Эта лавка не продается, мой лорд!

Пыльный ковер, на котором я валялась, буквально умолял о чистке. Если учесть стоимость услуг моего юриста, чистку ковров нотариат вполне мог себе позволить. Уверена, я не первая, кто рухнул в обморок от «радостных» новостей.

— Элизабет! — кричали в ухо, грубо дергая за плечи. — Врача, позовите врача!

Врача? Боюсь, он здесь бессилен. Если и нужно кого-то позвать, то однозначно медиума. У меня есть несколько животрепещущих вопросов к моему отцу.

Стиснув зубы, я открыла глаза и оглядела кабинет семейного нотариуса. Первое, что увидела — лицо невестки. Женщина изо всех сил пыталась выглядеть обеспокоенной, однако радостный блеск в глазах выдавал её с головой.

Рядом с женой стоял Габриэль. Мой старший брат. Он и не думал играть в хорошего родственника, а потому не смотрел на меня вовсе.

Хозяин кабинета — Эмиль Клаус, уже успел сбегать за водой и учтиво тянул мне стакан. Отмахнувшись, я поднялась и потребовала:

— Повтори… те. Повторите завещание!

— Леди Робус, может, не…

— Повторите немедленно, — рявкнула, теряя терпение.

Эмиль даже не дрогнул. Только поджал губы, взял документ со стола и принялся читать:

— Я, Алистер Робус, завещаю все своё имущество, а именно: графское имение Робус, дом на Королевской улице, семь миллионов золотых, сеть продовольственных магазинов «Робусь» и судоходную компанию «Тэффи-Норд» вместе с портом Тэффинорд на берегу Священного моря… — с каждый новым словом лицо невестки светлело, а глаза брата начинали алчно блестеть, — своему сыну — Габриэлю Робусу.

Что ж… Исходя из всего этого, я имею одну радостную новость — у меня нет проблем со слухом. А жаль!

— Давайте уже покончим с этим? — нетерпеливо произнес Габриэль.

Эмиль вопросительно посмотрел на меня, будто я могла как-то повлиять на ситуацию. Вместо слов я просто кивнула.

Брат с нескрываемым удовольствием поставил свою закорючку и с ехидной улыбкой вручил мне перо.

— Твой черед, сестренка.

Сказав это, он обнял жену и утянул её в коридор. Уже за дверью они принялись заливисто смеяться.

Прочитав завещание еще раз пять, я закрыла глаза и тяжелой рукой чиркнула по бумаге. Магический пергамент вспыхнул. Дело было кончено.

В голове билась мысль: «Отец, за что?».

— Лизи, — Эмиль подошел ко мне и раскрыл руки для объятий.

— Не стоит. — Отозвалась я холодно.

— Лизи, прошу тебя, не переживай. Если будет нужна помощь — приходи ко мне. Мы ведь друзья.

— Спасибо, но я справлюсь. И… до свидания. Боюсь, услуги личного юриста мне больше не нужны.

Я спешно вышла, желая как можно скорее закончить с этим кошмаром. Однако… он только начинался: в холле меня ждали Габриэль с ненаглядной женушкой.

Что им нужно? Не думаю, что они захотят делиться. Скорее всего, предложат должность управляющей. Это будет логичным решением, ведь последние три года всеми делами отца заведовала я. Брат же ничего не понимает в бизнесе. Его всегда интересовали карты и выпивка.

— Снимай, — вдруг сказал Габриэль.

— Что?

— Снимай кольцо, — повторил он грубо.

— Отец передал его мне.

— Отца больше нет. Отдай кольцо, Лизи.

— Послушай брата, не глупи, — вмешалась невестка. — Ты больше не имеешь права его носить.

Сглотнув, нехотя стащила с себя родовую печатку — сильный защитный артефакт, который могли носить только главы рода Робус. Рода, из которого меня выставили!

Габриэль ощерился, выхватил кольцо и принялся натягивать его на руку. Перстень увеличился в размерах и идеально подошел к пальцу.

— Наконец-то! — возликовал он.

Я с ненавистью наблюдала за его триумфом. Кулаки сжались, когда я вообразила брата управляющим судоходной компанией.

Это дело отца! В нем — его душа. Я должна любой ценой вернуть «Тэффи-Норд» себе. И не только его. Всё, что имеет ценность для Робусов, должно быть в надежных руках.

— Не злись, Лизи. Алистер был мудрым человеком и хорошим отцом. Он сделал всё правильно. Ты бы не справилась. Женщине не место во главе рода, — сладко пропела невестка. — Задача женщины — любить мужа и рожать ему детишек. К слову, ты помнишь моего брата? Чорча Буша?

Меня передернуло. О да, я помню этого забулдыгу, что пытался стащить серебряную вилку во время семейного ужина.

— Какая разница?

— Большая, милая моя, — женщина усмехнулась. — Мы с Габи решили не бросать тебя, бедную женщину, на произвол судьбы, а помочь найти смысл в этом темном мире. Ты выйдешь замуж за моего брата. И это не обсуждается!️

— Вы уверены?.. — спросила я сиплым голосом, глядя на…

Я даже не знаю, как прилично обозвать это! Как обозвать неприлично, впрочем, тоже. Я ведь все-таки леди.

— Абсолютно, — кивнул добрый незнакомец с собачкой, согласившийся помочь незнакомке, то есть мне, ранним утром.

Я сильнее сжала ручки саквояжа и снова оглядела небольшое двухэтажное здание. Косое, кривое, построенное из бруса, старого и почерневшего.

— Ну так что? Сносить будете?

— С чего бы?

— Ну как… — мужчина вежливо улыбнулся и почесал мопса за ушком. — Вы ведь из управления.

— А это вы как определили?

Провожатый красноречиво посмотрел на мой наряд — строгое черной платье с высоким горлом. Что ж, замечание резонное. В нем я действительно похожа на клерка из какой-нибудь конторы.

Расценив моё молчание по-своему, он продолжил:

— Если что, то Вуди Гард — я! — заявил мужчина, гордо выпятив грудь. — Это я вам письма по поводу сноса писал! По три на неделе!

Вот это усердие!

— Понимаете, — он приблизился ко мне и заговорил проникновенно: — эта хибара портит весь вид улицы. Вы посмотрите: все домики красивые, новые. А это? Дрова, как есть дрова.

— Ясно… — протянула я. — А чем вам, кхм… дрова мешают?

— Ой как мешают! Вон то здание видите? Моё! Я там пиво варю. Ну и продаю, естессно. А эта халупа клиентов распугивает.

Какая, однако, привередливая у него клиентура.
— Ясно… — повторила я, глубоко вздыхая.

— Я, конечно, не давлю, но вы там в управлении вопрос решайте поскорее, хорошо? Если надо, я сам помогу эту развалюху снести. Тут работы на пять минут! На неё дунуть пару раз, и кончен бал.

Хибара, дрова, халупа и развалюха. Сколько слов, и всё в точку.

— Спасибо за помощь, — с этими словами я вытащила ключ из кармана и шагнула к домику.

— Вы чего это?.. — растерялся пивовар.

— Видите ли, ничего сносить я не буду, — ключ легко повернулся в скважине, дверь скрипнула. — Я — хозяйка этой лавки. Спасибо за помощь. И всего доброго, дорогой сосед.

Уйти красиво не получилось. Я споткнулась о порожек, запуталась в юбке и чуть не упала. Сосед хмыкнул, увидев мой позор через стеклянные вставки двери.

— Счастливо оставаться, хозяйка, — криво усмехнулся пивовар.

Отвечать не стала. С ярым недоброжелателем разберусь позже, а пока стоит оценить фронт работы.

Внутри лавка выглядела куда лучше, чем снаружи. На первом этаже расположился сам магазин — прилавок из красного дерева и шкафы, забитые товаром: книгами, артефактами и зельями.

В других комнатах были обнаружены кухня и гостиная.

На втором этаже находились три спальни.

Все убранство дома было до ужаса старым и грязным. Я на фоне всего этого смотрелась инородно.

М-да… Ещё вчера я была графиней Робус, управляющей двумя крупными бизнесами и самой завидной невестой королевства. А сегодня я нищенка без надежды на светлое будущее.

— И пусть! — фыркнула я.

Выберусь. Это всяко лучше, чем быть женой пьяницы Чорча.

К тому же, у меня есть лавка. Несколько лет назад отец подарил мне её на совершеннолетие. Он хотел, чтобы я пошла по его стопам и стала предпринимательницей.

Вот только вскоре он тяжело заболел. Мне пришлось забыть о подарке и взять на себя управление судоходной компанией и продовольственными магазинами.

Справлялась я просто отлично! Обидно, что теперь все мои труды пойдут насмарку. Габриэль понятия не имеет, как управлять свалившимся наследством.

Колокольчик на двери призывно загремел.

— Прошу прощения, но мы временно не работаем, — проговорила я, оборачиваясь.

Глаза округлились сами собой, стоило мне заметить высокую фигуру, стоящую на пороге.

Гость снял шляпу и уверенно шагнул ко мне, обаятельно улыбаясь. На мгновение я почувствовала острое желание улыбнуться в ответ, но вовремя одернула себя.

Я его знаю… Все знают.

Этот мужчина опасен, хитер и нагл. А ещё крайне привлекателен. С ним нужно быть предельно осторожной.

— Что вам нужно? — спросила твердо, искренне не понимая, что могло привести богатейшего человека города в мой магазин.

