Эльфийская академия

Меня зовут Анариэль, что дословно можно перевести как дочь солнца.
Я всегда любила тепло и нежно ласкающие мою светло-персиковою, можно сказать, бледную кожу первые солнечные лучи. Однако, чаще я любовалась ими из своего домика на дереве. Хоть моя раса и быстро развивалась, наши мужчины владели многим ремеслом и неустанно выстраивали каменные дома и крепости, наша семья до сих пор предпочитала обитать в лесу.
Мой отец Халлон - король солнечного королевства в небольшом городке Солар-эквелибриум,  где обитают в основном эльфы, феи, вампиры, иногда можно встретить и колдунов, обычно они в наших краях оказываются путешествуя в поисках новых предметов для артефактов или необычных, балансирующих на рвущейся границе с абсурдом и нормальностью историй для своих потомков, ну и, конечно, все они ищут подвигов.
Только вот все монстры в наших краях перевелись, ну как перевелись, их безжалостно истребили дроу вместе с лунными эльфами, а кому удалось уцелеть - сбежали в соседние поселения, где им ничего не угрожало, кроме несварения после употребления хромого пьянчушки с букетом неизлечимых и очень заразных болезней.
Отец часто пропадал в своем королевстве, сколько он не предлагал нам переселиться в его замке, мама наотрез отказывалась, мотивируя свое упрямство счастливой молодостью, которая связана с каждым деревом и травинкой в колдовском лесу.
Так его прозвали далеко не из-за эльфов, которые уже много столетий его населяли. Изначально он звался болотной чащей, пока там не поселилась одна старушка, промышлявшая алхимией и колдовством. Всего за несколько лет болота сменились ровной и богатой черноземом почвой, а деревья разрослись. Что стало с этой женщиной неизвестно, но поговаривают, что окружающие ее домик растения замуровали своими цепкими ветвями все окна и дверь, и она так и погибла, не сумев выбраться. А ее неупокоенный дух так и продолжает бродить в лесу. Но мне кажется, что нет тут никакой мистики, смерть от старости звучит не так красиво и загадочно, как деревья-убийцы, но зато более разумно.
Зато мой брат Тирон давно рвался покинуть наш дом, он вечно ныл, то ему слишком жарко, то, наоборот, холодно и мебель неудобная. Еще бы, он ведь должен был стать следующим правителем после моего отца, поэтому старался всячески всем показать свой мерзкий нрав, списывая свои юношеские капризы на бушующую в нем королевскую кровь.
С братом мы были схожи только внешне, его тонкие длинные пальцы излучали изящество больше чем мои, его походка была более женственной и плавной, я же ходила так, словно по нашему городку пробегал ураган. Я постоянно куда-то спешила, если мне поручали что-то важное, я обязательно опаздывала и умудрялась сломать то, что, казалось, испортить было невозможно. Сколько себя помню, у меня все валилось из рук. Я не могла составить красивую композицию из цветов и элегантно заплести волосы, зато почти никогда не промахивалась, стреляя из лука. Я быстро бегала и умела сливаться с природой, но приготовить обед для меня было каторгой. Зато волшебный посох и меч я уверено держала в руке. Но моего отца мало интересовало мое рвении обучаться наравне с мужчинами, а меня тошнило от всех этих женских штучек, поэтому платья я обычно носила по принуждению матери, и то, когда происходило что-то особенное, как сегодня, когда отец собирал нас в замке. В остальные же дни я предпочитала широкие мужские штаны и удобную, свободную тунику.
У нас с Тироном волосы были примерно одной длины, мои заканчивались на пояснице, его чуть выше. У обоих они были холодного, пепельного оттенка, его на свету слегка отдавали платиной. Зелёные глаза и выразительные губы достались от мамы, от отца - густые светло-коричневые брови, ровный маленький нос и вытянутое лицо. Хоть брат и хвастался своей фигурой, но его мышцы не сильно отличались от моих, зато нездоровая худоба и высокий рост сразу бросались в глаза, наряду с его более светлой кожей с едва заметным синем оттенком.
Наша мать Лобелия уже суетилась на кухне, собирая с собой перекус, словно до королевства было идти не пару часов, а несколько дней.
- Опять, наверное, не успел пообедать, нужно еще фруктов и овощей не забыть взять,  вечно весь в делах, а про свой желудок забывает, - женщина обиженно прикусила губу, отправляя глиняный горшочек в плетеную из прутиков ивы корзинку, по бокам уложила овощи и зафиксировала все плотной тканью, чтобы ничего не перевернулось и не перелилось.
- А то у него там еды нет, кухарка, наверно, просто так свои серебряные получает, - я выхватила у матери корзинку, выкладывая половину провизии, чтобы легче было нести.
На что она издала протяжный вопль, закрывая её грудью и, уже повысив голос, стала спорить:

 - Так вкусно готовить, как это делает любящая жена, не сумеет и самая лучшая кухарка или повариха.
Мама задрала подбородок, и я поняла, что смысла что-то ей сейчас говорить было бы столько же, если бы я пыталась рыть землю зимой еще и деревянной ложкой.
Брат как назло молчал, хотя, обычно это он ввязывался в семейные ссоры, а я стояла в стороне, на этот раз он со спокойным, совершенно незаинтересованным выражением лица, спустился по стволу дуба вниз. А я так и осталась чувствовать себя виноватой, осматривая наш уютный домик с четырьмя комнатами, где все было с любовью вырезано и смастерено из светлого дерева еще нашим дедушкой.
Тут я с мамой была согласна, камень не был таким живым и теплым как это место. И пускай там в сто раз было удобнее, мое мнение не изменится. Некоторые эльфы, вообще, на воде или даже под землей живут, и я никогда не слышала, чтобы они начали жаловаться и массово покидать свое пристанище, если им не грозила опасность, конечно. Тут каждая зарубка напоминала о моем детстве, а какой вид был из окна, а запах.

 Помню, как я раньше залазила на крышу и любовалась едва заметной звездной россыпью, как следила за плывущей над верхушками деревьев луной, когда выходила на пробежку, чтобы в очередной раз доказать отцу, что мою физическая подготовка лучше, чем у брата. Но сейчас у меня было такое неприятное чувство, что я прощаюсь с этим счастливым местом, возможно, навсегда.
Мама всегда могла считывать мою печаль не только по лицу, даже, если я отворачивалась, она все равно понимала, что меня что-то тревожит. Это было ее даром, она легко распознавала переживания других эльфов. Вот и сейчас она, оставив корзинку в покое, подошла ко мне и приобняла, ее золотистая прядь длинных волос упала на мой нос, от чего он зачесался, но я не стала ее убирать, запоминая это мгновение, ее темно-зеленые глаза уже смотрели на дверь, словно поторапливая нас, но губы ласково шептали, - Все будет хорошо, я уверена, что твой отец хочет похвастаться очередной удачно возведённой башней.
Мне стало легче, уткнувшись матери в плечо, я вдохнула сладких аромат белой розы и ириса. Еще одно ее выдающееся мастерство, помимо исцеляющей магии. Мама умела создавать дивные, долгоиграющие на коже и одежде ароматы. Этому её тоже научил наш дедушка. А среди каменных сооружений уже сложнее найти нужную травинку и цветок, чем в лесу, мама пока только планировала вырастить там сад, а очередь из юных эльфиек у нее была уже сейчас.
Окинув еще раз дом грустным взглядом, мы присоединились к Тирону. Мы не знали сколько дней будем гостить в королевстве, но что-то подсказывало, что на этот раз отец не захочет слушать наши аргументы вроде тех, что саблизубики обыкновенные (зубастые пушистые хищники шарообразной формы) голодные в загоне и могут от стресса начать друг друга поедать, а потом перегрызть загон и напасть на эльфов.

