Фрейлина драконьей принцессы

С самого утра Дебора не находила себе места от тревоги. Ночью воспитанница ее приюта сбежала. Но хуже всего то, что выяснилось это лишь на рассвете, когда няня обходила спальни и наполняла умывальники водой. Теперь только богам известно, что могло произойти с неуемной Бьянкой за несколько часов, проведенных на улицах Сентаса. Ночная столица людского королевства – не место для почти совершеннолетней девушки, тем более полукровки.

Несколько лет назад Дебора устроила в фамильном особняке приют для девочек-полукровок драконов и с тех пор не знала покоя. Такие малышки наследовали от своих беспутных отцов драконью силу и обаяние, но совершенно не могли их контролировать. Благо хоть эти качества достигали апогея к совершеннолетию, а через несколько лет шли на спад. Но Деборе от этого было не легче.

Ее приют принимал девочек-полукровок любого возраста и обеспечивал уход и образование только до исполнения восемнадцати. Дебора не понаслышке знала, как тяжело быть полукровкой драконов, и хотела для воспитанниц самого лучшего. Вот только на пороге совершеннолетия девушки теряли способность здраво мыслить и могли натворить дел, поддаваясь унаследованной от отцов необузданности. Их невыносимо тянуло к драконам, что часто заканчивалось трагедией.

– Синья Дебора! Синья Дебора, куда вы?! – голосила раскрасневшаяся Моника, вбегая в прихожую и поправляя сбившийся набок чепец.

Ее пышная фигура мгновенно заполнила половину и без того неширокого пространства. Когда-то черноволосая пухленькая хохотушка Моника служила у Деборы горничной, но те времена давно прошли. Теперь Моника занимала должность управляющей приютом и помогала госпоже справляться с полусотней шустрых воспитанниц.

Дебора убрала густые каштановые локоны в пучок, натянула летный шлем, плотнее запахнула кожаную куртку и застегнула широкий ремень. Она бросила беглый взгляд на свое отражение в зеркале и поморщилась. Брюки, плотно облегающие длинные, стройные ноги, совершенно не подходили для появления на улицах столицы в разгар трудового дня. Одно дело седлать виверн за чертой города на специальном аэродроме, и совсем другое парить над улицами, запруженными спешащими по делам людьми. Если Дебору заметят в неподобающем для ее положения виде, то слухов и сплетен не оберешься. Ее и так считают при дворе эксцентричной особой и вечно всякое шепчут про нее королю и наследнику.

Дебора стиснула зубы, отвернулась от зеркала и решительно надела кожаные перчатки. Плевать на сплетников! Главное – найти беглянку раньше, чем та влипнет по-крупному.

– Искать Бьянку. Куда же еще? – с раздражением бросила Дебора, схватила летные очки и вышла на крыльцо.

Охая на все лады, Моника поспешила следом. Она подхватила юбки и принялась торопливо спускаться за госпожой по ступенькам.

– Как же так, синья?! Да в таком виде вас за гулящую примут! Как можно, в брюках да на людях?!

– Не примут, – буркнула Дебора, доставая из-за пазухи висящий на цепочке свисток-артефакт. – Пусть только попробуют, мало не покажется.

Она набрала полную грудь воздуха и дунула в манок. Во дворе не раздалось ни звука, но в ушах начало неприятно покалывать. Люди не улавливали сигнал от артефакта вызова виверн, зато их верные питомцы слышали его, даже находясь за десятки километров. Свисток обладал магическими свойствами и создавался на крови хозяина и прирученной виверны.

Своего Томи Дебора нашла и покорила, когда ей только исполнилось восемнадцать. Собственная виверна стала подарком родителей к совершеннолетию. Воспоминания об умерших родных отозвались болью в душе, и Дебора постаралась отогнать горькие мысли. Не до того сейчас, Бьянка в опасности, нужно ее найти и вернуть в приют.

Черная тень укрыла поросший сочной ухоженной травой двор. Дебора с шальной улыбкой задрала голову и замахала руками. Моника в страхе бросилась на крыльцо, прижалась к двери и принялась выводить в воздухе защитные знаки.

– Ко мне, малыш! Сюда! – закричала Дебора.

Она понеслась к мощенной камнем площадке и кинулась на шею приземлившейся виверне. Зверь еще не успел сложить коричневые кожистые крылья, а Дебора уже поглаживала его по золотистой чешуйчатой груди и приговаривала:

– Кто такой красавец? Кто такая умница? Услышал меня и прилетел! Спасибо тебе, мой хороший!

Томи уткнулся мордой в плечо Деборы, зажмурился и выдохнул, окутав хозяйку желтым смрадным дымом. Моника зажала нос, но в дом не ушла. Дебора продолжала гладить своего любимца без тени неудобства, она всегда перед полетом надевала дыхательные фильтры. Эти приспособления позволяли спокойно находиться рядом с вивернами и не задыхаться от жуткой вони.

– Мне нужна твоя помощь, Томи, – доверительным тоном прошептала Дебора, глядя в желтые глаза с вертикальными зрачками.

Виверна смотрела на хозяйку, не моргая, точно только и ждала указаний.

– Нужно найти Бьянку. Помнишь ее? Белокурая девчушка с задорными веснушками на носу. Она еще играла с твоим хвостом и поранила руку о шипы.

Дебора достала из кармана куртки носовой платок, раздобытый няней в комоде Бьянки, и сунула под нос Томи. Несмотря на зловонное дыхание, виверны отличались исключительно острым обонянием и могли почуять добычу в часе полета от себя.

Томи вдохнул и фыркнул, будто недовольный резким запахом. Бьянка обожала дешевые духи и обильно кропила ими свои вещи. Дебора с умилением улыбнулась и чмокнула любимца в нос, отчего тот утробно заурчал. Звук вышел устрашающий, и Моника на крыльце не выдержала:

– Синья Дебора, да не лезьте вы этому чудищу в пасть! Сожрет он вас когда-нибудь! Тьфу, тварь безмозглая! Храни нас боги от его клыков!

Моника принялась выводить перед собой новые защитные знаки и бубнить под нос молитвы, но Дебора лишь отмахнулась.

– Глупости. Томи никогда не причинит мне вреда.

Она обернулась и крикнула стоявшему у дверей конюшни слуге:

– Андреа, неси скорее седло!

Пожилой конюх с явным неодобрением покачал головой, но приказ выполнил. Стоило ему подойти ближе, как Томи тут же опустился на золотистое брюхо и позволил пристегнуть упругое каучуковое седло. Дебора заказала этот шедевр у знаменитого на всю столицу мастера, и Томи чувствовал себя под ним вполне комфортно.

– Спасибо, Андреа. – Дебора с теплотой посмотрела на слугу и запрыгнула в седло.

Конюх, служивший еще при родителях молодой госпожи, слегка поклонился и отошел к крыльцу. Дебора надела летные очки и похлопала виверну по шее.

– Вперед, малыш! – скомандовала она.

Томи оттолкнулся мощными задними лапами от земли, взмыл в небо и расправил коричневые крылья.

Моника утерла передником покрывшееся испариной лицо и пробормотала:

– Вот же настырная девчонка. Ничем не лучше своих воспитанниц.

Андреа покосился на нее с укоризной и побрел к конюшне. Моника приложила ладонь ко лбу, загораживая глаза от яркого весеннего солнца, и с тоской посмотрела вслед госпоже. Ее синья всегда была упрямой и своевольной, но с добрым сердцем. Вот люди и пользовались расположением Деборы в своих целях, и не только люди.

Моника вспомнила страшный день похищения своей синьи и смахнула набежавшие на глаза слезы. Будь прокляты эти драконы! Вечно от них одни неприятности.

Томи летел к западной окраине столицы, размеренно взмахивая крыльями. Дебора до конца не хотела верить, что Бьянка сбежала из приюта не просто так, из праздного любопытства. Но по мере того как Томи приближался к драконьему кварталу, последние сомнения исчезали. Бьянка удрала специально, чтобы найти драконов и дать волю бурлившим в крови обаянию и силе. 

Ну почему все девочки-полукровки хотят одного и того же? Сколько ни объясняй, чем грозят их заигрывания с драконами, все без толку. Стоит воспитанницам войти в пору близкого совершеннолетия, как их так и тянет к злополучным чешуйчатым. Кровь не водица…

Эх, права Моника. Нужно придумать что-то более действенное, чем простые наставления. Вот если бы появились деньги на материалы для артефактов! Можно было бы продолжить эксперименты и создать нечто особенное.

Дебора подавила рвущийся из груди тяжкий вздох и крепче вцепилась в шипы на шее Томи. Не время предаваться мечтам. В приюте и так с трудом хватает средств на самое необходимое, где уж тут замахиваться на драгоценные камни и металлы.

