Фиктивная Истинная для Дракона

Лита

Сундук вздрагивает и ухает вниз, а я с трудом удерживаюсь от вскрика.

Снаружи раздаётся грубая брань.

– Под ноги смотри, – рявкает мужской голос. – Я еле удержал.

– Тяжёлый сундучина, – огрызается другой. – А говорили, там ткани.

– Так он же железом окован.

– Всё равно… надо бы прибавки потребовать.

– Потребуешь у него. Ты глаза его видел? Драконище, точно тебе говорю. И злющий, как гаргулья. С таким лучше не связываться. Так что тащи давай и не спотыкайся больше.

Бездна! Где была моя голова, когда я залезала в этот сундук? Их же там с полдюжины стояло. Но откуда мне было знать, что придут именно за этим и именно сейчас?

В тот момент выбора особо не было. Вокруг рыскали ищейки старика лорда.

Мачеха на удивление быстро сообразила, что товар сбежал, и позвала на помощь.

Нет уж, будь что будет. Лучше дракону в пасть, чем со старым ублюдком в храм. Ходят слухи, что после смерти каждой из предыдущих шести жён он молодел.

По спине пробегает холодок. Зарываюсь поглубже в ворох тканей. На ощупь определяю, что они хороши. Явно заморские. Так много для одного человека не покупают. Значит, рано или поздно сундук доставят на постоялый двор, и там я постараюсь выбраться.

Куда бежать дальше и где прятаться, ещё не знаю. У старого лорда весь город в руках. Наверняка посты сразу же расставили по всем дорогам.

Лучшим вариантом было бы просто отсидеться в укромном уголке, а потом добраться до Драгонвэльской Академии магии. Из Академий студентов не выдают, если, конечно, получится туда поступить. Магия у меня есть, иначе лорд бы мной не заинтересовался. Но вот хватит ли моего уровня для Академии?

Моё обиталище с грохотом опускается на деревянный настил.

Цоканье копыт по булыжной мостовой говорит о том, что сундук погрузили на телегу.

– Фух, – выдыхает один из грузчиков. – Доедем, а там тележку у моего брата перехватим.

– Э-э, так не договаривались. Вознице платить, ещё и брата своего в долю хочешь взять? Сами донесём. Пирс недалеко от въездных ворот.

– Не ты ли жаловался, что тяжело?

Что? Какой пирс? Только не это! Эвора – портовый город, но я-то рассчитывала, что раз ткани заморские, то дальше их повезут вглубь материка. А там бы я выбралась как-нибудь. С корабля улизнуть будет сложнее. 

Но сейчас выбирать не из чего. Остаётся надеяться, что боги всё-таки сжалятся надо мной, и сундук хотя бы временно поставят на какой-нибудь склад.

Я не так много вешу, но, видимо, к тканям добавка всё-таки существенная. И в порту, поторговавшись, грузчики договариваются-таки с владельцем тележки. Чтоб их всех гаргульи сожрали.

Пока тележка скачет по доскам причала, я успеваю проклясть всё и вся. Портовые тележки двухколёсные, и сундук разместили на ней под наклоном. С моим везением я оказываюсь в нём головой вниз. Развернуться в тесном пространстве возможности нет. И мне приходится выставить над головой обе руки, чтобы не стукаться макушкой о дерево на каждом стыке деревянного настила.

Наконец эта самая мучительная часть моего путешествия завершается, и грузчики, помянув недобрыми словами хаос, бездну и гаргулий, снова взваливают сундук на себя, переведя меня в горизонтальное положение.

В довершение к прочему из-за переживаний и тряски меня начинает мутить. Вот только этого не хватает. И я зажимаю ладонью рот, пытаясь справиться с тошнотой. Товар дорогущий. Если испорчу, и меня поймает заказчик тканей, то спасибо точно не скажет.

–  Ставьте сюда!

Сундук вздрагивает в последний раз и с грохотом опускается на пол. Замираю. Меня всё ещё качает, но мягко. Так бывает, когда внизу вода. Я всё-таки на корабле.

– Прибавить бы, Ваша Светлость, – с трагическим стоном канючит грузчик, – очень уж ваш сундучище тяжёлым оказался, чуть кишки не надорвал.

Шорох снаружи. А затем грузчик рассыпается в благодарностях и уходит. До меня доносится хлопок двери.

Тишина. Может, хозяин каюты тоже вышел?

Как же.

– Балуешь ты портовых, Фер, – раздаётся рядом низкий мужской голос. – После таких щедрых нанимателей нам с ними труднее торговаться.

– Брось, Рэй, один я погоды не сделаю, – отвечает ему другой мужчина, и в его голосе сквозят усталость и раздражение. – Если бы ты знал, как я вымотался сегодня из-за беготни по лавкам. Но надо же хоть чем-то откупиться перед исчезновением.

– Сам отвезёшь эти тряпки красотке Милане или…

– Или… – мрачно произносит тот, кого назвали Фером. – Не издевайся, Рэй. Мне теперь пару лет лучше не сходить с твоего корабля. Отправим из Портуреи.

– Да уж влип ты, парень. Ну что ж, я только в выигрыше. «Стремительный» по тебе скучает. Последнее время ты больше в Академии со студентами возишься, а к нам только на практику. Я даже готов придумать и озвучить повод, по которому нам нужен именно ты. И всё же не думай, что за пару лет твоя выходка забудется. Принцессы злопамятные. Поймёт, что ты от неё сбежал, – не простит.

– Плевать. Жениться на ней я даже договорным браком не соглашусь, просто хотелось бы как-то деликатно выйти из ситуации. Не хотелось бы с Его Величеством ссориться. Он только-только начал радоваться, что сбудет с рук свою скандальную дочурку. Поэтому дальний рейд – самое то.

Ничего себе! У меня даже дыхание перехватывает. Это куда я попала? К каким-то особам, лично знакомым с королём Дарианом?

– Деликатно было бы, если бы ты встретил Истинную. Против этого любой король бессилен и его любвеобильная дочка тоже.

– Нереально, Рэй, да и не любитель я разговоров об истинности. Я люблю сам выбирать, с кем спать, а не по указке свыше.

– Вот и довыбирался до того, что принцесса Милана на тебя глаз положила.

– Кто ж знал, что её на мне заклинит, – вздыхает мужчина. – Я и потанцевал-то с ней на балу всего пару раз.

Милана? Значит, речь не о нашем короле. Впрочем, мне какая разница? Мне из ловушки надо выбираться.

– Ладно, отдыхай, Фер. Отчаливаем через час. Но ветер сегодня хороший, так что пойдём без магии.

Эй! Что значит «отдыхай»? А можно он тоже выйдет?

Дверь хлопает, и в каюте становится тише.

Я напряжённо вслушиваюсь в доносящиеся звуки. Шаги. Шорох. И… не верю своему счастью: хлопает дверь.

Бежать!

Первая попытка поднять тяжёлую крышку сундука, толкнув её одной рукой, проваливается. Но я не теряюсь. Упираюсь ногами в дно, безжалостно топча ткани, а спиной – в верх сундука, резко выдыхаю и с усилием выпрямляюсь.

Вот только откуда у меня взялась уверенность в том, что хозяин вышел? Хлопок двери померещился? Угу. И полуголый мужчина сейчас мерещится.

Хозяин каюты стоит всего в паре шагов от меня. Он, видимо, только-только начал переодеваться. Рубашку он уже успел скинуть и как раз взялся за пояс широких штанов.

Прямо на уровне моих глаз поджарый живот, расчерченный кубиками. Судя по тому что мужчина застывает на месте, он меня уже видит, а я до его лица ещё не добралась. Медленно, словно во сне, прохожусь взглядом по рельефным грудным мышцам, широченным плечам, небрежно рассыпанным по ним белоснежным волосам, мощной загорелой шее. Как же это всё напоминает скульптуры драконьих богов в храме. Наверное, поэтому я приоткрываю рот от изумления.

А затем мои глаза встречаются с нереально синими глазами незнакомца, и, пискнув от неожиданности, я поскальзываюсь и падаю обратно в сундук. Крышка с грохотом захлопывается над моей головой...

… только для того, чтобы тут же распахнуться с гулким ударом о стену каюты.

– Это ещё кого ко мне занесло? – грозно спрашивает мужчина.

Мои плечи оказываются в тисках сильных рук, и я теряю опору. Меня, словно куклу, вынимают из сундука и ставят на пол. И я зажмуриваюсь, потому что этот полураздетый мужчина слишком близко.

– Рассказывай, – коротко приказывает он, продолжая удерживать меня одной рукой, а пальцами второй касается моего подбородка и тянет его вверх.

– Что рассказывать? – испуганно спрашиваю я, облизывая пересохшие от волнения губы.

– Всё. Только глаза открой. А то как-то странно разговаривать с человеком, который на тебя не смотрит.

– Не могу.

– Это ещё почему?

– Вы р-раздеты.

– Скромница, значит? – хмыкает он. – Как же тебя в таком случае занесло на корабль, полный охочих до женских прелестей мужчин?

– Я случайно, – с отчаянием говорю я.

 От страха мои зубы выдают дробный стук.

– Я не собиралась залезать в ваш сундук и на корабль не хотела, но мне очень нужно было спрятаться.

Хватка на моём плече ослабевает, а потом и вовсе исчезает.

Шорох.

– Я оделся.

Осторожно открываю глаза. Сейчас на мужчине белая рубашка. Правда верхние пуговицы он застёгивать не стал, и я по-прежнему могу любоваться его рельефными грудными мышцами. Хаосов стыд, о чём я сейчас думаю?

– Так я тебя слушаю, – строго говорит мужчина, усаживаясь в кресло и указывая мне подбородком на стул.

Опускаюсь на самый краешек. Глаза отвожу, потому что думать и одновременно смотреть на этого красавца сложно.

– У тебя пять минут, – продолжает он холодно, – чтобы объяснить мне, почему я не должен сдать тебя портовой страже? Только честно. Ложь я распознаю сразу же.

– А за что меня сдавать? Я вам ничего плохого не сделала.

– Чтобы вернули тебя папе с мамой, от которых ты убежала на поиски приключений. Лет тебе сколько? Шестнадцать?

Мне становится обидно. Я ему что, маленькая девочка?

– Какие ещё приключения? Мне нужно в Академию.

– В твоём возрасте учатся в школе магии, если, конечно, магия у тебя есть.

– Есть, – начинаю я и осекаюсь.

Мужчина замолкает и смотрит на меня как-то по-новому. Взгляд становится расфокусированным, синева из его глаз исчезает, а зрачки становятся вертикальными.

Я стою с открытым ртом, потому что только сейчас вспомнился разговор грузчиков. Так это и есть дракон? Первый дракон, которого я вижу так близко? У нас в школе были мальчишки с непроявившимися драконами, но этот точно настоящий.

– Огневичка? – заключает дракон.

Глаза его снова становятся нормальными.

– Так зачем тебе понадобилось в Академию? В шестнадцать…

– Мне восемнадцать, – прерываю его я. – И в Академию мне надо, потому что оттуда адептов нельзя забрать и выдать замуж.

И я выкладываю ему всё. Про мачеху, про замужество со стариком лордом.

– Шесть жён? И никто не заинтересовался, отчего они умирали?

Пожимаю плечами.

– Лорд Грейвуд хозяин всего побережья. Разве кто-то посмеет сказать хоть слово против него?

– Надо будет задать этот вопрос кое-кому, – задумчиво говорит мужчина, а потом переводит взгляд на меня. – Так что мне с тобой делать?

– Я бы хотела отсидеться в укромном месте, а потом пробраться в Академию.

Дракон прищуривает свои синие глаза.

– И у тебя есть на примете укромное место, кроме моего сундука?

– Нет, – сникаю я.

Стук в дверь заставляет меня вздрогнуть.

– Ферон, у нас скоро будут гости, – раздаётся басовитый голос.

И акцентированное ударение на слове «гости» запускает ледяную волну по моей спине.

– Что там? – не отводя взгляда от меня, спрашивает дракон.

– На таможне переполох. Обыскивают все корабли с поисковым артефактом. Ищут девчонку-магичку. Говорят, здешнего лорда обокрала.

Что? Я обокрала лорда? Лицо мужчины становится каменным. Смотрю на него широко раскрытыми глазами. Он сейчас поверит тому, что сказали? И выдаст меня портовой страже?

В носу начинает щипать. Закусываю губу до боли. Неужели всё?

Сквозь пелену, застилающую глаза, вижу, как дракон подносит палец к своим губам, призывая к молчанию.

Зажимаю себе рот ладошкой, сдерживая рвущиеся всхлипы. И киваю часто-часто. Он поверил мне, а не мерзкому старику?