Когда мы пришли, отец восседал на своем троне, взгляд его серых глаз был устремлен в окно. Увидев нас, он, улыбнувшись, привстал, убрал за ухо светло-русые с желтизной пряди волос чуть ниже плеча. Отец не сильно любил длинные волосы, когда он сражался, занимался земледелием или составлением королевских указов, они лезли в лицо, а он слишком ценил свое время, чтобы тратить его на бесполезные действия, которых можно было избежать. Поэтому чаще всего он небрежно собирал их на затылке и перевязывал атласной лентой. Хоть волосы и были символом здоровья и силы, а также гордостью любого эльфа, отец был правителем, поэтому мог сам изменять устоявшиеся правила, а также пожеланию их нарушать. Как он любил говорить, - «Всему рано или поздно приходит конец, нужно пробовать новое, чтобы наша раса не стояла на месте».
- Присядьте, дети мои и жена, - басистый голос водопадом обрушился на и без того переживающих брата с сестрой.
После этого точно хорошего стоило не ждать, когда отец последний раз так начинал свою фразу, мы были вынуждены прятать в своем доме беглецов, насоливших темным эльфам. До сих пор удивляюсь, где тогда были его законы и правосудие, видимо те, кто принимал ванны в нашей купальне, что-то дали золотое и тяжелое отцу, что он был так с ними любезен. Брр... Как только вспомню похотливые взгляды этих темнокожих чернокнижников, промышляющих опасной магией хаоса, до сих пор в дрожь бросает. А столько от них было грязи и мусора, они вели себя как дикари и такое ощущение, что до встречи с нашей семьей, не мылись. Уж слишком они характерный запах, схожий с благоуханием помойной ямы, истощали. А как они бескультурно говорили, я бы могла поспорить, что их тролли воспитывали, совершенно никакого образования. Причем, это было 70 лет назад, мне тогда было всего лишь 130, но я уже тогда знала всю эльфийскую грамматику и уже неплохо владела магией. А эти пещерно-подземельные жители, я уверена, ни одного светлого заклинания не знают.
Я закатила глаза, замотала головой, избавляясь от неприятных воспоминаний.
Словно предчувствуя, Тирон потер ладони и с предвкушением, скалясь, глумливо произнес, - Мы слушаем тебя, отец. Это же касается моего, - он прокашлялся, - я хотел сказать, твоего королевства?
Отец нахмурился, а затем расслабил мышцы лица, виновато поглядывая в мою сторону.
Его строгий голос стал мягче, - Лукавить не буду, ты прав мой сын, я уже давно не молод, пора бы все передать своему приемнику. А так как сын у меня только один, - он понизил голос, опуская взгляд в пол, - хоть и непутевый, - борозды правления скоро перейдут к нему.
Тирон уже бросился к отцу с объятьями, а меня словно пронзили ядовитой стрелой, я вскочила со стула, тут же пошатнулась, чувствуя как в глазах темнеет, я ощутила как меня за поясницу и локоть поддержала мать, помогая мне снова сесть.
- Не спеши, я знаю как ты долго этого ждал, но это не значит, что я не буду иметь прежнюю власть, теперь я буду еще больше за тобой следить, - мужчина повысил голос и яростно постучал кулаком по деревянному подлокотнику, - только попробуй начудачить. Сразу выгоню и лучше передам все, что я так долго строил, Польдо.
- Что? - лицо Тирона исказилось в гримасе отвращения, - этому дурачку, что живет по соседству и только и умеет - что шкуру с добычи снимать, музицировать, да песни свои заунылые напевать?
- У него хотя бы есть какой-то талант и он чтит искусство, - усмехнулась женщина, специально не желавшая задеть, косившегося теперь на нее исподлобья, сына.
Ко мне наконец-то вернулся дар речи, как только я смогла глубоко дышать, избавившись от боли в грудной клетке и тех образов во что мой братец может превратить наше королевство, я протараторила, уже расхаживая из стороны в сторону, всячески показывая что мне совершенно не нравятся такие перспективы:
- Как ему? Он же только и делает что бочки с вином целыми днями осушает, да ладошки об пышные потаённые места суккубов греет! Это нечестно, он же разорит наше поселение. Да он ни одного нашего закона не знает. Он не выживет в диких условиях, не убьет василиска. Даже трупаки из гремучих топей над ним потешаются, когда он рыбачить ходит.
Брат надул щеки и прежде, чем обрушить на меня шквал протеста, закатил глаза, издав какой-то нечленораздельный звук похожий скорее не на озлобленный рык, а на писк щенка, которому прищемили лапу.
- Зато я окончил великую магическую академию "Шипа и клинка" для настоящих мужчин. Между прочим, был одним из лучших выпускников. Я страдал, пока ты там училась травы друг от друга отличать, да предметы из ничего создавать и оживлять.
Отец закашлялся, скрывая свою улыбку. Мать рассмеялась, наблюдая за нашей перепалкой, казалось, её это забавляло. Как было когда мы ещё в детстве пытались друг на друга ядовитых тварей натравить, а они не желали нам подчиняться, поэтому мы были вынуждены решать все по старинке - кулаками и тумаками. Потом, когда она уже видела, что это может плохо закончится, она нас разнимала, и мы потом полдня слушали о том, как важно быть друг для друга опорой и поддержкой. Но, а какой защите и семейных традициях может идти речь, если младшенькому всегда доставалось все самое лучшее, а меня только и делали, что наказывали и отчитывали, хотя, в большинстве случаев, виноват был именно он.
- Я может быть тоже ее бы закончила даже без помощи отца, но туда принимают лишь мужчин, - потешаясь, пробубнила себе под нос, хотела ещё рожицу состроить, но уловила на себе пристальный взгляд короля.
- А это идея, - отцовские щеки порозовели, а глаза заблестели, как у шаловливого эльфенка, - Давай так, я закрою глаза на то, что ты девушка. Ты любому воину конкуренцию в логике и военному ремеслу составишь. Если ты благополучно закончишь первое полугодие в этой академии и сдашь сама экзамены, то королевство твоё. Я готов подождать. Это совсем не долго, по сравнению с тем, сколько я уже правлю, - он рассмеялся, потирая лоб, - вроде пока что из ума не выжил.
- Но меня же туда не примут, там же учатся одни мужчины, - я обиженно пробубнила, излучавшая всего мгновение свой блеклый свет надежда тут же потухла, она была затоптана тяжелыми "ногами" несправедливости.
- Мне что тебя учить облик менять? - отец изогнул бровь, затем подмигнул мне, широко улыбнувшись, - дочка, я тебя не узнаю.
- А если меня раскроют? - я уже кое-что придумала, но страх ел меня изнутри, затесаться в академии, где одни мужчины, причем разных рас, вот так испытание. Не думаю, что сама судьба была в курсе того, что для меня готовила.
Брат ехидно засмеялся, пряча руки за спиной.
- Он точно не посмеет тебя выдать, - мужчина указал на сына и гневно на него взглянул, от чего тот прижался спиной к стене, - иначе, я наложу на него заклинание могильной тишины, если он проболтается, потом полгода только бекать и метать будет.
Закусив на меня и отца, братец решил резать по больному, этот мелкий проказник до сих пор играл не по правилам, как всегда нападал из-под тяжка,  - Когда я стану королем, первым делом, избавлюсь от бесполезной мастерской со всей этой наполовину испорченной и побитой деревянной и глиняной посудой. Зачем хранить никому уже ненужное старье? Вместо нее сделаю себе охотничий домик с трофеями, а вообще, расположена она недалеко от лесочка рядом с озером, можно ее переделать в уютное место для отдыха, где смогут остановиться путешествующие особы с толстыми кошельками. На этом можно хорошо заработать.
- Ты не посмеешь! Это гордость нашего покойного дедушки. Я хотела сделать там дом памяти, чтобы его труды чтились, тем более их все можно восстановить с помощью магии, я обязательно этим займусь, там столько деревянных игрушек, что дети буду счастливы, если им их раздать, а дед, там сверху, знал бы, что мы его не забыли, - мой голос дрожал, а на глаза наворачивались слезы от бессердечности брата.
- Еще как посмею, посмотрим, что ты успеешь сделать за полгода, если тебя, конечно, вообще примут, - проходя, он задел меня за плечом, лукаво усмехнувшись.
Отец не любил, когда кто-то из нас специально мучил другого, даже не так открыто, не долго думая, он призвал водную сферу и она быстро догнала братца, охладив его пыл и уверенность.
Протирая мокрое лицо, и отбрасывая прилипшие к нему волосы, он что-то проскулив, захлопнул дверь, а мать принялась ругаться на отца, одновременно поглаживая меня по спине и всячески успокаивая.