Томи начал снижаться, и Дебора заметила впереди очертания выкрашенных в бордовый цвет фасадов многочисленных зданий с черными черепичными крышами. Сердце болезненно сжалось, а потом застучало в ускоренном ритме. Память услужливо подкинула образы многолетней давности: мускулистый обнаженный торс, сильные настойчивые руки, будоражащий голос. Дебору начала бить мелкая дрожь. Если бы не Бьянка, ноги бы ее не было в этом отвратительном месте!

Драконий квартал в Сентасе таил массу опасностей и не подходил для праздных прогулок. И все из-за того, что сюда стекались представители древнейшей и чуть ли не самой агрессивной расы мира. Всем известно, где появлялись драконы, там жди беды.

Король людских земель специально выделил в Сентасе отдельную территорию, где драконы могли остановиться на отдых и предложить покупателям ценнейшие драгоценные камни, добытые в Радужных горах. Чешуйчатые отличались непомерной гордыней, презирали другие расы и, не стесняясь, заключали бесчестные сделки. Но людские маги нуждались в их услугах. Для изготовления артефактов требовались камни и металлы высшего качества, и никто, кроме драконов, не мог их предложить.

Дебора старалась обходить эту часть столицы десятой дорогой и покупала материалы для своих изделий у орков. Качество товара зеленокожих оставляло желать лучшего, зато никаких контактов с драконами.

Но сегодня явно был не ее день. Томи чувствовал запах Бьянки и волновался, паря над площадью с часовой башней. Прохожие, заметив виверну, тыкали в небо пальцами. Если не отпустить Томи, то скоро появится констебль и потребует у Деборы разрешение на полеты над драконьим кварталом.

Дебора потянула за шипы и направила виверну к часовой башне. Едва Томи завис над шпилем, как она крикнула:

– Спасибо, мой хороший! А теперь улетай!

Она спрыгнула со спины виверны и приземлилась на парапет крыши. Томи издал победный рык и рванул в небо. Стянув летные очки, Дебора смотрела ему вслед до тех пор, пока ее любимец не превратился в черную точку. Только после этого она смогла успокоиться и обдумать план действий.

Бьянка где-то рядом, теперь главное – не спугнуть девчонку и приструнить ее кавалера. В том, что воспитанница не одна, Дебора не сомневалась. Девочки-полукровки отличались зверским аппетитом. Если бы Бьянка не нашла вожделенного дракона, то давно бы вернулась к завтраку.

Дебора притаилась на крыше за выступом и оглядела площадь. Люди больше не таращились в небо. Томи улетел, и прохожие продолжили свой путь. Но в переулке, прямо напротив часовой башни, застыла парочка. Высокая, светловолосая девушка в красной косынке и здоровенный детина с отросшими черными патлами в темном кожаном костюме.

– А вот и наши голубки, – прошипела Дебора.

Она перелезла через край парапета и начала спускаться прямо по стене, держась за выступы. Для опасного маневра Дебора выбрала заднюю часть башни. Густая тень скрывала ее, и горожане ничего не замечали. Несколько минут, и Дебора уже стояла на мощеной брусчаткой мостовой.

Как бы Дебора ни относилась к драконам, но своей силой и ловкостью была обязана именно чешуйчатым. Ее отец был представителем этой расы, а мать – людским магом. Дебора не любила об этом распространяться, поскольку полукровок драконов чаще всего ассоциировали с необузданностью и животным обаянием. Но смешение крови мага и дракона дало неожиданный эффект – Деборе не досталось ни грамма драконьего очарования. Ее привлекательность не имела ничего общего с магией.

Дебора выглянула из-за угла башни. Парочка все еще целовалась в переулке. Здоровяк шарил по стройной фигуре Бьянки широченными ладонями, а девчонка изгибалась и млела в его руках.

Вот же драконий помет! Эти двое могут уединиться в любую минуту. Нужно заручиться поддержкой констебля и приструнить чешуйчатого гада.

Дебора приметила мимо пробегавшего мальчишку в потрепанной одежде попрошайки и тихонько свистнула. Чумазый мальчуган попался сообразительный. Вмиг оценил простой, но скроенный из дорогостоящей кожи костюм Деборы и направился в ее сторону.

– Чего изволите, синья? – с небрежным поклоном поинтересовался он.

Дебора достала из кармана серебряную монету и показала мальчишке.

– Если ты как можно скорее приведешь вон к тому переулку констебля, монета твоя.

Серые глаза попрошайки зажглись алчным блеском, но мальчуган не спешил соглашаться.

– Деньги вперед, – отрезал он.

Дебора хмыкнула, оценив деловую хватку внезапно обретенного помощника, и выдвинула встречное условие:

– Половина сейчас, остальное, когда констебль будет в переулке.

Она убрала серебряную монету в карман и взамен достала пять медных. Попрошайка шустро выхватил деньги и умчался на другой конец площади. Дебора только головой покачала. Такой смекалистый парнишка был бы в приюте весьма кстати. Но это может подождать.

Дебора вышла из-за часовой башни, смешалась с толпой и направилась в переулок. Уже на подходе она ощутила убойные волны смеси мужского и женского драконьего обаяния. Дыхание перехватило, голова закружилась, и Деборе пришлось замедлить шаг.

Дрожащей рукой она расстегнула куртку, нащупала на груди родовой перстень отца и сжала изо всех сил. В крови забурлила драконья магия, рванула к турмалину удивительной огранки в форме звезды и слилась с камнем, черпая энергию и щедро наполняя ею хозяйку.

Дебора пришла в себя, резко выдохнула и утерла испарину со лба. Так-то лучше. Повезло, что от отца она унаследовала не только силу и ловкость, но и фамильную магию рода Турмалис. Иначе кинулась бы патлатому брюнету на шею, вместо того, чтобы спасать Бьянку.

Миновав площадь, Дебора шагнула в узкий переулок. Вблизи брюнет выглядел еще выше и шире в плечах, чем казался издалека. Как бы констебль ни спасовал в последний момент. Здоровяк рыкнул что-то неразборчивое и полез Бьянке под юбку.

Дебора отбросила все сомнения, вытащила из-за пазухи неказистую серебряную свистульку в форме ящерки и дунула изо всех сил. По переулку разнесся омерзительный пищащий звук. Бьянка и здоровяк шарахнулись в стороны, закрыв уши руками.

Дебора поморщилась от неприятных ощущений. Все же серебряный артефакт, настроенный на кровь драконов, действовал и на нее. Она использовала его в приюте, когда воспитанницы устраивали жестокие драки, и требовалось их срочно разнять.

Брюнет первым пришел в себя, тряхнул головой и уставился на Дебору затуманенным неудовлетворенной похотью взглядом.

– Ты кто такая? – прорычал он сквозь удлинившиеся клыки.

Глаза незнакомца сияли алым, в черных волосах мелькали бордовые пряди, резкие черты лица привлекали внимание. Яркий, необычный и безумно притягательный. Неудивительно, что Бьянка прилипла к этому типу.

Дебора чуть не застонала от досады. И угораздило же ее воспитанницу спутаться с представителем первостепенных драконьих родов! С таким просто не будет. Кажется, констебль не справится с возникшей проблемой.

– Синья Дебора Валенти к вашим услугам, – с достоинством ответила она и расправила плечи, точно была на приеме у знатных господ Сентаса, а не в грязном переулке драконьего квартала. – Потрудитесь объяснить, по какому праву вы нарушаете законодательство свободного людского королевства Митад?

Темные брови брюнета взметнулись вверх, взгляд прояснился, и он с подозрением покосился на Дебору.

– О каком нарушении речь? – с сомнением уточнил он. – Я только сегодня прибыл. Ваши обвинения беспочвенны! Вы ответите за оскорбление доверенного вассала владыки драконов!

Дебора стиснула зубы и метнула уничижительный взгляд в сторону Бьянки. Вот же удружила воспитанница! Эти выскочки из первостепенных родов мнят себя чуть ли не центром вселенной. Теперь вызова в королевскую канцелярию не миновать. Может, даже уплата штрафа не поможет.

Бьянка жалась к пыльной стене здания и смотрела на Дебору, как нашкодивший щенок, но оправдываться не спешила. Белокурые волосы растрепались и выбились из-под красной косынки, полные губы припухли от поцелуев, на тонкой шее красовался гигантский синяк, явно оставленный брюнетом. Только голубые глаза горели безмозглым желанием удовлетворить взбунтовавшиеся инстинкты. Ни капли раскаяния Дебора в них не увидела.

