Фанатею по злодею

Пролог

Покатые крыши собирали на свои ладони дождь, стучащий без умолку.

Облака стелились так низко, что цеплялись краями за горные пики, окружившие долину Синь Ян.

Под этим ливнем на середине поляны танцевали четыре девушки. Их синие ханьфу развивались при каждом повороте, а волосы не чувствовали прикосновения дождя.

Капли зависали в метре над девушками и стекали по бокам ровной сферой, так, будто вокруг танцующих держалось силовое поле, мешающее их намочить.

Собственно, оно и держалось, только не силовое, а рождённое потоками ци.

И мало того что девушки танцевали сухими под дождём, капли ещё и создавали лёгкий, приятный ритм, подпевая гуциню, что играл мелодию весеннего утра.

С изящным движением все четыре танцовщицы склонились в поклоне и хлопнули веерами. Стоило ткани вееров сложиться, как сила ци развеялась, а дождь тут же прекратился.

— Достойно, достойно, — подняла два пальца вверх мастер Мин Лань — стройная миниатюрная женщина с длинными каштановыми волосами.

Она ещё не преодолела границы сорокалетия, но уже достигла третьей ступени ци и была мастером воды в Академии стихий.

А ещё она обладала командным, хорошо поставленным голосом, который заставлял вздрагивать каждый раз, как мастер обращалась ко мне:

— Ю Ланфен!

Я передёрнулась от армейского окрика.

Зачем так нервировать?

— Ты следующая, — кивнула мне Мин Лань.

Вот ведь зануда. И знает же, что моя ци только и может росу по утрам вызывать.

Девушки, мои однокурсницы по обучению, захихикали и сбежали к остальным ученикам, ждущим своей очереди продемонстрировать силы.

Я вздохнула, вышла из-под навеса, украшенного деревянными драконами, намочила тряпичные тонкие туфельки сырой травой и остановилась на сухом островке посреди поляны, что являлась сердцем Академии стихий.

Свела руки в знаке летнего грома, крутанулась на носке, выгнулась, усиливая плетение, подняла вторую ногу в воздух, поскользнулась, потеряла равновесие и завалилась на спину.

Мои юбки метнулись вверх, открывая подштанники до колена. А тут это равносильно нудизму.

Как обычно. Позорится, так с размахом.

Послышались смешки.

Сегодня во внутреннем дворе весеннего дворца собрались все мастера и ученики Академии. Экзамены всегда проходили при зрителях. После них учащиеся получат серебряный лян, означающий покорение первой ступени ци. Который мне, видимо, не светит.

Ну и ладно.

Наши принудительные выступления, которые я заваливаю уже второй раз за месяц, мне порядком поднадоели.

Я поднялась, отряхнулась и скрутила ещё один знак. На этот раз огромной капли. Да не простой, а метровой, смяла между ладоней, скатав в шар, и пульнула вперёд наподобие фаербола. Только у меня получился вотербол.

По задумке, снаряд должен был попасть аккурат в толпу девчонок, что смеялись надо мной.

Но заразины разбежались в стороны, и красивый голубой шар врезался в высокого мужчину с чёрными прямыми волосами. Мужчина стоял позади учащихся, и до этого момента я его не видела.

Но вот он стряхнул воду со своих рукавов, поднял взгляд.

Глаза его блеснули алым.

И я чуть не завизжала от радости.

Ура! Дождалась! Наконец-то!

Главный злодей всея двенадцати царств явился в Академию, дабы убить лучшего её ученика и уничтожить мир!

Прищуренные миндалевидные глаза, благородные скулы, прямой нос, длинные чёрные волосы, раскиданные по плечам и летящее ханьфу — этот идеальный мужчина был не только опасен, но и сногсшибательно прекрасен!

Как же я тебя ждала, золотце моё ненаглядное!

«Только не орать, держаться», — сказала сама себе. Но всё-таки сорвалась и с радостным «Ура!», распугавшим девчонок, бросилась к облитому мужчине.

Подлетела к нему, собираясь обнять, но красавчик крутанулся на пятках, обходя меня слева.

А я сменить траекторию уже не могла и, поддавшись ускорению, растянулась рядом с ним на траве.

Перевернулась на спину, постаравшись выглядеть максимально привлекательно, насколько это позволяла мокрая трава, подпёрла голову рукой и улыбнулась:

— Слава богу, вы пришли, уважаемый Ян… — сглотнула. Будет неправильным нарушить его инкогнито. И быстро исправилась: — Мастер Жу.

— Ты меня знаешь? — прищурил на меня сверху глаза мужчина. И пусть он старался выглядеть безобидным и растерянным, в глубине его глаз клубилась ярость.

Он наверняка жаждал придушить меня за то, что посмела привлечь к нему внимание в первый же день его появления.

Точёные черты лица стали острее, а нос как будто вытянулся вперёд.

Тай Янхэй — самый опасный маг в этом мире. И самый знаменитый актёр в этой дораме.

Но какой же он красавчик! А как играет! Такая дикая и неукротимая сила. Залюбуешься.

Даже зная, что он убьёт половину присутствующих, я с радостью выпалила:

— Конечно! Я ваша самая преданная фанатка!

***

Ци – энергия, которая пронизывает всё живое, «жизненная сила».

Лян – монета в древнем Китае.

Гуцинь – старинное название длинной китайской цитры.

1.Мечты сбываются

— Ю Ланфен, встаньте, памятью предков прошу. И не тревожьте мастера, — Мин Лань, ругаясь, помогла мне подняться.

А я не могла оторвать взгляда от моего злодея. Как, впрочем, и он от меня. Только я смотрела с восхищением, а он — с убийственной ненавистью.

Моя маленькая победа.

С первой секунды встречи зацепила его внимание.

Я поклонилась и быстро выпалила:

— Да простит меня великий мастер. Не хотела вас намочить! — И кинула ему шелковый платок из кармана, слава всем богам, в ханьфу карманы почти до земли.

Новый мастер от тряпочки моей отбился, ладонью послав её в сторону, и опустил голову, скрывая гримасу за чёрными волосами.

Да-да, недоволен и зол.

Я уверена, что вотербол летел выше и должен был угодить злодею в грудь, но Тай Янхэй незаметно сместил траекторию магии и намок только чуть ниже колен.

