Фиктивная жена инквизитора

– И ждёт тебя большое богатство!

– Джорджина, муж нужен!

– Муж нужен? Мужа не вижу! 

– Да Джорджина! 

– Погоди! Не мельтеши! – миниатюрная ведьмочка, впрочем, вполне солидных лет, тем не менее, находящаяся в самом расцвете своих ведьминских сил, отодвинула от гадальных камней девичью ручку. – Богатство вижу и почёт! Мужа не вижу, – она подняла голову на свою посетительницу. – А очень-очень нужен муж?

Виолетта, прехорошенькая блондинка двадцати лет от роду, залилась румянцем.

– Скажешь тоже, Джорджина! Наследство меня пока вполне устраивает. А то ведь доподлинно неизвестно, что там на уме у папеньки!

– Ну тогда и беспокоиться не о чем, – черноволосая красавица ведьма махнула ручкой. – Камни говорят в твою пользу. Они не врут. А муж – а что муж? Найдётся, как придёт время!

– Так ведь я не про себя твердила, Джорджина! Услышишь ты меня сегодня или нет! – Виолетта накрыла своей рукой руку ведьмы. 

– Оплата как обычно, – черноволосая сверкнула глазами. Виолетта полезла в шелковый кошелек и выудила оттуда серебряные монеты.

– Это пожалуйста! Я всегда люблю, когда ты заглядываешь для меня в будущее. Да вот только зашла я к тебе сказать, что муж нынче срочно нужен тебе!

– А мне-то зачем? – Джорджина приняла монеты и спрятала за корсет платья. Там у неё был вшит удобный кармашек. Когда клиентка уйдёт, она переложит деньги в надёжное место.

– Каждая женщина, если не живёт в семье с отцом и матерью, должна иметь мужа. Разве не знаешь?

– Ведьмы замуж не выходят, это не про нас! – красавица гордячка отмахнулась, поправив густые локоны.

– Ну так ведьм и не очень любят в светском обществе, – испуганным шепотом напомнила Виолетта. 

– Меня, вроде, любят, – Джорджина пожала плечами.

– Так-то оно, так – любят твоё колдовство. Эликсиры твои омолаживающие и кхм-кхм… поддерживающие мужскую силу…

– Не рановато ли тебе о таких эликсирах знать? – осведомилась Джорджина.

– О твоих лучших товарах все в Солепто знают, – белокурая девушка смутилась. – А больше всего любят, когда ты в будущее заглядываешь и всякие небылицы говоришь!

– А всё правда! Да только мы своими умишками ещё до неё не доросли, – Джорджина косилась на кухонную дверь. За ней, на плите, уже закипел чайник, и ведьма выбирала, что лучше – почаёвничать с юной девой или остаться наедине с собой. Рядом на той же плите, но уже в котелке, варились лягушачьи лапки, а в ступе томились недотолченные панцири редких жуков короедов.

– Мне муж не нужен, – повторила Джорджина задумчиво, думая во второй части задуманной фразы пригласить таки Виолетту на чай.

– Нужен, Джорджина, нужен! – заупрямилась белокурая красавица.

– Да за какой он мне надобностью!? – фыркнула ведьма. Триста лет она прожила безо всякого мужа, и намеревалась прожить столько же ещё. А лучше – больше. Надо обязательно выяснить – правдивы ли окажутся некоторые её самые провокационные предсказания!

– К нам едет инквизитор, – сообщила Виолетта.

– Ну и пусть себе едет, – отмахнулась Джорджина. – Погоди, к нам едет – кто?

Как и в любой из дней в последнее время, Педро Альвамар мучился от собственных докучливых мыслей. Вот и сейчас он сидел в своём кабинете, рассматривал сваленные на массивном дубовом столе свитки, но работа не шла. 

Тусклый свет полуденного солнца пробивался сквозь решетчатые окна – всё в целях величайшей инквизиторской безопасности. На столе и свитках бродили полосатые тени. 

Воздух был сухой, как часто бывает в архивах, библиотеках и других помещениях, где хранятся бумаги. Сильно пахло воском, свежими, недавно привезёнными гусиными перьями, и кожей от сейчас снятых, потертых поясов, на которых обычно крепится снаряжение боевого инквизитора. 

