Форс-мажор в драконьих планах

СЕРИЯ 3
🐚 ФОРС-МАЖОР В ДРАКОНЬИХ ПЛАНАХ

– Жил себе дракон, не тужил. – Бормотала я под нос, меняя примочку на… ладно, опустим пока на чём конкретно. – Всё у него было как у людей. Ну, то есть, как у драконов. Невесту имел, это уж как водится. Какую по счёту – также пока опустим. Чтобы не нагнетать. Словом, ничто не предвещало беды… ну беды-не беды, а форс-мажора в драконьих планах точно не предвиделось…

– Стрелы в царственной Ж не предвиделось, – хихикнул за ширмой Сеня.

– Ну, раз в ход снова пошли метафоры, – с угрозой в голосе пробурчал с кушетки наследник Кораллового престола. – Ты – не заноза в лапе, Мариэль. А в прямом смысле стрела в моей…

– Ж. – Охотно подсказала я.

Нет, кто бы спорил, Коралловый – герой.

Даже, пожалуй, сказочный.

Подвиг в мою честь – впечатлял, и это ещё мягко сказано. Но как же сложно было не скатываться в немного истеричное хихиканье… особенно теперь, когда всё было позади, и бессонная ночь начинала сказываться…  

– Ж? – заломив бровь, уточнил дракон.

– Ну, я подумала, что заглавная литера вашему чешуйшеству по рангу положена.

Дракон только глаза закатил, показывая, где у него моё хихиканье по поводу и без повода (хотя почему без).

– …А там каждый волен дофантазировать в меру своей распущенности. – принялась я развивать мысль. – Вот вы бы что выбрали, ваша светлость?

– Жабры! Железу̀! Предстательную! – отрывисто и с азартом принялся накидывать Сеня, которого, разумеется, никто не спрашивал. – А хотя нет, Жало! Жало даже лучше, хотя тоже не туда… А вот! Женитьба! Ух, мне нравится... Жуть жутьковская!  

– Ай ну вас! – Шлепком очередного охлаждающего компресса пресекла я попытку дракона подняться с намерением прихлопнуть, наконец, моего драгоценного помощника. – Только сказку портите. Я бы всё же из соображений цензуры остановилась на Жизни. А что, романтично. Или Жёсткости. Может, даже Жестокости? – тут рассказчица в моём лице нарочито шмыгнула носом.

– Это когда я был жесток? – Насупился Оушэн.

– О!!! – Завопил Сеня. – Я придумал!!!

Выдержав паузу, как заправский драматург (и что-то параллельно умяв, судя по чавканью), Сеня торжественно возвестил:

– В Жральне! В Драконьей Жральне!! Только это, наоборот…

– Ему обязательно присутствовать?! – взревел-таки дракон.

Над полотном с прекрасными рукокрылыми девами-калавинками показалась взлохмаченная макушка помощника.

– А ты по-прежнему хочешь, чтобы я держал рот на замке?

Ещё один шлепок, мстительный, и – приподнявшийся было с утробным рыком Оушэн со стоном улёгся обратно на кушетку.

– Ты сам связываешь мне щупальца, – развёл руками Сеня.

Я посчитала нужным заступиться за помощника.

– Ему скучно. Ну, войди в его положение: рассказать он никому не может, договором связан…

– Договором, ага, – буркнул дракон.

Я снова прыснула.

За неразглашение государственной тайны, касающейся неких отравленных стрел (Брюзугус, умница, как в воду глядел!) в царственных дерьерах Коралловому пришлось отслюнявить кругленькую сумму. Однако если что-то и способно связать Сене щупальца, так это деньги. Особенно когда они заплачены вперёд.

Хвала морским богам – ночка, к слову, та ещё, наконец, закончилась, и из дворца мы передислоцировались в салон. Разумеется, после извлечения стрелы из «царственной Ж» и принятия всевозможных мер предосторожности, каковыми полночи изводил Преемника придворный лекарь.

По моему скромному мнению, в нашей с Сеней компании не было никакой надобности. Однако стоило нам засобираться домой, как Коралловый, столь мужественно державшийся поначалу принялся стенать на весь дворец. Тем самым дракон рисковал (а скорее угрожал) вовлечь в нашу «небольшую тайну четверых», как окрестил её Первый Советник (придворный маг, по его же словам, не в счёт) «сторонних лиц». Возможно даже правящую чету, в связи с чем Брюзугусу пришлось изрядно попотеть.