Ясное дело: не хотел лицо мочить, но и силу сдержал, не метнул в меня водой обратно. Уже вжился в роль доброго наставника.

И показательно сушил ткань одежд, с неодобрением покачивая головой.

Моя ж ты прелесть…

Я постаралась не улыбаться, но Мин Лань покосилась на меня с опаской.

— Я головой ударилась, — тут же нашлась я, тщетно пытаясь перестать искриться от счастья.

Глаза Тай Янхэя, смотрящие на меня злобно из-за волос, приводили в неимоверный восторг.

Вот бы ещё его потрогать.

Это же такой шанс!

Ни охраны, ни репортёров. Только он и я.

Я сделала шаг к мастеру.

— Ладно, Ланфен. Опять не хватило твоей ци, чтобы подняться на ступень. Но ты не расстраивайся, ты очень старалась и… Иди отдыхай. Ты слишком волнуешься. — Мастер Лань поспешно подтолкнула меня в сторону жилых павильонов.

Я бы даже сказала, вытолкала.

***

За причинённый беспорядок я должна была отслужить три дня в храме, поклоняясь богам, коих здесь было аж двенадцать, и коленопреклонённо попросить прощение у мастера Жу.

От первого не отвертишься, а последнее мне было только в радость.

Я ждала этой встречи полгода.

И почти свыклась с юбками в пол, длинными косами и магией, которой наполнен этот мир.

И всё ради него одного.

Для начала, наверное, стоит упомянуть, что я не настоящая Ю Ланфен. И всё вокруг — мир дорамы.

А попала я сюда по своей воле. Это было продуманное и спланированное решение. Дело в том, что всю сознательную жизнь в реальности я посвятила прекрасным азиатским фильмам. Только там я видела благородство, изящество и философию, достойные поклонения.

Ну и ещё, конечно, бесподобных актёров, чей лик затмевает красотой любую американскую кинозвезду и тем более реальных людей.

Я смотрела дорамы, читала мангу и манхву, смотрела всё, что успевали создать рукастые сыновья Поднебесной.

И жалела только об одном: что у меня недостаточно времени.

Там, в реальности, я болела раком и не выходила за пределы больницы. Утыканная датчиками, напичканная горой болеутоляющих, действие которых всё чаще не ощущалось, я в свои двадцать лет не видела настоящего мира, да и не очень хотела с ним знакомиться.

Я знала, что когда-нибудь очередной приступ боли станет для меня последним, и молилась всем богам, чтобы после смерти меня перенесли в мир моей любимой дорамы.

«Легенда о двенадцати царствах».

Так она называется.

В трёх сезонах по двадцать четыре серии в каждом рассказывалось о Безупречном мире двенадцати царств и мастерах, пытающихся достичь последней ступени ци.

Главный герой сериала — Лун Ли — учился, совершенствовался, спасал от ужасного злодея все царства и вытягивал любимую из лап смерти.

Вечная любовь, непримиримые враги и, конечно же, хеппи-энд. Но только не для главного злодея.

И я мечтала это исправить.

Не знаю, кто из богов услышал мои мольбы, а попрошайничала я у всех, даже у самых малогабаритных, но однажды я проснулась в широкой постели под паланкином из прозрачной шёлковой органзы.

В дверь стучалась служанка, принёсшая ханьфу, а меня стали звать Ю Ланфен — «аромат орхидеи» на местном диалекте китайского. Красивое имя.

Так я оказалась главной героиней дорамы «Легенда о двенадцати царствах».

***

Ю Ланфен – аромат орхидеи.

***

Дорогие читатели, добро пожаловать в новую историю.

Будет весело, неожиданно и трепетно.

Присоединяйтесь!

Книга участвует в литмобе

“Приручить злодея”:

Хорошие девочки любят плохих мальчиков. Но как спасти мир, если плохой мальчик оказался главным злодеем?

Конечно же приручить его, влюбить в себя и сделать покорным твоим желаниям! Перед вами опасно-страстные истории в жанре Азиатского фэнтези.

Все книги литмоба по ссылке

https://litgorod.ru/books/list?tag=14914

2.Сезон

Обучение в академии соответствовало сериям первого сезона. Благородный герой постигал азы ци, а злобный Тай Янхэй нашёл способ пробраться в Академию, чтобы украсть жемчужину ци — великий артефакт, позволяющий владельцу перепрыгнуть через ступень самосовершенствования.

Для этого главный вредитель убил уважаемого мастера земли Жу Тенфея и занял его место, выдав себя за него.

Он надел парик из длинных чёрных волос мастера Жу, вымазал лицо глиной и белилами и зачаровал магией ци. Лицо злодея стало гладким и прекрасным, но на самом деле Тай Янхэй был уродлив и жесток.

Он пережил страшный пожар, в котором чуть не умер. Огонь лишил его волос и оставил жуткие шрамы по всему телу.

И с тех пор Тай Янхэй мстит всем, кого винит в своей трагедии. И главным виновником он считает главного героя.

Все двенадцать царств дрожали при звуке имени «Тай Янхэй», и даже петухи переставали кричать, завидев его.

Он убивал с той же лёгкостью, с которой садовник срезал лилии.

И не было человека страшнее в этом мире.

Но в первом сезоне дорамы никто не мог связать прекрасного длинноволосого мужчину и жуткого лысого злодея. И уж тем более понять, что это один и тот же человек. Сторонники его молчали, а недруги узнавали его исключительно по шрамам и пламени, окутывающему его фигуру.

Сделано это было с целью очаровать зрителей приятной мордашкой мастера Жу, а в конце сезона ошарашить, показав истинное лицо и характер злодея.

И это сработало. Фанаты разделились на два лагеря: те, кто хотел убить Тай Янхэя, и те, кто в него влюбился окончательно и бесповоротно. Я возглавила последних.

В сериале Тай Янхэй был настолько уродлив, что от него шарахались не только слуги, но и его приближённые. Смотреть на его настоящее лицо было строго запрещено.

«Огненный демон» — называли его в дораме.

«Жаркий злодей» — именовали его фанатки.

