Если любишь...

В погруженной во тьму комнате, где даже лунный свет не мог осветить ее сквозь плотные облака, единственным источником света была тускло мерцающая свеча на прикроватном столике. Под тяжёлым балдахином кровати, утопая в нежном шёлке простыней, лежала прекрасная девушка со светлыми волнистыми волосами. Из уст которой срывался временами томный и страстный стон.

Трепет ресниц… Влажные и искусанные губы… Спавшая лямка ночной сорочки с ее светлого плеча… Торчащие соски, которые были видны через эту самую тонкую ночную сорочку… И коленопреклонённый мужчина перед ней на матрасе…

Кожа которого в томном свете свечи отливала бронзой. В сравнении с лежащей на кровати девушки, на нем почти ничего не было одето: черный кожаный ошейник на шее был единственным предметом его одежды. Лишь край одеяла, небрежно лежащий на его бедрах, прикрывал его слегка влажное тело.

В данный момент его губы путешествовали по ее ступням, держа их в своих крепких руках. Он целовал ее маленькие пальцы стоп, часто забирая их себе в рот при этом слегка посасывая. Отчего из ее разомкнутых искусанных уст часто срывался стон удовольствия. Ее грудь вздымалась. Девушка стала шептать, словно находясь в бреду:

— Еще! Давай, Харлоу! — ее голос стал резко сиплым. — Ах! Выше! Поднимайся выше по ноге, раб! Ах, да! Тут!

Стонала она. При этом ее пальцы рук стали сильней сминать простыню, того и гляди, порвут ее прочное плетение острыми ногтями. А из груди девушки вырывалось натужное дыхание, становясь все жестче.

Слушаясь ее командам, жесткие губы мужчины сделали дорожку из поцелуев от ее пальчиков ног до внутренней стороны бедра, слегка царапая в этот момент ее нежную кожу своей светлой щетиной. Мужские губы замерли на середине внутренней части бедра девушки.

Она, отпустив из рук простыню, вцепилась в этот момент в его волосы, тем самым еще крепче прижав его к своим бедрам. При этом потянув его за волосы слегка вверх по своему телу, шепча:

— Ах! Давай, Харлоу! Дай же мне скорее свою магию! — ее грудь, с торчащими от возбуждения сосками, выгнулась к нему на встречу в районе плеч. — Ну же!

Всем своим телом она стремилась прижаться к его губам, таким жестким и слегка колючим из-за щетины. Ее голос, выкрикнув какое-то нечленораздельное слово, оборвался в самой высокой точке. А после тело упало на подушки, ослабив при этом хватку на его волосах.

В этот момент мужчина, слегка выдохнув в сторону легкую струю дыма из носа, издав при этом какие-то рычащие звуки, стал еще жестче кусать ее кожу и сминать руками бедра. Тут же зализывая языком нанесенные им же легкие отметки своих зубов на ее коже.

Но, как только он двинулся выше по внутреннему бедру своей госпожи, его резко остановили эти самые руки, в последние минуты лишь слегка державшие его за светлые волосы.  И так больно дернули от себя, что, растерявшись, он отстранился от тела своей госпожи и непонимающе посмотрел в эти янтарные, сейчас расширенные от страха, в черной огранке ресниц, глаза.

— Какого черта! Пошел прочь от меня, извращенец! — голос его госпажи, слегка охрипший от их постельных игрищ, сейчас звучал с ледяной ноткой. А глаза смотрели так, что могли и убить. — Насилуют!..

Неожиданный крик его госпожи никто не услышал. Раб, ловко потянувшись к своей госпоже, закрыл рот виконтессы Лорены, и, навалившись всем своим телом, придавил ее слегка к кровати, при этом кожаный ошейник стал нагреваться на его шее.

— Мне жаль, Лариса. — Голос врача прозвучал в моей голове тяжелым набатом, словно эхом отразившись от белых стен кабинета, увешанных дипломами в тяжёлых рамках и чёрно-белыми фотографиями с медицинских конгрессов.

Сидя сейчас в кабинете, напротив врача, я, сжав до боли ручки кресла для посетителей, зажмурилась. Внутренне не желая показывать никому свою слабость или страх, при этом старалась не заплакать. А плакать хотелось и очень сильно. Еще на той неделе я, абсолютно здоровая сдавала стандартный набор анализов при диспансеризации, после которого меня срочно направили в онкологическую больницу. В данный момент я услышала подтвержденный диагноз, прозвучавший для меня как гром среди ясного неба — рак крови! Лейкоз!

Да, конечно, я давно обращала внимание, что стала сильней уставать и меня постоянно вечерами клонило в сон. И временами появлялись непонятно откуда взявшиеся синяки на коже. Но я и не думала, что все это является симптомами такой страшной болезни! Ведь прочих признаков лейкоза не наблюдалось! Сейчас, сидя на приеме у онколога в кабинете с характерным запахом хлорки и старых бумаг, я, поддерживаемая рукой мамы, слушала свой приговор из уст уставшего седовласого мужчины, сидящего за массивным столом из ДСП, покрытым поцарапанным стеклом.

— К сожалению, ваш диагноз был установлен не сразу, и сейчас, на третьей стадии рака, не все методы лечения могут помочь вам в борьбе с ним, - в бессилии разведя руки в стороны, этот седовласый врач снова взял в руки со столешницы стола мои анализы крови. И, шурша ими, стал снова разглядывать какие-то показатели в данных бумагах.

Я же сидела, всё ещё зажмурившись, и с трудом дышала через раз, словно рыба, выброшенная на берег. А мама… Она, всхлипывая, слегка дрожащим голосом спрашивала доктора о том, как именно мне можно помочь при такой стадии рака. Она же читала о различных чудесах исцеления даже при четвертой стадии, да и слышала от соседок так много разных историй!

Но я уже не слушала их. Перед моими глазами проносилась вся моя жизнь — все, что я не успела осуществить, надеясь, что у меня просто масса времени для этого! Я так и не успела получить водительское удостоверение для управления мотоциклом — было просто страшно попасть в аварию, да и переживала за родителей. Не отучилась на археолога — не хотела еще раз проходить через эту сдачу экзаменов. Не смогла посетить так любимую мной Францию, с ее кельтским наследием — банально, но, просто всегда не хватало денег на такое путешествие.

И вообще, мне, тридцатилетней, еще так хотелось пожить! Встретить своего мужчину, родить от него ребенка и услышать от своего малыша такое заветное слово — «Мама!». У меня же было время на все это! А теперь у меня отняли самое дорогое — это жизнь!

И чем больше я думала про это, тем сложнее мне удавалось сдерживать горькие слезы.

—… Поэтому сейчас я бы рекомендовал вашей дочери лечь в больницу. Возможно, химиотерапия сможет помочь. Но и тут малый шанс на успех, — машинально долетел до меня голос врача.

Слыша вполуха его рекомендации, я резко встала с ужасающим скрипом стула и, извинившись перед удивленно воззрившимися на меня врачом с мамой, поспешила выйти. Остановившись в дверях, я бросила через плечо:

— Я выйду ненадолго, мама, — моя рука, как и голос, дрожала на дверной ручке. Не оборачиваясь, я добавила бесцветным голосом: — Я буду ждать тебя на улице, в сквере.

Все. Дальше я просто не смогла продолжить разговор. Какой—то комок, стоявший в горле, не позволял больше и слова выговорить. Больничный коридор встретил меня холодным дыханием воздуха с примесью дезинфицирующего средства. Плакаты, рассказывающие о методах борьбы с раком, смотрели на меня с недавно покрашенных стен, словно осуждая мою слабость.