Мужчина хмыкнул и скользнул по мне быстрым взглядом. Увиденное ему явно понравилось. Он улыбнулся снова и проговорил бархатистым голосом:

— Милочка, позови-ка хозяина.

Я вспыхнула. Милочка?! Я? Да как он смеет столь снисходительно на меня смотреть?

— Зачем?

— Есть разговор. — Отозвался он, а после добавил лукаво: — Для взрослых.

Каков же нахал!

Сложив руки на груди, приблизилась к нему. В очередной раз удивилась его росту. Девочка я не маленькая, но рядом с ним ощущаю себе чудовищно низкой.

— Я хозяйка магазина, и я вас слушаю.

— Вот как… Что ж, так будет даже легче, — протянул он задумчиво и продолжил, не давая мне возмутиться: — Меня зовут Александр Калиостро, и я собираюсь купить вашу лавку.

Не хочет, а уже собирается. Вот это… уверенность! Признаться честно, я даже восхищена этой наглостью.

— Лавка не продается, — говорю ровно, смело глядя в его глаза.

К слову, очень красивые глаза. Большие, выразительные. Ярко-голубые, но холодные, как северное море. Глаза расчетливого бизнесмена, готового на всё ради личной выгоды.

— Уверены? — он усмехнулся, не разрывая зрительный контакт. Сделав ещё один шаг навстречу, произнес: — Я могу быть очень щедрым. Возмутительно щедрым.

О, в этом я не сомневаюсь.

Александр Калиостро появился в нашем городе внезапно. Ранее никто о нем не слышал. Начал он с небольшого отеля на окраине. Тогда, шесть лет назад, в него никто не верил.

Очень зря.

Прошло совсем немного времени, и он стал невероятно… просто неприлично богат!

Он быстро и методично уничтожил всех своих конкурентов. Сейчас он владеет сетью отелей в городе и не только. Подозреваю, его состояние сопоставимо с богатством моего рода.

— Сколько? — решила спросить из чистого любопытства.

— Пятьдесят, — спокойно сказал он, словно речь шла о краюхе хлеба, а не о целом состоянии.

Полагаю, он ждал от меня какой-то реакции. Радостных криков или хотя бы улыбки.

Вот только подобные суммы меня давно не будоражат.

— Триста, — буркнула я, не впечатлившись «щедростью».

В этот момент у меня в голове уже зрел план по улучшению собственной жизни… Из этой развалюхи-лавки я вряд ли смогу выжать прибыль. Но если продам за хорошие деньги, у меня будет шанс построить реально доходное дело.

Шанс и стартовый капитал, естественно.

— А у вас губа не дура, хозяйка, — усмехнулся Александр. — Сто золотых.

— Это и есть ваша «возмутительная щедрость», лорд Калиостро? — поинтересовалась едко. — Да уж, действительно возмутительно. Триста, и ни золотым меньше. Или уходите вон.

Я не собиралась уступать. Уж не знаю зачем, но ему нужна эта лавка. Уверена, он готов заплатить за неё гораздо больше.

Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. Я решительно, а он… как-то странно, недоверчиво.

Наконец Александр рассмеялся. Искренне, по-доброму, с нескрываемым восхищением.

— Вы просто прелесть, леди, — сказал он. — Как ваше имя?

— Лилибет. Лилибет Фарси.

Называться настоящим именем не стала. Сейчас, когда брат разыскивает меня по всему городу, это опасно.

Впрочем, я и не врала. Лилибет — уменьшительно-ласкательное от Элизабет. А Фарси — девичья фамилия матери.

— Лилибет, вы меня приятно удивили. Не знал, что в мире существуют такие дерзкие женщины. Я куплю вашу лавку за четыреста золотых, если вы согласитесь подписать договор сегодня вечером.

— Я согласна.

— Прекрасно. С вами приятно иметь дело.

И мы крепко пожали руки. Моя изящная кисть утонула в большой горячей ладони.

Почему-то это, казалось бы, невинное действие заставило меня смутиться. Но я быстро избавилась от этого чувства.

— Тогда до вечера?

— До вечера, Лилибет, — кивнул Александр, удаляясь.

И в доме снова стало одиноко.

Я оглядела пыльное помещение магазина и поджала губы.

Как ни крути, лавка — подарок отца. Можно сказать, последнее, что у меня от него осталось. Могу ли я так легко прощаться с нею?

Будь я в другой жизненной ситуации, я бы точно отказалась от предложения лорда Калиостро. Но сейчас, когда у меня кармане несколько серебряных, для меня непозволительная роскошь разбрасываться деньгами.

Мне нужно действовать. Нужно начать зарабатывать. Много и быстро. Нужно выкупить «Тэффи-Норд» и магазины «Робусь»! Я не должна позволить Габриэлю развалить все то, что отец строил целую жизнь.

От раздумий меня отвлекла тень чего-то огромного. Пушистого и рогатого.

Тень метнулась по лестнице и скрылась на втором этаже.

— Что за… — выругалась я.

Подхватив юбки, я бросилась наверх.

— Выходи! Где ты?

Я проверила каждую спальню, но никого не обнаружила.

Тем временем на первом этаже что-то упало.

— Черт!

Сбежав по лестнице, принялась рыскать по кухне и гостиной. Упали часы с каминной полки.

Пока я ставила их на место, на втором этаже что-то заскрипело.

— Или покажись, или прекрати гонять меня по лестнице, — произнесла серьезно.

Подобная бесовщина меня не удивляет с детства. Проблема в том, что я обладаю даром видеть магических сущностей. Ничего полезного в этом нет, но я не страдаю. От одиночества как минимум.

— Не знаю, кто ты или что ты, но твои шутки меня не впечатляют. Или давай знакомиться, или сиди в своём углу тихо.

Никто мне не ответил. Ну и славно. Я сейчас не в том настроении, чтобы заводить друзей.

Засучив рукава, отправилась на поиски ведра и тряпки. Ничего, что лавка уже почти продана. Мне здесь придется как минимум переночевать.

Некто словно услышал мои мысли. Рядом со мной скрипнула неприметная дверца каморки, в которой обнаружилось все необходимое для уборки.

— Спасибо, — отозвалась неуверенно.

Уборка для меня дело непривычное. Потому возилась я долго. К вечеру смогла справиться только со спальней, в которой собиралась ночевать.

Все это время я чувствовала чей-то тяжелый взгляд.

Я не пыталась позвать существо. Знала, что оно не откликнется, пока само не захочет показаться.

— Ну вроде всё, — не без гордости протянула я, оглядывая полы в разводах.

Где-то в углу без стеснения захихикали.

— Да ну тебя.

Послышался откровенный ржач.

Дожили! Теперь надо мной всякая домашняя нечисть потешается.

В дверь постучали. Смех тут же сошел на нет, а я побежала открывать. На пороге стояли лорд Калиостро и пожилой мужчина в очках. Полагаю, это личный юрист Александра.

Вот и все. Сейчас я избавлюсь от лавки.

— Добрый вечер, леди Фарси, — проговорил лорд Калиостро, уверенно входя в лавку.
Он улыбнулся мне и кивнул в сторону мнущегося на пороге человека. — Это мой юрист, Джон Найсси.

— Очень приятно, — я кивнула. — Прошу за мной.

Мы переместились в гостиную. Джон сел в кресло и принялся раскладывать бумаги на газетном столике. Александр же остался стоять. Я чувствовала его тяжелый взгляд, скользящий по телу, и немного нервничала. Присутствие лорда ощущалось как-то странно... Не так, как с другими людьми. 

— Итак, — начал юрист. В этот момент с каминной полки упали злосчастные часы.

Прелестно. Пакостливая нечисть решила заявить о себе!

— Продолжайте, — отмахнулся Александр.

— Я составил классический документ купли-продажи и…

На втором этаже хлопнула дверь.

— Сквозняк, — решительно заявила я.

Дверь хлопнула снова.

— Сквозняк с характером, — добавила, не растерявшись. — Прошу, не останавливайтесь.

— Ознакомьтесь, пожалуйста. — Найсси дрожащей рукой протянул мне бумагу. В этот момент окно широко распахнулась, резкий порыв вырвал документ и было унес его в неизвестном направлении, но в дело вмешался Калиостро. Он ловким движением перехватил беглую бумажку. 

— Какой у вас враждебный сквозняк, однако… — усмехнулся мужчина, возвращая мне договор.

— Какой есть, — я пожала плечами, стараясь выглядеть как можно более расслабленной. 

В договоре меня всё устроило, потому я поспешила подписать, пока нечисть не учинила чего похуже. Вскоре рядом появилась подпись Александра, а на стол опустились два увесистых мешочка.

— Задаток. По шестьдесят золотых в каждом, — пояснил Калиостро. — Остальную сумму получите в понедельник, когда будет работать главный городской нотариус. Будете пересчитывать?

— Я вам верю, — усмехнулась в ответ. — Поздравляю с покупкой чудесной лавки.

В момент, когда мы жали руки, на пол упала люстра. Неплохое завершение для отличной сделки!

Вскоре Александр покинул лавку, а его юрист и вовсе убежал отсюда. Закрывая за ними дверь, я испытывала легкую грусть.

— Прости, отец, но так нужно, — проговорила тихо, поднимаясь в спальню.

