Фальшивая невеста. Свекровь (не) все знает!

— ...Ты серьезно?! — не веря своим ушам, смотрю на Пашку. — Что за тупая идея?

— А ты попробуй, — подначивает наш однокурсник Леха. — Может, понравится! Настя, ну что ты мнешься?

— Ну конечно, — фыркаю я. — Вы с ума посходили? Как вы себе это представляете?

— Очень просто, — ухмыляется Пашка. — Идем в торговый центр, ты встаешь у эскалатора и подкатываешь самым нелепым способом к каждому встречному мужику. А мы все это снимаем потихоньку. Десять подкатов — и ты свободна!

— Этот видос кучу просмотров наберет, — предвкушает Леха. — Мы тебе, может, путь в звезды прокладываем!

Вздыхаю, мысленно кляня тот день, когда согласилась поспорить, что сдам сессию лучше этих двух гаденышей.

Все было хорошо, кроме последнего экзамена. Мне попался самый сложный билет, а принимать ответ решил самый злобный препод на факультете.

И вот результат — я иду на пересдачу. Но сперва… позориться в торговый центр!

Ладно, переживу. По моим расчетам, это займет от силы десять минут.

Входим в торговый центр.

Внутри все гудит как растревоженный улей. Толпы людей снуют туда-сюда, у всех свои заботы и покупки. А у меня — миссия!

«Десять тупых подкатов — и свобода», — как мантру, повторяю про себя.

Пашка и Леха, вооружившись телефонами, прячутся за колонной, хихикая как шкодливые черти.

Чувствую, как к щекам приливает кровь.

Ну что ж, была не была!

Первый кандидат — солидный мужчина в дорогом костюме, разговаривающий по телефону. Подхожу, делаю глубокий вдох и… спотыкаюсь прямо перед ним, театрально взмахнув руками.

— Ой, простите! Просто ваша аура настолько сильна, что меня с ног сбивает!

Мужчина вздрагивает, чуть не роняет телефон и смотрит на меня как на умалишенную.

Бормочу извинения и пулей улетаю обратно на исходную, поглядывая на своих «операторов». Пашка давится от смеха, Леха показывает большой палец.

— Отлично начала! — кричит он. — Жги дальше, Настюха!

Следующая жертва — молодой парень с наушниками. На этот раз решаю зайти издалека. Подхожу к нему и нарочито громко, с придыханием спрашиваю:

— Молодой человек, вы не подскажете, где тут ближайший ЗАГС? Просто я увидела вас и поняла — это судьба!

Парень вынимает наушники, смотрит на меня, потом на свои кроссовки, потом снова на меня. В его глазах читается непонимание и легкий испуг.

— Эмм… не знаю, — мямлит он и поспешно ретируется.

А ничего так получается!

Азарт нарастает! Вижу мужчину, рассматривающего витрину с часами. Подхожу, томно вздыхаю и говорю:

— Знаете, время — такая странная штука. Но когда я смотрю на вас, время для меня просто останавливается!

Мужчина поворачивается, на лице — интерес.

— А вы тоже любите хорошие часы? — спрашивает он, показывая на запястье, где красуется что-то явно дорогое.

Стоп, что?! Похоже, мои «гениальные» подкаты работают?

— Простите, — бормочу и быстро сматываюсь подальше.

Пробегаю в другое крыло торгового центра, парни за мной.

— Что он тебе сказал? — любопытствует Леха.

— Неважно. Но почти сработало, — еле перевожу дух. — Надо быть тупее!

— Тогда вперед, к новым вершинам идиотизма! — ободряет меня Пашка.

Замечаю серьезного мужчину в дорогом костюме, быстрым шагом идущего через вестибюль.

Серьезный, представительный. Полудлинные волосы собраны в аккуратный хвост, и весь облик такой суровый и деловой.

Такой точно не станет время тратить на глупости, отмахнется, как от мухи. Можно безнаказанно подурачиться, а он скорее всего просто пойдет дальше, даже внимания не обратит.

Догоняю и быстро выпаливаю:

— Вашей маме невестка не нужна?

Подкат номер четыре готов!

Не дожидаясь ответа, разворачиваюсь и готовлюсь убежать прочь, как вдруг сильная рука ловит меня за локоть и заставляет развернуться обратно.

Встречаюсь взглядом с мужчиной и понимаю, что очень зря к нему сейчас подкатывала…

У него нереальные глаза, странного цвета, похожего на темное пламя. А взгляд… целая вселенная, затягивающая в водоворот огненных искр.

Застываю, как кролик перед удавом, забыв про спор, парней за колонной и свою пересдачу. Все вокруг будто выключается, оставив только этот пронзительный взгляд, прожигающий меня насквозь.

— Вообще-то нужна, — вдруг отвечает он низким голосом, от которого по спине бегут мурашки, а затем, окинув меня взглядом, добавляет: — Подойдешь.

Мир вдруг начинает вертеться с бешеной скоростью, звуки торгового центра превращаются в неразборчивый гул, а под ногами исчезает пол. Меня затягивает в какой-то вихрь света и цвета, словно я провалилась в гигантский калейдоскоп. А потом все вокруг вообще пропадает…

Теперь посмотрим на наших героев!

Настя - бойкая веселая студентка, которая не прочь разыграть друзей. Но вот устраивать розыгрыш в торговом центре ей не следовало! Хотя… посмотрим, как все сложится!

А вот загадочный незнакомец, из-за которого все пошло не так…

Добро пожаловать в мою новую историю! За чудесную обложку благодарю SilverArt!

Вас ждут:

— неунывающая дерзкая попаданка

— властный герой — красавчик-дракон

— еще более властная мамаша красавчика

— сложные и неловкие семейные ситуации

— политические интриги

— щепотка юмора

— любовь и счастливый финал!

Не забывайте добавлять книгу в библиотеку и подписываться на автора, чтобы не пропустить новые истории!

Напоминаю, что мои книги в процессе выкладываются, уже будучи завершенными, по мере редактирования, поэтому вы всегда можете быть уверены в регулярной выкладке новых глав и обязательном счастливом финале!

Целую, ваша Глория

Прихожу в себя на чем-то мягком и пушистом, как будто лежу на гигантском облаке. Открываю глаза и… где я вообще? Вокруг — красивый сад, старинный особняк, небо… И воздух! Он искрится какой-то магией, словно пьешь газировку с тысячей пузырьков счастья!

Подрываюсь на ноги, осматриваюсь по сторонам.

Оказывается, лежала я на чем-то вроде садового дивана, только очень мягком.

— Есть тут кто? — робко зову в надежде, что мне все это сейчас просто привиделось, и через мгновение я снова окажусь в торговом центре.

Но нет!

И тут, как гром среди ясного неба, появляется ОН. Тот самый тип из торгового центра! Только теперь он одет иначе.

Вместо делового костюма на его мощной фигуре расстегнутая рубашка, под которой виднеются идеальные кубики пресса, и черные обтягивающие штаны. Его густые темные волосы, которые были собраны в аккуратный хвост, теперь распущены, и от этого в нем видится что-то дикое, первобытное.

Выглядит он теперь еще более властным, еще более… обжигающим.

Его оценивающий взгляд скользит по мне. Так, наверное, опытный ювелир рассматривает бриллиант.

— Ну что, освоилась? — усмехается он, и эта усмешка заставляет мое сердце сжаться в неясном предчувствии. — Добро пожаловать в мой мир!

— Спасибо, конечно, но мне бы домой, — робко отвечаю я, оглядываясь по сторонам в поисках выхода.

— Домой ты попадешь не раньше, чем отыграешь свою роль, — в уголках его губ появляется едва заметная улыбка, но тут же гаснет.

— Роль?!

— Да. Роль моей невесты, — спокойно и властно продолжает он. — Ты ведь сама предложила себя в этом качестве.

Невеста?! К такому повороту судьбы точно не готовилась! Я же просто хотела пошутить и убежать, а тут такое…

— Невеста? Постойте, вы серьезно? Это же шутка! — пытаюсь я оправдаться, но он лишь поднимает бровь, и в его глазах пляшут насмешливые огоньки.

— В моем мире шутки стоят дорого. Тем более когда речь идет о продолжении рода владык этого мира, — отвечает он, приближаясь ко мне так, что я чувствую жар, исходящий от него.

Это вообще законно — быть таким горячим?

— Послушайте, я не знаю, что тут у вас за игры, но я пас! У меня пересдача экзамена скоро, и вообще, я мечтала о парне, который умеет хорошо готовить и любит артхаусное кино, а не о владыке какого-то там мира! — выпаливаю я, скрестив руки на груди.

Мужчина смеется — глубоко, раскатисто, от этого звука у меня мурашки бегут по коже.

— Что ж, уверен, я смогу научиться готовить, если это потребуется. Но пока у меня есть более важная задача — предъявить всем мою невесту. И поверь, для тебя будет гораздо лучше подыграть мне, — произносит он с усмешкой, от которой мои коленки предательски дрожат.