Каждый шаг отзывался эхом в коридоре. Проходя мимо приоткрытых дверей, я слышала чужие истории болезни, чужие страдания, чужие надежды.

Стремительно спускаясь по больничным лестницам, стуча при этом своими небольшими каблуками по выщербленным плиткам, я спешила выйти на воздух.

Спустившись на первый этаж, я оказалась в многоголосой толпе людей, часть которых, держа в руках потрёпанные карты и направления, устало и раздраженно стояли около окошек регистратуры. Везде в этой больнице пахло лекарствами, хлоркой и чем-то неуловимо больничным. Где-то вдалеке слышался звук каталки, скрип дверей, приглушённые разговоры врачей.

Протискиваясь мимо толпы людей, стоявших около информационного стенда с пожелтевшими объявлениями о часах приёма врачей и правилами поведения в больнице, я бесцеремонно расталкивала людей от себя в разные стороны, ловив при этом в свою спину ругательства, а также старческие саркастические предложения о покупке себе очков. Какие еще очки, о чем они все? Можно ли где купить так нужное мне сейчас здоровье и время?!

Резко распахнув перед собой массивную входную дверь с треснувшим стеклом, я, обхватив себя руками, медленно стала спускаться по выщербленным бетонным ступеням на улицу. Перед глазами резко все стало размазано, и я остановилась на самой последней ступени. Чувствуя в этот момент на своих щеках горячую влагу. Я все-таки не сдержалась…

Вскинув голову вверх, я, не вытирая слез смотрела на такое чистое и безмятежно— голубое небо. Слышала пение птиц, сидящих сейчас на ветках деревьев. Чувствовала дуновение ветра на своём лице, смешанное с ароматом цветущей сирени и выхлопными газами проезжающих машин. Все вокруг было пропитано запахом весны.

Как же сейчас хотелось кричать от обиды и какой-то безысходности!

Выплеснуть всю боль и просто радоваться жизни и тому, что окружает меня в такой обыденной жизни. Но…

Закрыв руками лицо, я не смогла удержать рвавшееся из самого сердца истеричное рыдание. Просто стояла на последней ступени больничного крыльца, и словно маленький ребенок, ревела, вздрагивая при этом плечами.

Немного успокоившись, я словно робот, прошла в глубь сквера, расположенного на противоположной стороне от больницы. И, не видя перед собой свободной скамейки просто встала в тени больших деревьев.

А вокруг сновали люди, равнодушные к чужой драме, спешащие жить дальше, в своей обычной, размеренной жизни. Но для меня мир остановился. Остался лишь крик души, заглушаемый городской суетой.

Вдруг возле меня прозвучал детский смех.

Я услышала сначала его - детский смех, а после какое-то маленькое тело врезалось в меня
 ______________________

                   Книга "Если любишь..." участвует в литмобе ""

Что будет, если в один котел закинуть драконов, рабство и любовь?

Ты получишь не просто книги. Это будет 10 историй, где кровь стынет в жилах, страсть поджигает крылья, а свобода - не подарок, а трофей.

Хочешь дракона в цепях? Пожалуйста!

Хочешь героиню, что рвёт путы? Будет!

Любовь, да такую, что обрушит небеса и сожжёт всё к чёрту? Найдем…

Каждая история - с характером. С чешуйками. С изюминкой.

И, возможно, с хэппи-эндом (но это не точно).

Интуитивно я схватила то, что врезалось в мои ноги, не дав этому тельцу упасть.

И раскрыв заплаканные глаза я посмотрела вниз, на замершую в моих руках маленькую девочку лет четырех. Она, с двумя косичками по бокам головы и густой чёлкой, одетая в светлое платьице, смотрела сейчас на меня так серьезно, словно не она сейчас смеялась и врезалась в мои ноги тоже не она.

— Тетя, у вас все хорошо? — тихо уточнила у меня эта малютка, слегка склонив голову набок.

Я же, поджала губы, чтобы снова не зареветь, кивнула головой и присела возле нее.

— Ты почему бегаешь, не смотря по сторонам? — стала излагать я нравоучения малышке. Но тут же резко себя остановила. — Хотя нет. Просто скажи, где твоя мама или папа?

При этом я еще и головой повертела в разные стороны, ища кого—то похожего на родителя девочки. Только никого не было вокруг. Будто время остановилось, даже не стало слышно пения птиц.

Серьезно посмотрев на меня своими зеленными глазками, девочка положила свои теплые ручки на мои мокрые от слез щеки.

— Мама говорит, что плакать разрешается, когда страшно. Но все же нужно преодолевать свой страх, не смотря на свои слезы. Пусть все в мире сейчас против вас.

Моргнув, я очень удивилась таким речам девочки. Но, разумно посчитав, что это слова ее родительницы, которые видимо очень часто повторялись в их семье, отчего и запомнились ребенком, спокойно подтвердила ее слова:

— Твоя мама говорит правильные слова, маленькая.

На что девочка, нахмурив бровки посмотрела на меня очень строго.

— Тогда почему ты сдаёшься?

Слабо улыбнувшись, я постаралась оправдаться перед ней.

— Нет, я же просто плакала… такое бывает со всеми, в том числе и со взрослыми.

— Но ты же хочешь уже сдаться? Даже не поборовшись, сразу стала жалеть себя!

Смотря на нее, я только головой покачала. Говорить такие слова девочке хорошо, когда есть время на преодолевание своих страхов. А у меня этого времени просто нет!

— Вот! Ты снова стала жалеть себя! — Маленький указательный пальчик ткнул меня между бровями. — А если я скажу, что есть существа, которые сломлены и страдают сильнее тебя? Но они все еще продолжают бороться за свою жизнь: находятся ли они в этот момент в теплых постелях своих хозяев, либо сражаются с себе подобными на арене, проливая ради забавы свою кровь!

Я смотрела в эти не по-детски серьезные глаза, и не могла понять, что она такое говорит. О каких таких существах она сейчас рассказывает? Что за мультик такой смотрела?

— Маленькая, — протянув руку, чтобы погладить ее по голове, я тихо уточнила: — Все же где твои родители? Нельзя играть одной на улице.

Поджав губы и увернувшись от моей протянутой руки, эта малышка, отбежав от меня на небольшое расстояние встала и скрестив руки на груди, проворчала:

— Жизнь… Время… Здоровье… Все это так эфемерно. Вот сейчас ты переживаешь о своем диагнозе, но что может произойти с тобой в следующее мгновение? Ты никогда не сможешь ответить на этот вопрос! Сейчас же иди! Тебя уже ждут!

Встав на ноги, и не отряхивая свою юбку я, не поворачиваясь к ней спиной, стала отступать от нее. Боясь даже моргнуть. Сейчас, смотря на девочку, я видела, как ее волосы, заплетенные в косички, слегка светились, а в ее глазах словно разгоралось зеленное пламя.

Не смотря вокруг и ничего не слыша, все еще сохраняя зрительный контакт с девочкой я шла в сторону больницы. И тут за своей спиной я услышала тревожный звонок электросамоката и крик юноши, ехавшего на нем.

Резко развернувшись на этот шум, я успела заметить, как этот самый электросамокат врезается в меня вместе со своим ездаком, и я падаю на асфальт. Последней моей мыслью перед тем, как окунуться в темноту было, что я от такого удара получу очень обширную гематому на своем бедре.