Я легла в кровать и закрыла глаза. Размышляя о будущем, я почему-то часто задумывалась об Александре. Перед внутренним взоров стояли его внимательные глаза и легкая улыбка.

Заколдовал он меня, что ли? 

Довольно скоро я уснула беспокойным сном. Мне снились Габриэль с женой, сидящие на горе золота, незадавшийся жених бегал за мной с украденной вилкой, среди всего этого хаоса то и дело появлялся Александра со своим юристом, на которого со всех сторон летели люстры…

Вдруг я проснулась от неприятного чувства, будто в комнате я не одна. И это было так: на мне лежало нечто пушистое и рогатое, а ещё крайне тяжелое! Во тьме блеснули бессовестные изумрудные глаза.

— Прикурить не найдется? — раздалось вполне вежливое.

Желание упасть в обморок, как надлежит каждой уважающей себя леди, я отбросила сразу. Я бы, может, и упала — мне не жалко! Вот только любопытство оказалось сильнее страха.

— Не курю.

— Печально. Стоило бы начать, не находишь? Столько всего навалилось…

А нечисть смыслит в жизни.

— Не хочешь слезть с меня? — поинтересовалась миролюбиво.

— Не хочу. Мне здесь нравится, — раздалось беспардонное в ответ.

— Но тогда мы не сможем познакомиться.

— Отчего же?

— Неприлично знакомиться, сидя на собеседнике.

— Ну, во-первых, кто сказал, что я приличный? А во-вторых, с чего ты решила, что я хочу с тобой знакомиться? К тому же, имя я твоё знаю.

Каков паршивец.

Луна показалась из-за тучи и осветила комнату. Когда мрак ночи развеялся, первым, что увидела, была огненно-рыжая шерсть. Затем удалось разглядеть кругленькую наглую мордочку, длинные усы и…

— Лапки! — восхитилась я, и тут же полезла обниматься. — Ты котик! Прелесть!

Так уж вышло, что котиков я люблю с детства. Вот только строгая нянечка не разрешала мне их заводить. Причин было несколько, но самая главная заключалась в её аллергии.

При попытке протащить в дом хоть что-нибудь пушистое я получала сначала по попе, а потом по рукам, после испуганную зверюшку изымали и относили на изначальное место дислокации, а меня ставили в угол. Уже будучи в углу я придумывала новый план по обзаведению домашним питомцем, в то время как нянечка в сотый раз читала мне книгу «Какой должна быть идеальная леди».

Стоит ли говорить, что идеальной леди из меня не вышло?

Вот только этот котик был немного не таким, как все. Его большие ушки плавно переходили в рога, отчего общий вид делался немного грозным.

— Ой, ну всё, — фыркнул он. Мгновение, и он растворился, словно его и не было.

Я ехидно улыбнулась и улеглась на бок, дабы наглые котики-бегемотики больше не зарились лежать на мне. Один-ноль в мою пользу.

— И все-таки, как тебя зовут? — спросила в пустоту.

Никто не ответил.

— Если не назовешься сам, назову я, — пригрозила серьезным тоном, но и это не сработало. От слов я перешла к действиям: — Хм… Гарфильд? М-м, нет… О! Зефирок? Тоже нет… Я придумала!

— Мне уже страшно, — раздалось из-под кровати.

Я не поленилась перевеситься и заглянуть вниз. Когда наши взгляды встретились, я выдала гениальное:

— Нафаня!

Кот икнул, достал невесть откуда сигарету, сунул в рот и принялся задумчиво смотреть вдаль.

— Уголек?

— У тебя проблемы со зрением?

— Рыжик?

— Как тривиально. Ты меня разочаровываешь.

— Бублик!

— Ужас какой, — кончик сигареты загорелся, и нечистый принялся испускать вонючий дым на всю спальню.

— Если сейчас же не прекратишь, назову тебя Окурком.

Кот посмотрел на меня как на больную, но сигарету все-таки спрятался. Правда, я не поняла, куда именно — она просто взяла и испарилась.

— Фантазия у тебя, конечно, кошмарная, — протянул он. — Но вот дружеский совет: меня обижать не стоит. Я могу быть полезен.

Дожили. Мне угрожает нечисть.

— Увы, но наше знакомство будет недолгим. Лавка продана. Очень скоро мы попрощаемся, — я улыбнулась пушистику.

Кот хмыкнул и вновь растворился.

— Посмотрим, ведьма. Посмотрим.

Больше он не появлялся. Ещё полчаса я лежала и прислушивалась к шорохам вокруг, а после заснула.

Ночь прошла на удивление чудесно. Не помню, когда я в последний раз так хорошо спала.

Проснувшись, я ощутила странную наполненность. Это чувство невозможно описать словами, но мне оно очень понравилось. Легкость окутала тело, в голове царило приятное спокойствие.

Спустившись на первый этаж, я замерла. За ночь лавка странным образом изменилась. Разительных преображений не было, но мутные от пыли и времени стекла в окнах вновь стали прозрачными, а грязный пол чудесным образом очистился и посветлел. Даже стены будто стали чуточку ровнее. 
Мне стало чуточку жаль, что волшебная лавка достанется лорду Калиостро. Надеюсь, он будет обращаться с ней достойно. 

— Кот, это твоих лап дело?

Несмотря на вредный нрав, нечистый появился в тот же миг, как был призван. Выглядел он сонным и немного помятым. Первым делом он потянулся, вторым облизал лапу, третьим — достал сигарету. И только после он решил оглядеться. С особым вниманием он осмотрел сначала лавку, а после меня.

— Хм. Не думал, что все произойдет так быстро, — произнес он с завидным равнодушием.

— Ничего не хочешь объяснить?

— Честно говоря, не хочу. Но придется. Однако для начала давай ты вдоволь прокричишься и только потом позовешь меня? — заявил он, снова… да-да, растворяясь в воздухе!

Мне сразу стало ясно, что просить его вернуться бессмысленно. Взывать к его совести — тоже. Её попросту нет.

Потому я решила не тратить время зря и пошла умываться.

— И с чего я должна кричать?.. — протянула, входя в уборную.

И тут все встало на свои места!

Взвизгнув, я отпрянула от зеркала.

Мамочки! Какой ужас!
Милые дамы, я создала телеграм-канал! Теперь все визуалы будут появляться там. Посмотреть на ехидну-котика вы уже можете 

Я поседела за ночь!

Набравшись смелости, медленно вернулась к зеркалу и впилась пристальным взглядом в отражение. При детальном изучении стало ясно, что это не седина, а нечто иное.

Магическое.

Глядя на белоснежные пряди, по которым то и дело пробегали волшебные искры, я почему-то думала о Чорче. На мгновение мне показалось, что идея выйти за него замуж не так плоха, как может показаться на первый взгляд.

Слава богу, дурные мысли быстро покинули мою голову. Я наконец смогла мыслить здраво.

— Кот. Выходи. Я, кажется, готова.

Рыжая тень скользнула мимо ног и материализовалась поблизости.

— Тебе лучше сесть, Лилибет. — Осторожно заметил кот. — Разговор будет, мягко скажем, интересный.

Мы переместились в гостиную. Я упала в кресло, распустила косу и принялась теребить искрящиеся волосы.

— Есть две новости. Хорошая и плохая. С какой начнем?

— Без разницы, — я махнула рукой.

— Ну, в таком случае первая — теперь ты ведьма! Точнее, ты всегда была ведьмой, твои силы были у тебя с детства. Например, умение видеть таких, как я. Но теперь ты ведьма каноничная. С источником силы и магической привязкой к нему.

Я смотрела на кота, кот смотрел на меня. В моей голове медленно происходил процесс принятия.

Что ж, за мою короткую жизнь многие называли меня ведьмой. Теперь эти люди смогут делать это с чистой совестью.

И вредный характер теперь можно списать на сей любопытный факт. В общем-то, не такая уж плохая новость, если подумать.

— Ладно-о-о, — протянула я, массируя переносицу. — Теперь давай хорошую.

— Так это и была хорошая! — отозвался нечистый. — Плохую говорить, или пока подождем? Учти, в случае сердечного приступа я тебе не помощник. У меня, как-никак, лапки.

— Жги, — сказала, рассудив, что намного хуже уже не станет.

— У тебя не получится продать лавку.

А нет. Станет.

Кот смотрел на меня, я смотрела на кота, процесс осознания отказывался происходить.

— Почему? — задала закономерный вопрос я.

— Потому что лавка — это и есть твой источник. Теперь ты хранительница лавки.

— Всё это прекрасно, но на мой вопрос не отвечает. Почему я не смогу продать лавку?

— Видишь ли…

О нет, только не «видишь ли!» После этих слов всегда следуют самые ужасные объяснения.

Я приготовилась к худшему и не прогадала:

— Источник принял тебя и назначил своей хранительницей. Он выбрал тебя своей хозяйкой, поделился силой и оказал величаааайшую милость! И он очень сильно обидится, если ты откажешься от всех этих почестей и уйдешь в закат.

Да, получится не очень красиво. Вот только меня совсем не интересуют чувства источника, который без спроса решил назначить меня своей хозяйкой. Я даже повода для этого не давала!

Видимо, мои мысли отразились на моем лице.

— Лилибет, взять ноги в руки и убежать не получится.

Я криво усмехнулась:

— А кто меня удержит? Ты?

Кот оскорбленно фыркнул, но говорить не перестал:

— Тебя никто не будет держать. Ты сама приползешь обратно.