- Я сегодня же свяжусь с деканом, через связующее зеркало, ему не важны расстояния, и скажу, что ты сын моего лучшего друга и тебе нужна помощь, - отец почесал лоб, нахмурившись. - На какой, кстати, факультет ты хочешь поступить?

- Хотелось бы что-то связанное с алхимией и боевой магией, чтобы не отставать от брата, будет прекрасно, если туда же, куда и он, - я одарила отца благодарной улыбкой.

- Значит будет тебе факультет общих основ алхимии, стихийной магии с водным уклоном и боевой магии. Там свое любимое зельеваренье подтянешь, преподаватели ближнему бою на мечах обучат, метать клинки и водные сферы, - он гордо произнес. - Стрелять из лука, я уверен, ты лучше всех своих будущих одногруппников уже умеешь.

- Спасибо, папочка, я тебя не разочарую.

На ужине я не притронулась к своей тарелке, лишь вяло размазывала ложкой по дну кусочки рагу. У меня наконец-то появился шанс доказать, что я хоть чего-то стою, но то, что мне предстояло претворяться мужчиной, навивало на меня тоску и даже раздражение. Радовало лишь то, что волосы состригать не придется, да и с грудью проблем особых не будет, замотаю ее тряпками, она и так у меня почти такая же плоская, как столешница. Глаза и губы я и раньше почти не красила, к счастью, женственности во мне мало. Главное не проболтаться никому о том, кто я такая на самом деле. О своем статусе тоже лучше умолчать. Вряд ли я буду с кем-то тесную дружбу заводить, полгода можно и отщепенцем побыть для собственного блага. 

А сейчас, первую очередь, нужно добавить хрипоты и басистости моему голосу, можно с помощью иллюзии мускулов прибавить моим рукам и твердости торсу, чтобы брата разозлить, да и не выглядеть дохляком на фоне других эльфов. Молодец Анариэль, ты уже рассуждаешь почти как истинный чистокровный эльфийский самец.
Когда я шла в свою комнату, этот мерзавец не упустил возможности прыснуть в меня своим словесным ядом, перегораживая мне путь своей выставленной в сторону рукой возле двери, - Ты уже, наверное, предвкушаешь какого это жить в одной комнате с благоухающими "мужественностью" эльфами, надеюсь, твоими соседями станут твои любимые - темные или дроу, - а затем он наклонил ко мне голову и противным голосочком прошипел в ухо, - а может тебе повезет и ты разделишь комнату с другими, не самыми дипломатичными расами, вроде орков и троллей.
Криво улыбнувшись, я громко сглотнула, а затем ударила этого глумливого "лиса" локтем в живот, так что он, теряя равновесие, сложился пополам, проход был снова для меня открыт, а брат наказан.
- Знаешь, а мне ведь особо неважно с кем я буду жить, и кто меня будет обучать, я же не ты. Я со всеми общий язык найду, - растянула губы в своей самой лучезарной улыбке и захлопнула дверь.
Пролежав какое-то время в расстроенных чувствах вниз лицом на кровати, я встала перед зеркалом и стала репетировать, слова из моих уст звучали неуверенно, а милое личико с от природы длинными ресницами ну никак не было похоже на мужское, впрочем, как и у моего брата. Будем считать, что так и должно быть, ну или все поголовно кого я встречу в этой академии окажутся слепыми, ну или не слишком догадливыми.
Теперь я буду Альваро Бэзил, а что, звучит очень даже неплохо.
Но то, что я на полгода оставлю свой дом уже было не так радужно, как мысли о близкой победе. Да за это время Тирон сможет повлиять на отца, и моя жертва может оказаться напрасной. Я замотала головой, не желая свыкаться с этой ужасной мыслью. Нет, отец точно не нарушит наш с ним уговор, на это я и буду уповать.
К вечеру я собрала свои вещи, которых оказалось немного: три комплекта одежды, две любимые книги о основах волшебства, мой магический посох и заговорённые камни, которые я должна была носить в кармане, чтобы во мне видели не хрупкую и потерянную эльфийку, а воинственного эльфа с гордым станом.
Когда я ранним утром закрепила на коричневом коне сумку и собралась усесться в седло, чтобы избежать долгих прощаний. Из окна активно замахала руками мать и стала громко что-то кричать.  Судя по ее измученному лицу, она всю ночь переживала и не спала.