Бумажной крысой Педро Альвамар не был. В старые времена его посылали отлавливать самых сильных и гадких ведьм. Сейчас он немного застрял за бумажной работой. Но одного без другого не бывает. В записях надо быть точным и аккуратным, и Педро так и делал. И всё никак не мог взять в толк – отчего же его всё никак не повышают? 

По служебной лестнице Педро двигался медленней, чем ему хотедось бы. Хотя с его происхождением и заслугами – он надеялся, что быстро дослужится до главных чинов. Но всё время были какие-то препоны… Об этом Педро и раздумывал, скрепя зубами.

Он сидел в тяжёлом кресле с резной спинкой и рассматривал  раскрытый журнал допросов. Взгляд его уперся в полустёртую запись: “ересь не подтверждена”. Он взял журнал, чтобы начать работать, но теперь думал, что тогда не смог выжать из старого колдуна признание… Если бы тогда не пожалел мальчишку – внука этого деда… Как знать, может, именно мягкотелость в таких вопросах и стоит между Педро и повышением по службе, как стена?

Ему тогда всего-то надо было добрать еретиков для красивой статистики. А он – нет, не смог. 

За тонкой перегородкой слышались ленивые шаги коллег. Кто-то кашлял, переговаривался, раздавались смешки. У Педро, по крайней мере, был свой отдельный кабинет. Но этот небольшой кабинет – не то же самое, что кабинет начальника. Педро был слишком славным парнем. Хоть уже и не самым молодым мужчиной. Но, как говорится, в расцвете лет!

Коллеги уж слишком расшумелись, и внезапно Педро захотелось к ним заглянуть. Не сидеть же тут одному в своей тоске! 

Он поднялся и прошёл в соседний кабинет. Там как раз собралось большинство его коллег. Некоторые, как, например, Кристо Влар или Бермотелло Луччи, сидели в своих, отдельных кабинетах, как и Педро, но сейчас торчали здесь и что-то горячо обсуждали. Так как они не прекратили по приходу Педро – по крайней мере, обсуждали не его.

– Что у вас за гвалт? – поинтересовался инквизитор, подходя ближе.

– О, Педро, проходи! Да вот решили поспорить, кого наш префект отправит в командировку в Солепто!?

– А что тут спорить? Кого отправит, тот и поедет, – Педро пожал плечами. Он заметил, что коллеги пьют ароматный кофе. Но откуда ему тут взяться в кабинете? Неужели принесла Жозефина?

– Не скажи, – Кристо, их писарь-интеллектуал, ужасный скептик, видящий в работе больше систему, чем миссию или призвание, почесал нос. – Там можно закрыть одним разом много ведьм.

– А тебе лишь бы была красивая статистика, – махнул рукой Педро.

– А кому она не нужна? – Кристо Влар высморкался в платок. – Главное, красивые цифры. Их и префект наш любит.

С этим поспорить трудно.

– Там много ведьм, этих отродий зла! – Владо, их молодой и до неприличия фанатичный послушник, верящий в чистоту огня и готовый на всё ради служения, затрясся от злости. – Ох, я бы их всех! Я бы всех их – на костёр! – пискнул он, багровея.

– А ведь среди ведьм много молодых и симпатичных женщин, – заметил ему Бермотелло Луччи, обычно суровый, но находящийся сейчас в отменном расположении духа, старший следователь, – И всех сжечь?

– На костёр! – Владо затрясся.

Бермотелло усмехнулся. Он умеет сохранять спокойствие. Грубый, циничный, всегда знает, как выбить признание, на какие болевые точки надавить. Он бы не пощадил старика, узнав, что у того есть малолетний внук на содержании! 

Впрочем, Педро и Бермотелло дружили.

В кабинет заглянула Жозефина. Молодая, симпатичная девица-секретарь, она же и переводчица с редких языков, девушка весьма разносторонняя и образованная. Чего только стоят вышитые паутинки, что красуются у неё на столе.

– Ты была так любезна и сварила нам ещё кофе, Жозе? – ласково спросил её Бермотелло.

