Эту ферму мне муж купил

Зои

Я долго стояла и смотрела на брызгающего слюной мужчину. Он вызывал во мне такой огромный спектр чувств: от омерзения до полнейшей ненависти. Зачем-то теребила заколку в виде птички на платье.

— Ты знаешь, что натворила, — орал на молодую супругу граф Сандерс. — Добилась своего Зои?

Мне крыть было нечем. Добилась.

Только вчера я осознала, что являюсь попаданкой. И что мне не снятся эти бесконечные километры тюля, парчи и прочей свадебной дребедени.

Почему я спокойно обо всем рассуждаю? Потому что в банальной женской истерике нет никакого смысла, все случилось быстро.

Моя жизнь оборвалась внезапно и довольно трагично.

Каждое утро на улицах большого города первыми просыпаются они. Самокатчики. Пока ты наливаешь себе кофе в любимую чашку, пока лениво расчесываешь волосы, они уже рассекают по тротуарам и шоссе. Как прискорбно осознавать, что сердце прекратилось биться в грудной клетке из-за напомаженного, бородатого хипстера в пиджачке и с рюкзаком с наклеечками.

Оторвавшись от физической оболочки, первой мыслью было преследовать этого бедолагу до его смерти. Бренчать цепями и орать не своим голосом, когда он засыпает. Появляться и уходить, зловеще хохотать на ухо, вызывая седые волосы у парнишки. Но у Вселенной на меня были иные планы.

Меня вихрем закрутило в небесный водоворот, подняло над городом, пронесло в космосе, и когда я обрадованно выдохнула, посудив, что где-то рядом врата в Рай, меня выплюнуло в незнакомом месте. В тело рыжеволосой, влюбленной наивной девочки Зои.

— А что я такого сделала? — спросила между делом.

Впрочем, о преступлении девушки мне было известно. Сиротка, пусть и не простая, вхожая в богатый дом, подкараулила аристократа и устроила скандал, вынудив молодого и перспективного мужчину на ней жениться. Естественно, партия молодого человека не устраивала. Естественно, оказавшись наедине с невестой, тот спустил на нее всех собак.

Зои Хоммерфильд, а ныне Сандерс, магией не обладала, не была ничем примечательна, кроме своей огненной внешности. В нашем мире ее бы называли бестией, ведьмой, очаровывались оленьим, диснеевским взглядом и красивым оттенком волос. Но в мире Германа Сандерса, настоящей Зои и других обывателей девушка успехом не пользовалась. Не сильно богатая, без связей, пустышка с толикой не самого заманчивого приданого.

— Не строй из себя идиотку, Зои, — окончательно вспыхнул граф.

Он ходил из стороны в сторону в их спальне.

Свадебные торжества закончились, и молодоженам следовало провести первую брачную ночь.

Истинная Зои возлагала на нее большие надежды, почему-то решив, что Герман забудет о ее маленьком подлоге. Но она же покинула свой мир, когда жених, не стесняясь, на нее наорал, и ее место заняла я. Неведомые силы втолкнули меня в это тело, несмотря на мои протесты. Спать с этим белобрысым увальнем я не собиралась. Много чести.

Наоборот, я бы всеми способами пыталась избежать подобной участи. К счастью, не пришлось.

— Я с тобой разведусь, — фыркнул он, не глядя на меня.

Я промолчала. Учитывая, что еще вчера девушка раболепно посматривала на Германа, говорить противоположное мнение было опасно.

— Что ты встала, как курица? — противно взвизгнул он. — Найди себе другую комнату. Зои, — остановил меня у двери, — не рассчитывай, что ты задержишься в Уэйкхерсте. Будь готова с рассветом. Утром я отправлю тебя в Сандер-хаус. Он твой.

— Куда? — не поняла я.

— На родовую ферму, — морщился жених. — Она полузаброшена, там живет моя троюродная сестра, такая же полоумная, как и ты. Вот с ней и будешь жить.

— Отлично, — я пожала плечами.

Я-то в отличие от Зои любовью к мерзким личностям не преисполняюсь. Быть подальше от Германа — уже хорошая новость. А раз он не любит родственницу, смею предположить, что та от него тоже не в восторге.

— Отлично? — вспыхнул граф Сандерс. — Отлично? Я обдеру тебя как липку. Сама захотела выйти за меня замуж. Все твое имущество, доставшееся от родителей, я заложу. Все платья распродам. Все украшения подарю любовницам. Довольна?

А вот это было плохой новостью, и все же я разумно посчитала, что жить возле рьяного мстителя гораздо хуже, чем на отдаленной ферме без денег, посему торопливо закивала.

— Все, что прикажешь, дорогой.

И в этом «дорогой» было столько сарказма.

Я покинула комнату под очередную вспышку гнева мужчины и вышла на улицу. За один день своего попаданства я уяснила, что будущее мое очень зыбко, и что мне повезло на подобную реакцию графа. В конце концов, тот хотел избавиться от меня, а мог оставить рядом, бесконечно мучить, издеваться. И я не имела права сказать что-то вопреки. Я из другого мира, и нынешние порядки мне неизвестны.

Прислуга в доме Сандерса меня не останавливала. Скорее, те тоже мечтали, чтобы я куда-то свалила. Все осуждали бедняжку Зои, но никто ее не поддерживал.

За дверью, на крыльце, я свободно вздохнула. Где-то кто-то завыл.

Не веря своим ушам, глазам и интуиции, я выглянула за ворота городского особняка.

— Хозяйка, это ты? — передо мной сидел хаски и вилял хвостом.

Нет, не так.

Это. Был. Мой. Хаски.

Мой Буран, которого я когда-то купила в питомнике. Мой, в том смысле, что с ним мы жили в той реальности, в той местности, где по зебрам, сломя голову, неслись самокатчики. И каким-то образом я понимала его речь.

Впустив собаку на территорию, я опустилась вниз и схватилась за ошейник.

Все верно, на жетоне высечено имя — Зоя Савикова и мой телефонный номер. Все сомнения отпали.

— Как ты сюда попал? — ошарашенно спросила я, попутно обнимая слюнявого и мохнатого друга.

— Понятия не имею, — Буран беспечно почесал ухо задней ногой. — Заснул, проснулся, и уже на улице. Беспредел, я считаю. Ты меня в другой город вывезла? Я тебя-то по запаху вычислил. И что ты сделала? Прическу поменяла?

Зои

Стоя с котомкой у двери, я смущалась. Стучала в дверцу, но уже добрых десять минут мне никто не открывал.

Вчера Герман не шутил, решив выслать меня из столицы. С раннего утра вызвал наемный экипаж, щедро отсыпал монет возничему и отправил меня восвояси. И наличие питомца его не смутило. Зои он по-своему считал сумасшедшей.

Я же, пользуясь короткой свободой, сайгаком метнулась в родной дом, где челядь мисс Хоммерфильд спешно паковала вещи. Их разогнали, а они не преминули возможностью обворовать девушку. Я бы ничего и не подозревала, но нюх Бурана не подвел.

— У них что-то в складках спрятано, девушке принадлежит, — гавкнул он.

Как оказалось, мой песий друг был очень полезен. Во-первых, без него я бы дом Зои не нашла, нас привел нос Бурана. А во-вторых, я бы и не ведала, какими сокровищами обладаю.

Пришлось раскулачивать прислугу под их визги и рычание собаки, чем-то смутно походящей на волка. Пусть здесь магия не в новинку, но я предпочитала не распространяться о том, что понимаю язык животных. Позже выяснилось — не зря.

Он, кстати, наше попадание воспринял философски. Чему быть, то не облаять. Чего не миновать, то тоже не облаять.

В общем, в Сандер–хаус мы уже приехали, заряженные на скандал, драму и бардак.

Ферма умирала. Правильнее будет сказать, что фермы-то и не было. Были заборы, какие-то посадки, несколько деревьев. Но я сама выходец из деревенской местности. Что-то не слышу хрюканье, мычание и блеяние. Это не ферма, а покосившийся большой дом, требующий ремонта.

С другой стороны, выглядели постройки весьма романтично и уютно. Здание покрылось изумрудным мхом, по другой стене бежали побеги дикого винограда. Трава застилала всю долину. Красиво... бедно немного, но красиво.

Наконец, я не вытерпела. Начала барабанить в дверь ногой. Еще минуту, и буду взламывать домик шпилькой из прически. И, кажется, мой гнев сработал.

К двери кто-то подошел.

— Хватит долбить, Росс, — раздалось внутри, — я не в настроении. Как прокляну... — Распахнув створку, хозяйка дома уставилась на меня, а я на нее. — Ты не Росс.

— Я не Росс, а ты Аспида, верно?

Я словно на свое отражение смотрела. Такое же рыжее, конопатое и зеленоглазое. Но менее выспавшееся, помятое и с отвращением во взгляде.

— Я Аспида, — кивнула девица, не давая пройти, — а ты кто?

— А я твой новый сосед, — забурчала я, проталкивая через кусок воздуха свою котомку, — посторонись.

Девушка, не ожидавшая подобного напора, сделала шаг назад и двинула бровью.

— Еще раз спрашиваю, ты кто? Не вынуждай звать меня законников.

И я бы ответила, но издалека послышался новый звук, будто кто-то бежит с длинными когтями по ламинату и пробуксовывает.

Из-за поворота появился еще один житель фермы.

— Давай, я ее подпалю, Аспида? — предложило нечто.

К такому жизнь меня точно не готовила. Я повидала массу существ, но родных и привычных: лошадей, овец, куриц там, коров. А выскочила огроменная ящерица... с крыльями... с длинными зубами и ядовито-голубым окрасом.

— Подпалишь? — ахнула я, сев на свою же сумку. Ноги от впечатлений не держат.

— Я тебе подпалю, — зарычал рядом Буран. —  Ща как укушу.

Бросившись к непонятному существу, попытался прокусить его кожу, но бунт был подавлен. Скотина не прокусывалась, зубы попросту соскальзывали по бронированной чешуе. Эта злая мегера, усмехаясь, пыхнула на него дымком из пасти, отчего мой защитник заскулил, отбежал и спрятался за моими ногами.

— Хаска-фиаска, — дразнила его ящерица, но опомнившись, повернулась ко мне. — Ты, что, нас понимаешь?

Аспида тоже подалась вперед и протянула руку, помогая мне встать.

— Ты, что, их понимаешь? Ты кто такая?

— Прости, — я неловко поклонилась. — Я жена твоего какого-то там брата. Браком он недоволен и выслал сюда.

— А почему никто не предупредил о твоем приезде?

Я наклонилась и исподлобья спросила.

