Ева: вверх по железной лестнице

Ева сидела за своим рабочим столом, уставившись в мерцающий экран компьютера с бесконечными рядами чисел в электронных таблицах, уходящих далеко за пределы монитора и в которых отражалась вся её работа старшего менеджера торгового центра «Радуга».

Слева возвышалась пухлая стопка распечатанных счетов и договоров аренды, которые надо сверить и внести в автоматизированную программу учета. Справа – такая же стопка, но уже гораздо тоньше: отработанные и внесенные в память компьютера документы.

Процесс перекладывания бумажных листов слева направо продвигался не так быстро, как хотелось Еве. Точнее – совсем не быстро. Нельзя ошибиться ни в одной цифре, иначе программа выдаст неверный результат, и приходится начинать всё с начала, анализируя каждый промежуточный итог. А времени на подготовку и отправку годового отчета оставалось всё меньше.

Последние недели она всё чаще ловила себя на мысли, что смотрит на свою работу в должности старшего менеджера как будто со стороны. Словно прощается.  Внутренне она уже начала отходить, отстраняться, готовить себя к тому дню, когда скажет «я ухожу». Потому что оставаться и дальше терпеть этот взгляд Игоря Сергеевича, его намеки и «приглашения», от которых холодеет спина, и знать, что отказ однажды обернётся не просто обидой, а настоящим ударом по карьере – уже невыносимо.

И всё же мысль о том, что придётся оставить этот торговый центр – место, в которое она вложила столько сил, нервов, маленьких побед и огромных душевных затрат – каждый раз отзывалась ноющей болью в груди.

Рабочий день закончился. Офис опустел. Только в кабинете Евы еще горел свет, создавая уютный обитаемый островок в темном пространстве обезлюдевшего административного блока.

За окном, в отдалении, мерцали яркие, манящие огни города.

Там, за горизонтом пригорода, кипела жизнь и не думала угасать. Вдалеке, за пустой парковкой ТЦ, виднелась трасса с мчащимися сплошным потоком машинами. Их фары сливались в огненную реку, и красные стоп-сигналы мигали, как бегущие по новогодней гирлянде огоньки.

Над ними возвышались силуэты многоэтажек с тысячами освещённых окон: люди возвращались с работы, ужинали в кафе, гуляли веселыми компаниями по улицам, залитым электрическим светом, или спешили в кинотеатры, озаряемые неоновыми всполохами.

Город жил своей насыщенной вечерней суетой, с разноцветными витринами модных бутиков, с музыкой в барах, где молодежь фотографировалась на фоне огромных экранов с рекламой. Ева невольно представила себе эти сцены: смех друзей за столиком, аромат свежей выпечки из уличных киосков, вибрацию баса из клубов, которая заставляет сердце биться чаще.

Такой, или почти такой мир Ева представляла себе в университетских мечтах: динамичный, полный возможностей, позволяющий, благодаря её деловым качествам и профессионализму, расти и продвигаться по карьерной лестнице, шаг за шагом приближаясь к вершине.

Но здесь, в пригородном торговом центре «Радуга», царила тишина, и в ней особенно отчётливо слышалось эхо редких шагов охранника внизу, гул несмолкаемой вентиляции и лёгкий скрип старого лифта, когда он поднимался на административный этаж с пустыми кабинами.

Никаких огней, кроме тусклых фонарей на парковке, только пустые коридоры, закрытые роллеты магазинов и ощущение, что этот ТЦ давно стал островком, застывшем во времени на краю большого мира.

Почему-то в таком безмолвии обостряется не только слух, но и обоняние, явственно различая пыльный запах старых документов, хранящихся на полках стеллажа, запах дешевого кофе из автомата в коридоре и лёгкой затхлости многолетнего, несменяемого коврового покрытия.

Ева невольно усмехнулась: полгода назад, в свой первый рабочий день, этот же «ароматический букет» волновал её совсем по-другому.

Тогда она вошла в кабинет, полная надежд, и вдохнула глубоко: пыль от бумаг казалась ароматом настоящей взрослой работы, кофе из автомата – символом динамичного современного офиса, где вот-вот начнутся важные совещания, а затхлость ковра – всего лишь временной мелочью в большом пути вверх.

– Это запах успеха, – думала она тогда, раскладывая свои «менеджерские принадлежности» на столе. – Запах новой жизни, где я наконец-то буду управлять, а не просто выполнять чьи-то неумные распоряжения.

Она до сих пор помнит вкус того – самого первого – налитого в бумажный стаканчик горячего кофе. С ароматом успешности и захватывающих перспектив. Выпитого медленно и с каждым глотком укрепляющего дерзкие мечтания о том, как через год-два она будет пить эспрессо в столичном головном офисе, обсуждая стратегии развития с топ-менеджерами.

Сейчас же эта «смесь ароматов» ассоциировалась у Евы только с обыденностью выполняемых обязанностей, не требующих управленческих способностей, а требующих лишь способностей выдерживать бесконечные часы за столом, когда тело просит движения, а разум – хоть какого-то разнообразия.

Нудная работа вытягивала все нервы. Шея от напряженного вглядывания в столбики с цифрами на экране начинала отзываться ноющей болью. От нарастающего ощущения сухости в глазах не помогало ни частое моргание, ни массирование век пальцами. Ева где-то услышала и запомнила этот совет, но на практике он оказался не очень эффективным в борьбе с усталостью глаз.

Она попыталась повторить упражнение: зажмурилась, считая до десяти, потом резко открыла глаза и посмотрела в дальний угол комнаты. На мгновение замелькали разноцветные пятна и сразу исчезли, в отличие от усталости.

«Вот так рассеиваются и мечты – яркие, но недолговечные», – пронеслось в голове у Евы.

Подписывая контракт на эту должность, она представляла себя на совещаниях в столичном головном офисе, обсуждающей стратегию развития сети торговых центров. Ей казалось, что работа старшего менеджера – это стратегическое планирование и выработка взаимовыгодных компромиссов в переговорах с «якорными» сетевыми арендаторами.

А сейчас её главная задача – проверить, чтобы в реквизитах договора аренды не было опечаток. «Университетский диплом с отличием – лучший способ стать оператором по вводу данных», – саркастически подумала она.

Надо бы заказать массажное кресло по бюджету отдела. Только как это объяснить главному бухгалтеру. Необходимостью повышения работоспособности? В условиях оптимизации расходов… Нет, лучше промолчать. Хотя, может, представить это как «инвестицию в человеческий капитал»? Ева вздохнкла: «Инвестиция в человеческий капитал. Звучит как название моей будущей научной статьи. Если доживу, конечно».