– Нет, уважаемый господин Луччи, – она чуть присела, больше для шутки. – Я не нашла нашего уважаемого господина Педро в его кабинете и пришла за ним сюда.

– А зачем я тебе понадобился, Жозе? – спросил Педро, понимая, что секретарше он точно ни к чему, а это значит, что она пришла по поручению от начальства.

– Вас вызывает к себе префект, господин Педро, – вежливо пропищала Жозефина. Девушка она была хорошенькая, но для Педро слишком молода. С сожалением он проводил её взглядом. Сразу за ней не пошёл. Хорошим тоном было не срываться к начальству, словно собачка, а обсудить с коллегами, зачем Педро мог префекту понадобиться?

– Как пить дать, дорогой друг, ты поедешь в Солепто! – хлопнул его по плечу Бермотелло.

– Ещё неизвестно. Да я и не рвусь, – ответил Педро. У него были и другие мыслишки относительно того, зачем он мог понадобиться префекту. А вдруг тот решил-таки повысить Педро до старшего Инквизитора? Вряд ли, но а вдруг?

Дорогие, вот и моя небольшая история - с тёмным юморком, волшебством, атмосферой осени, духов, мистики. В которой будет полно тыкв, ведьминских рецептов счастья, кошек на мелте, посмотрим на шабаш и, конечно, очаруем вполне привлекательного мужчину!
А зачем ещё быть ведьмой?
Давайте знакомиться с героями: 
Наша ведьмочка Джорджина Дуале - симпатичная брюнетка, триста лет от роду, молода и свежа, как роза в ночи:

Кошку Мауру ласково называет Мяу-мяу.
А вот и наш главный герой - инквизитор Педро Альвамар, вознамерившийся найти себе жену:

Пожелаем ему удачи! С такими ведьмами, что его ждут - ему ой как пригодится!

История пишется в сладком, ярком, осеннем атмосферном мобе
Пусть светят в осенней мгле и разгоняют хандру и холод. Симпатичные истории уже ждут вас и будут появляться здесь:

Здание городской Инквизиции находилось несколько на отшибе, однако в районе весьма консервативном и безопасном. Вся канцелярия была пропитана духом бюрократии и официоза и вид имела довольно мрачный. Педре всё чаще стал задумываться об этом, когда видел стены, где ему приходилось работать. Серое каменное сооружение с высокими узкими окнами, похожее на монастырь или тюрьму. Такое, пожалуй, никому не добавит настроения. Однако сами интерьеры канцелярии настраивают на рабочий лад. 

Длинные коридоры, тяжёлые двери, скрип половиц. В просторных вместительных архивах шкафы ломятся от папок с делами еретиков, свитков с печатями, указов и других важных бумаг. 

Внутри постоянно слышен гул голосов, шарканье сапог, шепот писцов. Если проходить мимо писчей – будет слышно, как по бумаге скребут гусиные перья. По утрам можно уловить запах вина и свечей, по вечерам слышен звон колоколов и отдалённые стоны из подвала – будто сама совесть стонет в недрах земли за этими стенами.

Когда-то, ещё на заре своей карьеры, Педре служил на границе, в замке-крепости, расположенном на утёсе. Вокруг, сколько хватало глаз, не было ни души. Но именно оттуда снаряжались карательные отряды для поиска и отлова колдунов и ведьм, а у подножия утеса развернулась тюрьма и страшные пыточные камеры.

В замке были все удобства – трапезная, библиотека, молитвенный зал. Но главное, что нравилось Педро – великолепный вид и дикая природа. Это его завораживало. Однако, если постоянно сидеть вдалеке от столицы, имея даже самые интересные дела и выполняя все задачи, до высокого чина так и не дослужишься. Педро – как единственна сына, очень хотевшего порадовать своих родителей, это совершенно не устраивало. 

Так он и перевёлся в город.

Какое-то время, видимо, ради проверки крепости его убеждений, его держали в монастыре, переоборудованном под инквизиторский орден. Но религиозно-административная структура, царящая там, Педро пришлась не по нраву. Постоянные псалмы – и допросы одновременно. Много работы, но надо ходить на утренние и вечерние службы. Строгий устав, почти монашеский быт – Педро был счастлив, когда вырвался оттуда. 

