знал, как верно реагировать на такое, совершая ошибки.

В какой момент я поймал себя на мысли, что представшая передо мной картина, где Тар в окружении эльфиек, меня раздражает? И что, кажется, я ревную?

Поверьте, не сразу. Сначала я списал это на недопустимое поведение в стенах Академии и, как следствие, нарушение правил, хотя и не стал по этому поводу отчитывать Тара, а лишь предложил помощь. Помощь! Кто вообще меня за язык тянул?! Это прозвучало настолько неловко, что я сам растерялся. И почему я вообще предложил ему пойти прогуляться по городу? Я же не любитель таких развлечений. Да и вообще, если король узнает, точно четвертует! Я вроде как женат! Почти!

Но не моё предложение и согласие Тара было самым ужасным. Это оказалось лишь началом совершенных мною ошибок. Ведь дальше, когда мы занялись контуром и заклинанием, опять ситуация вышла из-под контроля. Я посмел допустить ошибку, а когда попытался исправить, то сделал ещё хуже. Не понимаю, что со мной творилось, но в мыслях постоянно возникала та картина, где Тар в окружении девушек смотрит на грудь одной из них. Почему я вообще об этом думаю? И вот результат! Надпись со лба Тара исчезла, но когда он сообщил, где она появилась, то… я захотел проверить! Проверить, понимаете?

О, ужас! Сказать, что следом за этой мыслью появилось в моей голове? Кхм…

Тар что-то говорил, а я лишь смотрел немигающим взглядом на его губы и слышал вместо слов возмущения совсем иное: «Сэл, ты такой очаровательный! Будь хорошим мальчиком, убери свою отметку оттуда…». И взгляд Тара мне чудился совсем не злым, а соблазнительным. С огоньком страсти и желания в глубине голубых глаз.

Конечно же, я сбежал. Это было уже не смешно! Пробормотал что-то насчёт проверки заклинания и чуть ли не бегом добрался до кабинета, захлопывая за собой дверь. Да только это не спасло. Все мои мысли занимал Тар и его манящие губы.

Представляете мой шок и ужас от происходящего? Какой я мог сделать вывод? Лишь один: это точно то снадобье виновато! А что ещё? Если только вчера не произошло что-то помимо этого.

Стоп! А мы ведь что-то магичили. Вот только что? Я точно произносил какое-то заклинание. Как же там было…

Я нахмурился, пытаясь вспомнить слова, но это оказалось очень трудным занятием. Вспоминался лишь Тар и его слова о метке. Что совсем не помогало мне, а лишь мешало! И довольно сильно!

«Тот, кто рядом… чувства… воспылает…», — вдруг возникло в моей голове, приводя в ещё большую панику. Не может быть. Зачем бы мне произносить такое? Это же безумие! Но теперь понятно, чего меня так тянет к Тару! Это даже похлеще очередной шутки от студентов, которые сводят меня каждый раз с ума своими идеями!

Так, надо собраться. Если это то самое заклинание, то надо всего лишь найти контрзаклинание, и всё!

Я воодушевлённый подошёл к столу, решив, что первым делом постараюсь успокоиться и выпить стакан воды. Что, собственно, и сделал, неожиданно быстро приводя мысли в порядок. Даже странно как-то это было.

Так, что я хотел сделать? Кажется, что-то найти!

Я поднял глаза на стеллаж с книгами, понимая, что, похоже, забыл нечто важное. Но вспомнить так и не смог, как ни старался. Лишь стоял, растерянно рассматривая книги и пытаясь ухватить мысль, которая постоянно ускользала. О чём я только что думал? О своём странном поведении. А потом? Что я хотел сделать? И почему всё же я думаю о Таре?

Но так и не вспомнив ничего конкретного, вернулся к эльфу, найдя его в довольно интересном положении. И у меня в голове созрело много вопросов относительно того, что он делает, но я промолчал. Хотя бы потому, что не хотел ещё больше смущать пострадавшего от наших экспериментов эльфа. И не буду говорить, что сам был смущён не меньше, окидывая эльфа взглядом и отмечая, как идеально сидит на нём костюм.