Крики прохожих. Стон пострадавшего парня. Призывы окружающих о срочной помощи врачей. Лежащая словно кукла на асфальте молодая женщина, около головы которой растекалась лужа крови. Да, если сам удар электросамокатом и не повлек бы за собой ничего кроме гематомы, то удар головой о край бордюра оборвал жизнь Ларисы в этом мире.

Весь этот человеческий гам не волновал спокойно стоящую на месте девочку.

— Здесь, в этом мире тебе осталось жить не так много, поэтому я дарю тебе еще один шанс. – Посмотрев с легкой улыбкой на суетившихся людей возле тела молодой женщины, девочка с грустью продолжила: - Мир, в котором тебе суждено оказаться - очень странный. Он не похож на твой мир, со всеми вашими представлениями о волшебных существах. Поэтому прошу тебя, помоги моим детям снова обрести свободу!

С последними словами фигура девочки растворилась в воздухе. Ничего после себя не оставив в этом мире, словно ее и не существовало тут.

Когда меня ударил в бедро электросамокат, я даже не успела испугаться. Просто почувствовала сильный удар, от которого я потеряла равновесие и упала. А дальше… Кажется, я почувствовала тупую боль в голове.

Да и приходила я в себя очень странно.

Мое сознание словно плавало в каких-то облаках. Перед моими глазами то всплывали, то пропадали отрывки моей жизни. И появлялись даже те, о которых я совсем забыла. Вот, я маленькая качаюсь на качелях, подол моего легкого платья развивается, а я, смеясь смотрю на бегающего вокруг меня мальчика. После воспоминание стало обволакиваться молочным нечто, очень похожим на туман либо облако. Каких-то пару секунд я нахожусь в этом нечто, а после снова все проясняется. И я вижу себя подростком, готовящейся к экзаменам для поступления в университет. Верно, тогда я все свои силы бросила на подготовку к поступлению на истфак. Но не вышло. Чуть погодя, дав мне немного времени посмотреть на себя со стороны, это молочное нечто снова стало обволакивать меня, и мои воспоминания. И вот, я уже чувствую теплые руки мамы, которая держит меня в своих объятиях. Она прижимает мое слабое и маленькое тельце к своей груди, а я закрываю глаза и начинаю сосать молоко! Хм, это еще что за воспоминание такое?

Вот после такого странного воспоминания пошли какие-то уже тактильные! И, если не считать легкой сжимающей боли в груди, даже боль в голове меня отпустила. Все остальные физические ощущения были весьма «жаркого» содержания!

Это сколько же я не встречалась с молодыми людьми, что мне чудится теплое дыхание на внутренних поверхностях бедер? Мгновение, и я чувствую лёгкие укусы на своей коже, которые быстро зализываются или зацеловываются. А после, губы, дарящие такие пикантные ласки, двигаются выше. Все эти ощущения такие приятные… от которых я просто млела, словно кошка под солнечными лучами.

Я даже позволяю себе мысль, что врач скорой, который сейчас явно должен меня обследовать на наличие травм, решил позволить себе немного больше, чем просто осмотр.

«Хмммм… а, что? Я не против», - протянул в голове довольный голос моего внутреннего чертенка. Но именно мое желание, чтобы данные поцелуи продолжались и дальше, немного отрезвили меня. А когда я ощутила, что эти губы стали продвигаться выше… «Какого!..»

Вот тут-то мои глаза резко распахнулись! Представшая моим глазам картина сейчас очень напоминала исторический фильм!

Лежа на спине на чем-то очень мягком, я смотрела на тяжелый бархатный полог, видимо, кровати. Который был непонятного цвета из-за почти полного отсутствия света в комнате. А мои руки словно что-то держали шелковистое, и так похожее на волосы…

«Волосы?..», - голос моего внутреннего чертенка так же слегка заторможено произносил очевидные факты, а после как заверещит: «Да я же волосы человека в руках держу!»  

Но думать о таком факте мне не дали снова эти губы! Понимая, что я уже ощущаю теплый воздух около… я резко потянула от себя то, что держала в руках. И моему изумленному лицу предстал сидящий между моих разведенных ног эффектный красавец! Хотя, в данный момент мне не была интересна его внешность!

Я, постаравшись придать своему голосу ну очень прохладную ноту, не забыв при этом про убийственный взгляд со слегка приподнятой бровью, уточнила:

- Какого черта! Пошел прочь от меня, извращенец! – смотря на его удивленный взгляд, я поняла, что не добилась ожидаемого от своих слов действенного эффекта. Тогда уже повысив голос постаралась закричать: - Насилуют!..

И этот крупный, неплохо накаченный мужик, немедленно лег на меня всем своим весом!

Нет, конечно, он не совсем прижал меня к кровати, но я даже при всем своем желании не смогла пошевелить ни рукой, ни ногой, да и рот он мой ладонью зажал!

Пару секунд я смотрела на него, словно кролик на удава. Его такие необычные глаза – чистого голубого неба, смотрели на меня с легким прищуром. И вот вроде он мне рот зажал даже рукой, а я и в обычном, не сжатом, состоянии не смогла бы и слова вымолвить.

- Замолчите, госпожа! – его злой шепот почему-то болезненно отозвался в моей груди. – Просто молчите!

Уже более спокойно произнес этот мужчина, и наконец-то дал мне возможность слегка пошевелить руками, при этом слегка приподняв свое тело на локтях. Да еще и руку с моего рта убрал.

Обратив внимание на его способность так управлять своим телом: и руки мои с ногами держать своими конечностям, и одновременно телом слегка придавливать меня к кровати. Я, приподняв бровь, постаралась язвительно указать:

- Так, мужчина. Чтобы я не орала как резанная, прошу все же слезть с меня, хотя ваша способность держать равновесие меня и впечатлила!

Почувствовав, как его рука слегка дала мне возможность еще свободней пошевелить рукой, я наконец ее освободила и почесала так зачесавшийся в этот момент не к месту кончик носа.

А вот мужчина замер. Его голубые глаза очень пристально смотрели на меня.

- Леди Лорена? – его обеспокоенный голос заставил меня немного напрячься. – Вам что-то не понравилось? Я как-то по-другому должен был исполнить Ваше желание?

Ничего не ответив на такой странный вопрос, я предприняла попытку вывернуться из-под него, но так и не смогла это осуществить. Глыба была же на мне! Взамен этого почувствовала своими ногами, что этот мужик, сейчас лежащий на мне, был абсолютно голый! И еще какая-то часть его мускулистого тела так знакомо упирается мне в живот, отчего я честно побледнела.

Начиная понимать, что попала я в не очень хорошую для себя ситуацию, решила пока подыграть этому «голышку».

- Да, - кивнув головой, я призвала в помощь все свои актерские способности.

Ну если холодный глас моего разума не возымел на данного мужчину никакого эффекта, то может игра по его правилам даст мне шанс полностью освободиться из его хвата?

____________________________________________

Давайте немного отвлечемся от событий с Ларисой.
Предлагаю Вашему вниманию книгу литмоба "Драконы в рабстве":
.

Смотря на эти нахмуренные брови, я, постаравшись придать своему голосу недовольный оттенок, продолжила:

- Во-первых, наша с тобой так скажем игра…- на этом слове мне пришлось сделать паузу, в поиске правильного слова: – закончена. Во-вторых, быстро слез с меня, и сел куда-нибудь подальше.

На такие мои замечания мужчина еще сильней нахмурил свои брови, попутно отпустив меня из своего захвата и стремительно сев на противоположный от меня край кровати.

Понадеявшись, что свет одной свечи меня немного укроет от возможного взгляда моего соседа по кровати, я просто лежала и приходила в себя. На данный момент в комнате была почти полная атмосфера тишины, нарушаемая только моим глубоким дыханием.