Ей захотелось ударить Бьянку наотмашь. Но открывая приют, Дебора дала себе клятву заботиться и защищать воспитанниц, что бы ни случилось. Ни разу за пять лет она не позволила себе поднять руку на подопечных и сейчас не собиралась отступать от своих принципов.

– По закону свободного людского королевства запрещены любые интимные действия в отношении лиц, не достигших совершеннолетия, – отчеканила Дебора, сложив руки на груди. – Эта юная особа находится под моей защитой. Ей еще нет и восемнадцати, а вы явно не светские беседы здесь вели.

Брюнет в изумлении вытаращился на покрасневшую Бьянку.

– Как нет восемнадцати? – пророкотал он. – Да в ней драконьего обаяния на зрелую драконицу! Что за бред?!

Дебора схватила Бьянку за руку, дернула на себя и загородила от возмущенного здоровяка.

– Она полукровка и развивается иначе, чем ваши женщины, – ответила она.

Позади раздались торопливые шаги, и Дебора взмолилась всем богам, чтобы это был констебль.

– Проклятые полукровки! – рыкнул брюнет и стиснул ладони в огромные кулаки. – Да их всех нужно убивать при рождении, чтобы не позорили чистую драконью кровь!

Бьянка ахнула и начала реветь. Пять лет назад Дебора нашла ее в трущобах избитую до полусмерти собственной матерью, считавшей девчонку корнем всех своих бед. Неодаренные женщины часто увлекались заезжими драконами, но те снисходили исключительно до невинных красавиц. Наивные глупышки неизменно беременели, и родные ставили на них крест. Сломать жизнь неопытной девушки легко, а вот разгребать последствия потом некому.

Дебору бросило в жар, волна ярости вскипела в душе, и она ринулась вперед. В одно мгновение Дебора оказалась возле дракона, отвесила ему хлесткую пощечину и крикнула:

– Лучше кастрируйте себе подобных при рождении, тогда и проблема полукровок будет решена раз и навсегда!

Брюнет побагровел. Черты его лица заострились, из-под верхней губы показались клыки, на скулах проступили алые чешуйки. Переулок огласил совсем не человеческий рык, и дракон прогремел:

– Как ты смеешь, грязная полукровка!

Дебора сузила янтарные глаза, не думая отступать. Она не позволит этому зарвавшемуся чещуйчатому причинить Бьянке вред.

– Что здесь происходит? – раздался требовательный мужской голос.

А вот и страж правопорядка пожаловал. Интересно, он слышал про кастрацию? Если да, то Дебору упекут за решетку.

Драконы были очень малочисленной расой. За всю жизнь драконья пара могла зачать только одного ребенка, да и то не всегда. Они тряслись над своими женщинами и малышами. Вопрос деторождения оставался для драконьего царства самым острым вот уже больше ста лет.

Дебора нашла в себе силы развернуться и посмотреть констеблю в глаза. Шустрый мальчуган не подвел. В переулке стоял ни какой-нибудь новичок, а один из старейших стражей порядка Сентаса. Из-за особенностей поведения воспитанниц Дебора постоянно сталкивалась с представителями сыскной службы и некоторых знала лично. 

Она с милой улыбкой сказала:

– Добрый день, констебль Руфиус. Сегодня из моего приюта пропала воспитанница. Я подала заявление об исчезновении в сыскное отделение моего района. Но случайно увидела, как этот господин принуждает мою Бьянку к разврату посреди площади. Это так ужасно, когда люди не могут быть уверены в безопасности дочерей и воспитанниц в собственном городе!

Дебора достала носовой платок Бьянки, который использовала для поиска, и промокнула сухие глаза. Для пущей убедительности она еще и всхлипнула.

– Наглая ложь! – рявкнул брюнет, клацнув заострившимися зубами.

– Разберемся, – отчеканил пожилой констебль, поправив темно-синий китель. 

Дебора знала, что он ненавидел драконов почти так же, как она сама, а может, и еще сильнее. Ведь именно ему приходилось из года в год разбирать все те правонарушения, что неизменно случались в драконьем квартале.

Но все же констебль Руфиус был профессионалом и непререкаемым тоном произнес:

– Пройдемте в отделение. Там и выясним все обстоятельства этого дела.

– Всенепременно, констебль! – с готовностью шагнула в его сторону Дебора и махнула воспитаннице рукой, делая знак идти рядом.

Она незаметно передала все еще трущемуся поблизости мальчугану обещанное вознаграждение и направилась вслед за констеблем в сыскное отделение драконьего квартала.

В королевской канцелярии царила суматоха. Служащие бегали из кабинета в кабинет с кипами бумаг в руках и не обращали внимания на ожидавших аудиенции посетителей. Наконец в коридоре появился запыхавшийся молодой человек в бирюзовом сюртуке секретаря его величества и объявил:

– Дон Рауль Рубиас, прошу за мной!

Стиснув зубы, Рауль поднялся из кресла и тяжелой поступью направился за секретарем. Они покинули канцелярию и оказались в длинном проходе. Внутри кипело раздражение. Даже привычный парадный черный сюртук с бордовой вышивкой казался узким и неудобным.

Рауль изначально говорил владыке драконов, что связываться с беспутными людьми глупо, но тот его не слушал. И вот теперь не владыке, а Раулю приходится терпеть унижения и покорно сносить пренебрежение правителя людских земель. Да как он смеет заставлять ждать самого дона Рубиаса?!

В Драконьем царстве все трепетали при появлении правой руки владыки. Никто не смел даже взглянуть ему в глаза, не то что заставить полчаса ждать рядом с другими просителями. Поистине людское королевство – настоящая дыра! А чего стоили вчерашние полукровки?

У Рауля потемнело в глазах от злости при воспоминании о бесстыжей девице с каштановыми волосами. Это надо было додуматься обвинить его в принуждении к близости какой-то соплячки! Да Рауль в жизни не применял силу ни к одной женщину! Это даже звучит омерзительно. Все его любовницы первыми приходили просить о милости, а он уже решал до какой из них снизойти. Белобрысая девчонка сама к нему прицепилась!

Рауль вспомнил долгий перелет через Радужные горы. Он спешил исполнить поручение владыки, но покрыть расстояние до людских земель без отдыха невозможно. Ему пришлось сделать одну из остановок в Диком предгорье. Как назло, Рауль наткнулся на гнездо виверн, те атаковали целым выводком. Зловонный ядовитый дым затуманил разум, но Рауль вырвался из окружения невредимым. Не вивернам с ним тягаться. Его рубиновый дракон – один из сильнейших во всем царстве.

И все же столкновение в предгорье сказалось сильнее, чем Рауль предполагал. Он прибыл в Сентас, страдая от дикой головной боли. На аэродроме его никто не встретил. Владыка предупредил, что Рауль будет действовать в людском королевстве тайно, не афишируя свою миссию. Он подозревал, что в царстве завелись предатели, и не доверял никому, кроме верного советника.

Раулю пришлось нанять экипаж и трястись по отвратительной дороге до драконьего квартала. В той гостинице, что ему посоветовал владыка, не оказалось свободных комнат, и Рауль чудом отыскал другую. Там он и встретил проклятую белобрысую девчонку.

Она сидела за одним столом с отрепьем из низших драконьих родов и выглядела чересчур напряженной. Рауль уловил в ней отголоски драконьей крови. Пока хозяин гостиницы распоряжался насчет комнаты и завтрака, Рауль следил за девчонкой. Она вела себя довольно бойко и не давала спуска разнузданным молодым драконам. Неужели в человеческих землях женщинам разрешают разгуливать без сопровождения? Девчонка заметила его интерес и принялась подавать знаки, умоляя о помощи.

Меньше всего Раулю хотелось столкнуться в Сентасе с кем-то из знакомых. Но оставить девчонку в такой неподходящей компании Рауль никак не мог. В Драконьем царстве глава рода заботился о подчиненных и в первую очередь о женщинах, детях и стариках.

Рауль оглядел драконов из низших родов, убедился, что никого из них раньше не встречал, и двинулся прямиком к столу.

– Вот ты где! – с угрозой в голосе проговорил он и схватил девчонку за руку. – А ну за мной!

Драконы тут же притихли, почуяв более сильного соплеменника, а девчонка с радостью подыграла.

– Наконец-то ты меня нашел! – воскликнула она с задорной улыбкой. – Я уже заждалась.

Они вышли на улицу, и белобрысая полукровка рассыпалась в благодарностях, уверяя, что драконы не пускали ее домой. Рауль вызвался проводить девчонку в нужное место, но та согласилась пройти с ним только до выхода из драконьего квартала. По ее словам, на других улицах Сентаса ей ничего не угрожало. Рауль в этом сомневался, но настаивать не стал.