— Да, чтобы ты замки поменяла? В общем, я новая супруга твоего родственника.

— Германа? — она скривилась.

— Его самого, — обрадованно подтвердила я.

— Козел, — заключила девица. — Зачем за него пошла? Впрочем, плевать. Ты же иномирянка, верно?

На сумку я села во второй раз, потому что мудрость мысли и догадливость Аспиды начали напрягать. Ну? И где я прокололась?

Про Аспиду я узнала от Германа. Ее в семье Сандерс не привечали, в связи с тем что ее отец — младший брат отца Германа, когда-то женился на нагине. И маленькая Аспида унаследовала мамин характер и способность к обращению.

— С чего ты взяла, что я иномирянка? — осторожно спросила я, выждав некоторое количество секунд.

— Ты не маг, ты не умеешь себя вести, — начала она загибать пальцы, — тебя выслал собственный муж, и, наконец, у тебя есть пассивный дар. А пассивными дарами обладают только иномирянки.

— Хозяйка, — приник к полу Буран, — может, ну это, закусаем ее до смерти. На кой нам свидетели?

— Ты меня прокусить не смог, ее прокусишь? — снова пыхнула гарью крылатая, чешуйчатая буханка на ножках.

— Помолчите, — я взялась за виски и попыталась игнорировать зверинец. Терпеть завывания хаски одно, но когда у того появилась компания, его стало сложно заткнуть. — Хорошо, не буду отпираться, — обращалась я к Аспиде, — я иномирянка. Что это значит для тебя и для меня?

Она широко и хищно улыбнулась, обнажая длинные клыки вместо резцов.

— Иномирянок у нас не любят. Их сдают властям, а что происходит дальше, никто не ведает.

— Ты меня сдашь? — сердце неистово забилось.

Правильно говорят, что женщины внимательнее и умнее мужчин. Герман за полные сутки так и не вычислил подмену своей невесты, зато эта рыжая стерва просекла за пару мгновений и короткий диалог.

Она не торопилась, о чем-то думала, хмурила брови и подпирала собранным кулаком подбородок.

— Нет, расслабься, — махнула она рукой. — С властями я тоже не в ладах, жителей города терпеть не могу, а с тобой хотя бы можно беседовать. Будешь переводить мне слова Файера.

— Файера?

Почему-то мне казалось, что синяя ящерица — девочка. Но нет, это был домашний питомец нагини — крылатый виверн.

Буран, выяснив, что несмотря на размер, Файер умен и очень опасен, упал на бок ввиду внезапно наступившей задумчивости.

— Покажешь мне здесь все? — попросила я девушку.

Аспида кивнула и позволила пройти дальше коридора. Ее отец и отец Германа в равной степени владели фермой. Так что и она была полноценной хозяйкой, с которой я буду вынуждена считаться.

Почти все комнаты в доме были заперты. Утопали в пыли. Мебель накрыли полотнами, чтобы лак на дереве не трескался.

Девушка пользовалась тремя помещениями: собственной комнатой, ванной и кухней. Изучив ванную, я удовлетворенно отметила, что работало все на магии, и изобретать водопровод и водоотведение не потребуется. Да и, признаться честно, я бы его не изобрела, понятия не имею, как это делать.

Ради меня Аспида расщедрилась, разрешила выбрать спальню, где можно будет сбросить вещи. И выбирала я медленно и тщательно. Вряд ли я когда-нибудь вернусь в свой мир, придется обживаться здесь.

Мне повезло наткнуться на уютную каморку на втором этаже, со своим балконом, откуда открывался вид на небольшую бухту. Шагнув к перилам, у меня перехватило дыхание.

В своем мире мне бы пришлось преодолеть немало километров ради увиденного, а с этого мгновения мне достаточно просто проснуться.

К Аспиде я вернулась быстро. Не терпелось узнать, почему ферма в таком запустении.

— Потому что я не люблю людей, — встретила она меня на кухне, отпивая кофе из большой кружки.

— Что? — я замерла. — Ты, что, умеешь читать мои мысли?

— Нет, Зои, — она засмеялась и закашлялась, —  у тебя на лице все написано. Тебе надо повязку на глаз, а лучше на рот, а лучше закрыть все это, — обрисовала она круг в воздухе. — Ты хотела узнать, почему ферма не работает, я права?

— Да, — я нехотя подтвердила ее догадку, — и ты объясняешь это тем, что не любишь людей. А как же ты живешь, чем зарабатываешь?

— Мне не надо работать, Зои, — осклабилась Аспида. — Пропитание я себе и в лесу добуду, а большего мне не требуется.

Мда, у меня очень скудные познания о любых оборотнях. Но я жить, как она, точно не смогу.

— Почему ничего не посадишь? Для этого люди не нужны.

— И что мне потом со всем делать? Ухаживать, окучивать, поливать? — закатила рыжая заноза глаза. — Для чего?

— Ну, есть там, — я неопределенно взмахнула ладонью, — продавать.

— И опять мы упираемся в то, что я не люблю людей, — хмыкнула моя новоявленная соседка.

— За что же ты их так не любишь? — не выдержала я. — Что они тебе сделали?

Лицо Аспиды мгновенно потемнело. Я явно сморозила какую-то глупость, даже любопытный Файер забежал на кухню, чтобы выдать свою звериную мудрость.

— Ой, дура, — запричитал виверн, хлопая крыльями, — ты про вежливость слышала? Про хороший тон? Кто же в лоб подобные вопросы задает?

— А что она такого спросила? — недоумевал Буран. — В чем невежливость?

— Хозяйка рыжая, не видишь? — пояснила ящерица.

— Так, моя хозяйка тоже рыжая, — рявкнул пес.

— Точно, — Файер смешно приложил лапы к чешуйчатым, переливавшимся на солнышке щекам, — такая же убогая. Прилетели. И что с вас взять? Грех рыжих трогать, они мутанты.

Слушая вопли зверей, я так ничего и не поняла. Что за массовая ненависть к огненному цвету волос?

— Что они прокрякали? — заинтересовалась Аспида.

— Что-то про рыжих, — я медлила. — С этим будут проблемы?

Девица хохотнула.

— Еще какие. Сама увидишь, — пообещала она мне загадочно.

Впрочем, обед еще не наступил. И столкнуться с жителями городка Хайклер мне предстояло очень скоро.

Аспида по доброте душевной поделилась завтраком и напоила животворящим напитком. Я наполнилась силами и сообщила девушке, что ее вынужденное затворничество продолжаться не может.

Если она, обращаясь, способна охотиться, то я, к ее вящему сожалению, нуждаюсь в общении, нормальной еде, и мечтаю заработать денег.

Я ждала крепкой отповеди, уговоров, но рыжая магисса и ухом не повела.

— Да, пожалуйста. Куда ты хочешь попасть?

Да куда угодно. Сходить за мясом, за семенами, за кухонной снедью. В этом доме мышь повесится. Боялась открывать холодный ларь, чтобы не встретить подтверждения своим словам.

Вовремя опомнившись, я разумно посудила, что о животноводстве и земледелии знаю не то чтобы много. Растения рассаживать я умела, ягоды там собирать, зелень в горшках выращивать, но с промышленными масштабами не сталкивалась.

Растратить последние средства, так полезно подхваченные в доме Зои, успею всегда, а образование бесценно.

— В Хайклере есть книжный магазин? — уточнила у нее.

— О, — она даже мне подмигнула, — он тебе больше всех понравится. Собирайся.

Мда, я совсем недооценивала силу нагини. Переодевшись в платье в цветочек, взяла с собой корзинку, остаток средств на покупку книг и воду в стеклянной бутыли. Полагала, что путь не близкий, мы обе устанем, но потом отыщем в этой местности возничего.

Я полагала, а Аспида располагала.

Она не любила людей, потому что люди не любили ее. Из чего девушка сделала вывод: «Не можешь быть примером для подражания, объектом воздыхания, тогда попробуй быть ужасающим предупреждением».

В общем, пока я занималась сборами, к калитке подкатила телега с испуганным мужчиной в соломенной шляпе.

— Наш сосед, Эдвард, — тыкнула в него пальцем рыжеволосая бестия. — Отвезет и привезет. Устраивайся.

— Доброго денечка, — дернулся несчастный, косясь на сросшиеся ноги моей новой подруги.

Закрывая лицо ладонью, делая вид, что это солнце слепит меня, пыталась игнорировать змеиный хвост Аспиды. Да она им ночью меня задушит. Интересно, а чем наги питаются? А если... мной?

Девушка мое замешательство не замечала. Она мечтательно жевала соломинку и возлежала на досках.

Минут через пятнадцать я привыкла к необычному виду соседки. Еще обрадовалась, что Бурана с собой не взяла. Собачье сердце бы не выдержало и унеслось бы куда-то в небеса.

Мы ехали и ехали, пока я, устав от молчания новой подруги, не переползла к Эдварду.

— Вы наш сосед?

— Простите, хозяюшка, не представился, — будь его воля, он бы отпрыгнул, оставил бы мне вожжи и сбежал от нас подальше. — Я тоже фермер.

— А что вы производите?

Если честно, меня больше занимало, почему я не слышу двух его лошадей. С Бураном и Файером проблем не было, но я вспомнила, что и других животных в этом мире не слышала.

Не рано ли я призналась Аспиде в своем умении?

— Зерно, мясо, — пожал плечами мужчина. — Если вам что-то понадобится, обращайтесь.

— А ей понадобится, Эдвард, — зловеще произнесла за нами Аспида. — Ей очень понадобится.

Бедолага вздрогнул и побледнел. Мне стало его жаль, и на протяжении всего пути я беседу не заводила. Единственное, когда наш возничий остановился и отправился в кусты, я не утерпела, слезла с подножки и погладила носы двух гнедых кобылок.

— И куда нас опять тащут, Элли? — мотала головой более темная.

— Куда тащут, туда и доставим, — фыркнула посветлее.

О, видать на обширной территории я слышала голоса животных, если до них дотронусь.

— Господа лошади, — тихонько к ним обратилась, — спасибо за ваш труд. А долго нам еще ехать?

— Элли, человек нас о чем-то спрашивает? — заволновалась первая. — Что ответить? Элли, это человек. Элли, он спрашивает.

— Эдди, заткнись. Я сама все слышала. А нам откуда знать? Куда ведут, туда и везем.

Я закашлялась. В моем мире лошади считались очень умными животными. И данные как-то не сходились.

— Вы не в курсе, куда мы едем?

— Мы не в курсе, куда вы едете. Сами ответьте, а когда будет обед?

— Когда вы нас довезете? — предположила я.

— А когда мы вас довезем? — поставила меня в тупик кобылка.