Но, конечно, стоило мне только привести в норму свое дыхание, как природа решила проверить еще раз меня на стрессоустойчивость! В этот момент должно же был приспичить пробиться через облако лунному свету, залившему серебряным светом всю комнату!? И я тут такая вся раскрытая, со спущенными лямками и задранным подолом ночной сорочки, лежу прямо вся на обзор. Аж жутко стало! Спохватившись и резко сев, я стала приводить в надлежавший вид свою единственную в данный момент одежду – ночную сорочку, при этом мои руки мелко дрожали. И словно невзначай посматривала в сторону мужчины. Но почему-то этот «голышок», мой сосед по кровати, как только сел на ее краешек, так и вовсе перестал на меня обращать внимание!

Слегка удивившись такой его реакции: то нападает на меня, то реакции ноль, я, посматривая на него краешком глаза, решила пока разглядеть комнату, в которой сейчас находилась. И чем больше я рассматривала окружающую меня обстановку, тем страшнее становилось.

Ну, во-первых - кровать. Эта была добротно сделанная массивная кровать с мягким матрасом, на четырех балках которой висел тот самый тяжелый бархатный полог, какого-то темного бардового оттенка с золотой вышивкой по краям! Во-вторых, стены. Они были … просто были! Ничем не покрытые, без какой-либо штукатурки. Я видела кладку и сцепляющий кирпичи раствор! И кроме кровати в данной комнате стоял лишь прикроватный столик с одинокой свечой! Созерцая все это, я четко понимала, что попала в какое-то исторического значения место. Но вот вопрос в какое время, зачем и как? Я же в мире технологий жила, а тут какое-то средневековье кругом! Жуть просто!

Сильный порыв ветра ударил в окно, и слава богу, что стеклянное! Отчего я подпрыгнула на месте. Легкий отголосок холодного порыва ветра за окном все же проник в комнату, от отчего моя кожа покрылась мурашками.

Я очень быстро потянулась к одеялу, которое лежало тут же около меня, постаравшись при этом укутаться в него с головой. Мужчина же все это время сидел без движения. Он словно не обращал внимания на происходившие вокруг него события: ни на холодный порыв ветра, ни на свою наготу.

Более внимательно посмотрев на него, я заметила ошейник на его шее. Сделанный из прочной черной кожи и с небольшими шипами, он очень напоминал своим внешним видом собачий, такой обычно одевают на доберманов! А само его тело… я словно лицезрела сидячую ко мне боком мраморную древнегреческую скульптуру. Услада глаз просто, такая красота! Рельефные мышцы, загорелая кожа. Светлого цвета кудрявые волосы на голове, доходящие ему до лопаток. А лицо, хоть и было в профиль ко мне, но такое гордое, и еще этот прямой аристократический нос!

- Леди Лорена? - спросил меня бесцветным голосом этот мысленно облизанный мной умопомрачительный мужчина. – Вы передумали? Раз так пристально смотрите на меня, то я могу продолжить то, что делал ранее? Или мне нужно сделать что-то другое для Вас? Только прикажите.

И сказано все это было таким голосом, что в пору саваном обертываться и на кладбище идти. Честно, эмоций в этом голосе не было, словно зомби сейчас рядом со мной сидел и о чем-то говорил.

Саван! Дёрнувшись от этого произнесенного мысленно слова, я слегка скривила губы. Вспомнив свой смертельный приговор. А этот мужчина, заметив мои мимические кривляния, слегка вздохнув, спустился с кровати и в чем мать родила подошел к тому краю кровати, где сидела я.

Воззрившись на него снизу вверх, укутанная по самые уши одеялом, мне только и оставалось, что ресницами хлопать.

А он же, нисколько не стесняясь своей наготы, снова сел на колени, теперь только уже на каменный пол, возле кровати. Между прочим, данный пол я так же слегка уже успела разглядеть. И на нем, на этом самом полу ничего не было положено для теплоты ног! Мужчина же, в это время положив руки на свои бедра, и склонив голову, произнес бесцветным голосом:

— Ночь еще не закончена, а в Вас не так много магии, как Вы надеялись. Поэтому… — он еще в этот момент пальцы в кулак сжал, все еще не поднимая на меня головы: — Я помогу Вам в этом.

Произнес такое, и сам же сиднем сидит. А я смотрю на него с кровати, укутанная в одеяло, и снова дрожать начала.

— Не пойму я. Тебе разве не холодно в таком виде, — при этих словах я еще и кивнула на его голое тело, уточняя: — На каменном полу сидеть?

На что получила отрицательное мотание головой.

— Рабам, особенно постельным, не пристало жаловаться в каком именно виде и где должны они исполнять свои обязанности. — И наконец, он, вскинув голову посмотрел на меня, и при лунном свете я разглядела его глаза!

На меня смотрел мужчина с весьма странными зрачками! Они были вертикальными и вытянутыми! Да что же за существо такое на меня смотрело? Мамочки!

Хотя, стоп! Какие к черту вертикальные зрачки, когда этот «голышок» ко мне так странно обращается!

Вот вроде я смотрела на него, а у самой холодный потом на коже выступил, но не от взгляда его вертикальных зрачков, кто знает, чем он балуется. А от осознания того, как именно он ко мне обращается, а именно: Госпожа!

«Я, да Госпожа?! Что за дикость! Еще небось этот «голышок» подрабатывает тут мальчиком по вызову, и его роль в постели — раб! Хотя… он еще уточнял про свою роль, вроде как про постельного раба говорил!?», — думала я про себя, пока внимательно его разглядывала. — «Так что, сначала разберусь с ним, а уже после выясню, куда я попала!»

Решив действовать в такой последовательности, я начала осуществлять свой план.

— Постой, — я, положив ладонь на его предплечье, почувствовала, как его всего просто передернуло от моего прикосновения. — Напомни, как ты ко мне сейчас обратился?

— Госпожа… — с легким удивление в голосе произнес он. А после, слегка склонив голову и задумавшись на пару минут, выдал, не смотря мне при этом в глаза: – Но могу как-то по-другому Вас называть, леди Лорена. Жду лишь Вашей команды.

И замер. А у меня сложилось ощущение, что словно сжался весь, в ожидании удара! Такой крупный мужчина сейчас смотрел на меня и, скорее всего, боялся возможного наказания от меня! Вот такая невероятная мысль меня посетила, смотря на него. Его поза и поведение сейчас напоминали забитую собаку, ожидающего удара от хозяина! И ведь так вжился в роль, что я почти поверила ему.

«Мне попался отличный актер, этот слуга ночных утех!», — подумала я. — «Что ж, поиграем!»

— Я не думаю, что меня устраивает такое обращение, как «Госпожа».

Я произнесла эти слова, словно выдавив их из горла! Прочистив при этом горло. Почему-то сейчас мне это предложение далось с трудом. Но, решила пока не думать про такую странную реакцию тела, мысленно от нее отмахнувшись.

В этот момент в комнате становилось холоднее и, смотря на голого мужчину, мне показалось, что он покрылся гусиной кожей. Оглядевшись вокруг, я схватила легкое покрывало, валяющееся до этого прямо у моих ног на этом злосчастном каменном полу.

— Вот, — набросив его на плечи актера — «голышка», я даже постаралась при этом все оголенные места его тела прикрыть, если сам он даже не подумало про это. — Знаешь, обращайся ко мне тогда просто — леди Ла…Лорена.