В жизни не замечал подобного, теряясь ещё больше от своих мыслей. И приказывая себе переключиться на проблемы посерьёзнее.

И поэтому молча исправил свою ошибку, избавив Тара от метки, а в заклинании корректируя символ. И, конечно, я должен был извиниться за свою оплошность, поэтому вновь напомнил про вечернюю экскурсию, если это можно было так назвать.

И лучше бы я придумал что-то другое! Ведь то, что произошло дальше, не шло ни в какое сравнение с позабытыми мною вчерашними событиями.

Теона (Тариэль)

Я была против этой глупой идеи. Но мозг отказывался работать на благо своей хозяйки. Я не могла придумать ни одной причины отказаться от прогулки в город.

И не потому, что сама ситуация оказалась очень необычной, а потому что после того, как ректор вернулся, он выглядел очень странно. Но я не сразу поняла, что с ним не так. Да и не было у меня на это времени, ведь мы разошлись по комнатам, чтобы через час встретиться у ворот.

– Ты куда это? – моментально отреагировал Ярик, когда я открыла шкаф в поисках приличной одежды. Нет, форма Академии была в моём вкусе, но не пойду же я в ней в город. Это будет выглядеть неподобающе.

И хорошо, что на такой случай я прикупила приятного тёмно-зелёного цвета костюм, который сидел как влитой на моей изменённой фигуре. Никогда не подумала бы, что буду радоваться покупке мужских вещей, но этому костюму я была очень рада. Хотя неудивительно. Эльфы умеют создавать шедевры. И этот костюм не исключение. Пару месяцев назад я отдала за него половину заработка, после кусая локти от жадности. Но сейчас жаба, которая всё это время душила меня, поуспокоилась и позволила вдоволь оценить покупку. Особенно вкупе с белоснежной рубашкой. Впервые я так наряжалась, намереваясь отправиться на прогулку с ректором, даже не подозревая, что меня ожидает.

– Эй! Ты мне ответишь? – напомнил о себе фамильяр.

– На прогулку, – ответила я неопределённо, но разве может Ярик удовлетвориться таким скудным ответом?

– Что за прогулка? – допытывался фамильяр.

– Сейчас ты как никогда напоминаешь мне мать! – и да, я знала, что Ярика раздражает это сравнение. Но сегодня он не стал возмущаться, обижаться или как-то комментировать это. Лишь ткнул меня носом в мои ошибки.

– За тобой глаз да глаз нужен. Вон что недавно натворила!

– А, кстати, откуда ты-то узнал об этом? Неужели покидал комнату? – я развернулась к панде и прищурилась, упираясь руками в талию.

– Конечно, покидал! Ты ушла к ректору и пропала. Я волновался! – под конец с сомнением уточнил фамильяр.

Ага, волновался. Скорее, его любопытство с ума свело. Как же, ушла и пропала! А вдруг что интересное и без него творится?!

– А если тебя бы кто-нибудь увидел! – возмущалась я, представляя, что тогда бы случилось. Меня быстрее на пытки бы отправили, или ректор где за кустом придушил? Хотя он вчера был не в состоянии, но и без него много кто точит зуб на ведьм. А мир – он лишь на бумаге. Ещё посчитают шпионкой!

– Никто меня не видел! И если ты не скажешь, что за прогулка, то и сегодня я за тобой буду следить, подвергая нас опасности! – встал в позу Ярик, реально поднимаясь на задние лапы и каким-то образом скрещивая передние на своей пушистой груди. И морда такая важная, что хочется взять и затискать до полуобморочного состояния.

– Так, ладно. Ты мне, возможно, пригодишься. Но тебе придётся изменить свой облик! – задумчиво ответила я, потому что чутьё подсказывало: фамильяра просто необходимо взять с собой.