Мир рушился. В моем понимании, лошади были умнейшими существами на планете, уступавшие в интеллекте людям, собакам и дельфинам.

С другой стороны, знавала я парочку людей, так там и до дельфина далеко. Да и Буран не ученый. Жизнь хаски состояла из трех направлений деятельности: пожрать, поспать и повыть. И когда тот выл, живые завидовали мертвым.

В общем, беседу с животным отложила. Буду расспрашивать Аспиду.

К счастью, девушка разъяснила, что до городка осталось всего ничего. Превратила свой хвост в ноги и стала похожа на мою сестренку. Сдается мне, рыжие в Хайклере должны держаться вместе.

На главную улицу мы въехали через тридцать минут. Аспида наградила Эдварда медной монеткой и властным голосом повелела вернуться за нами через три часа.

Стараясь не обращать внимания на поведение девушки, я во все глаза уставилась на городишко.

Он был... ухоженным. Маленьким, уютным, с вымощенными камнем улочками, домиками в два этажа, разными лавками с премилыми вывесками, но с очень странными людьми.

На нас сильно пялились. Дети, взрослые, никто не мог просто пройти мимо. Останавливались, фыркали, кто-то делал жесты, походящие на крещение. Я словно оказалась в средневековье, и  меня собирались сжечь за ведьмовство.

— Зои, идем, — Аспида потянула меня за руку. Ей было плевать на обстановку. По-моему, она упивалась вниманием и страхом, потому что на ее коже периодически поблескивала чешуя, и она показывала свои клыки всем прохожим. Хищно улыбалась, клацала, вытаскивала раздвоенный язык. Проще говоря, впечатляла. — Провожу тебя в книжную лавку.

Жуткая жуть.

— Подожди, — я заартачилась. — Может, хотя бы мяса купим?

Вспомнила, что у нагини в запасах ничего кроме травы нет, а я не оборотень и не змеища. Долго на яде, ненависти и сарказме не проживу. Хотя, чего греха таить, Герман с его физиономией как-то подпитывает во мне желание ему отомстить. 

Рядом с нами под ветром призывно замоталась вывеска мясной лавки. Оттуда доносился монотонный звук, будто кто-то долбил по дереву.

— Ты так пожалеешь, — скривилась она, поймав мой заинтересованный взгляд, но мы в заведение зашли.

Я боялась, что пожалею, что монотонный звук будет означать что-то жестокое и страшное, но нас встретил дородный, улыбчивый мужчина, облаченный в белоснежный фартук с пусть и кровавыми следами. Зато работящий. Он вытер об ткань руки, провел ладонью по усам, подкрутил их.

— Ба... Кого я вижу? Аспида, выползла на солнышко?

— Фе... — поморщилась девушка, — кого я вижу? Выполз на звук денег?

— А они у тебя есть?

— А вторая жизнь у тебя есть?

— Постойте, — вклинилась между толстяком и Аспидой. — Здравствуйте, эм... эээ...

— Росс Хотсуорт, — зашипела нагиня.

— А я Зои Сандерс, — подхватила его руку, тянущуюся придушить мою соседку, и неистово ей затрясла. — Новая жительница. Мистер Хотсуорт, я бы хотела совершить покупки.

Как сложно, оказывается, предотвращать бытовые убийства.

— Зои? — он переводил взгляд с меня на Аспиду и обратно. Видимо, сделал вывод о нашем родстве по яркому цвету волос. — Я повторяю вопрос, деньги у вас есть?

— Ты мне погруби, — напряглась Аспида, и вокруг нее загорелся неясный свет.

И я бы залюбовалась, но интуиция подсказывала, что воинственно настроенная барышня превратится не в принцессу, а в чудовище. А я не готова к ее метаморфозам.

— Она шутит, — не оставляла попыток погасить их конфликт. — Деньги есть. Можно нам... эм... пару тушек куриц?

— Можно, но деньги вперед. Серебряный, — затянул этот усатый Росс.

Признаться честно, мне он тоже не понравился. Какой-то чересчур приторный, медовый. Меня он воспринимал с предубеждением. Но я понятия не имела, торгует ли мясом кто-то еще, и в связи с этим активно общалась и кланялась.

— И что же вас принесло в Хайклер миссис... мисс...

Ум, как занятно он делает предположения о моем статусе.

— Миссис Сандерс, мистер Росс, — пояснила я. — А приехала я, потому что жутко обижена на супруга.

— Обижены? — он облокотился об стеклянную витрину и подпер рукой заплывший подбородок.

— Да, — картинно поднесла платок к носу и фальшиво всхлипнула. — Мерзавец проигрался в карты. Оставил меня в нищете. 

— Не уж то, — ахнул мясник, моментально проникаясь ко мне сочувствием.

В своей реальности я выросла в похожем городке, скорее в деревне. И я прочно усвоила, что на сочувствии держатся все отношения деревенских. Ты можешь быть развязной, необразованной стервой, но люди будут тянуться, потому что муж тебя бросил. Всем необходимо проявить помощь, показать, что они лучше, чем есть на самом деле. Походить, посплетничать о тебе, проявить неуемное благородство. 

А мне в гордость играть не пристало. Тут какая-то нездоровая кампания против рыжих проводится.

— Ужасный грубиян, — поплакалась я.

— Тогда вам скидка, миссис Сандерс. — проникся мужчина. — И вы, это, заходите еще, — вышел он из-за прилавка. — Только ее с собой не берите, — ткнул в Аспиду пальцем.

Я обернулась на новоявленную подругу. Поймав ее злодейскую гримасу, осуждать Росса за пожелание не стала.

— И чего вы не поделили? — спросила я Аспиду, покинув магазин Хотсуорта, когда дверь захлопнулась.

Но ответ не услышала. Голос нагини перекрыл чужой, женский ор.

— Аспида, Аспида.

— Иди ты в бездну, — выругалась девушка. — Зои, это ты во всем виновата.

— А в чем конкретно? — не поняла я и принялась озираться.

К нам буквально летела женщина в огромной, широкополой шляпе. Она поднялась в воздухе и смешно перебирала ногами.

— Аспида, — приземлилась она на тротуаре, — ты, что, про меня забыла?

— Простите, миссис Айвери, — Аспида и не делала попыток, чтобы скрыть свои закатывающиеся глаза. — Забывчивость, это мое второе что-то там.

— Как прискорбно, лечись тогда, — хмыкнула женщина и уставилась на меня. — А это кто? Твоя матушка?

Кто? Матушка? Начинаю разделять нелюбовь Аспиды к местным.

— Мама, — позади раздался еще один тонкий голосок, осуждающий. За юбками и шляпой мы не разглядели еще одну дамочку, точнее, девушку. Симпатичную, юную девушку, поспешившую исправить оплошность матери. — Вряд ли незнакомка может быть старше Аспиды. Скорее одного возраста со мной.

— Да? — леди Айвери смерила меня ледяным взглядом, — Тогда ладно.

Нахалка, даже не извинилась. И в связи с проявленной неучтивостью, я тоже не стремилась продолжать знакомство. Сюда бы Файера с его страстью все спалить. Или Бурана, с его страстью помечать незнакомые территории.

— Аспида, — снова заговорила неприятная дама. — Я все жду те кремы, которые ты обещала.

Во мне мигом загорелся интерес. Получается, Аспида все-таки вела какие-то дела в Хайклере. Правда, судя по ее ответам, без энтузиазма и неуспешно.

— Ждите, — пожала плечами моя сожительница.

Просто ждите. Потрясающий сервис.

— А сколько ждать? — по-моему, миссис Айвери теряла терпение.

— Как только поеду на остров, — потянулась лениво Аспида, — куплю все необходимое. Не хотите выступить моим спонсором?

— Спонсором, — неуверенно потянула дама и сжала кошелек, висевший на ремне. — Кстати, а вы мне не ответили, а это кто?

Как и в моем мире, когда речь заходила о расставании с деньгами, люди предпочитали переводить темы на более безопасные.

— Это Зои.

И все. Никаких объяснений, откуда я явилась, как здесь оказалась, зачем приехала...

— Это Зои Сандерс, — пришел на помочь мясник Росс, вышедший на крыльцо своей лавки. — Будет жить с Аспидой. Ее муж гуляка и игрок.

— И абьюзер, — зачем-то добавила я. Вспомнила, как он кричал и брызгал слюной. Как обещал оставить меня без денег и заставить развестись.

К сожалению, слово для всех было не знакомым.

— Кто? — опешил мистер Хотсуорт.

— Кто? — изумились дамы Айвери.

— Мужской силы у него, во, — вклинилась Аспида, отмеряя очень маленькое расстояние между большим и указательным пальцем. — Бесполезный, бедный и злой. Представляете?

— Какой кошмар, — закачала головой миссис Айвери и повернулась к дочке. — Бэлла, а я в серьез рассматривала его тебе в женихи. А он точно умалишенный, женился на рыжей...

Слушать дальше не захотела, позже выясню, что за нелюбовь у всех к рыжим.

Пока велась сочувственная беседа о достоинствах и недостоинствах Германа, я шепотом спросила девушку.

— Откуда ты знаешь, про его мужскую силу? Даже я не в курсе.

— Да? — взмылись вверх брови нагини. — Я подумала, что догадка верная. Тогда прости, я набрехала. Лучше идем, — потянула она меня с дороги в противоположную сторону.

В Хайклере были чудесные улочки. Каждый дом, каждый магазинчик радовал глаз. Небольшие, явно с любовью покрашенные в разные, приветливые цвета, с живописными занавесками. Все, кроме одного.

И мы все еще находились в центре, не на каком-то отшибе. Аспида подвела меня к покосившемуся строению, сильно выделявшемуся среди прочих. Трудно назвать это место чьим-то жильем, но вывеска рьяно говорила о том, что здесь не только живут, еще и торгуют.

«Книжная лавка Блуди Дарка»

Не нравится мне имя Блуди. Тем не мене, войти пришлось. Войти и наткнуться на странного, чокнутого, неухоженного мужчину в плаще.

— Захлопните дверь! А лучше вообще уходите!

Он первый, кто смог меня натурально испугать. Не перемещение в другой мир, не орущий муж, не страшная ферма. А мужик, торгующий полиграфией.

Я моментально уверовала в вампиров, вендиго, привидений. Понятия не имела, имеются ли они в Хайклере, но конкретно этот походил на всех, вышеперечисленных.

Я уже развернулась на выход, но моя подруга вернула меня обратно.

— Назад пути нет, а книги, которые ты искала, можно купить только у него.

— Ты сюда даже не хотела. И никакие книги тебя не интересуют.