Быстро поправив себя и еле как вспомнив про услышанное из его уст имя, я еще и улыбнуться постаралась. Он же при этом так на меня посмотрел, что мое сердце сделало странный кульбит в груди. Его быстрый взгляд, был полон удивления с примесью еще каких-то чувств, которые я не смогла так быстро расшифровать.

— Постельному рабу не положено прикрывать свое тело, пока господин не наполнится магией, — произнес он, стягивая с себя покрывало и уперевшись руками об пол, склонил к своим рукам голову в знак покорности. — Позвольте Вашему рабу закончить начатый ритуал.

Фраза «начатый ритуал» крутилась в моей голове как заевшая пластинка, а я только хлопала ресницами, молча лицезрея перед собой этого, явно находящегося вне себя актера. Как он вжился-то в свою роль раба, и как мне его сейчас вывести из образа?

А он еще мне и времени на продумывание стратегии не дал. Просто резко вскинув голову, потянулся снова ко мне. Его губы все приближались к моему лицу и вот осталось каких-то пару сантиметров между нашими губами… Но вместо поцелуя он резко развернул вниз голову и прикусил меня между шеей и плечом.

— Ай! — от неожиданности и легкой боли я, вскрикнув, схватилась за место укуса рукой.

— Леди Лорена? — его встревоженный голос сейчас прозвучал в моей голове словно набат. — Вам же нравятся такие мои действия?! Жестко, а после зализывать.

От его слов, словно холодом повеяло. После чего, я, вытянув вперед руки, с силой оттолкнула его от себя. Предполагая мысленно, что это у меня не получится сделать, но нет. Он несопративлялся и послушно отступил от меня, снова приняв такую, видимо, родную коленопреклонённую позу у кровати возле моих ног. Я же, покрепче ухватившись за одеяло, быстро слезла с кровати и, подбежав к двери, указал ему на выход:

— Пошел вон! — не сдержавшись, процедила я сквозь зубы...

_________________________________________________________

Пока Лариса разбирается с этим невозможным мужчиной.

Позвольте мне рекомендовать Вам еще одну книгу литмоба "Драконы в рабстве":

""

«Хватит! Пусть играет в постельного раба с другими! Терпение мое закончилось!» — думала я. В это же время моему удивленному взору предстала просто невообразимая для моего мировоззрения картина: слегка сгорбленная, абсолютно голая мужская фигура с покорностью медленно идет к двери! Обернувшись ко мне, этот невозможный «голышок» предпринимает, последую попытку:

— Дайте мне шанс все исправить, леди Лорена.

От такой его наглости, вот честно, у меня глаз дернулся! Ну что за невозможный мужчина.

— Пошел вон, — еще раз медленно, по слогам, повторила я, указывая при этом пальцем на эту самую дверь.

Но, как только он уже собрался выйти за дверь, я спохватилась и схватила его за запястье:

— Не забудь прихватить с собой покрывало и прикройся уже им! Раз я нигде не вижу тут твоей одежды! Причем, тебе уже пора домой. Как видишь, сегодня я больше не планирую пользоваться твоими… кхм, услугами.

Ворча на него, я наблюдала, как он медленно вернулся в комнату и поднял это покрывало. Все также, не прикрывшись, направился к выходу, в дверях мне еще и поклонившись.

Едва дождавшись, когда этот на все пригодный в постельных делах мужчина выйдет, я прислонилась к крепкой деревянной двери спиной, и посмотрев на потолок, тихо произнесла себе:

- Итак, Лариса, давай разберемся, куда это тебя так занесло?

Оглядевшись еще раз вокруг, я, растерев виски, молча прошлась по комнате. Но от этого количество мебели в ней не увеличилось, а вот вопросов только прибавилось.

Медленно, не обращая внимания на холодный каменный пол, по которому ступала голыми ступнями, я приблизилась к окну и, посмотрев в него, толком ничего не увидела! Честно! За окном была непроглядная тьма! Словно чернила вылили на небо! Как раз за минуту до этого луна снова спряталась за облаками, тем самым погрузив мир в эту непроглядную темноту. Не понимая ничего, я поискала возможность раскрыть ставни при свете одиночной свечи. И вот уже с каким-то скрежетом ставни, наконец, поддались мне, а я уже вдыхала теплый ночной воздух.

- Давай, луна, выходи! Дай посмотреть мир вокруг меня, – шептала я себе поднос, смотря на облачное ночное небо.

При этом очень надеясь, что ничего в мое временное пристанище не проникнет из открытого окна. Нечто, вроде паучков — их я безумно боюсь еще с детства.

Вздохнув и опершись руками на подоконник, тихо прошептала:

– Лариса, возможно, тебе дарован еще один шанс на жизнь? – и тихо вздохнула.

Мимоходом поправив лямку съехавшей с плеча шёлковой ночной сорочки, я с тоской положила голову на сцепленные руки.

– Еще сегодня у меня не было шанса на жизнь. Хотя вру. Был, но маленький. А сейчас… возможно, оказавшись в непонятном для себя месте, мне все же удастся прожить жизнь до глубокой старости? Вот только осталось понять, где конкретно я. Будет смешно, если я окажусь где-то в другом мире... Хотя, попасть в прошлое тоже странно и страшно. И еще непонятно, помимо того, где я, мое ли это тело. Хотя, – в задумчивости посмотрев на вытянутые руки я с мрачной усмешкой продолжила: – Даже по рукам видно, что это тело не мое.

В задумчивости, я, кусая губы, снова положила голову на сцепленные вместе руки, начиная чувствовать жжение в глазах. Горячие слезы снова, как и до попадания сюда, стекали по моим щекам.

– Какая же я плакса, оказывается, — с тоской улыбнулась я, вытирая слезы, продолжив сетовать вслух на жизнь: – Я же даже получается не успела попрощаться с мамой, папой и вообще…

Через мгновение, уже горько разрыдавшись, я до боли, прикусив губы, поспешила вернуться в кровать и уткнуться в подушку.

«Пусть лучше сейчас я порыдаю, воя в подушку и тем самым попрощаюсь со своей прежней жизнью, чем постоянно буду оглядываться на свое прошлое. А завтра с утра я решу, что делать мне дальше. Особенно выясню, кто же это такой «голышок», который всю ночь так старательно пытался меня удовлетворить. И нужно также понять природу его вертикальных глаз. А возможно, это просто я себе напридумывала с психу?», — с этими мыслями я уснула.

А утром меня ждало очень шокирующие событие!

_______________________________

Даже предположить не могу, что так удивило Ларису.

Завтра узнаем, а пока встречайте еще одну захватывающую историю в рамках литмоба: "Дракон в рабстве": ""

Стук сердца в ушах. Тяжелое дыхание. Дрожь в ногах. Все это я чувствовала, когда шла по темному коридору. Мои шаги отражались эхом от каменных стен, теряясь где-то во мраке. Холодный воздух щипал кожу, а факелы, висевшие на стенах, отбрасывали причудливые тени на стены, создавая иллюзию движения.

Я же помню, как уснула в незнакомой кровати, устав от своих слез, а сейчас… Что, снова какой-то другой мир?

Но сделав еще один шаг, картина вокруг меня резко изменилась. Вместо мрачного коридора я оказалась на залитой солнечным светом кухне. Солнечные лучи, проникающие сквозь кружевные занавески, создавали на полу причудливый узор. Пахло свежей выпечкой и мамиными любимыми духами.

Замерев на пороге, я смотрела, как моя мама, что-то шинковала на рабочей поверхности кухонного стола, стоя ко мне спиной. Ее халат был слегка испачкан мукой, а волосы были убраны в высокий хвост.