Я-то знала, что Янхэя играет Лу Ян Си — самый красивый актёр в мире. Самый высокооплачиваемый и востребованный в киноиндустрии. И роль злодея принесла ему «Оскар», «Золотого петуха», «Сто цветов» и многомиллионный фан-клуб поклонников.

«Когда Лу Ян Си улыбается, зажигаются звёзды», — говорили о нём.

“Он родился с нефритом в ухе», — вторили другие. 

И его игра настолько правдоподобна, что даже Спилберг прослезился, когда его герой умирал в последних сериях.

Просто боженька актёрского мастерства!

И вот, спустя полгода, я дождалась!

Я сидела за первым столом напротив Лу Ян Си, играющего злодея, и буравила его взглядом.

Осанка, походка, движения рук, даже дёрганье кадыка потрясали меня совершенством.

Мне бы хотелось стать тканью на его теле, париком на его голове, мухой на его плече.

Кстати, кыш, муха, мой злодей!

Глаза Янхэя обожгли меня злостью и презрением. Да, я посмела привстать и рукой в сторону мастера помахать.

Простите, простите, великий злодей. Посмотрите на меня ещё раз так же пафосно.

О, этот взгляд, затмевающий сияние солнца и луны. О, эти брови! Про губы даже думать боюсь. Я почку готова отдать за возможность прикоснуться к Янхэю вживую.

— Ланфен? Ты заболела? — спросила Ин Цяо — моя подруга, сидевшая рядом. Она была магом воздуха, на её ханьфу клубились облака и завивался ветер.

— Угу, — я безнадёжно вздохнула и опустила руку, невольно протянувшуюся к злодею. — Мне срочно надо потрогать мастера Жу.

— Что? — Цяо наклонилась ко мне близко-близко и нахмурилась.

Вслух сказала? Мамочки, лезет из меня правда.

В соответствии с законами дорамы — злодея ненавидят все герои поголовно.

В соответствии с законами фан-клуба — запрещается шипперить Тай Янхэя с неодушевлёнными предметами.

В моей голове билась мысль: надо срочно получить автограф, но мой злодей пока не знает, что это такое.

А ещё он не знает о том, что является потомком демона и сценаристы уготовили для него дорожку в местный ад — диюй. И что бы Тай Янхэй ни делал, каким бы сильным ни был, ждёт его жуткая смерть.

Но есть в Академии человек, на которого законы дорам не действуют.

Я знаю сюжет. Я не только спасу моего злодея, но и соблазню его.

***

Лу Ян Си – «солнечно-яркий талант». Имя актера, играющего Тай Янхэя.

Жу Тенфей – «подобный возвышенному ученому».

Имя мастера, чью личину нацепил на себя Тай Янхэй.

Тай Янхэй – Вечное солнце. При использовании другого иероглифа – “черное солнце”.

Точное значение: “Великое затмение».  Имя главного злодея в дораме «Легенда о двенадцати царствах».
***

«Золотой петух», «Сто цветов» — самые престижные награды китайского кинематографа.

Шипперить — создавать пары. Фанатский сленг.

Родиться с нефритом в ухе. — Китайская поговорка аналог «Родится с золотой ложкой во рту».
***

Друзья, приглашаю в одну из историй литмоба

3.И что ты теперь будешь делать?

— Ланфен, Ланфе-е-ен, не спи, — раздалось над ухом, вынуждая прервать процесс лицезрения моего кумира.

Рядом с учебным столом стоял Лун Ли — обаятельный парень двадцати пяти лет. Его карие глаза смотрели с теплотой и обожанием. Он одевался только в самые дорогие шелка, длинные каштановые волосы закалывал на левый бок жемчужной заколкой и выглядел лучше всех в Академии. Он по праву считался принцем среди обучающихся.

Лун Ли был младшим сыном императора, властвующего над всеми двенадцатью царствами, и по совместительству — главным героем моей любимой дорамы.

Он уже преодолел вторую ступень ци, коснувшись третьей носком правой ноги. И ещё ни разу не споткнулся.

Мастера пророчили ему будущее правителя и победителя. Собственно, он всех нагнёт и победит, и достигнет последней ступени ци, вознесётся на небеса как небожитель. Там встретит свою любимую и навсегда с ней воссоединится.

А любимая, кстати, не кто иная, как я.

Я же главная героиня.

Вот радость-то.

Прямо паровоз с подарками перевернулся около дома да раздавил ненароком зевающих.

Не сказать, что Ли мне совсем не нравился. Он тоже красавчик, и играет его Джун Де Цянь. Хотя этот актёр больше романтического плана, чем трагичного, и «Оскаров» у него в три раза меньше, чем у моего Лу Ян Си.

Но что меня всегда раздражало: читер он страшный, ему постоянно везло в дораме.

Если где-то в мире лежит золотая чешуя дракона, Ли обязательно и совершенно случайно её найдёт. Да ещё и окажется, что чешуйка обладает свойством становиться сверхтвёрдой бронёй на всё тело, не исключая причинные места.

Если где-то лежит неприкаянный дракон, он непременно его одомашнит и будет рассекать на нём аки на вездеходе по болотам.

Так и будет дальше по сюжету. Зуб даю, не вру!

Из всех приключений, неурядиц и покушений Ли выходил живым и невредимым. Почти всегда. Исключения — те случаи, когда потом его Ланфен лечила долго и эротично, промывая раны.

Но тело у Лун Ли было отличное: худощавое, без единого волоска, изящное. Особенно хороши были сцены в парной…

Кхм.

— Ланфен, пойдёшь со мной на праздник Весны? — Ли долго тянуть не любил и не привык к отказам. Это был его последний год обучения. Хотя некоторые могли учиться в Академии вечно, такие, как я, например. — Хочу свой последний Лунный вечер провести с тобой.

Я задумалась: по сюжету надо бы согласиться. Но появился Янхэй, и я бы предпочла пойти с ним.

Главный злодей, словно почувствовав, что я о нём думаю, прекратил собирать свитки с заклинаниями и бросил на меня мрачный взгляд. Если он не злился, его глаза были тёмно-карими, почти чёрными.

Но мне больше нравилось состояние злости, когда алая радужка делала зрачок почти незаметным.

Но вот как заманить злодея на ночь огней и сладостей, если он пришёл в Академию, исключительно чтобы прибить Лун Ли? Использовать главного героя как наживку?