Дело в том, что чешуйчатый нагло требовал, чтобы я была рядом и держала его за руку «во время экзекуций». Стоило ему добиться своего, как он снова умолк, как ни в чём не бывало. Сеня, который страдал, оттого что не он в центре внимания, поглядывал на Преемника с уважением. Что до меня – пришлось остаться. Ну не смогла я отказать симпатяге-альбатросу.

Из неприятного: стрела была отравлена.

Провозившийся в своей лаборатории до полуночи господин Змееуст разгадал состав, которым был смазан наконечник. Им оказалась концентрированная эссенция цветков кроводоросли. Как известно, Кроводоросль растёт лишь в одном месте: в недосягаемом Ущелье Смерти. А цветёт и вовсе лишь раз в сотню лет – потому и яд на её основе такой редкий и безумно дорогой. И… он смертелен для русалок. Попади хоть капля мне в кровь – смерть была бы мгновенной…

 …К утру господин Змееуст официально подтвердил, что Преемник здоров, как самец морской мантикоры. И потому, когда принц засобирался с нами в салон, Первый Советник был бессилен. Коралловый особенно наседал на то, что на работу опаздывает, при этом браво размахивал собственноручно написанной распиской, коварно извлечённой из моего кармана, пока поддавшаяся сиюминутной жалости я изображала сиделку.

Оказавшись в салоне, Преемник тут же принялся жаловаться на боль в пострадавшем месте. При этом вызывать придворного мага он отказался! и вашу покорную слугу собственноручно ставить ему компрессы – кракокатиц, учитывая «масштабы государственной тайны» мы привлечь не могли.

За время «лечения» Сеня трижды пытался выкупить у дракона собственную расписку о неразглашении. Причём предлагал совершенно астрономические суммы (подозреваю, весь навар со своей первой выставки). Преемник на Сенины предложения лишь раздражённо порыкивал, кивая на магическую печать, скреплённую кровью обеих сторон в присутствии свидетеля, меня то есть. И… своим умопомрачительным драконьим тембром, низким, бархатистым… просил меня продолжать.

– …Пусть сидит. – Подытожила я.

Мне и самой в присутствии Сени было как-то спокойнее.

Разумеется, нагота нахала чешуйчатого тут совсем ни причём. Профессионал я или где? Но… драконьи боги, ну вот зачем вы сотворили конкретно этого дракона  т а к и м  бесподобным? Не только на вид, но и на ощупь…

Мои пальцы невольно обрисовали рельеф выпирающей мышцы и внутри что-то сладко и бесстыже отозвалось.

– Мариэль, будь моей?! – Внезапно произнёс Коралловый.

Застигнутая врасплох я часто заморгала, думала, ослышалась.

– Нападение на ни’и’ну – карается смертью. – Продолжал тем временем дракон. – Никто не осмелится, даже невеста… Ай! Больно же!

– Не обессудьте, ваша светлость! – сквозь зубы процедила я. – Так бывает, когда говорят под руку. И перестаньте уже мешать мне сказку рассказывать! Потому что скоро сказка сказывается, да нескоро дело делается… Времени у вас, ваше чешуйшество в обрез. Через полчаса открытие, так что вашему высочеству на ресепшн пора, согласно этой самой расписке, которой вы у Первого Советника перед клювом так бодро размахивали. 

Нахал Коралловый недоверчиво заломил бровь.

– Заставишь работать? Раненого?

– Не прибедняйтесь, ваша светлость, на вас, чешуйчатых всё заживает как на водных ящерицах. Даже и не надейтесь, что я поведусь на жалость и упущу такую уникальную возможность, которая вообще может раз в жизни выпадает? У кого ещё сам Коралловый Преемник гостей встречает?

– Мы за рекламу зря, что ли, заплатили? – обиженно встрял Сеня.

– Ты ещё рекламу дал?! – возмутился дракон.

Когда только успел, подумала я, вслух же сказала:

– А как вы хотели, ваше высочество, такое событие? Рассчитывайте на аншлаг…

– И на прессу, разумеется, – деловито добавил Сеня. – С тебя, Коралловый, два коротких интервью, в областные газеты и одно длинное, Буль-Буль-Вестнику.