Я же старалась быть тихой, даже ничего не упало, пока я собиралась, что уже было на меня непохоже, видимо, уже начал действовать амулет удачи в виде подковы, который мне, узнав о случившимся, выковал мой друг Гарретт.
Мама уже бежала с двумя тряпичными сумками, которые распирало от содержимого, из одной вывалилось яблоко, оно докатилось как раз до того места, где недавно была морда коня, и он с одобрением посмотрел на маму, затем на меня, заржал и смачно стал жевать яблоко, брызги сока летели в разные стороны. Я похлопала коня по бокам и встала, чтобы приобнять на прощанье маму.
- Не стоило столько всего собирать, а если мои соседи что-то заподозрят? Нас же там будут кормить, а еще за дисциплиной следить, поэтому не переживай, - я потерлась щекой об мамино плечо, не дожидаясь пока она заплачет, сделала самое счастливое лицо, словно  я давно хотела ощутить себя в мужской шкуре.
- Ничего не пропадет, с соседями поделишься. Мужчины всегда много едят, они только рады такому будут. Тем более, ты заселишься на пару дней позже остальных, - мама смахнула с лица назойливую слезинку, с усилием улыбнулась, - какая же ты у меня красивая, доченька. Удачи тебе, моя спелая вишенка, я не сомневаюсь в твоих способностях, но знай, даже если ты и не сдашь эти проклятые экзамены, помни, что мы всегда будем рады твоему возвращению, - женщина посмотрела на дом, - может отца и брата позвать?
Я замотала головой, еще раз ее приобняв, прыгнула в седло и схватилась за поводья.
- Этого точно не нужно. Не хочу, чтобы они видели мою грусть, - я протерла уголки глаз и уже на скаку выкрикнула, - Я люблю тебя, до скорой встречи.
Мама в ответ помахала  мне рукой, - И я тебя люблю, моя доченька.

Солнце уже высоко поднялось и стало припекать, на глазах исчезала утренняя свежесть.  Сверкающая на зелёных листочках роса начинала высыхать. Мой конь уже несся не так быстро, давая мне насладиться красотой летнего дня. Нас сопровождало пение и чириканье птиц. Если еще немного замедлиться, можно было заметить собирающих нектар пчел, суетливых фей кружащихся над цветочным лугом. Одна из них самая упитанная, сложив руки на груди сверлила недовольным взглядом рассыпавших пыльцу, виновато потупивших взгляд, трех совсем юных феечек, которые безнадежно пытались её собрать в корзинки, но она разлеталась от буйного ветерка в разные стороны.
Я рассмеялась, мне было жалко крошек, но они выглядели такими забавными.
Ветерок стал еще горячее к обеду, а небо голубее, солнце невозможно пекло макушку. Как же сейчас хотелось остановиться и прилечь в теньке. Даже птицы притихли от невозможной жары, слабый ветер лениво перебирал листву.
Мы остановились возле реки, я умыла лицо и напоила коня.  Совсем скоро закат украсит небо своими яркими алыми красками. Нужно было думать о ночлеге.
Мне приглянулся высокий дуб, мне не привыкать спать на жесткой поверхности, нужно немного перетерпеть, а к вечеру завтрашнего дня я уже буду в академии.
Прохлада спасительным покрывалом окутала землю, я перекусила мамиными пирожками с капустой и улеглась на бочок. От усталости я почувствовала как мои веки стали тяжелее, мне совершенно не хотелось шевелиться и открывать глаза, даже когда я услышала шелест за своей спиной. Звук становился ближе. Я вскочила, мой кинжал уже был наготове.
Из-за кустов появилось странное рогатое и чрезмерно волосатое существо с козлиными копытами вместо ног,  незнакомец пригладил свои кучерявые волосы и, плюхнувшись возле меня, сладко потянулся и, поставляя ладонь под щеку, он со всей присущей ему наглостью, протягивая к моей еще не утянутой груди свободную руку, нараспев произнес:
- Что за прекрасная нимфа встретилась на моем пути, как зовут вас красавица? - он сделал вид, что лишился зрения, - ваши прелести лишают меня чувств и возможности мыслить, - он уже держался за мою руку своими волосатыми ручищами, - умоляю вас, проведите со мной ночь, - он лукаво подмигнул, - а я позабочусь о вашем урожае и щедро вас награжу за оказанную услугу одинокому мужчине.
Когда он, наконец, заткнулся, я замахнулась на него, но его реакция меня поразила, он рассмеялся, а лезвие в моей руке рассыпалась на сотки мелких осколков. Он сдул их, как пыль и придвинулся еще ближе, поглаживая мои бедра.

Глупая, нужно было сразу изменять облик еще дома, а не возле самой академии. Я была поражена наглостью этого полуголого существа. А как же камни, что выходит без толку, лежали у меня в кармане, неужели, они на таких как он не действуют?
Я силой откинула его руку и вжалась в ствол дерева, - Кто вы такой? Как смеете распускать руки? Я дочь короля эльфов, - мои слова звучали как гром, а этот козломордый уже катался по земле от смеха.
- Я люблю эльфиек, от вас исходит такой дивный аромат, - от стал жадно вдыхать запах кожи в области шеи, все еще водя носом по воздуху, упитанное  человекоподобное животное опустило рядом со мной свой пышный зад, затем он нехотя привстал и, поклонившись, представился, - совсем забыл, я же сатир, зовут меня Себастьян. Но для вас можно проще - Себас, - его влажные губы уже слюнявили мои пальцы, а магия стихий, когда я нервничала, как сейчас, не хотела мне подчиняться.
- А вы? Назовите свое имя, мы будем пить вино, наслаждаться всю ночь прекрасной любовью, затем я сыграю вам на флейте, мы станцуем и снова наши горячие тела соприкоснутся в интимном и таком прелестном танце, -волосы на его теле встали дыбом от описанных удовольствий.
Я же сморщилась от отвращения. Его губы тянулись к моим, казалось, сейчас он их коснется, и я точно лишусь с этим мерзким созданием своей невинности прямо под этим дубом. Однако, моя рука дотянулась до тирса, деревянного посоха увитого плющом и виноградными листьями. Он стал моим спасением. Размахнувшись, я вырубила им сатира. Его обмякшее тело упало на меня, он был таким тяжёлым, а спина и так уже болела от ствола, в который я вжималась, еще какое-то время я тяжело дышала от потрясения и не могла пошевелиться. Сатир улыбался как младенец, но это выражение лица было обманчивым, он мог в любое мгновение проснуться.
Мои силы вернусь ко мне и мощным воздушным потоком я, с помощью своего посоха, отбросила нахала в сторону. Он с грохотом упал на землю, но даже это его, к счастью, не разбудило. Я схватила свои вещи и ускакала подальше от этого места.
Спустя несколько часов, когда уже ничего не было видно, мы остановились.
Мне было страшно, ведь я не знала, кто на этот раз мог выползти из-за кустов, но я решила рискнуть. От любого шороха я просыпалась и хваталась за посох, но кроме зайцев и ежей никого в округе не было.
Ранним утром я накормила себя и коня, и мы снова отправились в путь по прохладе.

