Федеральный закон для ушастых

Опять ноябрь, самый серый месяц в самые серые будни. Словно пятьдесят оттенков серого в жизни. Обычный подмосковный город, правда, наукоград. Жители матерятся и пьют строго по-научному.

Наконец наступила долгожданная пятница, а это значит – время по-научному набухаться. Ну что ж, в пятницу у полиции всегда много дел: пьяных с улиц забирать да бытовухи разнимать, еще и травму описывать. Мне, как участковой, передали вызов, что в завокзальном районе чувак себе по синьке нос разбил. Дежурки не было, да и на завокзалку всегда пробка. Пришлось снова тащиться одной через пути. Блин, холод-то собачий, мелкий противный дождик и ветрище. Короче, все как по заказу для комфортной работы.

Через пропитанный мочой подземный переход идти не хотелось, поэтому я решила, что пойду через дыру в заборе по путям. Спасибо человеку-болгарке. Благо, среднего телосложения. Пролезу. Паровоз уже едет, но далеко. Перебегу быстро.

Тут услышала, скулит кто-то. Сквозь темноту разглядела белую грязную псину, какая-то скотина её привязала к рельсам. Вот же ж, сейчас его локомотивом переедет.

— Ладно, помогу. Только не кусайся, — постаралась не напугать, состав-то приближался.

Собакен понимал, глаза-то умные, прям человечьи. За пару секунд до катастрофы спасла псину.

— Так, блохастый, будь бдительней, — у меня в кармане печенька была, хотела угостить, только собака набросилась  и повалила на землю.

Однако упала не на холодную сырую землю, а на мраморный теплый пол.  И сверху на мне уже не собака, а голубоглазый парень в белой грязной одежде довольно улыбается, заливая меня водой с длинных волос. В большие панорамные окна лился яркий свет. Высокий потолок с фресками привлекал внимание.

Сказать, что я испугалась, значит не сказать ничего. Я повидала многое: и как перед Рождеством семью зарезали, и как вороны с асфальта мозги клевали. Но тут страх пробрал до костей, первое, что подумала — я сошла с ума. Надо было раньше увольняться. Постоянный стресс сделал свое дело.

Парень уперся ладонями мне в ключицы и пристально посмотрел. Раздались звуки шагов, я попыталась оглянуться. Все-таки профессия обязывает. Перехватив руки, отбросила парня и быстро встала. Пистолет с собой, но воспользоваться можно только в крайнем случае, так гласит закон «О полиции».

Стояла с ошарашенными глазами, пыталась проморгаться. Однако иллюзия не исчезла. Все, Инна, психбольница по тебе плачет. По коридору, напоминающему больше музей, бежали люди в странных одеждах. Я что, во «Властелин колец» попала? Парень попытался взять за руку, я инстинктивно отпрыгнула. Он сделал поклон в мою сторону, подбежавшие люди также склонились. Дурдом на выезде. Наверно, в реале я в смирительной рубахе, а может, меня паровоз переехал? Начинаю пятиться.

— О, юная дева, ты сняла проклятье и вернула меня в мой мир!

— Че-е…

Глаза округлились, со мной разговаривали! Парень успокаивающе поднял руки.

— Я правитель этого мира, был заколдован и отправлен в ваш мир, но ты сумела расколдовать меня, — парень выпрямился и подал мне руку. — Меня зовут Инстам, а как твое имя?

Так, многое объяснилось. Не, ну а что, все встало на свои места. Я точно с ума сошла. Интересно как получилось, и ничего не предвещало. И тут я вспомнила прием из фильмов, ущипнула себя. Видения остались. Видимо, галлюцинации поняли, что я пыталась сделать.

— Дева, поверь, это не видение.

— О, мудрый, — перед парнем пал ниц седой мужик в черном халате или кимоно, для меня одинаково, — отдайте приказ, мы сделаем все для вас.

Инстам властно выпрямился.

— Что случилось в мое отсутствие? Нужно найти колдуна, обратившего меня.

Тут все упали перед ним на колени. Вот странность, у нас в полиции перед старшим по званию предполагается встать, а тут чуть ли не обувь целуют. Слава богу, что я царские времена не застала. Что-то я отвлеклась. Вы толкайте, если буду уходить от повествования.

Итак, долго ли, коротко ли, стояла-тупила. Понимала, что пора бы поговорить. И спросить дорогу в Наукоград.

— Добрый… день…,  Инстам, — проговорила медленно, чтобы меня понимали. Как учили психологи: не вызывать лишнюю агрессию. — Я старший участковый уполномоченный Михайлова Инна Николаевна. А теперь не подскажете мне дорогу обратно? Мне на вызов надо.

И как можно дружелюбнее посмотрела на свои галлюцинации. Инстам предложил руку. Что за неприятная привычка, вообще не люблю до людей дотрагиваться. К тому же руки у меня еще в осенних перчатках, хотя в галлюциногенном мире лето в самом разгаре. «Ладно, злить не буду», — стянула перчатку, протянула руку как леди, куда деваться. Ладонь парня оказалась горячей.

— Я не запомнил ваших всех регалий, в нашем мире их меньше. Как проще к тебе обращаться?

— Инна.

— Ну что ж, Инна, слуги отведут тебя в покои!

— Не… не, уважаемый, мне обратно надо, у меня дежурство, вызов висит, его закрыть надо.

Этот козел снисходительно так, противненько улыбнулся. Хлопнул в ладоши, и меня окружили какие-то дамочки. Взяли под белы рученьки и поволокли. Я попыталась вырваться, но они чуть ли не силой тащили. А самая наглая за кобурой потянулась. Нервы сдали. «Да вы что себе позволяете!»

И тут я применила прием самбо, вывернулась от одной, скрутила другую.

— Быстро все от меня отошли! — голос получился жестким, его у меня на районе все боятся.

Прислуга быстро отошла, в недоумении уставившись на меня.

— Вам нельзя в таком виде разговаривать с Мудрым! — наконец выдавила из себя одна.

— А я и не собираюсь, где дверь обратно? Так сказать, по-английски уйду.

Надо отметить, в форменной куртке стало жарковато.

Одна хотела приблизиться, но наткнулась на мой взгляд, красноречиво говорящий: «Не влезай. Убью!» Дамочки начали перешептываться. К ним подбежал тот самый мужик в черном кимоно и, увидев мой взгляд, понял, почему прислуга боится. Моя рука покоилась на кобуре. Это так, между прочим.

— Инна, не волнуйтесь, вы у нас почетная гостья. Королю нужно привести себя в порядок, и он ответит на все вопросы.

— Уважаемый…

— Я Нархос, верный подданный короля Инстама. Перед встречей вам нужно привести себя в подобающий вид и переодеться.

Вообще-то нормально я одета. На мне форменные брюки - так на сутках удобнее, а вот шапки нет, видимо, когда меня собака повалила, та и упала. Портфель с документами через плечо. Надо сказать, выглядела на отлично. Макияж даже еще не смылся.

— Позвольте не согласиться с вами, — решила подыграть этому фарсу, — я представитель своего отдела, и на мне государственная униформа! А сейчас я нахожусь на службе и не имею права ее снимать.

Дамочки улыбались, искоса на меня поглядывая. Не люблю такие взгляды. Особенно когда оказываешься в ситуации, в которой ничего не понимаешь.

Нархос, видимо, не привык к тому, чтобы ему не подчинялись. Лицо побагровело, в глазах молнии заметались. Только меня этим не проймешь, и не таких на место ставили. И уже самой любопытно, чем все это закончится. Начала подозревать, что это не галлюцинации. И меня куда-то занесло. Я даже про это книжки читала. Надо только понять, как выбраться отсюда.

— Уважаемый Нархос, а вы мне не подскажете, где я нахожусь?

Прислуга хихикнула.

— В прекраснейшем мире Ицатамея, — придворный сдерживал свой гнев. — Его правитель, Инстам Мудрый, был околдован противниками и отправлен в ваш мир, лишенный магии. Но вы расколдовали его и вернули к нам. Король вернулся, и скоро справедливость восторжествует. Враги падут.

Я злорадно улыбнулась.

— Это моя работа — людей спасать. Не он первый, не он последний. Поэтому возвращайте меня.

Все разговоры о магии и прочих дворцовых интригах меня не волновали. Завтра вообще выходной и кучу дел нужно переделать. А я тут застряла. Все придворные смотрели на меня вопросительно. Они на меня, я на них.

— Ладно, я дождусь короля. Проводите, где ждать. А приводить в порядок меня не надо.

Опять дамочки зашептались. А Нархос, видимо, смирился. Указал направление.

— Король будет недоволен, что вы будете в таком виде.

«Да плевать я хотела», — подумала, но вслух, естественно, не сказала.

— Ничего, переживет, — манерами я тоже не выделялась.

Меня вели по коридору с огромными цветными витражами на окнах. Пол из мраморной плитки идеально белого цвета с голубыми прожилками блестел от чистоты. На стенах — очень красиво нарисованные сцены, видимо, из сказок. Например, сцена битвы, где воины в фиолетовых латах верхом на единорогах штурмуют какую-то крепость. Где-то чёрный дракон летает. Оригинальные рисунки. Лепнина в виде цветов. Шла как по музею. Если это галлюцинации, то, надо сказать, что воображение у меня отменное.

Остановились возле массивной двери, на которой была вырезана голова дракона, а из пасти свисало кольцо. Дорогая штука. Дверь открыли слуги, у которых очень интересная униформа: красные штаны и белые туники до середины бедер. Почти у всех длинные волосы, забранные в хвост.

Завели меня в зал, Екатерининский дворец перед ним так, местное отделение почты. Потолки метров десять в высоту, витражные окна из стекол, напоминающие пчелиные соты. Свет переливется радугой. Стены покрыты нереально красивыми самоцветами. Пушистая ярко-желтая ковровая дорожка вела до золотого трона с мягким сидением. Мне даже стало жалко ковер, сейчас натопчу грязными башмаками.

— Мудрый будет говорить с тобой здесь.

— Отлично. Через сколько ждать?

Тут за спиной раздался женский голос:

— Инстам зовёт гостью в свои покои.

Обернулась. Женщина, на вид лет сорок. Кожа идеально ровная, а вот глаза как у ящерицы — продольный черный зрачок. Может, у нее и третье веко есть? Одета как из фэнтези: длинное темно-зелёное платье из шелка и массивная цепь на шее, на которой, в лучших традициях фэнтези, висел ключ с красными камнями. Возможно, рубинами, хотя я их никогда не видела. На меня женщина зыркала крайне недобрым взглядом. Появилось чувство, что мне тут совсем не рады. Ладно, буду игнорировать тяжёлые выражения глаз.