Голова болела все сильнее, да еще и странный аромат, исходящий от девчонки, будоражил кровь. Запах казался едва уловимым, точно чужим. Смесь чего-то терпкого, пряного и в то же время маняще-сладкого. На ум пришли яркие гвоздики, что росли в саду родового замка. Мать Рауля обожала эти цветы и постоянно добавляла их в букеты, но с ее смертью приятный аромат исчез из комнат. Рауль все реже бывал дома и давно позабыл о гвоздиках, а тут вдруг уловил знакомые нотки.

Пока шли по улицам драконьего квартала, девчонка трещала без умолку, рассказывая о Сентасе и местных порядках. Рауль почти ее не слушал, мечтая поскорее оказаться в гостинице. Но девчонка вдруг свернула в переулок, замерла у стены и зажмурилась. И тут на Рауля обрушилась такая убойная доза драконьего обаяния, что он пошатнулся.

– Ты что творишь? – прохрипел он, борясь с неукротимым желанием. – Прекрати немедленно!

– Не могу, – пропищала она. – Ты мне нравишься. И оно само… Само так делает. Я не виновата!

Рауль шарахнулся в сторону. Голова закружилась, и ему пришлось привалиться к противоположной стене переулка. Кровь бурлила, дракон внутри требовал подчинить и овладеть зовущей самкой, в паху саднило.

– Беги отсюда, – выдавил Рауль, пытаясь сфокусировать затуманенный взгляд на полукровке. – Быстрее. Я долго не выдержу.

Из девчонки хлестало драконье обаяние такой силы, что ни один взрослый дракон не устоял бы, но Рауль был главой первостепенного рода и мог сопротивляться такому призыву дольше других.

– Не хочу, – вдруг ответила девчонка и двинулась к нему. – Я уже не ребенок и докажу это.

Она прильнула к Раулю, обвила тонкими руками шею, заглянула в глаза и поцеловала. Дракон внутри взревел и ударил носителя волной магии. Оковы разума и воли осыпались прахом. Рауль накинулся на девчонку и принялся с остервенением целовать. В конце концов он предупреждал, а если бестолковая полукровка не понимает слов, это не его проблема.

Рауль ласкал податливую девчонку, надеясь почувствовать аромат гвоздик острее, но вместо этого запах практически исчез. На свежую голову он сумел бы заподозрить неладное, но после отравления контроль ослаб, инстинкты победили, и Рауль полез девчонке под юбку.

И тут явилась она – сущий кошмар в женском обличье! Еще одна полукровка, но какая!

Идя за королевским секретарем, Рауль не мог спокойно вспоминать о янтарноглазой девице с каштановыми волосами. Чего только стоил ее кожаный костюм! Да ни одна драконица не позволит себе разгуливать в таком виде перед мужчиной. Это надо было додуматься нарядиться в облегающие брюки!

А уж ее слова о самцах драконов – несмываемый позор! Конечно, он и сам перегнул палку насчет детенышей-полукровок, но янтарноглазая не имела права бросаться такими оскорблениями.

Пока Рауль объяснялся с констеблем, у него все клокотало внутри от злости и желания придушить нахальную янтарноглазую. Та изображала из себя невинную жертву коварного заезжего дракона и выгораживала воспитанницу, обвиняя Рауля в немыслимых вещах. Благо хоть констебль попался с мозгами и быстро разобрался в ситуации. Видимо, не первый раз сталкивался с полукровками.

Когда Рауля отпустили из отделения, он хотел направиться прямиком в гостиницу, но задержался у крыльца. Зачем он спрятался за углом здания, Рауль и сам не смог бы объяснить, вот только сразу уйти не получилось. Дракон внутри выл как одержимый, настаивая на своем. Упертая звериная сущность требовала дождаться янтарноглазую и ощутить ее аромат. Ведь это именно от нее пахло гвоздиками.

До чего же волнующий запах! Терпкий, манящий, обещающий нечто волшебное. Рауль и рад был убраться подальше от янтарноглазой, да только в груди все ныло от желания снова хоть на мгновение насладиться ее ароматом. Синья Дебора Валенти. Кто она такая? Судя по имени, местная аристократка.

– Ты понимаешь, что натворила? – услышал Рауль суровый голос янтарноглазой. На крыльце появились две полукровки. Старшая смотрела на провинившуюся младшую с болью и разочарованием. – Ты могла пострадать.

Белобрысая девчонка упрямо задрала усыпанный веснушками нос и выпалила:

– Ничего подобного! Он бы сделал меня счастливой! Я сама слышала, как полукровки из драконьего квартала рассказывали.

Полный горечи, надтреснутый смех огласил крыльцо.

– Счастливой? – переспросила янтарноглазая, сверля подопечную острым, как родовой драконий клинок, взглядом. – Ты и понятия не имеешь, о чем говоришь. Все, что тебе может предложить такой как он, это позор и страдания. Много счастья повидала твоя мать, когда оказалась на улице беременная? Ты сама-то много его видела, голодая и замерзая зимой? Начни наконец думать мозгами, а не…

Она запнулась и принялась глубоко дышать. Ее подопечная уставилась на носки своих ботинок, молча глотая слезы.

– Прости, – выдавила янтарноглазая и обняла девчонку за плечи. – Тебе до совершеннолетия всего пара месяцев осталась. Я не хочу, чтобы ты сломала себе жизнь.

– Как мама? – всхлипывая, уточника девчонка.

– С тобой такого не случится, – отрезала янтарноглазая и потянула подопечную в сторону стоявших на другом конце улицы экипажей.

Рауль развернулся и, чеканя шаг, направился в гостиницу. Что бы там ни думала бесстыжая янтарноглазая, а драконы – самая честная и благородная раса. Мерзкие людишки сами виноваты в своих бедах. Вечно лезут, куда их не просят, юлят, обманывают, строят козни, а потом, когда получат по заслугам, льют слезы и обвиняют других.

В конце коридора показались стоящие перед двустворчатой дверью королевские гвардейцы в красных мундирах. Секретарь замедлил шаг, Рауль тряхнул головой, собираясь с мыслями.

Нужно перестать думать о янтарноглазой полукровке и сосредоточиться на выполнении поручения владыки. Хорошо, что они больше никогда не увидятся.

Гвардейцы вытянулись в струну при виде секретаря. Тот постучал в дверь и, получив разрешение войти, распахнул створку перед Раулем.

– Прошу, дон Рубиас. Его Величество вас ожидает.

Рауль приготовился к переговорам, расправил плечи и шагнул в кабинет правителя свободного людского королевства Митад.

За спиной закрылась дверь, но Рауль так и остался на пороге. Впервые он столкнулся с правителем людских земель лицом к лицу и оказался не готов к этой встрече.

Драконы всегда жили обособлено от других рас. Радужные горы служили им прекрасным местом для уединения. С севера их омывал Бескрайний океан, а с юга окаймляло Дикое предгорье, населенное вивернами. Другие расы занимали следующие за предгорьем равнинные территории и не решались соваться к драконам, зато могли свободно общаться с соседями.

Когда-то люди, орки, гоблины и эльфы без конца воевали друг с другом. Драконы не вмешивались в отвратительную возню более молодых рас. Но человеческие маги научились создавать удивительные артефакты и сумели наладить торговлю с другими странами. Теперь на равнине царили мир и порядок, но драконы все также оставались вдали от любых новшеств.

Его величество Николас Фарини правил людскими землями вот уже пятьдесят лет. Многие считали его слабым монархом для такого огромного государства, как Митад, но владыка драконов думал иначе. Рауль частенько слышал его рассуждения о том, что король Николас пусть и мягко, но настойчиво направляет свою страну по выбранному пути развития. Сохранение мира с воинственными орками, подлыми гоблинами и ненавидящими чужаков эльфами стало заслугой именно короля Николаса.

В Радужные горы редко пускали представителей других рас. Драконы предпочитали сами бывать там, где необходимо, поэтому Рауль никогда не общался с королем Николасом лично. Но постоянно работая с владыкой над документами, он представлял правителя людских земель, как опытного и хитрого воина. Иначе как объяснить то, что королю Николасу удавалось разрешить любые конфликты?

Вот только ожидания Рауля не имели ничего общего с действительностью. Кабинет его величества напоминал гостиную престарелой аристократки, обожавшей вязание и кошек. Здесь перед пылающим камином стояли несколько кресел и диванов с вычурной полосатой обивкой. На спинке каждого из них красовалась белоснежная вязаная салфетка. По пушистому ковру разгуливал огромный черный кот и таращился на Рауля с так, будто увидел блоху.

– Дон Рубиас! – Навстречу Раулю поднялся пухленький старичок метра полтора ростом в забавном розовом сюртуке, голубых бриджах и рубашке с рюшами. – Как я рад вас видеть!