Но самым тяжёлым в её работе был даже не объём задач, а человек, сидевший в кабинете через коридор.

Игорь Сергеевич Громов, управляющий Торговым центром, высокий крупный мужчина сильно за сорок, выглядящий старше своего возраста, с «солидным брюшком», в дорогом костюме, с короткой стрижкой для сокрытия седеющих волос, и взглядом оловянных, глубоко посаженных глаз, словно подернутых маслянистой пленкой. Взглядом, просверливающим насквозь.

С первого дня её работы он начал проявлять к ней «особое внимание». Сначала это были комплименты: «Ева, вы сегодня выглядите потрясающе», первое время он обращался к ней «на Вы», потом последовали приглашения на бизнес-ланчи, а затем и откровенные намёки на то, что их отношения могли бы стать «ближе». Она вежливо отшучивалась, но внутри её в такие моменты сковывал холодный страх: отказать ему значило поставить крест на карьере. А карьера была для неё всем.

В первый же месяц работы в ТЦ он пригласил её на «деловой ужин» в дорогой ресторан. Она согласилась, думая, что это обсуждение новой стратегии. А он весь вечер говорил о том, как ей идет новое платье и что она слишком умная для своей должности. Когда Ева попыталась перевести разговор на дела, он просто улыбнулся и сказал: «Ева, иногда нужно уметь расслабляться».

Она едва дождалась конца вечера. А потом вспоминала об этом два дня и оправдывалась перед собой, что не должна была соглашаться на этот ужин. Хотя, если честно, она знала, на что шла. В этом бизнесе карьера часто строится на таких «ужинах».

Но она до сих пор не готова платить такую цену. Хотя... иногда задумывалась: а что, если однажды просто устанет бороться и примет его предложение?

Нет, это невозможно. Она не из тех, кто сдается. Но почему она должна только защищаться. Лучшая защита – это нападение. А для нападения нужно хорошо подготовиться и накопить факты.

Например, пару недель назад во время проверки финансовой отчетности Ева обнаружила подозрительные расходы по закупке оборудования, которое, как оказалось, никогда не поступало в торговый центр. Когда она осторожно намекнула об этом Игорю Сергеевичу, тот лишь усмехнулся и сказал: «Ева, дорогая, не все расходы должны быть материальными. Иногда важно просто поддерживать хорошие отношения с поставщиками».

Она тогда не стала настаивать, но с тех пор начала внимательнее следить за финансами. «В бизнесе, как и в жизни, иногда нужно смотреть не на то, что лежит на поверхности, а на то, что скрыто под слоем пыли», – подумала она тогда.

Месяц назад, во время проверки пожарной безопасности, она заметила, что в одном из магазинов, торгующих «домашним вареньем из диких ягод» заблокированы установленные под потолком датчики дыма. Владелец, пожилой мужчина с добрым лицом, попытался уговорить её не делать замечания, пообещав к чаю «особенное варенье» и сославшись на хорошие отношения с Игорьком, как он фамильярно назвал управляющего.

Но Ева, несмотря на его настойчивые просьбы и обещания завтра-же все исправить, зафиксировала нарушение. «Профессионализм – это когда ты ставишь правила выше чая с вареньем», – отметила она для себя, и этот эпизод до сих пор вызывал у нее гордость. Хотя, возможно, она просто слишком серьезно относится к своей работе.

Впрочем, как-то раз она пошла навстречу маленькому магазинчику с детскими игрушками. Владелица, молодая мама с двумя детьми, не могла вовремя оплатить аренду из-за болезни ребенка. Ева согласилась отсрочить платеж на месяц, а потом еще на две недели, пока женщина не смогла собрать деньги.

Когда магазинчик закрылся все равно через два месяца, Ева чувствовала себя виноватой, хотя понимала, что сделала все возможное. Это был один из тех случаев, когда понимаешь: иногда даже профессионализм не может спасти малый бизнес от кризиса.

На экране снова мигнул красный крестик – ошибка в реквизитах договора аренды. Ева вздохнула. Надо опять искать папку с архивом сканов.

Она невольно поймала себя на мысли: «Может, я просто не та, за кого себя выдаю. Может, я не достойна этой должности?».

Но потом успокоила себя: всего месяц назад она спасла торговый центр от скандала с одной крупной сетью. Они угрожали расторгнуть договор из-за того, что ТЦ не обеспечил им «достаточное количество парковочных мест для сотрудников». Как будто она может заставить покупателей не приезжать на машинах! Она провела анализ, собрала статистику, показала, что парковка загружена всего на 60%, и предложила им альтернативные варианты.

В итоге они остались, а Ева получила благодарность от головного офиса. Хотя, конечно, Игорь Сергеевич представил все так, будто это его заслуга. Но она не обиделась. Она слишком занята, чтобы обижаться. У неё и так слишком много дел, чтобы еще и тратить время на обиды. Но… иногда так хочется просто выйти в холл и закричать: «Я здесь работаю, а не барабаню пальцами по клавиатуре!»

За окном давно уже стемнело. Где-то внизу, на пустой парковке торгового центра угадывались всполохи желтых и оранжевых огней, то ли от уличной рекламы, то ли от новогодней елки, установленной еще в начале декабря.

Эти слабые отблески, пробивающиеся сквозь снегопад, вдруг оживили в памяти Евы тот день, когда елка только приехала – огромная, пушистая, –сказочная гостья из уютных детских мультиков, – полная обещаний праздничного настроения и, как совмещение приятного с полезным, увеличения притока покупателей.

Тогда она лично контролировала монтаж декораций, и это казалось ей одной из самых важных задач в перечне плана подготовки к новогоднему сезону, символом того, что она может сделать ТЦ уютнее и привлекательнее для посетителей.

В тот морозный день в воздухе витал запах хвои – предвестник надвигающейся предпраздничной суматохи.

Ева вышла на улицу в накинутой на плечи куртке, с планшетом в руках, держа перед глазами открытый документ с нормами пожарной безопасности, чтобы не полагаться полностью на компетенцию подрядчиков.

Она специально скачала свежую версию с сайта МЧС ещё утром: в случае споров с подрядчиками по установке электрических гирлянд или декораций это будет её железным аргументом. Официальный документ, а не реплики, вроде «…а я так считаю». Пусть попробуют возразить стандартам безопасности, – подумала она с лёгкой усмешкой, шагая по хрустящему снегу парковки.