— Мудрый хочет видеть ее у себя? — брежневские брови Нархоса взлетели вверх. — Это противоречит правилам приличия. Что с ним делали в том мире.

Идти к королю, тем более разговаривать не хотелось. Но я понимала, что без этого никуда.

— В нашем мире это нормально! Ведите.

На меня пялились как на врага народа. Ха! Меня этим не пронять.

— Я Каэ, — представилась мрачная женщина, — следуйте за мной.

Она надменно развернулась и пошла с гордо вскинутой головой. Ишь цаца. Я поплелась за ней. В форме жарко. Со лба закапал пот. Как же все надоело. Я уже не обращала внимания ни на рисунки, ни на лепнину. Вся ситуация начинала порядком раздражать.

Шли долго. Видимо, дворец большой. Я уже устала. Наконец дошли  и постучали в дверь. Раздался знакомый голос:

— Пусть войдёт.

Слуга открыл дверь передо мной. Каэ развернулась и ушла прочь.

— В смысле, я одна войду?

Мрачная женщина остановилась и повернула голову на сто восемьдесят градусов. Зрелище — жуть. Я искривила лицо. Каэ надменно усмехнулась.

— В вашем мире это нормально!

— Ой, ладно.

Я смело вошла в комнату короля.

Шикарный номер. Из соседней комнаты донеслось:

— Садись, я сейчас приду.

Я плюхнулась в кресло, на его спинку кинула портфель и куртку. Через пару минут вышел мой король. Красавчик. Уже чистенький. Улыбка во весь рот. Одет в темно-синее шелковое кимоно. Совершенно белые волосы расчесаны, убраны назад. На уши надеты такие серебряные украшения, что уши кажутся заостренными. Как у эльфа.

— Хотел увидеть тебя!

«Не скажу того же», — из меня начал изливаться яд.

— Итак, Инна, я должен тебе все объяснить!

— Да уж, постарайтесь, и вкратце, мне на работу пора.

Его лицо сделалось грустным, мне это не понравилось.

— К сожалению, ты не можешь вернуться. Я навсегда запечатал дверь в твой ужасный мир. Больше никто не попадет в этот ад.

— Что, простите?

Старалась держать самообладание. Видимо, взлетевшие брови и от испуга округленные глаза выдали меня. Не хотела я здесь оставаться. Мне двадцать семь скоро стукнет. Старовата для переездов. Инстам сел в кресло напротив. Я надеялась, что ослышалась.

— Инна, я благодарен тебе. Пол-оборота назад меня выманили в ваш мир, никогда не видел более серого зрелища.

— Это просто последний день осени, — старалась похвалить свой мир. – Мне он очень нравился. Я хочу обратно!

Король грустно покрутил головой, я слушала его в напряжении. Казалось, что от меня даже вибрации пошли.

— Враги превратили меня в пса и оставили умирать в вашем мире. Первый раз в образе собаки мне удалось сбежать. Обращенным я не мог применить магию. Через несколько лун скитаний враги нашли меня и снова хотели убить. Ты спасла меня. От твоей доброты чары развеялись. Меня это очень удивило.

— Что говорить, люблю собак.

Парень улыбнулся обворожительной улыбкой. Только я включила режим строгого полицейского. Ни один мускул на лице не дрогнул. Разговор мне не нравился.

— Мои враги видели тебя и попытались бы убить в твоем мире, думая, что ты заодно со мной.

— Я –– полицейская, опасность — мое втрое имя!

— Да, ты стражница своего мира. Я видел таких, как ты. Тебе я дарую освобождение за мое спасение. Ты останешься со мной и познаешь вкус счастья. Не волнуйся, что ты вошла в мои покои. Твоя честь не запятнана. Я благороден и беру тебя в жены!

Глава 2

— Эвона как, — иронически проговорила я. Взгляд сделался еще суровее.

Злость буквально закипела во мне. Медленно выдохнула.

— Уважаемый король, если я действительно в другом мире, то, хочу сказать, у нас так предложения не делают. Это раз. Замуж я не хочу — это два. И третье — верните меня домой, в мой такой ужасный мир.

Инстам премило улыбнулся и попытался взять мою руку. Опять. Да не люблю я, чтобы меня касались. Отдернула руку. В моих глазах молнии сверкали. А королю хоть бы что. Добродушно улыбается.

— Я понимаю твое недовольство, но скоро ты привыкнешь. Наш мир прекрасен. Вместе мы сделаем его лучше.

— Чувак, о какой красоте идет речь. Тебя чуть два раза не грохнули, — многозначительно показала два пальца в виде буквы «v», демонстрируя свой новый красный маникюр. Знаю, что ярко красить ногти запрещено в полиции, но чихали девушки на это правило.

— В каждом мире есть зло. В Ицатамее мы с тобой искореним его вместе. И как только это случится, я позволю сделать тебе выбор. Я распечатаю врата в твой мир и если захочешь вернуться, то неволить не стану!

Он говорил восторженно. Сам верил в каждое сказанное слово.

— И когда сие чудо произойдёт?

Наконец он меня схватил за руку.

— Я надеюсь, скоро!

— Расплывчатый ответ! Так у меня не галлюцинации?

— Нет, — совершенно серьёзно ответил парень, не отводя от меня взор.

Конечно, если бы такой позвал меня на свидание в моем мире, врать не буду, я согласилась бы. Однако мы в другом мире. Первый раз вижу его, а он еще и в женихи набивается да отправлять обратно меня не собирается. Что делать? Я вырвала свою руку.

— Ты должна переодеться. Скоро придворные придут приветствовать меня. Я должен тебя представить. Молва о храброй стражнице из другого мира разлетится по всему королевству.

— Я не стражница, а участковая!

Только он меня не слушал. Три раза хлопнул в ладоши, двери тут же открылись. Вбежали дамочки и замерли, молча опустив головы. Впереди них стояла Каэ. Выбора не осталось. Нужно переодеться. В форме было адски жарко, осенняя обувь тоже не подводила. Еще немного, и я получила бы тепловой удар.

— Ладно, давай сделаем это по-быстрому, — усмехнувшись на округленные глаза парня, пояснила: — я имею в виду будущее. Ведите меня.

Я отдалась на растерзание прислуге. Они схватили мою куртку и портфель и заискивающе посмотрели на меня. Как сказала бы моя подруга — веселый дознаватель: «Не мой сегодня день!»

Завели меня в какую-то комнату, напоминающую финские бани, в середине которой находился круглый бассейн. Дамочки начали снимать с меня одежду. А я повторилась!

— Не дотрагивайтесь до меня! — выставила вперёд руки, заставляя всех остановиться. — Я сама! Объясните, что нужно делать.

Каэ томно подошла ко мне, ее злые глаза сверкали. Что я ей такого сделала?

— Ты должна войти в лазурную ванну. А затем мы оденем тебя к приёму!

— Каэ, а ты здесь кем работаешь?

Ха, наконец у этой курицы глаза округлились. Умею я вопросы задавать.

— Я не работаю, а служу Инстаму Мудрому в качестве его Советника. Здесь присутствую я по воле повелителя, чтобы гостье было комфортно.

Яд переполнял ее, но Советница сдержалась. Ее рыжие волосы подрагивали пламенем на кончиках.

— Ты дракон? — не выдержала я.

— Ты, оказывается, осведомлена о нашем мире, — Каэ усмехнулась, а затем так же томно развернулась и не спеша покинула комнату.

Я проводила ее глазами. Прислуга молча смотрела на меня.

— Граждане, давайте договоримся. Я делаю все сама, вы только направляете. Понятно объяснила?

Дамочки кивнули.

— Где можно переодеться? И дайте халатик, что ли.

Мне вынесли тоненький халат. Я переоделась за ширмой. Чувство, что я конкретно встряла, не покидало.

— Вещи мои не трогать!

Мне указали на бассейн. Одной ногой опробовала воду, которая оказалась на редкость приятной температуры. Когда  погрузилась полностью, показалось, что я очутилась в стакане с газировкой. Вода будто ожила. Я почувствовала головокружение, а затем и вовсе потеряла сознание. Когда открыла глаза, меня держали две прислуги за плечи, не вынимая из воды.

— Что со мной случилось?

— Унесла Лазурь, — улыбнулась светловолосая девушка.

— Конструктивный ответ, — не смогла я не съязвить.

Попыталась встать, с волос капала вода, видимо, когда в обморок упала, полностью в воду погрузилась. Девушки помогли выйти, ноги подгибались. Может меня чем опоили, хотя я ничего не принимала. Или газ какой применили. Все страннее и чудесатее, как Алиса в Зазеркалье.

Меня подвели к зеркалу. И тут я от удивления чуть дар речи не потеряла. Кожа сделалась невероятно гладкой, а прыщ, вскочивший два дня назад (странно, подростковый возраст прошёл, а прыщи как появлялись, так и появляются), исчез. Лицо стало выразительным, черные глаза блестели, как будто я всегда высыпалась и не работала по ночам. Показалось, даже жир с живота ушел. Я, конечно, ходила в спортзал иногда, но видимо жир об этом не знал.

Прислуга начала расчесывать мои волосы, крашенные в пепельный цвет и подстриженные в стиле каре-боб. Я не могла сопротивляться. После бассейна тело было расслабленно. Надо быть аккуратнее и не лезть в незнакомые Лазури.

Наконец принесли одежду. И, как я поняла, нижнему белью здесь уделялось особое внимание. Вначале я надела ничем не отличающееся от нашего мира нижнее белье. В белом цвете. Настолько закрытое, что у нас купальник для плавчихи развратнее. А сверху надевалась белая сорочка, похожая на шелковое платье. По моему мнению, образ закончен. Но не тут-то было, как оказалось, поверх еще нужно нацепить желтое платье с длинными рукавами до пола и белой оторочкой на воротнике и подоле. Дали туфли из желтой кожи на невысоком каблуке. Кстати сказать, очень добротные. Со стрижкой сделать ничего не смогли, воткнули какую-то заколку. И так сойдёт.

Вошла Каэ, надменно меня осмотрела.

— Нам пора, гости прибыли.

— Так быстро? — я нахмурилась.

— Прошло пять часов по вашему времени.

— Что-о-о? — вот так я отрубилась. Да, нелегко мне будет в этом мире, чувствую.

— Следуй за мной! — Каэ не спеша развернулась и медленно двинулась к выходу.