– О, нет! Это же так неудобно! – закрыл лапой глаза фамильяр, играя на публику.

– А куда деваться? Или ты собираешь вышагивать со мной рядом в таком виде? Давай тогда плакат ещё с собой возьмём, на котором напишем красным цветом: «Ведьма!». А то вдруг непонятно будет, что ты фамильяр! Интересно, кого быстрее замучают в королевской темнице, тебя или меня? – я грозно уставилась на это несчастное на вид животное, которое слишком быстро перестало страдать, стоило чуть-чуть припугнуть его.

– Не утрируй! Ладно! Кольцо или браслет? – признал своё поражение Ярик, поднимая лапы.

– Кольцо, – кивнула я одобрительно.

Фигуру панды окутал розоватый туман, и спустя мгновение на кровать упало симпатичное золотое колечко с зелёным камнем посередине.

«И не думай, что сможешь творить всё, что вздумается! Я за тобой слежу!» – добавила мысленно панда и на время замолкла. Всё-таки последнее слово осталось за ним. А мне нечего даже возразить.

Но также я поняла, что меня весь вечер будут дёргать. Лучше бы умными мыслями поделился о проклятье, чем воспитывать меня постоянно.

Надев кольцо на палец и ещё раз оглядев себя в зеркале, я приняла более отстранённый вид и направилась на выход. И хотя одновременно с закрытием двери меня догнал звук, оповещающий о новом сообщении, я решила не обращать на него внимания. И так было понятно, что это возмущённая моим поведением мать. Конечно, ведь я посмела проигнорировать её сообщение и не дать ответа о своём местоположении. Она там уже полдня рвёт и мечет, костеря меня на чём свет стоит. Ну и пусть. Не собираюсь больше следовать её указаниям.

– Ты вовремя, Тар, – ректор стоял у ворот и выглядел как всегда великолепно. И хотя я привыкла видеть его в форме Академии, и она ему невероятно шла, но сейчас Сэл выглядел ещё краше. И тёмно-синий костюм очерчивал стройную, но мускулистую фигуру, привлекая к себе внимание. Форма никогда так идеально не сидела на нём, и я находилась в восхищении, кажется, влюбляясь в эльфа ещё сильнее.

Не уверена, но я на мгновение растерялась, восторженным взглядом окидывая стройную фигуру эльфа. Кажется, даже глаза широко распахнула, изумлённо наблюдая, как Сэл вскидывает руку и смотрит на магчасы, проверяя время. Я ловила каждое движение словно в замедленной съёмке. Как он еле заметно моргает, как переводит на меня взгляд и окидывает с ног до головы, легко кивая своим мыслям. И как резко вскидывает взгляд и смотрит прямо в мои глаза, слишком пристально и словно иначе, чем обычно.

Я не могла налюбоваться на весь его вид. А он что-то говорил. Но я не слышала, смотря, как его губы шевелятся, а взгляд становится всё более встревоженным.

– Тар! – наконец смог докричаться до меня ректор, и я впервые с момента нашей встречи моргнула. – Пойдём. Мы слишком привлекаем внимание, – недовольно проговорил Сэл, лишь глазами указывая, куда смотреть. А посмотреть было на что. Студентки только что слюни не пускали, смотря в нашу сторону. И я их прекрасно понимала. Ректор побил все рекорды привлекательности сегодня.

И смотря на невольных свидетелей нашего разговора, я опомнилась, понимая, что и сама, наверное, выгляжу так же, как эти девушки. Но им-то простительно, а вот мне – нет. Я как бы мужчина.

Я смогла лишь кивнуть, пытаясь сохранить невозмутимый вид, и первой направилась к воротам. Сэл последовал за мной, а толпа из девчонок — за ним. Но благо контур пропустил лишь нас, а портальный круг, настроенный на перемещение в столичный приёмный пункт, ярко засиял белым, словно приглашая. И спустя пару мгновений мы с Сэлом оказались на внушительном расстоянии от Академии.

