Формула любви

День у Авдотьи задался с самого утра! Фен сгорел (прощай укладка), на колготках стрелка взмыла ввысь и приказала двадцати итальянским денам топать в мусорное ведро, по дороге на работу нежданная пробка (встретились два одиночества) и, как достойный финал, опоздание на работу.

«Что еще?» — думала она, получив нагоняй от начальника.

— Авдотья, до встречи вечером! — напомнила тетя Оля, заканчивая разговор по телефону.

Поздравление с днем рождения у Авдотьи вышло сумбурным, потому как именинница внезапно позвонила ей сама и деловито напомнила о мероприятии, запланированном на вечер.

Вспомнив о приказавшем долго жить фене, Авдотье захотелось одного: выйти из здания и исчезнуть. Тихо. Безмолвно. И желательно моментально.

Увы. После долгого рабочего дня она отогнала машину к дому, переоделась в самое приличное платье, что висело у нее в шкафу, натянула на ноги последнюю итальянскую «двадцатку» и всунула ноги в туфли, на коробке с которыми шариковой ручкой было написано «парадно-выходные».

У самой двери опомнилась, что хвост на затылке требует сносного макияжа на лице. И справилась с миссией за десять минут, после чего сменила платье на второе приличное из шкафа в виду того, что испачкала воротничок первого тональным кремом.

Из такси перед дорогим рестораном, где собрались родственники и их друзья, Авдотья выходила с гордо поднятой головой. Ну еще бы! На свою зарплату старшего научного сотрудника ей в таких местах можно было побывать только по особому поводу (то есть когда платила не она). День рождения тети Оли был одним из таких поводов (повезло тете с мужем — банкиром, хотя Авдотья знала, что брак был заключен по очень большой любви и дядя Слава добивался своего около двух лет).

Пока тетя Оля утопала в поздравлениях и букетах, которые тут же уносили помощники в красивой униформе, Авдотья издалека кивнула ей и, получив неопределенный жест в ответ, мол, проходи не стесняйся, начала искать взглядом свое имя в плане рассадки гостей. Нашла. Самый дальний столик, место у торца. «Чтобы муж с углом был», — хмыкнула себе под нос Авдотья.

Спустя минут двадцать она все-таки пробралась через толпу важных гостей, поздравила тетю с днем рождения, вручила розы и подарок (шкатулку ручной работы) и с чувством выполненного долга присела за стол.

Слева от нее и прямо напротив оказались какие-то незнакомые люди в дорогих нарядах, которые быстро представились и, кивнув, тут же сделали вид, что Авдотьи не существует. Вечер обещал быть «развеселым».

Она налегла на шампанское, которое услужливый официант постоянно подливал в бокал, и начала наслаждаться салатом от шеф-повара.

«Жизнь «удалась»!» — думала про себя Авдотья, вонзая вилку в хрустящий лист салата. Она, уважаемый (в определенных кругах) специалист, женщина, которая всего добилась сама, пьет шампанское на дне рождения тети в полном одиночестве (при условии, что вокруг нее люди). Хуже всего, что вечер закончится и подвыпившая Авдотья вернется домой, где ее тоже никто не ждет. Вот она — цена полного погружения в работу.

Под общий шум гостей в зал ресторана вошел мужчина в темно-синем костюме-тройке с огромным букетом цветов.

«А вот и опоздавшие на мероприятие подтягиваются», — подумала про себя Авдотья и оценила холеный внешний вид этого представителя противоположного пола.

Гормоны в организме атаковали давно спящие зоны ее головного мозга, и система оповещения о том, что внешне экземпляр для продолжения рода годится, заревела на полную катушку. Авдотья заткнула ее несколькими глотками шампанского и замерла, когда мужчина, проходя мимо, взглянул прямо на нее.

Незнакомец поздравил тетю Олю с днем рождения и подарил ей цветы. Спустя минуту он пересек весь зал и присел на свободный стул в торце дальнего столика рядом с Авдотьей.

Официант тут же убрал карточку с его именем (Авдотья прозевала момент и не успела ее прочесть!) и предложил мужчине напитки.

Она перестала дышать. Рецепторы обоняния и без того напряглись, уловив аромат его парфюма, и быстро оповестили мозг, что «по запаху» кандидат для продолжения рода очень даже подходит.

Сидящие рядом дамы тут же оживились и начали переговариваться с незнакомцем. Хотя, судя по всему, это только Авдотье персонаж с русыми волосами, серыми глазами, волевым подбородком и (о черт!) чувственными губами, был неизвестен.

Авдотья доела салат и делала вид, что ее вообще там нет. Точнее, все вокруг делали вид, что место Авдотьи пустует.