— Уважаемые девушки, отнесите мои вещи в мою комнату. Мне же ее выделили? — спросила я. Прислуга кивнула. — И ничего не трогать!

Сама побежала за Каэ, а сердце сжалось за оставленный пистолет.

Советница со мной не разговаривала, и я не горела желанием общаться. Узнав знакомый интерьер, поняла, что ведут в главный зал, куда первый раз меня приводили.

Дверь открыли слуги. Рядом с троном стоял Инстам в золотой мантии, на голове сияла в прямом смысле корона. В зале находилось много людей. При виде меня все замолчали. Каэ гордо шла первой, я плелась за ней, чувствуя на себе изучающие взгляды. Пренеприятнейшая ситуация. Меня подвели к королю, который подал мне руку и поставил вместе с собой на помост.

— Моим спасением я обязан стражнице Инне Полицейской из другого мира.

«Какой ужас!» — только и оставалось думать. Мое имя и должность вывернули шиворот-навыворот. Толпа придворных взорвалась радостными криками. Когда наступила тишина, Инстам продолжил.

— Теперь она моя официальная невеста. Бракосочетание состоится в ближайшее время. И моя спасительница станет королевой Ицатамеи.

Люди опять аплодировали. Чему радовались, не понятно. Инстам еще чего-то говорил, однако я уже не слушала. Мое внимание привлекла худющая девушка (вот повезло же). На ее лице грусть, но она безуспешно пыталась натянуть улыбку. Только получалось из ряда вон плохо.

Как только я посмотрела на нее, она тут же отвела взгляд. Мне показалось, что даже руки ее задрожали. Итак, оценим, что это за мадам. Длинные светлые волосы, заплетенные в три косы, а те в свою очередь вплетены в одну косу. Никакого воображения. Пестрое платье, доходящее до щиколоток, с рукавами по полу. Ага, значит, местная знать. И большое количество украшений. И, соответственно, накладки на уши — а-ля эльф. Забавно, но накладки были у всех. Мне не выдали. Надо будет спросить, что они символизируют.

Рядом с ней стоял длинноволосый мужчина, может, брат — одного цвета волосы. Его глаза выдавали недовольство, хотя улыбался широко и хлопал в ладоши. На всех присутствующих мужчинах одета мешковатая одежда разных цветов, кто был одет в кимоно поверх рубахи и штанов, из обуви — сапоги с круглыми носами, в основном коричневого цвета. Женщины наряжены в длинные платья с рукавами до полу и по полу. Интересное сравнение получилось!

Инстам заливал своим подчиненным, вернее, подданным, о том, как ужасен мой мир и как ему там было плохо. Бла-бла-бла. Скукотень. Никогда не хотела попасть в высшее общество. Не мое. Была как-то знакомая, которая грезила гламуром и строила из себя леди. Только эту ситуацию давно Мольер описал: «Мещанин во дворянстве». В общем, ничем хорошим это не закончилось.

Тут я почувствовала на себе недобрый взгляд. Это профессионально у меня. Резко обернулась, человек, одетый в униформу слуги, спешил скрыться. Только-то и разглядела его платиновые волосы. Да они издеваются — все как на подбор блондины и блондинки. Как только друг друга различают.

А Инстам все говорил и говорил, затем его по очереди начали восхвалять. А мне даже спасибо не сказали, что его спасла. Как-то странно, вроде их любимый король. К счастью, объявили, что начинается пир. Наконец-то, а я хотела уже идти за печенькой, оставшейся в кармане куртки. Праздничный ужин оказался в соседнем помещении, большой стол изогнут в спираль. Необычно. Я конкретно хотела есть, живот предательски заныл.

— Пойдем, моя невеста! — Инстам говорил громко, чтобы все услышали.

Думала, пойдем в центр спирали, ан нет, сели там, где она заканчивалась. Стол стоял на возвышении. Очень хороший обзор. Стулья мягкие, удобные. Столовые приборы серебряные, тарелки белые с квадратным вензелем. А на них ЕДА-А-А! И я подумала, что всё, да начнется пир, но король опять начал толкать речь. А все стояли,  слушали его и премерзко улыбались. А я ни о чем кроме еды думать уже не могла.

— И первый тост, — Инстам взял хрустальный фужер (отличать умею, у моей бабули с советских времен такие имеются) и взглядом указал, чтобы и я бокальчик взяла, — за мою невесту!

— За невесту, — вяло поддержали подданные, без радости. Я, конечно, не счастлива от этой роли, но как Станиславский: Не верю!

Инстам осушил фужер до дна — прямо как звание отмечал, осталось выплюнуть звезды и положить на плечо. За себя любимую тоже сделала глоток. Надо сказать, прекрасное вино! По цвету прозрачное, по вкусу немного терпкое, но не слишком сладкое и кислое.

— До дна, это тост короля, — шепнул мне Инстам, игриво подмигнув.

— Я из другого мира, — хотела возразить, но увидела любопытные взгляды придворных. И, дабы не привлекать внимания, выпила залпом.

— Да начнется пир! — слова короля прозвучали симфонией для моих ушей. Я наконец-таки поем.

Слуги начали суетиться. Мне подали мясо с овощами. Что еще для счастья надо. Но тут я вспомнила этикет. Где мой нож? Это они еще не видели, как я с китайскими палочками управляюсь. Однако придворным все равно, ели они все без ножа.

— Нож — чтобы достать хороший кусок мяса, — снова шепнул Инстам.

— Варвары. Я приличная девушка, тем более работаю на гос. службе, — сделала недовольную уточку губами. Мол, я такая вся из себя. Плюс мои мизинцы на руках оттопырились, как будто я урожденная графиня всея Руси. А что, я, в принципе, выглядела очень даже хорошо.

Инстам как-то по-мальчишечьи улыбнулся. Глаза его добрые только и следили, как я ем. И тут почувствовала нестыковку: король должен быть жестким, иначе подданные на голову сядут. Хотя слуги его боялись. Может, он мне пыль в глаза пускал и делал это искусно.

— Сегодня будет короткий прием, у меня еще много дел. В мое отсутствие многое произошло.

Я кивнула, дожевывая кусок мяса.

— А мне с кем поговорить?

Король посмотрел на меня непонимающими голубыми глазами так, что я оказалась на мгновение в клипе Лободы «Твои глаза».

— О чем ты хочешь поговорить?

— Как же, мне надо выяснить, где я, что я, — сделала глоток вина, обычно в пятницу не употребляю, но тут другой случай. — План составить, понять, с чего начинать светлое будущее строить.

— Но мы еще не женаты, ты не имеешь прав!

— Тем лучше, я буду как независимое лицо. Будто меня в командировку отправили для наведения порядка.

Король удивлённо отвел глаза. Я заметила, что за нами наблюдали придворные. Та барышня вообще глаз не сводила.

— Вашество, а не подскажете, что это за юная леди — вон там, — я тактично киваю на подданную.

Инстам, видимо, хотел уйти от предыдущей темы. Он посмотрел в сторону моего кивка. Взгляд его стал мрачным.

— Это домина Ифосия из дома Летящих с ветром, — на мой вопросительный взгляд король пояснил: — Домине — это обращение к женщинам знатного рода, доминус — к мужчинам. Летящих с ветром — это фамилия.

Инстам с улыбкой кивнул. Понятно, попала к индейцам.

— Что-то Ифосия Летящая слишком печальна.

Парень страдальчески закрыл глаза. И где-то с минуту молчал.

— Не думал, что ты заметишь! — как-то грубовато начал Инстам.

— Работа у меня такая, все замечать, — я по-деловому приподняла бровь.

— Она была моей невестой!

— Бывает. А что разошлись? — нисколечко не смущаясь, я дожевала мясо и запила вином. Жизнь хороша — когда пьешь не спеша.

К амурным делам я относилась крайне негативно. Порой меня забавляли придуманные страдания людей, которые пытались совершить самоубийство. Но после лечения такие приходили в норму и искали новый объект воздыхания. Всегда думала, что они любили только себя. Из серии: «где же найти тебя, хотя и одной офигительно». Особенно всегда изумляли пары, которые клялись в верности друг другу, а затем при удобном случае сбегали налево, кто и направо, были и те, кто шел напролом строго по центру. В маленьком городе много скелетов, и я, как участковая, знала каждого в череп (потому что у скелетов нет лица).

— Я расскажу после, — Инстам отвернулся, стараясь скрыть свои чувства.

— Слушай, а вы с ней разошлись до или после того, как тебя в собаку обратили?

— Какое это имеет значение, — в голосе короля слышалось раздражение, хотя он старался скрыть.

— Как какое, а вдруг она причастна.

Король нахмурился, но покачал головой.

— Этого не может быть. Она не такая.

— Все они не такие. Может, расскажешь, помогу, чем смогу.

Король опустил плечи, настроения у него больше не было. Рассказывать он не собирался, часто дышал. Разозлился, задела за живое — вот неженка.

— Если завтра у меня будет свободное время, поговорим, — сказал таким тоном, что стало понятно: времени не будет.

— А мне чем заняться? Выдели человека, кто мне все покажет и расскажет.

Король смотрел в одну точку и нервно дышал, наконец, совладав с собой, произнес:

— Каэ найдёт тебе компаньонку.

— Ок.

— Что? — удивленно перевел на меня взгляд Инстам.

— Это по-нашему — договорились. 

Парень кивнул в знак понимания, затем резко встал. Все последовали его примеру. Я тоже подпрыгнула, будто старшего по званию увидела. Король молча вышел, рядом со мной нарисовалась Каэ.

— Я провожу тебя!

— Ок.

Ха, ее глаза удивленно округлились, только ей я пояснять не буду. Она молча развернулась и не спеша направилась к выходу. Шли мы молча, советница привела меня к двери.

— Здесь твои покои, — и, не попрощавшись, томно удалилась.

Наконец-то я одна. Комната оказалась шикарной. Кровать огромная, с балдахином. Стол, стул, шкаф, даже туалет — жить можно. Буду считать, что я в командировке. С платьем пришлось помучиться, все из-за обилия завязок и пуговиц. Швырнув платье на ближайший стул, я упала на кровать. И пусть весь мир подождёт.

Я проснулась с ужасным осознанием. В голове был только один вопрос — где мой пистолет? Подпрыгнув как ужаленная на кровати, я принялась бегать по комнате и искать свои вещи. Если я его потеряю, строгач мне обеспечен, а то и неполное служебное.

— Домине Инна, я могу вам помочь?

Резко обернувшись, увидела перед собой невысокую худую девушку в красно-белом платье. Прислуга, сообразила я. Ее глаза смотрели в пол, рыжие волосы заплетены в две косы, лицо покрыто веснушками.