– Ты часто бываешь в городе? – вдруг спросил ректор, стоило нам выйти из огромного зала с портальными кругами. А я окинула взглядом улицу, отмечая, что народа довольно много. Хотя это не удивительно. Центр столицы, где располагается уйма магазинов, ресторанов, игорных заведений со всевозможными развлечениями.

– Очень редко. Бывал лишь по делам, – ответила я, стараясь не смотреть на ректора, иначе потом будет трудно оторваться от любования этим невероятно притягательным эльфом.

– У нас есть пара часов, поэтому проведу тебе небольшую экскурсию, – но ректор словно нарочно встал передо мной, пытаясь поймать взгляд. И мне ничего не оставалось, как посмотреть на него.

– Не откажусь, – задумчиво проговорила я, ловя себя на отличной мысли. Эта прогулка – замечательная возможность узнать побольше о городе и, возможно, месте, где мог бы находиться гримуар. Что-то я уже начинаю сомневаться, что он в Академии. И в связи с этим я уже более уверенно продолжила: – И у меня имеется пара вопросов. Не было возможности раньше поинтересоваться, но мне нужно найти парочку лавок.

– Подскажу, если знаю, – легко согласился Сэл. – Пойдём воспользуемся магикатами. Получится быстрее, чем на своих двоих.

Магикаты. Первый раз, когда я увидела данное творение, ржала минут пятнадцать, утирая слёзы и держась за живот. Почему у них была именно такая конструкция, я не знаю. Но каждый раз, видя, как с надменным выражением какой-нибудь эльф передвигается на магикате, я задавалась лишь одним вопросом: как вообще могла прийти в голову идея создать плоское основание, на котором размещено узкое сиденье и перед ним длинный рычаг?

Вот вы просто представьте! Ладно ещё эльфийки, но эльф, сидящий с гордой осанкой, у которого между ног торчит шест, и он им двигает, чтобы, значит, поворачивать направо или налево. Разве не смешно?

Я честно хотела отказаться. И не потому, что не считала магикат за средство передвижения и лучше пройтись пешком, чем позориться, а потому что просто банально боялась рассмеяться и свалиться с этой штуковины. Я лучше на метле полечу, чем поеду на этой штуке, опасаясь за свою жизнь.

Но только я хотела возразить, как ректор, уже оплатив один магикат, что-то где-то нажал, и сиденье просто исчезло, оставляя лишь рычаг. Я во все глаза смотрела на волшебство, не понимая, как ректору получилось изменить магикат.

Сэл же, не замечая моего изумлённого взгляда, невозмутимо поднялся на платформу и спокойно положил руку на рычаг, наконец переводя на меня взгляд. И сейчас он выглядел вовсе не смешно, а даже вызывал восторг своей гордой позой и надменным взглядом.

– Тар, да что с тобой сегодня? – вздохнул Сэл, непонимающе смотря на меня.

Теона (Тариэль)

Ты! Ты со мной сегодня! Такой обворожительный и невероятно красивый. Гуляем по городу только вдвоём. Вот я и в шоке. До сих пор в своё счастье поверить не могу.

Хотела бы я ответить так, но сбежишь же! Поэтому лучше поинтересуюсь совершенно другим.

– А как ты сиденье убрал? – вместо того, о чём думала, задала я вопрос, без сомнений оплачивая свой магикат и теперь ожидая ответа от ректора.

– Ты первый раз пользуешься магикатом? – брови ректора поползли вверх.

– Я жил в небольшом городе, поэтому данное средство передвижения для меня в новинку.

Всё оказалось до банального просто. Стоило нажать на кнопку сбоку сиденья, как оно исчезало.