Рауль растерялся. С высоты своего двухметрового роста он смотрел на короля Николаса и никак не мог взять в толк, как тот может управлять огромной страной да еще бороться с происками неспокойных соседей. Но стоило ему встретиться с его величеством взглядом, как все встало на свои места. Король Николас смотрел на Рауля так, будто видел малейшие движения его души, читал каждую мысль, знал наперед приготовленные слова.

– Приветствую, ваше величество, – выговорил Рауль и склонил голову.

Драконы выражали свое почтение исключительно так и никак иначе, и король Николас прекрасно это знал.

– Проходите, дон Рубиас. – Его величество махнул пухлой ладонью в сторону камина. – Располагайтесь. Простите за долгое ожидание. Мне хотелось закончить с неотложными делами и пообщаться с вами в неформальной обстановке. Это моя гостиная, а не кабинет. Здесь я отдыхаю и бываю в кругу друзей.

Король Николас уселся в одно из кресел и принялся наблюдать за Раулем. Тот выбрал диван, но едва опустился на него, как тут же утонул в мягкой обивке, точно в пуховой перине. Стиснув зубы, Рауль попытался сесть ровнее, но диван, будто не желал его выпускать из нежных объятий.

Заливистый смех огласил гостиную, и Рауль бросил свирепый взгляд на короля.

– Не сердитесь, дон Рубиас, – замотал головой тот. – Это особая мебель по моему специальному проекту. Она помогает расслабиться и оставить все тревоги позади.

Черный кот потерся спиной о проклятый диван, словно подтверждая слова хозяина, потом прошел к креслу и запрыгнул королю на колени.

– Сомневаюсь, что у нее получится, – процедил Рауль, тщетно пытаясь устроиться удобнее.

Поглаживая урчащего кота, король наблюдал за возней Рауля с нескрываемым интересом. Наконец тот понял всю тщетность борьбы и замер. Диван немыслимым образом подстроился под него, и Рауль ощутил себя так, точно парит в небе. На его суровом лице отразилось изумление.

– Вот видите, – с мягкой отеческой улыбкой сказал король. – А вы говорили, не получится. Поверьте, человеческая магия еще и не на такое способна.

Упоминание о магии заставило Рауля собраться с мыслями и вспомнить о том, ради чего он прибыл в людские земли.

– Ваше величество, – обратился он к королю, – владыка Драконьего царства прислал ответ на ваше предложение. Я здесь, чтобы обсудить все детали.

Рауль достал из внутреннего кармана черного сюртука конверт и передал королю. Тот вмиг переменился. Черты круглого лица утратили всякий намек на мягкость. Полные губы превратились в жесткую линию, между бровей четче обозначились морщины, в синих глазах сверкнула сталь.

Король Николас оставил кота в покое, вскрыл конверт и углубился в чтение. Рауль следил за выражением его лица, но не смог ничего разобрать.

– Что ж, – наконец заговорил король, – все так, как мы и договаривались. Мой сын женится на дочери владыки через два месяца. Торжество пройдет в Радужных горах. После свадьбы я передам сыну престол, и принцесса Новия станет полноправной королевой Митада.

Рауль уловил в словах короля сомнение и спросил:

– Вас что-то беспокоит? Вы сомневаетесь, что владыка…

– Нет-нет, – перебил его король Николас. – Я уверен, владыка драконов ни на шаг не отойдет от договора. Меня больше беспокоит то, что принцесса никогда не покидала Радужные горы. Она не знает законы и традиции той страны, где будет править.

Рауль не сдержался и шумно выдохнул от облегчения. Владыка дал ему четкие указания – сохранить информацию о возможном заговоре вокруг драконьего престола в строжайшей тайне. Раулю не мог допустить, чтобы правитель людских земель обо всем догадался и отменил свадьбу.

– Не стоит волноваться, – ответил он. – Принцесса Новия пусть и очень молода, но отличается удивительным для ее возраста здравым смыслом и чуткостью. Уверен, она легко усвоит все необходимое.

Король просиял и с открытой улыбкой кивнул.

– Я тоже так считаю, поэтому решил направить в Радужные горы доверенного человека. Она поможет принцессе лучше узнать будущих подданных, познакомит с нашей историей, законодательством и бытом.

– Она?! – Рауль не поверил своим ушам. – Но ваше величество, человеческой женщине будет слишком трудно в горах! Там суровые условия, да и при дворе есть свои сложности. Она станет объектом пристального внимания драконов, а это не лучшая идея. К тому же…

Король Николас вздохнул и сложил ладони на выпирающем животе.

– Понимаю, но принцессе Новии нужна наперсница именно из нашего королевства. Иначе она столкнется с тем, к чему совершенно не готова. А зная, как драконы ограждают своих женщин от всего на свете, я не могу гарантировать, что брак моего сына станет счастливым. Королева должна не только ориентироваться в особенностях страны и подданных, но и быть для супруга верным другом и пылкой возлюбленной. Это не простая задача. Мне бы хотелось, чтобы Алессандро познал ту же радость взаимной любви, что и я когда-то.

В синих глазах короля отразилась грусть, и Рауль не решился возражать. По-своему тот был прав. Принцесса Новия выросла при храме, вдали от дворца владыки. К ней никого не пускали, кроме отца. Сложно было представить затворницу в роли мудрой королевы и страстной жены.

И почему владыка решил выдать ее за наследника престола Митада? Многие драконы из первостепенных родов смогли бы позаботиться о принцессе гораздо лучше, чем Алессандро Фарини. Им бы и в голову не пришло утруждать дочь владыки вопросами управления государством. Да и требовать от нее удовлетворения любовной горячки тоже никто бы не стал, для этого сгодятся драконицы из низших родов.

В дверь постучали. Король Николас обернулся и повысил голос:

– Войдите!

На пороге появился секретарь в бирюзовом сюртуке.

– Простите, что прерываю, ваше величество. Она здесь.

– Скорее веди ее сюда! – оживился король и бросил лукавый взгляд на Рауля. – Мы уже заждались.

Секретарь исчез в коридоре, а Рауль ощутил внезапную тревогу. Зверь внутри начал беспокоиться и ворчать. Но с чего вдруг? Рауль повидал сотни человеческих женщин, и ни одна не впечатлила его настолько, чтобы он до нее снизошел. Неужели сейчас может быть иначе?

Ответом ему стал терпкий аромат гвоздик. Рауль ощутил чарующий запах еще до того, как вошла его обладательница.

– Синья Дебора Валенти, – объявил секретарь и пропустил в гостиную ту самую нахальную девицу из переулка.

Она вплыла в комнату, словно не касалась ногами пола. Неспешность и изящество движений ничем не напоминали ту хлесткую пощечину, что янтарноглазая отвесила Раулю за грубость. Перед королем явилась благовоспитанная девушка из знатной семьи.

Строгое коричневое с золотом платье намекало на то, что перед королем предстала серьезная синья, несклонная к юношескому безрассудству. Высокая прическа и скромная брошь с драгоценными камнями на груди указывали на ее верность традициям. На свежем лице не нашлось ни единого признака женских красок и притираний.

Рауль смотрел на синью Валенти и не мог поверить в то, что она только вчера щеголяла в обтягивающем кожаном костюме и готова была драться с ним за свою воспитанницу. Если бы не будоражащий аромат гвоздик, он бы ее даже не узнал.

– Доброго дня, ваше величество, – зажурчал голосок синьи. Она сделала реверанс и выпрямилась.

– Деби, здравствуй! Как я рад тебя видеть! – тепло улыбнулся ей король. – Проходи скорее, я хочу тебя кое с кем познакомить.

Синья наконец заметила Рауля. В янтарных глазах вспыхнуло узнавание, за ним гнев, но лицо осталось невозмутимым. Только между темных бровей отчетливее проступила морщинка, да и она быстро исчезла.

– Дон Рауль Рубиас, – король Николас взмахнул пухлой ладонью, будто творец, представляющий свое произведение на строгий суд критика. – Советник владыки драконов.

Синья прекрасно владела собой и ровным тоном произнесла:

– Доброго дня, дон Рубиас.

 Рауль с трудом ответил на приветствие. Он до того был потрясен, что не мог отвести взгляд от синьи. Более привлекательной женщины ему еще не доводилось встречать. Если бы он не встретил ее вчера при других обстоятельствах, то, скорее всего, позволил бы себе лишнее.

Но эта синья способна обвести вокруг пальца кого угодно, с ней стоит быть настороже.

Этого не может быть! Просто не может.