Два электромонтера, крепкие мужчины лет сорока, в новеньких рабочих синих куртках с логотипом подрядчика и с ящиками инструментов, разложенными прямо на свежем снегу, уже возились с гирляндами у подножия елки.

Один, с бородой и в красной шапочке с помпоном, намекающей на причастность к департаменту Деда Мороза, стоял на алюминиевой высокой стремянке, осторожно закрепляя провод на ветках и тихо матерясь под нос, когда лампочки запутывались или не хотели фиксироваться в держателях.

Другой, пониже ростом, с сигаретой за ухом и большим мотком гирлянды, небрежно накинутым на плечо, подавал ему снизу, разматывая аккуратно, с привычной сноровкой, чтоб не порвать тонкие контакты. 

Время от времени он присаживался на корточки, проверяя соединения на земле, или отряхивал снег с веток, чтоб гирлянда легла ровно.

Морозный воздух наполнялся тихим гудением трансформатора в блоке питания и шуршанием пластика проводов, а пар от дыхания монтёров клубами поднимался вверх, смешиваясь с запахом хвои.

Ева подошла ближе, зябко поёжившись, придерживая на груди накинутую на плечи куртку, мороз уже щипал уши, и крикнула с приветливой улыбкой, чтоб не выглядеть как строгий босс с проверкой:

– Эй, ребята, поаккуратнее, пожалуйста, с этими лампочками! Если контакты отойдут от мороза – вся работа насмарку. У нас тут не Кремль, запасных елок нет. И запасного Деда.

Бородатый сверху хохотнул и чуть не уронил провод, выскользнувший из намокших перчаток по обледенелым веткам. Он с охотой откликнулся, реагируя на её призыв и не отрываясь от работы:

– Да ладно тебе, начальница, не каркай под руку! Мы эти гирлянды километрами мотали. Всё проверим, испытаем... А то в прошлом году у соседнего центра сэкономили на китайских блоках – крикнули «Елочка, гори!», а она взяла и загорелась. Пожарные приехали, даже в местных новостях показали.

Второй монтёр, прекратив отряхивать снег с мотка гирлянды на локте, загоготал от души и затем подмигнул Еве, выдыхая пар:

– Точно! А тут ещё пальцы дубеют от холода. Но ничего, для красивой начальницы постараемся. Только ты нас чаем угости потом, а то скоро «дрожжи начнем продавать».

Ева рассмеялась невольно, подошла к стремянке, заглянула вверх и шутливо погрозила кулачком первому монтеру:

– Вот именно! Мы на безопасности не экономим! Если случится короткое замыкание ­– я вас лично заставлю перемонтировать в новогоднюю ночь. Под шампанское и оливье! Романтика!

Второй монтёр хмыкнул и подмигнул еще раз, мечтательно проговорив:

 – Романтика – это когда с начальницей, такой красивой, Новый Год под елочкой встречаешь. А то сидят в кабинетах и только бумаги шлют.

Ева картинно закатила глаза:

– Ох, льстец! Чай – это святое, угостим, не вопрос. Лучше скажи, почему эта ветка мигает неравномерно? Перепроверь соединение, а то, не дай бог, у покупателей, глядя на неё, эпилепсия случится. И давайте-ка добавим ещё одну гирлянду на верхушку – пусть сияет под звездой. Но чтоб изоляция на пятёрку, иначе я вас на диете оставлю: без премии за «творческий подход».

Бородатый спустился на три ступеньки и показал большой палец, расплывшись в неожиданной улыбке, услышав слово «премия»:

– Слушаемся! С тобой работать – одно удовольствие. Не то что прошлый управляющий: наорал и ушёл.

Она тогда стояла на холоде ещё час, проверяя каждую гирлянду, шутила с ними о новогодних планах, но не забывая контролировать процесс. В итоге елка засияла идеально.

А сейчас даже не знает, включили ли ее сегодня вечером. Наверное, горит вхолостую – на пустой парковке, без посетителей.

Она встала и подошла к окну, отведя согнутые в локтях руки назад, и прогибаясь в пояснице. Холодный воздух из вентиляции щекотал затылок, напоминая, что отопление в административном блоке здания выключают в 19:00. Еще один способ сэкономить. Или, может, это тест на устойчивость к стрессу? Кандидат в заместители директора должен выдержать восемь часов при +16°C и сохранять 95% концентрации.

На последнем семинаре, организованном руководством головного офиса, их учили: «основополагающий принцип управленца – максимальное делегирование полномочий подчинённым». Старший менеджер должен заниматься только тем, что нельзя доверить нижестоящим.

Семинар вел инструктор из Москвы, или, как он просил себя называть – тренинг-менеджер, – молодой человек по имени Антон, возрастом, может быть, чуть старше Евы.

Нельзя сказать, чтобы она услышала для себя что-то новое, это был краткий пересказ одного из учебных курсов, но в том, как он преподносил общеизвестные истины, было что-то завораживающее. Как и сам внешний вид тренинг-менеджера: темно-синий, искрящийся блестками расстегнутый пиджак с засученными рукавами, бордовый, в белую полоску галстук, узкие зеленые коротковатые брюки, с виднеющимися под ними полосатыми носками. Прическа – длинная косая челка ослепительно белых, как первый снег, волос. Волнующий взгляд неестественно голубых, почти синих глаз. Идеальный образ для обложки айдол-аниме. Редкая залетная птица в её краях.

Он прохаживался по сцене, остроумно шутил, комментируя слайды на большом экране, присаживался на край стола, а то и просто садился на ступеньки подиума, перебрасывая микрофон в руках, как горячую картошку. И, казалось, с завтрашнего дня на работе у неё все завертится, ускорится, замелькает в невиданном темпе.

Ева усмехнулась, вспоминая историю об одном забавном персонаже на иллюстративном слайде:

«…Мы говорим о делегировании полномочий. И да, я знаю, что вы уже слышали об этом в институте, на прошлых курсах и, возможно, даже от своих котов, которые давно «делегируют» вам уборку после себя».

Зал сдержанно засмеялся. Ева заметила, что даже Татьяна Павловна, всегда сохраняющая серьезное выражение лица, оттаяла, а Лена заерзала на стуле, явно пытаясь запомнить каждое слово.

– Но давайте посмотрим на это с третьей стороны, – продолжал Антон, сменив картинку на проекционном экране.