Кажется, с этого дня я полюблю магикат, ведь передвижение на нём оказалось простым и удобным. А ещё, как выяснилось, он довольно резвый. Сэл успел показать мне пару достопримечательностей, рассказывая небольшие истории возникновения той или иной статуи или святыни, порекомендовал посетить пару ресторанов, рассказал, где приобрести лучшие качественные товары, начиная от еды и заканчивая одеждой, и даже вскользь упомянул про питейные заведения, но не советовал туда ходить, ведь, как показала практика, наутро я ничего не помню. Как и он, к слову сказать. И да, от этой шпильки я покраснела, впрочем, не став спорить. Хотя хотелось внести уточнение, что я-то помню, да и эльф, возможно, тоже помнил бы, если бы не моё зелье.

Также я узнала про некоторые объекты государственного значения. Эльф не стал долго о них распространяться, лишь указал, где что находится, когда мы пролетали мимо. Да и то это не было секретом, ведь на каждом таком здании висела табличка, информирующая о названии учреждения. И единственное, что мне показалось интересным, – городская библиотека и столичный архив. Нет, конечно, существовал вариант, что мой гримуар хранится у самого короля. Да только никакая ведьма свой гримуар без защиты не оставит. И я больше чем уверена, что его могут видеть лишь ведьмы. Поэтому неизвестная ведьма однозначно его спрятала, только узнать бы где! Но, к сожалению, я не знаю, что именно ведьма делала в столице королевства и какие именно места здесь знала. Я вообще ничего не знаю об этом. Лишь как слепой котёнок тычусь в каждый уголок в поисках мамки, а точнее, гримуара. И да, только сейчас понимаю, что идея с академической библиотекой глупа. Хотя а вдруг она там тоже бывала?

Как же его найти?

За своими размышлениями я пропустила момент, когда мы остановились около неизвестного здания и в принципе уже прошли внутрь. Я даже не успела осмотреться, на автомате следуя за Сэлом.

Внутри оказалось очень уютно. Тёплый мягкий свет, приятный интерьер, словно ты пришёл домой. На полу мягкие с узорчатым рисунком ковры. На стенах висели красивые картины с изображением прекрасных эльфов и эльфиек и небольшие светильники с хрустальными капельками. То тут, то там стояли диванчики и кресла приятного бежевого цвета, столики с фруктами и напитками. А ещё имелся камин с настоящим огнём и трещащими поленьями и в цвет диванчиков шторы на окнах с бахромой. На всевозможных поверхностях расположились милые вещицы. А ещё я отметила пару стеллажей с книгами. Мне сразу тут понравилось, но я пока не имела идей насчёт того, где именно мы находимся.

Ректор расположился в одном из кресел, почему-то слишком пристально наблюдая за мной. Но стоило мне это заметить, как эльф отвёл взгляд. А вот у меня появилось множество вопросов, которые я, к сожалению, не успела задать, ведь в комнату зашла миловидная эльфийка, правда, было понятно, что уже в годах.

Эльфы стареют очень странно. Они вроде бы не теряют своей красоты и молодого тела, но их выдают уши. Да-да, именно они. Они становятся более округлыми. Нет, острый край как бы есть, но видно, что торчит уже не так сильно.

Женщина была прекрасна и очень надменна, впрочем, как и все эльфы. Но в ней чувствовался жёсткий нрав. Тёмные волосы волнами спускались на плечо, прикрывая часть прекрасного лица с ярко-красными губами и выразительными фиолетовыми глазами. Чуть вздёрнутый носик делал внешность ещё более кукольной. И, наверное, впервые за всё пребывание в королевстве эльфов я почувствовала зависть. Женщина была слишком прекрасна. Будь я эльфом, влюбилась бы без памяти. И ведь незнакомка знает, что одним своим видом заставляет сердце мужчин биться чаще. И вовсю пользуется этим.

– Дарл Моркиан, рада приветствовать вас в нашем заведении, – она почтительно склонила голову перед ректором, который окинул женщину на удивление спокойным взглядом. Я тут перед ней сама сейчас лужицей растекусь, а он невозмутим как никогда. Как вот у него это получается, я не пойму? Не то чтобы я хотела увидеть его взволнованным, особенно сейчас, но просто во мне просыпалось ведьмовское любопытство. Сэл вообще хоть что-то чувствует или холоден как лёд? Он вообще способен на эмоции, или всё это время я придумывала, когда видела проблески волнения или усмешки?