Но что он сможет сделать, если идут маги с поисковым артефактом?

Тем не менее смотрю на дракона с безумной надеждой.

– Дарк, как далеко ищейки? – быстро спрашивает мужчина.

– Соседний корабль, – отвечает бас из-за двери и, помолчав, спрашивает: – У нас проблемы, магистр?

– В точку! Мне нужны Рэй и Кира… и прямо сейчас.

– Понял. Передам капитану.

Удаляющиеся шаги. Я так и стою столбом, не зная, что мне делать, а мужчина, от которого всё сейчас зависит, складывает руки на груди и застывает статуей в ожидании.

В этот момент снова раздаются шаги за дверью, и в каюту без стука входят двое. Точнее, входит один темноволосый мужчина, а девушка с огненными волосами буквально влетает.

Оба смотрят на меня, потом синхронно поворачиваются к дракону.

– Что от нас требуется? – спрашивает мужчина.

И я узнаю тот голос, который уже слышала, пока сидела в сундуке.

– От тебя, Рэй, ничего, – с лёгкой усмешкой говорит дракон. – Но я хотел позаимствовать у тебя твою Киру, причём так, чтобы, когда ты увидишь её выходящей из душа в моей каюте, ты меня не убил.

У меня рот открывается от изумления.

А темноволосый Рэй неожиданно разражается хохотом.

– Я давно подозревал, что ты неравнодушен к моей жене. Но не знал, что ты настолько изобретателен, чтобы затащить её в постель.

Он направляется к выходу, но в дверях останавливается и заявляет, став неожиданно очень серьёзным:

– Если что-то пойдёт не так – маякни, Фер. В конце концов, постройки в порту старые, давно не мешает обновить. А Дариан простит по-родственному.

– Что делать, Фер? – деловито спрашивает рыжеволосая красавица, когда её муж уходит.

– Как что? – шутливым тоном отвечает ей дракон. – Раздевайся и в душ. И её забирай.

Я ошеломлённо смотрю на мужчину и начинаю пятиться.

– Мне тоже раздеваться? Да как…

– Шутит он, – быстро говорит рыжеволосая. – Идём, девочка. Они уже близко. Вот-вот на борт зайдут. Фер, если что…

– Даже не сомневаюсь, что твои нарги заблокируют все корабли, а тех, кто будет против, попросту сожрут. Только не забывай, что мы всё-таки в чужом государстве.

– Брось, Фер, Дариан простит по-родственному, – повторяет она последние слова своего мужа.

Только сейчас мне приходит в голову, что речь идёт о короле Дариане. Да кто они все такие?

Но думать мне не дают. Рыжеволосая красавица заталкивает меня в небольшую смежную комнату, которая оказывается купальней с душем, и закрывает дверь на защёлку.

– А теперь тихо, – шепчет она. – Твоё дело – сидеть мышью.

Девушка открывает воду. И в этот момент раздаётся громкий стук в соседнюю дверь.

– Именем короля Драгонвэла, Дариана Гардвэла...

Фэрон Айрэнд, дракон. Стихия Воздух.
Аэлита, маг. Стихия Огонь.

Ферон Айрэнд

Миург учуял запах мёда ещё до того, как за Рэем закрылась дверь. Я даже посмотрел на сундук с недоверием.

От него, что ли? Может, торговец что-то перепутал и мне вместо тканей приволокли товары из кондитерской лавки? Даже рука потянулась проверить, но поленился.

Мой дракон – сластёна. Миург способен уловить запах крема или пирожных, даже если торговец тканями два дня назад чай пил с десертом в двух метрах от сундука. А мне после беготни по лавкам сначала стоит принять душ.

Сбросив пропотевшую рубашку, я взялся за пояс штанов, всё ещё не выпуская из виду сундук, который так заинтересовал моего дракона.

Хорошо, что не снял. Крышка сундука дрогнула, рывком пошла вверх, и куда-то в область моего живота уставилась мелкая рыжеволосая девчонка.

Да уж, ещё пару мгновений, и нехорошо бы получилось, тем более что и без этого Миург так встрепенулся при виде пигалицы, что мой организм начал реагировать на мужской манер, и мне пришлось мысленно рявкнуть на своего любвеобильного дракона.

Нет, я понимаю, что запах мёда для Миурга как сыр для мыши, и от девчонки умопомрачительно им пахнет, но… она же мелкая.

Тем временем пигалица, явно не ожидавшая кого-либо увидеть, подняла на меня растерянные зелёные глазищи и, пискнув, рухнула обратно в сундук. Вздохнув, я откинул крышку и вытащил это недоразумение.

Хорошо, что ещё не отплыли и можно вернуть пропажу родителям. Наверняка начиталась книжек, как Кириана в своё время, и рванула на поиски приключений. Но у жены капитана Рэя, Киры, всё закончилось благополучно, хотя и наглоталась проблем.

А у этой… Впрочем, и у этой будет хорошо, раз попала к нам, а не к каким-нибудь прощелыгам. Разве мало в порту тех, кто не прочь будет взять в рейд для забавы даже такую малолетку?

Так что стоит немного напугать девчонку, чтобы на будущее запомнила. И я принял самый строгий вид, на который был способен… но долго не продержался.

Похоже, здешним лордом-губернатором, охочим до сладкого, стоит заняться. Не мне, конечно, но королю Дариану точно следует знать, кто руководит одной из его самых доходных провинций.

И нет ли тут ещё чего? Шесть жён похоронил? Что-то мне это напомнило историю с похищениями одарённых девушек, магию которых использовали для создания артефактов.

Однако это всё потом. Сейчас главное – вывезти девчонку из Эворы и переправить в Академию Драгонвэла.

Внутри недовольно заворчал дракон, но выяснять, что не устраивает зверя, стало некогда, когда за дверью раздался голос старпома.

Даже если бы у меня не было внутри драконьего индикатора на ложь, достаточно было увидеть потрясённое лицо девчонки, когда Дарк сказал, что ищут якобы воровку.

«Вр-рут», – рыкнул Миург.

«Сам знаю», – оборвал я своего дракона.

Идея привлечь Киру пришла в голову сразу же. Наверняка не все знают в лицо, кого именно ищут, а приметы совпадают: огненные волосы и зелёные глаза.

Ну и одна семейная история подсказала, как быть*.

Кира и Рэй явно соскучились по хорошей драке, и мне не пришлось уговаривать эту парочку помочь.

– Именем короля Драгонвэла, Дариана Гардвэла...

Открыв дверь, я окидываю взглядом троих мужчин в форменных доспехах. На портовую стражу не похожи, скорее всего личная гвардия местного владыки. Молодые и борзые. А главное, явно не в курсе, кому принадлежит «Стремительный».

– Чем обязан? – холодно спрашиваю я.

– С дороги! – рявкает один из вояк и одновременно прёт на меня.

Одно движение плечом, и он отлетает назад. Не падает только потому, что противоположная стена коридора слишком близко, зато впечатывается в неё с хрустом.

Ничего, корабль крепкий – выдержит.

– Да как ты смеешь, препятствовать властям? – орёт выпучив глаза другой гвардеец, пятясь и хватаясь за рукоять меча.

Но ладонь выдвинувшегося из полутьмы коридора Дарка ложится поверх его руки и помогает вернуть меч в ножны.

– Вы находитесь на корабле, принадлежащем Айсгарду, – гудит бас Дарка. – И при этом вы не относитесь к таможенной службе, которую мы прошли по всем правилам. Бумаг никаких не предъявляете. Мы имеем все основания выбросить вас за борт и обвинить местные власти в нед… ненад… лежащей охране порта от разбойных нападений. Объяснения будут?

Тот вояка, который пытался прорваться в каюту первым, отклеивается от стенки и, морщась от боли, цедит сквозь стиснутые зубы:

– Мы представляем губернатора провинции Эвора лорда Грейвуда. По его приказу мы ищем преступницу, укравшую ценную вещь. Девица воспользовалась магией, и её магический след привёл сюда.

Он вытаскивает из кармана полупрозрачный голубой цилиндр, внутри которого колышется огненная стрелка. И эта стрелка чётко указывает на купальню.

«Гасить?» – спрашивает Миург.

И, прежде чем я успеваю ответить своему дракону, стрелка вздрагивает и принимается бессистемно вертеться вокруг своей оси.

– Это всё? – как можно небрежнее спрашиваю я. – Вы тычете мне в лицо неисправным артефактом и заявляете, что какая-то девушка проникла на наш корабль, мимо наших вахтенных?

– Невозможно, – с оскорблённым видом заявляет Дарк.

– Но она должна быть здесь, – продолжает гнуть своё гвардеец. – Едва мы поднялись на ваш корабль, артефакт заработал.

– Я вижу, – хмыкаю я. – Вижу, как он работает. Дарк, проводи гостей на выход...

– Нам нужно осмотреть вашу каюту, – не унимается всё тот же тип, явно главный в этой троице. – Преступница очень приметная, волосы…

И в этот момент дверь купальни открывается, и оттуда горделиво выплывает Кира.

– Что за шум?

И княжна встряхивает копной своих огненных волос.

– Она? – оживляется один из гвардейцев.

– Она! Хватай её! – командует главный.

И сразу двое его подчинённых бросаются внутрь каюты.

Вид у Киры удивлённый и одновременно надменный. И то, как гордо она вскидывает голову, заставляет гвардейцев замедлиться. Во всяком случае, они не решаются к ней прикоснуться.

– Что всё это значит? – ледяным тоном задаёт вопрос Кира.

– Ты… – начинает главный, но неожиданно спотыкается, почувствовав подвох. – Вы арестованы.

– Вы в своём уме? – холодно спрашиваю я. – Перед вами подданная Айсгарда. В этот момент вы нарываетесь на международный скандал. У вас есть основания для её ареста?

Главный из пришедших начинает колебаться, но, похоже, того, кто его нанял, он сейчас боится больше, чем межгосударственных проблем.

– У нас есть приметы. – Главный берёт себя в руки и продолжает уже более уверенно: – Рыжие волосы и зелёные глаза не слишком частое сочетание. И артефакт привёл сюда. Нет смысла лгать. Девушка пройдёт с нами на берег. По крайней мере, до выяснения личности.

– Личности? – Губы Киры надменно искривляются. – Я сестра вашей королевы.

– А я брат короля Айсгарда, – грубо заявляет один из гвардейцев и хватает Киру за локоть. – А ну пошли, девка, хватит строить из себя.

Это он зря. Теперь есть основания и за борт выкинуть.

Второй гвардеец берёт Киру под другой локоть, но вид у него менее уверенный.

– Руки убрали от княжны Айсгарда, – рычу я, делая шаг к обнаглевшим воякам.

За моей спиной раздаётся хрип. Это Дарк занялся главным гвардейцем.

Но раньше всех успевает сама Кира. Она начинает полуоборот, покрываясь белоснежной чешуёй. По-моему, она добавляет ещё и ледяной панцирь, потому что руки гвардейцев соскальзывают с её локтей, а сами посетители выглядят ошеломлёнными.

И в этот момент из полутьмы коридора раздаётся грозный рык. На сцене появляется ещё одно действующее лицо – главное лицо этого корабля, капитан Рэйгард.

– Я чего-то не понял, – грозно рычит Рэй. – Что здесь происходит? Фер?

От него исходит такая мощная энергетика, что гости съёживаются, даже ростом становятся меньше.

– Рэй, у нас в каюте сломался душ, и я попросилась к Феру, – торопится объяснить Кира. – А тут эти… заявили, что я преступница и хотят меня арестовать.

– Не понял?

– У нас приметы преступницы… – неуверенно говорит один из мужчин, поглядывая в сторону коридора.

Но главный в этой троице не спешит поддержать своего подчинённого, потому что рука у Дарка крепкая.

– Нам нужно выяснить её личность, – упрямо продолжает гвардеец исполнять свой долг, уже не рассчитывая на помощь.

– Чью личность? Моей жены? А так не видно? Или у вас много в Драгонвэле ледяных драконов?

– Но поисковый артефакт привёл сюда, – жалобно блеет гвардеец, оставшийся без руководства, а потом набирается смелости и заявляет неожиданно окрепшим голосом: – Девушка пройдёт с нами, иначе ваш корабль не покинет порт. Мы натянем цепи на выходе из залива.

– В этом нет необходимости, – раздаётся от входа приятный баритон. – Это не она.

В дверях стоит благообразный мужчина с ухоженной седой бородой, одетый в дорогой камзол.

– Капитан Рэйгард? Наслышан о вас и вашей замечательной супруге. Мои люди ошиблись. Видимо, сломался поисковый артефакт.