— Предъявить невесту?! — во мне закипает праведный гнев. Да он вообще слышал, что я говорила?! — Знаете что? Засовывайте свои планы куда подальше! Я не буду ничьей невестой, тем более в каком-то там… непонятном мире! Верните меня обратно!

Пытаюсь развернуться и гордо уйти, но тут же понимаю, что идти-то некуда. Вокруг — роскошный сад и особняк, но ни одного намека на автобусную остановку или что-то подобное.

Внезапно мужчина оказывается передо мной, мгновенно преградив путь. В его лице больше нет ни намека на веселье. Жесткий взгляд пронизывает меня насквозь.

— Ты недооцениваешь ситуацию, — тихо, но угрожающе произносит он. — Здесь действуют другие правила. И твои желания сейчас не имеют значения.

Тон у него такой властный, что меня разом покидает уверенность. Да кто он такой, в конце концов? Утащил меня из торгового центра посреди бела дня в свой мир, ставит условия…

И тут в мгновение ока происходит что-то невообразимое: мужчина превращается в темное облако, которое через секунду принимает очертания дракона. А еще через мгновение надо мной возвышается чудовищно огромное существо, опаляя горячим дыханием.

— Так доступно объясняю? — грозно рычит он.

— Вы — дракон? — ошарашенно спрашиваю я.

— Ну наконец-то дошло! — он оборачивается человеком, будто и не было этого жуткого момента. — Будешь делать, как я скажу. Уяснила?

Я чувствую, как внутри меня поднимается волна отчаяния. Неужели я навсегда останусь в этом сказочном кошмаре?

В голове проносятся обрывки мыслей, планы на будущее, которые теперь кажутся такими далекими и несбыточными.

Но злость берет верх над страхом и отчаянием.

— Знаете что? — резко отвечаю, глядя ему прямо в глаза. — Я вам не вещь, которую можно просто взять и использовать! И если вы думаете, что я буду послушно кивать и делать все, что вы скажете, то вы глубоко ошибаетесь!

Он смотрит на меня с каким-то странным выражением. В его глазах — смесь удивления, раздражения и… уважения?

Не понимаю. Но это не имеет значения. Я должна стоять на своем.

— Что ж, — медленно говорит он, — посмотрим, на что ты способна, моя упрямая невеста. Но запомни: каждое твое действие будет иметь последствия. И не всегда приятные. А теперь идем. Нужно подготовиться.

___________________

Такой вот властный герой попался нашей Насте

Он берет меня за руку, и от этого прикосновения по телу пробегает мелкая дрожь. Пытаюсь вырваться, но его хватка железная. Ведет меня по саду, мимо диковинных цветов и деревьев, названия которых я даже не знаю.

Мы входим в огромный особняк, больше похожий на замок из сказки.

Внутри — роскошь и великолепие, от которых рябит в глазах: золотые люстры, картины в массивных рамах, мраморные лестницы. Все здесь кричит о богатстве и власти, подавляет, заставляет чувствовать себя маленькой и незначительной.

— Можно хоть немного объяснить, зачем это все затевается? — прошу я, оставив попытки вырваться из стального захвата.

Мужчина останавливается и, смерив меня взглядом, снисходит до объяснений:

— По ряду причин мне необходимо срочно представить высшему свету свою избранницу.

— Каких причин? — спрашиваю, но тут же натыкаюсь на ощутимо жесткий взгляд.

— Причины эти тебя не касаются. Достаточно знать, что ты должна сыграть свою роль безупречно. Твоя задача — очаровать мое окружение, убедить их в нашей пылкой любви и всеобщей гармонии. Никаких истерик, никаких протестов. Веди себя достойно, и я обещаю, что твое пребывание здесь будет максимально комфортным.

Внутри меня все кипит от возмущения.

«Комфортным»? Он серьезно?! Да я тут в заложниках, а он говорит о комфорте!

Но вслух я ничего не говорю, понимая, что спорить с ним бесполезно. Сейчас главное — выиграть время и попытаться найти способ сбежать.

— Если все пройдет так, как мне нужно, я доставлю тебя обратно в твой мир. И отблагодарю, — последняя фраза звучит почти как угроза.

Почему-то не очень хочется уточнять, как именно он меня отблагодарит. Хоть бы целой и невредимой выпутаться из этой истории!

— Мы заключим контракт на бумаге, — уточняет он.

— Я ничего подписывать не буду, — испуганно выпаливаю я, вспомнив истории о кредитах, оформленных на наивных студенток.

— Твоя подпись не понадобится, — усмехается он. — Достаточно энергетического слепка твоей ауры. Заодно и отследить смогу, если надумаешь нарушить условия контракта и сбежать раньше указанного срока. Кстати, порталом ты без меня тоже воспользоваться не сможешь, только драконы способны ходить по мирам и проводить в них других существ.

«Просто жесть», — мелькает мысль, пока я осознаю услышанное.

С наигранной покорностью поднимаюсь вместе с ним по лестнице, застеленной роскошным ковром, и оказываюсь в небольшой, но тоже очень богато обставленной комнате.

— Садись, — он властно указывает на кресло у стола, и я подчиняюсь, потому что понимаю, что сейчас лучше с этим типом не спорить.

Сам он, усевшись напротив, достает из ящика стола пергамент и перо. Начинает что-то быстро писать, наклонившись над столом, а я с тревогой наблюдаю за каждым его движением.

После недолгих манипуляций передо мной оказывается лист с витиеватым текстом, написанным на незнакомом мне языке.

— И что это за абракадабра? — недоверчиво разглядываю контракт.

— Вот так понятно? — он проводит ладонью над листом, и строчки, дернувшись, становятся понятными и читаемыми.

— Так, герцог Эдвин Нортвиг… Это вы, что ли?.. Далее именуемый заказчик, заключает договор с… — читаю вслух и запинаюсь.

— Тут поставишь свое имя. Как звать? — строго спрашивает он, будто я пришла на экзамен.

— Настя, — буркаю я. — Фамилию не скажу.

— Этого и не потребуется, — презрительно бросает он. — Итак, основные условия таковы: в течение месяца я представляю тебя в высшем свете как мою невесту. А ты изображаешь любовь и преданность. Взамен я гарантирую твою безопасность, комфортное проживание и возвращение домой в целости и сохранности, а также, — он делает паузу, — достойное вознаграждение, которое позволит тебе безбедно существовать некоторое время по возвращении.

Опешив, смотрю на него. Целый месяц?! Возмущение нарастает с каждой секундой.

— Стоп, стоп, стоп! Я на такое не подписывалась! И что значит месяц?! Вы думаете, я соглашусь на эту авантюру ради каких-то грошей?!

Герцог усмехается, не обращая внимания на мои протесты. Он берет в руки небольшой хрустальный шар и протягивает мне.

— Возьми. Сейчас мы закрепим контракт. Просто представь себе, как ты соглашаешься на эти условия и хочешь их выполнить.

— А если не хочу? — дерзко спрашиваю, глядя на него.

— Тогда… — в его голосе появляется металл, а в глазах вспыхивает пламя, от которого мне становится не по себе. — Тогда я возьму тебя за шкирку, как напакостившего котенка, и выкину отсюда прочь. Будешь сама выживать в моем мире и искать пути домой. И поверь, тебе придется ох как несладко! У нас тут попаданки не в чести, знаешь ли…

Он так грозно смотрит на меня, что по спине бегут мурашки.

И я отчетливо понимаю, что сейчас мне никуда не деться…

Его угроза звучит вполне реально, и я не уверена, что готова рискнуть и выбираться из этого мира своими силами.

Месяц… Это целая вечность! Но что у меня есть взамен? Альтернатива — оказаться выброшенной на улицу в чужом, враждебном мире. Перспектива так себе.

Вздыхаю и беру хрустальный шар. Он приятно холодит ладонь.

Сопротивляясь, я все же закрываю глаза и пытаюсь представить себе эту нелепую ситуацию, как я гордо стою рядом с герцогом. Вижу себя в роскошных платьях, улыбающейся высшему свету, изображающей любовь к этому надменному герцогу.

Но в голове роятся совсем другие мысли: как сбежать, как его обмануть, как отомстить за эту наглость. Чувствую, как в шар словно утекает часть моей энергии.

И вдруг прямо в голову, будто тонкая струйка, вливается новая информация.

Я — младшая дочь графа из какой-то далекой захудалой провинции, меня зовут Амелия Грейсток, и я познакомилась с герцогом на королевской охоте в прошлом месяце. Хотя мы знаем друг друга недавно, мы очень влюблены и счастливы, поэтому решили не тянуть со свадьбой. Мои родители уже дали благословение, и теперь нужно готовиться к торжеству.

— Что за бред? — открываю глаза и вижу, как герцог довольно улыбается. — Это ты мне такую легенду придумал?

— Надеюсь, ты ее усвоила, там ничего сложного. Итак, контракт заключен, — констатирует он. — Можешь считать себя моей невестой на ближайший месяц. С этого момента называешь меня Эдвин, любимый и дорогой. На твое усмотрение.

— Любимый и дорогой — это вряд ли, — хмыкаю я.