И вот – он, вроде как, пошёл вверх. Становился всё более видным и значимым инквизитором, одним из лучших – он не постеснялся бы и так про себя подумать. Переехал в собственный отдельный кабинет. И… завяз. В старшие инквизиторы его так и не продвигали. Но почему?

Этот вопрос он хотел задать префекту. Но каждый раз, оказываясь у него в кабинете, смотря на этого Великого Инквизитора, префекта инквизиторского ордена – Педро несколько робел.

Друзья, знакомлю с книжкой литмоба

Бартоломео Фручипучи – страшный суровый старик с холодными глазами и вечно сморщенным лбом. Все пальцы в магических стальных перстнях, хотя Педро подозревает, что старику такие утяжелители на руках совершенно не для красоты явно. 

Говорит Бартоломео тихо, но так, что ты будешь не дышать, пока всё не расслышишь. Или не упадешь от перенапряжения слуховых перепонок. У него репутация святого чудовища. Так не бывает, но так есть. 

Говорили, что когда-то его его голос был мягок, как бархат, а от слов хотелось пасть на колени и забыться в молитве. Но сейчас Педре с уверенностью мог утверждать, что от любых слов префекта Бартоломео Фручипучи хотелось забыться исключительно в работе.

– Ваше преподобие, хотели меня видеть? – Педро склонился в почтительном поклоне.

– Хотел, – Бартоломео медленно, как паук лапками, пошевелил пальцами. – Я решил, что никто, кроме тебя, не справится лучше с поездкой в Солепто.

Сказал сразу, не стал тянуть ведьму за язык. С одной стороны, Педро успокоился – он услышал именно то, что все думали и предполагали. Никаких страшных сюрпризов вроде внезапного увольнения или отсылки куда-нибудь в крепость на границу. Нет, поездка в Солепто, весьма перспективная для карьерного роста – если бы дело касалось молодого инквизитора, мечтающего выслужиться. Но в случае с Педро…

– Почему я? – внезапно осмелился он спросить.

– Я решил, что ты засиделся на месте. Стоит тебе немного развеяться.

– Может, просто я уже готов для более серьёзной работы? – рискнул спросить Педро. Кто не рискует, как говорится, тот и не побеждает.

– Возможно, так и есть, – префект потёр пальцами подбородок. – Всё возможно, сынок.

Это “сынок” должно было прозвучать ободряюще, однако Педре слишком хорошо знал старика. Он просто уходит от темы разговора.

– Так, значит, могу ли я надеяться… – начал было Педро, но старик префект его опередил.

– Съезди в Солепто, разузнай, как там что? – Фручипучи, сказав это, тут же сделал такое лицо, словно этот разговор ему давно уже наскучил.

– Да, ваше преподобие, как вам будет угодно, – ответил Педре, снова кланяясь. – Однако же… Смею ли я…

Сегодня он несомненно был смелее обычного. Хотелось перемен. Определенно, слишком медленно сегодня таяла свеча в кабинете, слишком скучно было перечитывать показания еретиков. Всё было сегодня слишком – слишком опостылевшим бедному Педре. Он хотел перемен.

– Съезди в Солепто, найди и привези оттуда самую сильную ведьму, – прошлёпал сухими губами старик. – У них скоро шабаш. 

– В канун дня всех святых, – кивнул Педро.

– Так и есть. Хорошо бы вычислить ведьму до этой их ночи и проследить за ней. Если накроешь весь ковен…

“Неужели получу, наконец, повышение!” – размечтался Педре, но вслух такого не сказал.

– Тогда что? – прошептал, вместо этого, Педре. В горле его пересохло.

– Тогда и подумаем, что с тобой делать дальше, – завершил свою речь преподобие. Больше он точно ничего говорить не собирался. Сел за стол с таким видом, будто сильно удивлён, что Педре ещё здесь.

– Со всем почтением к вашему преподобию, разрешите откланяться? – спросил инквизитор.

– Ай, – махнул рукой Бартоломео, – ступай!

Друзья, сегодня знакомлю с книжкой нашего литмоба от
Только для лиц, достигших 18 лет!