– Но он привёл сюда, прежде чем сломался, – хрипит из коридора главный, которого Дарк, по-видимому, хорошо придавил, прежде чем отпустить.

Вот ведь настойчивый.

На лице седого дёргается мускул. И я вижу, что, будь его воля, корабль бы знатно перетряхнули.

Догадаться, кто передо мной, несложно, тем более что мои подозрения поддерживает рык Миурга.

– Лорд Грейвуд, если я не ошибаюсь? – говорю я, едва сдерживая ярость.

Я теперь уже и не знаю, моя это ярость или моего дракона, скорее всего общая.

– Да, и я приношу свои извинения госпоже…

– Кириане Дайрини, – подсказываю я и тут же закашливаюсь, чтобы скрыть своё отношение к этому благообразному старичку, упокоившему уже шесть своих жён и рыщущему за юной красавицей.

«Гад, – подтверждает Миург. – Может, откусим ему голову?»

Осаживаю своего дракона, хотя… и сам не прочь.

«Она не сладкая, отравишься».

«Жаль».

Дракон замолкает, но я чувствую, что он продолжает настороженно следить за происходящим.

– Я бы всё-таки хотел, – решается лорд, – осмотреть ваш корабль. Артефакт не может ошибиться, а преступница могла пробраться тайком и спрятаться у вас в трюме или ещё где-нибудь.

– Нет, – ледяным голосом говорит Рэй. – Вы оскорбили подозрениями мою жену, ваши люди посмели к ней прикоснуться. Вы задержали корабль. И мы не успеем выйти из залива до перемены ветра. Нам придётся задействовать магию воздушника, а это дорогое удовольствие. Если вы немедленно не покинете корабль, я буду вынужден отправить ноту протеста королю Дариану.

– Который, кстати, является мужем моей родной сестры, – добавляет Кириана.

В глазах лорда вспыхивает злоба, но он тут же берёт себя в руки.

– Ещё раз приношу свои извинения, – кланяется он.

Однако искренности в его словах не ощущается, тем более что он тут же добавляет с угрозой:

– Но, если вы всё-таки меня обманули и попытаетесь увезти мою собственность, вы об этом пожалеете.

Внутри меня клокочет такая ярость, что я не выдерживаю:

– Так всё-таки собственность или преступницу?

Лорд впивается в меня пристальным взглядом, словно пытается проникнуть в мои мысли, и цедит:

– Одно другому не мешает.

– Дарк! – рявкает капитан. – Проводи!

Когда мы остаёмся одни, он качает головой.

– Последняя фраза, Фер, была лишней. Даже полный идиот догадался бы, что ты общался с девчонкой. Поэтому давай-ка сейчас на палубу, ставим паруса и убираемся отсюда. Твой ветер нам понадобится.

Я пытаюсь задержаться, чтобы выяснить, как себя чувствует беглянка, но Кира выставляет меня из каюты со словами:

– Иди уже, дай девочкам поболтать.

И в самом деле, что это я? Моё место на палубе в момент отплытия. И я поднимаюсь вслед за другом.

Команда Рэя уже в полной готовности. Насчёт ветра капитан преувеличил. С этим всё идеально. Успеем выйти, а вот там в открытом море можно и ускориться, подключив магию.

Хотя вроде как незачем. «Стремительный» – самый быстроходный фрегат Айсгарда. И уж всяко не относится к беззащитным торговым судам. Пиратское прошлое Рэя было связано преимущественно с охраной торговых караванов, но в случае необходимости мало какое судно сможет противостоять нашему капитану, если он решит взять его на абордаж.

Так что едва ли лорд осмелится продолжать преследование «собственности». А жаль.

Отчётливо понимаю, что я хотел бы, чтобы продолжил. Миург поддерживает меня одобрительным рыком. Он тоже не прочь встретить этого мерзавца в нейтральных водах. Очень уж нехороший осадок остался после общения.

Паруса уже отданы. Матросы, следуя чётким командам Дарка, расправляют марсели на всех трёх мачтах, и фрегат начинает движение.

Мы всегда швартуемся как можно ближе к выходу из порта. Здесь проще маневрировать. У Рэя осталась эта привычка ещё с пиратских времён, когда частенько надо было успеть выйти из порта, прежде чем другие расправят паруса. Да и свободнее тут. Это купцы бьются за места поближе к складам, чтобы меньше платить грузчикам. А боевому фрегату важна возможность быстро сниматься с якоря.

Рэй делает знак, и я поднимаюсь к нему на мостик.

– Ну а теперь рассказывай, – говорит он, продолжая следить за действиями экипажа.

Я тоже не выпускаю из виду слаженную симфонию раскрытия парусов.

– Одобряю, – кивает Рэй, когда я заканчиваю рассказ. – Надо довести до сведения Дариана, пусть сам разбирается в своём доме. А с девчонкой, что планируешь делать?

– Ей учиться надо, – говорю я. – Огненная магия, но не раскрытая. Думаю, в столичной Академии Драгонвэла** ей самое место.

– И как её туда доставить? Если высадим в одном из портов поменьше одну без сопровождения…

Рэй не договаривает, в этом нет необходимости. Мне несложно представить множество опасностей, которые могут ждать одинокую красивую девушку в подобном путешествии. Чувствую беспокойство Миурга.

– И что ты предлагаешь?

– Эртариан, – просто говорит Рэй. – Летающая Академия, где преподаёшь ты. У вас ведь там не только воздушники учатся. Мы же всё равно идём в Аэртанию***. Отправишь в столицу через портал сундук с подарками для принцессы, а сам завезёшь девчонку в Академию и обратно на «Стремительный».

Рэй смотрит на меня с хитрым прищуром. Но я не реагирую, и он продолжает:

– Тебе ещё замену себе для Академии искать. Ректор так просто тебя не отпустит.

– Это не проблема. У меня там из прошлого выпуска сильные парни. Найду кого-нибудь.

– Угу. А я уж обосную необходимость твоего присутствия на «Стремительном».  А кстати, как её хоть зовут?

– Э…

Пожимаю плечами. Рэйгард хмыкает.

– Интересно ты с девушками знакомишься.

Неожиданно меня это задевает.

– Это здесь при чём?

– Ну и зря, девушка фигуристая, аппетитная.

«Ар-р-р», – неожиданно рявкает Миург. И я перехватываю его в последний момент, возвращая себе человеческое зрение и втягивая когти.

Рэй ехидно ухмыляется.

– Да понял я, что тебе до неё никакого дела, ну как наргу до омара.

Оставляю его плоскую шутку без ответа.

Ветер меняется, и для меня находится работа.

– Ну так как, вдоль берега? – спрашивает Рэй, когда мы оказываемся в открытом море. – Или курс на Аэртанию?

– Аэртания, – цежу я, не вдаваясь в подробности.

– Дарк, – командует капитан, – курс вдоль берега.

– Не понял?

– Ты хочешь всех, кто за нами сейчас следит, предупредить, куда мы направляемся? Завтра будем в Бухте Хаоса, оттуда передадим весть королю Дариану. Потом до Красных скал, а там уж сменим курс.

Киваю.

– Ну иди, проверь как там твоя подопечная. Да. О присутствии гостьи лучше, чтобы никто не знал, даже на корабле. Так проще. Еду нужно будет ей доставлять туда.

– А мне куда?

– Ну это уж сам решай. –  В глазах капитана загораются весёлые огоньки. – Кто-то из вас двоих отправляется в кубрик к матросам. Выбирай.

«Ар-р-р», – откликается Миург, которому очень не нравится настроение капитана.

Открываю дверь в свою каюту и слышу сердитый рявк Киры:

– Стучаться надо, когда входишь в каюту к девушкам.

Приехали. Изображаю стук костяшками пальцев по дверному косяку.

– Входите, – сменив рык на медовый голос, приветствует меня Кира.

Ощущение, что она специально меня раздёргивает, как, впрочем, и Рэй. Что они себе вообразили? Что я буду ухлёстывать за этой пигалицей?

Вхожу с каменным лицом. При виде меня рыжая беглянка съёживается и забирается поглубже в кресло. Первый раз вижу, чтобы женщины на меня так реагировали. Я что такой страшный?

– Фер, ты пугаешь Литу, сделай лицо попроще, – продолжает провоцировать меня Кира.

Знать бы ещё на что.

– Другого нет, Кирочка, – хмыкаю я. – Позаботишься об обеде для девушки?

– Для Литы, её зовут Аэлита.

«Л-лита», – дракон пробует на вкус новое имя.

Киваю как можно равнодушнее и послушно повторяю с минимумом эмоций.

– Хорошо «для Литы». Рэй сказал, что не стоит никому о ней знать, поэтому она останется здесь. Объяснишь ей, как и что тут устроено.

– Э, погоди, Фер! Ты куда? – окликает меня Кира, видя, что я собираюсь уходить.

– В кубрик перееду. Вещи заберу чуть позже.

– Но это неудобно, – впервые подаёт голос гостья. – Это же ваша каюта.

– То есть ты хочешь в кубрик к матросам? – начинает хихикать Кира.

А я смотрю на неё. Как же они похожи с Рэем. Одни и те же шуточки. Одним словом: два сапога пара, и оба левые. Но Кира уже в следующий момент становится серьёзной.

– Ну и логика у вас с Рэем… – качает она головой, – чисто мужская. Ты переедешь жить в кубрик, и никто не догадается, что у тебя тут гости? Короче, обедать мы все вчетвером будем тут. Тогда и обсудим, как вас тут разместить. Я пойду распоряжусь насчёт еды.

И Кира быстро выходит из каюты.

Повисает неловкое молчание. Я в замешательстве оглядываю комнату. М-да… Кровать у меня большая, но одна. В сундук я явно не влезу.

– Ну и как мы будем делить постель?

Смотрю в перепуганные зелёные глазищи и понимаю, что я ляпнул это вслух.

___________________

* Имеется в виду история Лии, когда Анна, княжна Айсгарда, отвлекла на себя внимание ищеек, и довела дело практически до международного скандала ()

** Драгонвэл – королевство Огненных драконов

*** Аэртания – королевство Воздушных драконов

Дорогие читатели! История капитана Рэйгарда и Киры рассказана в моей книге
Предлагаю вам посмотреть буктрейлер к "Трофею" (он в аннотации к книге). Надо сказать из всех буктрейлеров к моим книгам, это мой самый любимый.
❤️С любовью и уважением, ваша Светлана Томская ❤️

Лита

– Вы… – Мои губы дрожат. – Я ни за что…

– Успокойся. – Дракон морщится.

Он делает шаг ко мне.

Вся привлекательность этого красивого мужчины моментально улетучивается. А мне ведь вначале показалось, что он действительно хочет помочь. Я что? Поверила? 

Вот я глупая! Он же дракон! Глаза ледяные. По нему видно: надменный, жестокий и привыкший брать всё, что понравится. Права была мачеха, когда говорила, что честной девушке с драконами лучше не сталкиваться. У них нет души.

– Не смейте ко мне прикасаться! – выпаливаю я.

Прыжком покинув кресло, бросаюсь к выходу. 

Куда я бегу? Мы в открытом море. Впрочем, уже в следующее мгновение это становится неважным, потому что я успеваю только повернуть ручку двери, а открыть её не получается. Мужская ладонь впечатывается в дверь рядом с моей головой. 

Он же только что был в другом конце каюты. Как он так мгновенно меня догнал? Меня затапливает отчаяние. Я в ловушке.

– Ты плохо слышала? – раздражённо рычит он. – Тебе не стоит появляться на палубе. Вернись в кресло. Поговорим. Да что ж такое!

Руки мужчины смыкаются на моей талии. Ноги отрываются от пола, и одним слитным движением я перелетаю туда же, где сидела до этого. Опускает дракон меня в кресло аккуратно, но лапищи свои убирать не спешит, и я вцепляюсь ногтями в его кисти, пытаясь отодрать их от себя.

– Гаргулья ж зад… – рычит драконище, отпуская мою талию и перехватывая мои запястья. 

Его руки в какой-то момент оказываются перед моим лицом, и я инстинктивно впиваюсь в них зубами. 

Пальцы мужчины разжимаются. Потеряв равновесие, я падаю в кресло. А поскольку это чудовище так и стоит передо мной, перегораживая путь к выходу, мне остаётся только одно – подобрать ноги и сжаться в комочек. Моё дыхание прерывается судорожными всхлипами. Сердце колотится как сумасшедшее.

– Да успокойся ты, бешеная, – неожиданно спокойно говорит дракон. – Никто тебя не тронет. 

На какое-то мгновение зрачки в его глазах становятся вертикальными, и я содрогаюсь. Во что же я вляпалась?

– Да заткнись ты, – рявкает он, хотя я молчу. 