На экране появился новый слайд с плутоватого вида котом, стоящим на задних лапках, одетым в офисный костюм с галстуком, и подписью: «Делегируйте, как этот парень».

– Делегирование – это не просто перекладывание обязанностей, как многие думают. Это стратегический процесс, когда вы определяете, какие задачи соответствуют компетенциям ваших сотрудников, устанавливаете четкие Ки Пи Ай – ключевые показатели эффективности – и затем отслеживаете прогресс, не вмешиваясь в процесс выполнения. Запомните: хороший менеджер – это тот, кто может доверить задачу и не проверять каждые пять минут, как там дела.

– А что, если сотрудник не справится? – раздался вопрос из зала, заданный таким насмешливым тоном, будто человек, задающий его, хотел поставить лектора в затруднительное положение.

– Отличный вопрос! – Антон оживился, показывая, что нисколько не смущен, – В этом случае вы должны правильно оценить компетенции своего сотрудника до того, как делегировать задачу. Если вы дали задачу по разработке финансового отчета человеку, не знающему достаточно хорошо Excel, то проблема не в сотруднике, а в вас. Это как дать кошке расческу и ожидать, что она сделает вам идеальную прическу.

Зрители оживились, показывая, на чьей они стороне.

– Посмотрите на этого парня! – Антон с простодушной улыбкой указал на слайд. – Он знает, когда мяукнуть, чтобы получить еду (правильная постановка задачи), и когда спрятаться от надвигающейся уборки с пылесосом (правильная расстановка приоритетов). Он знает, когда подставить спинку для чесания (делегирование с учетом сильных сторон сотрудника) и когда шикнуть для предупреждения (мягкий контроль выполнения задачи). Идеальное тактическое поведение, выработанное многовековым опытом взаимовыгодного сотрудничества!

По залу пронесся одобрительный смешок, даже Ева не смогла сдержаться от усмешки.

– А что, если сотрудник всё равно не справляется? – спросила неуверенно  Татьяна Павловна.

– Тогда вы анализируете, почему так произошло, – ответил Антон. – Возможно, вы неправильно оценили его компетенции, или не дали достаточно ресурсов, или поставили нереалистичные сроки. Это ваш урок как менеджера. Но вы не возвращаете задачу к себе, а либо корректируете процесс делегирования, либо находите другого исполнителя. Потому что, если вы забираете задачу обратно, вы только усиливаете зависимость и снижаете мотивацию сотрудника.

Он сделал паузу, позволяя взволновавшемуся залу успокоиться, а информации усвоиться.

– Вот вам еще один пример, чтобы запомнить. Представьте, что вы – менеджер по маркетингу, и вам нужно организовать рождественскую акцию. Вы не будете сами рисовать плакаты, не будете сами звонить СМИ, не будете сами раскладывать флаеры по почтовым ящикам. Вы найдете ответственного за каждый аспект: за дизайн – сотрудника с творческими навыками, за PR – того, кто умеет работать со СМИ, за распространение материалов – того, кто хорошо организует процессы. Вы установите четкие сроки и ожидаемые результаты, и будете контролировать только ключевые точки. А в итоге получите не просто акцию, а команду, растущую вместе с вами!

– Но как быть, если я не доверяю сотрудникам? – спросила молодая женщина из зала.

– Ага, классический случай! – Антон хмыкнул. – Знаете, что говорит старая поговорка? «Доверяй, но проверяй». Но я бы добавил: «Сначала дай шанс, потом проверяй, и только потом делай выводы». Если вы изначально не доверяете, вы создаете атмосферу недоверия, и сотрудники будут бояться брать на себя ответственность. Начните с малого: делегируйте небольшую задачу, установите четкие критерии успеха, и если сотрудник справится – расширяйте зону доверия. Помните: вы не теряете контроль, вы распределяете ответственность!

– А если сотрудник ошибется? – не унималась женщина.

– Отличный вопрос! – Антон похлопал в ладоши. – Ошибки – это часть процесса обучения. Если сотрудник ошибется впервые – это повод для обучения. Если во второй раз – повод для серьезного разговора. Если в третий раз – возможно, задача не соответствует его компетенциям. Но вы не должны бояться ошибок – вы должны бояться того, чтобы никто не брал на себя ответственность из-за вашего страха перед ошибками!

Антон посмотрел на часы.

– И напоследок небольшой лайфхак: если вы не уверены, можно ли делегировать задачу, задайте себе вопрос: «Если бы я заболел на месяц, кто бы мог выполнить эту задачу? Если ответ – никто, значит, вы уже давно должны были ее делегировать. Потому что хороший менеджер – это тот, чья команда может работать без него!

***

Ева оглядела пустой кабинет и вздохнула. Её улыбка невольно перешла в печальную усмешку.

Реальность, в которой она жила, выглядела по-другому: то, что хорошо в теории – на практике маловыполнимо. Она с удовольствием «делегировала» бы механическую рутину своим подчинённым: Татьяне Павловне и Елене – но, как назло, у Лены началась, на три дня раньше запланированного, сессия на заочном, а Павловна как огня боится программы «1С».

– Если бы Татьяна Павловна была котом из слайда, она бы точно спряталась от этой программы под диван и мяукала, пока кто-то не сделал бы работу за нее», – подумала Ева саркастически хмыкнув. На прошлой неделе она битый час пыталась научить Татьяну Павловну пользоваться базовой функцией фильтрации в Excel.

Иногда Ева задавалась вопросом: как она, с ее стремлением к совершенству в управлении, оказалась в окружении людей, полагающих, что «1С» – это новый вид витамина.

Ева выпрямила спину, уперлась затылком в подголовник кресла и закрыла глаза. В мыслях она снова вернулась к прошедшему семинару.

Когда лекция завершилась, и благодарные слушатели, из тех, кто постарше, после продолжительных аплодисментов потянулись к выходу, молодой человек спрыгнул со сцены и сразу попал в окружение восторженных девиц, засыпавших его вопросами, не терпящими отлагательств.

Менеджмент Торгового центра в полном составе, во главе с Евой, по театральной привычке остался на своих местах в первом ряду зала, ожидая пока толкучка в гардеробе утихнет.

Неожиданно Антон с приветливым выражением лица подошел к Еве, стараясь смотреть одновременно на всех троих.

Он задал общий вопрос:

– Как вам лекция? Я не очень занудствовал?

Но по взгляду было видно, что обращался он только к Еве.