— Что будете на горячее? — вывел из раздумий голос официанта над ухом. — Мясо, рыба…

— Стейк из говядины без крови, — ответила она.

— Гарнир? — уточнил официант.

— Овощи на гриле.

Молодой человек в униформе быстро удалился, а к Авдотье повернулся незнакомец, сидящий в торце стола.

— Не любите сочное мясо? — произнес он, явно обращаясь к ней.

— Не люблю кровь в мясе, — она улыбнулась и отпила из бокала.

— Еремей, — произнес мужчина, салютуя ей стаканом с виски.

— Авдотья, — она махнула бокалом в его сторону.

— Редкое имя в современных реалиях, — заметил новый знакомый.

— О вас могу сказать тоже самое, — она вдохнула поглубже и едва глаза от наслаждения не закрыла.

Все-таки, парфюм у него был божественным. Да и сам он на бога походил. Жаль, что слишком богатый, судя по часам, одежде, обуви, стрижке, холености и умению держаться на публике. Нет, у Авдотьи не было предрассудков, тем более тех, что касались остатков средств на банковском счете. Просто от тети Оли она была наслышана о нравах состоятельных неженатых мужчин, которые меняли женщин, как официанты приборы на столах в фешенебельных ресторанах.

«А кто сказал, что он не женат?» — спросил внутренний голос. «А кто сказал, что не гей?» — вторила она этому голосу.

— Не гей, — очень четко произнес Еремей, и Авдотья подавилась шампанским.

Закашлялась и прижала салфетку к губам. И в зеркало смотреть не требовалось, чтобы понять, насколько ее лицо не отличалось от цвета красного вина в бокалах некоторых присутствующих.

— Все в порядке? — учтиво поинтересовался Еремей.

— В полном, — заморгала Авдотья и запила смущение полусладким с пузырьками.

— Чем планируете заняться после окончания этого замечательного мероприятия? — спросил Еремей.

Авдотья покосилась на него и заморгала. Прямолинейность в людях она ценила, конечно, но с подобного рода непосредственностью встречалась впервые.

— Вернуться домой и лечь спать, — ответила она, останавливая себя, чтобы не выдать встречное «а вы?»

— Скучный план, — он засмеялся, и его красивые глаза сощурились. — Сегодня ночь музеев. Лично я был в музее в последний раз, — он задумался, — лет пять назад, наверное. А вы, Авдотья, когда музей посещали в последний раз?

Она напрягла память.

— Давно, — подытожила не без сожаления.

— Приглашаю вас посетить музей сегодня ночью, — тут же нашелся предприимчивый Еремей.

— Какой именно? — Авдотья хищно улыбнулась, предвкушая, как сейчас отбреет красавчика-ловеласа.

— А в какой вы хотите?

— Я полагала, что вы точно знаете, в какой музей меня приглашаете, — она победоносно хмыкнула.

— С вами не забалуешь, — Еремей достал из кармана телефон и начал искать варианты.

— Не хочу вас расстраивать, но ночь музеев была вчера, — подсказала Авдотья и едва не рассмеялась.

Он понимающе закивал и спрятал телефон в карман.

— Умыли, — согласился разочарованно и выпил.

Авдотье принесли ее мясо, и она, вооружившись приборами, разрезала его. Красноватый сок вытек на тарелку. Еремей, заметив прокол с прожаркой, подозвал официанта.

Авдотья едва не закатила глаза. Сейчас этот щеголь устроит несчастному показательный разнос, дабы продемонстрировать высокий статус и умение решать все проблемы на ходу.

— Извините, — спокойно обратился Еремей к официанту, — не могли бы вы сделать новый стейк без крови?

— Конечно, просим прощения, — тут же стушевался официант и унес блюдо.

— На самом деле приготовить стейк из говядины без крови, не пересушив мясо, очень сложно, — вступился за повара Еремей. — Хотя это и не оправдывает косяка.

— Не вижу в этом ничего ужасного, — призналась Авдотья.  — Я постоянно прошу дожарить мясо.

— Я тоже, — он улыбнулся.

— Не любите стейк с кровью?

— Терпеть не могу.

«Авдотья, не будь дурой, — зашептал внутренний голос. — С мужиком в последний раз ты была так же давно, как и в музее. А тут экземпляр по всем параметрам подходящий! Глаза и обоняние не лгут! Слух подвести может, ум тоже. А природа — она свое дело знает. Будет весело и жарко! Правда, только на одну ночь, но и музеи по ночам открыты всего один день в году. Так что не плошай! Еремей явно заинтересован в «продолжении банкета» у тебя дома. Бери и пользуй по назначению!»