— Где мои вещи? — потребовала я. А вид у меня был жуткий: волосы растрепаны, на голове колтун стоит, глаза бешеные.

Девушка скукожилась от страха и указала пальцем за ширму. Побежала туда. В плетеной корзине валялись мои вещи, а среди них — пистолет Макарова.

— Фух, — выдохнула с облегчением. — Как тебя зовут?

— Ечения, домине. Я ваша прислуга, — голос ее дрожал, видимо, меня боялась.

— Ок.

Я достала пистолет из кобуры и пересчитала патроны. Все на месте. Когда вышла из-за ширмы, девушка еще стояла.

— Кстати, ты мне можешь помочь. Мне надо с королем перетереть и окрестности осмотреть.

Девушка склонилась еще ниже в поклоне.

— Прекрати кланяться, я этого не люблю. Какое-то барство получается.

Ечения сразу выпрямилась, глаза оказались желтыми. Удивительные люди здесь живут.

— У Мудрого сегодня много дел, к нему можно попасть на аудиенцию только через достопочтенную домине Каэ.

Я поморщилась. Через кого угодно, только не через нее.

— Другие пути есть? — спросила в надежде, прислуга отрицательно покачала головой. Надо найти еще какой-то способ. — Так, а скажи-ка мне, Ечения, что ты знаешь о Мудром? Сколько лет правит?

Видимо, большое количество вопросов застало девушку врасплох. Или она боялась мне отвечать. А может, все вместе. Нужно выбрать тактику и разработать план действий. Пока я размышляла, прислуга достала платье. Покроем похожее на вчерашнее, только цвет светло-голубой.

— А есть более удобный наряд?

Ечения опять опустила взгляд и замерла. Да, по-моему, я здесь шороху навела.

— Ладно, давай я оденусь. Еще нужно с вашим начальником поговорить.

В глазах девушки появилась радость. Видимо, чем быстрее она меня оденет, тем быстрее уйдет. Логично. Ладно, сама разберусь. Вот только жутко не хотелось, чтобы до меня дотрагивались. Я отогнала прислугу в сторону и надела наряд, затем волосы причесала. В портфеле была губная помада нюдового оттенка, а на веках год как набит татуаж. Быстро привела себя в порядок. Нужно было торопиться, и так много дел.

— Отведи меня к королю, пожалуйста.

Ечения опять потупила взор и, кажется, не дышала. Как мне тяжело с такими людьми. Пришлось применить другую тактику.

— Быстро! — на тон повысила голос.

И это сработало, прислуга поклонилась и на дрожащих ногах поплелась к выходу, при этом сделав приглашающий жест.

— Подожди за дверью, сейчас выйду, — попросила я, а сама надела кобуру под платье, а то сердце не на месте так оставлять ПМчик мой. Благо платье с широкой юбкой, особо не видно.

Ечения долго меня не ждала. Увидев, повернулась и зашагала по коридору. Я все размышляла, как с ней наладить контакт.

— Ечения, как давно здесь работаешь?

— Два года, — шепнула девушка.

— И как тебе во дворце? – старалась войти в доверие.

 Прислуга непоколебима, она только ускорила шаг, разве что не закрывая голову руками. В моем платье неудобно так быстро идти, пришлось приподнять, благо туфли на невысоком каблуке.

Дошли мы до других деревянных дверей, обитых серебряными полосками, возле них стояли два чоповца.  Как полагается в этом мире, закованные в латы почти из черной стали (заметим, что у нас ЧОП в черной форме ходит), на головах надеты странные шлемы, лицо закрыто, только прорезь для глаз и рта, а макушка головы открыта. С точки зрения военного искусства — скорее, это украшение. Серебряного цвета волосы чуть ниже плеч собраны в хвост. На поясах мечи.  Ечения поклонилась охране, развернулась и быстро ушла.

— Уважаемые, добрый день, мне нужно к вашему начальнику! — начала я.

Ицатамейский чоповец, выше меня на три головы, смерил презрительным взглядом (во всех мирах одно и тоже) и звучным басом произнес:

— Инстам Мудрый занят, к нему прибыл Редзир Великий.

— Понятно, совещание — это святое. А не подскажете, давно началось?

На меня пялились четыре непонимающих глаза. И я решила разузнать информацию у охраны. С чоповцами часто общалась, должна и с ними общий язык найти.

— Ладно, мешать не буду. Здесь подожду.

Я прислонилась к колонне и скрестила руки на груди. Эх, забыла основное оружие участкового, а именно ручку и листок бумаги. Придётся все запоминать.

— Уважаемые, давно служите? — начала я уклончиво разговор, хотя обычно спрашивала фамилию, имя, отчество и дату рождения.

Чоповцы ответили не сразу.

— Пять лет назад сам Инстам принял к себе на службу в качестве личной охраны.

— Вы братья?  — хотя это очевидно.

Чоповцы кивнули. Семейное дело, значит.

— Как величать вас?

— Норк и мой брат Лутс из Несокрушимого дома.

— А я…

— Знаем, — перебил меня Лутс, — ты стражница Инна Полицейская из Злого мира.

Опять! Хотелось крикнуть: «Да Михайлова я!» С трудом поборов желание, мило улыбнулась.

— Впустить мы тебя не можем, Мудрый запретил.

— То есть как? — ошарашенно округлила глаза. Нет, вот козел этот король, я ему жизнь спасла, а он меня в другой мир отправил, домой не возвращает, еще и общаться не хочет. — На каком основании вы меня не пускаете? — включила официальный тон.

— Нам приказали! — хором ответили братья. Твердолобые, таких сразу не пробьешь.

— И все? А как же гибкость мышления?

Этого у них не было, они просто стояли и изучали меня, а я — их.

— Кстати, о моем Злом мире. Не знаете, как попасть туда?

— Знают только сильные маги, они распечатывают врата пространства.

— А как короля занесло в мой мир?

— Его предали отступники.

— С этого места поподробнее, пожалуйста, — хотелось добавить: «я записываю».

— Люди, предавшие наши законы. Они хотят посеять зло в Ицитамее.

Бла-бла-бла, все как обычно, у нас это оппозицией называлось. Старалась слушать с серьезным лицом.

— А кто эти люди, есть имена?

— Главный у них маг Акеллат. Это он нарушил законы нашего мира и подверг сомнению власть Инстама Мудрого. Обманом заманив в Злой мир, превратил его в пса.

По коридору разнеслись шаги, бежал раскрасневшийся Нархос. Я отошла к большому окну и села на подоконник. Придворный пробежал мимо меня, как мимо пустого места, зря я подняла руку для приветствия. Закралась мысль, что здесь мне были не рады. Хотя это не естественно, ведь вернула им короля.  Чоповцы распахнули перед ним дверь, за которой я различила Инстама и, как ни странно, темноволосого мужчину, сидящих за круглым столом.

Король заметил меня и я помахала ему рукой, премерзко улыбнувшись, мол, я здесь, не забывай! Двери быстро закрыли. Что ж, можно было дальше продолжать разговор с охраной.

         — А Нархос кем здесь работает?

— Главный советник Мудрого, как и домине Каэ. Они не спят ночами во имя славы Ицатамеи.

Понятно, король имеет двух замов, маловато для целого мира. Вообще нужен каждый советник по направлениям. Ответы на мои вопросы порождали еще больше вопросов.

— А где сейчас тот маг, как его, Акеллат?

— Никто не знает!

— Ясно, значит, все еще в розыске. А кто занимается расследованием?

— Мы не знаем. Почему ты выспрашиваешь нас, может, ты шпионка?

У меня от возмущения перехватило дыхание, это надо же было такое ляпнуть. Вчера только здесь появилась, а меня уже подозревают. Буду давить на жалость.

— Что вы, уважаемые, я вчера только здесь очутилась и то не по собственному желанию. Узнаю, как вести себя у вас, а сталкиваюсь с откровенным хамством. И вообще, не понимаю, для чего я здесь.

Норк снял шлем, под ним оказался молодой человек лет тридцати с зелеными глазами. Луст последовал его примеру. Они были близнецами. Обычно с возрастом у двойняшек появляются отличия, только сейчас на меня смотрели два красавчика, похожих как две капли воды.

— Стражница, тебе оказали великую честь, вырвав из Злого мира. Мало того, король берет тебя в жены, отрекаясь от знатных родов. Будь благодарна. У тебя будет высокое положение. Со временем с тобой будут считаться.

Я шумно выдохнула. Вот спасибо тебе, король-мороль.  От злости глаз начал дергаться. То есть я, капитан полиции с двумя высшим образованиями, не по собственной воле сюда попала, да еще я здесь никто и звать никак. Мое раздражение почувствовали чоповцы.

— Ты должна смириться!

Ага, сейчас, шнурки поглажу. Если устрою скандал, делу не поможет. Надо быть толерантнее. Услышала тихие шаги, близнецы поспешно натянули шлемы. По коридору медленно шла Каэ, надменно кинула взгляд в мою сторону и вошла в распахнутые перед ней двери. Инстам повернулся, я снова помахала рукой. Двери закрылись. Каэ только успела сказать: «Не разговаривать с ней».

Досадно выдохнув, я опустила голову. Перспектива вырисовывалась не радужная: я в нелепом платье, в другом мире, еще и на птичьих правах. Начала подбираться депрессия. Однако как учили в полиции: нужно с достоинством переносить тяготы службы.

Снова попыталась поговорить с чоповцами, только безрезультатно. Поняла, почему Ечения не говорила со мной. И где я Каэ дорогу перешла? Ладно, подожду Инстама с совещания. Только оно затягивалось не на шутку.

Наконец двери открылись, вышли Нархос и Каэ. «Это мой шанс», — решила я и спрыгнула с подоконника,  зашла сбоку. Пока советница не спеша выходила, я юркнула в кабинет. Чоповцы не ожидали такой наглости, потому последовали за мной. Вытянула впереди руки, тем самым остановив их.

— Я очередь занимала, закройте двери, — повернувшись, встретилась с двумя парами ошарашенных глаз. Ехидно улыбнувшись, произнесла: — Можете не вставать!

Инстам сделал жест рукой, двери за моей спиной закрылись. Темноволосый (как я поняла, Редзир) сверлил меня грозным взглядом, но так  только детей пугать, наш начальник полиции гораздо эффектнее смотрел «матом». Я нагло села напротив них, король тоже выглядел недовольным, особенно его черты лица вытянулись, когда я небрежно бросила:

— Поговорить надо.