— Кстати, сумма, которую ты изящно назвала грошами, в эквиваленте вашего мира составит… — он на мгновение задумывается, проводя в уме вычисления, и затем называет такое число, от которого у меня захватывает дыхание.

— Ты реально такой богатый или привираешь? — не выдерживаю и спрашиваю напрямую.

— А так не заметно? — усмехается он, обводя жестом комнату.

В общем, да, обстановка настолько давит роскошью, что ясно — тут привыкли жить на широкую ногу. Если не наврал по условиям контракта, приключение становится все более интересным!

— А теперь, дорогая невеста, позволь проводить тебя в твои покои. Тебе нужно отдохнуть и подготовиться к завтрашнему дню.

Он поднимается и протягивает мне руку. С неохотой принимаю его помощь и встаю с кресла.

Несмотря на финансовый аспект, внутри меня все клокочет от гнева и беспомощности.

Как я могла попасть в такую переделку? И что меня ждет впереди?

Герцог ведет меня по коридору, мимо огромных зеркал и антикварной мебели. Останавливается возле одной из дверей и распахивает ее.

— Ого, — только и говорю я, потому что такого еще не видела.

Это не просто роскошь, это что-то невероятное!

Переступаю порог и замираю, оглядываясь по сторонам. Не комната, а дворец в миниатюре!

Огромная кровать с балдахином, сотканным из тончайшего шелка, расшитого серебряными нитями.

У стены — туалетный столик с изящными зеркалами, инкрустированными драгоценными камнями.

В углу — камин, отделанный мрамором, а перед ним — мягкий ковер, словно сотканный из облаков.

На столике у окна — ваза с экзотическими фруктами и графин с искрящимся напитком.

И пахнет в комнате просто нереально. Воздух наполнен ароматом роз и жасмина, таким сильным, что слегка кружится голова, и хочется расслабленно валяться на кровати и смеяться.

— Смелее, — отпустив мою руку, герцог подталкивает меня вперед.

Делаю робкий шаг вперед, боясь нарушить эту идиллическую картину. Кажется, что все здесь создано для того, чтобы услаждать чувства, баловать и лелеять.

Но тут же понимаю, что вся эта роскошь лишь подчеркивает мое положение заложницы.

Герцог наблюдает за моей реакцией с легкой усмешкой.

— Надеюсь, тебе здесь понравится, дорогая Амелия. Это твоя комната на ближайший месяц. Если тебе что-нибудь понадобится, просто позвони в колокольчик. Слуги будут в твоем распоряжении. Сейчас пришлю служанок привести тебя в порядок.

— Не надо меня ни во что приводить, — испуганно отпрянув, прошу я. — Со мной и так все в порядке.

— Ну разумеется, — усмехается он, указывая на огромное зеркало.

Подхожу и вижу свое отражение. Растрепанные волосы, испуганные глаза, помятая одежда, еще и макияж потек — да уж, вид у меня тот еще. Невеста, блин.

— Служанки все сделают, как полагается, — говорит он, не обращая внимания на мое кислое выражение лица. — И помни: от твоего поведения зависит многое. — Он делает паузу и добавляет с нескрываемой иронией: — Постарайся не сбежать.

С этими словами он оставляет меня одну в этой сказочной тюрьме.

Упав на край кровати, я чувствую, как меня захлестывает отчаяние.

Как я могла попасть в такую западню? Что теперь делать? Похоже, побег будет не таким уж и простым делом.

Судя по всему, придется принять правила игры и честно отработать контракт. И что-то подсказывает мне, что в контракте полно подводных камней, о которых я не знаю.

Двери открываются, и в комнату входят две девушки в одинаковых темных платьях с белыми передниками. Они даже на лицо похожи! Девушки приветливо улыбаются и подходят ко мне, словно я — долгожданная гостья.

— Леди Грейсток, мы готовы, — сообщает одна из них.

«Отлично. А вот я ни к чему не готова», — мелькает в голове.

Но приходится пересесть в кресло у зеркала и позволить приняться за дело. Их движения отточены и профессиональны. Одна начинает расчесывать мои волосы, другая — рассматривать мое лицо. Я пытаюсь увернуться, но они не позволяют. Кажется, сопротивление бесполезно.

— Нужно немного поправить здесь и здесь, — деловито говорит одна девушка другой.

И через мгновение мое лицо неуловимо меняется!

Это какой-то невероятный магический макияж — я выгляжу ненакрашенной, но при этом очень красивой! А сложная прическа, украшенная жемчужинами, подчеркивает овал лица и делает взгляд более выразительным.

Я с удивлением смотрю на свое преображение. Неужели это я?

Затем наступает очередь платья. Служанки приносят роскошное платье из небесно-голубого шелка. Оно идеально сидит по фигуре, подчеркивая талию. В таком наряде любая почувствует себя королевой.

«Интересно, платье было заранее заготовлено для такого случая? — думаю я, кружась перед зеркалом. — Неужели он пришел в наш мир именно с этой целью — поймать кого-нибудь и заставить играть свою невесту?»

Но тут на мои мысли приходит неожиданный ответ.

В комнату заглядывает еще одна девушка, темноволосая и миловидная. Совсем молоденькая, лет шестнадцати на вид. Но по ее одежде и украшениям сразу понятно, что это кто-то из местных господ. Явно не служанка.

Увидев меня, она замирает на пороге, а потом удивленно хлопает глазами.

— Приятного дня, — говорит она.

— Э-э… приятного дня, — отзываюсь я.

И снова повисает молчание.

Девушка внимательно смотрит на платье, потом на меня. Потом снова на платье.

Пауза становится все более странной, когда в коридоре раздаются шаги.

— Флоренс, когда ты приехала? — напускается он на девушку. — Почему не предупредила, что возвращаешься?

— Только что, — она с улыбкой кивает в мою сторону. — Ты нас представишь?

— Ах да, — он спохватывается. — Леди Амелия Грейсток, моя невеста. Леди Флоренс Нортвиг, моя сестра.

— Невеста?! — девушка радостно подпрыгивает. — Эдвин, как же это прекрасно!

Она бросается ко мне и со всей непосредственностью обнимает. Я обнимаю в ответ, через плечо показывая глазами герцогу, что неплохо бы было заранее ввести меня в курс дела, а не ставить перед фактом, что у него есть сестра.

Герцог делает мне какие-то знаки, я морщусь, показывая, что вообще ничего не понимаю. В итоге он машет рукой и обращается к Флоренс:

— Нам с невестой нужно срочно кое-что обсудить, оставишь нас на минутку?

— Хорошо, — сестра послушно кивает, а потом вдруг лукаво смотрит на него: — Ты решил подготовить для мамы сюрприз? Поэтому ничего не рассказывал?

— Сюрприз? Да, конечно. Когда она вернется, мы…

— А она будет с минуты на минуту, — выпаливает Флоренс. — Мы решили вместе, что нам этот курорт ни к чему.

— Тогда тем более дай поговорить и все подготовить, — герцог решительно подталкивает ее к выходу, но Флоренс оборачивается и со всей детской непосредственностью спрашивает:

— Амелия, а почему на тебе мое платье?

Замявшись, смотрю на Эдвина.

— О, это невероятно смешная история, — говорит он, — потом расскажу, чтобы вы вместе с мамой послушали.

Наконец он выпроваживает сестру и жестом приказывает служанкам тоже покинуть комнату.

Оставшись наедине, я сразу напускаюсь на него:

— Что это такое?! В контракте ни слова про всяких сестер и мам!

— Я отправил их на курорт до конца сезона, — говорит герцог, и в его голосе слышится напряжение и некоторая растерянность. — Кто же знал, что им захочется вернуться именно сейчас! Только этого не хватало. Я думал, у нас больше времени…

— И что теперь?

— Отступать поздно. Будешь и для них изображать невесту.

— То есть теперь я вообще ни на минуту не смогу расслабиться, это будет круглосуточный театр?! — моему возмущению нет предела.

— Я надеялся провернуть все в их отсутствие, до них дошли бы только слухи, а слухам, как известно, верить нельзя, — признается он, избегая моего взгляда. — Разумеется, моя мать хочет видеть меня счастливым. И женатым.

— А теперь что? — во мне закипает гнев. — Они же наверняка начнут готовиться к свадьбе, выбирать платье, составлять списки гостей! Ты представляешь, во что это выльется? А, любимый Эдвин?

— Я все улажу, — он нервно поправляет манжеты рубашки. Надо же, на все пуговицы застегнулся, стоило маме явиться на порог! — Просто отыграй эту роль для всех. Потом я что-нибудь придумаю. Скажу, что мы передумали, что не сошлись характерами или что-то в этом роде. Главное, чтобы мама была спокойна.

Перспектива изображать влюбленную невесту перед целой семьей абсолютно меня не вдохновляет. Это какой-то кошмар. Одно дело — просто выйти в свет под руку с герцогом и церемонно раскланиваться со всеми. Другое — находиться рядом с родными и близкими этого беспринципного типа, а ведь они все примут за чистую монету, будут пытаться налаживать отношения, привыкнут ко мне…

Но, с другой стороны, отказываться уже поздно. Я подписала контракт, и теперь мне остается только идти до конца.