Татьяна Павловна из вежливости, а Лена – совершенно искренно, –засмеялись. Ева лишь снисходительно улыбнулась:

– Хороший пересказ моего институтского курса.

На что Лена горячо возразила:

– А мне было очень интересно. Узнала для себя много нового.

Татьяна Павловна добавила:

– Большое спасибо. Мне тоже кое-что пригодится в работе.

Антон слегка смутился, или, может быть, ему хотелось это показать, и он в своё оправдание ответил:

– Всегда полезно освежить багаж знаний. И… не судите слишком строго. Я должен учитывать средний уровень аудитории, а не только таких профи, как вы.

Лицо Евы, наконец, оттаяло, приняв естественное выражение:

– Вы меня поставили в глупое положение. Вы правы. Мне еще учиться и учиться.

Антон, растопив лёд предубеждения в отношении себя и добившись первых зримых признаков расположения, принялся развивать успех:

– Посоветуйте хороший ресторан в вашем городе. Я после лекции чертовски проголодался. У меня идея: а давайте все вместе сейчас нагрянем в ближайшее гастрономическое заведение?

Татьяна Павловна быстро сориентировалась и умело изобразила смущение:

– Нет-нет. Извините, Антон. У меня дома муж не кормлен. Вы уж, молодежь, веселитесь. Время ваше.

Её поддержала Елена, воспользовавшись несколькими секундами для обдумывания ответа:

– Я бы с удовольствием, но у меня сегодня онлайн-лекция с контрольным опросом. Не могу пропустить. Так что...

Антон вопросительно посмотрел на Еву.

– Хорошо. Я тоже проголодалась.

Антон не скрывал своей радости:

– Мой номер на первом этаже. Выйду через пять минут.

***

Через пять минут к Еве, стоявшей у входа в бизнес-центр, подошел со смущенным видом незнакомый молодой человек в легкой куртке из клетчатой пальтовой ткани, с вязаной серой шапкой на голове, похожей на плоскую казачью папаху, скрывающую волосы, и в больших дымчатых очках в роговой оправе.

Ева неуверенно уточнила:

– Вы Антон?

Он рассмеялся:

– Не похож?

Ева пригляделась и удивленно ответила, словно оправдываясь:

– У вас цвет глаз изменился.

– Контактные линзы. Я их снял. Предпочитаю смотреть на мир через неокрашенные стекла.

***

– Хватит мечтать. Работай! – приказала себе Ева, и в очередной раз углубилась в кропотливый процесс сверки счетов, набирая длинные строки с числами на клавиатуре. От накопившейся усталости приходилось всё чаще нажимать автоматной очередью клавишу с обратной стрелкой и стирать ошибки на экране. Усилия воли и концентрации внимания хватило ненадолго.

За окном офиса, прихваченным по углам морозными узорами, медленно падал снег, превращая асфальтированную площадку перед Торговым центром в белоснежный бесконечный ковёр. Сама парковка выглядела как заснеженное поле – на котором уже ничего не вырастет, усмехнулась Ева. В начале её работы в Торговом центре парковка была постоянно заставлена дорогими иномарками. Богатые покупатели съезжались сюда за покупками со всего города. Но те времена как-то незаметно сошли на нет. Вместе с исчезновением престижных бутиков и модных брендов.

– Вот ирония, подумала Ева. – Раньше, когда тут было полно народу, я мечтала о тишине и спокойствии. Теперь, когда тишина и спокойствие стали реальностью, я мечтаю о том шуме и суете. Кажется, я превратилась в хранительницу призрачного города – как в тех фантастических фильмах, где один человек остается в пустом мире после апокалипсиса. Хотя, может, это даже лучше, чем слушать бесконечные жалобы арендаторов.

Месяц назад владелец магазина электроники пришел к ней с претензией: «Ева, у вас в центре слишком много свободного пространства! Это пугает покупателей!» Она едва сдержала смех: «Вы хотите, чтобы я наняла людей, чтобы они гуляли по торговому залу и создавали видимость толпы?»

В конце концов, она просто посоветовала ему изменить планировку отдела для получения эффекта заполненности.

Иногда ей казалось, что её работа – это сплошная импровизация на грани фола. Как в тот осенний день, три месяца назад, когда она придумала то, что позволило обычной осенней ярмарке заиграть новыми красками.

Для посетителей были заготовлены маленькие сюрпризы: мастер-классы для детей и взрослых, уютные уголки для фотографий, специально приглашенные музыканты и артисты, которые должны были развлекать публику на сцене и между рядами. Даже небольшой контактный уголок с животными, которого раньше на ярмарках никогда не было. Казалось бы – что могло пойти не так.

Но всё началось с незаметных непредвиденных мелочей, из которых потом неизбежно вырастает хаос.

За два дня до открытия вдруг выяснилось, что лавку с мёдом ставить нельзя.

Пожилой мужчина с растерянным лицом стоял перед Евой с коробкой банок и уверял, что уже сто раз участвовал в таких ярмарках и никогда никому не мешал.

Она звонила, спорила, объясняла и в итоге продавила компромисс: лавку оставили, но без дегустации и с закрытыми крышками.

На следующий день, когда павильоны уже расставили, и всё выглядело почти готовым, появился пожарный инспектор и заявил, что между рядами должно быть больше пространства. Полметра, которых просто не было. Пришлось сдвигать столы, уговаривать мастеров потесниться и выслушивать ворчание тех, кому казалось, что именно их задвинули с проходов больше остальных.

Параллельно арендаторы фудкорта начали возмущаться, что ярмарка «перекрывает им поток». Один особенно переживал за свою шаурму и доказывал, что люди с пряниками до неё не дойдут. Она кивала, устало обещала разобраться и шла дальше – времени на споры уже не оставалось.

В день открытия всё посыпалось сразу.

Один артист не приехал вовсе – написал, что перепутал субботы.

Кто-то из музыкантов застрял в пробке и каждые десять минут звонил с вопросом, стоит ли ему вообще ехать.

Певица, появившись за час до выступления, обиделась, что в сценарии не указано, что она «лауреат каких-то там конкурсов», и долго объясняла, что это принципиально, и пришлось Еве лично дописывать и исправлять документ своей ручкой.

Два ремесленника едва не сцепились из-за одинаковых скатертей – каждый был уверен, что второй нарочно его копирует.

Ведущий перепутал сценарий и объявил розыгрыш призов раньше времени, и, к тому же, умудрился назвать имя победителя ещё до начала самого розыгрыша.