От ужаса я не то что говорить, дышать не могу. Глаза мужчины тем временем снова становятся человеческими.

– Это я не тебе, – непонятно объясняет он и добавляет: – Ты сейчас посидишь спокойно, и мы просто поговорим.

– Я не…

Пересохшее от ужаса горло не даёт мне продолжить.

Дракон болезненно морщится и отходит к небольшому столику, растирая ладонью место укуса.

– Дикая какая, – ворчит он. 

Мужчина наливает в высокий стакан что-то прозрачное и возвращается ко мне.

– Держи, – миролюбиво говорит он, протягивая стакан.

Его низкий голос вызывает вибрацию в моём позвоночнике, и я ещё глубже забиваюсь в кресло. 

– Да за что же мне это?! – Дракон закатывает глаза с мученическим видом. – Пей. 

Только тут я понимаю, что пить хочется неимоверно, но руку протягивать не спешу. Мало ли что в стакане.

– Это вода, – словно прочитав мои мысли, уточняет дракон.

Вздохнув, ставит стакан на деревянное расширение в подлокотнике моего кресла, а сам отходит назад и тяжело опускается на злополучный сундук, в котором меня доставили на корабль. 

– А теперь слушай… Тебе нужно в Академию, так? – Не дождавшись моего ответа, он продолжает: – В Академию Драгонвэла ты вряд ли сможешь добраться. Она находится в глубине материка, и путь туда для одинокой юной девушки небезопасен. 

Продолжаю молчать, с трудом понимая, о чём он говорит. Опасен – не опасен. Для меня сейчас нет ничего опаснее самого дракона. Тут главное – хоть куда-нибудь выбраться с корабля, а там уже решать, куда дальше.

– Наш корабль идёт в Аэртанию. Раз ты училась в магической школе, наверное слышала про летающую Академию Эртариан?

Неуверенно киваю. Кто же не слышал? Но к чему он клонит? Пытаюсь глотнуть пересохшим горлом и закашливаюсь. Очень хочется пить, и я решаюсь протянуть руку к стакану. 

Подношу его к носу и принюхиваюсь. Определять, есть ли в воде снадобье, я не умею, но он-то об этом не знает. Поэтому я исподлобья слежу за лицом дракона, вдруг он себя выдаст.

На лице мужчины появляется оскорблённое выражение.

– Это. Просто. Вода. – Он снова срывается на раздражённый рык. – Ты что, думаешь, я тут зелья держу? И каждый раз жду, что в сундуке мне принесут очередную маленькую девочку?

Содрогаюсь. Однако способность думать полностью не исчезла. Ну да, вряд ли он ожидал моего появления. И я решаюсь сделать глоток, затем второй, третий. Мои зубы выдают дробь по стеклянной стенке стакана.

– Да не трясись ты! – снова начинает дракон.

И на этот раз мне чудится в его голосе толика растерянности.

К счастью, в этот момент дверь открывается, и на пороге появляется Кира. Я смотрю на неё, пытаясь понять, могу ли я ей доверять. Можно ли рассчитывать на спасение? Или она с драконом заодно и ей наплевать на то, что он может со мной сделать?

– Хвала Хаосу! – выдыхает дракон с облегчением. – Кира, Рэй обрисовал тебе картину?

– Насчёт Эртариана? Ну да. Хорошая мысль.

– Вот сама с ней и разговаривай. А моё терпение на исходе. Я на мостик.

И дракон вылетает из каюты, как будто кто-то за ним гонится.

Кира удивлённо смотрит на захлопнувшуюся дверь, а потом переводит взгляд на меня. 

– Что тут случилось? Первый раз вижу Ферона таким… рассказывай.

– Я не могу жить в одной комнате с мужчиной, – выпаливаю я.

– Каюте, – поправляет меня Кира. – Я понимаю, Лита, тебя так воспитывали. И это правильно. Но у нас безвыходная ситуация. Нам надо тебя спрятать. Никто не узнает. Твоя репутация не пострадает. 

– От моей репутации вряд ли что-то останется, когда объявят о моём побеге.

– Ну да, – соглашается Кира. – Правильные девочки не сбегают из дома. Они покорно выходят замуж за стариков, на которых им указали. Но это ведь не наш случай?

– Не наш.

– Так чего же ты тогда боишься? 

Вспоминаю рассеянный взгляд дракона и сказанное словно мимоходом «Как мы будем делить постель?». Я это даже произнести вслух не могу, язык не поворачивается. Щекам становится жарко. Конечно, не обидит. Для дракона это норма.

Упрямо мотаю головой.

– Я не останусь ночью наедине с мужчиной. Здесь всего одна…

Глазами указываю на ложе, на котором вполне могут разместиться трое.

– Н-да, проблема. Но других отдельных помещений на корабле нет, и взять тебя к себе я не могу. Я всё-таки замужем. Рэй не поймёт. Ладно, обсудим за ужином. Понимаешь, в чём дело. На нашем корабле обнаружена ищейка. Это очень редкая штуковина, которой разрешено пользоваться только королевским службам безопасности. Разумеется, не все подчиняются законам. И мы абсолютно уверены, что эта ищейка приобретена преступным способом. Это контрабанда, с которой уже много лет борется Айсгард. И флот каперских судов, которые служат Айсгарду, возглавляет адмирал Дайрини.

В голосе Киры звучит гордость. Наморщив лоб, вспоминаю, что дракон называл Киру Кирианой Дайрини.

– Ваш муж?

Она кивает, и глаза её светятся от счастья. Никакого сомнения в том, что Кириана влюблена в своего мужа. Это замечательно, но что ждёт меня? И я возвращаю её к теме разговора:

– Но как это всё относится ко мне? 

– Контрабандная ищейка? Вариант, кто мог к нам её подослать, один-единственный: лорд Грейвуд не поверил, что тебя здесь нет. Мы засекли ищейку сразу же. Лорд не имеет понятия о маскировке подобных магических артефактов. Сейчас эта пакость ползает по грот-мачте. Для нас не проблема её уничтожить. Но тогда лорд только утвердится в своих подозрениях. А нам очень важно понять, каким образом он заполучил эту штуку, и перекрыть канал контрабанды. 

При этих словах я испытываю лёгкое разочарование, смешанное с обидой. У меня была иллюзия, что они пытаются мне помочь. Но на самом деле они думают только о том, как поймать преступников.

Одёргиваю себя. А мне-то какая разница? Тем более если пойманным преступником окажется лорд Грейвуд. Да я только порадуюсь.

– Поэтому у нас появился некий план, – продолжает Кира, – но до поры до времени тебе лучше не высовывать нос наружу. Ферон мог бы пожить в кубрике. Но команда удивится. Мужчины не меньше, чем мы, девочки, любят посплетничать. А у ищеек очень чуткие уши.

Кира замолкает и задумчиво меня разглядывает.

– Что в тебе такого особенного, что твой бывший жених так за тебя цепляется?  

Меня передёргивает.

– Он мне не жених, – с отвращением говорю я. – Я никогда не соглашалась. Мачеха объявила мне вчера вечером, что сегодня я уже должна войти с ним в храм. И ночью я сбежала.

– Ну и правильно сделала. Тебе учиться надо. Так вот, что касается учёбы: по земле до Драгонвэльской Академии тебе не добраться, а корабли по суше не ходят. Поэтому мы предлагаем тебе отправиться в Эртариан. Слышала о такой Академии?

– Кто же не слышал, – дрогнувшим от волнения голосом отвечаю я. – Летающая Академия Аэртании.

– Верно. Там тебя никто не достанет. Ферон – декан боевого факультета в академии, и он с рук на руки передаст тебя туда, прежде чем отправиться дальше с нами. Но вот ту неделю, пока мы будем в пути до Аэртании, тебе придётся всё-таки пожить здесь. Насчёт кровати подумаем. Может, тебе постелить на сундуке? Ты мелкая – поместишься. Ферону сундук точно не подойдёт.

И Кира фыркает, смешно сморщив нос. А вот мне не до смеха.

– Но он же мужчина.

– Несомненно. 

– И дракон... Я видела, у него зрачки стали вертикальными на мгновение.

– Ты что-то имеешь против драконов? – с интересом спрашивает Кира.

– Они не люди, – срывающимся голосом говорю я. – Даже если внешне похожи на людей. И они привыкли ни в чём себе не отказывать. Драконы до сих пор забирают девушек, которые им понравятся, и обес… обесчещивают их.

У Киры рот открывается от изумления, и глаза становятся большими-пребольшими, а они и так были не маленькими.

Наконец она приходит в себя и разражается искренним хохотом.

– Кто сказал тебе такую чушь?

Я теряюсь, не понимая, в чём я могу быть неправа.

– А разве не так? Они же звери, рептилии. У них нет души.

– Маленькая моя, какая же ты маленькая, – отсмеявшись, говорит Кира. – Сколько тебе лет?

– Восемнадцать, – отвечаю я и обиженно поджимаю губы.

– Ты же училась в магической школе. Неужели вам так рассказывали? Да у вас король – самый сильный Огненный дракон. Замечательный человек, между прочим. 

– А вы его лично знаете?

– Моя сестра за ним замужем. Кстати, она тоже дракон.

Сижу, хлопая глазами.

– А… вы?

– Не испугаешься?

Я уже догадываюсь, что сейчас произойдёт, и отрицательно мотаю головой, мой страх сгорает в огне любопытства. А Кира протягивает перед собой руки, и они прямо на моих глазах начинают покрываться белоснежной чешуёй, а кончики пальцев удлиняются, превращаясь в когти. 

– Я скажу тебе по секрету, – заговорщическим шёпотом сообщает Кира, – что драконы – это обычные люди. Только мы умеем летать. 

Её глаза меняются, зрачки вытягиваются. И я понимаю, что сейчас на меня с любопытством смотрит настоящая драконица. 

Стук в дверь прерывает очарование момента.

Обратное превращение происходит мгновенно.

– Войдите, – кричит Кира, тряхнув копной огненных волос. 

Дверь распахивается, и у меня перехватывает дыхание при виде появившихся на пороге двух мощных широкоплечих фигур. Черноволосый капитан Рэй, в глазах которого прыгают весёлые искорки, и мрачный белокурый Ферон, который бросает на меня короткий недовольный взгляд и тут же отводит глаза. 

– Обед сейчас принесут, – заявляет капитан. – Ты не думаешь, Кира, что её лучше временно спрятать?

Но он даже договорить не успевает, как Кира уже тянет меня за руку в направлении купальни. Я протискиваюсь мимо Ферона, который показательно отодвигается в сторону и даже руки за спину демонстративно убирает. Невольно вдыхаю его запах. А пахнет от дракона умопомрачительно: смолой нагретых на солнце корабельных канатов и заморскими специями. Я порой бегала в лавку торговца специями только для того, чтобы почувствовать запах дальних странствий. Есть в нём что-то заманчивое. 

И теперь я чувствую себя очень неловко. Может, Кира права, и я действительно зря плохо подумала о нём, о Фероне, ну и вообще о драконах? 

Но мачеха столько лет твердила мне, что драконы – зло, что я привыкла к этой мысли. И ведь её мнение было не единственным. Однако других людей я слушала хуже. В магической школе старенький учитель Истории Мира, Верни, рассказывал, что драконы Айсгарда когда-то спасли сначала своё королевство, а затем и все остальные. Мир был заморожен Хаосом до дальних шейханатов.

«Чушь, – по-своему трактовала слова учителя мачеха. – Ваш Верни на окладе у драконов. Что велят, то и говорит. Драконы для того и спасли мир, чтобы управлять людьми. А люди прекрасно жили и во времена Хаоса. При Хаосе не было драконов, и народ Драгонвэла был свободен. А когда король Ингвар и его кровожадные сыновья разбили Хаос на своих землях, то они не остановились и пошли дальше. И тогда пострадал Драгонвэл. А тебе известно, что короля Драгонвэла они скрыли от Хаоса и вырастили у себя? И он целиком и полностью им подчиняется».  

И я слушала, слушала.

А сейчас один из кровожадных драконов морщит нос и отворачивается от меня с оскорблённым видом. И мне почему-то становится обидно. С чего бы?  

Пусть думает обо мне что угодно. Лучше я ошибусь, плохо о нём думая, чем доверюсь тому, кого не знаю.

Мы выходим из купальни, когда стол уже накрыт на троих. Ну это понятно. Меня же здесь нет. 

– Я не буду есть, – заявляет Ферон.

У капитана Рэйгарда вырывается смех, который он пытается скрыть за покашливанием.

– О, не беспокойся, Фер, тебе не придётся умирать от голода из-за собственного благородства. – Кира смешно морщит нос. – Я обо всём позаботилась. 

