Эльфийский нектар

Пожалуй, впервые в жизни мне хотелось убивать. Вся моя темноведьминская душа буквально требовала расплаты, вызывая жгучее желание мучительной мести. И даже дар Жизни и эльфийское наследие не могли заглушить эти порывы.

Я жаждала крови!

Виной такого состояния был наглый, бессовестный, мерзкий, противный, но очень обаятельный тип, имя которого я даже не знала. И не хотела знать! Отомщу и вообще забуду о его существовании!

– Алинэль, у тебя какое-то странное выражение лица, – осторожно заметила Дарина, рассматривая меня поверх кружки с какао. – Главная героиня романа опять осталась не с тем героем?

– Или главный герой решил, что ему тоже нужен герой? – хмыкнула Ильмара, чем заработала мой убийственный взгляд.

Ведь, по сути, все случилось именно из-за нашей некромантки. А если ещё точнее, то из-за Ванечки – фамильяра одной из ведьмочек.

На самом деле Иван был заколдованным царевичем, обращенным в лягушку. Заколдовал его сам Темнейший – покровитель всех ведьм Темного Ковена, повелитель Подземного мира и просто самый лучший мужчина на свете! Все мы считали его вторым папой – а некоторые и первым, – любили, боготворили и безмерно уважали. Особенно за то, что он успевал присматривать за всеми ведьмочками, защищать их и беречь. Так однажды один царевич, одним словом Иван-дурак, совратил молоденькую ведьмочку, а жениться на ней отказался. Разозлился наш Темнейший, но убивать нерадивого парня не стал. Вместо этого он наложил на него проклятие «Поцелуй любви» – древние чары, которые была способна снять только его истинная пара и только после поцелуя.

Человеком Иван становился и просто так – хватало поцелуя любой из ведьмочек, но длился эффект всего лишь сутки. Целовали мы его, кстати, исключительно по необходимости – Ванечка был отличным портальным магом. Целовали, значит, а потом сутки его не видели – Иван бегал по округе и целовал всех встречных барышень, в надежде найти ту самую. И все бы ничего, но время шло, у Ванечки ничего не получалось и тут, буквально пару дней назад, Ильмара предложила нашему лягушонку с дам перейти на мужчин!

Мы все посмеялись, и ни одна ведьмочка даже помыслить не могла, что он действительно начнёт приставать к представителям своего пола! Уж не знаю, сколько их было, но от последнего Ванька убежать не смог.

Я заметила их совершенно случайно, когда шла от знакомых боевиков. Наш совсем беззащитный Иванька и здоровый боевой маг, схвативший царевича за грудки.

Пока шла к ним, мысленно надеялась на самую логичную причину конфликта – Ванечка поцеловал женщину мага. Бывало и такое, так что для этого случая у нас был отработанный сценарий действий. Но, все оказалось куда хуже – дурачок попытался поцеловать самого темного мага!

– Ванечка, милый, вот ты где! – радостно воскликнула я и буквально вклинилась между фамильяром и злющим боевиком, переводя весь негодующий потемневший взгляд на маленькую ведьмочку. – Ой, ты уже нашёл себе друга! Как это мило! Но, увы, у нас нет времени на общение. Потом поболтаете!

И я схватила царевича за руку, намереваясь утащить с собой.

– Не так быстро, ведьмочка, – голос незнакомца звучал тихо, но от этого не менее страшно.

– Дяденька, нам, правда, некогда болтать. У нас мётлы не чищены, зелья не варены, да и фамильяры не кормлены. Дела-дела, знаете ли.

– Да-да, и пакости не совершены, – голос стал звучать ещё более угрожающе. – Вас подослала Милена, да?

– Простите?

– Милена, кто же ещё. Только у неё хватило бы ума нанять своих же для мести. И в какую сумму вы оценили мою персону?

– Дяденька, я не знаю никакую Милену, честно.

– Честь и темные ведьмы – понятия несовместимые!

– Ну, знаете ли, боевых магов тогда тоже сложно назвать образчиками чести! Мы хоть не скрываем своей вредной натуры, в отличие от вас!

Щит света возник между нами как-то сам собой. Ну, не любила я темных магов – наглых и беспринципных. Для них не было ничего святого, а уж увести из семьи чужую жену и мать – вообще любимое занятие! А еще они были весьма непредсказуемыми, так что я даже не знала, чего ожидать от этого конкретного индивида.