–  Отличная идея, – одобрила я. – Мы как раз им за широкий формат должны…

– А то! – Хмыкнул Сеня. – Всё, не должны больше… первую полосу выбил!

– Ему. Обязательно. Присутствовать? – в который раз процедил сквозь зубы дракон.

– А ты по-прежнему настаиваешь на неразглашении? – напомнил о неразрешимой дилемме, и, как следствие замкнутом порочном цикле помощник.

Шумно выдохнув, дракон метнул в меня взгляд.  

– Мариэль, ты ведь так и не ответила.

– На что это? – снова встрял Сеня.

Поиграв желваками, (не такое это простое занятие – игнорировать Сеню), дракон произнёс серьёзно (даже жаль, что ситуация к серьёзности не располагала):

– Мариэль, будь моей?

Собрав компрессы, я щелчком пальцев созвала кракокатиц, давая понять, что «процедура» окончена. Как и разговор на тему.

– Неожиданный, конечно, поворот, но так просто от работы вам сегодня не отвертеться. – Я одарила дракона самой радушной из улыбок хозяйки салона. – Сень, почему только три интервью, а пресс-конференция?

– Обижаешь, хозяйка!

– Мариэль, какая пресс-конференция?! Тебя пытались убить!

Я пожала плечами.  

– А причём тут я? Сами перед хроникёрами отдувайтесь, а я спать.

– Если ты думаешь, что я отпущу тебя от себя хоть на шаг… – Буркнул этот Драпунцель недоделанный.

– Надевайте штаны, ваша светлость. Давайте уже подстригу вас, что ли. Скоро открытие. Вам, как-никак гостей встречать.

Дракон поднялся (пропустив мимо ушей мою просьбу) – и я порывисто перевела дыхание. Красная, как варёный рак, рывком отвернулась, но было поздно. От нахала чешуйчатого моя реакция не укрылась.  

– Ну не знаю, не знаю, мне начинает нравиться, – произнёс он задумчиво.

Я, как могла, отводила взгляд, но куда? здесь везде зеркала!  

– Депиляция, – низко, с хрипотцой произнёс Преемник новое слово и как бы невзначай встряхнулся, отчего каскад огненных локонов вспыхнул, заиграв новыми бликами по всем поверхностям. – А теперь ещё и это… Невольно начинаю чувствовать себя неотразимым.

Я только губу закусила.

Ну вот за что мне это, а? Увы, заразу чешуйчатую моя месть делала ещё мужественнее, и, чтоб меня, это было так сексуально…

Мелодичное треньканье мгновенно поставило нас с Сеней в стойки сурикатов. А также – заставило кое-кого быстренько и по возможности без палева подобрать слюни. Открытие!

Прислушавшись, Сеня потёр ладони с загадочным и очень, очень довольным видом.

– Аншлаг. – Авторитетно заявил он.

_____________________________ 

Дорогие ныряльщики, 

Добро пожаловать в продолжение "Сенечки"! 😂🎉🎉🎉 

Будет очень весело 😅 и горячо 🔥! Всё как мы любим! ❤😉
Не забываем о сердечках ❤!👼 
(это, кстати, касается и ! 😉)
ВАШИ ЭМОЦИИ❤❤❤ = НАШЕ ВДОХНОВЕНИЕ!🧚

:
🦀очень много юмора и позитива🦀
💜много веселых курьёзных ситуаций между гг💜
💜умная (и весёлая!) героиня💜
💜помощник с биполярочкой💜 
💜сильные мира сего💜
🔱герой все добиваются героиню🔱

Сеня не ошибся, – он по части денег вообще никогда не ошибается, у него нюх, а от очереди во весь наш Зеркарпный переулок, от хроникёров, мигающих вспышками кристаллов памяти, от мыльных пузырей в режиме стрима так и несло деньгами, или, как обзывает их тот же Сеня «праведным заработком», – такого аншлагового аншлага наши стены не видели даже во времена миграции Морских Черепах и нереста Рыберкутов.