— Вы так на меня смотрите, что я просто не могу не спросить, — тихо произнес Еремей, пожирая ее взглядом серых глаз. — Авдотья, может быть вы согласитесь посетить со мной музей сегодня ночью?

— Тот самый неизвестный музей, который будет закрыт? — она не сводила с него глаз.

— Да, и поскольку мы в него все равно не попадем, придется придумать более интересное занятие, чем посещение выставочной экспозиции.

— Никогда не жаловалась на отсутствие фантазии, — задумчиво произнесла она. — А вы?

Еремей, казалось, на мгновение выпал из реальности. По крайней мере именно в этот момент он пристально смотрел на ее губы.

— Авдотья, вы верите в притяжение с первого взгляда? — выпалил он невпопад.

— Конечно, — искренне ответила она. — Но это всего лишь набор биохимических реакций, которые протекают по собственным законам.

— Думаете, дело только в них? — он прищурился.

— Уверена.

— То есть я вошел в этот зал, бросил на вас мимолетный взгляд и, в итоге, занял место какого-то Эдуарда Петровича за этим столом только из-за того, что сработала химия в моем организме?

Авдотья наклонилась к нему.

— Простите, а где вы должны были сидеть? — уточнила она.

— Нигде, — ответил он. — Я владелец этого ресторана и просто зашел поздравить очень состоятельного клиента лично.

***

— О-ей… — стонала Авдотья, сгибаясь над раковиной в приступе утренней тошноты.

— Все будет хорошо, — успокаивал Еремей, убирая ее волосы с лица и поглаживая спине.

— О чем я думала, когда соглашалась с тобой в музей пойти? — она ополоснула лицо водой.

— О сексе, — он по-хозяйски ущипнул ее за мягкое место. — Хорошем, качественном, незабываемом сексе, благодаря которому ты из моей постели вообще никогда не вылезешь!

— Это угроза? — она покосилась на него.

— Обещание, — он поиграл бровями и показал обручальное кольцо на пальце.

— Еремей Владимирович, вам на работу, случаем, не пора? В одном из ваших ресторанов стейки без крови жарить не умеют, а вы тут… …прохлаждаетесь!

— Авдотья Семеновна, да вы, никак, не с той ноги встали? Опять своих биохимиков-аспирантов гонять будете?

— Мне по статусу положено, — она умыла лицо и разогнулась. — Я же ведущий научный сотрудник!

— Женщина, которая всего добилась сама, — он встал за ее спиной и опустил руки на ее пока плоский живот.

— Совершенно верно! — она вкинула подбородок.

— И сняла с будущего мужа штаны на первом же свидании.

— Он не сопротивлялся и даже активно помогал, — парировала она.

— О, да, — прошептал Еремей ей на ухо и запустил пальцы под резинку ее трусиков. — Как же хорошо, Авдотья Семеновна, что вы не стали противиться очевидной химии, которая возникла между нами, и сразу же приняли верное решение отдаться во власть эндорфина.

— Окситоцина, — уточнила Авдотья, и застонала, тая в его руках.

— Больше не мутит? — спросил Еремей, целуя ее ушком и мягко увлекая за собой.

— Нет, прошло.

— Тогда сегодня вы снова опоздаете на работу, — пообещал Еремей и, подхватив ее на руки, понес назад, в постель.

— Ошибки в пунктуации? Да что б у тебя глаза вылезли, пунктуальный ты наш!  — в сердцах ругалась Влада, изучая возвращенный на доработку отчет.

— Владислава Петровна? — голос начальника заставил ее вздрогнуть и обернуться.

Язык к небу прилип и по спине распространился предательский холодок. Он ее точно уволит. Сегодня. Сейчас же!

«Не дрейфь, Влада, — наставлял демон, представший в образе хозяйки. Он сидел на левом плече и любовался кроваво-красным маникюром. — Улыбнись и поглубже вдохни. Грудь приподнимется и этот ледяной истукан снова зависнет, изучая содержимое глубокого выреза в обтягивающем платье».

«Влада, так нельзя, — вторил ангел на правом плече, размахивая пушистыми белыми крыльями. — Ты выше этих грязных уловок. Ну, возвращает он твои отчеты на доработку. Ну, придирается к ошибкам. Но ты же допускаешь эти ошибки, так в чем его вина?»

— Владислав Львович? — Влада широко улыбнулась и глубоко вдохнула. — Вы меня напугали.

Начальник и тезка в одном лице не сразу ответил. Его взгляд уплыл в вырез черного платья, где можно было разглядеть край кружева лифчика.

«Смотри, сработало!» — захохотал демон.