Она извлекает из своей сумки всё, что положено, для того чтобы накрыть стол для четвёртого человека. 

А я смотрю на расставленные блюда, и желудок скручивается болезненным узлом. Но я не решаюсь первой сесть за стол под взглядами троих драконов, точнее двоих. Ферон на меня не смотрит.

– Ну же, Лита, налетай, – зовёт Кира. – Долго ты просидела в своём сундуке?

– Часа три, – робко отвечаю я. – Или четыре

– А до этого?

– До этого пряталась за тюками. В этой лавке работает моя бывшая няня, но сегодня её там не оказалось.

– И никто тебя не кормил?

Отрицательно мотаю головой. И в этот момент мой живот издаёт громкое урчание. 

Ферон поворачивается, и в его взгляде, брошенном на меня, мелькает что-то, похожее на жалость. 

Я сразу же подбираюсь. Не хочу, чтобы на меня смотрели как на зверушку, которую надо отмыть и покормить.

– Так чего ты ждёшь? – Кира чуть ли не силой усаживает меня за стол. – Ешь. И не стесняйся. Здесь все свои. 

Она снимает клош с самого большого блюда, и аромат специй и жареного мяса затапливает каюту. Кира сама накладывает мне на тарелку восхитительно пахнущие кусочки мяса, тушёные овощи и сдабривает это всё подливкой. 

– А вы чего ждёте? – строго говорит она. – Чтобы девочка подавилась под вашими взглядами?

Не подавлюсь. Потом буду думать о приличиях и правилах поведения за столом. Не сейчас, когда у меня в руке вилка с наколотым на неё кусочком мяса. И когда я успела? Какая разница? Спешу положить его в рот. М-м-м, какая же вкуснотища. Живот снова урчит, и я, почти не жуя, проглатываю первый кусок и сразу же тянусь за вторым. 

Только на третьем или четвёртом я замедляюсь и начинаю по-настоящему наслаждаться. Разбираю нежное мясо языком на волокна. Оно просто тает во рту, облизываю испачканные пряным соусом губы и ловлю взгляд Ферона. На этот раз в нём нет жалости. Дракон смотрит голодно, так, словно я у него отобрала этот кусок мяса. Смутившись, кладу вилку на стол. 

– Спасибо, я наелась.

– Как птичка поклевала, – отзывается Кира, отрезая себе кусочек стейка с золотисто-коричневой корочкой, из которого сочится розовый мясной сок. 

Заметив мой взгляд, она подмигивает.

– Ты же не думала, что драконы питаются сырым мясом?

Её муж давится смешком. 

А Ферон хмурится и неожиданно вступается:

– Хватит вам пугать девчонку.

– Кто пугает? Она уже не боится, правда, Лита?

И она права. Кира ведёт себя так, словно мы с ней давно знакомы. И так мне гораздо проще, как ни странно.

– Не боюсь, – подтверждаю я.

Правда, голос при этом всё ещё подрагивает, но это скорее от волнения. 

– Я вам очень благодарна за то, что вы меня спрятали и не отдали этому мерзкому…

Я содрогаюсь. Мои спасители перестают есть и смотрят на меня с сочувствием. Капитан Рэйгард становится серьёзным.

– Как ты так вляпалась, девочка? – спрашивает он.

– Я потом тебе расскажу, Рэй, её историю, – отвечает вместо меня Кира. – А пока надо решать, что делать. В принципе, я ей обрисовала ситуацию.

– Тебя устроит Академия Эртариан? – задаёт вопрос капитан.

– Я даже мечтать о ней не смела, – честно говорю я. – А меня туда примут?

– Примут, – отвечает Ферон.

Его голос звучит хрипло. 

– Я позабочусь об этом. 

– Спасибо вам всем огромное. – Я стискиваю руки перед собой и чувствую, как на глаза наворачиваются слёзы. – Я бы пропала без вас. 

– Ферона благодари, – говорит капитан, вставая из-за стола. – Его решение. Я зайцев обычно сразу за борт.

Лицо его при этих словах становится строгим, а глаза остаются весёлыми. И он мне подмигивает, отчего я не могу сдержать улыбку.

– Рэй, не говори глупости, – начинает Кира, но тут же замечает мою реакцию. – Фух, а я думала, ты опять сейчас начнёшь пугаться. Рэй любит пошутить, но он добрый. А благодарить тебе, действительно, надо Ферона. Мы привыкли друг другу доверять. Если он сказал, что кого-то надо спасать, мы сначала спасём, а потом уже будем разглядывать, кого именно к нам занесло.

Я перевожу взгляд на белокурого дракона. Он тоже поднялся из-за стола и стоит, привалившись плечом к стене.

– Не за что меня благодарить. – Он хмурится. – Рыжая она, как моя Лия. Хотелось бы мне, чтобы ей тогда кто-нибудь помог и ей не пришлось бы пять лет провести в плену.

Получается, он спас меня в память о… какой-то девушке, такой же рыжей, как и я?

Неожиданно в глубине души я чувствую разочарование. 

С чего бы? Разве меня касается его прошлое?

____________________________
* Настоящая история Драконов Айсгарда рассказана в БЕСПЛАТНОЙ книге на моей странице

Лита

Прежде чем уйти, Кира затрагивает главный вопрос:

– Что решим насчёт размещения? Вам здесь как минимум неделю жить.

– Я могу принять все ночные вахты, а днём отсыпаться, – надменно заявляет дракон, в очередной раз глядя мимо меня.

– Целую неделю или даже две, если не повезёт с погодой? – Кира качает головой.

– Мне достаточно сундука, – решаюсь я и почти неслышно добавляю: – И я прошу прощения за истерику.

– Оу, – не выдерживает капитан. – Уже до истерики дошло? Это почти по-семейному.

– Рэй, – рявкает Кира. – Вечно ты…

– Порчу лирические моменты? Что поделать… воспитание подводит. Идём уж, жена.

– Не сердись на неё, Фер. – Кира поворачивается, стоя в дверях. – Ей нарг знает чего наговорили о драконах.

В следующий момент ручища капитана перехватывает её за талию и утаскивает в полутьму коридора. Дверь захлопывается.

Ферон впервые с начала обеда удостаивает меня взглядом. И я зябну. В синих глазах отстранённость и лёд.

– Ладно, – говорит он холодно. – Я всё понял. Располагайся.

Сам он отходит к настенному шкафу, достаёт с полки толстую книгу и усаживается в кресло. Через мгновение дракон погружается в чтение и вообще держит себя так, словно меня здесь нет.

Понял он. Как в нём это сочетается? Бросился спасать незнакомую девушку, а теперь смотрит как на пустое место. Хотя чего я хотела? Перевожу взгляд на его руки, ищу след, оставленный моими зубами. Цапнула-то я его от души. Но кожа чистая. Бездна, я и забыла, что у драконов почти мгновенная регенерация.

Мачеха когда-то обмолвилась, что вред им можно нанести только специальными артефактами. Интересно, кому нужно было изобретать такие артефакты? Ведь миром правят драконы. Не хотят же они вреда самим себе?

Ферон перелистывает страницу, и мой взгляд залипает на длинных красивых пальцах, которыми он задумчиво поглаживает краешек обложки. Мелькает мысль, что они могут быть и нежными, только не тогда, когда он хватает испуганную девушку за запястья. Так и синяки можно оставить.

Но это я, пожалуй, сейчас придумываю. Держал он меня крепко, но бережно. Растираю свои запястья и убеждаюсь, что неприятных ощущений не осталось.

Очень правильный дракон. Со всех сторон идеальный. И спас, и защитил, и не обидел, и не разгневался из-за укуса.

И всё-таки что-то меня в нём раздражает. Перевожу взгляд на лицо дракона: длинные белые волосы, отброшенные назад, прямой нос, высокие чётко очерченные скулы. Очень красивый и высокомерный, наверняка самовлюблённый с такой-то внешностью. Вот только все его черты словно из мрамора высечены, как будто неживые.

Дракон поднимает глаза, и меня бросает в жар.

– Долго ты собираешься меня разглядывать? Так понравился?

– Нет, – отвечаю я, прежде чем включается способность думать.

Бровь дракона насмешливо изгибается. Он аккуратно закрывает книгу и кладёт её на стол.

– Не в твоём вкусе, значит?

Я хмыкаю.

– Не в этом дело. Вы… ненастоящий.

Вот тут уже обе брови дракона взлетают на лоб. Кажется, я ляпнула что-то не то. И я спешу исправиться, но, по-моему, говорю ещё большую глупость:

– На скульптуру похожи, а не на живого человека.

– Ты всегда говоришь то, что думаешь? – В глазах дракона появляется заинтересованность.

Я опускаю глаза.

– Извините, я не это хотела сказать. Случайно вырвалось. Я чаще молчу.

– Значит, это мне так повезло, что ты разговорилась?

Судя по голосу, я его забавляю. Вот надо было мне его разглядывать и лезть со своим бесценным мнением. В моей ситуации надо сидеть тише мыши. А сейчас не знаю, куда деться от неловкости. Выручает сам дракон. Он переводит разговор на другую тему:

– Что тебе нужно для обустройства? Старпом в курсе твоего присутствия, он принесёт подушку, одеяло и что там ещё тебе понадобится. Ты точно поместишься на сундуке?

– Да, конечно, – спешу ответить я.

В постель рядом с мужчиной я точно не лягу. А сундук широкий, к тому же я люблю спать, свернувшись калачиком.

– Дело твоё. Что ещё?

– Мне… не во что переодеться.

В синих глазах мне мерещится выражение «Не проще было бы сразу за борт?»

Ферон проходится взглядом по мне сверху донизу и обратно, задержавшись на груди. На миг его зрачки снова становятся вертикальными, а кадык дёргается.

Он резко поднимается.

– Пойду скажу Кире, она подберёт что-нибудь, – говорит он чуть охрипшим голосом и выходит из каюты.

Через полчаса в каюте появляется Кира с ворохом одежды, а вслед за ней огромный мужчина, который тащит внушительный короб.

– Ставь сюда, Дарк, – командует Кира.

Мужчина опускает свою ношу на пол.

– Если что-то ещё… говорите, – басит мужчина.

И я узнаю тот голос, который спрашивал из-за двери: «У нас проблемы, магистр?».

– Сам сделаю, раз уж тут такая секретность. 

Видимо, это и есть старпом. Он окидывает меня внимательным взглядом.

– Как там ищейка? – спрашивает Кира.

– Сидит на грот-мачте, шевельнуться боится, – ухмыляется Дарк. – Его Шипчик охраняет. Ходит кругами, не даёт перебраться на другие мачты.

Дарк уходит, а Кира раскладывает на постели принесённые вещи.

– Извини, я должна была сама подумать. Ты бежала в чём была?

– Не совсем, – вздыхаю я. – У меня была с собой котомка с двумя платьями и бельём и плащ тёплый, но лёгкий. А стража в лавке появилась так неожиданно, что я прыгнула в первый попавшийся сундук, забыв о вещах. После уже шанса не было. Хотя я и не вспоминала о них, если честно. Зарылась поглубже в ткани и больше всего боялась, что крышку кто-нибудь откроет.

– Как же ты так побежала прятаться туда, где начнут искать в первую очередь?

– У няни сын-фермер, он часто в порт за товарами приезжает. Я надеялась, что он меня из города вывезет. А больше некуда было бежать. Няней я её по привычке называю, а так Рина у нас в доме и кухаркой была, и швеёй. Но госпоже Аристе не нравилось, что Рина мне, как она говорила, «потакает», и после смерти отца она её сразу же уволила. С тех пор пять лет прошло. Я надеялась, что она уже забыла про Рину, я если и виделась с ней, то украдкой.

– Понятно. Значит, никого у тебя не осталось. А наследство от отца?

– Дом каменный, две таверны и лавки с заморскими товарами. Только стряпчий лорда Грейвуда приходил и сказал, что всё теперь мачехе принадлежит.

– И ты поверила?

– Нет, конечно. Но что я могла сделать? Да пусть бы всё забирали, только не замуж.

Я содрогаюсь.

– Ладно, не думай об этом. – Кира хмурится. – Я разберусь. Главное – ты сейчас в безопасности.

И мы увлекаемся чисто женским занятием – разбором вещей.

Я выбираю добротное наглухо закрытое платье и закрытую плотную ночную рубашку.

– Я ни то, ни другое ни разу не надевала. – Кира смеётся. – Рэй против.

Она заставляет меня взять и всё остальное, это ещё два платья из дорогой ткани. Я пытаюсь протестовать. Но Кира машет руками.

– Даже не думай отказываться. Тебе в Академии придётся в чём-то ходить. Там, конечно, выдадут униформу, но не будешь же только в ней. И это ещё не всё. У меня есть чудесное бальное платье для какой-нибудь вечеринки. Когда придём на место, отдам.