 Сделала взгляд при этом чисто деловой, без девичьей игривости и жеманства. Официальный серьезный взгляд русского полицейского, замученного неблагодарной работой.

— О, Мудрый, стражница из другого мира не знает нужных манер, позволь научить ее, — начал брюнет.

— Хочешь, я тебя научу манерам моего мира? — я дерзко наклонилась через стол в его направлении.

Хотя у него за поясом висел меч с красивой кованой ручкой, мне было не страшно, со мной маленький друг с восемью заряженными побратимами. Со стороны выглядело а-ля «Не грози южному Ширу, куя кольца у себя Мордоре». Редзир отстранился, не ожидал такого ответа и в непонимании устремил взгляд на Инстама.

— Инна, что привело тебя ко мне. У меня скопилось много дел, и я обязательно уделю время своей спасительнице, только не сейчас. Ты отвлекаешь меня от важных переговоров.

— Предлагаю два пути: или ты меня домой отправляешь, или вводишь в курс дела и начинаем строить новый мир. Со мной здесь никто не разговаривает — это раз, я не знаю местные законы — это два.

— Я не понимаю, ты должна быть благодарна, что забрал тебя из Злого мира и обещал взять в жены. Я верен своим словам, — смотрел на меня своими бездонными голубыми глазами, и ведь он истинно верил в то, что говорил.

— А я не понимаю тебя, как можно быть настолько твердолобым, не слышать, что я говорю. И вообще, по нашим законам это настоящее похищение человека, ст. 126, уголовно наказуемое, между прочим. Даю руку на отсечение, что я тебе в чем-то нужна, только ты мне об этом не говоришь.

Король опустил взгляд. Верный признак, что я была права.

— Рядом с тобой разрушилось сильное заклинание, — вступил в разговор Редзир, — мы должны выяснить почему.

— Может, выяснять проще со мной. Я могу быть полезной, поняла, что вы меня так просто не отпустите. Выдайте мне полномочия, я наведу справки, узнаю всю ситуацию и предоставлю подробный рапорт. И жениться на мне не обязательно, — я обвела взглядом двух ицитамейцев, у каждого надеты на уши заостренные золотые накладки. — Инстам, я вчера была неправа насчёт Ифосии, не надо применять ко мне санкции. Вы называете мой мир злым, однако там живут и хорошие люди, готовые прийти на помощь.

Ушастые слушали внимательно, похоже, моя речь произвела на них впечатление.

— Инна, я доверюсь тебе…

— Инстам! — возразил Редзир. Король успокаивающе поднял руку и улыбнулся.

— Я дам тебе перстень, ты сможешь беспрепятственно ходить по нашему королевству.

Он сжал ладони, между ними начал мерцать зеленый свет, запахло озоном. Затем Инстам протянул мне ладонь, на которой лежало серебряное кольцо с черным камнем.

— Я так понимаю, это мой пропуск? — первый раз передо мной колдовали.

Мудрый кивнул, я протянула правую руку, он надел кольцо на средний палец. Почувствовала тепло и странное покалывание.

— А теперь мне нужно знать, что с тобой случилось. Я уже слышала, что у вас тут оппозиция хочет свергнуть власть.

Редзир смотрел в упор в мои глаза, только он не знал, что я могу не мигать.

— Я вас не представил, — начал Инстам, — это Редзир Великий, мой друг и соратник. Ему можно доверять как мне.

Да, они с Инстамом были одного возраста. Такие добрые молодцы из сказок, только волосы разные.

— А это Инна Полиц…

— Правильно говорить Инна Николаевна, — не выдержала я. — Так поведайте свою историю наконец. А то уже второй день начался, а я бездействую. Для начала предлагаю составить план, или изложите мне свой.

Великий молча смотрел на наглую меня. Такого он, видимо, не ожидал. Тем не менее, проговорил:

— Я несказанно удивлён. Не представляю, чем ты можешь помочь. Однако хочу видеть первым. Готов!

— Что готов? — мои брови взлетели вверх.

— Готов выполнить твои поручения! — с решимостью ответил Редзир.

Это было намного лучше, чем начало утра. Могу многое узнать и побыстрее свалить.

Инстам с какой-то несчастной улыбкой хлопал друга по плечу. Здесь явно что-то произошло, о чем я не знаю. И мне предстоит выяснить это. Однако Великий, скорее всего, уйдёт от ответа, надо вывести его на разговор.

— Итак, начнем с того дня, когда Инстама обратили в пушистика.

На меня смотрели непонимающие глаза. Я игриво улыбнулась, радуясь своей шутке.

— В собаку!

Как ни странно, они поняли и рассмеялись. Пункт первый выполнен — вошла в доверие.

Я поддерживала двух красавцев своим смехом.

— Мне передали послание, что Акеллат будет около нашего города, а именно на одинокой горе Дробэ. В тот день мы с Редзиром попали в засаду у подножия, я хотел сотворить заклинание телепорта и очутился в твоем мире, где был превращен отступником в собаку.

— А этот самый Акеллат в моем мире превратил тебя?

— Об этом не знаю, заимев четыре лапы и неспособность произносить заклинания, я бросился бежать. Я скитался и голодал, однажды меня приманили подростки куском хлеба, к стыду своему, я хотел есть и не догадался о нависшей надо мной опасности. Акеллат и здесь меня достал. Они накинули на мою шею веревку и привязали к странной металлической дороге, по которой ездит огромное чудовище. К моему счастью, ты проходила мимо, вокруг тебя ореолом сгущался красный свет. Ты спасла меня, а этот красный свет стал разрушать заклятие, наложенное на меня. Не теряя времени, я отправил нас в мой мир.

— Вот это, блин, спасибо. Тебя привязали к железной дороге, ехал электропоезд — наш транспорт, мы на нем передвигаемся. Привязать могли и местные, не обязательно Акеллат. У нас тоже зверей хватает, к сожалению. А как понимать, что вокруг меня сгущался красный свет?

Меня это удивило, я никакой ведьмой в седьмом поколении не являлась и вообще в сверхъестественное ранее не верила.

— Я не мог колдовать, но мое магическое зрение осталось. Вокруг тебя клубился странный туман, когда он разрушил заклинание, ореол исчез.

Так, интересно, а может, это были мои эмоции на тот момент. У нас же со всех экранов твердят об ауре. Это тоже предстояло выяснить.

— А вы, Редзир, что расскажете мне? — обратилась я к брюнету, который хмурился как какой-то депутат. Им не нравилось, когда задавали вопросы.

— Нас окружили, затем произошла вспышка, настолько яркая, что я с солдатами упал на землю. Когда свет рассеялся, Инстама не оказалось рядом. Мы искали его, только все было напрасно.

— И все? — удивлённо смотрела я на кареглаза. Это с чего он Великим назывался, хотя, скорее всего, просто фамилия.

— И все, — развел руками Редзир.

Быстро в голове собрав крупицы услышанного, я выдала ответ:

— Получается, тебя хотели заманить…

— Это очевидно, стражница, — гаркнул брюнет.

— Спокойно, уважаемый, — выставила я вертикально руку, — не надо кричать. Я прекрасно слышу, медосмотр каждый год прохожу. Итак, вам устроили засаду. Вспоминаем самое начало — кто вам сказал, что на горе будет Акеллат?

Инстам ошарашено смотрел на Редзира, который открыл рот от удивления. По их лицам читалось, что этот момент они упустили.

— Соглядатая из клана Лисиц, — Инстам смотрел на меня восторженно. — Она была изгнана и прислуживает во дворце тем, что собирает сведения.

— Я так понимаю, она рыжая.

Инстам кивнул.

— Это случайно не Ечения?

— Нет, Ечения — белокурая ицатамейка, — отмахнулся брюнет.

— Тогда кто был утром у меня? А еще есть Ечении, только рыжие?

Инстам отрицательно покачал головой.

— Тогда ее срочно нужно найти, и я даже знаю, где она.

Я вскочила из-за стола и побежала в выделенную мне комнату, парни сорвались следом. Норк и Луст последовали за нами. Бежать в платье было крайне неудобно, еще эти длинные рукава. Влетели мы шумной толпой.

Такого бардака в комнате я еще не видела, каждый предмет буквально искрошен. Из гардероба вылетели остатки вещей и ругань. Мужчины заслонили меня собой и вытащили мечи. Меня даже гордость взяла. Но Лисица почувствовала наше присутствие и выскользнула из гардероба. Бросив на нас испуганный взгляд, кинулась к окну и пробила разноцветное стекло. Парни стояли, клювом щелкали. Я подбежала к окну, соглядатая летела прочь, как американский супермен. Мне осталось только открыть рот от удивления.

— Как она так может?

— Была готова к побегу, — досадливо сказал Инстам за моей спиной, — заранее наложила заклинание полета.

— Ого, а я могу так научиться?

Меня уже не слушали, ушастые осматривали комнату.

Я подошла к своим вещам — хорошо, пистолет забрала. Сумка разорвана, все бумаги тоже, даже ручки сломала. А чем ей моя форма навредила, понять не могла.

— Инна, она искала источник твоей силы, — наконец сказал король.

— Ага, которого нет. Вот зачем вещи портить!

Инстам сделал несколько пассов руками и прошептал:

— Рерим присципо…

Комнату охватил серебристый свет, поблескивая всполохами зеленого. Сломанные вещи приобрели первоначальный вид. Я оказалась в центре чудес, от такого зрелища начала кружиться голова. Когда комната стала прежней, улыбающийся Инстам перевел на меня взгляд.

— Со временем ты научишься магии.

— Отлично, однако у меня вопрос: а где настоящая Ечения?

Инстам обернулся к страже:

— Быстро на поиски!

На уши подняли весь дворец. Мудрый удалился в свой кабинет, все как обычно — начальники розыском не занимаются, а руководят, направляют и мешают. Именно так, вы не ослышались. Они постоянно звонят на телефон, который быстро разряжается от звонков, с целью узнать — что нового? Кстати, мой мобильник остался на подзарядке в кабинете. Еще требуют подробный рапорт — как мы искали, что. Надо сказать, сильно отвлекает от основной деятельности. Так вот, поиск лучше начинать с истоков, где последний раз видели пропавшего. И надо поторопиться, чем быстрее, тем лучше.

Каэ отдала приказ проверить все дворцовые подсобки, сама удалилась в кабинет к Инстаму. Я не могла стоять в стороне и отправилась на поиски Ечении, тем более, мне же вручили кольцо-пропуск. Следом увязался Редзир, что не характерно для замначальников. Но я не спорила.