А вот это звучит жутко.

— Поясни-ка.

— Источник и твоя душа связаны. — Произнес нечистый. — Теперь вы одно целое. Чтобы было понятнее, будем считать, что ты — нижняя часть тела, а источник верхняя. Одна без другой не протянет.

Засада.

Некоторое время мы молчали. Я разглядывала трещины на потолке и пыталась абстрагироваться.

Отец всегда учил меня смотреть на вещи с холодной головой. Искать плюсы и минусы. Находить применение плюсам и придумывать, как избавиться от минусов.

Вот и сейчас я старалась отыскать положительные стороны. Однако они мастерски прятались.

Или их не было вовсе.

— Итак, что я имею? — Мне захотелось подвести итог: — Внезапно появившуюся силу, болтливого рогатого кота с ярко выраженной зависимостью к табачной продукции и убыточную лавку, из которой я вряд ли смогу выбить деньги.

И полное непонимание, как спасать бизнес отца.

— И злого мужика. — Припечатал котодемон. — Хм… Пожалуй не так! Злого и влиятельного мужика.

Я нахмурилась. Только мужиков мне для полного счастья не хватало!

— Ты про пивовара?

— Если бы, хозяюшка, — мурлыкнул он, — я про Александра Калиостро. Он тебя размажет в паштет, положит на хлеб толстым слоем и съест. И я более чем уверен, что не подавиться.

А котейка дело говорит. Про Калиостро я напрочь забыла. Вернее, не рассматривала его в таком ключе.

Вспомнив Александра, я ощутила странный мандраж. Он не сделает мне плохо. Не сделает ведь?

— Думаю, с ним можно договориться.

— Я бы не был так уверен. Ему очень сильно нужна лавка. — Кот пристально посмотрел в мои глаза. — Лилибет, ты так и не поняла, как он столь быстро появился на пороге?

Вариант, в котором Александр сидел в засаде в ближайших кустах отмела сразу. Люди готовы на много ради цели, но Калиостро ценит своё время. Здесь явно что-то другое…

— Он поставил магическую печать?

— Именно, — домовой кивнул. — Причем стояла она там очень долго. Думаю, он не смог связаться с тобой лично, а потому поставил на дверь печать, чтобы отследить момент, когда в лавке кто-то объявится.

Дело принимает любопытный оборот. Интересно, зачем ему понадобилась лавка?

— Будем решать проблемы по мере их поступления.

С этими словами я стремительно поднялась. С великим и ужасным Калиостро, которому мне не посчастливилось перейти дорогу, я встречусь только завтра, а пока на повестке дня мои волосы. А вернее — их цвет! Я девушка уверенная, но даже для меня подобные изменения во внешности уже слишком.

Да и лишнее внимание сейчас ни к чему.

— Ты куда? — деловито спросил кот.

— Не скажу, — ответила, ехидно улыбаясь. — Сначала имя своё назови.

А что? Ему можно в загадочного играть, а мне нет?

— Нет так нет, — фыркнул пушистый, исчезая.

Проклятье. Неужели никогда не скажет? Впрочем, а почему меня это так волнует? У меня есть дела поважнее.

Раскрыв саквояж, принялась искать накидку. Щеголять по улице в таком виде никак нельзя. 

Накидка была обнаружена на самом дне. Развернув её, тут же надела на себя. Затянула атласную ленту на шее, надвинула на лоб капюшон. Какое счастье, что я не оставила эту чудесную вещицу в поместье!

Сбегая из дома, я взяла с собой только необходимое. Выбирала самые неприметные и дешевые вещи. Благо, такие водились в моём гардеробе.

Кто бы мог подумать, что накидка понадобится мне так скоро!

Я посмотрела в зеркало и осталась довольна результатом. Белоснежные пряди оказались надежно спрятаны.

— А почему белые? Я ведь ведьма. Могли бы рыжими сделаться. — Протянула задумчиво.

— Знамо дело: источник-то светлый. — Раздалось из-под кровати.

— Логично, — хмыкнула я, сбегая по лестнице. — Что ж, Пушок, я скоро приду.

— Пушок?! — раздалось мне в спину яростное, но я успела прикрыть дверь. А вот скрыть злорадную улыбку нет.

В этот момент из своей пивоварни выходил самый настойчивый клиент городского управления, владыка исписанной бумаги, заклинатель перьев и мастер по пятиминутному сносу зданий. Вуди Гард, своей собственной и крайне недовольной персоной.

С собачкой.

Заметив меня, пивовар скривился столь ужасно, что я забеспокоилась как бы его не заклинило. После показательно развернулся на носках и, чеканя каждый шаг, вернулся в дом. О как!

Мысленно плюнув на него, я подобрала полы платья и припустила к городскому рынку. Уже там я кое-как отыскала палатку зельевара.

Милейший старичок с диким блеском в глаза с удовольствием согласился намешать мне краску для волос за один серебряный.

— Вам каштановый в черный или каштановый в красный? — поинтересовался он.

— Э…

— Может быть, попробуете зеленый? Есть в полосочку. А есть в крапинку. Писк сезона.

— В крапинку?

— Нет. В полосочку. Вы меня вообще слушаете?

— Кхм… — я даже как-то растерялась. — Мне просто каштановый.

— В красный или в черный? Могу предложить в фиолетовый, но боюсь вам не пойдет.

Меня распирало от любопытства узнать, почему мне не пойдет фиолетовый, но я сдержалась и ответила коротко:

— В черный. И побыстрее, пожалуйста.

Зельевар закатил глаза, словно я просила его о невероятной глупости, однако мешать стал интенсивнее.

Сначала он накидал в колбу кучу порошков, потом налил воды, перемешал, нагрел, а когда месиво принялось булькать, цокнул языком и вылил все на землю.

— Заново! Видите, что бывает, когда я тороплюсь?

Я кивнула, с подозрением глядя на то, как варево разъедает траву. Бр-р.

Со второй попытки я получила заветную краску, а зельевар монету. Старик так обрадовался деньгам, что решил сделать мне подарок!

— Это — амулет, притягивающий удачу! — сообщил он, протягивая мне подкову.

Пришлось взять. Удачи в моей жизни катастрофически не хватает.

Вернувшись в лавку, я заперлась в уборной и приступила к окрашиванию. Мне не терпелось вернуть волосам их первоначальный вид.

С особой дотошностью я втирала зелье в каждый локон, в каждую прядочку. Покончив с этим, села на край медной ванны и просидела так минут пятнадцать.

Делала все строго по инструкции!

После приступила к смыванию и почувствовала…

Запах разочарования!

О нет, это был не просто запах. Это была самая настоящая вонь.

Закрыв кран, подлетела к зеркалу и чуть не рухнула на пол.

— Убейте меня, — захныкала я, глядя на ядовито-розовую шевелюру.

— Сгораю от любопытства, что у тебя… Мать честная! Свят-свят-свят! — кот, который начал появляться на бортике, соскользнул в ванну, некультурно выругался и уже оттуда закурил.

— Что, все настолько плохо? — спросила я с надеждой, заглядывая в ванную.

— Не-е-ет, не переживай. Это не плохо, — протянул котодемон, глядя на меня. — Это просто ужасно.

— Ну спасибо! — я обиженно засопела и вновь вернулась к зеркалу.

— Не обижайся, ведьма. Мне, если честно, даже нравится. А как этот цвет называется? М… Вырви глаз? Щенячий восторг? О! Я знаю, я знаю! Крик единорога! Спаситиии-памагитиии... Я угадал? 

— Желание постричься, вот как называется. — Фыркнула я, заворачивая волосы в полотенце. — Больше никогда в жизни не буду верить уличным зельеварам!

— У меня есть совет на миллион золотых!

— И какой же?

— Никогда ничего не покупать на улице. Вообще. Вот совсем. Даже если очень-очень хочется. Я уже понял, что ты любительница экстрима, но…

Махнув на него рукой, я вышла из уборной.

— Что будешь делать?

— Думать. — Буркнула я.

***

Тук!

Молоток чуть ли не угодил по пальцу.

Тук!

— Вот угораздило же… — шипела я, целясь инструментом по гвоздику.

Тук!

Мимо! Ещё и шляпку погнула. Раздраженно поведя плечами, бросила испорченный гвоздик на пол и сама чуть не рухнула со стремянки.

— Вляпаться в столь пренеприятное… — на языке крутились ругательства, которые я иногда слышала от отца. Повторять их было строго настрого запрещено, но сейчас о-о-очень хотелось! — Мероприятие!

Тук!

Наконец, один из гвоздиков вошел в сухое дерево. Амулет удачи… То есть подкова, криво повисла над входной дверью.

— Ты слишком драматизируешь, Лилибет. — Промурлыкал домовой. — Не все так плохо!

— Да, все просто ужасно! — отозвалась я. — Я ведь всего лишь хотела заняться делом, заработать денег и спасти бизнес отца от жадных ручонок брата. Я что, так много прошу?!

Видимо, много. Настолько, что даже стремянка недовольно скрипнула и покачнулась.

— Лилибет, а что ты делаешь?

— Пытаюсь притянуть удачу. — Ответила я, забивая второй гвоздик.

Н-да! Ну и белоручка же я все-таки. Отец научил меня вести переговоры, разбираться в бухгалтерии и придумывать стратегии ведения бизнеса, но не научил банальным вещам.