— Ли, ты же знаешь, что у меня беда полная с ци, — я вздохнула грустно и безнадёжно. — Я даже на Весеннюю Ночь буду в храме тренироваться. Мин Лань заставила.

Ещё один вздох, и сделать глаза побольше и пожалостлее. Именно это выражение лица меня бесило в героине. Ланфен была слишком тупой и наивной в дораме! И всем помогала, и за всеми бегала, и шла именно туда, где подлянку положили. Да даже если табличка стояла, что там опасно, она всё равно лезла!

А ещё бедному главному герою её постоянно приходилось спасать.

Потому что силы в Ланфен не было от слова совсем. И я, собственно, тоже свою ци едва ощущала.

Эта немощь очень раздражала.

И в сериале, и сейчас.

Поэтому я занималась в десять раз больше, чем настоящая Ланфен, и ходила на свидания с Ли в десять раз меньше.

И так вся Академия за голову держалась, почему принц обхаживает такую неумеху, даже первую ступень не преодолевшую.

Изначально Ли помогал мне с магией и только потом влюбился. А помолвку вообще без меня организовали через отцов семейства. Здесь у девушек особо не спрашивали согласия.

И я не нарочно его влюбила. Он просто следовал сюжету, а я не мешала. Да и кто сможет отказаться, когда сам Джун Де Цянь — актёр мирового класса — делает тебе комплименты и зовёт прогуляться?

У меня, кстати, уже три свитка припрятаны с его подписью. Вечерами любуюсь. Там, конечно, имя не самого актёра, а героя, но это не мешает мне восхищаться добытыми автографами.

Но теперь пришло время решительных действий.

— Цяо очень просила найти ей напарника на соревнования по водным фонарикам, — улыбнулась я Ли.

Тот повернул идеальный профиль в сторону моей подруги.

Цяо тут же покраснела. Она была немного старше меня и отчаянно любила Лун Ли вот уже год. Отчего иногда огрызалась на меня, несмотря на все попытки быть моей лучшей подругой.

В это время Тай Янхэй перестал подслушивать наши разговоры, бросил на меня последний уничтожающий взгляд и направился к ажурной арке, через которую можно было выйти из павильона во внешний сад и далее за пределы Академии.

— Мастер Ян… — я подскочила и бросилась за ним, наплевав на своих друзей. И чуть было не назвала его настоящее имя. — Мастер Жу, прошу выслушать недостойную ученицу!

Мужчина застыл в арке, глядя на меня. И опять с неприкрытым негодованием. На мой крик обернулись все, кто был в зале обучения. В том числе и Ли с Цяо.

Я сложила ладони перед собой бубликом и поклонилась низко в пол, чуть не задев макушкой ханьфу мастера.

— Прошу простить нерадивую ученицу, которая никоим образом не собиралась обидеть вас на состязаниях. И дабы искупить этот проступок, ужасная и смиренная ученица готова оказать любую помощь, которая вам потребуется, — протараторила не разгибаясь.

Ох, как отчётливо я видела побелевшие кулаки.

Ох, как громко заскрипели зубы у мастера.

Ох, полетят клочки да по закоулочкам.

Ну и что, что мои клочки полетят, зато какой типаж! Как входит в роль! Как дышит… яростно.

Задыхается?

Я быстро вскинула голову — проверить самочувствие кумира.

Нет, нормально он себя чувствовал. Убивать хотел, по глазам понятно. Но это у него пожизненное состояние, так что всё в рамках сюжета.

И так захотелось разгладить морщинку на лбу. Провести рукой по скулам. Можно и не только по скулам…

— Я прощаю тебя, нерадивая ученица, — процедил сквозь зубы Тай Янхэй. Он наклонил голову, и его тёмные волосы свесились вперёд, прикрывая ненависть во взгляде. — Не попадайся мне больше на глаза, и вина твоя станет дымом над гладью воды.

Ох уж эти мне метафоры.

Тай Янхэй — мастер огня, он подкожно тянется ко всему горючему. А как красиво он подчеркнул мою принадлежность к ветке воды!

О, великий дорамный бог, что ж со мной творится? А если он рыгнёт, мне его рык музыкой прозвучит? Хотя я уверена, Лу Ян Си даже рыгает прекрасно.

Я хлопнула себя по заалевшим щекам. Всё-таки приятно стало. Он знает, что я владею водой!

— Но учитель, смиренно просит ученица помощи у вас, — заорала громче, видя, что мужчина моей мечты собирается уплыть из помещения.

Тот сжал губы и сложил руки на груди. Его тяжёлое дыхание взбудоражило оставшихся в павильоне учеников, и они замерли, ожидая развязки.

А вот Ли, уже явно заинтересованный в разговоре, подошёл ближе и встал за моей спиной. Я почувствовала холодок между лопаток. Главный герой сверлил меня взглядом.

— Последнее плетение мне не понятно, не будет ли мастер столь любезен объяснить мне его? — В горле пересохло от приторности моего вопроса.

По идее, Тай Янхэй не мог отказать мне. Не сейчас, когда на него смотрят десятки глаз, а я только что извинилась за пролитую на него воду.

Как примерный учитель, он должен показать свою доброту и просвещённость. Путь мастера говорит так. И все мастера Академии следуют ему.

Чёрные рукава перед моим лицом затрепетали.

— Хорошо, — произнёс холодный, надменный голос. Тай Янхэй кивнул. — Завтра на рассвете, за одну палочку благовоний до начала. Возьми с собой… — последовала пауза, — шарики гледичии.

По залу прокатился шёпот.

— Благодарит вас недостойная ученица! — Я несколько раз поклонилась.

И выдохнула, глядя в спину мастера.

Эта манера унижать себя при разговоре мне порядком надоела. Но косяк в том, что если ты три раза себя дурой не назовёшь, тут тебя никто и слушать не станет. Не то что воспринимать всерьёз.

Позади зашипел Ли:

— Я могу тебе всё показать! — Он встал передо мной и заслонил вид на удаляющегося кумира. — Это лёгкое заклинание, и я его знаю уже два года, Ланфен!

— Считаешь себя умнее мастера? — Я невинно хлопнула ресницами и затеребила в пальцах прядь своих чёрных волос.