— Стражница, ты не права. Указания Каэ выполнят быстро. Зря теряем время.

— Я могу и одна, не впервой. Сиди вместе со всеми, — не скрывала своего раздражения. — Этот дворец надо сутки обыскивать!

Только брюнет следовал зачем-то за мной. Розыскные мероприятия у меня шли довольно бодро — быстро отыскала прислугу, которая видела Ечению последний раз. Немолодая худая женщина с острыми чертами лица склонилась в поклоне, хотя, скорее, больше перед брюнетом, чем передо мной.

— Уважаемая, куда Ечения отправилась утром?

— Она должна была помочь вам и принести ваши вещи.

Я расплылась в довольной улыбке. Бинго!

— За мной, — скомандовала изумленному Редзиру.

Подобрав полы платья, шагала в нужном направлении. В свое время научилась хорошо ориентироваться, поэтому знала, в какой стороне находились Лазурные ванны, ведь вчера вещи я оставила именно там, до того, как их принесли в мой кубрик, вернее, комнату.

— Стражница, не время ванны принимать, — Великий чуть не смеялся надо мной.

Я лишь равнодушно улыбнулась и ускорила шаг, насколько это возможно. Добравшись до места, Редзир поспешил открыть дверь, у него были зачатки манер, и мы увидели бесчувственное тело, плавающее в бассейне лицом вниз. В голове сразу зазвучал сигнал: «Спасти человека!». Брюнет опередил меня, бегает быстрее, начал вытаскивать прислугу из ванны. Когда я подбежала, то принялась помогать ему.

— Осторожно! Лазурь может унести, — как-то заботливо сказал мне кареглазка.

— Знаю. Слышала, — отмахнулась, как от назойливой мухи.

Без помощи Редзира было бы тяжело, силищи у него много. Мы перевернули тело, я быстро проверила у девушки реакцию зрачков на свет и пульс, который отсутствовал. Рядом были сложены полотенца, из которых молниеносно скрутила валик и положила под плечи пострадавшей. Навыки медицины проходили в учебке.

— Стражница, она мертва, — почти орал на меня Редзир, видя мои попытки реанимировать тело. Только мне некогда отвлекаться, нужно было срочно делать искусственное дыхание и непрямой массаж сердца.

— Зажми нос и сделай глубокий вдох ей в рот, — командовала я, прикасаться самой не хотелось.

— Я лучше тебе голову отрублю, и пусть катиться по дорожке, — бархатно ответил Редзир, сверкая глазками.

— Вот жешь. Самой придется, — на угрозы после работы в полиции реагировала мало.

Ткань на моем длинном рукаве достаточно легкая, чтобы приложить ее ко рту девушки и сделать вдох, затем непрямой массаж — четыре-пять надавливаний — и снова вдох. От стресса я не понимала, через какое время Ечения начала кашлять и самостоятельно дышать.  Когда совсем пришла в себя, ее глаза округлились от испуга. Редзир был прав: волосы настоящей Ечении белые, на вид лет двадцать, голубые глаза, анорексичного телосложения, красивая.

— Я Инна Николаевна, сейчас тебе ничего не угрожает, — старалась успокоить. — Что произошло?

Прислуга пару раз покашляла.

— Я пришла забрать вещи стражницы…

— Инны Николаевны, — поправила я.

— Как сзади кто-то толкнул меня в Лазурь, где я потеряла сознание.

— Я долго дежурила, пока совещание закончится. Ты должна была утонуть за это время.

Ечения дотронулась до груди и вытащила круглый медальон, который тут же превратился в прах.

— Это амулет — Сидиум, он оберегает на некоторое время от Лазури. Я часто работала здесь, его дала мне моя мать для защиты.

— Зачем вы с этой Лазурью связываетесь. Да, негусто информации. Тебе нужно отдохнуть, и врачу не мешало бы показаться.

Я устало посмотрела на брюнета, у которого, видимо, дар речи пропал от увиденного. Великий быстро подхватил на руки Ечению, лицо  которой тут же покрылось румянцем. Хочу заметить, что одежда девушки высохла моментально, ох уж странная эта Лазурь.

— Я отнесу ее к придворному лекарю.

— Логично, пойдем, тоже хочу посмотреть на местного Эскулапа.

Брюнет делал широкие шаги, я еле успевала. По дороге мы сообщили прислуге, что нашли Ечению, чтобы передали Мудрому. Между собой не разговаривали. Когда пришли, мой язык можно было повесить через плечо. Тяжело дыша, я прислонилась к стене. Нас встретил лекарь, только я ожидала увидеть старика, как водится во всех сказках и фильмах, а на меня смотрел сероглазый молодец с золотыми волосами, по краям заплетенными в две косы, остальные распущены. Одет в фиолетовое кимоно с засученными до локтей рукавами. Великий положил засмущавшуюся девушку на больничную кушетку, вернее сказать, лекарское ложе.

— Доминус Аккон, этой девушке нужна помощь, — Редзир начал рассказывать эскулапу, что случилось с Еченией. После истории о том, как я делала искусственное дыхание, лекарь озадаченно посмотрел на меня.

— Здрасьте, — промолвила я и слегка кивнула головой.

— Откуда ты знаешь такую технику спасения. Ее знают только посвящённые?

— Я из другого мира, у нас такому в школе учат, — мое дыхание окончательно выровнялось.

Аккон повернулся к прислуге и принялся ее ощупывать. Я, конечно, не врач, однако сначала надо было пульс, зрачки, сердцебиение проверить. Из всего у меня сложилось впечатление, что передо мной извращенец.

— Девушке надо будет остаться на некоторое время для наблюдения, думаю, все будет хорошо. Вы вовремя спасли ее, — он обратился к брюнету.

Я фыркнула, кто из нас спас, Редзир в сторонке стоял, только орал на меня.

— Стражница, мне нужно осмотреть тебя, — Аккон потянул ко мне руки.

Только не это.

— Нет, нет, нет. Со мной все отлично, — я отступила к двери, — а теперь извините, много дел. До свидания.

Пришлось поспешить выйти из дворцового здравпункта, чтобы извращуга не дотронулся до меня. Даже толком не рассмотрела лекарскую. В отличие от нашего пункта в светлых тонах, местный медицинский кабинет напоминал лавочку «Народная медицина» или гомеопатия. И место для осмотра в виде кушетки.

В коридоре меня догнал Редзир и взял за плечо. Я вывернулась и недовольно посмотрела на него. Зачем трогать.

— Стражница, почему ты убежала? Может, тебе тоже нужна была помощь, ты бледная.

— Не люблю, когда меня трогают. Он и так бедную девушку облапал. А бледная — в моем мире ноябрь, солнца нет.

Редзир засмеялся.

— Странная ты, зашла в комнату Инстама, а от лекаря убежала. И он не лапает, не в его правилах, его руки чувствуют хворь.

— Это он так говорит, — не останавливаясь, шла к Мудрому. — А что такого, что я зашла к королю в комнату?

Брюнет странно на меня покосился.

— Девушкам нельзя заходить в мужские покои. Это унижает их честь.

— Хм-м, и в чем же. Поясни?

Кареглазка задумался, видимо, сам не знал. А я продолжила:

— Прислуга убирается в комнате короля?

— Да, к чему ты клонишь?

— По твоим словам, они должны унижать себя каждый раз.

— Нет! Это другое, — Редзир не смог придумать что-нибудь толкового в ответ. Могу предположить, что в таком вопросе никто ему не возражал, и он попросту растерялся. — Прислуги убираются, и все.

— А я просто разговаривала, и все! — покрыла его же картой.

Редзир довольно улыбнулся.

— Я тебя недооценил.

— И еще угрожал голову отрубить, а это у нас уголовно наказуемо, ст. 119: Угроза убийства.

— И обычно меня боятся, падают ниц и молят о пощаде, когда я говорю такое. Ты даже не посмотрела в мою сторону.

— Не понимаю этот разговор. Я из другого мира. У нас разный менталитет. Что у вас норма, для меня не норма, и наоборот.

— И, тем не менее, даже с учетом всего этого, ты меня удивила.

— Что, больше голову не хочешь отрубить? — злорадно оскалила зубы.

Тут неожиданно Редзир схватил меня за руку, развернул к себе и посмотрел в глаза, которые от неожиданности расширились.

— Я не посмел бы убить невесту короля. В тот момент ты начала командовать, это было наглостью с твоей стороны. Я второй после Инстама, и только он может указывать мне. Не сдержался, и теперь вижу свою ошибку, — брюнет не отводил свои карие глаза. Слишком много изречений. Достаточно было извиниться, только мне что-то подсказывало, что он не знал таких слов.

— Понятно, понятно, — я тараторила, стараясь высвободить руку, — спокойно! Пошли, предоставим подробный рапорт начальнику.

Не то, чтобы я засмущалась, однако красавец, смотрящий на тебя, невольно сбивает с нужных мыслей. Наконец моя рука освободилась. А вот щеки были все еще розовые, и на бледном лице видно невооруженным глазом. Редзир заметил, тут же отошел от меня и отвернулся. Очень хорошая черта характера, плюсы все-таки существуют.

— Скорее, нужно сообщить Мудрому.

— Ага, — выдавила я.

Мы шли молча, каждый думал о своем. Около кабинета стояли братья-чоповцы, которые отсалютовали нам и открыли двери. Сервис! В кабинете за круглым столом из массива сидели Инстам, Нархос и Каэ.

Король при виде нас встал и улыбнулся мне.

— Я доволен вашими действиями, только Редзир, не угрожай отрубить голову моей невесте, — его голос немного отдавал металлом. Король не совсем уж и рохля, однако откуда он все знает?

В моем сознании появилось подозрение, я не сводила глаз с Инстама. Редзир поклонился в сторону Мудрого.

— Инстам, я не привык, чтобы мне раздавали указания.

— Не поняла, а откуда все уже известно.

— Я смотрел за тобой глазами Редзира.

— Магия? — догадалась я.

Инстам кивнул. Понятно, в моей голове сразу всплыло: «Я всегда с собой беру видеокамеру…»

— Кстати, хочу сказать, удобно. Подробный рапорт о проделанной работе писать не надо, — вот почему брюнет отшатнулся от меня. Я считала, правильно, ибо нефиг руками лапать.

Мой так называемый жених сделал жест, чтобы мы садились. Я не спорила, возле Инстама свободное кресло, обитое тёмной тканью, хотела приземлиться в него, но меня опередил Редзир. Вот наглый! Села рядом.