— Не интересуют, — замеялась Аспида, как стая гиен, загнавшая жертву, — но за тобой наблюдать забавно. Блуди, что там у тебя? — переключила она внимание на лавочника. —Как продвигаются дела в твоем эм... загробном царстве?

Сравнение было очень точным. Мусор, хлам, плесень. И мрак. В книжкой лавке Блуди Дарка очень темно. А окна витрины настолько засалены, что свет едва ли пробивается.

Мужчина отвлекся. Обвел нас презрительным взглядом, поморщился, словно мы с собой что-то дурно пахнущее принесли.

— А, Аспида, это ты? — произнес с облегчением. — Да как всегда. Темновато, мрачновато, горы... — взглянул на меня, — расфуфыренных кокеток в час-пик. Ничего нового.

Этот камень брошен в мой огород? Это я-то кокетка? В отличие от Аспиды я больше похожу на степенную миссис Сандерс, графиню. У меня ноги по желанию не превращаются в змеиный хвост, оттого и длина подола приличная по меркам этого мира, и чулки имеются.

— Блуди, вообще-то, мы пришли по делу, — дернула бровью девушка. — Это, — она обвела меня руками, — Зои Сандерс, будет со мной жить. Она хотела у тебя что-то прикупить.

Взгляд мистера Дарка ни на йоту не потеплел. По-моему, он еще раздумывал, а продавать ли мне что-то. Подошел поближе, принюхался и перевел глаза на корзинку с тушками куриц.

— А расплачиваться курятиной будете?

— Понятия не имею, — развлекалась за мой счет Аспида.

Она протерла ладошкой близлежащий стол с книгами, отряхнула от пыли пальцы, и совершенно бесцеремонно водрузила на столешницу зад. Заболтала ногами, любуясь моим смущением и яростью мистера Дарка.

— Эм, — почувствовала, что от меня ждут ответ. — Почему? Могу деньгами.

— Жаль, — заключил мрачный мужчина. — Мне бы и курица подошла.

— Чтобы готовить? — воодушевилась я. Должно в нем быть что-то нормальное.

— Побойтесь богов, — фыркнул Блуди, — чтобы в жертву приносить.

Я решила не уточнять кому конкретно. Я вообще хотела побыстрее покинуть этот, наводящий ужас и ночные кошмары, магазинчик.

— А есть у вас справочник по земледелию, животноводству, растениям, — загибала пальцы. — По медицине и свод законов?

— Есть, — устало подтвердил мистер Дарк и что-то шепнул.

На его ладони моментально появились зеленоватые искорки, разлетевшиеся по всем углам лавки. Они ненадолго осветили темные углы, но потом пропали, унося ядовитые лучики с собой.

А потом... Я там чуть не запищала.

В его руки прилетали все новые и новые книги. Новые, в смысле, что я раньше их не видела, но вид у всех фолиантов был потасканный.

— Все по вашему заказу, — объявил Блуди и протянул мне стопку, погрызенную мышами.

Пришлось брать. И спина, конечно, надломилась от веса.

— Сколько я должна? — очень надеялась, что цена будет подъемной.

Я судила уже не по миру, а по историческим фактам из своей реальности. Этот городок, да и страна в целом, застряли где-то в эпоху «Нового времени». У нас изобрели паровой механизм, а им не потребовалось, у магов имелось волшебство. Зато книгопечатание считалось очень дорогим занятием.

Интересно, а я осилю изобретение станка? А кондиционера? Жара в помещение вводила в исступление.

Назвав сумму и получив расчет, мистер Дарк моментально потерял к нам интерес. Вновь принялся воевать со своими книгами. А я не могла позволить себе выйти. Безумно занятно.

Для человека, переместившегося в иное измерение, все казалось чудом. А когда на жителя в другом измерении натурально нападают зубастые и клыкастые томики с миллионом страничек, невольно очаровываешься картинкой.

— Пойдем, мне везде тебя за ручку водить? — зашипела Аспида. — Я и укусить могу для ускорения.

— Прости, засмотрелась, — не без труда отвела взгляд.

Но едва я коснулась ручки двери, как загадочный и мистический мистер Блуди произнес:

— Заходите, Зои Сандерс. — Долбанул он какую-то книгу по обложке, чтобы та не рычала на него. — Почему-то мне кажется, что вы интересный собеседник.

Я кивнула, немного постеснялась комплимента от чудаковатого мужчины. У себя я была звездой любой компании, отлично ладила с окружающими людьми, работала продажником, сидела на телефоне и могла мертвого уговорить на покупку крема для загара.

В Хайклере все сложилось иначе. Ко мне тянулись нелюдимые, странные отщепенцы-интроверты. Взять Аспиду, нет женщины ядовитее.

Покинув лавку, осознала, что кошелек сильно оскудел. Пару медных монеток можно смело выбрасывать. На них ничего не купить, они ничего не стоят. А мне столько всего надо. Может, я поспешила с покупкой книг? Прежде стоило закрыть базовые потребности? Что я буду есть завтра? Бурану купленные тушки на один зубок.

И от этих мыслей мне резко поплохело. Забывшись, я шагнула на каменную улицу. Услышала свист тормозов.

— Зои! — заорала Аспида, перевоплощаясь в змею.

Громко заржали лошади.

— Под копытами человек! Под копытами человек!

Я свалилась на дорогу, зажмурилась... От страха показалось, что я рухнула в их бездну. Черную, мрачную, оглушающую.

Гулкий звук падающей на бок повозки. Вскрики женщин и детей. И голос. Очень спокойный властный голос. Сначала он произнес заклинание, вернув карету в вертикальное положение, заткнул кобыл и развернулся в полной мере надо мной.

— Вы в своем уме? Вы по сторонам смотрите? Вы спровоцировали аварию! Правил не читали? — неистово на меня орал.

И кто-то ему еще отвечал.

— Правильно, мистер Мендлер. Совсем эти рыжие распоясались.

— Вот тебя я на поясок и пущу, — кровожадно заговорила Аспида и клацнула зубами. — Зои, ты как?

Я открыла глаза и увидела перед собой два озабоченных лица: подруги и незнакомого мужчины.

Потянулась, проверила, что ничего не сломала. Ладони горели от ссадин, но каких-то тяжелых ранений я не чувствовала.

— Нормально, прости, прости-те, — заприметила хозяина успокаивающего голоса. — Я задумалась...

— Точно задумались? — хмурился он. — У вас в черепной коробке мозги имеются? Вы бы просто с края  пропасти спрыгнули, и то, больше толку.

Вот, козел. Я же извинилась. И я не специально. Он бы побыл на моем месте, соловьем бы запел. Или с пропасти спрыгнул, лично посоветовала бы.

— Хотите мне какое-то обвинение предъявить? — я опомнилась и решила не давать себя в обиду.

— Я? Обвинение? Вы за кого меня принимаете?

— За зануду во фраке, — приняла руку Аспиды и поднялась.

Наконец-то смогла нормально рассмотреть своего собеседника.

Мужчина впечатлял, в самом хорошем смысле этого слова. И я моментально догадалась, что он не из простых жителей Хайклера, а принадлежит аристократии. Было в нем что-то неуловимо стальное, властное. Не привык, когда ему перечат, хамят. Да и внешность породистая.

Высокий, очень прямой, словно ему под пиджак просунули деревянную палку для осанки. Темноволосый, с легкой щетиной на лице.

Он сам не замечал, что наряду с Аспидой бросился мне помогать, отряхнул спину цветастого платья.

И за спасение, эту мимолетную помощь я бы могла простить его грубые слова, но он ведь не затыкался... и смотрел надменно.

— Вас, мисс, видимо, не учили хорошим манерам, — закатил он темные, карие глаза. — Ваши родители, случайно, не маргиналы? Откуда в вас столько яда?

— А ваши родители, случайно, не охотники? — вызверилась я.

— При чем здесь это? — недоумевал некий мистер Мендлер.

— Откуда у них такой кабан, — произнесла и почувствовала, как ахнули зеваки, прибежавшие на шум, гам и отменную склоку.

Пришлось обернуться и искать помощи у Аспиды. Та, удивительно, робко мотала головой, явно показывая, что я махнула лишнего. И мне бы стоило прикусить язык.

— Мистер Мендлер, Ваша Светлость, простите мою подругу, — выступила она вперед, прикрывая меня собой. — Зои приехала сюда недавно, она ни с кем незнакома, ничего не знает...

Тон у девушки был такой, будто я полоумная.

— Зато на дорогу лезет, — он не унимался. — Держите ее крепко за руку, мисс Сандерс. Ваша сестра опасна для общества.

— Да ладно, — съехидничала Аспида. — Зои быстро бегает, увернулась бы.

— Может, она и быстро бегает, но мозги тормозят, — продолжал Мендлер злословить.

Я стоически молчала, осознавая, что встревать смерти подобно. Судя по обращению, пусть и не очень официальному, этот Мендлер был герцогом. И если порыться в памяти, то герцоги — это не булочка с корицей, а какой-то важный человек, имеющий власть и богатство.

Вот я молодец, вот я учудила. Всегда понимала, что чинопочитание не мой конек. Мой конек — создать шумиху, навредить и сделать вид, что так и было. Чем, собственно, и занималась.

— Пойдем, Аспида, я видеть этого хама не хочу, — огрызнулась напоследок. — Нам еще книги надо донести... И курицу.

С чувством глубокого разочарования вглядывалась в истерзанные тушки, отбитые под лошадиными копытами. Хорошо, что мистер Хотсуорт мне яйца не продал. Их бы я, как пить дать, не донесла.

— Вас подвезти? — смилостивился герцог.

— Себя везите, мы сами. — Ответила и за себя, и за Аспиду.

Мистер Мендлер не посчитал нужным нас уговаривать. Толпа перед ним расступилась и через мгновение рассредоточилась по разным углам, продолжая шушукаться, пока опрокинутый экипаж не отъехал на дальнее расстояние.

— И он этих рыжих защищает, — обсуждали вокруг. — Стыд ведьмы потеряли, совесть.

— А кто он хоть был? — поинтересовалась у соседки, залезая в телегу Эдварда, удобно подъехавшего к одной из лавок.

— Тот красавец-герцог, на которого ты наорала? — беспечно заметила Аспида. — Это Йен Мендлер, владелец соседних территорий. Но часто бывает у нас. Мечтает выкупить мою ферму.

— Нашу ферму, — поправила ее.

— Нашу ферму, — скривилась рыжеволосая. — Но ты зря с ним поссорилась. Он один из тех, кто защищает права рыжих.

— Господи, — я вспыхнула, — а зачем наши права защищать? Что за загадка с цветом волос? За что их ненавидят?