Зал загудел, но она успела превратить это в шутку и запустить «дополнительный» приз.

Когда двери открылись и пошли первые посетители, перегорела розетка, и половина павильонов осталась без света. Музыка заиграла с задержкой, а потом из колонок внезапно загремела реклама с названием конкурирующего ТЦ.

Ева бросилась к пульту, поменяла плейлист, убрала лишний шум и направила поток людей туда, где по непонятной причине образовалось разреженное пространство. Но установившийся затем порядок и затишье длились недолго.

В центре зала козёл из контактного мини-зоопарка для детей – незаметно выбрался из вольера и с философским спокойствием принялся жевать ужасно ценную и эстетически уникальную композицию из сухоцветов.

Хозяйка композиции была на грани истерики. Ева поймала козла сама, удерживая верёвку и обещая разобраться с компенсацией позже.

И всё же ярмарка заработала. Люди задерживались у столов, смеялись, фотографировались, дети тянули родителей к прилавкам. Мастера перестали ворчать и начали улыбаться покупателям.

К вечеру один из арендаторов подошёл к ней и тихо поблагодарил, сказав, что продал больше обычного. Потом второй. Потом третий.

Она прислонилась к колонне и впервые за день позволила себе дать какое-то время для отдыха. Обессиленная, но довольная. Из хаоса, суеты и десятков мелких проблем снова получилось что-то живое и настоящее – и это было её маленькой победой.

В результате мероприятие привлекло много посетителей не только на ярмарку, но и в сам торговый центр. Основные арендаторы даже увеличили свои продажи на 20%.

Это был её профессиональный триумф, и она гордилась тем, как смогла поднять атмосферу праздника во всем торговом центре.

Но управляющий, вместо похвалы, лишь сухо заметил, что расходы на ярмарку были слишком высокими.

Она кивнула, не споря. Работа старшим менеджером научила её принимать такие слова спокойно, как неизбежную часть профессии.

Тогда она впервые подумала, что настоящий профессионализм измеряется не аплодисментами и благодарностями, а тем, насколько незаметно ты решаешь чужие проблемы и как редко тебе за это говорят «спасибо». Мысль была горькой, но, как ни странно, она внушала еще и уверенность в её силах и возможностях.

***

В воздухе витал сладковатый аромат корицы от новогодних свечей, продающихся в одном из магазинов этажом ниже.

На столе горела настольная лампа, отбрасывая уютный жёлтый круг света на разложенные отчёты.

Несмотря ни на какие неприятности, предновогоднее настроение находило свою тайную тропинку к сердцу Евы. В очередной, а если быть точнее – в двадцать первый раз, если вести отсчет с её четырёхлетнего возраста, когда она отчетливо запомнила момент фотографирования маленькой девочки в смешном платьице под роскошной ёлкой с огромными цветными шарами.

Такое не забыть, если тебя снимают со вспышкой без предупреждения. У неё сохранилась эта фотокарточка, отпечатанная на настоящей цветной фотобумаге в одной из тех «волшебных» фотолабораторий, тихо и незаметно исчезнувших с появлением цифровых фотоаппаратов, а затем и смартфонов, когда «фотки» стало принято разглядывать на экранах телефонов и планшетов с ноутбуками.

Карточка была с фигурно обрезанными краями, хотя и с поблекшими от времени красками: девочка с испуганным взглядом неуклюже держит большого плюшевого мишку, зачем-то сунутого ей в руки перед «фотосессией».

Ева вздохнула, откинувшись на спинку кресла.

Работа старшего менеджера в реальности оказалась не такой гламурной, как ей представлялось вначале. Бесконечные проверки арендаторов, конфликты с персоналом, отчёты, необходимые к сдаче «ещё вчера» … Задержки с оплатой за аренду, просьбы перенести оплату на следующий месяц.

По должности ей требовалось проявлять выдержку и непреклонность в отстаивании интересов компании, владеющей Торговым центром. Финансовый поток должен быть непрерывным и, если не постоянно возрастающим, то, хотя бы, не снижаться. Несмотря на рост издержек по эксплуатации здания и прочим расходам и отчислениям.

Ева знала, что её деловые качества по праву оценены на самом верху, в столичном головном офисе, что подразумевало заманчивые перспективы. Но ей было жалко мелких предпринимателей, отдающих почти всю выручку в счет оплаты аренды, а иногда и просто работающих себе в убыток, надеясь на лучшие времена. Поэтому она нередко соглашалась отсрочить платежи, и даже подсказывала, как можно сэкономить, уменьшив арендуемую площадь на несколько метров.

Правда, это приводило к тому, что в торговом зале начинало появляться все больше свободных «полян», но пока это не бросалось в глаза. А если возникнут вопросы у руководства, то у нее был заранее заготовлен ответ: «проводятся мероприятия в рамках оптимизации бизнес процессов».

«Иногда мне кажется, что я не менеджер, а социальный работник для малого бизнеса», – подумала Ева с усмешкой. Но она знала, что без её гибкости многие магазины уже закрылись бы, и торговый центр превратится в пустое пространство еще быстрее.

В первый раз она придумала этот коммерческий прием, когда к ней в офис пришла бабушка Ольга, владелица небольшого магазинчика «Плюшевые мечты» на втором этаже.

Седые волосы пожилой женщины были аккуратно уложены в пучок, а в руках она держала сумку с образцами своих работ – милых вязаных зверушек, так любимых детьми всех возрастов.

– Ева, дорогая, – начала она, садясь на стул напротив стола, – я не знаю, как тебе сказать... Вся моя выручка уходит на оплату аренды и материалов. Люди перестали покупать игрушки ручной работы, все ушли в интернет, в телефончики свои... А у меня кредит за этот магазинчик, и...

Ева сразу поняла, что женщина на грани слез. Всего лишь месяц назад бабушка Ольга с гордостью показывала ей новую коллекцию – крошечных панд, связанных из каких-то особых ниток. Ева тогда еще пошутила: «Ну, теперь ваш бизнес пойдет в гору», на что она, вздохнув, ответила:

– Раньше люди приходили, покупали, а теперь кто придет-то? Пусто, как в церкви в будний день. А я ведь не просто так игрушки вяжу, я их с душой делаю! Каждую пандочку как ребенка ращу...

– Ольга Ивановна, – мягко начала Ева, – давайте посмотрим на вашу аренду. Вы занимаете 30 квадратных метров, но большая часть пространства – это складская зона и рабочий уголок, где вы вяжете.