Помимо платьев, она вручает мне костюм из короткой туники и штанов, а также стопку белья.

– Бельё абсолютно новое. Я на нём помешана. Каждый раз набираю с запасом. Я тебя, наверное, совсем заболтала, но тут на корабле одни мужчины, с ними о женском не поговоришь.

Я невольно улыбаюсь. Кира такая светлая. Мне становится легко на душе.

– Надеюсь, что хоть в этом я тебе пригожусь... поболтать о женском.

– Ну обо всём женском тебе ещё рано знать. – Кира подмигивает. – Маленькая ты ещё.

– Ага, как замуж за старика, так не маленькая.

– Забудь. – Кира становится серьёзной. – И с наследством твоим, и со всем остальным разберёмся. Просто живи и радуйся жизни. Ты выбрала самый удачный сундук. Все твои беды остались позади.

Ох, как хочется в это верить. Но я ведь слышала из купальни последние слова лорда Грейвуда: «Если попытаетесь увезти мою собственность, вы об этом пожалеете».

Да нет, мне нечего бояться. Что может обычный человек сделать против драконов?

Кира вскоре уходит, указав мне на короб, который принёс старпом.

– Разбирай. Тут всё, что нужно для сна.

С этим я справляюсь быстро. Матрас, рассчитанный на большую кровать, сворачиваю вдвое. Так даже мягче будет. Простынь льняная и тоже великовата для моей временной постели. Приходится её сильно подоткнуть. Кладу подушку и одеяло. Роскошно. Моя кровать дома уже, чем этот сундук. Крышка у него плоская, не скачусь.

Постелив постель, перехожу к изучению каюты. Нужно куда-то деть принесённую Кирой одежду. Нехорошо будет, если дракон вернётся, а по его кровати раскиданы женские вещи.

Открываю встроенный в стену шкаф. Он наполовину пуст. Есть несколько вешалок и свободная полка. Развешиваю платья, а бельё кладу в глубь полки, предварительно завернув в ночную рубашку.

Некоторое время стою в задумчивости. Всё равно неловко: откроет дракон шкаф, а тут женское исподнее. Невольно краснею при этой мысли. Подумав, снимаю с вешалки одно из платьев и заворачиваю в него всё нижнее бельё. Так спокойнее.

Теперь вымыться и переодеться.

Я оставила себе только короткую тунику и штаны. Мачеха говорила, что штаны – это мужская одежда и приличные девушки такое не наденут, но Кира была в штанах и уверяла меня, что в них на корабле удобнее всего. Да и что мне теперь мнение мачехи?

К тому же выглядят штаны изящно, не по-мужски. Уверена, что Кира их специально для себя заказывала. На душе теплеет. Как же я ей благодарна. Пора забывать своё прошлое.

Забрав с собой сменную одежду, направляюсь в купальню.

Здесь на полочке стоит всего одна бутыль с чем-то моющим. Осторожно принюхиваюсь. Запах цитрусовый, свежий и не очень яркий. Беру капельку и растираю между пальцами. Мылится отлично. Рискну я и волосы вымыть. Надеюсь, здесь нет ограничений.

У нас в доме тоже был душ со сменным магическим кристаллом. Мачеха его берегла и настраивала на недолгое включение воды. И я привыкла мыться очень быстро. Окатиться водой. Выключить. Намылить тело и быстро смыть. Для того чтобы промыть волосы, этого времени не хватало, и раз в неделю мачеха разрешала мне мыться дольше, чем в остальные дни.

Привычка есть привычка. Моюсь я быстро. Вот только волосы расчесать нечем, и зубной щётки у меня нет. Зубной порошок нахожу тут же. И, тщательно используя единственный доступный инструмент, палец, чищу зубы как могу и чем могу. 

Когда выхожу, каюта по-прежнему пуста. Мокрые волосы холодят через подмокшую тунику, но в каюте тепло, высохнут. Нужно будет завтра попросить у Киры хоть какую-нибудь расчёску и щётку. 

Делать больше нечего, и я сажусь на краешек сундука, пытаясь осознать всё, что со мной произошло меньше чем за сутки.

Ещё вчера утром жизнь казалась мне спокойной и однообразной. Прибраться, приготовить обед. Готовить я умела с детства. Помогала Рине на кухне. И, после того как мачеха её уволила, она решила сэкономить на кухарке, приставив меня к плите. Так что работы мне дома хватало. Отпускала меня мачеха только в школу. И это тем удивительнее, что обо всех проявлениях магии она говорила с ненавистью.

Мне же занятия магией давали надежду на будущее. Я мечтала о поступлении в Академию и о переменах в жизни. Работники с даром везде востребованы. После Академии я подумывала о том, чтобы остаться в столице и устроиться в какую-нибудь таверну кухаркой. А может, для девушки с магией нашлось бы и более подходящее занятие. Не знаю какое. Если честно, работа на кухне меня всегда устраивала. Я люблю готовить.

И все эти мои мечты чуть не развеялись в один миг. Кто же знал, что планы на меня были совершенно иными.

Лорд Грейвуд и раньше захаживал к мачехе. Мне во время его визитов было велено подавать на стол, а затем убираться к себе. Случайно подслушанный вчера вечером разговор мачехи и лорда Грейвуда прояснил для меня многое: и почему мне разрешено было развивать магию, и какое будущее меня ждёт.

А ещё... я поняла цель визитов лорда. Изначально это была не я. И вчера вечером мачеха устроила лорду сцену ревности. Лорд не стал терпеть. До меня донеслись хлёсткие удары, похожие на пощёчины, и сдавленные рыдания мачехи.

– Не думала же ты, Ариста, что я женюсь на тебе? К тому же ничего не меняется. Как приходил, так и приходить буду. Падчерица твоя мне нужна совсем для другого.

Вот тут я и навострила уши, а после того как лорд ушёл, дождалась первых рассветных лучей и сбежала.

Ложусь на сундук прямо как есть, в одежде. Ткань штанов и туники очень мягкая и приятная на ощупь. Пожалуй, можно будет в этом и спать. Прекрасная домашняя одежда. Не рискну я переодеваться при драконе в ночную рубашку. Зеваю и закутываюсь в одеяло. Просто полежу. Корабль мерно покачивается на волнах, и я уплываю в сон.

Просыпаюсь я от запаха еды. Вот только приятных ощущений это не вызывает. За время моего сна волнение на море усилилось. И… кажется, я слишком много съела за обедом. Меня мутит.

Принимаю сидячее положение и пытаюсь продышаться.

Хозяин каюты сидит в том же кресле, но не читает, а откинулся на спинку и прикрыл глаза. Только сейчас мне не до разглядываний. Сползаю с сундука и устремляюсь в сторону купальни. Не хватало ещё, чтобы меня стошнило прямо тут. Тогда точно останется один путь – за борт. Мимо стола, заставленного блюдами с сильно пахнущей едой, проскакиваю, задержав дыхание.

А вот мимо дракона пройти не удаётся. Он открывает глаза и непостижимым образом сразу понимает, что со мной.

– Укачало?

Киваю. И делаю ещё шаг в направлении своей цели. Но дракон подаётся вперёд.

– Если не будешь брыкаться, я тебя подлечу.

Видимо, мою растерянность он воспринимает как согласие, потому как, сграбастав меня своими лапищами, усаживает впереди себя в кресло, между своими раздвинутыми ногами, и кладёт одну руку мне на солнечное сплетение, а вторую – на затылок.

Поток прохладного воздуха обволакивает мой желудок. И мне моментально становится легче. Я даже способна теперь думать о том, что сижу в объятиях мужчины и что это ужасно неприлично.

Меня окутывают ароматы смолы и заморских специй. Сейчас я даже могу различить в них отдельные нотки. Всё-таки в специях я за время, проведённое на кухне, научилась неплохо разбираться.

Но не до этого. Ситуация по-прежнему меня смущает. И я пытаюсь осторожненько выбраться из целительных драконьих объятий.

– Спасибо, мне уже…

– Сиди, я снял только первый спазм.

Голос Ферона звучит отстранённо. И мне становится стыдно. Неприличные мысли, похоже, только у меня в голове. Но уж во вторую истерику я не сорвусь. Надо потерпеть. Не будет же он меня всю ночь лечить.

Рука Ферона соскальзывает с затылка на лоб. Моя попытка сохранить спину прямой обречена на неудачу.

– Откинься на меня, – командует дракон всё таким же безразличным тоном.

Он легонько нажимает на мою голову, притягивая её к себе.

Теперь между моей спиной и драконом не остаётся никакого расстояния. Затылком ощущаю твёрдость грудных мышц. Волосы на голове раздуваются горячим дыханием. И я таю.

Внизу живота словно растопленный мёд разливается. Ощущение тягучее и сладкое. А по спине табуном скачут мурашки.

Мучительное чувство, когда боишься лишний раз вдохнуть или выдохнуть, чтобы нечаянно не выдать себя стоном. Да что со мной происходит?

Неожиданно Ферон шумно втягивает в себя воздух, и я вздрагиваю.

– Ваниль, – говорит он словно бы сам с собой. – От тебя пахнет ванилью.

Ничего не понимаю. Какая ваниль?

– Это плохо? – испуганно спрашиваю я.

– Это отвлекает, – раздражённо отвечает дракон и опять замолкает.

Снова чувствую прохладные потоки воздуха, струящиеся внутри моего тела. Это длится некоторое время. А потом все неприятные ощущения как будто завязываются в один узел, и всё резко останавливается.

Прямо передо мной, в воздухе, закручивается небольшой смерч, вытягивающий из меня этот самый тяжёлый комок. Ферон эффектно щёлкает пальцами, и смерч рассеивается.

– Всё, – заявляет дракон.

Одним движением он ставит меня на ноги. 

Ещё мгновение придерживает меня за талию, проверяя устойчивость, а затем резко отдёргивает руки, словно обжёгшись.

– Постепенно привыкнешь. Но есть я, пожалуй, тебе вечером не советую.

– Спасибо, – смущённо говорю я.

Ферон кивает с равнодушным видом и снова берётся за книгу. И я, бросив ещё один взгляд на застывшего, словно истукан, дракона, проскальзываю в купальню.

В принципе мне уже ничего здесь не нужно. Чувствую я себя великолепно. Только холодность дракона почему-то бесит. Это чувство, конечно, смешивается с благодарностью, но всё же…

Стоп, Ли! Не этого ли ты хотела? Чем тебе не нравится холодность дракона?

Лучше было бы, чтобы он поедал тебя глазами и пытался зажать, как твой вечный вражина Дег в магической школе?

Пытаюсь представить Ферона на месте Дега. Вот только чувства отвращения почему-то не возникает. А, напротив, тянущее ощущение внутри живота усиливается.

И до меня доходит простая мысль, которая заставляет ахнуть.

Ферон же почувствовал своими целительскими способностями, что меня укачало. Что если сейчас он точно так же улавливает мои ощущения и понимает, как я на него реагирую?

Если можно было покраснеть ещё больше, то я покраснела.

Проклятье! Надо это как-то перетерпеть. Неделя пути, и потом я его больше не увижу. Но целая неделя!

Кое-как охладив водой горящее лицо, я возвращаюсь в каюту и, старясь не смотреть в сторону Ферона, продолжающего спокойно читать, забираюсь на свой сундук, накрываюсь с головой одеялом.

Просыпаюсь я от толчка чудовищной силы. Мир переворачивается, и я куда-то лечу.

Где я? Что происходит? В голове ни одной мысли, но тело пытается сгруппироваться в ожидании удара и даже формирует слабенький щит.

Однако моя защита моментально сминается чем-то более мощным. Огненный щит на миг вспыхивает и гаснет.

– Гаргулья ж задница, – рычит незнакомый голос.

И уже знакомый аромат специй переплетается с запахом чего-то палёного.

Соображаю спросонок туго, но всё-таки доходит, что я в руках Ферона, поймавшего меня в полёте.

Новый толчок.

– Мы тонем? – вырывается у меня.

Я изо всех сил вцепляюсь руками в рубашку на груди дракона. Ткань трещит и рвётся.

– Нет, – рявкает дракон. – Скорее ты сожжёшь корабль, чем мы утонем.

Одним движением он перекладывает меня на постель, отцепляет от себя мои судорожно сжавшиеся пальцы и бросает сверху тяжёлое одеяло.

– Просто лежи здесь и не вздумай снова использовать магию.

Только сейчас я замечаю чёрные пятна на белоснежной рубашке дракона. Внутри меня лёгкая пустота. Так всегда бывает после работы с магией огня. Я что, выставила огненный щит?