Дебора сидела в личной гостиной короля Николоса и слушала его речь о том, как он нуждается в ее помощи. Получив накануне вечером письмо из королевской канцелярии с требованием явиться на аудиенцию во дворец, Дебора была уверена, что ее ждет суровое наказание за оскорбление дракона из первостепенного рода. А теперь выяснилось, что ей предстоит отправиться с этим типом в Радужные горы. И зачем? Чтобы стать фрейлиной драконьей принцессы и подготовить ту к скорой свадьбе! Уму ни постижимо.

– Благодарю за оказанное доверие, ваше величество, – в замешательстве выдавила Дебора. – Но я не могу оставить приют. Два месяца – это очень большой срок. Вы же знаете, мои воспитанницы иногда доставляют некоторые… неудобства. Кроме меня, с ними никто не справится.

– Именно поэтому я к тебе и обратился, – доверительным тоном проговорил король. – Ты знаешь о драконах все, умеешь ладить даже с отъявленными озорницами, да и сама мечтала побывать в Радужных горах.

Дебора заметила удивление на лице дона Рубиаса, но сделала вид, что ее это не волнует. На этот раз дракон выглядел не в пример представительнее, чем в их прошлую встречу. Черный костюм с бордовой вышивкой подчеркивал мускулистую фигуру. Темные волосы с красными прядями струились до плеч, а не торчали во все стороны. На груди красовался фамильный артефакт рода Рубиас – кулон в форме золотого орла, инкрустированный крупными рубинами. Если бы Дебора увидела этого дракона в таком виде на улице, то вряд ли бы осмелилась на него наброситься. Хотя, кто знает. Вчера он вывел ее из себя пренебрежительным отношением к полукровкам.

– То дела прошлые, – отозвалась она и нахмурилась. – Сейчас меня волнует исключительно мой приют. Девочки нуждаются в помощи. Многим почти восемнадцать, я должна позаботиться об их будущем. Без моего ходатайства они не смогут найти достойную работу.

Его величество с задумчивым видом поглаживал своего пушистого любимца. Кот Пепе урчал и щурил зеленые глаза. Деборе всегда казалось, что этот пройдоха незримо влияет на хозяина.

– Я понимаю твои трудности, – наконец заговорил король Николас. – Мне жаль, что я раньше не уделял должного внимания твоему приюту. Но это не значит, что я не следил за его работой. Поверь, я ценю то, что ты взвалила на себя. Если ты исполнишь мою просьбу, то я выделю для приюта новое здание и назначу ежегодное содержание.

Дебора не смогла сдержать вздох изумления. Слезы навернулись на глаза, и она поскорее их смахнула.

– Ваше величество! – вскричала Дебора, стискивая подлокотники кресла. – Я…

– Не спеши с ответом, – прервал ее король, одарив понимающей улыбкой. – У тебя есть три дня. Обдумай все хорошенько, посоветуйся с близкими. В Радужных горах может быть опасно, ты многим рискуешь. Если решишь отказаться, я не стану настаивать. Я обещал твоему отцу приглядывать за тобой. Алессандро не простит меня, если с тобой случится беда.

Дебора вспомнила бесшабашного наследника престола, с которым дружила с детства, и покачала головой.

– Не думаю, что его высочество будет за меня переживать.

В конце концов Сандро никогда не заботился о том, чтобы уберечь Дебору от опасности. Его больше волновали собственные развлечения и комфорт.

– Ты не права, – с укоризной посмотрел на нее король. – После того случая он изменился.

Дебора шумно втянула воздух в легкие и сжала губы. Все в прошлом, давно забыто и похоронено на задворках памяти. Не стоит ворошить то, с чем не готова столкнуться лицом к лицу.

За дверью послышался шум, и в гостиную без стука вошел наследник престола. В глаза бросились всклокоченные русые волосы, распахнутый бордовый сюртук, мятое жабо белоснежной рубашки. Чем он только что занимался, дракон его подери!

– Деби, ты здесь! – воскликнул Сандро в своей обычной непринужденной манере, будто и не было между ними пяти лет холодного отчуждения и редкого общения в рамках этикета на обязательных светских мероприятиях во дворце. – Как я рад тебя видеть!

Дебора поднялась и сделала положенный реверанс.

– Доброго дня, ваше высочество, – произнесла она ровным тоном.

Сандро не из тех, кто понимает намеки или заботится о чужих чувствах. Лучше сразу дать понять, что Дебора не намерена восстанавливать с ним дружеские отношения.

– Ну зачем так официально? – рассмеялся Сандро, но от Деборы не укрылась та нарочитость, с которой друг детства изобразил веселье. – В этой гостиной так не принято. Ты же помнишь?

И он окинул Дебору пронизывающим взглядом синих глаз. Тем самым фамильным, из-за которого все побаивались добродушного и с виду безобидного короля Николаса. Дебора почувствовала давление чужой магии. Вот же засранец! Знает, что она ненавидит его фокусы, и все равно лезет.

– Безусловно, – понизила она голос. По ее губам скользнула едкая усмешка. – Как я могу забыть.

В крови забурлила драконья магия. Дебора не любила демонстрировать свои умения, но Сандро никогда не понимал полумер. Тонкий жгут из магической энергии мгновенно сформировался на ладони, и Дебора вскинула руку, будто собиралась жеманно отмахнуться от замечания наследника.

– У меня прекрасная память, – отчеканила она и запустила в Сандро колдовской жгут. Тот обвился вокруг лодыжек наследника, затянулся, и его высочество чудом остался стоять, вцепившись в спинку ближайшего кресла.

– Ну ты и…

– Будет вам! – вмешался король Николас, произнеся заветную фразу чересчур благодушным тоном.

По его виду нельзя было догадаться, что он разгневан, но Дебора и Сандро мгновенно присмирели.

– У нас важный гость, – продолжал его величество. – Не стоит обделять его вниманием.

Дебора покосилась на дракона и поразилась тому, каким мрачным тот выглядел. Странно, обычно Сандро сразу располагал к себе любого.

– Присаживайтесь, обсудим наши планы, – сказал король Николас и снова принялся поглаживать кота.

– Прощу прощения, дон Рубиас, – проговорил Сандро и уселся на диван рядом с драконом. – Синья Валенти редкий, но очень долгожданный здесь гость. Я немного увлекся. Приветствую вас во дворце. Как вы добрались? Сентас не показался вам унылым местом в сравнении со столицей Драконьего царства?

Дон Рубиас посмотрел на наследника престола в упор и ответил:

– Благодаря синье Валенти, Сентас произвел на меня неизгладимое впечатление.

Ошеломленный вид Сандро вполне мог бы позабавить Дебору, если бы она в этот момент не сгорала от стыда за проявленную в переулке драконьего квартала несдержанность. И зачем она только ударила этого типа? Знала же, что с драконами нужно вести себя как можно более отстраненно, тогда они быстро теряли интерес.

– Вот как, – с лукавой улыбкой протянул Сандро. В его синих глазах зажегся до боли знакомый Деборе огонек предвкушения. Так наследник престола смотрел на будущих жертв своих проделок. – Вы уже успели познакомиться поближе? Берегитесь, дон Рубиас. Синья Валенти способна вскружить голову кому угодно.

– Я заметил, – отозвался дракон с таким видом, будто готов был выпустить когти и разорвать наследнику престола горло.

Сандро окинул его долгим взглядом и не придумал ничего лучше, чем применить родовую магию, намереваясь залезть советнику владыки драконов в голову.

Да он просто ненормальный, если считает, что ему это сойдет с рук!

Повинуясь усвоенному с детства желанию защитить беспечного друга, Дебора вскочила из кресла, куда только успела сесть, и выпалила:

– Простите, ваше величество! Мне нехорошо. Могу я ненадолго покинуть вас?

Все уставились на Дебору с таким беспокойством, будто ей грозила смертельная опасность.

– Моя дорогая, ты и правда побледнела, – покачал головой король Николас. – Поезжай домой, обдумай мое предложение. Я буду ждать твоего решения.

– Благодарю, ваше величество. – Дебора сделала реверанс и постаралась передать взглядом всю ту теплоту и признательность, что испытывала к правителю своей родины.

Король Николас всегда был для нее образцом доброты, справедливости и мудрости. Родители Деборы благодарили именно его за возможность жить в безопасности и заниматься любимым делом.

– Ступай, Деби, – улыбнулся он. – И береги себя.

– Всего доброго, господа, – пробормотала Дебора, не глядя на наследника престола и дракона.

Она сделала еще один реверанс и покинула личную гостиную его величества. Хватит с нее впечатлений на сегодня.

После аудиенции у короля Николоса наследник престола пригласил Рауля на прогулку по дворцовому парку.