Возле реки я услышала как меня кто-то звал, из водоема выглядывало красивое личико с темными, аспидно-черными глазами, губы были растянуты в подобие улыбки, зеленые волосы прикрывали обнаженную грудь.
Наяда подозвала меня к себе, я осторожно присела на берегу, опасаясь нового знакомство с, возможно, враждебным существом.
- Не бойся меня будущая королева, я тебя не обижу, зато знаю, кто тебе может навредить, - она стала озабоченно перебирать пряди своих волос, её взгляд был полон восхищения, когда она внимательно меня осматривала.
- Откуда ты это знаешь? - выпалила и, не заметив, как мои ноги уже погрузились в прохладную воду, конь заржал, и я, ойкнув, ступила обратно на землю, отступая на несколько шагов назад.
Тогда наяда сама ко мне вышла, уселась на корягу, ее ноги были тонкими и худыми, а кожа синюшного оттенка, от нее пахло болотом, нос резало неприятной вонью.
- Ну я же не одна в реках и озёрах живу, у меня много сестер и подруг.  Я в курсе про сатира, что хотел с тобой безнаказанно позабавиться. Не представляешь, сколько девушек после встречи с ним смывали свой грех в реке.
- Я так понимаю, что или кто мне угрожает, ты просто так  не скажешь, тебе от меня что-то нужно? - я подозрительно на нее покосилась, хватаясь за поводья.
- Какая ты догадливая, - она улыбнулась, обнажая свои острые клыки, у акулы зубов и то было меньше, чем у нее, - мне скучно сидеть одной. Охотники истребили многих моих сестёр, люди осушили водоемы. Теперь не так просто добраться по воде туда, куда мне нужно. А на ногах я долго не пройду, а у тебя есть конь. Ты быстро меня доставишь к озеру в соседнем поселении, только воды побольше набери, чтобы увлажнять мою кожу. И тогда я помогу тебе сегодня выжить.
Все еще сомневаясь,  я помогла водяной девице забраться на коня, даже смастерила из листьев для нее незатейливый наряд, чтобы не смущать путников ее наготой.
Пришлось каждые пару миль останавливаться и брызгать с фляжки на нее речной водой. А она еще, как назло, не могла помолчать. Докучала меня разговорами о своих любовных интригах с сыном водяного. Как будто мне было какое-то до этого дела.
- Ну и зря ты так, знала бы, что ты такая вредная, лучше бы еще подождала кого пообщительнее, - девушка обиженно надула щеки, перекинула ногу на ногу, как раз в тот момент, когда конь перешел на бег, и смачно треснулась своей тощей задницей о землю.
- Могу тебя здесь оставить, глядишь через неделю, и пройдёт кто мимо, только от тебя уже останется одна мокрая лужа, - я подала ей руку, помогая забраться обратно.
Фыркнув, она остаток пути только громко глотала воду и поглаживала коня.
- Вот мы и на месте, я свою часть сделки выполнила. Теперь ты говори, что знаешь, - сердито протараторила, погружая бледную, еле дышащую девицу в озеро.
Она нырнула и скрылась в зеленой воде. Первой моей мыслью было, что она меня обманула, но она вскоре показалось с другой очень похожей на нее девушкой, только с черными волосами, которая меня поприветствовала кивком.
- Спасибо тебе, эльфийка, остерегайся ехидну, после очередного закона твоего отца, их всех переселили с богатых урожаем садов на скалистую местность, где ничего не росло, а там яйца с их потомством остались, которые, скорее всего, так и не смогли вылупиться благодаря эльфийским воинам.
Я ахнула, вспоминая огромных женщин со змеиными хвостами и языками, которые славились своим коварством и плодовитостью.
- И правильно сделал, они на людей нападать стали. Нужно было срочно вмешаться, пока те не озлобились и на непричастных к этому существ.
- Мое дело предупредить. Рекомендую пойти длинной дорогой через лес и лучше успеть это сделать до ночи, кто знает, кто там еще водится, - девушка помахала рукой и нырнула.
- Ты же мне не врешь? - я понимала, что меня могли провести. Но ответа не последовало, а мне не хотелось быть укушенной  или съеденной обиженной змеюкой потерявшей своих детей.
Через несколько миль пришлось свернуть в лес. Хоть было еще довольно светло, из-за деревьев было плохо видно, и меня не покидало чувство, что за мной кто-то следил. Еще как назло клонило в сон. Но закрывать глаза в этом месте было нельзя.
Конь резко остановился, заржал, словно призрака увидел, затем он встал на дыбы, а я вылетела вперед, ударяясь всем, чем только можно о землю. Я не сразу смогла встать, все тело ныло и ломило от боли, коня уже и близко не было. Я даже не знала его имени, чтобы позвать. Хотя вряд ли бы это помогло, за дальним деревом скользнула тень, я нащупала посох под собой, но он оказался поломан на две части, а все инструменты для его починки и предметы первой необходимости в таких случаях остались в сумке на коне.

Отлично, мой клинок уничтожил сатир, посох я сама сломала, остался лишь небольшой ножик, который был прикреплен ремнем к правой щиколотке, лук со стрелами и надежда, что тот, кто прятался за деревьями, не был враждебно настроен. Иначе, с моим везением и работающей через раз магией, которая была сосредоточена в основном в посохе, лучше было начинать быстро бежать, если этот кто-то был раза в 3 выше и шире меня. На ум, как обычно происходило в таких случаях, пришел голодный тролль.
Внутри все съёжилось, когда шелест листьев стал совсем близко. Натянув тетиву до щеки, я с притворной уверенностью выкрикнула, - Хватит прятаться, выходи и сразись по-честному, если решил меня убить.
Тишина.