Мгновенно заполнились залы, причём на подводные был наибольший спрос. Туристы-сухопуты и даже гарпии с энтузиазмом спускались вниз и с жадностью всматривались в загадки бурлящего жизнью подводного мира. Сами гости оставались инкогнито (стены у меня зеркальные с магической подушкой) – и это приводило их в совершенно детский восторг. Я мысленно похвалила себя за своевременное расширение (эх, нам бы патент! ещё б не так расширились) и поставила себе заметку перетереть вопросы открывающихся перспектив с Гаруник. Если, конечно, последняя не затупит, на что мало надежды.

К чести Преемника – он свои обязанности администратора нёс со сдержанным достоинством особы королевской крови. С посетителями и хроникёрами держался запросто, слал лучезарные улыбки дамам, для каждого гостя у него находилось своё приветствие и пожелание процветания, в соответствии с расой и родом занятий. При этом принц вёл себя естественно, что уже само по себе было высшим пилотажем. Даже Сеня это признал, а он признавать не хотел.

Не знаю, как работает эта магия, но так могут единицы. Только король может пропалывать капусту в исподнем и оставаться при этом королём, а шута хоть десять раз коронуй…   

Однако довольно семантических дифирамбов Коралловому.

Потому что стричься, – пока честно не отработает процедуру, – зараза чешуйчатая наотрез отказалась, заявив, что намерен пиарить мои услуги, так сказать «собственным лицом»! И мне ещё нужно быть благодарной, что только лицом.

Сеня – в виде исключения, но больше для пользы дела – с драконом был согласен на все сто алых раковин.  

– Терпи, Коралловый, – приговаривал он, уворачиваясь и распыляя на того драгоценный текстурирующим спрей на основе экстракта рифового шелкопряда. – Скоро ты засияешь ярче крыльев небесных дев! Будешь у меня не дракон, а куколка!

Надо сказать, что пару раз мой самоотверженный помощник поймал-таки «леща», но разве его остановишь. Он лишь выпустил щупальца и задвигался по потолку и стенам со скоростью водопада.  

Результатом его стараний стала гладкая, как грива морской мантикоры огненная шевелюра Преемника. И – увы всем сегодняшним посетительницам – этот орел мерцания размеренного пламени сделал принца ещё неотразимее, хотя, казалось бы.
…Убедившись, что Преемник честно отрабатывает долговое обязательство, я уже собралась смыться по-тихому, залы обойти…

– Один вопрос, мадам Мариэль!

Уткнувшись носом в мускулистую спину дракона, я скривилась, будто резко заболел зуб. Однако, когда выходила из-за широченного плеча, губы были растянуты в самой радушной из улыбок.   

Мадам Режуявь, была, как и я, в своём роде единственной. В смысле у нас, в Коралловом Ожерелье. Нет, феи, помимо неё на островах жили, но среди хроникёров мадам Режуявь была единственной пикси.

И уж она резала. Увы тем заведениям, кто имел неосторожность как-то её обидеть. Впрочем, кто о них сейчас вспомнит. Однако у нас мадам уже бывала прежде, в том числе как клиентка, и, что важнее, клиентка довольная, поэтому моя сиюминутная паника была лишней, вот только… впервые за нашей стойкой стоял сам принц. Напрочь забывший о субординации между хозяйкой и персоналом – теперь уже он по-хозяйски обнимал меня за талию, скалясь с довольным видом в кристаллы памяти и пузыри хроникёров.  

– У меня вопрос к вам обоим. – Сходу принялась оправдывать свою репутацию пикси. – Скажите, вы теперь вместе? Судя по вчерашнему скандальному происшествию.

– Ну как же? – мадам подавила нарочитый смешок и лукаво сверкнула на принца глазами-блюдцами. – Когда вы не смогли справиться со своей страстью прямо посреди дворцовой площади?  

И пока я со сверхсветовой скоростью соображала, чего бы такого соврать мадам Режуявь (как же некстати эта интуиция фей!), как суицидник чешуйчатый, во-первых, оскалился во всю свою драконью пасть, а во-вторых, развёл руками с таким видом, мол, быль молодцу не в укор.

– Так всё и было, – приобнимая меня за талию, подтвердил он хроникёрам. – Из последних сил держались, да, дорогая? И… всё же пали, сражённые безудержной страстью...

– Что… ты… несёшь? – процедила я сквозь зубы, наступая чешуйчатому на ногу.

Тот и не подумал свою ногу убирать, мазохист недоделанный. Только ещё крепче приобнял, гад Драпунистый.