— Милая, давай, не стой в проходе! — голос моей мамы был таким веселым и желанным, что слезы сами собой навернулись на глаза. — Мы же хотели приготовить с тобой еще пару салатов на папин день рождения. Тетя Нюра звонила, она пообещала прийти чуть погодя. Лариса?..

Обернувшись ко мне с зажатым в руках ножом, мама еще и бровь приподняла. Ее взгляд был полон нежности и легкого удивления. Я, всхлипнув, медленно подошла к ней, едва сдерживая слезы.

«Это получается, что все, что было со мной недавно, я просто увидела во сне? И даже того «голышка»? Правда же?»

— Мама, как же я по тебе скучала! — стремительно преодолев расстояние в пару шагов, я обняла маму за плечи и уткнулась головой в ее плечо.

— Ну что ты, Лариса, — успокаивала меня мама, при этом гладя по голове. — Все хорошо. Что же ты так, а? Мы сейчас с тобой приготовим салат, и все сядем за стол.

— Да, — кивнув головой, я заглянула в такие любимые глаза, посмотрела на такое любимое мной лицо, тронутое сетью морщин. — А что же доктор мне рекомендовал? Ты же с ним беседовала, после того как я вышла. Нужно какие-то процедуры проходить? Химию?

— Лечиться от чего? — удивление на лице мамы было таким искренним, что я засомневалась в словах врача.

— Рак, мама. Мне же поставили диагноз — лейкоз.

— Какие глупости! Ты же здорова! Хватит так шутить, Лариса.

Слегка отстранившись от мамы, я, нахмурив брови, уже хотела что-то сказать, но картина мира снова изменилась.

Я снова оказалась в темном каменном коридоре. А чувство страха вернулось в мое сердце с новой силой.

Я словно слышала вокруг себя тихий шепот, который постоянно повторял мое имя: «Лариса!», «Лариса, ты где?»

— Кто бы ты ни был, я тебя не боюсь! Просто отпусти меня уже!

Но никто не отозвался на мой крик. Шепот усиливался, давил на сознание. Тогда я побежала. Оглядываясь за спину, я бежала, а шепот становился все громче.

Мгновение — и картинка изменилась.

Вместо коридора я стояла в огромном готическом храме. Высокие сводчатые потолки уходили ввысь, теряясь в полумраке. Свет, проникающий через витражные окна, создавал на полу причудливые цветные узоры, а тихий женский хор наполнял пространство неземной мелодией. Сотни зажженных свечей мерцали в полумраке, отбрасывая танцующие тени на стены.

А впереди, около какой-то каменной статуи, стояла та самая девочка, которую я видела перед тем, как в меня врезался электросамокат. Ее косички слегка светились в полумраке, а в глазах отражалось пламя свечей.

— Ты? — мой шепот эхом разнесся по пустому храму.

Девочка услышала меня и, медленно развернувшись, улыбнулась. После чего кивком головы, указала куда-то в сторону.

Проследив за ее кивком, я чуть не упала.

В пустынном зале храма возникло какое-то плотное белое облако, в центре которого стали проявляться расплывчатые образы. Подойдя чуть ближе этому облаку, я пригляделась. Что-то в показанной для меня картине тянуло к себе. И вот, я, уже не испытывая испуга, приблизилась очень близко к данному облаку.

В нем же стала разворачиваться битва: масштабное сражение между людьми и какими-то крылатыми ящерами! Но если крылатые ящеры сражались лишь при помощи своих клыков и когтей, то люди использовали помимо магии еще и огнестрельное оружие!

Вот ядро, выпущенное из пушки, не достигло своей цели — пары крылатых ящеров, — взорвалось в воздухе, превратившись в смертоносную шрапнель. Крылатые, оказавшиеся поблизости, с воем падали на землю, пытаясь укрыться от летящих осколков.

В вышине, над людьми, кружили эти самые крылатые. Я видела, как пара людей вышли вперед из толпы воинов и, вскинув руки, выпустили магические разряды. Выпущенные с земли, они, оставляли за собой светящиеся следы, похожие на кометы. Эти разряды настигали крылатых ящеров в полете, заставляя их кувыркаться в воздухе от боли. Стоны раненых крылатых сливались с грохотом взрывов и криками воинов внизу. Некоторые из них, получив серьезные ранения, пытались уйти из боя, но их преследовали новые и новые снаряды.

А после, совсем близко ко мне на землю опустился один из крылатых ящеров. Смотря на этого крылатого ящера и не веря своим глазам, я понимала, что смотрела сейчас на дракона!

Оказывается, эти крылаты ящеры были драконами! И не просто драконами, а европейского подвида!

Именно такими, как стоящий перед мной крылатый ящер и изображаются в фильмах и картинах драконы: золотистая чешуя, массивные кожаные крылья, длинный хвост. Его глаза были словно расплавленное золото с вертикальными зрачками.

И вот он стал ждать чего—то. Через пару мгновений рядом с ним оказалась человеческая фигура в королевских мантиях поверх стальных доспехов.

Внезапно картина исчезла, а передо мной уже стояла эта самая девочка с косичками.

— Не выдавай себя, дитя другого мира, — улыбаясь, она взяла меня за руку. — В мире, в котором родилось твое тело, для тебя время уже почти истекло. Сейчас же ты в моем мире, где мои дети утратили свое величие, а люди, пользуясь их благородством, сумели их поработить.

— Тогда, может расскажешь всё как есть? — не выдержав я, строго посмотрев на эту малявку, даже руки на груди сцепила. Нисколько не чувствуя перед ней страха. — Почему ты показываешь мне то мою маму, то странные видения сражений?

Девочка, слегка улыбнувшись и оценивающе посмотрев на меня от макушки до носков, только и сказала:

— Я лишь хотела, чтобы ты еще раз смогла увидеться и обнять свою мать. Так как больше не сможешь ее увидеть. Что касается остального… моя магия так слаба, что я только и смогла, что лишь показать поверхность событий. Но у тебя же есть глаза, чтобы читать книги, уши — чтобы услышать истории, голос — чтобы все уточнить? Так используй все это. И да, помни: контракт заключается между душами.

После этих слов меня словно что-то больно толкнуло в грудь, и я проснулась.

С широко распахнутыми глазами и с тяжелым дыханием я, вся в липком поту, смотрела невидящим взором на полог кровати.

Я проснулась в мире, где оказалась накануне.

— Круто! — пробормотала я вслух, с досадой глядя в пустоту. — Малявка, что за игры такие с человеческими судьбами? И как тебя понимать: дала она возможность с мамой попрощаться. Не так это делают! Кто тебя вообще просил переселять меня в этот мир?

Тяжело вздохнув, я поднялась с кровати и огляделась еще раз при солнечных лучах, проникающих через окно. В комнате не оказалось даже намёка на удобства – ни уборной, ни ванной комнаты, ни даже ночного горшка! Я сейчас убедилась в этом, заглянув под кровать.

— Если ты такая, вся волшебная, — продолжала я ворчать, вставая с колен после осмотра под кроватного пространства. — Могла бы и создать туалет из моего мира! Желательно японский...

Какие существуют драконы в мифологии (ссылка на главу 4.1.):

Европейский подвид:

Азиатский подвид:

Славянский подвид:

А так в каждой культуре есть свой подвид драконов. Можете подсказать, какие еще знаете подвиды драконов?

Мои тихие возмущения прервал взгляд в окно, за которым начинался новый день в этом загадочном для меня мире.