Да и я никогда не интересовалась подобным. Банально не могла представить, что хоть когда-нибудь прикоснусь к тряпке или к молотку.

Какая же непредсказуемая штука эта жизнь!

— И как? — поинтересовался нечистый. — Притягивается?

Стремянку повело вбок ровно в тот момент, когда я целилась по третьему гвоздю. Молоток попал по пальцу, я зашипела и всхлипнула:

— Пока не очень.

— А как тебе может старая подкова?

Честно говоря, уже не знаю. Просто в какой-то момент меня накрыли эмоции, а работа всегда помогала справиться с ними. И раз засесть в кабинете со счетами в ближайшее время не получится, я вполне могу поиграть в плотника!

Стремянка снова скрипнула. Судя по всему — в последний раз. Старые стойки поспешили сложиться и устремились вниз.

Я попыталась уцепиться за выступ над дверью, но не удержалась. Однако неприятного соприкосновения с полом не было. Чьи-то сильные руки легко перехватили меня на лету.

Я ощутила терпкий запах сандала и тут же узнала этот его.

О нет, только не он. Только не сейчас! Я совсем не готова…

Мне захотелось зажмуриться, сжаться до размеров микро-комочка и просто подождать, когда Калиостро уйдет. Но, судя по его уверенному виду и довольному взгляду, мужчина не собирается исчезать.

Впрочем, так даже лучше. Расскажу ему обо всем прямо сейчас. Чего томить?

— Леди Фарси? — протянул он низким, приятным баритоном. — С вами все…

— Да! — пискнула я и сама же испугалась своего голоса. — Со мной все прекрасно!

Отчего же мне так нервно? Я всегда была мастером переговоров. А сейчас…

А сейчас я прижимаюсь к его широкой груди и чувствую себя почти нормально! И это совсем ненормально. Так-так, верните собранную и сдержанную Элизабет Робус! Срочно!

— Кхм… — я заелозила в его руках. Мужчина улыбнулся уголками губ и аккуратно поставил меня на пол.

— Вы изменились со вчерашнего дня. — Он вновь обвел меня заинтересованным взглядом.

— А, вы про это… — я схватилась за косу, зачем-то подергала её, а потом нервно откинула назад. — Розовый — писк сезона.

Александр хмыкнул. Происходящее его явно веселило. А моё внезапно робкое поведение, судя по всему, доставляло удовольствие.

Глубоко вдохнув, я наконец обрела ясность мысли.

— Леди Фарси, у вас все хорошо? Вы выглядите взволнованной.

А вот и отличный способ начать неприятный разговор.

— Лорд Калиостро, мне нужно серьезно с вами поговорить. Пройдемте в гостиную?

Без лишних слов мужчина двинулся вперед. Вел он себя истинно по-хозяйски. Конечно, ведь лорду Калиостро не отказывают. Его не обманывают. И сделок с ним не срывают.

Чревато неприятными последствиями.

Уверена, он и мысли не допускает о моем отказе.

— Слушаю вас. — Произнес Александр, усаживаясь в кресло.

А вот и первый провал. Своими словами он четко обозначил, кто здесь главный.

Чтобы хоть как-то уравнять позицию, я тоже опустилась в кресло.

— Дело в том, что…

Не мямли, Элизабет!

— Я не смогу продать вам лавку.

Фух, это оказалось легче, чем я думала.

Взгляд мужчины стал холодным. Даже скучающим. Огонек интереса, который все время горел в его глазах, мигом куда-то пропал.

— Я вас услышал, леди Фарси.

Что, и всё?

— Восемьсот.

— Что?

— Я куплю лавку за восемьсот. Избавьте меня от оправданий. Я уже понял, что вас интересуют деньги.

Ну разумеется меня интересуют деньги! Но теперь меня больше всего интересует узнать, сколько этих самых денег у тебя, уважаемый!

Восемьсот золотых! С таким стартовым капиталом я бы смело могла снять в аренду приличное помещение где-нибудь на главной улице.

Из-под одеяла вылез мой личный, духовный так сказать, счетовод. Сотрясая старыми счетами, он требовал меня согласиться.

— Благодарю за столь щедрое предложение, но я вынуждена отказаться. Я не продам вам лавку.

Внутренний счетовод выронил счеты, поднял и принялся лупить меня ими изо всех сил. А после, осознав, что дело решено, под трагичную музыку бросился со скалы. Печалька.

Калиостро неотрывно смотрел на меня.

— Могу ли я узнать причину вашего отказа?

Я было открыла рот, но в этот момент за спиной Александра, на спинке кресла, возник кот. Он отрывисто покачал головой.

Вид у него был настолько серьезным, насколько это позволяла кошачья морда.

Не говорить? Но почему?

— Видите ли… — я спешно пыталась выкрутиться из ситуации, при этом не потеряв на полпути логику. — Эта лавка принадлежит моей семье. Это все, что у меня от неё осталось. И я не хочу терять это место.

Сначала наверх поползла одна бровь. Красивая такая, длинная, черная, без проплешин. Затем к ней присоединилась вторая. Во взгляде Калиостро четко читалось тотальное неверие.

— Леди Фарси, ещё вчера вы светились от радости, подписывая договор.

Я развела руками. Мол, вот такая я внезапная.

— Женщины столь переменчивы…

Что ж, логика все же оставила меня.

Находиться с ним в маленькой гостиной стало просто невозможно. На меня давило все: стены, потолок, даже ковер на полу. Но больше всего пугал Калиостро.

— Мне очень жаль. — Я поднялась с места и бросилась к лестнице. — Я сейчас же верну вам деньги.

На втором этаже дышать стало гораздо легче, а вот сердце продолжало колотиться как ненормальное.

Я вошла в свою комнату, дернула нижний ящик комода, в который вчера спрятала деньги и…

И ничего.

То есть совсем ничего! Два тяжеленных мешка, набитые золотом под завязку, просто исчезли.

— Кот, где деньги?! — зашипела я.

Домовой возник в ту же секунду.

— О чем ты?

— О залоге! — нервишки сдавали. Я судорожно дергала другие ящики, втайне надеясь на провалы в памяти.

Нет, я не просто надеялась. Я молилась. Ведь амнезия куда лучше гнева лорда, сидящего в моей гостиной.

— Лилибет, я понятия не имею, где деньги. Мне они ни к чему, уж поверь.

Сердце пропустило удар. Факт оставался фактом — сто двадцать золотых бесследно пропали!

В последнее время мне стало все чаще хотеться провалиться сквозь землю.

Неприятное открытие, однако!

Собравшись с духом, которого осталось совсем немного, я на негнущихся ногах спустилась к лорду Калиостро.

Мужчина все так же сидел в кресле. Заметив моё состояние, он как-то странно прищурился.

— Милорд, — выдохнула я, — прощу прощения, но я не могу вернуть вам деньги. Пока не могу. Может быть, мы можем… договориться?

Его взгляд сделался совершенно пренебрежительным. Что он там себе придумал?!

— Леди Фарси, — низкий голос прозвучал нарочито спокойно.

У меня по спине пробежали мурашки.

Мужчина неспешно поднялся с кресла, спокойно поправил запонки и одернул полы идеально сидящего пиджака, пошитого из самой дорогой ткани.

Улыбнувшись искусительной улыбкой, которая не сулила ничего хорошего, он двинулся ко мне.

Такой высокий и большой. Опасно красивый. А ещё беспощадно злой на меня.

Он этого никак не демонстрировал. Не кричал, не грубил. Нет, Александр Калиостро ни за что не опуститься до такого. Он уничтожит меня красиво и со вкусом.
— Леди Фарси, я пока не понимаю, что за игру вы задумали. — Проговорил он, замерев в полушаге от меня. Синие глаза блеснули предупреждающим огнем. — Но я настоятельно рекомендую перестать испытывать моё терпение.

Внезапно внутри меня разгорелась злость. Она пустила ядовитые корни и овладела моим сознанием. Это чувство было столь внезапным, что я аж подпрыгнула. 

— Лорд Калиостро, очень жаль, что мои слова вы воспринимаете как игру. Повторюсь: я не могу вернуть вам деньги. Пока что. Но я не воровка. Я обязательно верну вам все. До каждой проклятой монетки!

— Разумеется, — мужчина кивнул. — Если вы дорожите этой развалюхой, вам придется вернуть мне все. До каждой проклятой монетки. — Он нехорошо усмехнулся. — Причем в двойном размере.

На мгновение я забыла, как дышать.

— В двойном?.. — переспросила тихо.

— Леди Фарси, вы читали договор?

Читала…

И теперь я отлично понимаю, о чем он говорит.

— Леди Фарси, в случае отказа от сделки, вы обязуетесь выплатить задаток в двойном размере. Иначе, по договору, это место отойдет мне. — Он невозмутимой скалой возвышался надо мной. И говорил так спокойно, словно мы обсуждаем погоду, а не мою жизнь. Жизнь, которая рушится на глазах!

Мне ни за что не заработать такую сумму за три месяца! В моем нынешнем положении это просто невозможно.

Впрочем, не в моем характере сдаваться. Да и выбора у меня нет.

— Приходите через три месяца, — я криво улыбнулась ему, мечтая как можно скорее проститься с ним.

— Мне нравится ваша уверенность, опасно граничащая с глупостью. Но мы с вами не в карты играем. Леди Фарси, мыслите здраво. Продайте мне лавку, и мы разойдемся с вами как в море корабли. У вас не получится вернуть всю сумму.