То, что снаружи творилось что-то странное, мы как-то сразу поняли.

Заявление Кораллового (кто бы сомневался) произвело фурор, однако… однако фурор вышел какой-то скомканный.

Народ, рассыпающийся в поздравлениях, оборачивался и охал, порывался бежать на улицу, точно обезьяна из анекдота, которая не знает куда ей, к умным или к красивым. Одна только мадам Режуявь не растерялась. Зажужжав слюдяными крыльями, вредная пикси выпорхнула прямо в окно – только её и видели.

Воспользовавшись всеобщим ажиотажем, я тоже выглянула. Сперва ничего не поняла, но потом догадалась задрать голову и оцепенеть: красиво кружа в небе, к нам спускались Чёрные Грифоны. Улица загудела, пытаясь разгадать что же понадобилось на нашей окраине обитателям Неба.  

Кто не поддался общей волне, так это Сеня. С присущим ему «коммерческим хладнокровием» помощник втянул меня обратно, и пока с придирчивым видом стряхивал несуществующие пылинки с платья и поправлял причёску, втолковывал терпеливо:

– Лучше так, хозяйка, лучше так. Нам сплетни о покушении совсем ни к чему, пусть лучше думают, что у нас груповушка с альбатросом была…

– Лечиться тебе надо, парень, – с серьёзным видом покачал головой дракон. – Я как раз хорошее место знаю…

– То-то ты со знанием дела чешешь! – огрызнулся Сеня. – Завидуешь количеству моих щупалец? Так и скажи!

– Да было бы чему там…

– Ха! Вот ты сколько рыбонек за раз осчастливить можешь?!

Цыкнув на обоих, я вздрогнула. Плечи облизал порыв ветра из распахнутых дверей. Я обернулась на вошедших и впала в лёгкий ступор.

Просто грифоны отличались от островитян. И в принципе от всех, кого прежде видела. Они были… они были другими.    

С ног до головы в чёрном. Глухие, под горло, камзолы, плащи из перьев на широких развитых не хуже, чем у русалов, плечах… У них были иссиня-чёрные волосы и загрубевшие от ветра лица с высокими скулами и аристократично запавшими щеками. Носы с горбинкой и упрямые подбородки делали их профили хищными, а ещё они неуловимо напоминали драконьи моськи. От Грифонов пахло ветром, высокогорьем и… войной, да: судя по чётким, выверенным движениям, по выправке – все трое были воинами.

  И всё же застыла я вовсе не под впечатлением, хотя, честно сказать, было там чем впечатляться (потому слаженно «ахнувших» дам ничуть не осуждаю).

Просто… узнала одного из вошедших.

Более того, судя по ироничной улыбке и кивку, как старой знакомой, грифон тоже меня узнал!  

– Сам Великий Каган Шатур-ар-Даниярг, – сложил в ритуальном приветственном жесте ладонь Коралловый принц. – Неожиданный выбор для посещения. Насколько я осведомлён, вы собирались облететь достопримечательности?

Грифон ответил на ритуальный жест.

Улыбнулся – оказалось, он умел это делать не менее широко и белозубо, чем дракон.

–  Что может быть достопримечательнее заведения, где сам Коралловый Преемник встречает гостей?

– Красиво отбрил, пернатый, – хмыкнул на ухо Сеня.

Тем временем один из воинов обошёл стойку ресепшна и, опустившись на одно колено, склонился передо мной в поклоне. Замигали вспышки кристаллов памяти, резко запахло мылом – из-за подобравшихся вплотную пузырей, а чешуйчатая конечность на моей талии просто-таки окаменела. Постепенно тишина стала гробовой, а все взгляды, включая взгляд Великого Кагана – устремлёнными на меня. 

 – Прошу прощения, – улыбнулась я, отгоняя назойливые пузыри, а также предпринимая (бесславную) попытку вывернуться из драконьего захвата. – Не сразу разглядела…

Склонившийся в поклоне воин держал на вытянутых руках кусок ткани, чёрной, разумеется, и вот на фоне этого чёрного шёлка алела ветвь… Живая, с почками. Красная – таких деревьев у нас не растёт, но на этом всё. Ничего особенного. Обычная ветка.