— Ладно, — оторвав взгляд от окна, я тихо стала себя уговаривать. — Посмотреть ты можешь на окружающий тебя мир и после того, как найдёшь хотя бы ночной горшок!

С этими мыслями я, поправив на себе ночную сорочку и укутавшись поверх неё в одеяло, решила выйти в коридор на поиски своего неадекватного ночного знакомого, пусть я сама его и выставила за дверь. Но он был сейчас единственным живым существом этого мира, которого я хотя бы знала!

Открыв дверь и сделав пару шагов босыми ногами по холодному каменному полу, я, зайдя за поворот, неожиданно наткнулась на своего «голышка»! Вот только на нём по-прежнему так и не было никакой одежды, лишь тот самый чёрный ошейник, похожий на собачий. Покрывало, которое я ему дала, сейчас лежало рядом с ним, небрежно брошенным на пол.

В тот момент, когда я заметила его, он открыл глаза и тихим, почтительным голосом спросил:

— Леди Лорена?

— Ты почему тут сидишь, и всё так же голый? — при этом специально посмотрев на него оценивающим взглядом покупателя какого-либо товара. — Разве я не сказала тебе укутаться хотя бы покрывалом?

Сама же в это время с опаской огляделась вокруг, а вдруг кто случайно заметит его, в чём мать родила?

В это время сам «голышок» опустил голову, словно провинившийся щенок:

— Рабу запрещено покидать эти комнаты без разрешения госпожи.

— Какого чёрта… — начала я, но осеклась, увидев, как его тело покрывается мурашками от холода. — Ладно, вставай. Пойдём, покажешь мне, где тут можно раздобыть мне какую-нибудь одежду, да и тебя приодеть также надо. Один ошейник на шее не равно комплекту одежды.

Он удивлённо посмотрел на меня, но поднялся. И я невольно снова отметила, как играют мышцы под его гладкой загорелой кожей. Красив, как древнегреческая статуя! Да и фиговым листочком ничего не прикрыто, в отличие от статуй. А там было на что посмотреть. Только моя врождённая скромность не позволяла мне опускать часто взгляд ниже его торса, а хотелось.

Со скучающим видом протянув ему руку, ну как я на это надеялась, я промолвила:

— Веди давай!

На что получила ну очень выразительный взгляд голубых глаз.

— Что? — приподняв одну бровь, я вызывающе даже подбородок приподняла.

— Ничего, леди Лорена, — покачав головой, этот мужчина положил мою руку на свою и пошёл по коридору. Словно ведущий свою даму джентльмен на званом вечере.

И снова не укрылся!

— А ну, стоять! — уперевшись голыми пятками в каменный пол, я его притормозила руками. — Что тебе станет, если наконец-то набросишь на своё невозможно красивое тело покрывало?

Вот тут-то, за пару секунду до моего вопроса, мне и следовало притормозить! Я же сейчас не Лариса, а не понятная мне леди Лорена! Для которой нагота этого мужчины не значила ровным счётом ничего, словно это так и должно было быть. Поэтому, пытаясь сдержать себя и дальше, я даже язык не больно прикусила. А «голышок» так резко голову в мою сторону повернул и ещё пристальней стал рассматривать меня. Даже вроде как принюхиваться стал, ну его ноздри точно трепыхались, как у собаки!

Я просто своей пятой точкой почувствовала, что мне нужно было быстро соображать, как объяснить мою такую резкую смену поведения по отношению к нему.

Ничего путного не придумав, я, закатив глаза и яростно ножкой притопнув, ещё и руку из его руки вырвав, грозно уточнила:

— Что? Я не могу позаботиться о своей собственности? Раб же вещь хозяина, не так ли? Вот и подумай, сколько я сэкономлю на лекарствах при твоём лечении, если сейчас ты простуду поймаешь на этих коридорных сквозняках?

— Драконы не болеют человеческими болезнями, — спокойно уточнил этот «голышок», а я…

Я просто ресницами хлопала, да рот словно рыба раскрывала.

— Неважно, кто ты! Человек или дракон! — «Играть во все эти игры, так играть!», решила про себя. И так посмотрела на него свысока, что у самой лопатки заныли.

— Всё одно! По коридору в таком виде? Смеёшься? А если кто тебя увидит? Быстро накинул на себя покрывало!

— Как прикажите, госпожа! — при этом он так выделил слово «госпожа», что мне в пору ледяной скульптурой становиться.

Я стояла, не шевелясь, и наблюдала за тем, как он накидывал на себя это несчастное покрывало. Укрывшись в неё, словно римский житель древности. И только он это сделал, слегка улыбнулась.

— Ну так что, раб. Веди меня далее, — снова положив свою руку на его предплечье, я позволила этому сильному мужчине вести себя туда, где, скорее всего, и обитала моя одежда.

Не проронив более ни слова, мужчина-раб вёл меня под руку по каменному коридору. И чем дальше я шла, тем всё сильней удивлялась.

На том этаже, где я изначально оказалась, коридор был типично средневековым: каменные стены, факелы в железных державках, тяжёлые дубовые двери. Но с каждым новым пролётом картина менялась.

Викторианская эпоха постепенно захватывала пространство. Стены покрылись деревянными панелями, украшенными искусной резьбой. Вместо факелов появились масляные лампы с изящными абажурами. Пол сменился с грубого камня на полированный паркет, по которому вился замысловатый узор.

Я шла, стараясь незаметно осматриваться.

В моей голове вертелись мысли, такого типа: «Очень странный мир! Какая-то смесь временных эпох. Что за мир то такой мне попался?» А также параллельно думать, а как же зовут этого мужчину. Не буду же я сопровождающего меня мужчину называть постоянно «голышок»?

После очередного поворота — я уже запуталась, какой это был поворот по счёту — нам встретился первый живой человек!

Эта была горничная: чёрное, длинное платье в пол и белый передник с чепчиком на голове говорили ясно про её профессию в этом доме.

Увидев нас, она присела в книксене около меня, словно и не замечая рядом со мной замершего ледяной статуей «голышка», укрытого покрывалом на подобие тоги.

— Леди Лорена, Вас ожидает на завтрак Ваш батюшка, — произнесла она, бросив всё же быстрый взгляд на «голышка», продолжила: — Ваш батюшка также собрался за завтраком наказать тех, кто посмел пойти против Вашей семьи. Поэтому Вам стоит поспешить.

— И что? — с недоумением я смотрела на горничную.

Только сейчас до меня начало доходить, что данная горничная в мягкой форме сообщает мне чем-то важном. «Понять бы, что с этим завтраком не так!», — подумала с раздражением я.

Не удержавшись, я проворчала:

— Не пойду же я на завтрак вот так?

При этом я выразительно бросила взгляд на одеяло, прикрывающее моё тело.

— Простите меня, — горничная снова присела возле меня, и не поднимая головы, поспешила сказать: — Не стоит сегодня злить Его Светлость, леди Лорена. Поэтому поспешите в столовую.

И на этих словах, она, не дожидаясь моего разрешения, поспешила исчезнуть из моего поля зрения.

— Ты понимаешь, что-нибудь? — обратилась я к своему «голышку», озадаченно смотря в ту сторону коридора, куда поспешила уйти прислуга.

— Только-то, леди Лорена, что Вам нужно поспешить, — ответил он, но, заметив мой недовольный взгляд, поспешил добавить ещё большую глупость: — Но не стоит слушать раба. Что он может вам хорошего посоветовать?

— Пойдем, давай! — проворчала я, потянув его вперёд за руку, уточнила: — Представляешь, мне указывает что делать какая-то прислуга! Вот переоденусь и тогда спущусь в столовую. А в одеяле я никуда не появлюсь, хоть бейте!