— Не ори ты так, — покосилась она на мужчину, ведущего лошадей. — Что непонятного? Ты попаданка, пришла сюда из другого мира, рыжая...

— И? — я ничего не понимала.

Выяснилось, что и раньше в этот мир закидывало людей из других миров. Все были наделены разной магией, разными силами. Не все действовали честно, открыто. Заработали себе репутацию нечистых на руку. А так как никто не знал, как вернуться обратно, они постепенно заселяли обширные земли. Нагов, волков раньше здесь не бывало, но их становится все больше и больше. И всех недолюбливают. Мечтают сослать, зовут либо перевертышами, либо ведьмами.

А Йен Мендлер подобным убеждением не обладал. У его брата родился рыжий первенец, в экономках значилась рыжая дама. Он даже спонсировал различные благотворительные мероприятия.

— И ты на них ходишь? 

Аспида пожала плечами.

— Все больше магов борется за наши права. Но мне как-то лень, если честно.

На этом экскурс в историю государства завершился. Мы попрощались с Эдвардом, спешились и медленно побрели к ферме по тропинке.

А вблизи Сандер-хауса были очень живописные и закрытые дорожки. Деревья вставали тесно, кроны были густыми, изумрудными и плотно нависали над нами, прикрывая от солнца.

Внезапно Аспида остановилась и прижала палец к губам. С правой стороны доносилось кудахтанье.

Кудахтанье, которое я разбирала.

— Раз, два, три, четыре. Охра, с правой ноги, с правой ноги я сказал.

Я чуть отогнула ветки кустов, чтобы рассмотреть, что же скрывают листья. И натурально обомлела. Хайклер не перестает изумлять.

На маленьком островке с низкой травой маршировали дикие курицы. Маршировали!

— О, кажется, у нас будет обед, — обнажила острые зубки Аспида.

— Нет, ты куда? — ужаснулась я, ставшая свидетелем ее преобразования в змею.

Курицы тоже почувствовали нежданных гостей.

— Хмыч, — принюхалась одна из них. — Чем-то аппетитным запахло. А мы не обедали.

— Заткнитесь, курвы, — притаился их предводитель. — А то пообедают нами.

И не ошибся. На них кинулась нагиня, а я с криком «Остановись, птичку жалко», бросила первое попавшееся под руку — корзинку... с ощипанными тушками.

Они взлетели в воздухе, и словно в плохой комедии, упали аккурат под лапки пернатых. Это провал.

Грозный петух дернулся несколько раз, проморгался... Аспида тоже замерла. Похоже, ей и самой было занятно, как воспримет птиц кровожадное подношение.

— Наших бьют, — завопил он. — Я, Хмыч! И я вижу целую армию верных птиц, решившихся сразиться с тиранией этой змеищи. Вы пришли драться как свободные курицы. Вы такие и есть. Отомстим за соотечественников!

Потом произошло то, что невозможно описать словами. Часть пернатых подлетела к Аспиде, а часть понеслась ко мне.

— Ай, не надо, перестаньте. — Облепили меня со всех сторон. — Мы не будем вас обижать. — Хихикала я. — Хватит, щекотно!

Глава 2. Торт и новые неприятности.

— Несушка, Пеструшка, Хохлушка, — распоряжался петух по имени Хмыч. — Дайте даме перья, ей нечем подписывать документ.

Вот уже несколько часов велись сложные переговоры с бравым офицером... тьфу ты, то есть с птицей.

Когда курицы на нас напали, но не нанесли каких-то заметных увечий, я громогласно заявила, что предлагаю им сделку. Бродячие, неприкаянные пернатые воззрились на меня с удивлением и недоверием, подозрительно косясь на облизывающуюся Аспиду.

Я предложила им жить у нас, соорудить теплый, сухой курятник, поселиться на ферме и нести яйца.

Опасливый, и, как оказалось, очень продуманный петух вытребовал больше. Ежедневное двухразовое кормление отборным зерном, смена соломы раз в месяц, чистка их жилища. Запросил и гарантии их жизни и свободы, а также заверения в том, что птенцы тоже будут, и змея подколодная, как он прозвал Аспиду, их не сожрет. Складывалось впечатление, что Хмыч закончил юридический, потому что формулировки сочинял очень складно.

Пришлось, скрепя сердцем, вырывать из купленных книг страничку и спешно составлять документ. Подписывать предполагалось кровью... моей. В этом мире все какие-то кровожадные.

Аспида, подглядывающая в бумажку, заметно нахмурилась.

— И на кой они нам сдались, если их в еду употребить нельзя? — расспрашивала она.

— Да я ей... Да я ей... — бушевал предводитель отряда курв. — На кой она тебе сдалась, Зои, если ее на сумку пусть нельзя?

— Что он там щебечет?

Посмотрела на Аспиду, потом повернулась к Хмычу.

— Хвалит чешую, говорит очень красивая, — соврала без капли стыда.

— Темнишь ты что-то, — не поверила девушка, но превратилась обратно, возвращая ногам удобный, привычный человеческий вид.

Душа радуется, что она не понимает звериный язык.

Бумагу я подписала, и Хмыч подписал, оставив след своей лапкой. И из-за задержки с крылатыми домой мы вернулись под вечер.

Не успела я просто сесть, перевести дух, как ко мне побежали Буран и Файер.

— Зоя, Зоя, надо скорее искать путь домой. — Хныкал и скулил хаски, пробуксовывая на лакированном паркете.

— Что случилось? Тебя кто-то обидел? — недоумевала я.

Друг выглядел паршиво, ныл, ластился к ногам. Даже курицы его не заинтересовали. И где-то неподалеку хихикал маленький, ехидный вивер.

— Здесь водятся чудовища, у-у-у. — Орал Буран.

— Чудовища? Чудовища? — заволновались новые жительницы фермы. — Какие чудовища? Как мы будет жить возле них?

— Молчать, строиться? — прокукарекал Хмыч и подлетел к псу. — Доложите обстановку, какие монстры на локации?

— Зоя, это кто? — окончательно ошалел питомец.

— Соседи, — отмахнулась я и жестом подозвала синюю ящерицу. — Какие чудовища?

— Какие-какие, мутный маламут, пожирающий сам себя самоед и оборотень-шпиц.

— Да-да, — подобрался к нам Файер. — Он приходит ночью и кусает за ноги псов, которые плохо себя ведут... У-у-у-у, — проговорил жутким голосом.

— Зоя! — сел на пушистый филей гордый, храбрый зверь и мой защитник.

И я не удержалась, заржала... Громко заржала. Хрюкала, словно завела не стаю несушек, а с пяток кабанчиков.

— Да что у вас происходит? — не выдержала гомона животных Аспида. — Переведи.

Кратко пояснив, в чем заключается суть, попросила не такую веселую барышню успокоить песика. На Файера, Хмыча, Пеструшку, Несушку, Хохлушку, Охру, Алую и других, чьи имена я пока не запомнила, надежды не было. Они тоже ржали и плакали. Плакали и ржали.

Но мое приподнятое настроение быстро улетучилось, когда я осознала, что могу провалить первые обещания. Во-первых, мне надо было соорудить отряду курятник. И не простой, а чтобы крылатым жителям фермы там было уютно. А во-вторых, с зерном тоже имелись проблемки. Где его достать?

— Мне не на что купить зерно, — тихо шепталась с Аспидой, временно разместив куриц в кладовке кухни.

— А зачем покупать? — оскалился Файер, который не захотел общаться с Хмычом и таскался за хозяйкой, словно банный лист. — Давайте сопрем. У Эдварда.

— Файер говорит спереть у Эдварда, — пояснила нагине.

— Ага, — мрачно отозвалась Аспида, — чтобы он нам из артефакта солью в одно место долбанул.

— А что за артефакт? — как-то все знакомо, как-то все близко.

Прямо флешбеки из юности, когда мы у деда Петровича яблоки, картошку и кукурузу воровали.

— Длинноствол называется, — хмыкнула оборотница. — Тоже рыжий изобрел, лет пятьдесят назад. Дорогущий... Эдвард на него десять лет копил.

— Воровала?

— Да, и один раз он в меня попал, — поежилась негодяйка. — Но зерно в долг выпросить можно.

Как потом этот долг отдавать? Мне претила мысль занимать деньги у плохо знакомых людей, к тому же не очень любивших рыжих. Да и у соседа масса причин остерегаться Аспиды.

Я поднялась наверх и начала разбирать багаж. Денег нет, но что-то ценное ведь осталось. У меня Герман собирался и платья отобрать, и украшения...

Украшения!

Безделушек у настоящей Зои Сандерс почти не было. Пару браслетов, с пяток колечек, два колье и две брошки. Одну из них я помнила очень хорошо. Весь вечер крутила позолоченную птичку с камешками, пока новоявленный муж срывал на меня злость.

Наверное, для Зои эти цацки что-то значили, но мне с ними расстаться, как по дереву постучать. Особенно с проклятой птичкой.

Я взяла ее в руки и погладила. Она явно дешевле всех вещей из свертка, при виде нее живот болит, воспоминания плохие. Решено, ее и предложим Эдварду.

Коснулась, провела пальцами по гладкой эмали и нащупала какую-то то ли кнопочку, то ли зацепку. Нажала и...

В комнате раздался неприятный голос беснующегося супруга:

«— Ты знаешь, что натворила. Добилась своего Зои?

— Не строй из себя идиотку, Зои.

— Я с тобой разведусь.»

И в самом конце запись обрывалась на:

«— С утра в Сандерс-хаус и не возвращайся. Пропади пропадом на этой долбаной ферме. Она твоя! Дарю!»

Все звучало отвратительно. Бедняжку Зои я жалела за неудачный выбор жениха, но не могла относиться с пониманием к Сандерсу. По крайней мере, он взрослее, умнее, мудрее двадцатилетней дурочки. Способен был выпутаться или хотя бы тихо развестись, не спуская на рыжеволосую малютку всех собак.

Но и птичку отложила. Похоже, это какое-то записывающее устройство. И несмотря на невзрачность артефакта, вещи, наделенные магией, стоили куда больше обычных драгоценностей.

Слава местным высшим силам, что сосед наш оказался ценителем драгоценных металлов. Взял себе несколько золотых колечек, и я обеспечила Хмычу и его отряду достойное пропитание на... на пару дней. Кто бы знал, что курицы очень прожорливые создания.

В кровать я упала без сил, перестала чувствовать ноги, и ко мне еще Буран завалился, подвывая и голося во сне. Ему самоед привиделся или мутный маламут.