Очень мешали эти патлы, конечно. Но в двенадцати царствах было принято носить длинные волосы. И чем длиннее, тем статус человека считался выше.

— Только река считает себя умнее скал, — фыркнул Ли. И тут же добавил: — Но тем не менее она с годами подтачивает горы. — И победоносно улыбнулся.

Рядом раздались одобрительные возгласы учеников.

Всё-таки главный герой есть главный герой. Сказал очевидную вещь, но эффект возымел невероятный.

— Благодарю тебя, Ли, за предложение. Если бы я уже не приняла помощь мастера, обязательно бы с тобой позанималась. Но, увы, теперь для тебя нет места в моём плотном графике, — я поклонилась и вышла из учебного павильона, оставив позади недоумевающего главного героя.

Да, да, уважаемый будущий небожитель, тебя только что кинули, предпочтя уродливого главного злодея.

И что ты теперь будешь делать?

На моём лице расцвела счастливая улыбка.
***

Джун Де Цянь – восхитительный красавчик с достоинством. Имя актера, играющего Лун Ли.

Лун Ли – прекрасный Дракон.  Главный герой дорамы «Легенда о двенадцати царствах».

***

Друзья, пока Ланфен преращается в сногшибательную блондинку, приглашаю вас в одну из историй литмоба “Приручить злодея»

Оценить злодея можно здесь:
https://litgorod.ru/books/read/43659
***

4.Бьюти-прокачка

Лучший способ впечатлить мужчину: поразить его. Потом можно добавить загадочности, уюта или похоти и страсти.

Я собиралась применить всё и сразу.

Насчёт загадочности у меня было столько идей, что голова шла кругом. От подробного рассказа обо всей жизни Янхэя до раскрытия секрета главного героя. Но пока я решила повременить.

Тай Янхэй в дораме — та ещё гадость когтистая.

Нужно рычаги давления придержать, пока он в личине мастера и не может убивать людей налево и направо.

Это поистине мой шанс. Надо удивлять.

Поэтому я сделала то, о чём мечтала в своей прошлой жизни.

Я покрасила волосы.

Если вы не замечали, большинство героев в дорамах — черноволосые. Это исторически сложившийся факт: китайцам не идут светлые волосы из-за тона кожи. И даже разрез глаз делает солнечную блондинку почти порнозвездой.

Но! И это важно — светловолосые персонажи в дорамах всё-таки встречаются.

Это злодеи, ведьмы и оборотни.

Что-то необычное, невероятное и сильное.

Не обязательно обладать суперспособностями, достаточно того, чтобы другие в это поверили.

А я ещё в реальности хотела себе длинные светлые волосы, чтобы ложились мягкими волнами на плечи, стекали к поясу и тянулись до бёдер.

Нет почти ничего невозможного, если ты маг воды в волшебном мире дорамы.

Почти.

Беда в том, что я была очень посредственным магом. И бьюти-прокачка мне не светила.

Пришлось позвать Цяо.

Подруга в ладоши похлопала, услышав мою идею. Но не похвалить меня она хотела, а духов злых прогнать из моей головы.

Никто в академии ещё не додумался содой с ци голову намазывать и сидеть так половину ночи, чтобы изменить цвет волос.

Соду и шарики гледичии тут использовали вместо мыла, но в основном богачи. Они в Двенадцати Царствах были дорогим удовольствием и считались излишеством, а я на себя соды вывалила четыре пиалы.

Хорошо, что мои родители были дальними родственниками ректора академии — семейство Ю было самым богатым в Царстве Кролика. У нас не просто водились деньги, мы в них купались.

Отец Ланфен наладил торговлю шёлком по всем царствам. И имел свой магазин даже возле Академии, что считалось самым престижным местом после императорских подворьев.

Цяо положила в рот кусочек персика и зевнула. Фонари на улице давно погасили. Но подруга решила остаться на ночь у меня. Ей было интересно, чем закончится эксперимент.

— А мы не перестараемся? — Цяо потрогала пальчиком тюрбан, который я накрутила на голове. Здесь даже полотенца шили из мягких, словно лапки кошек, материалов. — И пахнет плохо.

Цяо уже сложила верхнее ханьфу на тумбочке у медного зеркала и щеголяла в домашнем белье: штанишках и свободной рубашке с верёвочками на поясе.

Мне аромат тоже не нравился, но чего не сделаешь ради красоты неописуемой. Тем более что соду я раздобыла всего пару недель назад. И успела проверить её действие только на одной пряди срезанных волос. Работало, но не так великолепно, как обещала мастер Мин Лань, которая и напитала соду своей ци, чтобы процедура возымела эффект. Получался больше позолоченный цвет, чем белый. А мне хотелось фурора и произвести на злодея стопроцентный эффект.

Теперь страшно было, что не сработает.

— Слышала, «Огненный демон» опять объявился. Говорят, зарезал главу клана Тан, что на юге у Пика Дыхания жил. Теперь торговцы не ходят туда, — Цяо больше всего на свете любила сплетни. — Говорят, он внутри столь же ужасен, как и снаружи.

Конечно, речь шла о моём любимом злодее. Тай Янхэй кого-то постоянно убивал. Но, так как в здешнем мире отсутствовал интернет, новости до Академии доходили медленнее, чем злодеи.

— Цяо, если тебе нравится Ли, пригласи его сама на праздник Весны, — перевела я разговор, чтобы не заострять внимание на злодее. Мне надо было подтолкнуть подругу к боевым действиям, чтобы мой жених не мешал мне соблазнять моего кумира.

— Поникший цветок тоскует от любви，а бессердечный ручей течёт дальше, — фыркнула Цяо.

Это она меня упрекала в том, что на ухаживания Ли я отвечала неохотно и лениво.

Подруга улеглась на мою кровать и закуталась в одеяло, оставив мне половину постели.

Подушек в Академии не было, но я сбила подголовник из одеял, и Цяо обняла его, как игрушку, и ехидно заметила:

— Спать иди, незачем решать за мужчину, кому он достанется.

Ох уж мне это патриархальное неравенство. Девушкам уже даже помечтать нельзя о том, чтобы избавиться от ухажёра!