 Сердце громко стучало в груди, руки начинали дрожать, но даже это не помешало бы мне попасть в цель. Я редко промахивалась, это могло быть моим единственным преимуществом.
Послышался хруст ломающейся сухой палки, я приготовилась.
Из-за тиса показался мужчина, в его руках не было оружия, только холщовая сумка через плечо, доверху набитая растениями и ягодами. Лица его видно не было из-за салатового капюшона, голова была наклонена вниз. Светло-зеленый плащ развивался на ветру, под ним красовалась в меру обтягивающая салатовая с серебристым цветом туника, коричневые штаны, желтые высокие ботинки были перепачканы грязью. В ближайшие дни дождя не было. Можно было сделать вывод, что мужчина побывал на болотах, что было характерно для грязевых разводов и пятен на его обуви.
Глупая, мне нужно думать о своей защите, а не одежку его разглядывать. Словно мужчины никогда не видела. Он мог оказаться вампиром, и тогда в скорости и ловкости я буду заметно ему проигрывать.
Молчание прервал незнакомец. Капюшон спал с его головы, длинные волосы, цвета зреющего на солнце ячменя, упали на плечи, закрыли собой мужественную грудь.
- Я и не собирался нападать, - его бархатный баритон и искренняя улыбка меня успокоили, из-за волос показались вытянутые уши, какое облегчение, он из наших.
Только, что делал так далеко от наших земель?
Я опустила лук, мои руки уже дрожали от напряжения, зато внутренняя тревога унялась.
- Простите, - я пригладила растрепанные после падения волосы, - я немного заблудилась и мой конь куда-то запропастился, как сквозь землю провалился.
Мужчина ещё шире улыбнулся, - Я Эгнор, собирал травы для эликсиров, услышал лошадиное ржание, а за ним грохот, вот и поспешил узнать, все ли в порядке, - выражение его молочного, можно сказать бескровного лица стало серьезным, -, здесь водится много опасной нечисти, лучше остерегайтесь этого места, особенно ночью -  а вы, наверно, путешественница? - на овальном лице проступил едва заметный румянец, он прикусил крупную нижнюю пепельно-сизую губу.
Все меня о чем-то предупреждают, словно, я сама о себе позаботиться не могу, даже обидно.
Я замялась, глупо пряча за спиной руки, сжимающие поломанный посох, - Можно и так сказать, - мои губы изогнулись в естественной улыбке, - а я Анариэль.
Я решила упустить подробности по какой  именно причине я оказалась в этом месте. Про мои приключения было пока что стыдно рассказывать.
- Очень приятно, может, я вас провожу, куда вы направляетесь? Или коня хотя бы помогу найти? - он порылся в сумке и достал оттуда очень пахучую траву с крупными резными листьями и длинным стеблем, - этот запах поможет его приманить, обычно от него все парнокопытные без ума, - его темно-синие очаровательные глаза блеснули азартом, - если не поможет, у меня еще яблоки есть.
Я хотела сказать, что у меня тоже. Но опомнилась.
- Спасибо, вы, наверно, очень заняты, а вот второе - будет очень кстати. Буду вам бесконечно благодарна, - я поклонилась мужчине.
- Ой, ваш посох сломался? - в его голосе слышалось сочувствие.
- Да ерунда, только найдём пропажу, и я его сразу починю, - розовый огонек на камне потускнел, словно понимал насколько это безнадежная затея.
- Анариэль, позвольте Вам помочь, - эльф протянул свою большую руку, с на вид невероятно гладкой кожей, к посоху. На его пальцах не было ни заусенец, ни мозолей, какие я обычно видела у трудящихся лесных эльфов.
Я сдалась.
Мужчина положил мой волшебный предмет на траву, соединил его в месте разлома, в воздухе провел над трещиной ладонью, его губы медленно шептали, - Смеркерио-зистер.
Желтая вспышка света заставила меня зажмурить глаза. Когда я их вновь открыла, была поражена - ему удалось.
Спрашивать, что это за заклинание и какую стихию он использовал, я посчитала лишним, только поблагодарила его, уже сияя от счастья.
Казалось, что рядом с этим красивым, обаятельным и довольно высоким мужчиной, мои проблемы начинали заканчиваться. А как он говорил, по его манере речи можно было сделать вывод, что он как минимум на пару столетий был меня старше и очень образован.
Но больше всего меня привлекали его шелковистые, блестящие на солнце волосы, мои, по сравнению с его, были холодной морозной ночью на фоне жаркого июльского дня.
Как жаль, что скоро наши пути разойдутся, с таким не грех соединить судьбы. Я томно вздохнула, с тоской вглядываясь в его лицо, пока он раскладывал приманку. Может спросить с каких он земель? Нет, точно, это будет звучать так, словно я его преследую. Наверное, у него уже и дети есть.
Мы совсем недолго прятались за деревом, чтобы не спугнуть буйного коня, вскоре он показался. И как ни в чем не бывало, он стал жевать лакомство.
Я первая выскочила из укрытия, завидев меня, он виновато опустил голову. Мне хотелось его отругать, накричать за то, что он оставил меня одну. Но вместо этого я приобняла его и погладила по спине, - Я так рада, что ты вернулся, я назову тебя Василек.
Конь довольно заржал.
- Я рада, что тебе нравится.
Я повернулась к Эгнору, - Спасибо, я даже не знаю, как вас отблагодарить. Вы столько всего для меня сделали.
- Ничего не нужно, Анариэль, - я рад помочь красивой девушке, если вы не передумали насчет моего сопровождения, я желаю вам счастливого пути, быть может мы с вами еще пересечемся. Было приятно с вами пообщаться, - его мягкий и низкий голос ласкал уши, - будьте осторожны.
- И мне. До свидания. И Вам счастливого пути.
Я дождалась пока он скроется и продолжила свой путь.
Уже к вечеру я видела квадратные и треугольные серые крыши академии.
Больше тянуть было нельзя.
Я перемотала плотной тканью грудь, переоделась в более подходящую для студента одежду. Произнесла изменяющее голос и восприятие внешности заклинание. Для страховки насовала во все карманы разных одежд и сумок маскирующие истинный облик камешки. Теперь я точно была готова, если что-то одно даст сбой, другое обязательно меня спасет.
Несколько раз вслух произнесла новое имя и свою биографию, мне нравился новый тембр, голос был не сильно низким и грубым, даже певучим.
Я заплела пару косичек у виска, остальные волосы оставила распущенными, как любил обычно делать мой друг. Это придало мне уверенности.

Стоило мне приблизиться как предо мной раскинулась академия "Шипа и клинка", которая была намного лучше рассказов о ней. Она была построена из горного камня, добытого гномами по поручению основателей. Существует поверие, что на одном из факультетов в углублении стены до сих пор спрятаны залежи серебра и драгоценных камней. Поговаривали, что гномы хотели позже вернуться за своими сокровищами, но их уже никто даже на порог не пустил, списывая запрет на большой наплыв студентов.
Мои брови взлетели вверх и какое-то время оставались в таком положении, пока я любовалась обширной территорией в форме шестиугольника с высокими каменными стенами, огороженными красивыми кованными решетками. Чем-то академия отдаленно напоминала нерушимую крепость. Неприступные стены были частично окутаны мхом, внизу его было больше всего. По телу пробежался жар, все внутри затрепетало, когда я обратила внимание на искусные витражные стекла.

Академию основали двое друзей эльфов, именно их изображение можно было заметить на окнах, позже на них появились феи, вампиры и другие существа. Изначально ее задумали как место, где любой может научиться магии, но потом спустя пару веков Стервил и Демил в пух и прах разругались. Каждый хотел приписать заслуги себе, а реальных проблем, вроде нехватки преподавателей и элементарных условий для всецелого обучения сложным искусствам, они не замечали. В итоге, после сильного скандала Демид смог убедить друга, что это место больше подходит для мужчин и именно они должны остаться, а представители женского пола только все портили своими "незаслуженными" замечаниями. Тогда солнечный эльф Стервил согласился, что волшебство должно закалять характер и учить выживать в любых условиях.
Пусть этих эльфов уже давно нет в живых, но уже несколько столетий женская нога не ступала в священную мужскую обитель. От этой мысли по телу прошелся рой мурашек. Мне уже не терпелось узнать как можно больше об этом месте.
Остроконечные высокие башни принадлежали одному из факультетов и располагались строго на одной из сторон света. Огненная башня - восточная сторона, Башня Воздуха - западная, Башня Земли - южная и Башня Воды - северная сторона.
Всего в здании было 4 этажа, 2 нижних этажа были предназначены для теоретического обучения, а 2 верхних - для практики. А крыша была излюбленным местом для выпускников, в основном только им без присмотра разрешалось туда подниматься для оттачивания воздушных заклинаний.
В центре академии располагался главный зал для общих лекций, там обычно проводились вводные занятия для первокурсников со всех направлений, направо по коридору первого этажа была столовая. На втором этаже в левом крыле была библиотека, на третьем этаже - лазарет. А на четвертом в самом конце коридора был кабинет декана - действующего светлого мага и великого шестьсот летнего эльфа Элькариона.
Каждый этаж Академии "Шипа и клинка" соединен коридорами с другими таким образом, чтобы можно было выйти куда-то, а не попасть в тупик. Однако, заблудиться здесь было легко, особенно в первое время, пока я тут совершенно никого и ничего не знала. Мои познания были в основном из рассказов брата и моего друга, который там не был, но его отец любил вспоминать молодые годы.