Так что утром свежестью не блистала, а работы для меня прибавилось. Мне требовалось разобрать и очистить свою спальню, сделать курятник, приготовить еды. И заложить в какой-нибудь местный аналог ломбарда остатки ценностей.

Правда, с одним делом удачно справилась Аспида. Я спускалась по лестнице и почувствовала вкусный запах чего-то пригорелого. Учитывая, насколько я была голодной, и как бурчал мой желудок, я бы набросилась и на мешок углей. А витал-то аромат горячей еды.

Но радовалась я рано.

— Аспида, нет! — я вошла и закричала от ужаса.

Удобной жаровней нагиня не пользовалась. Зато на широком противне разложила небольшой вертел, насадила вчерашние купленные, несчастные тушки и крутила их, поджаривая с боков.

Рядом, на высоком стульчике устроился Файер и освящал в прямом смысле это действие. Выдыхал пламя из пасти.

И вроде ничего, меня и в таком виде устраивает курятина, но за соседней дверью толпятся несушки. По-моему, очень кощунственно жарить при них их же собратьев.

— Что нет? — она ко мне не повернулась. — Ты, я предполагаю, голодная. Твой пес тоже.

— А Хмыч? Он же уйдет, — заволновалась я не на шутку.

— Кто? А, пестрый петух, — догадалась она. — Так он с утра кукарекать начал, я бы его шею свернула, но больно ты с ним носишься. Он и его курицы на улице, я им туда зерна бросила.

— На улице... — упала на стул с облегчением.

— На улице, на улице, — подтвердила Аспида. — Сейчас позавтракаем, и я покажу, куда их можно разместить. Надо выбрать место подальше, желательно под окна соседней фермы.

— Да за что ты так Эдварда? — я искренне недоумевала. — Он нас и подвез, и зерна дал...

— Я еще не отомстила, за то, что он в меня попал, — морщилась девушка. — Нет, курятник будет находиться там, и точка.

В этот раз предпочла с ней не спорить. Все нехитрое блюдо в стадии полнейшей прожарки и пережарки она честно разделила на четверых.

— Спасибо, Аспида, — поблагодарила я, не переставая дивиться поведению оборотницы. — Ты решила участвовать? Будешь помогать?

— Ммм, — она задумалась. — Скажем так, я буду участвовать, пока... пока мне не надоест. Или пока Йен Медлер не купит-таки мою... — Аспида поймала мой негодующий взгляд, — нашу ферму.

— Он хочет ее купить? Зачем?

— Вид из окон видела? — поджала нагиня губы. Я кивнула. Пейзаж потрясающий. И едва выдастся свободная минутка, я обязательно обойду все окрестности. — Из-за этого вида он и хочет купить. Открыть здесь отель или дом отдыха. Его Светлость успешный предприниматель, давно зарится на весь Хайклер, часто сюда мотается. Приезжал месяц назад, но цену предложил слишком маленькую. А потом пришла ты...

— И?

Мозги заработали в полную силу, я прощелкивала варианты.

Понятия не имела о ценообразовании, о стоимости жилья, об экономике в Хайклере. До меня доходило одно: Аспида заламывать цену не в состоянии, ее легче продавить. Популярностью в городке она не пользуется. Доходов у нее нет, как и денег. Местный герцог мог просто дождаться каких-нибудь долгов, и все, она попалась.

А она его защищала, он же благотворительствуем рыжим. Правильно, что мне не понравился.

— Сначала думала, что мистер Мендлер напишет Герману, предложит покупку ему. А брат с удовольствием подгадит мне, и твой приезд подтверждал догадки, — объясняла Аспида. — Но ты так рьяно реагируешь. Герман тебя выслал, значит, продажа в твои планы не входит.

— Как и в твои? Правильно я понимаю?

Следила за ее лицом. Одно сомнение, и я пропала.

Куда мне податься? Сейчас это хлам на хламе, он ничего не стоит, но хотя бы крыша над головой. Возвращаться в графу Сандерсу с покаянием абсолютно не хочется. Начнет развод, обдерет меня как липку. Да и цвет волос не позволит быстро отыскать работу, я  не говорю еще про полное отсутствие знаний о законах, о мироустройстве.

— Не хочу, — девушка клацнула зубами. — Я здесь выросла, это мое место.

— Тогда отлично, — выдохнула. — Будем развиваться. Кстати, а что у тебя за история с кремами?

Аспида, как и остальные оборотни, обладала отличным нюхом. А ее мать научила дочку травничеству. И когда ей требовались средства на покупку чего-либо, она отправлялась в лес, где отыскивала душистые цветы и ягоды. Создавала при помощи магии крема и продавала падким на запахи и красивую упаковку аристократкам. Но никогда не занималась этим постоянно, как душа ляжет. Такой вот вольный художник.

Я, конечно, заинтересовалась, но разумно посчитала, что проблемы надо решать постепенно. В первую очередь надо заняться курятником.

После завтрака мы помыли за собой тарелки и отправились изучать закоулки фермы. Я поражалась масштабам, чуточку жалела, что не застала хозяйство во всем его великолепии.

— Там конюшни, тут был коровник, — кратко все описывала моя соседка и с нынешних пор партнер. — Здесь держали свиней. А на дальней территории, — взмахнула она рукой, — вспахивали землю и засеивали урожай.

— И где же будет курятник? — оглянулась я, когда мы приблизились к разломанной будке для собак.

Стояла она аккурат возле забора соседнего поместья, которое было не в пример нам, очень ухоженным. И заодно, с другой стороны забора доносилось незнакомое кудахтанье, видимо, и Эдвард расположил собственный курятник подальше от дома.

Коснулась деревянных, покосившихся палок и постепенно начала разбирать речь.

— Звич, там какие-то люди? — клокотали невидимые моему глазу пеструшки, — Звич, они обсуждают размещение вражеской стаи.

— Вражеской стаи? Кто? Покажите наглеца?

Чувствую, будет весело. Интуиция подсказывает, что Звич и Хмыч какие-то дальние родственники. Сто процентов будут сравнивать свои показатели. А здоровая конкуренция нам не помешает. Свой бизнес я вознамерилась начать с яиц.

— А знаешь, — угрюмо взглянула на будку, — идеальное место. Привести его в порядок поможешь?

Аспида, ура, моментально согласилась. И закипела работа.

Мы выровняли это убогое строение, обили его обрезками ненужных ковров, создали какой-никакой насест. Прямо скажем, строители из нас никакие. Прибивали мы и плотничали примерно, как Аспида готовит. Но этот ремонт проходил под девизом: «И так сойдет!»

Если выгорит, вызову к нам настоящих мастеров, а пока это все равно лучше, чем жить на улице и прятаться под кустами с черникой.

— Хмыч, Хмыч, — звала я петуха, пока подруга забрасывала пол сеном (хотя бы его было навалом). — Лети к нам, принимай квартиру.

Он не заставил себя долго ждать, прошелся с важным видом, прислушался к звукам со стороны.

— Звич? Там Звич? Эта куропатка лысая? Павлин безголовый? Девочки, построиться. Пройдемте, обсуждать тактику нападения будем.

— Лучше яценосного поражения, — посоветовала я, — пока обойдемся дипломатическими методами.

С другой стороны забора шли похожие речи.

— Хмыч? Где они отыскали шпиона! Он не пропал в огненной бездне?

— Звич, они собираются перещеголять нас в количестве снесенных яиц!

— Не бывать этому.

Я довольно потирала ладоши.

— Чего это все раскукарекались? — спросила недоумевающая Аспида, которая речь птиц не разбирала.

— Война у них, — проверила доски на крепость. — Надеюсь, будут соревноваться в умении нести яйца. Хмыч, девчонки, вам там как? — заглянула я внутрь курятника.

— Не мешай, Зои. Нормально. Рассыпь зерно и удаляйся, ты не в том звании, чтобы подслушивать стратегические военные тайны.

— Конечно, Хмыч, конечно, — торопливо согласилась. — Так мне завтра за яйцами приходить?

— Завтра, завтра, — подтвердил он, — все, вали.

Я думала, что вопрос с курятиной исчерпан, но тут в беседу вмешалась Аспида, и мои одомашненные птицы, как назло, ее подслушали.

Глаза у нагини блестели дьявольским огоньком.

— Получается, — она переводила взгляд с нашего хлипкого строения на территорию соседа и обратно, — этих есть нельзя, но тех-то можно? Подожди, я Файера позову.

— А змеища подколодная дело говорит, — почесал крыло лапой Хмыч.

— Никого есть нельзя, Аспида, — шлепнула себя ладонью по лбу. Честно, я устала. Два дня, а ощущение, что живу в цирке. — Не наших, не чужих.

— Вот и останемся сегодня голодными, Зои, — забурчала девушка. — У нас из запасов два картофелины и одна сомнительная морковка. И поверь, я себе пропитание добуду, — намекнула она на свою животную ипостась, — а тебе одного кофе хватит?

С этим доводом невозможно не согласиться. Благо Аспида все-таки начала проявлять рвение.

Жить в пыли и грязи мне не улыбалось, и я оставила оборотницу старшей по уборке. И не одной кухни и собственной спальни, а всего домика. Наказала ей отмыть все на первом этаже, чтобы нам было не стыдно принимать гостей, а сама вознамерилась пешком тащиться до Хайклера.

Во-первых, следовало прикинуть расстояние, ходить теперь мне до города часто. А во-вторых, тревожить Эдварда не решилась.

Платьям и юбкам я предпочла мужские брюки, найденные в недрах шкафа. Аспида в таком виде разгуливать не стеснялась, вот и я отбросила смущение.

Буран и Файер потащились со мной. Я их не звала, но они все равно потащились.

Дошли мы через полтора часа. Можно было бы быстрее, но гордому псу было жизненно важно все обнюхать, погоняться за бабочками и порычать на несколько улиток. Так что на удобные, аккуратные улочки Хайклера я шагнула крайне изведенная, взмыленная и уставшая.

Глазами искала хотя бы одну вывеску, отдаленно похожую на ломбард.

— Мисс Сандерс, вы опять на дорогу не смотрите? — узнала надменный голос герцога. Он мне скоро снится начнет, ей-богу.

Заметив мужчину, чуть зубами не заскрипела. Естественно, он в чистом, выглаженном костюме, с тростью, надушенный чем-то приятный с древесными нотками направлялся ко мне, а я похожа на чучело посреди кукурузного поля, со спутанными волосами, мокрым лбом и, кажется, от меня разит псиной.

— Добрый день, Ваша Светлость, — сложила руки на груди. — Отчего же, смотрю. Не намоталась же на колеса вашей телеги. — Назвать телегой его великолепную карету было грубовато. — Только вы ошиблись, я не мисс, я миссис.