Я растянулась рядом с подругой, решив, что волосы смою утром. Пусть осветляются. У Ланфен они были чёрные, как сама ночь, и густые, как заросли крапивы на кладбище. Но здесь их сравнивали с бамбуковым лесом. По мне, так крапива ближе.

Я грустно вздохнула, вспомнив, как выпадали волосы после химиотерапии. Даже если облысею, одолжу парик у Янхэя.

— Жена как шея, только она решает, куда повернуть голову мужа, — назидательно пробормотала я, вспомнив поговорку из своего прошлого.

Цяо хохотнула:

— У нашего императора целых три жены и шесть наложниц. Либо у него одна голова на девяти шеях, либо у нас в девять раз больше императоров, чем мы думаем! — Подруга сладко зевнула.

Цяо и в дораме была доброй и хорошей девушкой. И я бы очень хотела для неё счастливого финала с тем, кого она любит.

Согласна, наши нормы неприменимы в данной концепции вселенной.

Но что-то же я могу изменить?

***

Пахло от меня наутро просто ужасно. Кислотой и водорослями, то есть морем и солью, по дорамным метафорам.

Жуть просто. Цяо вылетела из моего домика, зажимая нос и смеясь.

«Срочно надо привести ци в порядок», — попрощалась она.

А я зажгла благовония, чтобы выкурить дух сомнительной красоты из помещения, и отправилась в купальни — наводить красоту.

Солнце ещё не протиснулось сквозь горы, и в долине стоял полумрак. Я должна была явиться к Тай Янхэю в час дракона. У меня было примерно два часа до этого.

Я неторопливо окунулась в горячую воду, погрузилась с головой, пропуская через себя воздух и потоки ци. В воде даже моя небольшая сила чувствовала себя благодатно.

Горячие источники били прямо из земли, их огородили бамбуковыми стенами с вьющимся по ним виноградом. Рядом падал один из самых больших водопадов в долине. Озеро, которое он создавал, использовали для окунаний.

Купальни делились на мужские, женские и привилегированные. В последние ходили только преподаватели и важные гости.

В такой ранний час никого здесь не было.

Ученики вставали рано, но в основном готовились к занятиям и медитировали. Тут сидение в позе лотоса приравнивалось к силовым тренировкам и было важнее чистки зубов. Поэтому я наслаждалась теплом в одиночестве. А ещё любовалась на горы.

Академия располагалась в низине Синь Ян, окружённой со всех сторон горами. По краям склонов ниспадали многоуровневые тонкие водопады: когда струйка, когда целый поток. Они создавали в долине чарующую и мистическую атмосферу. Трудно было привыкнуть к постоянному шёпоту воды, но постепенно этот звук стал незаметным и успокаивающим. Как тиканье домашних часов.

Радужные дуги почти постоянно сверкали среди воды, заставляя людей застывать и слепнуть от неземной красоты.

По преданию, именно отсюда начиналась лестница к Небесам, по которой поднимались небожители пятой ступени, ставшие богами.

В дораме лестница была чуть севернее, на Пике Печали, и поливали её кровью в финальных сериях, но этого этапа я постараюсь избежать.

Академия занимала огромное пространство. В середине долины стояли павильоны для встреч и учений. Вокруг первым диаметром жили мастера и важные гости Академии.

Вторым кругом шли домики для обучающихся, коих в академии было более пяти сотен.

И у каждого был собственный домик. Если жилплощади не хватало, учеников селили по двое, но всегда в хорошем одноэтажном строении с покатой алой крышей.

И последний круг — это жители долины. Простые люди, помогающие Академии.

Торговцы, слуги и актёры.

Добраться до низины Синь Ян было достаточно трудно, путешествие пешком считалось первым испытанием перед поступлением на обучение, поэтому тех, кто приходил, не гнали, оставляя на последнем круге..

Территория Академии охранялась защитными оберегами, расклеенными на стенах всех помещений и по периметру долины. Считалось, что они прогоняют призраков и людей с недобрыми намерениями. Но Тай Янхэй нашёл способ обойти их: он носил на груди кристалл — наследие рода с толикой силы демона, что давало ему возможность скрыть злобу от преподавателей и оберегов. 

Мастера Академии не терпели незнакомцев в долине. И каждый оставшийся в ней имел жетон мастера Ляоши — руководителя Академии.

Жаль будет, если Тай Янхэй уничтожит Академию. А ведь именно это он и сделает.

Разрушит тут всё до основания.

Я встала, вытерлась, оделась и медленно направилась домой.

Но не успела и десяти шагов пройти, меня оглушили криком.

— Демон! Призрак! Помогите! — истошно орал женский голос.

***

Конечно же, Ланфен из дорамы бросилась бы на помощь несчастной.

Но я-то умная женщина.

Я подобрала юбки и быстренько засеменила в противоположную сторону.

В Академии полно магов с силой в сто раз больше моей и мужиков с бицепсами в сто раз больше, чем мои.

Хотя, должна признать, накачанных красавцев тут встречалось очень мало.

В этом мире предпочитали изящных юношей с лицами невинных овечек. Это ещё одна причина моего неудержимого фанатизма по Тай Янхэю. Он, в отличие от большинства здешних хлюпиков, обладал рельефной мускулатурой и прессом. Но угадывались они исключительно по силуэтам, злодей почти не оголялся в дораме.

Ничего, я и это исправлю. И потрогаю.

В домике я еле расчесала волосы. Они стали сухими и тонкими, путались, как новогодняя гирлянда, скрещённая с наушниками. Голова страшно чесалась и болела.

Я сгоняла к Цяо и попросила высушить меня. Времени почти не осталось.

Подруга завтракала шариками риса и ломтиками свежего лосося. Она взглянула на меня и расхохоталась.

— Ты бы себя видела! — держась за скулы, чтобы улыбка не оставила преждевременные морщинки на лице, выдохнула она. — Ты похожа на огромный пион!

— Пион — это же хорошо? — уточнила я, подставляя голову под ладони подруги.

Знаю, использовать её в качестве фена не очень прилично, но Цяо тоже ещё не перешагнула первую ступень ци и считалась неудачницей наравне со мной. Ей надо было тренироваться.