– Именно поэтому вместо себя подсылаете… вот это! – обидный жест явно был адресован Ванечке, до этого стоящему за моей спиной.

Я даже повернулась, чтобы посмотреть на фамильяра, но тут произошла самая большая подстава – царевич снова стал лягухой! Откормленной, темно-зеленой и не уступающей в наглости некоторым темным магам. Именно поэтому вместо разумного побега Ванечка вскарабкался по моему платью и залез на руки. За этой миграцией мы с незнакомым темным наблюдали вместе, но если я относилась к происходящему философски, то у мага начал дергаться глаз. Нервный, какой-то.

– И вот это лезло ко мне с поцелуями?

Спрятав лягуха за спину, я посмотрела честными-честными глазами на мага и улыбнулась.

– Ну, лез и лез. Подумаешь, какой-то поцелуй.

– То есть, по-твоему, лезть с поцелуями к совершенно незнакомому человеку – это нормально?

– Вполне! Тем более – для Ванечки. Да и что тут такого? Он натура влюбчивая, ранимая, к тому же в активном поиске! А вы так удачно попали под руку.

Кажется, мое последнее предложение просто проигнорировали, зациклившись на фразе:

– Ну, раз целоваться с незнакомыми людьми – нормально...

В следующее мгновение мой щит света лопнул с тихим пшиком, поглощенный мощной волной темной магии. Я ожидала привычной боли от тьмы, но ничего не произошло. В магическом плане – ничего. А вот в физическом…

Горячая ладонь скользнула на талию, мгновенно вызывая волну жара, прокатившуюся по телу. Вторая зарылась в волосы, которые я так и не успела собрать в косу. А дальше моих губ коснулось дыхание – с запахом медового разнотравья, ноткой муската и чего-то еще – незнакомого, но очень волнующего.

Поцелуй…

Прикосновение было злым, раздраженным, но при этом удивительно бережным. Мне явно мстили за глупые слова и оправдания, но пытка как-то неожиданно переросла во что-то большее. И спустя пару мгновений наигранного сопротивления я сама с удовольствием ответила на весьма умелый и головокружительный поцелуй, хоть и моя светлая часть отчаянно твердила: любые отношения с темными магами – табу!

Но отказать себе в минутном удовольствии оказалось выше моих сил. Темный целовался восхитительно, до ярких звездочек в глазах и бабочек в животе. И когда я уже была готова потерять сознание от нахлынувших эмоций, он все-таки отстранился, дыша также тяжело, как и я.

Взгляд черных глаз, гораздо темнее, чем до поцелуя, скользнул по моему лицу. На мгновение задержался на губах, а затем сполз еще ниже. Боевой маг словно впервые увидел меня и теперь отмечал каждую мельчайшую деталь, заставляя нервничать, переживать, смущаться и злиться. А когда темная ведьмочка зла, плохо становится всем!

– Ну что, квиты? – уточнила я, и сложила руки на груди.

И только сейчас поняла, что увлекшись поцелуем, случайно выронила Ванечку. Благо, лягух быстро сориентировался и ускакал на безопасное от меня и темного расстояние.

– Не уверен, – задумчиво произнес мужчина, снова задержавшись взглядом на моих губах. – У меня моральная травма, поэтому нужно повторение для закрепления результата.

– Результата моральной травмы? – зашипела я, и подалась вперед. – Легко! Вы, дяденька, видимо не знали, что темных ведьмочек лучше не трогать!

– Все зависит от того, как трогать.

– Никак!

– А иначе что? – прищурился маг, но отчего-то мне показалось, что в его взгляде вместо страха проскользнуло предвкушение.

– Много всего нехорошего и пакостного! Но вы, неуважаемый, узнаете об этом постфактум!

Злая ведьмочка попыталась вырваться из крепких объятий, но наглый и противный маг даже не думал отпускать, рассматривая меня с подозрительным интересом.

– И все же, мне хотелось бы знать, когда ждать ближайшей пакости?

– Чтобы подготовиться?

– В том числе…

– Не выйдет! Мстя будет коварна, страшна и нежданчиком. Так что мучайтесь неизвестностью!

– Как скажешь, ведьмочка, – уголок твердых губ слегка дрогнул в улыбке, после чего меня все-таки отпустили.

Отскочив от мага, я гордо вздернула подбородок, а затем поспешно ретировалась, всю дорогу до нашего шатра ощущая на губах медовый привкус.