В людских землях весна уже прочно утвердилась в своих правах, повсюду буйным цветом благоухали деревья, зеленела трава. Встреча с янтарноглазой выбила Рауля из колеи, и он шел по усыпанной гравием дорожке с самым мрачным видом. Ухоженная природная красота его не радовала, он всегда предпочитал дикие пейзажи. Даже в родовом замке запрещал садовникам слишком усердствовать.

Наследник престола что-то рассказывал о нововведениях в законодательстве Митада, но Рауль все еще находился под впечатлением от поведения синьи Валенти и пропускал большую часть информации мимо ушей.

Янтарноглазая явно близка и с королем, и с наследником, но при этом держится с достоинством, не злоупотребляет их добрым отношением, а наоборот, как будто им тяготится. А чего стоила ее выходка с магией! Да если бы к дочери владыки драконов хоть кто-нибудь посмел применить колдовство, он бы мгновенно лишился головы. Но ни король, ни наследник не сочли действия янтарноглазой предосудительными. Значит, между ней и Алессандро Фарини это в порядке вещей. Что же связывает этих двоих?

Рауль вспомнил, с каким воодушевлением наследник влетел в гостиную, как был рад увидеться с янтарноглазой, как пытался пробить стену ее отчуждения. Неужели он влюблен в нее?

От этой мысли внутри заворочался дракон, рыча и царапаясь. По его мнению, никто не мог смотреть в сторону той самки, которая ему приглянулась. Рауль вздохнул и провел ладонью по отросшим волосам. Для зверя все просто: заинтересовала самка – покажи свою силу и стать, впечатли и покори. Рауль же не мог спокойно думать о янтарноглазой.

Синья Валенти, безусловно, производила впечатление. Ее красота и манеры могли очаровать любого, но таящаяся внутри необузданность и даже дерзость сбивали с толку. Почему она не покорилась воле короля без всяких размышлений? В Радужных горах ни одна драконица не позволила бы себе подобных вольностей.

К тому же янтарноглазая – полукровка, а от них ничего хорошего ждать не приходится. Испорченная кровь – залог погибели. Рауль до сих пор не мог понять, как эта синья унаследовала драконью магию, но он четко уловил всплеск созвучной силы. Да еще какой! Кем же был ее отец? И как так вышло, что его способности передались дочери?

Обычно драконы не признавали своих полукровок, считая их слабыми и недостойными внимания. Ведь в них проявлялась только драконья сила и обаяние, да и то не в полной мере. Ни способностью к обороту, ни магией камней, ни даром внушения они не обладали. Бесполезные пустышки.

Но синья Валенти была другой. Яркой, загадочной, неистовой. При взгляде в ее янтарные глаза хотелось разгадать все связанные с ней секреты. Рауль помотал головой, будто это могло помочь избавиться от наваждения. Что за бредовые мысли роятся у него в голове? Он прибыл в Митад с важным поручением, а вместо исполнения воли владыки тратит время на мысли о янтарноглазой.

– Вас что-то беспокоит, дон Рубиас? – послышался полный участия голос наследника.

Рауль вздрогнул. Он совсем позабыл о том, где и с кем находится.

– С чего вы взяли? – ответил с нотками плохо скрываемого раздражения Рауль.

Наследник усмехнулся, и его чересчур миловидное для мужчины под тридцать лицо мгновенно изменилось. Черты стали более жесткими и непримиримыми. Рауль вспомнил первое впечатление, произведенное королем Николасом, и решил держать ухо востро и с его сыном. Эти Фарини не просто так правят людскими землями вот уже четыре столетия. Есть в них что-то опасное.

– Вы мрачнее тучи с тех самых пор, как синья Валенти покинула гостиную моего отца, – с легкомысленным видом заметил наследник. – Вы переживаете за нее?

Взгляд Алессандро Фарини стал тяжелым и пронизывающим. Рауль передернул плечами и постарался как можно спокойнее возразить:

– Вовсе нет. Мне показалось, синья Валенти не нуждается ни в чьих переживаниях. Меня больше тревожит сама идея вашего отца отправить в Радужные горы фрейлину для принцессы. Человеческим женщинам не место среди драконов.

Наследник свернул на боковую дорожку и произнес:

– То же самое можно сказать и о самой принцессе. Многие считают, что ей не место среди людей. Вы никогда не задумывались о том, что все зависит не от врожденных особенностей или половой принадлежности, а исключительно от самого человека или представителя любой другой расы?

Рауль покосился на него с нескрываемым удивлением.

– Вы рассуждаете на редкость здраво для своего возраста, – не удержался он от замечания.

Наследник рассмеялся, сразу преобразившись в мальчишку.

– Вы мне льстите. Не скрою, мне приятны ваши слова, но это всего лишь истина, которую я вижу каждый день. Мой отец научил меня разбираться в людях и их тайных желаниях. Поверьте, это умение позволяет легко определить тех, кто способен на большее.

– А синья Валенти способна? – вырвался у Рауля невольный вопрос.

Едкая усмешка коснулась губ наследника.

– Я не знаю ничего, с чем бы не справилась Деби. Она удивительное сокровище, и горе тому, кто не оценит ее по достоинству.

Рауля захлестнула внезапная ярость. Как смеет этот сопляк с такой нежностью говорить о янтарноглазой?

– Вы в нее влюблены? – прорычал Рауль сквозь мгновенно заострившиеся зубы и выступившие клыки.

Но Алессандро Фарини не обратил внимания на опасную трансформацию своего спутника. Он устремил взгляд вдаль и с грустью проговорил:

– Нет. Если бы я ее любил, то давно бы сделал своей королевой. Деби – мой хороший друг. Можно сказать, единственный настоящий. Но я понял это слишком поздно и лишился ее доверия.

Наследник ускорил шаг и бросил через плечо:

– Давайте передохнем в беседке. Сейчас подойдет один человек. Я бы хотел вас познакомить.

Рауль последовал за ним по узкой тропинке к уединенной беседке, увитой цветущей лианой. Злость испарилась, в душе осталось только ощущение облегчения. Но откуда оно взялось, и что послужило его причиной, Рауль так и не понял.

В беседке стоял диван и два кресла, на низком столике обнаружился поднос с бутылкой вина, бокалами и фруктами. Рауль заметил обожаемые всеми драконами мелкие красноватые плоды драда. Их кисло-сладкий вкус наполнял сердце радостью, но достать вожделенные фрукты было весьма трудно. Они росли исключительно в эльфийских лесах, а остроухие ненавидели чужаков и яростно охраняли свои границы.

Рот наполнился слюной, и Рауль с подозрением покосился на наследника. Тот явно подготовился. Вот только к чему? Решил о чем-то попросить?

– Присаживайтесь, дон Рубиас, – сказал наследник, занимая кресло. – Мой друг сейчас подойдет.

Рауль одернул полы черного сюртука и расположился в соседнем кресле. Дракон внутри настойчиво требовал побаловать его сочной мякотью драда, но Рауль не хотел обнажать свои слабости перед наследником. От Алессандро Фарини веяло угрозой. И как янтарноглазая могла так беспечно ему противостоять? В нем чувствовалась скрытая сила. При желании он мог потягаться и с самим Раулем, правда, не в зверином обличье. В небе его рубиновому дракону не было равных, не человеческому магу бросать ему вызов.

– Угощайтесь, – предложил наследник, будто прочитав мысли Рауля. – Драд доставили только сегодня утром. Вряд ли во дворце найдутся его настоящие ценители.

Он наполнил бокал красным вином, переложил из блюда с фруктами несколько плодов драда на отдельную тарелку и подвинул угощение к Раулю. Сладковатый цветочный аромат вожделенного лакомства околдовал и лишил воли. Рауль взял плод в широкую ладонь и, превозмогая желание вонзить клыки в жесткую кожуру, принялся снимать ее специальным ножом.

Едва нежная мякоть попала на язык, Рауль зажмурился от удовольствия. Внутри урчал и ликовал дракон. На ум пришла янтарноглазая. Интересно, а она любит драд? Пробовала хоть раз в жизни? Плод слишком ценный для того, чтобы любой обыватель мог его заполучить.

– Деби тоже любит драд. – Наследник снова упомянул именно то, о чем хотел знать Рауль. Неужели и правда может читать мысли? – До нашей размолвки я частенько покупал для нее эти фрукты.

Рауль опять ощутил нарастающее раздражение. И почему его так злит трепетное отношение наследника к янтарноглазой?

– Почему вы поссорились? – спросил Рауль, сам от себя не ожидая такого бестактного вопроса.

Но наследник не придал значения его дерзости и ответил:

– Я подвел Деби в очень трудный для нее момент. Такое не прощают. – Он взял еще несколько плодов и опустил на тарелку Рауля. – Угощайтесь, дон Рубиас. Мне приятно видеть, что драд вас радует.