Глубоко вздыхаю и смотрю на герцога.

— Что ж, Эдвин, раз так, научи меня правильно играть роль невесты. Мне ведь надо соответствовать вашим высоким стандартам, не так ли?

Герцог облегченно выдыхает, словно с плеч свалился огромный груз. В его взгляде мелькает благодарность, что несколько смягчает мое негодование.

— Превосходно, Амелия. Я уверен, ты справишься. Начнем с малого. Мама обожает цветы — розы, особенно белые. Не забудь ей сказать, что они твои любимые. Еще она будет спрашивать о твоей семье, твоем детстве. Придумай что-нибудь трогательное, но не слишком странное. Граф Грейсток живет так далеко, что подробностей его жизни никто не знает. И главное — вот…

Он протягивает мне на ладони кольцо. Красивое, с маленькими камешками.

— Помолвочное, — поясняет Эдвин. — Надень и ни при каких обстоятельствах не снимай. Мама такие моменты отслеживает. Убедись, что оно всегда на виду.

Я закатываю глаза, но киваю. Кажется, игра началась по-крупному.

Теперь я должна не просто изображать светскую даму, а воплотить в жизнь идеальную невесту в глазах его матери.

— Хорошо, Эдвин. Но ты тоже должен играть, — говорю я, скрещивая руки на груди. — Ты должен быть любящим и заботливым женихом. Никакой холодности и отстраненности, никакого высокомерия и равнодушия. Понял?

Герцог слегка усмехается, но кивает:

— Понял, Амелия. Буду самым внимательным женихом на этой земле. Готов отдать за тебя жизнь, — он произносит это с иронией, но я не обращаю внимания.

Главное, чтобы он запомнил свои слова. Впереди долгие дни притворства, и мне потребуется вся его помощь.

— Эдвин! — раздается в коридоре властный женский голос, и у меня даже колени трястись начинают.

Потому что, судя по голосу, мама у Эдвина весьма суровая…

___________________

А пока посмотрим на сестру Эдвина

Дверь распахивается, и в комнату входит высокая статная дама в элегантном темном платье. Густые волосы с легкой проседью безупречно уложены, а взгляд холодных светлых глаз пронизывает насквозь.

Герцогиня.

Мои предчувствия оправдались — она действительно выглядит властной и весьма строгой.

— Эдвин, дорогой, я скучала! — говорит она, обнимая сына. Затем ее взгляд переходит ко мне, и я чувствую, как по спине пробегает холодок. — Эдвин? Ты нас представишь?

Герцог спешит ко мне, берет за руку и тепло улыбается. Улыбка получается почти искренней, вот лицемерный гад!

— Мама, позволь представить тебе мою невесту, леди Амелию Грейсток. Амелия, это моя матушка, герцогиня Элеонора Нортвиг.

— Очень приятно, герцогиня, — произношу я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно, хоть внутри все и дрожит.

Делаю легкий реверанс, боясь допустить малейшую ошибку. Герцогиня окидывает меня изучающим взглядом с головы до ног.

— Присаживайся, дорогая, — велит она, едва заметно кивнув, и сама садится в кресло. — Рада, что Эдвин наконец-то одумался. Все ждала, когда же он представит мне достойную партию. Но что это на тебе надето? Это же платье Флоренс!

Я только успеваю раскрыть рот, как Эдвин мгновенно перехватывает инициативу.

— О, это забавная история, мама! Амелия приехала раньше, чем я ожидал. И по пути возница заплутал, экипаж застрял в болоте. Багаж утонул, а ей пришлось выбираться и идти пешком. Я предложил Амелии пока что надеть платье Флоренс.

Герцогиня хмурится, но, похоже, принимает объяснение.

— Хорошо, лишь бы тебе было удобно, дорогая, — говорит она, снова поворачиваясь ко мне. — Теперь расскажи мне все о себе. Откуда ты родом, чем занимается твой отец? Эдвин почти ничего о тебе не рассказывал. Если уж говорить честно — то ровным счетом ничего.

— Я младшая дочь графа Грейстока, росла далеко отсюда, — робко начинаю рассказ, а сама лихорадочно придумываю, что бы еще присочинить. — И я так рада, что есть возможность посмотреть эти края! Мне все очень нравится, особенно ваш сад!

Эдвин за спиной матери работает суфлером, как может — то кивает, то делает «ужасные глаза».

Но похоже, что я попала верно. Герцогиня благосклонно кивает после моей похвалы саду. Впрочем, смотрит она по-прежнему строго и настороженно.

К счастью, прибегает восторженная Флоренс и начинает взахлеб рассказывать обо всем сразу.

Разговор крутится вокруг нейтральных вещей — погоды на курорте и каких-то общих знакомых, которых я не обязана знать. Так что можно хоть немного расслабиться.

Но стоит мне выдохнуть, как понимаю, что герцогиня продолжает внимательно изучать меня, будто я экспонат под микроскопом.

Ее взгляд задерживается на моих руках, на шее, оценивает осанку.

Кажется, еще немного — и она громко скомандует: «А ну гоните эту безродную самозванку отсюда взашей!»

Я стараюсь держать спину прямо и не выдать волнения, но сердце бешено колотится в груди. Ложь, как опасный яд, растекается по венам, и я боюсь, что она вот-вот просочится наружу в виде дрожащего голоса или нервного жеста.

— Грейсток… — вдруг задумчиво произносит герцогиня, поглаживая подлокотник кресла. — Кажется, слышала эту фамилию. Не припомню, чтобы мы с твоим отцом были знакомы. Но, полагаю, это не столь важно. Важнее, что ты очаровала моего сына. Эдвин обычно не склонен к скоропалительным решениям.

Я замечаю, как Эдвин напрягся, услышав эти слова.

Он бросает на меня быстрый, нервный взгляд, словно просит не натворить глупостей. Я же, напротив, чувствую, как во мне просыпается какая-то нездоровая решимость.

Хватит притворяться запуганной овечкой! Пора показать этой надменной даме, что я не так проста, как кажусь.

— Для меня большая честь быть принятой в вашей семье, — говорю я уверенно, глядя герцогине прямо в глаза. — Но Грейстоки не какой-то захудалый род. Мой отец граф и прекрасный человек. Я надеюсь, что смогу оправдать ваше доверие и стать достойной парой Эдвину.

Кажется, этот пассаж имеет неожиданный эффект.

Герцогиня слегка приподнимает бровь, удивленная моей смелостью. А затем вдруг спрашивает:

— Вы уже назначили дату свадьбы?

— Нет, — говорю я.

— Да, — одновременно со мной отвечает Эдвин.

И повисает неловкая тишина.

Герцогиня вскидывает брови еще выше, переводя взгляд с меня на сына и обратно. В ее глазах мелькает что-то вроде любопытства, и я понимаю, что загнала себя в ловушку. Теперь нужно выкручиваться, причем быстро.

— Мы обсуждали это, мама, — поспешно говорит Эдвин, пытаясь сгладить неловкость. — Просто еще не выбрали конкретный день. Хотим, чтобы все было идеально, как ты понимаешь.

Герцогиня задумчиво кивает, словно обдумывая услышанное.

— Что ж, это разумно. Свадьба — дело серьезное. Нужно все тщательно спланировать, — говорит она наконец, а затем добавляет, чуть слонив голову: — Особенно когда речь идет о таком браке.

Эдвин едва заметно ведет плечом в ответ на ее слова. А Флоренс, будто ничего не замечая, продолжает щебетать — теперь уже о грядущей свадьбе.

Все понятно.

Она считает, что невеста недостаточно родовита для ее сыночки-корзиночки. Ну-ну, так даже проще будет свалить отсюда, когда закончится контракт. То-то эта старая ведьма обрадуется!

— Амелия, любимая, ты ведь не забыла, что через час у тебя назначена встреча с модисткой? — вдруг поворачивается ко мне Эдвин.

— Ах да, совершенно вылетело из головы, — пожимаю плечами. — Уже пора?

— Разумеется, — он встает и берет меня под локоть.

Со стороны кажется, что он заботливо направляет меня, но хватка у него железная.

А когда за нами закрывается дверь, он встряхивает меня, как провинившегося котенка, и шипит:

— Ты что творишь?!

________________

Как вам леди Нортвиг?

______________

Дорогие мои, я сейчас обнаружила, что из-за бага сайта под моими книгами пропало множество комментариев! Очень жаль, что не могу ответить на них. Надеюсь, все скоро починят!

— Ты хоть понимаешь, что чуть не сорвала все?! — шипит Эдвин, таща меня по коридору прочь. — Что это за представление перед матерью? «Грейстоки не захудалый род»! Ты хоть представляешь, как это звучало? Ты должна была молчать и улыбаться, Настя, молчать и улыбаться!