Я шла впереди «голышка» и не заметила его острого взгляда, который он бросил мне в спину.
_____________________________________________________________

Дорогие читатели, представляю Вам еще одну интересную историю литмоба "Дракон в рабстве":

""

После нескольких поворотов мы вышли на небольшую площадку размером три на два метра, с дверями.

Все ее стены были отделаны светлой древесиной, а на одной из них красовалось овальное витражное окно — собранное из разноцветных стёкол, через которые проникали солнечные лучи. Создавая очень красивое свечение на деревянном, выложенном елочкой, паркете.

На противоположных сторонах площадки располагались две окрашенные в белый цвет двери. Вот около одной из них мы и остановились. И этот «голышок» не идет, стоя за моей спиной, и я не знаю, стоит ли входить в дверь, расположенную прямо напротив меня. Отчего даже замерла в нерешительности.

— Леди Лорена? — тихий мужской голос за спиной подстегнул меня протянуть руку и, наконец, открыть эту дверь.

«К какой исторической эпохе по земным меркам можно было бы отнести этот интерьер? — в задумчивости, оглядываясь по сторонам, размышляла я. — Скорее, к эпохе девятнадцатого века. В принципе, это логично, если и коридоры, по которым мы шли, были словно из девятнадцатого века. Как же я этот стиль назвала ранее? Ах да! Викторианский! Помню, как еще будучи студенткой, я упросила родителей подарить мне на день рождения в виде подарка поездку во Францию. Они сделали мне такой подарок, только страну, которую я посетила, стала — Великобритания! Тогда они объяснили это недоразумение с заменой страны, наличием горячей путевки только в Великобританию. Где я воочию увидела эти старинные викторианские особняки. И сейчас этот дом так походил именно на увиденное ранее: спокойствие красок коридоров и яркость убранства в комнатах.»

Странно, что в этом доме так интересно смешались разные стили. Есть и комната полностью раннего Средневековья с огромной кроватью и бархатным пологом, и комнаты с доминирующим викторианским стилем.

Сам интерьер комнаты поражал богатством и элегантностью. Мягкая мебель с изысканной обивкой окружала уютный камин с овальным зеркалом над ним. Рядом стоял круглый столик, а во всю стену раскинулось окно, занавешенное белоснежными тюлями.

Особое внимание привлекли книжные полки вдоль одной из стен. На них располагались книги с различными корешками – кожаными, тканевыми и даже металлическими!

— Круто! — прошептала я себе под нос, подходя к полкам.

Моя страсть — это книги! Как же я любила собирать различные связанные с историей и культурой народов книги, подписывать первые листы и расставляла их на полках. Сейчас, все еще закутанная в одеяло, я с трепетом проводила пальцем по корочкам книг. Тайно радуясь, что могу прочитать каждое название.

— Леди Лорена?

Снова прозвучавший около мужской голос заставил меня слегка нахмуриться и выплыть из своего внутреннего мирка.

Обернувшись и недовольно посмотрев на «голышка», уточнила:

— Что-то не так?

Слегка приподняв бровь, этот мужчина, склонив голову, произнес:

— Вам пора на завтрак. Виконту Сант Виктору, может не понравиться, что вы заставили Его Светлости именно сегодня задержаться с началом завтрака.

Точно! Мысленно ударив себя по лбу, я поспешила оглядеться в поисках шкафа с одеждой.

— Леди Лорена, прошу Вас пройти в ближайшую дверь. Там вы сможете смыть с себя пыль, а после и надеть свое любимое домашнее светло-желтое платье.

Вроде сказал и поклонился мне так уважительно, но отчего у меня сложилось ощущение какой-то подставы?

Не показывая, что меня что-то напрягло в его подсказке, я кивком головы поблагодарила его. Став незаметно, как мне казалось, разглядывать стены комнаты. И вправду, почти сразу я увидела дверь ведущую, как я надеялась, в ванную комнату. Поспешив войти внутрь, я замерла в растерянности.

Эта дверь вела в спальню, а не в ванную комнату! Моргнув пару раз, я закрыла эту дверь и явственно услышала за своей спиной приглушенный смех.

— Дверь в ванную по Вашему указу слита с обивкой гостиной.

Блин! Я явно сейчас просто палю всю контору!

И, стараясь даже не смотреть в сторону «голышка», с гордо поднятой головой наконец-то прошествовала в ванную.

С горем пополам я ополоснулась. О, это отдельная история моего покорения как самой ванной, так и раковины, так похожих по водоснабжению на английскую. Но как бы сильно я не спешила закончить все утренние процедуры, а посмотреться в зеркало очень даже хотелось.

Взглянув на висевшее на стене зеркало, сейчас я разглядывала в отражение молодую женщину со светло-карими глазами. Миловидное лицо которой было в обрамлении длинных волнистых светлых волос.

— А ты красотка, я погляжу, леди Лорена.

Тихо произнесла я, прикасаясь к гладкой коже щеки. Показав себе язык, я, завернутая уже вместо одеяла в махровое большое полотенце, которое нашла тут же в ванной, поспешила выйти.

И чуть в ладоши не захлопала от приятного сюрприза. Мне не нужно было искать тут гардероб, на одном из кресел сейчас лежало самое любимое леди Лореной, со слов мужчины, домашнее платье светло-желтого цвета, длиною в пол. Но с одном НО — оно было все в рюшечках! «Ужас какой!» — отчего я услышала крик своего внутреннего голоса стиля.

Скептически посмотрев на платье, я все же сдержалась. И схватила его и также, не смотря на пристально смотрящего на меня мужчину, поспешила в спальню.

Спальня по внешнему виду, как спальня. Кровать, комод, туалетный столик и пуфик возле него.

Вот скажите, что трудного в одевании платья? Но и тут меня ждал провал! Это платье зашнуровывалось сзади! И как мне прикажете все это провернуть в одиночку?

Хорошо еще, что перед этим, порывшись внимательно в комоде, я нашла весь комплект нижнего белья: сорочку и даже панталоны, правда с разрезом в неприличном месте! И юбку нижнюю умудрилась найти, а вот платье ну никак не получалось одеть правильно!

— Раб! Быстро сюда подошел! — крикнула я от безысходности.

Также понимая, что мне срочно нужно узнать имя мужчины! Ну не могла я его постоянно «рабом» называть!

Когда этот красавец зашел в спальню, я быстро развернулась к нему спиной. Давая тем самым без слов понять, что именно послужило причиной его вызова сюда.

Он, все еще обернутый в покрывало в виде тоги, встал очень близко к моей спине. Отчего я почувствовала жар исходящего от его тела и дыхание возле своей шеи. «Голышок» же молча приступил к шнурованию моего платья.

Не выдержав тишины и постоянно смущающих меня тактильных ощущений от его горячих пальцев, я спросила:

— А где твоя одежда? Может, тебе все же следует одеться?

— Раньше Вас не беспокоило наличие на мне одежды. Даже не так, — его пальцы замерли над моей спиной. — Вам даже больше нравилось, когда на мне ее почти не было. Только ошейник и кожаные укороченные бриджи.

После чего его пальцы словно невзначай прошлись по моим позвонкам, вызывая какую-то приятную дрожь в месте прикосновения.
_____________________________________________________________

Давайте пока оставим героев самостоятельно одеваться, перед завтраком с отцом леди Лореной.

А пока я хотела бы еще рассказть про одну интересную историю литмоба: "Дракон в рабстве", развивающуюся в космосе:

""