— Пион — символ богатства. — Цяо усилила поток воздуха. Нагреть она его не могла. Но с каждым разом у неё получалось всё лучше.

— Ну как? — тряхнула я относительно сухой головой. Гребень всё ещё застревал в прядях. Но огромный гонг на башне храма уже пробил час Дракона, и мне стоило поторопиться.

— Не выразить словами, — Цяо подозрительно хихикнула и подала мне круг медного зеркала.

В жёлтом мутном отражении я увидела страшное лохматое существо с дикими, бесноватыми карими глазами. На личико Ланфен была очень даже хорошенькой: губки бантиком, тонкие бровки. Но не с белым сугробом на макушке.

— Ой, ты ж, сила ионная! — Я прижала пряди на макушке к голове, убрала — волосы опять встали дыбом. — Краса несусветная, — резюмировала с отчаянием.

Вот и надо же так перестараться!

Волосы отказывались «литься по плечам аки струи водопада».

Они магнитились и стояли, как почётный караул на Красной площади. Натурально.

Ладно.

Я быстро собрала волосы в высокий пучок на голове и рванула навстречу своей судьбе.

Ноги не чувствовали росы, а душа рвалась в небо.

То ли паника, то ли радость, то ли сода в голову ударила, и теперь я малость пришибленная ходить буду.

Остановилась перед павильоном Земли, в котором меня должен был ждать Тай Янхэй, поправила ханьфу, разгладила рукава.

Вскинула взгляд на восходящее солнце.

Топнула ногой.

Будем брать не качеством, а количеством. Чем больше эффект, чем больше эмоций.

И рванула ленту с волос.

Перед Янхэем я появилась в лучах поднимающегося солнца. И даже представляю, как выглядела: ореол неземного свечения вокруг тела и антенны волос во все стороны.

Действительно, красота неземная. Иначе как объяснить, что Тай Янхэй подобрался на учительской лавке и скрутил ци атаки, посылая в меня сеть огня.

***

Ин Цяо – смелая красота.

***

Гледичия – род листопадных деревьев высотой 10–25 м. Прямой ствол и ветви покрыты длинными ветвистыми колючками. Кора бурая и гладкая. Кору гледичии использовали в древнем Китае вместо мыла.

***
Синь Ян – красота, жизненная сила.

***

Друзья, пока Ланфен преращается в сногшибательную блондинку, приглашаю вас в одну из историй литмоба “Приручить злодея»

https://litgorod.ru/books/read/43678

— Смиренная ученица прибыла на занятия, уважаемый Жу Тенфей! — я брякнулась на пол и закрыла голову руками.

Меня так на ОБЖ учили в далёком прошлом в иной реальности.

Хорошо, что реакция у Янхэя лучше моей, потому что он явно мог меня спалить, но в последний момент передумал и тихо-тихо послал в бездну. К демонам.

Ага, к тем самым, с которыми был в дальнем родстве.

В последний момент он сместил удар, и двенадцать маленьких дырочек появились не во мне, а в стене павильона.

— Чтоб тебя фэй пожрал! Ты кто? — Тай Янхэй трижды хлопнул в ладоши и сменил ци на очищение.

По павильону прокатилась волна силы, стирая магию и выявляя присутствие нечистых сил. Свитки на его низком столике подлетели вверх и плавно опустились на столешницу с узором серых квадратов.

Маленькая невинная шпаргалка, которую Цяо написала на вчерашнем занятии и забыла под своим стулом, с негодованием вылетела за пределы помещения. Частички ци приведут обрывок пергамента к Цяо и помогут списать, вернее, воссоздать плетение щита на следующем занятии.

— Не демон, — резюмировал Тай Янхэй, уставившись на меня.

Я поспешно замотала головой и обиженно буркнула, расстроенная таким приёмом:

— Ю Ланфен, вы меня ждёте. — Я уселась за первый стол рядом с мастером. На колени согнутые уселась прямо на тонкую циновку на полу.. Хлопнула ресницами. Зря не накрасилась, гуцинем меня по голове. Тогда бы он точно не устоял.

«Помер бы на месте», — хмыкнула я про себя.

— Так это тебя искали? — уточнил Тай Янхэй, поднимаясь и осматривая меня.

Я нахмурилась, пожала плечами.

— Девушка видела белого демона в купальнях, — пояснил он.

— Да ладно, я ещё с мокрой головой была! Как она могла меня испугаться?! Бред какой-то, — фыркнула я, поёразала, потому что ноги стали затекать. Да и перетекла на бок, подперев рукой щёку.

Старая до-этой-жизневская привычка. Я так в больнице на койке всегда сидела. Удобнее, чем ноги в фигу скручивать. Но под взглядом мастера смутилась. Тут девушки сидели прямо и ручки прилежно складывали на коленях. И не ругались на твёрдый пол.

— То есть, видимо, приболела девушка и лучи рассвета спутала с утренней радугой. — Я кашлянула, в горле от такого количество приторной ванили почудились клейкая горечь. — Галлюцинации у неё начались, — закончила, понизив тон.

Тай Янхэй ещё раз хлопнул в ладоши. Чёрные рукава взметнулись крыльями ворона.

— Тогда светлого дня, ученица Ю Ланфен. Приступим, — злодей вздохнул и повторил плетение ци ветви земли.

Он сложил руки перед грудью, одну на другую, и переплёл пальцы в символах Инь и Ян. Топнул ногой и сформировал мерцающий щит ци перед собой. Весь щит состоял из маленьких осколков скалы, словно появившихся из пальцев мастера.

Чёрные волосы Тай Янхэй оставил распущенными, его лицо было сложно разглядеть. Только нос выделялся, как актёр сквозь занавес на сцене. Злодей старался спрятать лицо, несмотря на то, что его никто не мог узнать.

В дораме Ли разоблачил злодея, сдёрнув с него парик во время боя. Вот тогда-то все поняли, кто перед ними.

Но я не позволю моему злодею проиграть.

Чёрное одеяние мастера Жу было расшито горными Пиками Силы — по названию поселения, где родился Ли. Пики Силы были родиной принца и центром культа воздуха.

Я смотрела на Тай Янхэя, боролась с желанием его потрогать, радостно поорать и размышляла: каково было ему носить одежды своих заклятых врагов? Людей, которых он поклялся вырезать до седьмого колена.