«Влада, перестань!» — порицал ангел.

«Ой, помолчи, — махнул рукой демон и синхронно повилял хвостом. — Корпоратив был? Был! Влада перебрала? Перебрала! Львович ее увез на своей машине? Увез! Влада целоваться к нему полезла? Полезла! А он что? Он свой шанс профукал! Вот пусть теперь и дальше только смотрит!»

«Он, как истинный джентльмен, отстранился и пользоваться ее состоянием не стал, — мечтательно произнес ангел, поправляя нимб над головой. — Что же в этом плохого?».

«Ничего! — со злобой подумала Влада. — Только теперь пусть катится ко всем чертям! Я ему, можно сказать, себя предложила! А он! Он…»

«Он посчитал, что трезвой ты бы так не поступила», — подсказал ангел.

«Ой, ну помолчи! — скривился демон. — Сейчас нужно работу сохранить, а не о раненых нежных чувствах думать».

— Замечания по отчету уже видели? — невозмутимо произнес начальник, переводя взгляд на лицо Влады.

— Да, Владислав Львович, — Влада усердно сдерживала порывы вцепиться начальнику в ласканы пиджака и хорошенько потрясти, как грушу.

— Вы с чем-нибудь не согласны? — он пытливо прищурил карие глаза.

«С самодурством!» — уверенно произнес демон на левом плече.

«Смирись, Влада, — посоветовал ангел. — И прояви сдержанность».

— Нет, Владислав Львович, — она встала на светлую сторону своей личности. — Я доработаю отчет и отправлю вам сегодня же.

Он недовольно сжал губы и отвернулся.

— Что ж, главное, чтобы после этого его опять не пришлось «дорабатывать», — обронил сухо и пошел к себе.

— Ох, Влада, — мечтательно произнесла Тоня, сидящая за соседним столом в огромном офисе, набитом людьми до отказа. — Все только о тебе и говорят!

— Что говорят? — насторожилась Владислава.

— Что ты и Львович… — Тоня, как опытный руководитель местного клуба «Сплетни и слухи», пристально смотрела на нее, явно надеясь выудить подробности пятничного вечера.

— Он подвез меня, и на этом все, Тоня.

Влада тут же вспомнила гиблые попытки затащить начальника к себе «на кофе» и покраснела.

— Правда? — лукаво улыбнулась Тоня. — Тогда с чего бы он за день уже раз двадцать мимо нас с тобой прошел? Другого маршрута из его кабинета к выходу нет? — Тоня указала на два других прохода между рядами столов сотрудников.

— Где хочет, там и ходит.

— Угу, — кивнула Тоня. — Конечно.

— Тоня, прекрати, ладно? — попросила Влада. — И без того настроение паршивое.

— Да все знают, что ты к нему неровно дышишь!

— Тоня, ты документы по новому проекту подготовила? — громко произнесла Влада, теряя терпение.

Коллега мгновенно поникла и отъехала на стуле к своему столу.

— Работаю над этим, — пробурчала она.

— Львович завтра с меня голову снимет, если я перевод не сдам! А как я его сдам, если ты мне даже исходники пока не передала?

— Извини, я сейчас этим займусь, — вздохнула Тоня.

«Готовься, дорогая, — засмеялся демон. — Опять до полуночи в офисе будешь сидеть, чтобы все в срок успеть. А Тоня, как и остальные, останутся ни при чем!»

«Владислава, демон прав, — вздохнул ангел. — Многие сотрудники используют твою покладистость себе в угоду. Нельзя быть такой доброй, тем более, когда из-за них приходится вечерами в офисе сидеть».

«А я и не буду сидеть! — мысленно дала себе слово Владислава. — Пусть завтра увольняет! Достало всех прикрывать!»

«Угу», — синхронно кивнули ангел и демон.

Владислава погрузилась в работу и совершенно не заметила, как осталась в офисе одна. Тоня отдала ей документы по проекту иностранных инвесторов за пять минут до завершения рабочего дня, и Владислава, в очередной раз сдержав гнев, взялась их переводить.

— Уже десять вечера, — раздался голос начальника у нее за спиной.

Владислава от испуга аж подпрыгнула на месте.

— Вам давно пора домой, Владислава Петровна.

— Мне немного осталось, — она махнула рукой. — Доделаю и поеду.

Начальник остановился рядом и наклонился к ее монитору.

— Проект для французов? Завтра доделаете перевод. Я все равно дал Антонине Романовне два дня форы, — он взглянул сверху вниз на Владиславу и улыбнулся.

Она с облегчением выдохнула.

— Это не может не радовать, — призналась Влада, закрывая документы и выключая компьютер.