— Я должна изображать невесту, Эдвин, а не безмолвную куклу! Или ты забыл, что мне нужно убедить твою мать в искренности наших чувств? Я пыталась помочь, а ты…

— Помочь? Ты чуть не выдала нас! Если бы мать копнула глубже, все наши планы рухнули бы в одно мгновение из-за твоих амбиций! Что за дурацкое желание доказывать ей, какая ты родовитая! Тем более в твоем случае! Ты должна уметь себя контролировать.

В порыве гнева он прижимает меня к стене, его глаза мечут молнии.

Чувствую его горячее дыхание на своем лице, и вопреки всей злости во мне просыпается странное волнение.

Его близость обжигает, и я невольно задерживаю дыхание. Запах его одеколона дурманит, и на мгновение я забываю, что передо мной партнер по сделке, а не просто красивый горячий мужчина.

Кажется, он ощущает нечто похожее…

Его взгляд по-прежнему грозный, но в нем мелькает еще что-то… волнующее.

Мое сердце начинает биться быстрее, отстукивая в ушах безумный ритм. Его руки, все еще сжимающие мои плечи, словно проводят ток, вызывая дрожь в каждой клеточке.

Тело предательски тянется навстречу, и я с трудом уговариваю себя не поддаться этому внезапному порыву.

Но тут же холодный душ реальности окатывает меня с головы до ног.

Фальшь, ложь, притворство — вот что нас связывает. И эта минутная слабость может все испортить.

Я отталкиваю его.

— Напомни мне, зачем я вообще согласилась на это, — произношу я тихо, скорее себе, чем ему. — Ах да, ты же не отпустишь меня, пока я не доиграю эту комедию. Вот и наслаждайся театром. Я импровизирую, так сказать.

— Ясно, — цедит он сквозь зубы. — А теперь отправляйся к модистке.

Мы спускаемся по лестнице в холл ровно и спокойно, будто и не было этой вспышки между нами.

На ступенях нас догоняет Флоренс:

— Подождите! Можно мне с тобой, Амелия? Я тоже хочу!

Мы переглядываемся, и я улыбаюсь. Флоренс мне нравится. Она очень открытая, определенно пошла не в мать. И с братцем у нее тоже мало общего. Так что я рада ее компании. А вот Эдвин не в восторге от этой идеи. Но понимает, что спорить бессмысленно.

Эдвин сажает меня в экипаж и шепотом напутствует:

— Тебя отвезут прямо по адресу. И не вздумай творить там такую же ерунду! Лучше вообще молчи.

Экипаж трогается с места, и я откидываюсь на мягкую обивку сиденья, стараясь унять дрожь, все еще пляшущую под кожей.

Флоренс, удобно устроившись рядом, тут же засыпает меня вопросами о предстоящей свадьбе, о моих предпочтениях в нарядах и, конечно же, об Эдвине.

Ее наивные девичьи мечты о вечной любви и идеальном супруге заставляют меня невольно усмехнуться.

Как же далека она от истины…

Я пытаюсь уклоняться от прямых ответов, отделываясь общими фразами и комплиментами в адрес ее брата.

Говорить о нем после нашей короткой, но такой напряженной стычки, очень непросто. Его глаза, полные гнева и… чего-то еще, продолжают преследовать меня.

— О, Амелия, свадьба! Это же так волшебно! Какое платье ты хочешь? Кружевное? С длинным шлейфом? — Флоренс тараторит без умолку, ее глаза искрятся предвкушением.

— Мы еще обсуждаем детали. Но уверена, все будет восхитительно. Кружева я люблю, да, — уклончиво ответила я, не желая вдаваться в подробности фиктивных планов, которым никогда не суждено стать явью.

— А Эдвин? Он волнуется? Он вообще романтик? Знаешь, он обычно такой серьезный, но, наверное, ради любимой женщины он превращается в другого человека?

Чувствую, как щеки невольно заливаются румянцем.

Романтик? Эдвин? Звучит как анекдот.

Такой напористый красавчик наверняка не знает отказа и вечно прет напропалую. Ему и в голову не придет за кем-то красиво ухаживать. К тому же он дракон, а насколько я знаю из книг, в таких мирах драконы — особенная элита, и любая девушка мечтает оказаться на месте возлюбленной дракона.

— Эдвин очень… внимательный, — выпаливаю я первое, что приходит в голову. — Он заботится обо мне. И он очень ответственный.

Флоренс мечтательно вздыхает.

— Как в романах! Интересно, где вы познакомились? Он сразу влюбился в тебя? Расскажи, пожалуйста!

Да уж, лучше бы молчала, как Эдвин советовал. История нашего знакомства — еще одна ложь, которую нам предстоит поддерживать.

И сейчас я понимаю, что легенда придумана наспех. Ни деталей, ни эмоций.

— Это долгая история, Флоренс. Скажем так, это была любовь с первого взгляда, — выдавливаю, чувствуя себя отвратительно в роли лгуньи. — Мы с Эдвином как-нибудь потом расскажем, когда соберемся семьей…

— Расскажете вместе? О, это так романтично, — Флоренс прижимает руки к груди, а мне становится окончательно стыдно. Но потом она добавляет: — Знаешь, я так рада! После всего, что случилось — ты просто подарок судьбы!

— А что случилось? — без задней мысли спрашиваю и вижу, как Флоренс бледнеет и кусает губу…

Флоренс заметно теряется, словно не ожидала моего вопроса. В ее глазах мелькает смятение, и она отводит взгляд, теребя кружевную оборку на своем платье.

— Да ничего особенного, — произносит она, стараясь говорить как можно более непринужденно. — Просто… трудное время для Эдвина. Знаешь, я очень рада, что появилась ты. Помолвка с тобой словно глоток свежего воздуха.

Я хмурюсь, чувствуя, что она что-то недоговаривает. Что-то важное. Но настаивать не решаюсь, боясь спугнуть ее внезапное откровение.

Экипаж останавливается возле небольшого, но элегантного ателье.

Вывеска над дверью гласит: «Мадам Жильбер. Кутюрье».

Флоренс оживляется, словно забыв о недавнем замешательстве. Она выпрыгивает из экипажа и тянет меня за собой.

— Здесь творят настоящие чудеса! Мадам Жильбер — лучшая в городе. Она сошьет тебе такое платье, что Эдвин потеряет дар речи!

Внутри ателье царит атмосфера творчества и роскоши. Повсюду ткани, кружева, вышивки, блестки — целый калейдоскоп цветов и фактур.

Нас встречает сама модистка, пожилая дама с иссиня-черными волосами, собранными в строгий пучок. Ее проницательный взгляд изучает меня с головы до ног.

— Леди Грейсток, как я понимаю? Его светлость герцог Нортвиг сообщил, что вам необходимы повседневный наряд, бальный, а также то, что сами предпочтете выбрать. Я лично займусь вашим нарядом.

В ее голосе звучит легкий акцент, добавляющий ей шарма.

Флоренс с восторгом рассматривает эскизы и образцы, а мадам Жильбер тем временем снимает с меня мерки. В ее ловких руках я чувствую себя куклой, которую хотят как следует принарядить для какой-то сложной игры.

А снятие мерок само по себе похоже на священнодействие. Мадам Жильбер отступает на шаг, и в ее руке появляется тонкая серебряная палочка, украшенная крошечным аметистом.

Она плавно взмахивает ею, и вокруг меня вспыхивают мерцающие искорки, словно рой светлячков. Искорки касаются моей кожи, скользят по контурам фигуры, и я чувствую легкое, приятное покалывание. Я чувствую, как каждая линия моего тела словно запечатлевается в воздухе, превращаясь в мерцающий контур.

Внезапно контуры начинают втягиваться, уменьшаясь в размере и исчезая в аметисте на палочке мадам Жильбер. Она подносит палочку к пергаменту, лежащему на столике, и аметист вспыхивает ярким светом. На пергаменте проявляется точный, детальный чертеж моего тела, с указанием всех пропорций и изгибов.

Мадам Жильбер удовлетворенно кивает, откладывая палочку.

— Все готово, леди Грейсток. Теперь я смогу создать для вас наряды, идеально подчеркивающие вашу красоту.

Это все так захватывающе, но почему-то в голове снова всплывает образ Эдвина, его холодный и расчетливый взгляд.

Интересно, что он сейчас делает? Наверное, обдумывает очередную стратегию. Интересно, почему все-таки ему понадобилась фальшивая невеста?

Он красивый, богатый, к тому же дракон… И до сих пор не женат.

Наверное, с ним что-то не так. Но что именно?

Размышления прерывает голос мадам Жильбер.

— Леди Грейсток, вам идет этот оттенок лаванды. Он подчеркивает глубину ваших глаз. Как вы смотрите на платье из шелка с кружевной отделкой цвета слоновой кости? Мы можем добавить немного жемчуга для особого блеска. Пояс даст акцент на талии. Ваша фигура позволяет нам подчеркнуть все ее достоинства.

Я рассеянно киваю, позволяя вовлечь себя в процесс создания платья.

Флоренс всячески поддерживает идеи мадам Жильбер. В ее глазах читается искренняя радость за меня.

На мгновение я даже начинаю верить в эту фальшивую реальность, в которой я — счастливая невеста дракона.