– Да, но куда мне девать все материалы? И образцы? – запнулась женщина.

– А что, если мы сократим площадь до 15 квадратов? – предложила Ева. – Оставим только торговую зону, а материалы вы будете хранить дома. Вы же живете недалеко от торгового центра?

Бабушка Ольга кивнула, но тут же запротестовала:

– Но как же я тогда буду вязать новые игрушки? Мне нужен рабочий стол...

– А вы будете вязать дома, – пытаясь выглядеть убедительной, произнесла Ева. – И приносить готовые работы сюда. Давайте сделаем так: вы оставляете 10 квадратов под торговую площадку и 5 под мини-склад. Аренда снизится на 50%, и вы сможете выжить в этом кризисе. К тому же, я знаю, что в начале следующего месяца освободится место напротив детской площадки – там будет больше трафика.

Ева помнила, как бабушка Ольга, уходя, обняла ее и прошептала: «Благодарю, дочка. Я думала, придется закрывать магазин, а мои панды так любят дети...».

 В тот вечер, подписывая новый договор аренды, Ева подумала: «Вот и еще одна «оптимизация бизнес-процессов» в моем послужном списке. Хотя, если честно, мне нравится, когда оптимизация помогает сохранить улыбки на детских лицах, а не только прибыль компании». Она даже купила себе маленького вязаного котенка и поставила его на рабочий стол – напоминание о том, что бизнес – это не только цифры.

Лицо Евы потеплело при воспоминании о том, как пару месяцев назад к ней пришел Андрей – владелец магазина настольных игр и сувениров. Высокий, худощавый парень с рыжими волосами и в очках. Он всегда казался слишком стеснительным для продавца.

– Ева, я… в общем такая ситуация, – начал он, краснея. – У меня долг по аренде. Я пытался продавать онлайн, но... это не то же самое, что живое общение. Люди перестали приходить, а без живых игр... это как кино без звука.

Ева помнила, как сама заходила в его магазин, чтобы отвлечься от работы. Андрей всегда находил время показать новинки и рассказать о правилах.

– Андрей, – начала она, – скажи, сколько квадратных метров ты реально используешь для торговли?

– Ну... около 25 из 40, – честно ответил он. – Остальное – склад и зона для игр...

– А что, если мы сократим площадь до 25 квадратов? – предложила Ева. – Оставим только торговую зону и небольшой уголок для демонстрации игр. Склад можешь арендовать в другом месте или использовать подсобку в торговом центре за символическую плату. А зону для игр... – она задумалась, – давай сделаем ее мобильной. По выходным будем расставлять столы в центральном холле. Я договорюсь с охраной, чтобы не мешали.

– Но как же мои коллекционные издания? – забеспокоился Андрей. – Их нужно хранить в определенных условиях...

– Перенеси их в торговую зону, – посоветовала Ева. – Сделай из них витрины-дисплеи. Люди любят, когда товар выставлен красиво. И давай запустим мини-турниры по выходным – привлечем аудиторию. Я помогу с рекламой через соцсети торгового центра.

Через месяц, когда Андрей пришел оплачивать аренду, он принес с собой не только деньги, но и настольную игру в подарок.

– Это называется «Менеджер года», – застенчиво произнес он. – Я создал ее специально для вас. Правила простые: нужно выживать в мире корпоративной рутины, спасаться от ловушек под названием «отчеты» и «встречи», и при этом помогать малому бизнесу не закрыться.

Ева тогда рассмеялась и пообещала сыграть в нее в первый же свободный вечер. Дома она распаковала коробку и обнаружила записку: «Спасибо за то, что верите в маленькие мечты. Андрей». Она поставила игру на полку рядом с ноутбуком, и каждый раз, когда чувствовала, что тонет в рутине, смотрела на нее и мысленно хвалила себя: «Бизнес – это не только цифры в Excel. Это еще и люди, с их надеждами и верой, что их мечты могут стать реальностью».

Иногда, когда особенно тяжелый день, она позволяла себе сыграть в «Менеджер года» – это было лучше любого массажного кресла.

Прокручивая в своей памяти эти случаи, Ева улыбнулась. Да, она могла бы быть строже, как требовали правила компании. Но каждый раз, когда она видела, как магазины, которые она с таким трудом помогла сохранить, продолжают работать, как глаза людей, получивших её поддержку, светятся благодарностью  – она знала, что делает правильный выбор.

В конце концов, – думала она, – менеджмент – это не только управление процессами. Это еще и управление возможностями. И если я могу создать хотя бы одну возможность для человека, чтобы он не бросил свою мечту – я сделаю это. Даже если в отчете это будет называться «мероприятиями в рамках оптимизации бизнес-процессов». В этом была ее маленькая, но очень важная победа в мире больших корпораций и еще больших амбиций.

В дверь осторожно постучали.

– Войдите, – сказала Ева, не поднимая глаз от экрана.

Дверь приоткрылась, и в кабинет заглянул Андрей. Он стоял на пороге, сжимая папку с документами, словно боялся переступить черту. Его рыжеватые волосы были растрёпаны, а на щеках играл румянец, как от мороза. Тонкие запястья рук выглядывали из-под коротковатых рукавов серого пиджака.

– Здравствуйте, Ева, – пробормотал он, решившись, наконец, войти, и протянул папку. – Отчёт за месяц. И… счет на оплату аренды.

Ева ободряюще кивнула, принимая документы. Андрей был одним из самых добросовестных арендаторов. Его небольшой магазин сувениров располагался на третьем этаже, рядом с детской площадкой. Она помнила, как полгода назад он пришёл в офис, нервно теребя бейсболку в руках, чтобы подписать договор. Тогда он казался ей потерянным подростком, а не владельцем бизнеса.

– Всё в порядке с магазином? – спросила Ева, подписывая бумаги. Слова прозвучали с искренним сочувствием, которое ей бы хотелось, но не удалось скрыть.

– Да, спасибо, – он опустил глаза. – Новогодний ажиотаж… люди закупаются подарками. А у меня самые низкие цены.

– Рада за вас, – Ева протянула ему копию счёта. – Если что-то понадобится, обращайтесь.