— Почему вы так думаете? — спросила, заглядывая в его глаза.

Он поступил так же. Не разрывая зрительного контакта, медленно наклонился к моему лицу и прошептал:

— Потому что вы всего лишь женщина. Вам не место в бизнесе.

— И где же, милорд, моё место?

— В гостиной. Сначала со спицами в руках, а через время с ребенком.

— Выбирайте слова, лорд Калиостро. Я могу воспринять это как предложение!

— Не стоит. Вы не в моем вкусе. — Он нахально улыбнулся. — У меня аллергия на обманщиц.

Это стало последней каплей. И без того пылающая внутри меня злость взяла вверх. Рука взмыла в воздух и устремилась к благородному лицу одного мерзавца.

Мою руку мягко, но уверенно перехватили на подлете.

Я мысленно взвыла. Ненавижу! Будь проклят тот день, когда он появился за моей дверью!

— Я верну вам деньги. Можете не переживать. — Процедила сквозь зубы.

— Удивите меня. Хотя я сомневаюсь, что у вас получится. Однако я уверен, что зрелище будет великолепное.

Ну все. С меня хватит.

Я было потребовала его убраться, но он в очередной раз опередил меня:

— Мне пора. — Сказав это, он с вызовом в глазах поцеловал мою руку, а после направился к выходу. — Жду не дождусь нашей следующей встречи, моя юная предпринимательница.

Подушка, которую я схватила с кресла, до ровной аристократичной спины, увы, не долетела. Дверь закрылась раньше.

Подкова зашаталась, а после со звоном шлепнулась на пол. Теперь я могу уверенно заявить, что она никакая не счастливая. Скорее наоборот!

— Что ж… — произнес кот, появляясь на кресле. — Мы идем почти по плану. Ты вроде хотела делом заняться? Лавка полностью в твоем распоряжении!

— Мне сейчас не до шуток, — фыркнула я. — Если не найдем двести сорок золотых за три месяца, то лавка достанется Александру. И я…

— И ты умрешь. — Кивнул кот.

Я поджала губы и закрыла лицо руками.

Слишком сложно. Слишком много всего навалилось.

— Если бы деньги не пропали… — прошептала я. — Кстати! Куда же они могли деться?

Кот сунул в рот сигарету и повернулся в сторону окна.

— Лилибет, не смотри на меня так. — Он нервно дернул ушами. То есть, рогами? Хм… — Даже если бы я очень сильно захотел пойти покутить… А я хочу, будет тебе известно! Я бы не смог воспользоваться деньгами. Увы, но кабаков для нечисти пока не придумали.

— Но ведь они куда-то делись! Может быть, лавка их спрятала? — я отчаянно искала ответ. От этих денег в прямом смысле зависит моя жизнь!

— Исключено. Лавка пробудилась только вчера. Она пока слаба для таких вывертов. К тому же, в этом нет никакого смысла. Лавка не станет вредить своей хозяйке.

Мы с котом переглянулись и, кажется, подумали об одном и том же.

— В доме кто-то был. — Произнесла я.

— И этот кто-то стащил задаток. — Припечатал домовой.

Меня начало потряхивать. Кто бы мог подумать, что в двадцать три я буду мечтать о бутылочке успокоительного?

— Ох, бедовая же ты, ведьма! Не стоило так с Калиостро разговаривать. Руку на него поднимать уж тем более!

Меня перекосило. От одного только упоминания этого невыносимого мужчины внутри все вспыхнуло. Это ж надо такое сказать — моё место в гостиной. Сначала со спицами в руках, а через время с ребенком!

Негодяй! Как только у него язык повернулся? Знал бы он, кто я на самом деле…

Вернее, кем была раньше, пока меня не выставили.

— Что ты мне предлагаешь? Стоять и улыбаться?

— Рядом с таким человеком — да. Он опасен, Лили. Тебе не стоит набиваться к нему во враги.

Поздно. Уже набилась и, кажется, даже чуточку перестаралась.

Но переживать об этом буду позже. Сейчас нужно понять, куда делись деньги. И пока у меня кое-что не сходится:

— Кот, если в лавке кто-то был, то как ты его не заметил?

Нечистый усмехнулся, выпуская несколько кружочков черного дыма.

— Ведьма, я пробудился от многолетнего сна только вчера. Мне нужно гораздо больше времени, чтобы прийти в себя. А пока я должен набираться сил. И не забывай — я, в первую очередь, котик. А уже потом демон. Можно сказать, меня создали лишь для того, чтобы я с деловым видом спал на кресле! К слову, мне уже пора на боковую.

Оригинальная логика. Чтобы прийти в себя ото сна, ему нужно снова лечь спать! А демоном быть весьма-весьма недурно.

— Ну уж нет, — фыркнула я, хватая его за шкирку. Мне это помогло мало — он все равно растворился. Пришлось прибегнуть к бесчестной тактике — к манипуляции: — Если ты сейчас же не вернешься, я перестану с тобой разговаривать на неделю.

— И почему это звучит как заманчивое предложение? — раздалось гаденькое сбоку.

Кот все же появился. Плюхнулся пушистым задом на подлокотник и выдал умопомрачительное:

— Давай. Только быстро! Меня ждут важные дела.

— Кроватка? — хмыкнула я.

— Будешь отрицать важность сна?

На бессмысленные споры у меня не было времени.

— А теперь ответь мне на один вопрос.

— Только на один? — поинтересовался наглец с надеждой. Проигнорировав его, я продолжила:

— Почему ты не разрешил мне рассказать Александру правду? Это бы значительно облегчило мне жизнь.

Кот медлил. Говорить ему явно не хотелось. Он принялся бить хвостом по подлокотнику, загадочно глядя в потолок.

— Потому что ведьмы в первый год после слияния с источником очень нестабильны. Их легко… Отвязать. — Наконец произнес он.

Я пока мало что поняла, но в душе поселилось плохое предчувствие.

— Поясни.

— Твою связь с источником легко разрезать. Но не спеши радоваться. Это не так просто. И уж тем более не так приятно! Для этого нужно избавиться от нынешней хранительницы и быстро перевязать источник на другую душу.

— Ты думаешь… Что Александр способен на убийство?

— На что только не способны предприниматели, особенно такие успешные… Но нет. Он бы на такое не пошел. Но мог бы рассказать кому-нибудь. А потому мотай на ус… Вернее, на косу — никому, слышишь? Никому не говори, кто ты!

М-да… Что-то с каждым часом быть ведьмой становится все страшнее. А ещё я нутром чую — кот что-то недоговаривает. И мне очень хочется узнать, что именно, но давить на него сейчас не стоит. Иначе вообще никогда не расколется.

Внезапно в голову пришла догадка:

— Кот! А что если это он… Что, если Калиостро украл деньги? Зачаровал их магией, чтобы они исчезли?

— Нет. — Уверенно отозвался кот. — Уверяю тебя, это не он. Александр Калиостро хороший человек.

Приплыли!

— Несколько минут назад ты был иного мнения.

— Отнюдь. Поверь мне, он не так плох, как тебе хочется его видеть. Да, Калиостро вряд ли можно назвать воплощением доброты и кротости. Будь у него над головой нимб, уверен, он бы использовал его как лампочку.

— Ты вообще наш разговор слышал?

— Разумеется. И очень сожалел, что не успел запастись чем-нибудь вкусненьким к такому зрелищу! — протянул котик, выгибая спину. — Лилибет, он… Беспощадный, хитрый и, что самое опасное, очень умный. Если кто-то перейдет ему дорогу, ему не сносить головы. Но без дела он вредить не станет. Тем более женщине. Поверь мне. За свою длинную жизнь я научился разбираться в людях.

Что ж, возможно, кот прав. Но от этого легче не стало. Увы, но я перешла ему дорогу. В его глазах я не более, чем лгунишка.

Ещё и пощечину чуть не залепила…

— И ещё — деньги не были зачарованы. Я бы почувствовал магию. — Добил кот.
Выходит, зря я на него думала… Нехорошо получилось. Ох как нехорошо.

Так! Нужно выбросить Александра из головы. Выбросить, я сказала! Пустые разговоры и размышления лавку не спасут.

— Завтра начнем торговлю. — Произнесла я, направляясь в помещение лавки.

Оглядела шкафы, набитые товаром. Мысленно поблагодарила отца, который надеялся, что после дня рождения я тут же возьмусь за дело и начну торговать. Он закупил все необходимое: книги, зелья, даже кое-какие артефакты, сделал небольшой ремонт и установил добротный прилавок.

Помню, я была так счастлива в тот день… Я всегда хотела быть похожей на отца. Мечтала вести дело и зарабатывать этим на жизнь.

Что ж. Так и вышло. Теперь я здесь полноправная хозяйка. Вот только пока хорошего в этом мало…

— Нужна книга учета! — скомандовала я. — Нужно провести ревизию. Посчитать все, что можно пустить в дело. Все, что нельзя тоже нужно посчитать. Для душевного спокойствия!

Так-так… Обычно в таких домах всегда есть подвальные кладовки.

Одернув тонкий ковер, я подняла столб пыли и подтвердила свою догадку — в полу был люк.

— Не-е-ет! — взревел кот, вставая на маленькую дверцу. — Туда нельзя!

— Почему это?

— Нельзя! Не ходи! Ради своего же блага! И моего! Короче, ведьма, я тебя туда не пущу!