И, видимо, в тот момент, когда Ферон меня поймал. Упс!

– Простите, я нечаянно, – жалобно говорю я.

Новый толчок заставляет корабль накрениться. Я взвизгиваю, чудом не прикусив язык, и Ферон успевает прижать меня своей ручищей к постели, не позволив скатиться. Хорошо, что между его ладонью и мной толстое одеяло, потому что лапа его упирается прямо в мою грудь. Надеюсь, он этого не понял.

– Я нужен наверху, – отрывисто бросает он, отдёргивая руку, когда корабль выравнивается. – Постарайся тут не убиться. Держись за что-нибудь. Все предметы, кроме тебя, закреплены.

«Я не предмет!» – хочу возмутиться я.

Но новый удар волны заставляет меня плотно стиснуть челюсти. Язык – он, может быть, и враг мой, но лучше его поберечь.

Красиво-очерченные губы дракона изгибаются в надменной улыбке, как будто он понял причину моего вежливого молчания.

– Не бойся, не утонем, – добавляет он снисходительно.

И, дождавшись моего кивка, Ферон, балансируя на ходу с завидной лёгкостью, покидает каюту.

Радуюсь мельком, что легла спать в штанах и тунике. Нехорошо бы получилось, влети я в объятия дракона полуголая. Корабль снова накреняется, и я сползаю к краю постели. У меня получается перебраться в кресло и вцепиться руками в подлокотники. Кажется, так надёжнее. Предмет я для него, видите ли... незакреплённый. Но сердиться долго не получается, всё внимание теперь уходит на то, чтобы вовремя напрячь мышцы и не вылететь из кресла. Я даже бояться не успеваю. А может, просто поверила в его уверенное «Не бойся, не утонем»?

Не знаю, сколько времени проходит, пока мне не начинает казаться, что шторм снаружи стихает. И в голове теперь находится место для покаянных мыслей о том, что у Ферона от меня, пожалуй, одни убытки. Сначала укусила, теперь рубашку сожгла и, кажется, ещё и порвала.

Никогда вроде я не была такой проблемной. Впрочем, и из дома я раньше не сбегала.

Отметив, что больше не взлетаю над креслом при каждом ударе волны, я рискую переползти на кровать. Может, стоит добраться до своего сундука? Но сил после борьбы со стихией совсем не осталось. Мышцы за несколько часов поработали так, как не наработали за всю мою жизнь. И глаза слипаются. Всё-таки вторая ночь без нормального сна.

Вряд ли дракон вернётся так быстро… Я немного полежу.

Заворачиваюсь в одеяло и отключаюсь.

Просыпаюсь оттого, что кровать рядом со мной прогибается под тяжестью мужского тела.

Лита

Внутри меня всё сжимается. Кажется, я и дышать перестаю от ужаса. Ещё вчера я отбивалась от этого мужчины, а сегодня преспокойненько лежу в его постели. 

Что он подумает? Что я лгунья и лицемерка? 

Пытаюсь унять волну дрожи.

Дракон, конечно, сам меня вчера сюда переложил, когда я слетела с сундука во время шторма. Я бы там не удержалась. Но я должна была перебраться к себе, пока его ещё не было. А теперь он решит, что я специально осталась. 

Мысли хаотично мечутся в голове. Как поступить? Сразу бежать или продолжать делать вид, что сплю? Дождаться, пока дракон уснёт, а уже потом выбираться из щекотливой ситуации?

Мужчина вроде не шевелится. Лёг и затих. Ко мне не придвигается. Но он всё равно близко. Очень близко. Вдыхаю ставший уже знакомым запах специй. 

В животе начинает потягивать. Это, конечно же, от голода. Я вчера так и не поела вечером.

Осторожно приоткрываю глаза. Прямо передо мной лицо Ферона, его профиль, словно высеченный из камня. Разглядываю его сквозь полуопущенные ресницы.

Очень красивый. Сердце начинает биться чаще. Это явно от страха. 

Чувствую себя на краю опасной пропасти, когда одновременно хочется пуститься наутёк и в то же время рука сама тянется коснуться чётко очерченных скул, провести по прямой линии носа. 

Что за мысли? Он, конечно же, похож на статую, но не настолько. 

Дракон лежит на спине и вроде как спит. Дышит ровно. Неужели успел уснуть за эту пару минут? Пора начинать отползать.

И тут я сталкиваюсь с неожиданным препятствием: я настолько тщательно ночью замоталась в одеяло, что теперь из этого кокона так просто не выбраться. Тем более что один край где-то там, внутри упаковки, а второй прижат спящим Фероном. Тут либо, подпрыгивая и извиваясь, словно червяк, попытаться раскрутить свою половинку, либо вытягивать второй край из-под дракона, рискуя его потревожить. 

– Гаргулья задница, – вырывается у меня.

Хорошо ещё, что шёпотом.

Бросаю испуганный взгляд на лицо мужчины. Мне кажется или уголок его губ дрогнул в полуулыбке? 

Замираю. Нет, померещилось. Всё тихо. Только моё сердце по-прежнему колотится как сумасшедшее. Даже странно, что его слышу только я.

Выжидаю несколько долгих минут. С каждой из них паника нарастает. Кажется, чем дольше я лежу в одной постели с мужчиной, тем вся ситуация становится как будто… как будто я её приняла.

Надо выбираться.

Одно осторожное движение, другое. Извиваясь, ползу вверх. Вроде получается. В сторону Ферона не смотрю, стараясь сосредоточиться на мерном раскачивании корабля и подстроиться под движение волн.

Свобода уже близко, и в этот момент что-то неуловимо меняется. Бросаю взгляд на Ферона и встречаю ответный… тот самый с вертикальными зрачками. Но, что самое страшное, кожа мужчины стремительно покрывается матовой белой чешуёй.

Проклятье! Я делаю рывок, пытаясь высвободить запутавшиеся в одеяле ноги, но взлетевшая рука, или, скорее, лапа в белой броне и с чудовищно длинными когтями, прижимает меня к постели. А затем, не обращая внимая на полузадушенный писк, подгребает к боку. 

«Спи, – раздаётся у меня прямо в голове незнакомый голос, – не ёр-рзай».

Хищный вдох, вбирающий в себя мой запах… и тишина. 

Я снова в коконе, только не в одеяле, а в двух когтистых лапищах. Как-то сразу становится понятно, что зверь не человек и с ним не договоришься. Есть меня жуткий ящер вроде не собирается, но и отпускать тоже. А с дикими животными лучше не делать резких движений.

Корабль продолжает, мерно покачиваясь на волнах, плыть вперёд. В каюте становится всё светлее. А я лежу, уткнувшись носом в покрытую чешуёй грудь полудракона-получеловека, слушаю размеренное биение его сердца и чувствую себя... очень непонятно. Ничего плохого со мной не происходит, и я, как ни странно, расслабляюсь. Мне становится тепло.

– И после этого ты будешь уверять, что это я тебя затащил в постель? 

Насмешливый низкий голос вибрацией отдаётся в моей голове.

Вздрогнув, я просыпаюсь. Оказывается, во сне я почти заползла сверху на дракона, который теперь трансформировался обратно в человеческий вид. Руки Ферона демонстративно закинуты за голову. И весь вид свидетельствует о том, что он меня этими руками не трогал и не собирается. 

Бездна! Вскрикиваю и скатываюсь с мужского тела.

– Опять нечаянно? – усмехается Ферон.

И выражение лица у него сейчас не каменно-холодное, а насмешливо-высокомерное. Вот уж не знаю, что лучше. 

Драконы привыкли к женскому вниманию. Ещё в подростковом возрасте я наслушалась в школе болтовни подруг о том, что, хоть тушкой, хоть чучелом, лишь бы к дракону под крыло. Они и богатые, и красивые, и с мужской стороны у них всё нормально. Только вот я это проверять не собираюсь и в тех разговорах, хоть не могла их не слышать, старалась не участвовать. 

И вот сейчас я выгляжу так же, как эти согласные на всё девушки. Ну да, побрыкалась в самом начале, чтобы интерес к себе привлечь, и сама на него полезла. Стыдобище!

– Да как вы… с вашей рептилией смеете. 

– М? 

– Я пыталась выбраться, но ваш дракон... 

– Мой дракон сидит смирно, и, поверь, он ничего без моего ведома не делает. Так что не сочиняй. Ладно, будем считать, что тебе во сне приснился твой любимый парень, и ты перепутала.

– У меня нет любимого парня.

– М-да? Но и на моё внимание рассчитывать не стоит. Меня юные девицы не интересуют. Не люблю ломать чужие судьбы. Встретишь ещё своё счастье.

Смотрю на этого чешуйчатого широко раскрытыми глазами. И внутри разгорается ярость.

– То есть? Вы считаете себя настолько неотразимым? – выдыхаю я, не обращая внимания на замерцавшие вокруг огненные мушки. – Да окажись я с вами даже на одном необитаемом острове…

– Спокойно, – рявкает Ферон, буквально подлетая на кровати, сгребает меня теперь уже человеческими ручищами и вжимает спиной в своё тело. 

Охлаждающий поток врывается в моё солнечное сплетение.

– Ты в своём уме? – рычит он над моей головой. – Корабль сожжёшь и людей погубишь. С чего ты так разбушевалась?

– А ты… а вы…

Стук в дверь играет роль ледяного душа, и, похоже, для нас обоих. 

– Успокоилась? – шёпотом спрашивает Ферон.

– Да, – зло, но столь же тихо отвечаю я.

Руки мужчины разжимаются. Одним прыжком я слетаю с постели дракона, одарив его напоследок яростным взглядом, и забираюсь на свой ставший уже родным сундук. 

– Войдите, – хрипло говорит Ферон. 

В дверях появляется огненная голова Киры.

– Ну как вы тут? Лита нормально перенесла качку?

Кира замолкает и переводит взгляд с растрёпанного Ферона на меня. 

– У вас тут всё в порядке? – с подозрением интересуется она.

«Гадостей наговорил, а так в порядке», – думаю я, но вслух говорю другое:

– Укачало с непривычки.

– И как ты справилась? 

Бросаю косой взгляд на Ферона, который, хмыкнув, тут же скрывается в купальне. И я выдыхаю с облегчением. При нём мне почему-то сложно говорить даже о простых вещах.

Впрочем, кое о чём и без него нелегко.

– Меня подлечили, – уклончиво отвечаю я, отгоняя воспоминания о целебных объятиях. – Но ужинать я не рискнула. 

– И, наверное, голодная сейчас?

Киваю.

– Очень.

– Тогда идём завтракать, – весело говорит Кира.

– Куда? – Я смотрю на неё расширенными глазами.

– В кают-компанию. 

– А как же секретность? – с удивлением спрашиваю я.

– Нет в ней больше смысла. Ты свободна. Можешь выходить на палубу.

Ничего не понимаю. 

– Но что произошло?

Кира фыркает от смеха.

– Не уследили мы вчера за Шипчиком. Нервы у него не выдержали, и, пока мужчины разбирались со штормом, он прихлопнул ищейку.

– А кто это, Шипчик? 

Вроде вчера это имя уже звучало, но мельком, и мне не до вопросов было.

– Наш корабельный питомец, – объясняет Кира. – Котоёж. Видела когда-нибудь?

Мотаю головой.

– Только на картинках. 

– О! Я тебя познакомлю, – улыбается Кира. – Он лапочка. Но очень грозен, когда дело касается мышей, крыс или, как в нашем случае, ищеек. Я бы посмотрела на физиономию лорда, когда артефакт передал ему последнюю картинку: клыки нашего малыша.

Кира хихикает, как девчонка, и я невольно улыбаюсь. 

– Ну что, идём?

– Мне, наверное, переодеться надо и умыться? 

Демонстрирую свой помятый наряд и поспешно объясняю, чтобы Кира ничего плохого не подумала: 

– Я спала в этом. И расчесаться нечем. 

– Вот я растяпа. Даже не подумала. Говори бегом, что ещё нужно, я принесу.

– Только расчёску и зубную щётку.

Кира уже собирается выйти, когда замечает свисающую с подлокотника кресла рубашку дракона. Глаза её расширяются.

Бездна! Это же та самая рубашка, которую я прожгла.

– Я упала в самом начале шторма, – спешу объяснить я, чувствуя, что краснею. – И во сне с перепугу поставила огненный щит. 

Кира хмыкает.

– Поня-а-тно, в общем, Ферону скучно не было. А вообще я рада, что тебя к нам занесло. Может быть, хоть ты этого истукана расшевелишь. Ладно, ладно, не смущайся.

Не думала, что буду рада появлению дракона. При нём Кира снова переходит на тему котоёжика и завтрака в кают-компании.