Андрей кивнул и, задержавшись на мгновение у двери, вышел. Ева проводила его взглядом, задумавшись. Она замечала, как он иногда украдкой смотрел на неё, когда заходил в офис. Его взгляд казался тёплым, но робким, словно он боялся обжечься. «Он как птенец, выпавший из гнезда», – подумала она тогда. Но мысль о том, чтобы позволить кому-то приблизиться к себе, пугала её. Её жизнь была чётко распланирована: карьера, независимость, никаких лишних рисков.

– Интересно, что бы сказал Антон из Москвы о таком подходе к жизни? Наверное, посоветовал бы мне «делегировать свои эмоциональные обязательства», – усмехнулась про себя Ева.

Два месяца назад она помогла Андрею организовать небольшую рождественскую распродажу. Он боялся, что у него не хватит денег на рекламу, но Ева договорилась на большую скидку за свой счет. Когда магазинчик начал приносить прибыль, Андрей пытался вернуть деньги, но она отказалась.  – Это инвестиция в будущее, – сказала она тогда. Хотя, если честно, она просто не могла смотреть, как еще один маленький бизнес гибнет. Иногда ей кажется, что она – последний защитник малого бизнеса в этом торговом центре. Хотя, возможно, она просто слишком сентиментальна.

***

Наконец, настал тот момент, когда можно с облегчением нажать на большую круглую кнопку на корпусе древнего настольного компьютера, давно просящегося на покой натужным гудением своего вентилятора. 

Руководство Торгового центра экономило на оргтехнике, объясняя это тем, что программное обеспечение привязано к «железу». А замена «софта», обойдется в гораздо большую сумму, чем модернизация компьютерного парка. Ева с удовольствием, и намного быстрее выполняла бы эту работу на своем ноутбуке, но подключать посторонние и «несертифицированные средства автоматизации вычислений» строго запрещалось.

Осталось только рассортировать документы по папкам и разложить их по полкам офисного железного шкафа с замком-шифром на дверце.

Телефон на столе, заваленный ворохом счет-фактур, накладных, доверенностей, завибрировал, напоминая о себе. Ева не сразу отыскала его, хлопая ладонью по бумажным листам. На экране последним в списке пропущенных сообщений была эсэмэска от подруги: «Ты скоро? Я в кафе».

Вдруг дверь распахнулась, и в кабинет вошёл Игорь Сергеевич. Он был одет в тёмно-синий костюм, от него пахло дорогим парфюмом с нотками сандала. В руках он держал два билета.

– «Ева, у меня для тебя сюрприз», – сказал он торжественно и с каким-то радостным предвкушением, положив билеты на стол. – На Новый год я арендовал шале на горнолыжном курорте. Ты составишь мне компанию.

Она почувствовала, как по спине пробежали мурашки.

– Спасибо, Игорь Сергеевич, но я… не уверена, что смогу. У меня много работы.

Он ухмыльнулся, опершись руками о стол:

– Работу можно отложить. Это шанс показать себя с другой стороны. – Его пальцы легли на её руку. – Ты же понимаешь, как это важно для твоего будущего?

Ева отдернула ладонь, словно обожглась.

– Я не умею кататься на лыжах, – попыталась она возразить.

– Научу, – он выпрямился, изобразив двусмысленную улыбку. – Билеты уже куплены. Никакие отказы не принимаются. Выезжаем через три дня. И, кстати. Как тебе известно, наша компания проводит «тимбилдинг» для управляющего звена. Ты в списке. Между прочим… там будет кое-кто из важных фигур из головного офиса... – Игорь Сергеевич многозначительно показал указательным пальцем вверх и добавил, стараясь казаться серьезным, хотя его глаза выдавали усмешку, – возможно, будет тренинг по оптимизации бизнес-процессов.

Когда он вышел, Ева опустилась в кресло, глядя на билет. На нём красовалась надпись: «Горнолыжный курорт «Серебряный пик». Люкс-шале с панорамным видом».

Она сглотнула ком в горле. Мысль провести несколько дней наедине с Громовым вызывала тошноту, но отказаться значило подписать себе приговор. Из случайно подслушанных обрывков разговоров других сотрудниц Ева знала: Игорь Сергеевич не прощал слова «нет».

– Вот и новогоднее чудо, – горько подумала она, глядя на падающий за окном снег. – Только вместо Деда Мороза – Игорь Сергеевич с его «тимбилдингом».

На прошедшую годовщину учреждения компании, когда она отказалась от его приглашения на корпоративную вечеринку, он целый месяц игнорировал её предложения по улучшению работы торгового центра. «Интересно, что будет, если я пропаду в горах без вести? Наверное, в отчете напишут «проведены мероприятия в рамках оптимизации бизнес-процессов», – с горькой иронией подумала она. «Может, стоит позвонить Антону? Хотя бы ради того, чтобы вспомнить, что есть жизнь вне этого офиса», – мелькнула мысль. Но тут же она отбросила её. «Нет, это было бы глупо. Кроме того, что я ему скажу? «Привет, помнишь, я та самая строгая менеджерша, отметившая, что твоя лекция – просто пересказ университетского курса».

Ева посмотрела на часы. Было уже восемь вечера. Подруга наверняка заждалась в кафе. Она быстро собрала рюкзак, проверила, закрыт ли шкаф с документами, и направилась к выходу. По пути она бросила взгляд на пустые магазины на первом этаже – еще несколько месяцев назад здесь были модные бутики, а теперь лишь эхо шагов отдавалось в пустом пространстве.

– В конце концов, может, эти три дня на курорте и пойдут мне на пользу, – подумала она, улыбаясь своей мысли. – В конце концов, я же профессионал. Наверняка найду способ провести время так, чтобы Игорь Сергеевич даже не заметил моего присутствия. Может, притворюсь, что сломала ногу? Хотя нет, лучше не надо. В горах это слишком правдоподобно.

С этими мыслями Ева направилась к кафе, где её ждала подруга, оставив за спиной пустой офис и билет на горнолыжный курорт, открывающий новые возможности и грозящий новыми испытаниями.

Она с теплотой вспомнила, как сегодня утром, перед тем как войти в офис, увидела на парковке елочку в керамическом горшке, поставленном кем-то среди машин. Деревце было такое маленькое и хрупкое, но все равно пыталось быть красивым.

Иногда нужно просто верить, что даже самая маленькая елочка может стать большой, если за ней хорошо ухаживать. И даже если все вокруг думают, что она обречена, она все равно будет расти. Потому что в глубине души она знает, что рождественское чудо может случиться с каждым, даже с пустым торговым центром и уставшей управленкой, которая слишком много работает и слишком мало спит.