Почему именно я вписалась в его «гениальный» план? Это все очень странно и не дает покоя.

Выбор материалов для платьев затягивается на несколько часов.

Флоренс с энтузиазмом рассматривает ткани, кружева и украшения.

Я листаю образцы один за другим, все время думая о том, что все это — лишь фасад, декорации для обмана.

А еще я сильно волнуюсь, вспоминая о том, что в моем мире меня скоро начнут искать. На выходных я обычно навещаю родителей. Если не могу приехать — то созваниваемся. А вот позвонить отсюда домой я вряд ли сумею…

К тому же скоро пересдача экзамена, который я завалила. Все одно к одному, а я тут застряла!

— Посмотри, Амелия! — Флоренс восторженно показывает мне тончайшие кружевные перчатки. — Представляешь, как это будет смотреться со свадебным платьем?

— О платье мы еще не думали, — отмахиваюсь я.

Кажется, дело заходит слишком далеко.

— А, ну да, мама наверняка захочет поучаствовать в выборе, — кивает Флоренс.

Вот только мамы нам и не хватало!

Что-то подсказывает мне, что от этой женщины, леди Нортвиг, мне точно не стоит ждать добра. Она будет оценивать каждый мой жест, каждое слово, каждое движение, и наверняка найдет тысячу поводов для недовольства.

Да, похоже, что роль фальшивой невесты дракона — это не только красивые платья и светские рауты, но и сложные взаимоотношения с властной семьей, тщательно скрываемые тайны и постоянный страх разоблачения.

И все это ради чего? Ради какой-то там стратегии Эдвина? Не уверена, что у него получится так, как он задумал. Уж очень все сложно складывается, и с каждым часом все сложнее.

Мадам Жильбер, заметив мою задумчивость, деликатно спрашивает:

— Леди Грейсток, все ли в порядке? Вы, кажется, немного рассеянны.

Я выдавливаю улыбку и отвечаю:

— Все прекрасно, мадам Жильбер. Просто немного устала от примерок.

— Понимаю, — сочувственно кивает она. — Создание идеального наряда — это утомительный процесс, но результат того стоит.

Флоренс снова подбегает с находкой. Показывает изящную брошь в виде дракона, украшенную мелкими бриллиантами:

— Разве не прелесть?! Идеально для невесты дракона!

— Потом, давай все потом, — прошу я.

— Ладно, — с недоумением отзывается она и идет рассматривать остальные украшения.

Закончив с выбором тканей и мерками, мадам Жильбер ведет меня в примерочную, где помогает облачиться в готовое повседневное платье.

И от того, как меняется мой облик, я на мгновение теряю дар речи…

Это только название у платья — «повседневное». На самом деле в нашем мире я бы такое надела на особенный праздник.

Платье мягко облегает фигуру, подчеркивая талию и изящные изгибы. Ткань, кажется, соткана из лунного света и утреннего тумана — переливающаяся, серебристо-серая, с едва заметным цветочным узором, вышитым тончайшими нитями.

Длинные, слегка расклешенные рукава заканчиваются у кистей рук, а высокий воротник-стойка деликатно обрамляет шею.

Подол платья ниспадает каскадом мягких складок, достигая щиколоток. При ходьбе оно словно струится, создавая впечатление невесомости. На груди и плечах — вышивка из крошечных перламутровых бусин, изображающая стилизованные крылья, словно намек на скрытую силу и свободу.

Платье невероятно легкое и удобное, словно вторая кожа. Кажется, будто оно создано специально для меня, чтобы я могла сиять и покорять сердца.

В зеркале я вижу настоящую леди, элегантную и загадочную.

Выходя из примерочной, ловлю восхищенный взгляд Флоренс.

— Ты такая красивая… — шепчет она.

— Остальные наряды пошьют в кратчайший срок, — сообщает мадам Жильбер. — А еще осмелюсь предложить вот эти самонадевающиеся туфли, последний писк моды!

С опаской переобуваюсь из своих удобных лодочек в загадочный шедевр магической моды. Стоит ноге оказаться внутри, как туфля сама застегивается и аккуратно облегает стопу. Ощущения, как в мягких тапочках, а выглядит сногсшибательно.

— Как удобно! — восхищенно рассматриваю обновку.

— Возьми две пары, — советует Флоренс. — Эдвин все оплатит, не переживай!

— И то правда. Упакуйте все! Фло, едем обратно?

Та со вздохом кладет на стеллаж изящную брошь, которую сжимала в руке. Это стилизованное изображение человеческой фигуры с прозрачными крылышками, похожими на стрекозиные.

— Нравится?

— Очень, — выдыхает она с сожалением.

— Ну так бери! — предлагаю я, чувствуя в глубине души что-то вроде азарта. — Эдвин ведь обещал все оплатить.

— Можно? Правда?! — она радостно хватает украшение и прижимает к груди, а мадам Жильбер с умилением наблюдает за этой сценой.

Записав все расходы на счет интригана-дракона, мы выходим из ателье.

Фло мне все больше нравится. Она настолько открытая, милая и наивная, что я не перестаю удивляться, как она умудрилась такой вырасти при наличии матери-ехидны и брата-манипулятора. Нет наигранной вкрадчивой плавности, которая так заметна у ее матери, нет напора, присущего брату.

Почти ребенок, который что думает, что и говорит.

Вот и сейчас она без колебаний сообщает:

— Что-то я проголодалась. Может, поедим, а домой потом?

— Но Эдвин… — начинаю я, а потом соображаю, что когда мы вернемся, все начнется заново: подозрительные взгляды мамаши, придирки Эдвина к моим словам и поступкам. Нет, пока все так хорошо, я хочу отдохнуть и поесть в спокойной обстановке! — А давай! Эдвин подождет!

— Отлично, заедем в «Волшебный Горшок» — решительно сообщает Фло, и через десять минут мы уже стоим перед дверью, увитой светящимися цветами, которые издают мелодичный звон, как только швейцар пропускает нас внутрь.

В ресторане царит полумрак. Воздух густой от ароматов, которые я никак не могла идентифицировать — что-то сладкое, пряное и земляное одновременно.

Нас почтительно проводят за столик и приносят меню.

Вот тут настоящая головоломка!

— Жаркое из радужного гриба? — с недоумением читаю вслух. — Муравьиные танцы в медовом соусе? Это еще что такое?!

Флоренс хихикает, наблюдая за моей растерянностью:

— А что, в ваших краях нет таких ресторанов?

— Ни разу не видела, — искренне отвечаю я.

— Тогда просто скажи «блюдо дня», и они принесут тебе что-нибудь интересное!

Я следую ее совету, и уже через пару минут передо мной стоит блюдо, похожее на миниатюрный вулкан, из которого поднимается дым с аппетитным запахом. Рядом лежат витиеватые серебряные щипцы и лопатка, похожая на крыло бабочки.

Напиток тоже необычный — розоватый, с ароматом, напоминающим зефирный.

— Вот это да! — вырывается у меня.

Пытаюсь подцепить кусок этого «вулканического деликатеса» щипцами, но они, кажется, созданы для рук эльфа, а мои пальцы упорно отказываются слушаться. После череды неуклюжих попыток кусок выскальзывает и падает в мою чашу с напитком, окрасив его в фиолетовый цвет.

Флоренс заливается смехом, а я, махнув рукой, кладу щипцы и пробую использовать лопатку.

«Как же хорошо, что нет свидетелей этого позорища, Фло не в счет, ей весело», — думаю я, продолжая осваивать приборы.

Понемногу начинает получаться.

Блюдо действительно очень вкусное, напоминает запеченный сладкий картофель с грибами. И сытное, что немаловажно, потому что проголодалась я уже очень сильно.

Флоренс, сидя напротив, орудует своими приборами с непринужденной грацией. Ее блюдо — пирамидка изумрудных сфер, перевязанная тончайшей нитью из засахаренного имбиря. Она ловко подхватывает сферы миниатюрным серебряным сачком, окунает в чашечку с переливающимся соусом и отправляет в рот с блаженной улыбкой. При этом не забывает стрекотать без умолку.

— Как называется твое блюдо?

— «Слезы дриады», — отвечает она и, заметив мой заинтересованный взгляд, поясняет: — Просто ягоды белотерна, завернутые в лепестки орхидей в особом соусе.

— Ну, уже хорошо, что никто не заставляет дриад плакать, — отзываюсь я, продолжая воевать с вулканом на тарелке.

— Ты такая веселая, — прыскает Фло. — Мне так нравится с тобой дружить! Как же всем повезло, что Эдвин тебя нашел!

От ее слов в глубине души начинает покалывать совесть.

Улыбаюсь и отвожу взгляд в сторону.

И тут замечаю, что на входе появляется высокая мощная фигура, облаченная в камзол. Эдвин? Он-то что здесь делает?! За мной решил следить?

Но по мере приближения я понимаю, что это не Эдвин…

_________________

Таинственный незнакомец, похожий на Эдвина...

Да, это точно не Эдвин, теперь я могу разглядеть и отличия.