Думаю, ни для кого не секрет, что желание спуститься вниз стало ещё больше. 

— Там… — кот задумался, а после выкрикнул: — Там опасно. Очень!

— Да что же там?

— Зло! Не ходи, коли жизнь дорога!

— Хорошо, — легко согласилась я, мысленно делая пометку во что бы то ни стало узнать тайну кладовой. — У нас есть ручка и какая-нибудь тетрадь?

Ручки не оказалось. Зато нашлось перо, чернильница, в которой ещё булькала жизнь… Иначе назвать черно-зеленое месиво было невозможно, под прилавком обнаружилась толстенная книга, покрытая не менее внушительным слоем пыли.

Сдув её, я сделала два открытия. Первое — книга идеально подойдет для моих целей. Второе — котики очень смешно чихают. Настолько, что мне захотелось провернуть трюк с пылью ещё раз, но кот предусмотрительно пропал.

— Вот ведь! Издеваются над честными демонами!

Я скептически покосилась на наглую морду, вновь появившуюся на стойке. Морда ну никак не тянула на честную! Даже если отбежать на триста метров, один глаз закрыть, а второй прищурить. 

— Итак, приступим-с!

И мы принялись исследовать шкафы. Начать решили с сектора зелий.

— «Гыгы»? — прочитала я название первого флакона.

— О! — домовой оживился. — Это зелье смеха. Будь с ним поосторожнее. Один мой знакомый выпил на спор и смеялся так долго, что аж помер…

— Ужас какой!

— И не говори… — кот печально вздохнул. — Надо бы ему письмо написать. Спросить, как жизнь… В последний раз я видел его лет двести назад. В склепе! Он там концерт юмористический давал.

Я поежилась, представив это зрелище. Но не удержалась и откупорила флакон. Оттуда донеслось веселое:

— Колобок повесился! Ха-ха-ха!

— М-да… — резюмировала я, закрывая и возвращая флакон на место. Сделав пометку в книге-учета, взяла следующий. — «Зелье беспричинной храбрости»… Кот, у нас есть лицензия на продажу спиртных напитков?

Домовой прыснул, а я вписала название в книгу учета и поставила рядом вопросик.

— Так, что дальше… О! «Сильнейший приворот!», — прочитала я, а после пригляделась к мелким буквам внизу: — «Борщ».

— Путь к сердцу мужчины лежит через его желудок, — хмыкнул кот.

— Так, ладно. Что дальше? «Знатный конфуз!» — это что?

— Это старинный способ вывести соперницу из игры. Когда дамы и господа садились играть в карты, такое зелье подливали в чашу своей неприятельницы и её живот начинал урчать так, словно на королевство летит дракон! Дамы дико смущались, после позорно сбегали из-за стола и не появлялись на приемах в лучшем случае лет пять.

— Ну и глупость…

Однако в книгу внесла.

— Дальше… Хм… «Страшный конфуз!»… А это что такое?

— Слабительное. Очень сильное. Убери-ка его подальше, а?

— Надеюсь, «Ужасающего конфуза» не бывает?

— Отчего же? Бывает! Но это зелье запрещено и в свободной продаже его не найти.

— И слава богу. Даже знать не хочу, что оно делает. — Рука схватилась за следующую склянку: — «Женское счастье». Тоже приворотное?

Кот как-то странно хрюкнул.

— Нет, ведьма… Это для… Мужчин, а не для женщин.

— И что оно делает?

— Неважно. Поставь на место! Маленькая ещё.

— Ну я серьезно, мне для учета… Ой! А-а-а-а… — до меня наконец дошло. — О-о-о!

— Вот тебе и «О!». Пиши давай.

Медленно, но верно, список пополнялся. В итоге закончили мы только ночью. Я с чистой совестью закрыла книгу-учета и спрятала её в прилавке. 

— Ну что? Спать? — Кот зевал столь широко, что я начала искренне переживать, как бы он не вывихнул челюсть. Впрочем, я устала не меньше.

Вдвоем мы поднялись в мою спальню и вместе же легли спать.

Кот наотрез отказался отдыхать в другом месте. Целых полчаса я воевала за свою кровать, но в итоге оказалась на краю. А все потому, что эта пушистая зараза применила ко мне запрещенный прием — милые умоляющие глазки!

Снился мне, как ни странно, Александр.

Мужчина сидел за столом в просторном кабинете и что-то писал. Я тихо подошла к нему и положила руки на напряженные плечи.

— Устал?

Он прекратил писать и повернулся ко мне.

— Устал. Но сейчас мне уже гораздо лучше. — Мужчина посмотрел в мои глаза и широко улыбнулся. Взял меня за руку и медленно притянул к губам.

Сердце забилось часто-часто. Я улыбалась как дурочка, глядя в пылающие синие очи.

— Леди Фарси… — протянул он, поднимаясь.

— Да, лорд Калиостро?

Мужчина медленно склонился к моим губам и выдохнул:

— Я ведь уже сказал — я не терплю обманщиц.

Я выругалась и подскочила на кровати. Что за чертовщина мне снится? И почему в ней участвует Александр?

Тряхнув головой, я огляделась. За окном все ещё ночь. Кот спит на кровати, забавно посапывая.

— Кот?

Рог-ухо дернулось, но домовой не проснулся.

— Ты спишь?

Сопение продолжилось.

Я осторожно вышла в коридор и принялась спускаться по лестнице. Молясь на каждой ступеньке, чтобы та не скрипела, я оказалась внизу. Изначально планировала попить воды, но ноги сами принесли меня в помещение магазина. 

Воровато осмотревшись, поняла, что до сих пор одна. Отлично. Пришло время разгадать тайну кота.

Я осторожно сдернула ковер, присела на корточки и потянула крышку люка наверх.
Дорогие мои, в моем телеграм-канале появился пост с визуалом Александра! Посмотреть на нашего лорда можно

Крайне неохотно деревянное полотно приподнялось. Оттуда на меня посмотрела кромешная тьма. Слава богу, только она.

Либо все чудища уже легли спать, либо я слишком страшная и они боятся выйти, либо… их там просто нет.

И что-то мне подсказывает, что последний вариант самый верный. Лично я, если бы была чудовищем, ни за что бы ни полезла в погреб. Там холодно, сыро и вообще невесело. Я бы засела под кроватью и щекотала бы хозяйские пятки в ночи, а на вопрос «Кто здесь?» смело бы отвечала «Я!».

На худой конец я бы обжилась в кухонном шкафу. А что? Всегда есть что поесть. А если очень скучно, можно устроить концерт с помощью ложки и кастрюли.

Я сбегала на кухню, нашла в буфете старую керосиновую лампу, зажгла её с четвертой попытки и отправилась на поиски приключений!

Ну, чудища, ждите! Я иду. Кто не спрятался — тому сильно не повезло.

Ведь чудище — это не просто толстая кожа. Это ещё и сто кило свежего мяса.

Я спустилась по шатающейся навесной лестнице. Лампа замигала и погасла. Вместо неё над головой распустился большой сверкающий цветок. Сияние его лепестков было столь ярким, что мне пришлось зажмуриться на несколько секунд.

Кладовая оказалась никакой не кладовой, а небольшой комнатой с письменным столом, кучей шкафов и коробов.

Я осторожно прошла вперед.

«Ведьмовство для чайников», «Кодекс настоящей ведьмы», «Как найти ингредиенты для зелья и не сесть в тюрьму», «Инквизиторы. Кто они: друзья или враги?», «Как колдовать весело и эффективно: 100 и 1 совет по использованию силы. С картинками» — гласили корешки книг в шкафах.

— Интересно… — протянула я. Выходит, это кабинет бывшей хозяйки источника.

Изучая комнату, я чуть не растянулась на полу, зацепившись ногой за коробку. Раскрыв её, я сначала нахмурилась, а потом рассмеялась.

Внутри лежали сигареты! Содержимое других коробок оказалось ровно таким же.

Вот тебе и тайна, Элизабет. Страшная и… И вредная!

— Хвост мне в рот! — раздалось рядом. Кот появился на столе и выглядел крайне расстроенным. — Ты зачем… Ты… Тьфу!

— Вот именно — тьфу! — я решила перейти в наступление. — Хотел скрыть от меня такой кладезь знаний! А все из-за чего? Из-за своей пагубной привычки.

— Лиличка, не ругайся… — демон поджал уши. — Пошли спать, а? Утром поговорим…

Он правда думает, что я так просто это оставлю?

Ну уж нет. Из всего нужно выжимать выгоду!

— Я в страшной обиде. — Я закрыла глаза и отвернулась от него. — В очень страшной. Настолько, что могу начать совершать необдуманные поступки. Например, устроить уборку! И начну я, пожалуй, с этих коробок…

За спиной послышался скулеж.

— Но я могу передумать, если ты… — на губах расцвела широченная улыбка, — назовешь. Своё. Имя.

Я посмотрела на него. Кот не растерялся и вновь попытался состроить моську.

— На этот раз не получится.

Домовой ощетинился.

— Лиличка, пошли спать? Тебе ведь рано вставать. И вообще…

— Имя!

Мы с минуту смотрели друг на друга. Кот совсем поник. Даже в размерах уменьшился.

— Лиличка, обещаешь, что не будешь смеяться? — он дождался моего кивка, а после выдохнул едва слышно: — Ев… Евлам… Евлампий я!