— Миссис? — прыгнули вверх брови аристократа.

В этот момент к нему приблизился Буран, собирая новые впечатления и запахи.

— Какой замечательный у вас охранник, — произнес мистер Мендлер, стягивая перчатку с пальцев.

— Да, Буран отличный друг, — похвалила собаку.

— Эй, а я? — ревниво пророкотал Файер, исподлобья поглядывая на мага. — Мне этот хлыщ не нравится. Пальнуть в него огнем?

— И ты замечательный, — наклонилась к виверну и почувствовала какой-то странный взгляд со стороны.

Йен смешался, застыл, так и не коснувшись Бурана. Черт, я забыла, что разговаривать с животными на людях не стоит.

— Можно погладить? — мужчина все-таки сделал вид, что не заметил моих чудаковатостей. — Он не укусит?

— Можно, — кивнула.

И едва герцог попытался, хаски зарычал. Он любил принимать ласку, но улавливал напряженность и враждебность между хозяйкой и новым для него человеком.

— Вы же сказали, что он не укусит? — возмутился Его Светлость.

— Ну да, меня не укусит, — подтвердила свои слова. — А что насчет вас, не знаю. Буран передо мной не отчитывается.

— Какая же вы язва, миссис Сандерс, — закачал головой Йен.

Мне хотелось, как можно скорее избавиться от надоедливого мистера. Я отвернулась и продолжила всматриваться в вывески.

— Давайте я вам помогу, — изменил свой тон мужчина. — Кажется, мы не с того начали.

Блин, кого угодно я могла попросить о помощи, но не его. А с другой стороны, чего я, собственно, смущаюсь?

— Мне нужно кое-что заложить, — медленно проговорила, оценивая его реакцию, — несколько ценностей.

И конечно, лицо Йена моментально приняло сочувствующий вид. Фу! Не хочу, чтобы мне сочувствовали.

— Зачем закладывать? Правильно ли я понял, что вы замужем за двоюродным братом мисс Аспиды Германом? Мы давно не виделись, но он никогда не нуждался в деньгах.

— А я нуждаюсь, — злилась я, потому что Мендлер лез не в свое дело.

Внезапно растворились ставни окна лавки, у которой мы вели неспешную беседу.

— Ваша Светлость, вы чего? У Зои Сандерс муж гуляка, — оповестил всех и каждого мясник Росс.

— Да, — из его же лавки выскочила моя вчерашняя знакомая леди Айвери, — И сослал ее к нам, чтобы жить с новой куртизанкой. Он еще и игрок, да, дорогая? — с притворной грустью воззрилась она на меня.

— И мужской силы у него, вот, — обозначила вообще незнакомая мне барышня, показывая маленькое расстояние.

Твою мать, а я недооценила силу сплетен в городишке.

Самое обидное, что я ляпнула всего одно слово... одно. А местные болтушки и болтуны допридумывали остальное. К тому же, сочувствующие взгляды были напрочь фальшивыми. Наоборот, все кряхтели, говорили о поддержке, а на деле мечтали сунуть нос поглубже, выяснить максимальное количество подробностей и смаковать слухи между собой.

— Это неважно, — отмахнулась я, предпочитая не подпитывать неуправляемый поток сознания. — Найду сама.

Уже шагнула вперед, чтобы поскорее удалиться, но мистер Мендлер поймал меня за локоток.

— Не убегайте, миссис Сандерс. И извините за мои вопросы, это было бестактно.

— Спасибо, — приняла извинения я.

Сегодняшняя галантность Йена меня не удивляла. Я подозревала, что дело кроется в его желании выкупить ферму. И не доверяла ему.

Как бы то ни было, он довел меня до дверей одной лавки. Сходу и не поймешь, что это такое. На вывеске нет значка ювелира или монеток.

— Прошу... — от открыл мне дверь и позволил войти первой.

Едва я переступила порог, оставив питомцев снаружи, как мои глаза разбежались от восторга. Складывалось впечатление, что все товары, продающиеся в магазине, были живыми. Что-то бегало, ездило на колесиках, прыгало. Виднелись клубки пара, звенели клавиши и струны неведомых инструментов. Невозможно сосредоточиться на чем-то одном.

И хозяйничал в этом месте пожилой маг с приятной наружностью.

— Добрый день, чем могу помочь? — вышел седовласый мужчина, с небольшим пузиком. — Здравствуйте, Ваша Светлость, — отдельно он поприветствовал герцога.

— Миссис Сандерс, познакомьтесь с Коулом Миллером. Это наш знаменитый артефактор. Работает в Хайклере и в моих угодьях. Коул, это Зои Сандерс, теперь она живет...

— Я понял, понял. В Сандерс-хаусе. Сложно не догадаться. А в чем заключается ваш визит? Видите ли, я немного занят...

Одет он был в белый фартук, напоминавший фартук мясника, только в отличие от Росса, разводы на одежде были масляные и серые. На лбу смешная повязка с окулярами, а само лицо в копоте и пыли. Точно от чего-то отвлекли.

Я недоуменно уставилась на Мендлера. Зачем мне артефактор? Мне нужен банкир, ювелир, ростовщик. Кто этим занимается?

— Миссис Сандерс в затруднительном положении, — как ни в чем не бывало, продолжал вещать Йен, — и собиралась заложить некоторые свои украшения. Вряд ли в ювелирной лавке ей дадут достаточную сумму, а тебя могут ее вещицы заинтересовать. Ты любишь собирать украшения для созданиях новых изобретений.

Сгорала от стыда. Герцог разговаривал так, словно намекал Коулу сделать мне одолжение.

— А чего сам не выкупишь? — прищурился мистер Миллер.

Теперь настала очередь Его Светлости отмахиваться, но на губах заиграла какая-то многозначительная улыбка.

Я выложила на прилавок весь нехитрый хлам, что успела спрятать при вынужденном переезде. Артефактор это добро лениво перебрал, покрутил колечки, приложив уже другие очки к носу и произнес обескураживающим тоном.

— Миссис Сандерс, мне жаль, но они очень мало стоят. В толк взять не могу, зачем Его Светлость вас привел.

— Совсем ничего не стоят? — расстроилась я.

— Нет, не ничего, а мало. Тот же ювелир заплатит вам за них больше. Лучше пройдите до конца улицы и навестите его.

Я уже протянула руку, чтобы все убрать, но мистер Мендлер меня остановил.

— Миссис Сандерс, а в чем-то Коул прав, давайте я возьму с вас расписку и заберу украшения.

— Зачем?

Вот и пошли первые ужимки. Несмотря на красивую внешность, благотворительность, проявленную внезапную вежливость, герцогу я начала доверять еще меньше. Он то ли в долги меня хочет загнать, то ли сделать так, чтобы я чувствовала себя обязанной. Не на ту напал!

Ответа никто не дождался, потому что из внутренней комнаты с громким звуком выскочило нечто, напоминающее волчок. Правда, очень острый и опасный. Он метался из стороны в сторону, доехал до стола, подрезал у мебели ножку, оставив стол покосившимся, откатился вправо и чуть не достиг моих сапожек.

— Ай! — не разбираясь, спряталась за спиной провожатого.

— Берегись, — испугался владелец лавки, — убирайте ноги. Что за дрянь? Никак не стабилизирую.

Я испугалась, а мой спутник и бровью не повел. Все вокруг нас замерло. Предметы двигались плавнее, тягуче, словно перенеслись в кинофильм, в замедленную съемку.

Он наклонился, поднял предмет вверх и внимательно изучил его перед тем, как отдать Коулу.

— Что это такое? Ты бы не раскидывался ножами, которые не останавливаются.

— Простите, простите, — повинился артефактор. — Леди Даррен передала. Сын у нее малолетний, тоже мечтает в артефакторы податься. Сил прорва, а мозгов, — постучал мистер Миллер по голове. — Теперь вот думаю, что с этой поделкой сделать. Отключить не получается и жалко. Малец душу вложил.

— В кастрюлю закиньте, — брякнула я.

— Зачем?

— Зачем? — хором спросили мужчины.

Я аж растерялась от подобного напора.

— Эм... А кто у вас фарш из мяса делает? Капусту шинкует?

— Слуги, — предположил Его Светлость.

— Женщины, маги, помощники. — делал догадки Коул.

Ну, я так не играю. Это можно до бесконечности продолжать. Не понять мне, крестьянке, какого это, когда все работает без тебя.

Хотя постойте... Вспомнилось, как чудесно просыпается утром, когда мультиварка приготовила кашу, робот-пылесос почистил от шерсти пол, стиралка постирала, а машина включила подогрев сидений и разогревается по нажатию автоматического ключа. Технологий в Хайклере нет, а магии в избытке.

Быстро пояснив, что такое измельчитель, получила одобрительный и уважительный взгляд мистера Миллера, а заодно чек. И новое предложение — стать музой, точнее идейным вдохновителем.

— А вы умеете удивлять, Зои Сандерс, — дал мне оценку герцог, покидая артефактора. — И куда теперь?

Привязался как банный лист.

Впрочем, помощь Йена я оценила. Я узнала, где находится местный рынок, накупила овощей и круп, показывая чек Коула, и даже научилась пользоваться местной доставкой. Его Светлость не торопился, проводил меня и в банк, где я открыла собственный счет.

Поражалась, как легко все устроено. Документы не потребовались. Слепок ауры — и ты можешь распоряжаться деньгами, не таская с собой набитый кошелек.

— Мы уже добрых два часа гуляем, — отметил мой сопровождающий, — не хотите отобедать? — Я намеревалась отказаться, потому что каким бы щедрым артефактор ни был, но средств на рестораны мне не хватало. Но герцог и об этом помнил. — Я угощаю.

— Хорошо, — согласилась я.

Честно, совсем не хотелось. Понимала, что за этим приглашением последует некий разговор, который я не готова поддерживать. Но как отказать?

Вновь оставив хаски и виверна на улице, наказав им вести себя прилично, я позволила себя увести внутрь злачного заведения.

— Как здесь красиво... — не смогла не восхититься.

Я словно попала в женский будуар, с зефиром и розочками. Повсюду висели горшки с цветами, по стенам полз нежный вьюнок. Обстановка была девичьей, выполненной в пастельных тонах, а встречали нас красивые дамы с кружевными передничками.

— Да, очень, — кивнул мужчина, объясняя подавальщице, куда нас посадить. — Это кондитерская принадлежит мне.

— Да? — у меня чуть челюсть на пол не упала. — Это...ммм...

— А вы ждали черные стены, бильярдные столы и аромат крепких напитков, миссис Сандерс? Или что хозяйкой окажется бабуля в батистовом платье в цветочек?