— Вас подвезти? — предложил Львович.

— Нет, я на метро. Благодарю.

— Это меня нисколько не затруднит, — тут же ответил он.

«Влада, не дури! — подсказал демон. — Не зря же он сегодня тоже задержался в офисе? Наверняка тебя стерег, чтобы вину за пятницу загладить».

«Вынуждена согласиться, — поддакнул ангел. — Он явно чувствует себя виноватым и хочет исправить неловкую ситуацию».

«Я с ним никуда не поеду», — мысленно вторила Влада.

«То есть наряжалась ты сегодня точно не для него», — напомнил демон.

«Она всегда хорошо выглядит», — ответил ангел.

— Благодарю, Владислав Львович, но я доберусь сама, — она встала, а он при этом не отстранился, застыв у ее стула.

Кровь к лицу прилила и все мысли из головы выветрились. Влада смотрела на начальника и молчала.

— Вы слишком часто позволяете своим коллегам ездить на вас, — произнес он, глядя в ее синие глаза. — Потому что хотите для всех быть хорошей. Научитесь требовать, Владислава Петровна, и отстаивать свои интересы. Иначе так и будете сидеть по вечерам в офисе и получать отчеты на доработку по идиотским причинам.

У Владиславы непроизвольно затерялись руки от подобного заявления.

«Он только что признал, что специально выискивает недостатки в отчетах и отправляет их на доработку?!» — воскликнул демон.

«Владислава, умоляю, держи себя в руках», — посоветовал ангел.

— Вы, — прохрипела Владислава и сжала кулачки, — вы специально придирались к моим отчетам?!

— А разве для вас это не было очевидным? — он прищурил карие глаза.

— Это самодурство! — воскликнула она.

— Я все ждал, когда же вы дойдете до ручки и хоть раз попытаетесь доказать мне, что я не прав.

— Вы мой начальник! — синие глаза Владиславы метали молнии. — Для меня вы всегда правы!

— В этом-то и проблема. Даже когда я не прав, вы не находите в себе смелости сказать об этом. Нет, вы предпочитаете действовать исподтишка и мстите мне, облачаясь вот в это! — он указал на ее «маленькое черное платье».

— Одеваюсь, как хочу! — воскликнула она.

— Вы нарушаете офисный дресс-код! — он тоже повысил голос.

«И субординацию, когда пьяна!» — захохотал демон на левом плече.

— Так увольте меня! — заявила Владислава.

— Не уволю! Вы — ценный сотрудник! И контракт у вас истекает только через два с половиной года!

— А я злостный нарушитель дисциплины! — ее голос срывался. — Не соблюдаю дресс-код и порчу имидж вашей фирмы!

— Тут уж мне судить, портите вы имидж фирмы или нет! — он наклонился к ее лицу.

— Я веду себя вызывающе и к начальнику пристаю!

— В нерабочее время не считается! — ответил он.

Владислава прищурилась.

— А в рабочее время мой начальник проявляет ко мне неподобающие знаки внимания! — она указала пальцем на декольте своего платья, намекая, что он слишком часто туда заглядывает.

— Ну так подайте на него жалобу в отдел кадров, — Львович понизил тон.

— Подам, — пообещала Владислава.

— Подавайте, — его голос осип. — Только не забудьте указать, что он влюблен в вас, а вы это игнорируете.

Владислава вздрогнула и непонимающе заморгала.

— Тогда почему в пятницу вы… — она осеклась, не в силах закончить фразу.

— А я должен был воспользоваться вашим состоянием и поступить иначе? — припечатал Львович.

Владиславе стало стыдно. Она понуро опустила плечи и поджала губы.

— Я понимала, что делаю, — пробурчала себе под нос.

— Рад это слышать, — произнес он и еще ближе наклонился к ее лицу. — Если с обидами закончили, тогда, может, все-таки выпьем с вами кофе, Владислава Петровна?

— И где мы будем его пить? — уточнила она, хотя все внимание уже уплыло к его губам и всем тем вещам, которые эти губы могли с ней сделать.

— Полагаю, что у вас. Или у меня, — прошептал он и поцеловал ее.

Хватило нескольких мгновений, чтобы Влада окончательно потерялась в эмоциях, захлестнувших с головой. Мужские ладони побрели по ее телу, изучая контуры и изгибы, к которым до этого момента им нельзя было прикасаться, а Влада от переизбытка чувств застонала и сильнее прильнула к широкой груди своего нанимателя.

«Надо же, какой… — ангел откашлялся, — страстный».

«Да, — закивал демон. — Боюсь, такими темпами кофе придется пить непосредственно в его кабинете!»