– Я всё принесу, – бросает она мне, направляясь к двери вслед за Фероном. – Выбери пока платье. Лучше зелёное.

Дракон галантно пропускает её вперёд, придерживая дверь, и я остаюсь одна. 

Бездельничать я не привыкла, а поэтому за те десять минут, которые Кира отсутствует, успеваю восстановить порядок на сундуке, с которого всё съехало, прибрать постель Ферона и засунуть в шкаф пострадавшую рубашку. Достаю с полки зелёное платье. Вчера я его не рассмотрела и именно в него завернула нижнее бельё. Ткань, правда, не помялась, но… да я ни за что не надену платье с таким декольте. Возвращаю платье на ту же самую полку, снимаю с вешалки синее, то, которое я выбрала самым первым. Приличное закрытое платье. 

Дверь за спиной открывается, на этот раз без стука.

– Это я, – говорит Кира и восклицает, оглядывая каюту: – Ух ты! Как ты быстро прибралась тут. Оказывается, ты тоже любительница порядка. Всегда завидовала Ферону, какая вокруг него всегда чистота. Книжечка к книжечке. Все вещи на своих местах. Не то что у нас с Рэем.

И мне моментально приходит в голову мысль, как, хоть частично, я могу отплатить за своё спасение.

– Раз уж мне теперь можно отсюда выходить, давай я буду у вас каждый день прибираться? Мне нетрудно, я привычная.

– С ума сошла, – совершенно искренне возмущается Кира. – Ты гостья. Ещё чего придумаешь.

– Незваная… Мне очень хочется…

– … побыстрее умыться и не морить нас обеих голодом, – подсказывает Кира. – А свою замечательную мысль, как отблагодарить нас за всё, можешь отправить в гаргулью задницу. 

Вид у неё настолько категоричный, что я понимаю: спорить бесполезно. 

Значит, придётся ограничиться каютой Ферона. Или нет?

Останавливаюсь на пороге купальни.

– Кира, а мне всё ещё обязательно тут жить? Я согласна на любую комнатушку.

– Увы, – разводит руками Кира.

Умываюсь я как всегда быстро, даже быстрее, чем обычно. Нехорошо заставлять княжну ждать. Хотя, надо сказать, Кира ведёт себя так просто, что я об этом редко вспоминаю. Волосы заплетаю в простую косу. В сочетании с синим платьем у меня будет вполне достойный вид. Надеюсь, Кира не будет настаивать, чтобы я надела то зелёное. Тогда Ферон точно решит, что я все силы бросила на его соблазнение.

Но Кира при виде меня только машет рукой.

– А зря, в зелёном ты была бы сногсшибательна. Но тебе и это идёт.

Вот даже не сомневаюсь. Только лучше я никого с ног сшибать не буду.

На палубу мы выходим вместе, и я зажмуриваюсь от яркого солнца. Поэтому не сразу получается разглядеть, есть ли кто ещё поблизости. 

– Красиво, да? 

Киваю, с восторгом вдыхая морской воздух. Глаза постепенно привыкают, но я всё равно щурюсь из-за ярких бликов, которые отражает поверхность моря.

– Я думал, у меня в глазах двоится, – раздаётся рядом знакомый бас. 

И я узнаю старпома Дарка. 

– Стол накрыт, княжна, вас ждут. 

– Пошли? 

Немного замешкавшись, я отстаю от неё на несколько шагов и успеваю услышать негромко сказанное.

– А это что за красотка, Дарк? 

– Не твоё дело, – сердито отвечает кому-то Дарк.

– Да ладно, понял я. Айрэнд себе подружку с берега прихватил.

– Не хочешь охладиться за бортом? – рычит старпом.

А я спешу ускориться, чтобы больше ничего не услышать. Щёки горят от стыда. Вот оно то, чего я боялась. Моряки народ не молчаливый, я всё-таки в портовом городе живу, то есть жила. Каких только сплетен и слухов не приходило на берег с каждым кораблём. Теперь всё побережье будет знать, что дракон подцепил себе в Эворе девушку для развлечений.

И пусть я туда больше никогда не вернусь, но мир, в котором я провела свои детство и юность состоит не только из мачехи и лорда Грейвуда. И мне не хотелось бы…

Я едва не спотыкаюсь о кинувшееся мне прямо под ноги, а затем взлетевшее на перила существо.

– Стой, Шип, стой! – кричит обернувшаяся Кира. 

Рядом со мной на перилах борта опасно балансирует, рискуя рухнуть в воду котоёж, почти легендарное существо, которое водится, кажется, только на Авейре.

Сейчас котоёж, встав на задние лапы, подобно канатоходцу, передними пытается ухватить огромную птицу странного вида. 

– Шип! – рявкает за моей спиной Дарк. 

Я даже приседаю от грозного басистого рыка. Котоёж тоже реагирует. Он эффектным прыжком слетает на палубу, позабыв о птице, и исчезает среди свёрнутых канатов.

– Вот гадёныш, – ругается Дарк.

Но в его грубом голосе звучит скорее нежность, чем угроза. 

– Чуть не перехватил вестника. Это же вроде фамильяр Рона? Нет?

Вестника? Птица опускается на перила, и я могу её разглядеть. Прежде всего убеждаюсь, что это вовсе не огромная птица, а скорее небольшой дракончик. 

Зверёк открывает пасть и издаёт урчание. Он что-то говорит, но мне, разумеется, не понять. Я читала о таких вестниках. Они говорят на драконьем языке, и понимают их, естественно, только драконы.

– Иди ко мне. 

Кира протягивает руку, и дракончик перепархивает к ней на предплечье. 

– Я тебя отнесу к нему. Идём скорее, Лита. Это фамильяр ректора твоей будущей Академии. И, если он его прислал в такую даль, значит Фер ему нужен позарез. 

В кают-компании только капитан и Ферон. Длинный стол рассчитан человек на десять, но накрыт на четверых. 

Рэйгард, скользнув по мне взглядом, переводит его на Киру и первым замечает сидящего у неё на руке дракончика. Его бровь удивлённо приподнимается.

Зато Ферон, подняв глаза от тарелки, рассматривает меня так, словно впервые видит. 

Ну да, на этот раз я не растрёпой из сундука вывалилась. И платье на мне сидит как влитое. Но только с чего он так уставился? Платье закрытое, а он смотрит так, как будто его на мне и вовсе нет. Оглаживает взглядом бёдра, останавливает взгляд на груди. И я чувствую, как предательски краснеют мои щёки. 

К счастью, Кире надоедает ждать, и она подаёт голос:

– Фер, тут к тебе прилетели.

Дракон наконец-то переводит взгляд на неё, и я выдыхаю. Похоже, я не дышала вовсе, пока он меня разглядывал.

– Арви? – На лице Ферона появляется озадаченное выражение. – Как его вообще занесло в такую даль?

– Тут только если с корабля на корабль, – замечает капитан. – Даже взрослый дракон такое расстояние за один перелёт не одолеет.

– Ар-р-р-р, – изрекает маленький дракончик, перепархивая с руки Киры на спинку кресла, соседнего с Фероном. – Р-р-рав.

Мы с Кирой усаживаемся за стол. Я выбираю место, где на прямой линии между мной и Фероном оказывается глиняный кувшин с каким-то напитком. Глаза б мои не видели этого дракона, а главное, чтобы и он обо мне забыл.

– Ешь, – шёпотом командует Кира. – И не стесняйся.

Постараюсь. Главное, чтобы они все занимались своими делами. И они занимаются. Я быстро пододвигаю поближе к себе тарелку, на которой по меньшей мере пять видов сыра, и прихватываю с большого блюда сочный кусок копчёного мяса. Как же тут всё вкусно. 

Тем временем трое драконов замирают, вслушиваясь в порыкивания маленького вестника. И я, пользуясь тем, что обо мне все забыли, с наслаждением вгрызаюсь в мясо. Всё равно на драконьем я не понимаю. 

Впрочем, слова и не нужны. Чуть качнувшись в сторону, чтобы дотянуться до тарелки с фруктами, вижу, как изменилось выражение лица Ферона. Новостям он явно не рад. С каждой новой руладой, выведенной дракончиком, складка на его лбу становится глубже.

И вовсе он не похож сейчас на статую. На мгновение встречаюсь с ним взглядом и быстро возвращаюсь в укрытие. Вот только оно почти мгновенно разрушается. Капитан Рэйгард, привстав, берёт именно закрывающий меня кувшин и, перегнувшись через стол, наливает ярко-красный напиток своей жене. Затем поворачивается ко мне с вопросительным взглядом. 

Я молча киваю.

Кувшин опускается на стол уже в новом месте, и я оказываюсь прямо напротив Ферона, хаос побери этого дракона. Хотя новости, похоже, настолько важны для него, что обо мне он забыл.

– Ну вот и всё. 

Голос Ферона звучит спокойно и как-то даже равнодушно. 

– Отказать Рону я не могу. Криса на подмену уже не вызвать, у него своя Академия. Так что на полгода как минимум я застрял в Эртариане. 

– Э. – Кира встревоженно смотрит на него. – Ты ведь не собрался жениться на Мила… 

Кира обрывает сама себя, видимо вспомнив о моём присутствии. 

– Я похож на сумасшедшего? – усмехается Ферон. – Скажу Его Величеству всё как есть. Юлить точно не буду.

А я вспоминаю о подслушанном мною разговоре капитана и Фэрона, когда я ещё в сундуке сидела.

Милана – это, кажется, дочь какого-то короля, на которой Ферон вроде как не хочет жениться.

Интересно, почему его хотят заставить? Может обесчестил девушку, а теперь не хочет отвечать?

Мысль неприятная. Не хочется мне думать так плохо о своём спасителе. Он, конечно, и впрямь неотразим, хоть я и кричала ему в лицо обратное, но на подлеца не похож.

За столом воцаряется молчание. Никто не ест. Капитан Рэйгард вертит в пальцах вилку. А у Ферона челюсти плотно сжаты, только желваки ходуном ходят. Я даже жевать временно перестаю. Неудобно, когда у всех тут какие-то проблемы.

– Я тебе давно говорила насчёт договорного… – нарушает тишину Кира.

– А чем бы это помогло? – перебивает её Рэйгард. – Договорной нерушим только тогда, когда у короля нет в этом личного интереса. Отменяют договорные редко, но в этом случае можешь даже не сомневаться, расторгли бы все договорённости в два счёта. Только истинность никто не в состоянии отменить, даже Его Величество. 

Интересно, о чём это они? При чём тут какие-то договоры? И какое отношение к этому имеет истинность?

– Пустые разговоры, – отмахивается Ферон. – Истинности по заказу не бывает.

– Уверен? – Кира сощуривается. – Забыл историю Анкилайда?

– Да-а-а, глупо было рассчитывать, что дракон не разберётся с ложной истинностью. – Рэйгард со смешком откидывается в кресле.

– А если бы дракон согласился? – вдруг говорит Кира. – Нет, я не про тот случай, когда пытались подобраться к Анкилайду, я про наш. 

– Поясни.

Мужчины подаются вперёд.

– Анкилайда пытались обмануть, так ведь? А теперь представьте: что если кому-то потребуется сымитировать истинность и он сделает то же самое? Использует такой же артефакт, но с согласия собственного дракона? Даже храм не отличит подделку, если, конечно, это обычный храм. С Храмом Истинных пар такой фокус не пройдёт. Но разве мы говорим о настоящем браке?

– К чему ты клонишь? – спрашивает капитан.

– А ты не понимаешь? – с заговорщическим видом улыбается Кира. – Мы ведь не все ещё контрабандные артефакты сдали в казну?

Я едва не давлюсь кусочком мяса от неожиданности. Это они что сейчас при мне обсуждают? Контрабанду? Мой отец говорил, что все контрабандисты вне закона. А поскольку его товары перевозили на кораблях, он сам лично всегда следил за упаковкой, чтобы никто, не дай Хаос, ничего в его товары не вложил. Контрабанда – прямой путь на виселицу. 

Закашлявшись, я добиваюсь того, что все трое обращают на меня внимание. Кира подскакивает, чтобы хлопнуть меня по спине. Но я останавливаю её жестом. Я уже справилась.

– Можно я пойду и не буду слушать ваши разговоры, – жалобно прошу я. – Я и сейчас ничего не слышала.

– А-ха-ха! – Рэйгард снова откидывается на спинку кресла. – Кира, осторожнее со словами. Девочка приняла нас за контрабандистов.

– В любом случае… – Ферон хмурится. – Кира права, не стоит обсуждать при девушке мои личные дела.

– Не стоит, если только это не тот самый случай, который нам Драконьи боги подкинули, – с загадочным видом произносит Кира.

И все три дракона устремляют свои взгляды на меня.