— Подходят оба варианта, — скривившись, признала я. — Извините. И извините, вообще, за мое поведение. Без вашей помощи я бы, наверное, до сих пор блуждала по Хайклеру.

— Не переживайте, — он, наконец, выбрал стол и галантно отодвинул для меня креслице. — Я тоже вел себя несносно. Рад, что мы примирились. Если позволите, я бы сделал заказ и за вас.

— Позволяю.

Пока он давал указания, я оглядывалась по сторонам. В зале было полно народу, и самое поразительное, мужчин тоже было множество. Кажется, эту кондитерскую выбирали, как место для свиданий. По-моему, в дальнем уголке я узнала младшую мисс Айвери, но девушка потупила взгляд и отвернулась.

А на нас пялились. Рыжая незнакомка и аристократ. Естественно, мы вызывали вопросы у людей и чуточку общественного порицания.

— Миссис Сандерс, — вновь подал голос мистер Мендлер, — не хочу ходить вокруг да около. Вы показались мне дамой с деловой жилкой. Уверенной в себе, предприимчивой.

О, пошла неприкрытая лесть.

— Вы хотите выкупить ферму, — я сразу насторожилась. — Будете умасливать, чтобы я вам ее продала.

— Значит, я не ошибся в своих предчувствиях, — собеседник отклонился на спинку кресла. — Верно, мне очень нравится территория Сандерс-хауса. Я разговаривал с Аспидой и получил четкий ответ.

— Она вам отказала.

— Не совсем. Она же не владеет фермой единолично. Она отправила меня в столицу, чтобы я переговорил с ее двоюродным братом Германом. И тогда, возможно, она согласится. Но я почти уверен, что это была уловка.

— Почему?

На стол положили несколько пирожных и принесли большой чайник с чаем. Я начала разливать, памятуя о том, что леди ничего не умеют, а вот кружки и чайники держат отменно.

— Семья Мендлер и Сандерс не владах. Давно. Причина кроется в землях, где вы поселились. Когда-то они были нашими. И я полагал, что вы, обиженная на супруга, будете столь добры, чтобы продать их мне. Вернуть, так сказать, настоящему хозяину.

Ого, а Герман с Йеном не дружны. Это просто прекрасно. Если граф Сандерс вознамерится мне напакостить, то придется выбирать из зол. И определенно, я зло меньшее.

— Нет, — отрезала я. — Простите, но я не планирую продавать ферму. Она мне слишком дорога.

Бесценна, потому что обратного пути не предвидится.

Надо было видеть обезумевшие глаза герцога. Я упрямилась из-за территории, где не сыскать прямо стоящего здания.

— Миссис Сандерс, вы не знаете моего предложения, — хотел он меня образумить.

— Не старайтесь. — Мотала я головой. — Ни я, ни Аспида не согласимся за любые деньги.

— И на что вы собираетесь жить? — зашел он с другой стороны. — Ваше хозяйство в упадке.

— Мы его воскресим. Начнем с яиц, — улыбнулась с вдохновением.

Предвкушала завтрашнюю прогулку в птичник и первые продажи. Правда, дикий хохот Его Светлости меня напряг.

— С яиц? Миссис Сандерс, вы серьёзно?

— Я не понимаю причин для смеха.

— Кому вы будете их продавать? Наш мясник торгует яйцами, ваш сосед торгует яйцами на рынке и снабжает ими мою кондитерскую. Есть еще пара фермеров.

Говорил он вполне искренне, и я сделала вывод, что бизнесмен из меня паршивый. Идею я принесла, но не сделала никакой аналитики.

Взглядом зацепилась за объявление:

«Покупайте билеты. Только один день в Хайклере. Знаменитый кондитер с тайным рецептом торта. Попробуйте этот незабываемый вкус».

— А о чем ведется речь? Кто кондитер? Что за торт?

Герцог недоуменно уставился.

— Миссис Сандерс, вы словно не из нашего мира. Приедет мистер Бейн. Он придумал совершенный вид пирожных. Неужели не пробовали? Воздушные, из очень хрустящего коржа, взбитых сливок. И сверху посыпается ягодами. Я с большим трудом вызвал его сюда и к себе в герцогство.

Складывалось впечатление, что мне нахваливают торт Павлова. Он вкусный, да. Но это они еще меренговый рулет не пробовали.

— Хотите, дам вам приглашение, — Йен потянулся вперед. — Возьмите с собой Аспиду. Я попрошу оставить за вами столик, чтобы вы не стояли в толпе.

— А что вы попросите взамен? — насторожилась я.

— Ферму за пустяк просить не могу. Но попрошу вас обоих выслушать мое предложение.

Я задумалась. Вряд ли он предложит нам много. Он умный, обставит так, что нам некуда будет податься.

Нет, в очередной раз заводить разговор о покупке нежелательно. Как бы Аспида мне ни нравилась, но мы плохо знакомы. Вдруг она менее упертая, чем показывает, и на самом деле мечтает свалить из этого места.

— А к кому мне идти, если я знаю рецепт этого замечательного, вкуснейшего воздушного торта?

Ох, как лицо Его Светлости заколебалось.

— Знаете?

— Может быть, мне надо удостовериться.

— Тогда опять же ко мне, — объявил мужчина. — Денег на рецепт я не пожалею. Приглашения обязательно пришлю.

— И яйца будете у нас покупать, — я ехидно улыбнулась. — Деньги и закупка.

Я понимала, что Йен не в восторге. Если я найду покупателей, еще и подпишу какие-то долгосрочные договоры, то ферма буквально выплывает из его рук. Но пока рецепт торта в его глазах стоил больше.

— Условились, — протянул он. — Если вы, конечно, действительно знаете, как готовить этот торт.

Извилины в мозгу лихорадочно зашевелились. Было бы что там готовить. Это обычное безе. А я умела и медовик, и наполеон. Правда, хвалиться своими знаниями не спешила. Урок с яйцами пошел на пользу. Прежде изучу, а что есть в ассортименте. Вдруг местные кудесники с магией все умеют? И только потом начну выдавать свои маленькие кулинарные тайны.

Я принялась собираться.

— Вы куда-то торопитесь? — нахмурился мой спутник. — Давайте я вас отвезу?

— Нет, спасибо, — теперь я уже не смущалась и прямо отказалась от помощи. — Планирую вернуться к Коулу.

— Зачем? — не понял моего порыва мужчина.

— А это коммерческая тайна, — подмигнула я, чинно поклонилась и побежала прочь.

Пойду миксер изобретать.

Но когда я оказалась на улице, застала нелицеприятную сцену. Я искала Бурана и Файера, а наткнулась на леди Айвери и ее дочь Бэлу. Мама отчитывала девицу за свидание, полагая, что их никто не видит и не слышит.

— Поверить не могу, как ты себе это позволила? Бэлла, там был герцог. Мистер Мендлер мог заметить тебя. Ты нас опозорила.

— Мама, мы сидели всего пять минут, — понурилась девчонка. — И мистер Киндлер не какой-то крестьянин, он аристократ, мама.

— Он ветеринар. Он лечит зверей, даже не людей. Фу, это такой мезальянс. Боги, что же скажет Его Светлость?

— Ничего он не скажет, — начала заверять Бэлла. — Он был слишком занят рыжеволосой Зои Сандерс. Они долго о чем-то шептались.

— Про них и не упоминай. Эти рыжие... — гримаса у Эланоры была красноречивее ее слов. — Зачем он с ними только носится?

Какая дрянь. А с виду такая приятная, благоухающая. Вот и проявилась ее истинная натура. Я бы расстроилась, но, во-первых, меня предупреждали, а во-вторых, на местных дам было как-то наплевать. Я не подарок.

Жаль немного Бэлу. С такой властной матерью она либо нескоро выйдет замуж, либо выйдет, но не за того, за кого мечтает.

С другой стороны, я выяснила, что в Хайклере есть ветеринар. А вот это было прекрасной новостью. Чует мое сердце, мой питомник будет пополняться.

Запыхавшись, я забежала к Коулу, наскоро объяснив свою идею. Заодно я еще рассказала про плуг, культиватор и газонокосилку. О плуге, артефактор, естественно, знал, поэтому чуточку надо мной посмеялся, а вот от остального пришел в восторг. Появится свободное время, я еще поведаю про пылесос и стиральную машину. Ходить на речку и портить кожу рук в холодной воде мне не улыбалось.

Попутно я обдумывала рекламную кампанию. Магам плевать. У них есть бытовая магия и прислуга. А вот те люди, кто волшебством не наделен, изобретения мистера Миллера позволить себе не могли. Мне повезло, что Коул очень азартный, готов вписаться в любую авантюру ради науки и искусства, но чисто теоретически, все товары, предложенные мной, будут отвратительно продаваться.

К Аспиде я вернулась едва ли не ночью. И прежде чем зайти, проверила воинственных курв. Курвы спали. Объявили с соседями перемирие, как объявил часовой в лице несушки.

— Чего? — ввалилась я на кухню, почувствовав аромат кофе. — Почему ты так угрюмо смотришь на меня?

Нагиня сидела на стуле, скрестив руки на груди. Поджимала губы и морщила носик.

А я ее недовольства не понимала. На столе гора овощей, есть крупа, чай, сахар, специи.

— Что ты молчишь? — не выдержала я.

— Слова подбираю.

— Какие?

— Не ругательные. — Она встала, попутно погладив виверна. — Зои, откуда все это добро? Где ты взяла деньги? Если ты продала свою часть...

— Успокойся, — прервала яростную речь соседки. — Я ничего не продала. Я заработала. И заработаю еще, верь мне.

— Да как? Это невозможно провернуть за один день.

Я собой загордилась. Все возможно при подходящей мотивации. Рассказывая Аспиде про свои приключения, заручилась ее помощью, уважением и восхищением. Оборотница действительно изумилась моей смекалки.

— Интересно, почему ты поехала сюда?

— А куда мне было ехать?

— В столицу, ко двору. Такой ловкой лестница вверх. Уже бы должность главной советницы занимала.

— Ага, — книги и история красочно описывали ситуацию, где ты достигаешь всех высот, а потом очень больно падаешь. А я дружу со своей головой. — Ты почему по этой лестнице не лезешь?

— Некогда, вкалывать надо.

Я оглянулась, искала, где она «вкалывала». Аспиде я поручила уборку нашего маленького поместья. И она, я вообще не удивлена, оказалась приверженцем философии: главный принцип любой уборки — равномерно распределить грязь.

Завтра будем изучать новое ответвление учения: лучше сделать сразу хорошо, чтобы не переделывать.