- Альваро Бэзил?

 Я вздрогнула, когда из темноты вышел крупный оборотень, раза в два больше обычного волка, облаченный в коричневый камзол, и свободные серые шаровары.
Посмотрев по сторонам, я ударила себя по лбу за тугодумие, - Да, это я.
- Меня зовут Никель, я ответственный за расселение первокурсников, в общем, комендант общежития и на пол ставки конюх, еще и носильщик багажа, - последнее произнес с грустью, он уже тянул волосатую лапищу к моей сумке, - разрешите помочь донести ваши вещи, сопроводить вас до комнаты общежития и накормить коня?
Мне не хотелось спешить, хоть было уже довольно поздно, но я предпочитала погулять по территории, недели знакомиться с соседями.
- А можно я еще совсем немного здесь похожу?
Оборотень вопросительно на меня уставился, расправил плечи и равнодушно произнес, - Хорошо, общежитие то, что левее за садом - ваше, третий этаж, 356 комната, вот ваши ключи. Не забудьте завтра ко мне подойти, - он протянул мне салатовую мантию с вышитой сзади эмблемой – колбой с голубоватым зельем, которую держит крупный кулак, омываемый брызгами воды, - Все что нужно для сна уже на вашей кровати, рекомендую гулять не дольше полуночи, иначе попасть в комнату и вообще в общежитие будет сложнее, - волк подозрительно облизнулся, схватив мои вещи и, подозвав к себе коня, он ушел.

Мантию я надела сразу, ткань оказалась приятной и шелковистой.
Затем же пошла в сторону прекрасного сада, который был освещен тысячами существ отдаленно напоминающими светлячков, только они были крупнее, размером с палец и пушистыми. Одни сидели возле пруда, когда они в него погружались, синий огонек становился фиолетовым и это выглядело невероятно волшебно. Другие из них порхали над деревьями и спящими цветами. Я прошлась по извилистым ухоженным дорожкам, вымощенных белым и темно-серым камнем. В четырех частях сада были небольшие беседки, где можно было отдохнуть после занятий, насладиться тишиной и атмосферой этого места, почитать книгу или выучить сложное заклинание. Впереди красовалась арочная аллея, украшенная маленькими вьющимися цветами и растениями: жёлтых, красных, белых и розовых цветов.
На территории академии чуть севернее сада был разбит растительный лабиринт, куда я войти не решилась. Никогда не любила такие головоломки. Также в академии была крупная застекленная оранжерея, находящаяся на крыше западного корпуса, где раньше проходили занятия только у эльфов-воздушников или магов, сейчас там нередко проходят занятия по алхимии и травологии.

На верхнем этаже башни земли находился зверинец, где проживали домашние животные учеников, которых они привезли с собой. В башне огня на первом этаже обитали наиболее опасные и редкие волшебные создания, которым требовался постоянный уход, внимание, выгулка и охота.
На крыше воздушной башни также расположилась птичья почта, любимое место всех первокурсников.
Дальше сада было небольшое обособленное от других здание - архив, где находились ценные документы. Попасть туда, даже если бы я и хотела, не смогла. На двери висел тяжёлый железный замок. И наверняка он был защищен чарами.
Я уже шла к общежитию.
Некоторые дорожки были украшены античными барельефами и завораживающими лозами невиданных мне и очень редких растений, распустивших свои благоухающие бутоны. Я старалась не на что живое не наступить, под моими ногами прыгали, похожие своими крошечными размерами на хомяков, существа красной и темно-зеленой расцветки, у них были длинные пушистые хвосты и висячие, похожие на кроличьи уши. Тишина и безмятежность, едва слышный шелест растений меня расслабляли, невольно заставляя почувствовать себя дома.
Меня привлекло странное зеркало под цветочной аркой. Сначала я предположила, что оно поломано. Почему оно не показывает моего отражения, может запылилось или испачкалось чем-то? Я решила его протереть, но моя рука неожиданно прошла сквозь него, я почувствовала иное, сильное сопротивление воздуха, моя ладонь стала влажной, но за испорченным зеркалом ее видно не было.
И как я сразу не догадалась. Это же врата в другие миры. Очевидно, они здесь для практики. Лучше без подготовки к ним не подходить. Никогда не знаешь в каком пекле или, наоборот, убивающем, лютом холоде можешь оказаться, не хотелось бы сойти с ума в чужом, враждебном мире и там же сгинуть, не найдя способа вернуться обратно. Странно что портал никто не охраняет. Я сильнее просунула руку, подключила вторую и меня словно молнией ударило, я упала на лопатки, а мне на грудь приземлились большие лапы здорового существа похожего на пса, только у него было две головы и одна из них кошачья.
Страж врат громко, с подозрением щурясь, говорил, точнее его собачья сторона, - Кто ты такой и как посмел без письменного разрешения прикасаться к святыне? - меня трясло от страха, на моё лицо капали слюни.
Кошачья голова свирепо шипела, на моей тунике оставался след от длинных когтей, которые вот-вот порежут кожу.
Я завопила, пытаясь откинуть с себя стража.
- Простите. Я новенький, тут вышло недопонимание. Я шел в общежитие.
- Правда, а мне кажется, ты шпион из другого мира и с информацией об академии пытаешься вернуться обратно? - противно помявкивая, заговорила котообразная часть, - сейчас мы тебя проучим.
Пес уже хотел вцепиться в мою шею, и я уже почти смирилась, что запретные знания ведут только в могилу.
Но услышала приятный мужской голос, - Оставьте его, разве не видно, что это опоздавший студент?