И как мне в такой ситуации учиться магии? Голова совсем другим забита.

— Ты делаешь то же самое, но с водой, — проговорил Тай Янхэй, сминая щит.

Легко сказать, труднее сделать.

Вода не камень, она стекала с вертикальной поверхности щита, игнорируя мои приказы. Бесчувственная сволочь.

— Внимательнее, угол сгиба неточен, оттого и вектор неверен, — ткнул меня в ошибку мастер. Тон его выражал неудовольствие и высшую степень презрения. — Вы не собираетесь учиться?

— С вами хоть в ад, то есть в диюй.

— Не надо в диюй. Потри шарики гледичии и следи за узором.

Мыльный раствор смешался с водой, и радужные разводы заскользили за потоком ци. Я восторженно ахнула. Расширила плетение до размера зонтика, подняла выше головы. При визуальном контроле работать с ци было гораздо легче.

Но энергия в очередной раз не удержала воду на моих пальцах, и целый водопад обрушился бы на меня, не метни я руками в сторону.

Вовремя.

Я сухая.

А вот Тай Янхэй и бумаги на его столе — нет.

Мокрый сверху донизу, да ещё и в мыле, он натурально зарычал:

— Более убогой ци я в жизни не видел! Кто тебя вообще принял в Академию? — и столько презрения в голосе, что захотелось пойти и в купальнях самоутопиться.

А я вообще не за уроками сюда пришла! И не за магией.

К тому же я толком даже плетение не запомнила, больше на руки Тай Янхэя смотрела.

Красивые, сильные.

Могут обнять и доставить удовольствие, могу убить и закопать под кустом жасмина.

Можно до завтра отложить рытьё могил?

— Убогая… Кормить тобой червей на кладбище.

Тай Янхэй старался говорить, как остальные мастера, медленно и статно, с витиеватыми выражениями и от третьего лица, но постоянно срывался.

— Прошу простить вашу презренную ученицу. Её посчитали слишком опасной для общества, чтобы оставить среди простых смертных, — поклонилась я.

Да, у главного злодея характер не сахар и даже не изюм, и как учитель он работает просто отвратительно. Его при первом же конфликте вычислят! Ещё и лицо подтекает.

Я же ему всю штукатурку размыла. Вода на маскировку Тай Янхэя не действовала, а вот гледичия очень даже. Вот невезуха.

— То есть терпят тебя только ради защиты остального народа? — усмехнулся недобро Тай Янхэй. Под его рукой ткань ханьфу быстро стала сухой. Вторая рука прошлась по лицу, восстанавливая грим.

Я позавидовала подобной сноровке и срочно сделала морду кирпичом, мол, ничего не замечаю.

— Тот, кто не способен вытерпеть одного нерадивого ученика, не может считаться настоящим учителем, — невольно вырвалось у меня.

Я всмотрелась в Я всмотрелась в лицо мастера. Выглядело оно натурально. Высокие скулы и благородный лоб принадлежали моему любимому Лу Ян Си. Ожогов совсем незаметно. Казалось, передо мной обычный человек. Но глаза выдавали его настоящую сущность.

И сейчас они горели огнём.

Тай Янхэй злился.

И он явился не учить, а убивать.

— Тебе только коров пасти на лужайках Синь Ян! А не постигать путь ци, — рявкнул в ответ мастер.

Я сделала шаг к нему:

— Мои знания гораздо обширнее ваших, и я могу это доказать, — и многозначительно подмигнула.

Тай Янхэй подавился словами и стремительно переместился от меня в другой конец павильона.

Я даже моргнуть не успела.

Способность двигаться наравне с ветром — высшее искусство третьей ступени.

Круто, но бесит невероятно.

Я надеялась, что злодей упадёт к моим ногам, поражённый необычайной красотой.

Не упал. И даже не почесался. Не перекрестился, и то ладно. Хотя тут не крестятся, тут кланяются и ладошки перед собой в бублик собирают.

Первая стадия шока успешно пройдена. И пусть эффект от неё должен был быть диаметрально противоположный, даже отрицательный результат — тоже результат.

Ладно, будем брать измором.

— Боитесь меня? — я сложила руки на груди. Нетерпеливо постучала пяткой по полу.

— Немного, — не стал юлить Тай Янхэй. — Ты выглядишь так, будто тебя молнией ударило. Может, тебя к лекарю сопроводить?

Какой участливый и лживый учитель. Посылает к лекарю, а сам сверкает глазами так, будто ему разрешение на отстрел белокурых китаянок выдали, и я первая на очереди.

Посмотрим, кто кого.

— Да, больна, — я опустила глаза. — Вот тут, — погладила томно себя по груди. Прикусила губу и быстро стрельнула в злодея глазами. — И только вы можете вылечить мою болезнь.

— Ты слишком сильно головой ударилась, — пробормотал очень недовольно Тай Янхэй, оглядываясь по сторонам. Мужик явно беззвучно звал на помощь.

Я бегом преодолела разделяющее нас пространство (три ряда парт за две секунды) и попросила:

— Сопроводите меня на праздник Весны. Я одна не могу пойти.

На этот раз Тай Янхэй не сдерживался. Опустил голову, взглянул сверху вниз с презрением и выдал:

— Я не нянька.

— И я не ребёнок, но вы мой учитель, — я настойчиво подвинулась к нему ближе.

Мне смертельно хотелось прикоснуться к настоящему телу злодея. Проверить, живой ли он? Так ли накачанны его мускулы? А вдруг это галлюцинация моего изголодавшегося мозга?

— У тебя ещё сотня учителей, — Тай Янхэй перехватил мою ладонь, протянувшуюся к его рукаву.

Твёрдые натренированные пальцы сжали запястье и потянули вниз, зафиксировали мою руку слева от бедра Тай Янхэя, и я замерла, как пойманная в клетку птица.

Но язык так легко не остановишь:

— Но я хочу вас, — глядя прямо в глаза главному злодею, заявила я.

***

Мин Лань – умная магнолия.

***

Диюй - царство мёртвых или «ад», преисподняя в китайской мифологии.

Друзья, приглашаю в одну из историй литмоба “Приручить злодея»

Читаем тут.