Поблагодарив воина, я поставила ветку в услужливо подставленную осьминожкой вазу. Стало быть, у грифонов в почёте не цветы, а ветки. Что ж. Сколько народов, столько и обычаев.  

– Великий Каган приглашает вас присоединиться к нему во время воздушной прогулки, – также торжественно, как вручал ветку, отчеканил воин.

– К нам в салон – только на процедуры. – С мстительным удовольствием процедил Коралловый дракон за стойкой.

При этом смотрел не на воина, а в упор на Кагана.

– Могу хорошую вашему кагану посоветовать, кстати. Перья проредить.

– Не стоит, я сам. – И не подумал тушеваться Каган. – Разумеется, мы все на процедуры. 

Внезапно метнув в меня взгляд, грифон церемонно склонил голову.

– Благодарю за гостеприимство, мадам Мариэль. И за то, что приняли Ветвь.

Дракон скрипнул зубами, а я растерянно улыбнулась:

– Ну что ж, добро пожаловать. Только, прошу в очередь.

– Что вы, что вы, мы совсем не против, – принялись заверять посетители.

Сперва робко, но затем кто-то вспомнил о священном долге гостеприимства и голоса зазвучали уже слаженно.

– Ничего. – Прорезал пространство новый голос.

Тихий, вкрадчивый, но звучал он так отчётливо, что все поневоле прислушались.

– Я – пропускаю.
Говорил элегантный господин с тросточкой.

Я, несмотря на ажиотаж по поводу нашей с драконом безудержной оргии, тьфу, страсти и нагрянувших в салон грифонов, успела его заметить. Потому что его в принципе сложно было не заметить.

Новый гость был колоритен. И это мягко сказано.

 Первое – он был альбиносом. Стопроцентным, то есть полного типа. Волосы, кожа, брови, ресницы – всё было белым, будто припорошенным снегом, так что во мне (в первую очередь!) подняло голову профессиональное любопытство. Не знаю, что двигало Сеней: от меня не укрылось, как помощник «сделал стойку» на гостя ещё до грифонов и некстати встрявшей пикси. Правда, Сеню, кажется, больше заинтересовала трость в руке визитёра.  

Экзотичную – особенно для островов! – внешность подчёркивал наряд. Белоснежный костюм-тройка, алебастровая сорочка, кипенный галстук. Возраст альбиноса сложно было определить, здесь все выглядят очень молодо и живут долго. Однако породистые черты с узкими скулами и квадратным подбородком с ямочкой произвели неизгладимое впечатление на прекрасную половину присутствующих, особенно теперь, когда гость так удачно сыграл на контрасте с грифонами. Чёрное и белое.

Даже мадам Режуявь начисто позабыла о своём кристалле, и, раз уж на то пошло, о приличиях: улыбаясь по-дурацки, пикси болтала свешенными с подоконника ногами.  Затуманенный взгляд хроникёрши мечтательно обрисовывал белоснежного господина с тросточкой, затем перепрыгивал на великого грифоньего кагана и с тем же рвением принимался за него, и, наконец, завершал свой бесстыжий замкнутый цикл на Коралловом Драпунцеле за стойкой.

– Пора прореживать этот тестостероновый взрыв. – Шепнула я помощнику, и тот ревниво шмыгнул носом. – Давай, Сень, включайся, хватит уже пузырям махать. Как раз два зала освободились…

– Чур, с тростью – мой! – Громко прошипел на ухо Сеня.

– Да как скажешь…

–  Располагайтесь, господа! – сказала уже с улыбкой и вслух. – Выбирайте пока процедуры, побалуйте себя освежающими коктейлями, а я очень скоро загляну.  

Оказалось, что альбинос прихрамывает при ходьбе (да и трость объяснилась), но это каким-то неуловимым образом только добавило посетителю харизмы… и таинственности.

Сделав приглашающий жест Великому Кагану, мол, только после вас, для чего «белоснежный господин» воспользовался своей тростью, то есть жест был почтительным… но при этом он резко обернулся на меня и на дне прозрачных, как вода, глаз мелькнуло что-то такое… далёкое от почтительности, что ли. И уголок чётко обрисованного рта был почему-то приподнят в ироничной усмешке.

– Уделите особенное внимание нашим гостям, мадам Мариэль. – Произнёс он. – Я, как сами понимаете, пользуюсь вашим гостеприимством не в последний раз.