Сердце пропускает удар.

И дело не только в том, что незнакомец похож на Эдвина. В его облике есть что-то хищное, грубоватая сила, которую нельзя не заметить.

Лицо более широкое, скулы выдающиеся, да и в целом черты лица словно высечены из камня, а взгляд темных глаз обжигает. Волосы тоже темные, длинные, но покороче, чем у Эдвина. Он такого же роста и телосложения, и в каждом его движении чувствуется уверенность, граничащая с наглостью.

Одет он почти по-королевски, но без вычурности — красивый темный камзол из плотной ткани, облегающие штаны, высокие сапоги. При этом он кажется воплощением дикой природы, ворвавшейся в изысканную атмосферу ресторана.

Незнакомец приближается к нашему столику, и на его лице появляется легкая усмешка.

— Флоренс, какая приятная неожиданность, — произносит он глубоким голосом, от которого по спине пробегают мурашки.

Флоренс вскакивает со своего места и бросается ему на шею.

— Габриэль! Я думала, ты в провинции! Ты же собирался охотиться?

— Охота подождет, — отвечает мужчина и, слегка отстранившись от Фло, поворачивается ко мне. Его взгляд проникает в самую душу. — Вижу, ты не одна. Представишь меня подруге?

В его голосе слышится неприкрытый интерес.

— Амелия, познакомься, это мой кузен Габриэль, герцог Каствелл, — представляет Флоренс. — Это Амелия Грейсток, невеста Эдвина.

Улыбка Габриэля становится еще шире, показывая ровный ряд белых зубов, который выглядит почему-то очень хищно на этом лице, напоминающем благородные черты Эдвина.

— Невеста? Интересно… А он умеет скрывать и умалчивать, как я вижу! Что же, у моего кузена отличный вкус, — он смотрит на меня так пристально, что я чувствую, как краснею.

В его глазах читается вызов, и я не могу понять, кому он адресован — мне или Эдвину. Стараясь сохранить хоть какое-то подобие спокойствия, выдавливаю из себя:

— Очень приятно познакомиться, герцог.

— Думаю, можно без титулов и на «ты», раз уж мы скоро станет родней, — он наклоняется и целует мне руку, задержав в своей ладони чуть дольше, чем мне хотелось бы.

Кожа на тыльной стороне ладони горит от его прикосновения. Я чувствую себя неуютно под этим пристальным взглядом, который раздевает меня донага, обнажая все мои сомнения и страхи.

В глубине души растет неясное ощущение надвигающейся бури.

Нервно поправляю платье, стараясь хоть как-то скрыть дрожь в руках. Взгляд Габриэля не отпускает меня ни на секунду, заставляя чувствовать себя пойманной в ловушку. Он словно видит меня насквозь.

Габриэль тем временем садится за наш столик и подзывает официанта:

— Один «Поцелуй василиска», а леди будут… Что хотят леди?

— Я уже все, — торопливо сообщаю, чтобы не попасть впросак с очередным блюдом или напитком.

Флоренс тоже заказывает какой-то напиток. Она, кажется, не замечает напряжения, повисшего в воздухе, оживленно рассказывает Габриэлю о последних новостях, о предстоящем бале и новых шляпках, привезенных с курорта.

Я же сижу, словно парализованная, уставившись перед собой. В присутствии этого мужчины даже воздух кажется наэлектризованным.

Габриэль внимательно слушает Флоренс, но все равно чувствую на себе его взгляд. Иногда он едва заметно усмехается, иногда в его глазах проскальзывает тень задумчивости. В его лице читается интеллект и какая-то внутренняя сила, которая одновременно притягивает и пугает.

Он как дикий зверь, притворившийся человеком, и опасность чувствуется на подсознательном уровне. Что-то подсказывает мне: он способен на многое, и лучше не переходить ему дорогу.

«Наверняка тоже дракон», — догадываюсь я, украдкой разглядывая его сильные руки.

— Амелия, не из тех ли ты Грейстоков, что проживают в Элдершире? — вдруг спрашивает Габриэль.

Лихорадочно пытаюсь вспомнить, что там у нас по легенде. Да, точно, об этом тоже что-то промелькнуло, когда стеклянный шар напитывал меня информацией.

Мило киваю с легкой полуулыбкой, чтобы не спровоцировать на дальнейшие расспросы.

К счастью, приносят напиток, тот самый «Поцелуй василиска». Габриэль делает глоток, и его глаза темнеют.

— Восхитительно, — произносит он, облизывая губы. — Амелия, ты действительно уверена, что ничего не хочешь? Может быть, просто попробовать?

Он смотрит на меня так, словно предлагает не напиток, а что-то гораздо большее. Я судорожно сглатываю и отрицательно качаю головой.

— Ни в коем случае, благодарю.

Габриэль пожимает плечами и залпом допивает свой «Поцелуй василиска». Внезапно в ресторане становится душно. Я чувствую, как по спине струится холодный пот, а ладони становятся влажными. Необходимо уйти как можно скорее.

— Фло, нам разве не пора? — выразительно смотрю на девушку.

— Уже? Ах да, ты же наверняка уже соскучилась по Эдвину, — расцветает Флоренс. — Ладно, идем!

Она подхватывается с места, не замечая моего состояния. Я же чувствую себя, словно загнанный зверь, готовый сорваться на бегство в любую секунду. Габриэль поднимается следом, его взгляд прожигает меня насквозь.

— Проводить вас, леди?

Его голос звучит мягко, но в нем слышится сталь. Я почти физически ощущаю его силу, его власть.

— Нет-нет, что ты, не волнуйся, — Флоренс берет меня под руку. — Мы сами. Было очень приятно пообщаться. Увидимся на балу!

Габриэль лишь слегка кивает, не сводя с меня взгляда. Мы спешно покидаем ресторан. На улице я делаю глубокий вдох, словно впервые за долгое время вдохнув свежий воздух.

— Что с тобой, Амелия? Ты какая-то бледная, — обеспокоенно спрашивает Флоренс.

— Все в порядке, просто немного устала, — отвечаю я, стараясь говорить как можно более спокойно.

Но в глубине души знаю, что дело не в усталости. Дело в Габриэле. В его взгляде, в его силе, в ощущении опасности, которое он излучает.

Ну и родня у Эдвина.

Не дай бог в такую семейку по-настоящему попасть!

В экипаже откидываюсь на мягкие подушки и закрываю глаза. Ситуация кажется все более нереальной, словно дурной сон.

Дракон… интриги… другой мир…

Воспоминания о прошлом, о моем тихом и размеренном существовании, становятся далекими и туманными.

Нет, так и забыть можно о самой себе!

Настя, соберись с мыслями! Отыграешь роль — и обратно в свой мир. Только бы выдержать все эти интриги.

А в особняке меня ждет новое испытание…

В особняке суета, мимо снуют слуги. Похоже, мать Эдвина успела всем раздать поручения, чтоб не сидели без дела.

Фло упархивает куда-то вглубь дома, а я, стараясь не привлекать к себе внимания, поднимаюсь в комнату, что отвел мне дракон-интриган. Хочется побыть в тишине и одиночестве.

Но не судьба: стоит только подняться на нужный этаж, как меня окликает строгий голос леди Нортвиг.

— Амелия, я бы хотела поговорить!

Я замираю на верхней ступеньке, чувствуя, как внутри все сжимается в тугой комок. Разговора не избежать. Разворачиваюсь и, стараясь сохранить на лице подобие приветливой улыбки, приближаюсь к будущей свекрови.

— Да, леди Нортвиг. Я вся внимание.

Она окидывает меня изучающим взглядом с головы до ног, словно оценивая товар на рынке. В ее взгляде нет ни тепла, ни дружелюбия — лишь холодная отстраненность.

— Неплохое платье, — наконец, изрекает она. — Мадам Жильбер отлично подобрала образ.

— Спасибо, мне тоже нравится, — отвечаю я.

В общем-то, из всего, что сегодня со мной случилось, новое платье — это единственная приятная вещь, если не считать знакомства с Фло и нашего веселого обеда (до того, как появился Габриэль, конечно).

И тут леди Нортвиг переходит к сути дела:

— Амелия, я думаю, ты понимаешь, что наш дом — это не просто место жительства. Это место, где чтят традиции и соблюдают определенный порядок. И, вступая в нашу семью, ты должна быть готова соответствовать.

В ее голосе звучит такая надменность, что ужасно хочется прямо сейчас рассказать, как Эдвин водит ее за нос. Но нет, лучше промолчу! Тем смешнее будет смотреть на ее лицо, когда все вскроется! Хотя в этот момент я, скорее всего, буду уже далеко отсюда…

— Конечно, — отвечаю я, стараясь говорить спокойно и уверенно. — Я уважаю традиции и готова учиться.

— Учиться? Боюсь, слишком мало времени для учебы. Придется сразу соответствовать, — отрезает она. — Ты должны понимать, что Эдвин — наследник рода Нортвигов. И ему нужна достойная партия. Женщина, которая сможет представлять его в обществе, поддержать его начинания и, конечно, родить ему наследника.