— Соглядатую будут искать во всем королевстве, однако в отсутствие меня произошли перемены, — начал Инстам, — отступники нарастили мощь, потребуется приложить силу, чтобы остановить их. Они не боятся ничего и даже проникли во дворец. Торговый путь с запада был нарушен ими, в торговом доме сейчас творятся беспорядки из-за перебоев с продуктами.

Понятно, монополисты есть в любом мире. Наверно, в Ицатамее так же гречку раскупают.

— Мудрый Инстам, — у Каэ даже голос был томный, — торговый дом нужно проучить. Введем дополнительный налог на повышение цены, тогда торговцы подумают, прежде чем повышать их.

У меня от слов советницы исказилось от злости лицо. Она вообще представляла, о чем говорила?  

— Это сдержит на первое время. Затем торговцы начнут поднимать цену, — рассуждал Редзир, — а запретить мы им не сможем.

Была лучшего мнения о брюнете, он поддерживал советницу.

— Нам ничего не остается, если у других нет возражений, — у Инстама был поникший голос, у меня сложилось впечатление, что он витал где угодно, только не здесь. Видимо, когда был собакой, натерпелся, и ему требовалась реабилитация.

— Постойте, товарищи. Вы хоть понимаете, что коммерсанты ополчатся против вас.

— У тебя есть другие предложения, стражница? — надменно произнесла советница, явно гордая своей идеей.

— Есть! — голос настолько уверенный, что все молча смотрели на меня, не смея возражать. — Во-первых, проблему нужно искоренить в истоках, нужно узнать, что случилось на торговом пути. Провести системный анализ и составить план исправления ошибки. Во-вторых, нужно поговорить с представителями торговли, узнать, какой товар поставляется в магазины и найти импортозамещение…

Некоторые слова были непонятны присутствующим, пришлось пояснить.

— Нужно предоставить похожий товар, другой брать не будут из-за цены, соответственно, она не поднимется.

Каэ демонстративно расхохоталась, Нархос, еще тот прихвостень, жеманно всплеснул руками.

— Как же мы убедим ицетамейцев брать другой продукт?

— Легко, скажем, что товар намного лучше и полезнее. Там больше витаминов, к примеру. Провести мастер-класс хорошего повара по готовке в вашем торговом доме, угостить граждан. Вуаля, проблема на первое время решена.

В глазах Инстама появился интерес.

— Звучит интересно и не так жестко, как у тебя, Каэ. Мы действительно можем выиграть значительно больше времени.

Я торжествующе посмотрела на советницу, у которой, казалось, вот-вот пар из ушей пойдет от злости. А Нархос, тот подхалим, принялся кивать после слов короля.

— А про торговые пути уже известно? — я вошла в образ. — Кто виновник?

— К провидице ходить не надо, — бархатно прошелестел Редзир, — все дело рук Аккелата!

Я вздохнула, они шли напролом, ни о ком и ни о чем не думая.

— Это мало что дает. Нужно найти причины и устранить последствия. Оппозиция что сделала: дорогу испортила или грабежами занимается? В одном случае нужны строители, в другом — ЧОП… э-э-э… в смысле, охрана.

Инстам смотрел на меня внимательно, а затем с удивлением проговорил:

— Странно, ты обычная стражница, однако знаешь толк в управлении.

Я закатила глаза, объяснять систему нашего образования не было желания, как и то, что ум, находчивость и смекалка — главное оружие российского полицейского. Слишком устала за утро, да еще и без завтрака, хотя к этому работа в полиции приучила.

— Ты сможешь разобраться с торговым домом? — голубоглазка начал мне доверять. Бинго. Я смогу покинуть дворец и навести необходимые справки.

— Естественно, участковый на рынке как рыба в воде, — находить общий язык было моей сверхспособностью, правда, я это не любила, — только требуются дополнительные затраты. Мне же положена зарплата, командировочные?

А что, служба службой, а обед по расписанию.

Инстам удовлетворительно кивнул, затем обратился к Каэ и Нархосу:

— Достаньте информацию, почему западный торговый путь заблокирован. Когда будем знать, соберем совет.

О, Инстам действительно Мудрый. Даже в своём состоянии проявил трезвость ума и не пошел на поводу глупых придворных.

— Редзир, поищи шпионов во дворце, я думаю, они еще остались, — указания Инстама становились вполне вменяемыми.

Каэ прожигала меня драконьим взглядом, пусть спасибо скажет, что я на нее не смотрю.

— Мудрый, — склонил голову Редзир, — позволь помочь стражнице, она не знает наших порядков и может попасть в беду. И, думаю, со шпионами она мне тоже поможет.

По имени меня отказывались называть, да и ладно. По крайней мере, ментом не звали.

— Мне бы нужно ваши Федеральные законы почитать!

На меня опять непонимающе посмотрели.

— В смысле, узнать ваши порядки, — пояснила я. — Какие еще вопросы на повестке дня?

Не любила я долгие совещания. Инстам слегка улыбнулся и кивнул.

— На этом можем закончить. Займитесь выполнением указаний.

Король встал и подошел ко мне.

— Инна, ты сделала очень много, уже накрыт стол для нас. Пойдём.

Он предложил свою руку. Все присутствующие смотрели на нас. Глаза Редзира сверкали недовольством. Я не знала, зачем осматривалась, наверно потому, что без нужды не любила касаться людей. Вздохнув, положила руку в ладонь голубоглазке.

 Итак, под презрительные взгляды окружающих король вел меня за руку. К чему за последнее время я стала уже привычной, и прикосновения не казались такими уж противными.

 После работы в полиции считала себя мизантропом. Так как все свободное время и, идентично, рабочее проводила на работе, которая стала для меня не то что вторым — первым домом. Соответственно, выработался стойкий иммунитет к общению с людьми. И не только для меня. Кто, по-моему, действительно выполнял хорошо свою работу, был вечно одиноким. Кто имел семьи — разводился и растворялся в работе. На моих глазах рушились семейные ценности, которые оказались настолько хрупкими в условиях нашего сурового мира.

 Не буду вдаваться в подробности, однако я, как черепаха, была в панцире, старалась избегать близости. Я действительно странная личность, не любила объятия, прикосновения, сентиментальность. В свое время — студенчество и, может, два-три года после него — пережив немногочисленные совершенно ненужные, опять же, по моему мнению, отношения, я находила удовлетворение в работе, которая, повторюсь, занимала все свободное время. Служба высушивает тебя, ты отдаешься ей полностью. Немногие уволившиеся нашли себя, много кто попросту спивался, не зная, куда деть столько свободного времени. Я, конечно, как всякий сотрудник кричала, что уволюсь в ближайшее время. Только кишка была тонка — работала!

 Со временем начинаешь ненавидеть всех граждан, потому что винишь их, а не себя в отсутствии свободного времени, только этого им не показываешь. Друзей мало, но много знакомых, с которыми поддерживаешь приятельские отношения. Вливаешься во все житейские проблемы, по самые уши. Знаешь практические все бытовые тайны города, кто ходит налево, а кто направо. Звучит ужасно, однако на самом деле к этому привыкаешь; да, человек может приноровиться ко всему. Постепенно отгораживаешься от людей, начинаешь ценить одиночество, избегая посторонних лиц. Выход в свет — это посещение салонов красоты, но обычно после тридцати и это заканчивается.

 А тут в один миг привычное течение жизни нарушилось. В твою жизнь ворвался голубоглазый незнакомец, который, мало того, что король, так еще и называет тебя невестой. Происходящее стало интересным, только не подумайте, что в романтичном плане. У Инстама есть психологические проблемы, которые напоминали мне депрессию. Нужно попробовать вывести его из этого состояния. Если удастся, по возвращении в свой мир уволюсь и пойду в психологи. Кроме того, в этом мире куча проблем, а я не в курсе о них. Я понимаю, что с психикой и у меня явные проблемы, раз меня так тянет разбирать чужие загадки. Что ж, приступим.

         — Инстам, а тебе обязательно держать меня за руку?

 — Я слышал, что говорил тебе Редзир, ты в курсе наших порядков. Однако в вашем мире все пары держатся за руки и целуются на глазах у всех.

 — Вот это не обязательно, тем более, мы в твоем мире. Надо уважать законы Ицатамеи. Куда мы идем?

 Блондин улыбнулся своей нездоровой улыбкой, которой напоминал Ганнибала Лектера, глазами сказав, что сейчас все увижу. Каждый встречный кланялся нам. Открывали двери, как в лучших домах Лондона и Парижа.

 Наконец мы вышли на огромный балкон из белоснежного мрамора. В центре стоял стол, из-за количества еды на нем я не могла рассмотреть скатерть, на парапетах стояли горшки с цветами, напоминающие наши гортензии, только от них шел рассеянный свет, который постепенно менял цвета лепестков. Интересный мир — из него конфетку можно сделать.

 Слуга отодвинул огромный стул, больше напоминавший трон с мягким сидением, высеченный из цельного куска дерева. Инстам сел за противоположный конец стола, примерно в метре от меня — практически социальная дистанция. Посуда воистину царская, белая с золотым орнаментом в виде листочков, хотя это малозначительный факт для меня. Прислуга поставила передо мной крем-суп зеленого цвета, кисловатый по вкусу, но вполне вкусный.

 — Да, Инна, манерам тебя придётся научить, — как бы между прочим сказал Инстам.

 — А чего не так? — вроде даже салфетку на колени постелила и локти со стола убрала.

 — Первый должен начать есть король, — безобидно напомнил мне голубоглазка.

 — Вдруг тебя отравить хотели. Я же только проверить.

 Вначале у Инстама округлились глаза от удивления, а затем он довольно улыбнулся.

 — Ты будешь достойной королевой, выпьем вина!

 После этих слов худой слуга схватил серебряный кувшин и сначала налил в бокал из зеленого стекла с серебряной ножкой королю, а затем хотел плеснуть мне.

 — Да не, — остановила я, выставив ладонь, — еще хотела в Торговый дом ваш сходить.

 Слуга испуганно посмотрел на Инстама, у которого смеялись глаза. Он взмахнул правой рукой, на которой поблескивал перстень с ярко-голубым камнем, слуга поставил кувшин и поспешил удалиться, оставив нас одних.

 — Круто, с полувзмаха понимают, выдрессировал ты их. Тебе тоже не рекомендую пить. Внимание рассеивается, нужно быть собранным. Можно вечером.

 — Хорошо, выпьем позже, — он отодвинул бокал, задумчиво глядя в сторону. Что-то не давало покоя королю. Голубоглазка не притронулся к пище, хотя, скорее всего, завтракал, в отличие от меня.

 Доев суп, я искала на столе, чем бы запить.