Я прыснула. Да уж… Не самое лучшее имя для демона.

— Ты обещала!

После этой фразы я не сдержалась и тихо захихикала.

— Кхм… Хе-хе… Хорошее имя! Душевное. И чего ты его скрывал?

— Она ещё спрашивает! — кот обиделся и растворился.

— Да ладно тебе. Нормальное имя. Евла-а-ампи-и-ий! Звучит грозно и со вкусом. А вообще — нужно было соглашаться на Нафаню.

— Ну тебя! — донеслось откуда-то сверху.

Я вновь захихикала и огляделась в поисках чего-нибудь интересного. Взгляд то и дело цеплялся за коробки с сигаретами. Их было больше двух десятков!

— И все-таки кое-что мне не понятно… Почему отец не выбросил все это? Он бы непременно счел книги хламом. Про дрянь, которую ты так сильно защищаешь, я вообще молчу!

— Знамо дело почему. — Раздалось снисходительное. — Дверь-то только ведьма увидеть может. Эта комната зачарована! Сюда только ты да я проникнуть можем.

Ясненько…

— А прошлая хозяйка была не прочь… расслабиться?

— Ты про сигареты? Нет. Просто в то время на них запрет был. Она быстренько закупилась целой партией и продавала их поштучно. Разбогатела буквально на глазах!

Да уж… Вот у кого стоит бизнесу учиться!

Погодите-ка! Это ж сколько лавке лет? Запрет на курение был аж двести лет назад. Вот это раритет мне достался!

Я вернулась в постель, но улыбаться не перестала.

— Евлампушка, а ты меня точно не обманываешь?

— Нечисть не может лгать. Только недоговаривать. И я Евлампий, а не Евлампушка! Это великое и очень древнее имя! Имей уважение. Или хотя бы совесть.

За неимением ни того ни другого, я продолжила ухмыляться.

Кот этой ночью больше не появился.

***

Ровно в шесть часов утра в комнате объявился мой драгоценный Евлампий. Взирая на меня как на врага народа, он сообщил, что пора приниматься за работу.

В тот же миг я слетела с кровати и отправилась умываться. После облачилась в свое самое простое платье, собрала волосы в косу и спустилась в лавку.

Смахнув пыль с полок, глубоко вдохнула, пытаясь унять внутреннее беспокойство.

Нацепив дружелюбную улыбку, расправила плечи и прошествовала к двери. Прокрутила ключ, открывая лавку, и торжественно перевернула табличку с «Закрыто» на «Добро пожаловать!».

Буквально в то же мгновение хлынул народ! Люди всех мастей и должностей ввалились в лавку и принялись закидывать меня мешками с деньгами, буквально на коленях умоляя продать им тот или иной товар. В этот момент мимо проезжал Александр. Он заглянул в лавку, я тут же швырнула в него двойным задатком и величаво скрутила фигу, мол, накось, выкуси!

Жаль, вот только все это было в моих мечтах.

За три часа в лавку так никто и не вошел.

— А чего ты губы надула? Думаешь, все будет легко и просто? — фыркал демон.

Я с грустью посмотрела на пустую кассу.

Н-да… Так сани не поедут. Нужно что-то придумать!

В этот момент колокольчик на двери мелодично загремел. Встрепенувшись, посмотрела на посетителя и встретилась с насмешливым взглядом синих глаз.

— Доброе утро, леди Фарси. — Проговорил мужчина, облокотившись об стойку.

— Пришли позлорадствовать?

— Как можно? — Калиостро притворно оскорбился. — Просто я очень по вам соскучился.

Внезапно я почувствовала себя чайником, который забыли на огне. Шея, щеки и, кажется, даже лоб, начали гореть не то от злости, не то от…

От какого-то странного, ранее мной неизведанного чувства, странно похожего на смущение.

Ко всему этому у меня жутко зачесались руки.

— А я по вам отнюдь не скучаю. — Заявила ему в лицо.

— Какая досада, — он поджал губы и отвел глаза, чтобы в следующее мгновение вновь улыбнуться. — Полагаю, приглашения на чай с баранками ждать не стоит?

— Могу предложить воду. Со льдом.

Там будет очень много льда и очень мало воды.

— Леди Фарси, вы сама любезность. Спасибо, но, пожалуй, в другой раз. Боюсь простудиться.

— Бойтесь. — Я хищно усмехнулась. — Знаете, в лавке такие сквозняки… Просто ужасные. Просто-таки зверские!

В довершение моих слов кот, сидящий под прилавком, закашлялся. Причем так громко и выразительно, что я подпрыгнула от неожиданности.

Александр же, напротив — преисполнился любопытства. Он подался вперед и попытался заглянуть за стойку. Я в тот же миг встала перед ним.

Мы так и замерли, глядя друг на друга.

«До чего же необычный цвет у его глаз», — пронеслось в голове.

Вздрогнув, я прочистила горло.

Кот тем временем все никак не мог остановиться кашлять. Продолжая делать вид, словно ничего странного не происходит, я легонько пихнула домового ногой.

Сделала лишь хуже — он подавился.

— Да уж. Сквозняки у вас воистину кошмарные. — Протянул Калиостро.

Демону наконец удалось переместиться в другое место. Он отправился кряхтеть на второй этаж.

— Милорд, разве у вас нет дел на сегодня? — спросила я, стремясь перевести разговор в другое русло.

— Дела? — хмыкнул он. — Да, дела есть. Однако в вашей лавке так… увлекательно, что я совсем про них забыл. — Мужчина смерил меня ироничным взглядом.

— Была рада помочь вспомнить.

«Дверь там», — хотелось добавить, но я посчитала это совсем уж наглостью.

— Леди Фарси, у вас есть зелье успеха в делах? — внезапно спросил он.

— Есть. — Кивнула, но не удержалась и спросила: — А что, имеется острая необходимость?

— Слава Небу, у меня все отлично. Мне для одной самоуверенной особы.

Вдаваться в подробности не стала. Мне до его особ совсем нет дела.

— Один серебряный, лорд Калиостро, — сказала, ставя зелье с многообещающим названием «успех любой ценой» перед ним.

На стойку легла монетка. Сам лорд отвесил издевательский поклон и, развернувшись на каблуках сапог, направился к двери.

Флакон с зельем остался стоять на месте.

— Александр, вы забыли…

— Удачи, леди Фарси. Она вам пригодится, — оборвал меня он, выходя на улицу.

Я ошарашенно смотрела то на монету, то на стеклянную бутылочку.

— Вот ведь ур… Урюк!

В лавку по лестнице чинно спустился Евлампий.

— Поздравляю с первой продажей, дорогая! — воскликнул он радостно. — Ну что, сегодня гульнем?

— Больные коклюшем не гуляют. Они уныло лежат в кроватке и мрачно смотрят в потолок в ожидании лекаря с большим-пребольшим шприцом. — Фыркнула, ставя зелье успеха на место.

— Кто ж виноват, что я поперхнулся?

Хм… ума не приложу! Вариантов ведь так много. Курение, например. Или курение. Или… О, знаю — курение.

— Почему ты сразу не перенесся?

— Думаешь, легко колдовать и кашлять одновременно? — в голосе демона послышался укор.

Отмахнувшись от него, мрачно оглядела ломящиеся товаром шкафы. Взгляд зацепился за злосчастное зелье успеха.

Может…

Ну нет! Я не настолько отчаялась, что прибегать к столь опасной магии.

Да и никогда не угадаешь, как сработает зелье. Возможно всякое: от найденной монетки в кармане зимней куртки до внезапного наследства от дальней тетушки.

А вот последствия всегда одинаковые — неделя тотального невезения, пережить которую то ещё испытание.

Колокольчик снова звякнул. На пороге оказался милейший юноша лет семнадцати с большой сумкой.

— О! — он восхищенно посмотрел на меня и пошатнулся на ногах. — Как вы посмели?!

— Вы это мне? — я на всякий случай осмотрелась.

— Вам! Как вы посмели быть столь прекрасны?! Это преступление!

Я против воли хихикнула. Приятно, черт возьми!

— В ваших глазах я вижу звезды! — он сложил губы буквой «О» и схватился за голову.

Здорово!

Вот только многие говорят, что это черти пляшут. Врут — это звезды!

— Какие у вас длинные и изящные руки! Особенно левая!

А правая?..

— Уверен, когда вы смотритесь в зеркало, оно трескается… От вашей красоты!

Кхм… Что-то парень не туда съехал.

Он приближался ко мне, неумолимо извергая из себя все более и более витиеватые комплименты. Когда на его пути (к моему большому счастью!) возникла стойка, он замер и жестом фокусника достал из сумки…

— Купите газетку, а? Я уже устал с ними таскаться.

Вот оно что.

Закатив глаза, я против воли рассмеялась.

— Сколько?

— Один медяк. — Быстро отреагировал он.

Я вручила ему серебряный. Дождалась свои девять медяков сдачи и выдохнула с облегчением, когда он ушел.

— Никогда не понимал значения фразы «Наглость — второе счастье». Теперь понял. — Мурлыкнул Евлампий.

Я было хотела согласиться, но глаза зацепились на заголовок газеты. Мне почудилось, что земля уходит из-под ног… Голова закружилась, дышать стало тяжело. Я буквально повисла на прилавке, в ужасе глядя на газету.

Быть этого не может… Это просто невероятно! Это… Это…

Это конец.