Она делает паузу, словно давая мне время осознать всю тяжесть возложенной ответственности.

— Да, я понимаю, — киваю в ответ, а сама с досадой чувствую, что все-таки теряюсь в присутствии этой властной дамы. Есть в ней нечто, заставляющее робеть и неловко теребить манжеты платья.

— И я надеюсь, Амелия, ты понимаешь, что потребуется не только красота и умение держать вилку. В первую очередь, потребуется… благоразумие. И умение не выходить за рамки.

— Благоразумие? — переспрашиваю с интересом.

Если уж на то пошло, нужно узнать, какие конкретно требования ко мне выставлены. Кто ее знает, что она там под этим словом себе представляет? Но даже по меркам моего мира сильно благоразумной меня вряд ли можно назвать. Устроить розыгрыш в торговом центре — так себе идея, как выяснилось.

Леди Нортвиг выпрямляется, словно стараясь казаться еще выше и внушительнее. Она приближается ко мне на шаг, и я невольно отступаю, чувствуя себя загнанной в угол мышкой.

— Благоразумие, Амелия, это умение молчать, когда нужно, и говорить, когда это уместно. Это умение видеть дальше собственного носа и понимать, что благо семьи превыше личных амбиций. И, наконец, это умение подчиняться. Не просто подчиняться, а делать это с достоинством и пониманием, что это делается ради общего блага.

Я слушаю ее, стараясь не показать, как сейчас все внутри кипит от возмущения. Ох и не завидую я той отчаянной девушке, которая рискнет по-настоящему стать ее невесткой!

Очень хочется ответить что-нибудь хлесткое, но я понимаю, что сейчас не время для споров. Мне нужно выиграть время и понять, как лучше всего себя вести, чтобы прожить этот месяц без излишней нервотрепки.

— Я постараюсь оправдать ваши ожидания, леди Нортвиг, — говорю я, стараясь вложить в свой голос как можно больше искренности. — Я понимаю, что на меня возложена большая ответственность, и я готова учиться и соответствовать.

Она смотрит на меня еще несколько секунд, чуть изогнув бровь. Словно пытается понять, искренна ли я.

Затем кивает и отворачивается, давая понять, что разговор окончен. Я облегченно выдыхаю и, не дожидаясь новых указаний, быстро ухожу в свою комнату. Нужно собраться с мыслями и решить, что делать дальше.

В комнате я падаю на кровать, чувствуя, как вымоталась за этот день. «Подчиняться с достоинством…» — эхом отдаются в голове слова леди Нортвиг. Интересно, она-то сама хоть кому-нибудь подчиняется? Или строит всех вокруг?

Возмущение так и клокочет, но здравый смысл подсказывает: сейчас не время для бунта. Нужно принять правила игры, чтобы потом, в нужный момент, сбросить маску и показать истинное лицо.

Внутри пробуждается азарт. А если я докажу ей, что лучше меня ее сыну ничего не светит? Вот ее досада возьмет, когда я смоюсь отсюда подальше!

Решено. С этого момента я — леди Амелия Грейсток, воплощение элегантности, очарования и воспитанности. Идеальная невестка, о которой мечтает любая мать в этом дурацком мире. Я проведу этот месяц, как актриса, вживающаяся в роль. Буду внимательно слушать леди Нортвиг, запоминать ее наставления, учиться манерам и этикету.

Леди Нортвиг получит то, что хочет, но лишь на время. А потом… потом она узнает, что такое настоящее разочарование. И это будет мой маленький, но такой приятный реванш. Месть сладка!

Но тут в комнату без стука вламывается Эдвин. На его лице тревога и злость:

— Ты разговаривала с Габриэлем?!

— Фло рассказала, что вы встретили его в «Волшебном горшке», — глаза Эдвина мечут молнии. — Ты разговаривала с Габриэлем?!

Сажусь на кровати, стараясь принять как можно более невинный вид.

— Он подошел к нашему столику, Флоренс представила нас. Что я должна была сделать? Нагрубить герцогу Каствеллу или как его там?

— Знала бы ты, с кем имеешь дело! Габриэль — змея! Он играет в свои игры, и ему плевать, кто пострадает. Амелия, слушай меня внимательно, держись от него подальше. Не разговаривай с ним, не смотри в его сторону. Он учует ложь за версту, понимаешь?

— Он может узнать про наш контракт? — чувствую, как внутри начинает пульсировать колючая тревога.

— Этот гаденыш очень проницательный. Габриэль может распутать любой клубок, тем более если почувствует, что здесь что-то не так, — Эдвин нервно расхаживает по комнате. — Если он узнает, что ты не настоящая Амелия, он не остановится ни перед чем, чтобы вывести нас с тобой на чистую воду.

— И что тогда?

— Во-первых, наша сделка сорвется, — остановившись, мрачно усмехается Эдвин. — Во-вторых, мне придется объяснять властям, что делает в моем особняке попаданка из другого мира, которую я уже представил всем как свою невесту.

— А это противозаконно? — уточняю на всякий случай.

Хмыкнув, Эдвин устремляет на меня горящий взгляд:

— Просто. Держись. От него. Подальше.

— Знаешь что? — встаю напротив и складываю руки на груди. — Если все это так для тебя важно, рассказывай подробности. Придется тебе все-таки ввести меня в курс дела, иначе я непременно где-то проколюсь.

Эдвин пристально смотрит на меня, будто решает, продолжить нашу игру и просто закончить все одним махом, отправив меня восвояси. Наконец, он тяжело вздыхает и опускается в кресло, жестом приглашая меня сесть напротив.

— Ладно, — сдается он. — Но выкладываю только то, что необходимо для твоего выживания в этом театре абсурда. Ты должна знать несколько вещей о Габриэле. Он не просто герцог Каствелл и наш с Фло кузен. Он еще и один из самых влиятельных людей в королевстве. А еще Габриэль — мастер интриг и манипуляций.

— Ну, это у вас семейное, — не могу удержаться, чтоб не уколоть его.

Но мое замечание пролетает мимо.

— Рано или поздно он найдет зацепку, — продолжает Эдвин. — Я надеялся, что успею все провернуть, пока мать и сестра на курорте, а Габриэль охотится в провинции. И все наперекосяк!

Он с досадой хлопает рукой по подлокотнику кресла и отводит взгляд, уставившись в окно.

— Но какая ему выгода копать под нас? — спрашиваю я, чувствуя, как напряжение нарастает.

— Дело не в выгоде, — Эдвин мрачно усмехается. — Габриэль наслаждается самой игрой. Это его развлечение, его страсть. А учитывая, что я не испытываю к нему теплых чувств после… — он умолкает, задумавшись. — Просто не давай ему повода. Понятно?

— Фло была такой приветливой с ним… Я и подумать не могла…

— Если ты еще не заметила, Фло приветлива со всеми. Она просто еще очень юная и наивная, и уверена, что мир любит ее так же, как она любит все вокруг, — пожимает плечами Эдвин.

— Уж ты-то точно в таком не уверен, — снова не могу удержаться от шпильки.

Эдвин вскидывает на меня взгляд, в котором мелькает тень раздражения, но тут же сменяется едва заметной усмешкой.

— Я реалист, Настя. Мир плевать хотел на наши чувства. И особенно на мои.

— И все-таки, почему ты так его ненавидишь? — вырывается у меня вопрос, хотя я понимаю, что не стоит лезть не в свое дело, особенно сейчас.

В комнате повисает напряженное молчание.

Эдвин подается вперед и смотрит на меня, словно пытается прочитать мои мысли. Его взгляд пронизывает насквозь, заставляя меня невольно поежиться.

Я вдруг осознаю, насколько близко мы находимся, и как сильно меня это смущает. Он красив, безусловно, но дело не только в этом. В его глазах, скрывающих какую-то глубокую боль, есть что-то, что притягивает меня, словно магнитом.

— Это не твое дело, — наконец произносит он, отворачиваясь. — Просто запомни, что я сказал. Держись от Габриэля подальше.

Я чувствую, как щеки начинают гореть. Его слова звучат как приказ, но я слышу в них и что-то другое — беспокойство.

За меня? За себя? За наш контракт?

Не знаю. Но вопреки здравому смыслу, я не могу не почувствовать, как между нами пробегает искра. И эта искра слишком опасна. Особенно если учесть обстоятельства…

Я поднимаюсь с кресла, стараясь скрыть волнение.

Ощущение неловкости повисает в воздухе, словно густой туман. Нужно сменить тему, разрядить обстановку, иначе я точно наговорю лишнего.

— Ладно, поняла. Как скажешь, — бурчу я, направляясь к окну. — Но, может, стоит разработать какой-то план? На всякий случай? Типа что говорить, если Габриэль начнет задавать вопросы?

Эдвин молчит, продолжая сверлить взглядом что-то за окном. Я жду, но он не отвечает. Наконец, он вздыхает и поднимается с кресла.

— Хорошо, — говорит он, будто неохотно соглашаясь. — Идем в мою комнату. Пусть я этого и не хотел, но придется ввести тебя в курс дела…