Первыми я увидела длинные распущенные золотистые волосы, мужчина отогнал стража и протянул мне руку, из-за плохого освещения я не сразу узнала своего спасителя, который, видимо, меня преследовал. Мой полураскрытый рот сменился улыбкой облегчения. В ушах шумело, казалось, что ничего вокруг кроме нас двоих не существовало. Кожа все еще прокалывала от неожиданного выброса адреналина. Но что этот эльф здесь делает и откуда он знает, что я студент? Романтический момент со стороны выглядел не очень красиво, если брать во внимание то, на кого я была сейчас похожа. Мои волосы украшали и одновременно протирали дорожку к общежитию, одежда проходила боевую подготовку  в качестве знакомства с местной землей и травой, которая определенно могла оставить след на моей тунике.
- И долго вы здесь собираетесь валяться, между прочим, у всех уже давно отбой, вы хотите, что бы вас наказали в первый же день прибывания в академии? - грубый тон заставил меня покраснеть и моментально вскочить на ноги, в меня словно кинули горстку льда.
- Эгнор, - сорвалось с моих губ, я сразу пожалела, что не подумала, как это могло сейчас выглядеть.
- Я не помню, чтобы я успел вам представиться, юноша, - он демонстративно поклонился, его лоб был нахмурен, а густые светлые брови сдвинуты, - ну раз уж на то пошло, то я Эгнор - преподаватель алхимии и по совместительству ваш куратор, - он повысил голос, - и я не хочу, чтобы мои ученики погибали по своей глупости. Советую весь оставшийся вечер учить наши правила, которые весят в каждой комнате общежития на стене.
Сказать, что я была поражена, ничего не сказать. Ну куда же делся тот внимательный и заботливый мужчина, что предлагал мне свою помощь полдня назад.  Этот тиран в лице привлекательного преподавателя мне уже совершенно не нравился. Вот как эльфа  меняет ответственность. Все с вами предельно ясно, мужчина, значит перед красивой девушкой вы свои «пёрышки» распушили, а на студента можно и поорать. Действительно, раз он новенький - значит глупый, и зачем только его версию событий узнавать?
Ну конечно, это же лишняя трата драгоценного времени, тем более, для такого занятого красавца, как он, да еще и, на такого болвана, как я.
Оборотень, и то, гораздо воспитаннее и спокойствие был.
- А я Альваро Бэзил, правда, не хотел умирать, я думал это зеркало, простите, - я опустила взгляд, виновато прогундосив себе под нос.
- Я знаю кто вы, студент. Живо в комнату. Встретимся на завтрашней лекции, - сказал с равнодушием, указав взглядом на здание общежития.
Я решила закончить на сегодня этот диалог, - Доброй ночи, Эгнор.
Развернувшись, он пошел прочь, буркнув, - И Вам.
Я знаю, что пока я шла, он несколько раз обернулся, я чувствовала на своей спине и затылке его тяжёлый, осуждающий взгляд синих глаз.
Взъерошив от волнения волосы, я постучала в дверь.

Никто не спешил подходить.

Я еще раз постучала, на этот раз громче.

Снова тишина.

 Ладно, воспользуюсь своим ключом, я не успела его провернуть, как мне открыл высокий и худощавый мужчина с рубиновыми глазами. Его русые волосы были коротко стрижены, лицо было гладким, нездорово-бледным, кожа на синевато-розовых губах была потрескана. На тощих руках красовались заметные вены. Ему не нужно было открывать рот, чтобы я поняла, что один из моих новых соседей оказался кровожадным вампиром, которых я всегда старалась остерегаться.
- Чего тебе? - пожевывая зубочистку, нахамил мужчина.
- Меня заселили в вашу комнату, я Альваро, - моя улыбка вышла обречённой, наверное, он уже учуял мой страх и этой же ночью выпьет меня до последней капли, а тело захоронит в саду, или сделает проще - отошлет в другой мир, где меня, уже точно, и через много лет никто не отыщет.
- Вот же, поганый денек, я надеялся, что эта кровать хотя бы год будет пустовать, - он пожал плечами, закончив меня изучать, убрал руку от двери, освобождая мне проход, - и долго ты стоять будешь, Альваро, - раздался короткий смешок, - Еще один эльф!
- Еще один? - я воодушевилась, пока не увидела дроу.
Он, с оголённой мускулистой грудью, убрав руки за голову, лежал на кровати, закинув одну ногу на другую. Его кожа была темной, смуглой, а волосы ниже середины спины черными, как сажа. Его светло-голубые глаза прищурились, мне показалось, что они излучали одну лишь ненависть и враждебность. Остальное его тело не было видно из-за накинутого на него покрывала, но я не удивлюсь, что он спит, сжимая в руке наточенный клинок.
Пока, все что накаркал мой брат, сбывалось. К счастью, я была третьей. А то для полного сумасшествия тут только орка не хватало.
Я сделала шаг назад, увеличивая расстояние между предполагаемой опасностью. Сложив руки на груди, застыла, не зная, что делать дальше. Поворачиваться к этим варварам спиной было, определённо, рискованно.
Я потрясла головой, избавляясь от мысленного тумана, не дающего мне трезво соображать.
Дроу присел на кровать, прохрустел костяшками пальцев.
Мой взгляд заметался в сторону пути к бегству. Во рту пересохло, навряд ли бы я успела пискнуть, если бы эти двое решили со мной расправиться.
- Ну что, очередной эльф, рассказывай откуда ты? - разминая шею и плечи, пробасил дроу.
Я уже набрала в рот побольше воздуха, собираясь закричать, как мои потенциальные враги, переглянувшись, рассмеялись.
- Только посмотри на его выпученные глаза, - вампир пытался меня парадировать.
- И не говори, каждый раз прокатывает, - хватаясь за бок, согласился эльф-третьекурсник.
Я облегчённо выдохнула.
Облизнув губы, вампир уже перестав смеяться, мягче произнес, - Я Николас, а это Вэон. Можешь уже успокоиться, мы так шутим. Ты прошел проверку. Проходи уже, мы тебя не съедим, - вампир широко улыбнулся.
- Я Альваро из Солара-эквелибриума, - сделала вид, что их выходка меня совершенно не застигла врасплох.
Скинула сумку на кровать, стала выкладывать на стол продукты.
У парней глаза загорелись, - Можно? - протягивая руку к булочке с маком, спросил дроу.
А ведь мама была права, эти не прочь набить животы на ночь.

Я кивнула.
- Спасибо, а то я что-то на ужине не наелся, - закидывая в рот половину булочки, почти не жевав, проглотил, довольно пробормотал вампир.
- Этот городок совсем недалеко отсюда, я примерно оттуда же, только немного севернее, из Аллероя, - запивая все молоком, которое текло по его подбородку, с набитым ртом сказал Вэон.
- А я из Овстуга, неделю отсюда добираться, поэтому я предпочитаю лишний раз не ездить домой.
- И как вам учеба? Сложно? Или на третьем курсе вас уже не так мучают и проверяют, как новичков? - я расстелила постель.
Мои новые соседи уже по-хозяйски разложили по полочкам и шкафчикам продукты, скоропортящиеся каким-то незнакомым мне заклинанием переместили в столовую, предварительно написав на бумаге мое имя.
- Да нет. Мы уже привыкли. Не так уж все и мрачно. Но лучше сдавать все в срок и не прогуливать, - нахмурив свои чёрные брови, подметил дроу, - если ты хотел сегодня искупаться, то тебе на первый этаж. Советую поторопиться, в полночь воды уже не будет.
Поблагодарив соседей, я поспешила вниз, крепко сжимая в кулаке спасительные камушки. Хоть бы сейчас в купальне никого не было, пожалуйста.