– Я сегодня в роли сопровождающего. Дарл Талар недавно в столице, и я решил, что будет уместно познакомить его со всеми возможностями, открывающимися для высокородного эльфа в городе.

Честно? Я ничего не поняла. Ни на шаг Сэл своей фразой не приблизил меня к пониманию того, где мы, собственно, находимся. Но я пока решила лишь наблюдать, кажется, совершая тем самым огромную ошибку!

– Конечно! Рада приветствовать вас, дарл Талар! – повернулась ко мне женщина. – Есть ли особые предпочтения? – это точно вопрос с подвохом. Зуб даю!

Я перевела недоумённый взгляд на Сэла, но он никак не отреагировал. А точнее, отреагировал не так, как надо. Он так же, как и я, приподнял бровь, ожидая ответа. И мне почудилось, что в глубине его глаз промелькнула заинтересованность.

– Предпочтения в чём? – неуверенная в своём вопросе, осведомилась я.

– Во внешности, – любезно уточнила женщина.

– Внешности, – я неосознанно повторила за женщиной и моргнула, снова переводя взгляд на незнакомку. Я, конечно, не понимаю, что за странные вопросы, но внешность Сэла мне очень нравится. Поэтому, недолго думая, я и ответила: – Тёмные волосы, серые глаза, пушистые ресницы, пухлые губы, – перечисляла я, стараясь не кидать взгляд на эльфа, иначе подумает ещё чего не то. Точнее, как раз подумает-то верно. Но мне тогда не жить.

– Хорошо. Прошу, располагайтесь, – с улыбкой ответила мне женщина и покинула комнату. И я хотела бы понять, что здесь, собственно, происходит, но не могла. Не было ни одной здравой мысли. Зато у Ярика их было полно.

«Ну и чего ты творишь? Серьёзно ничего не понимаешь или притворяешься?»

«О чём ты? Ты знаешь, где мы?» – поинтересоваться-то я поинтересовалась. Но со стороны фамильяра раздался лишь обречённый вздох, а после мне уже некогда было слушать, ведь ко мне обратился Сэл:

– Здесь сохраняют конфиденциальность. Так что об этом можешь не беспокоиться, – спокойным тоном сказал Сэл, вставая и наливая в бокалы неизвестный мне напиток. – Да и, наверное, это единственное заведение, где есть эльфийки. В остальных выбор не так велик. В основном человечки, которые влюблёнными глазами взирают на эльфов и ждут, что один из них их заметит. Не понимаю этой странной любви за внешность, но люди сами по себе необычны и чуточку наивны, – ректор подошёл ко мне, протягивая бокал и чуть склоняя голову набок. Он словно был сейчас заинтересован мной и моим поведением. Как будто хотел залезть мне в голову и понять, о чём я думаю.

А я ни о чём не думала. Я пребывала в шоке от внезапно озарившей мою голову догадки. Наверное, поэтому молча взяла бокал и опрокинула в себя, понимая, в какую я попала западню. Если это то, о чём я думаю, то у меня нет ни малейшего представления, как я буду выпутываться из данной ситуации, конечно, чтобы обойтись без последствий.

«Дошло наконец?» – словно издеваясь надо мной, поинтересовался Ярик.

«Кажется…» – попыталась я передать мысленно всю обречённость ситуации.

«Ну ты и тугодумка! Могла бы сразу сообразить, что твой ненаглядный Сэл привёл тебя в дом удовольствий!»

«Ох, диянка меня побери! Я подумала, он пошутил, когда говорил об этом в Академии!»

«То есть ты ещё веришь в то, что этот эльф способен шутить? Что делать-то будем?»

Знала бы я!