 — Попробуй азаловый мед, — догадался король, недаром зовут Мудрым.

 — Есть чай или кофе? Хотя ладно, уговорил, где он?

 Инстам кивнул на керамический кувшин, под стать столовому сервизу. Я налила красную жидкость в бокал для вина. На вкус напоминало малиновый компот. Очень вкусно.

 — Вашество, а что ничего не едите? Может, хочешь поговорить об этом? — так начинали все психологи.

 — Я боюсь потерять свой мир, — неожиданно признался Инстам.

         Он встал и подошел к краю балкона, я следовала за ним. Поддержать же надо пациента. Находились мы достаточно высоко над уровнем земли. Дворец огромен, в голове пронеслось, какой же большой налог в год приходит. За квартиру в Подмосковье по косарю в год как минимум прилетало.

 — Давай по порядку, ты как-никак Мудрый! Что произошло?

 Хотела дотронуться до плеча, но передумала. Это перебор в настоящее время.

         — В этом и дело, что после возвращения я не могу собраться с мыслями. Приказы получаются сумбурные, на меня повлияло перевоплощение в животное.

 Так вот почему он первое время улыбался и влюбленно смотрел на меня.

 — Ой, да ерунда, это посттравматический эффект. Нормальный сон, еда — и все придет в норму.

 — Если бы ты тогда не появилась, я бы остался в теле собаки и вскоре забыл бы себя.

 Его глаза напряженно смотрели вдаль. Вид открывался шикарный: сначала великолепный парк, а затем за дворцовыми стенами — добротные белые домишки с оранжевыми черепичными крышами. Сверху улицы казались ухоженными.

 — Инстам, все прошло. Пора начинать жить заново.

 Король грустно поморщился, его кулаки сжались. Было у меня одно средство, заставляющее веселиться, взятое из передачи КВН. Я сложила пальцы воедино на каждой руке, а затем ими же тыкнула в ребра голубоглазке.

 — Добрый жу-у-у-ук! — улыбнулась заговорщически, король подпрыгнул на месте и непонимающе посмотрел на меня. В его глазах я была неадекватной.

 Снова тыкнула.

 — Добрый жу-у-у-ук! — Инстам подпрыгнул и захохотал. Всегда действует. Только на этот раз он тыкнул мне под ребро пальцем. — Ай-ай, — отскочила я, смеясь.

 Блондин еще сделал попытку, но я увернулась и попыталась ущипнуть его, однако у него была быстрая реакция. Со стороны мы напоминали маленьких детей, по очереди кричащих: «Добрый жу-у-у-ук!»

 Давно я так не смеялась, а по всему складывалось впечатление, что и Инстам веселился впервые за много времени.

 — Кха… кха, — заставил нас остановиться чей-то предупреждающий кашель. Я повернулась, все еще улыбаясь в тридцать два зуба, и встретилась с недовольными глазами Редзира, которому приветливо помахала рукой.

 — Мой друг, — продолжал смеяться Инстам, — моя невеста меня развеселила. Воистину, сила ее меня все больше удивляет.

 — Я вижу, — почти прошипел Великий, — за этим и пришел, мы хотели со стражницей разузнать о Торговом доме.

 — Я готова, только мне нужна одежда удобнее, — демонстративно подняла руки, показывая длинные рукава.

 — Возьмешь плащ! — брюнет поклонился королю и хотел идти. Я сразу представила, как в плаще до пят и в большом капюшоне, скрывающим лицо, брожу вдоль торговых рядов.

 — Нет, Редзир, это палево, лучше какой-нибудь невзрачный наряд.

 Инстам сократил дистанцию, склонился в мою сторону и над самым ухом прошептал:

 — Ты невеста короля! Одежда должна соответствовать.

 — Мудрый, включи мозг! Сначала нужно приглядеться. В царском платье сделать это не удастся.

 — Ладно, защити ее, — обратился Инстам к Редзиру, который тут же кивнул.

 — Уважаемые, а как же одежда?

 Инстам выдохнул и закатил глаза.

 — Редзир, думаю, тебе тоже стоит переодеться. Я займусь другими делами, вечером жду сведения.

 — Да, мой генерал, сделаем все в лучшем виде, — повернулась к раздраженному брюнету, который еще раз поклонился королю и поспешил выйти.

         Я бежала за ним, так как он шел слишком быстро. Через какое-то время Редзир спросил:

 — Что ты делала с Инстамом?

 — Эхе... Э-эхе, — не могла отдышаться, — сначала пообедали… эхе-е-е…потом в доброго жука поиграли. Потом ты пришёл.

 — Так это игра такая?

 — Ну да… эххе, — пожала плечами.

 Затем мы спустились куда-то по винтовой лестнице и остановились возле двери. Редзир приложил перстень с красным камнем, надетый на мизинец, к выпуклой ручке, и перед нами предстала гардеробная.

 — О, царские шмотки! — я любила этот фильм и довольно улыбнулась брюнету. — Сделаешь инструктаж по ицатамейской моде?

 Редзир был не намерен разговаривать.  С чего такой раздраженный? Он молча прошел и грубо кинул мне одежду, которая, надо сказать, оказалась удобнее и состояла из широких серых штанов и фиолетовой туники на запах. Я быстро забежала за ширму и наскоро переоделась, однако с платьем пришлось помучиться. Кобура хорошо спряталась под одежду. Туфли на ногах не вписывались в общий лук. Брюнет придирчиво меня осмотрел.

 — Возьми сапоги, — Редзир указал на полуботинки из светлой мягкой кожи, которые пришлись мне впору.

 Быстро натянув их, я подняла голову и тут же отвернулась. Брюнет переодевался, не стесняясь меня.

 — Помоги мне! — приказал он.

 — Вот еще. Только шнурки поглажу. Сам справишься, — ответила я, стоя спиной к нему, сложив руки в замок, после чего услышала гневное фырканье.

 Через некоторое время меня накрыло тканью, которая оказалась коричневым плащом, такой носил Фродо во «Властелине колец». Этим в меня любезно запустил Великий. Поправив волосы, я быстро накинула плащ. Брюнет был одет наряднее: широкие белые штаны и оранжевая туника.

 — Ты чего такой злой? — спросила я, уставшая смотреть на недовольное лицо напарника.

 Редзир проигнорировал мой вопрос.

 — Выйдем через тайные ворота, чтобы не привлекать внимание.

 Он даже не повернулся в мою сторону.

 — Тайные — это хорошо.

 Мы вышли из гардеробной и спустились в подвал, шли по узкому коридору из красного камня, который был освещен, только я не видела ни одного светильника. Брюнет шел впереди меня.

 — Как играть в твою игру? — неожиданно спросил Великий, остановившись, чего я совершенно не ожидала и уткнулась ему в спину. Отшатнувшись, потерла лоб.

— В какую?

 Редзир развернулся и посмотрел сверху вниз.

 — Про жука! — почти проорал он.

 — А, это, тыкаешь пальцем под ребро и говоришь: добрый жук!

— Странная игра!

 Я пожала плечами.

 — Сделай мне так!

 — Чего?!

         — Сделай так! — повысил голос Редзир, будто я не расслышала.

 Я скривилась и мотнула головой.

         — Еще чего! Ты мне голову точно отрубишь, пока свидетелей нет! И вообще, игра нужна для повышения настроения. Инстам депрессовал, вот я и решила попробовать. Когда выберусь отсюда, может, в психологи подамся.

 Редзир, конечно, половину слов не понял, однако основную суть уловил.

 — А на злость это влияет?

 — Не пробовала, — пожала плечами.

 — Так попробуй!

 — Странный ты!

 — Не больше тебя.

 Дурак какой-то. Обошла его и направилась в ранее идущем направлении, однако оказалась пойманной за руку. И опять увидела эти вопрошающие карие глаза. Сам напросился, со всей дури ткнула ногтем под ребро.

 — Добрый жук!

 — Ой, — отшатнулся удивленный Великий, однако, как ни странно, начал улыбаться. Точно, передо мной был самый обыкновенный ицатамейский маньяк.

 — Пошли уже, — я развернулась и зашагала прочь, только через некоторое время меня обогнал Редзир.

 — Я пойду первым. Дал слово Инстаму защищать тебя.

 — Ясен пень. А где вы так подружились?

         — Мы с детства с ним вместе.

 И тут в мой мозг ворвалось: «И за все, что мы делаем — отвечаем тоже вместе. Бригада!» Редзир перестал злиться.

 — Инстам родился утром, я — вечером, появились в один день. У нас была одна нянька, мы увлекались одним и тем же.

 — Скажи, что вам одни и те же женщины нравились, — во всех мирах одно и то же.

 — Да, и когда Инстам решил взять в жены Ифосию, — а вот это уже интересно, я напрягла уши, — понял, что он не любит, в отличие от нее.

 — Он, как политик, хотел заключить хороший союз. Она так-то симпатичная. А чего они разошлись?

         — Перед тем как попасть в твой мир, Ифосия спасла отступника. Я узнал об этом, дева настолько добродетельна, что излечила раны сподвижнику Аккелата, которого мне пришлось убить в бою. О проступке я доложил Инстаму. Мудрый помиловал дом Летящих с ветром, однако расторгнул помолвку.

 — Так вот почему она так грустно на него смотрит. Кстати, а вы поставили ее на учет как человека потенциально опасного? Вообще, говорила королю, что ее проверить надо. Он только обиделся.

 — Инстам не любит предателей, случай с Ифосией был для него ударом. Я думал, что он останется холостяком. Как вдруг возвращается с тобой и объявляет тебя невестой.

 — Ты же сам понимаешь, что это фикция. Для чего нужен весь этот фарс, одному Мудрому известно. Сам сказал, что знаешь его как облупленного.

 Мы вышли из тоннеля в парке, который окружал дворец. Надо сказать, красивое место, рядом правильной круглой формы прудик с водоплавающими птицами, похожими на уток, только ярко-зелёного цвета.

 Тут брюнет неудачно зацепил ветку, которая ударила ему по уху, из-за чего отскочила золотая накладка и упала в траву. Я быстро наклонилась, подбирая, протянула Великому, и мое внимание привлекло его ухо. Без накладок я их не видела еще, уши брюнета были заостренными, однако не так сильно, как показывали в наших фильмах. Редзир тут же надел накладку и двинулся дальше. Мне стало любопытно. Растения и животные отличались от моего мира, а люди, думала, такие же, но нет — эволюция ушла в другом направлении. И встал резонный вопрос, который я тут же задала:

 — А почему я понимаю ваш язык?