Рауль почувствовал невольную симпатию к этому пусть и молодому, но чуткому и искреннему мужчине. Тот, кто способен понять свою ошибку и признать ее перед другими, достоин уважения.

– Зовите меня по имени, – предложил Рауль, сам не понимая, почему так поступает. Люди обычно будили в нем лишь злость и презрение. Но эта поездка в Митад стала самой необычной из всех. Что янтарноглазая, что наследник вызывали в Рауле незнакомые чувства.

– Это большая честь для меня, – с теплой улыбкой ответил наследник.

Он слегка склонил голову, явно осознав всю важность момента. Драконы не часто позволяли малознакомым людям запросто к ним обращаться.

– Тогда и вы зовите меня Алессандро, – внес наследник встречное предложение.

Надо же, Алессандро, не Сандро. Видимо, сокращенное имя только для самых близких.

– Договорились, – отозвался Рауль чуть холоднее, чем того требовал момент.

В отдалении послышались шаги. Рауль заметил на парковой дорожке щеголеватого зеленоглазого блондина в серебристом сюртуке и невероятно узких брюках. В его шейном платке сверкала булавка с крупным бриллиантом, а в начищенных сапогах можно было увидеть собственное отражение.

Щеголя сопровождал пожилой русоволосый мужчина в темном костюме без украшений. Его тяжелый взгляд совсем не вязался с приятной наружностью. Рауль заметил, что блондин и его спутник чем-то неуловимо похожи.

Пожилой шепнул пару слов блондину и прошел дальше, а зеленоглазый щеголь свернул к беседке.

– Доброго дня, господа, – поклонился он, проходя внутрь. Блондин метнул в Рауля быстрый изучающий взгляд, но тут же посмотрел наследнику в глаза.

– Спасибо, что пришел. Располагайся, – ответил Алессандро и повернулся к Раулю. – Позвольте представить вам маркиза Гаспара Каранти. Он мой давний товарищ и доверенное лицо.

– Рад знакомству, дон Рубиас, – расплылся блондин в обворожительной улыбке, даже ямочки на щеках проступили.

Рауль кивнул маркизу и проследил за тем, как тот уселся на диван с грацией первой красавицы королевского двора.

– Это не герцог Каранти сейчас разговаривал с тобой? – спросил наследник у маркиза. – Я давно его не видел во дворце.

Рауль поразился тому, что Алессандро смог распознать пожилого, хотя с его кресла совершенно точно нельзя было увидеть парковую дорожку.

– Да, это был мой отец, – смутился маркиз, но тут же состроил любезную мину. – Он только вернулся из Радужных гор и спешил с докладом на аудиенцию к его величеству. Прошу извинить его за бестактность. Он обязательно позже расскажет все, что сумел выяснить.

– Хорошо, буду ждать его в своих покоях на ужин, – ответил наследник. Они обменялся с маркизом только им понятными выразительными взглядами, словно вели давно начавшийся разговор, о котором Рауль не имел ни малейшего понятия.

Рауль ощутил глухое раздражение и кашлянул. Алессандро вздрогнул, но тут же сосредоточился и перешел к делу:

– Раз все в сборе, то я бы хотел обсудить поездку в Драконье царство. Рауль, маркиз отправится вместе с вами и поможет с подготовкой к свадьбе. – Он повернулся к блондину. – Гаспар, ты все сделал?

– Конечно, – заверил маркиз. – Вот только, разве Деби уже согласилась?

Деби? И этот туда же. Неужели и он близко общается с янтарноглазой?

– Еще нет, – с сожалением ответил Алессандро. – Но это всего лишь вопрос времени. Отец дал ей три дня на раздумья. Она пока сомневается, но у меня кое-что припасено для нее. Деби обязательно поедет, не волнуйся об этом.

Рауль отметил, как зеленые глаза маркиза вспыхнули предвкушением, и придворный щеголь разонравился ему окончательно.

– Замечательно! – воскликнул тот с таким видом, будто получил от наследника престола щедрый подарок. – Тогда я предупрежу смотрителей аэродрома.

– Я уже говорил королю Николасу, – произнес Рауль с нотками недовольства, – что человеческой женщине не место в Драконьем царстве. Уверен, вы, маркиз, прекрасно и один справитесь с поручением.

Светлые брови маркиза взметнулись вверх, и он в растерянности выговорил:

– Не думаю, что из меня выйдет хорошая фрейлина для принцессы Новии. Его величество хотел бы, чтобы Дебора Валенти стала для принцессы проводником в высшее общество Митада. Поверьте, я не смогу в этом помочь, да и ее высочество вряд ли обрадуется моей компании.

Рауль побагровел. Этот белобрысый хлыщ явно хотел его уязвить! Внутри заревел дракон, магия взбунтовалась в крови, клыки удлинились.

– Не переживайте за безопасность синьи Валенти, – как ни в чем не бывало продолжал маркиз. – Я буду везде ее сопровождать и никому не позволю обидеть. Именно для этого Алессандро и попросил меня поехать в Драконье царство.

Рауль перевел тяжелый взгляд на наследника и поразился тому, с каким сочувствием тот на него посмотрел. С чего бы это?

– Я уже говорил, – сказал Алессандро, – синья Валенти со всем справится. Даже не переживайте об этом.

– Как угодно, – буркнул Рауль. – Потом не говорите, что я не предупреждал.

Наследник и маркиз переглянулись и слаженно вздохнули, будто знали о янтарноглазой то, что сделает ее неуязвимой к драконьему обаянию. Как можно быть такими беспечными? Стоит ей только показаться при дворе владыки, как ее тут же попытаются соблазнить скучающие светские бездельники. Чем это закончится, даже Рауль не смог бы с уверенностью сказать.

Вот уже третий день Дебора не знала покоя и беспрестанно думала о предложении короля Николаса. Конечно, ей хотелось и расширить приют, и получить ежегодную дотацию. Но ехать ради этого в Радужные горы? Нет уж, о таком даже подумать жутко.

Завтра ей предстояло дать королю ответ, и Дебора скрепя сердце решила вечером написать официальный отказ. Будет лучше, если фрейлиной драконьей принцессы станет кто-нибудь другой. В конце концов, Дебора давно перестала появляться в свете и посещала только те мероприятия, от которых не имела права отказаться. На нее все махнули рукой и перестали приглашать на торжества.

Убедив себя в том, что поступает верно, перед сном Дебора отправилась в кабинет и достала письменные принадлежности. Она одернула светлое домашнее платье, села за стол, и громоздкое, обитое коричневой кожей кресло знакомо скрипнуло. Также оно скрипело всякий раз, когда отец в него садился и принимался за дела.

Дебора вспомнила его добрые янтарные глаза, короткие каштановые волосы, подернутые сединой, морщинки на лбу и в уголках губ, заразительный смех. Он мог бы жить еще долго, но смерть жены и похищение дочери сделали свое дело. Кайо из второстепенного рода Турмалис погиб, и Дебора знала, что это ее вина.

На стене висел портрет родителей, Дебора подняла взгляд на полотно известного художника. Мариса Валенти и Кайо Турмалис смотрели на дочь с теплом, участием и любовью. Они будто показывали, что готовы поддержать свое дитя в любых начинаниях, трудностях и невзгодах.

У Деборы навернулись слезы на глаза. Если бы она не влюбилась тогда в дракона, отец был бы жив. Он так тяжело переживал смерть обожаемой жены, а тут еще и Дебора повела себя, как последняя идиотка. Она посмотрела на маму и в очередной раз подумала о том, как мало на нее похожа. Ей не досталось ни светлых волос, ни голубых глаз, ни хрупкости. Мама была настоящей красавицей, а Дебора больше смахивала на мальчишку. Правда, к совершеннолетию она преобразилась, но уж лучше бы все оставалось как прежде.

Напольные старинные часы пробили десять. Дебора вздрогнула и вытерла слезы. Ни к чему теперь упиваться сожалениями, нужно делом доказать, что родители не зря всегда в нее верили. Дебора придвинула к себе листы бумаги и обмакнула перо в чернильницу. Приют важнее любых поручений короля, девочки-полукровки нуждаются в постоянном пригляде.

Но только Дебора приготовилась написать отказ от предложения короля, как в дверь постучали. Не успела она и слова сказать, как на пороге появилась взволнованная Моника и выпалила:

– Синья, к вам посетитель!

Дебора дар речи потеряла. Кто мог набраться наглости и заявиться в ее дом в такой час?

– Гони прочь, – процедила она. – Я занята.

Моника побледнела и принялась поправлять и без того идеально сидящий на ней чепец и белоснежный передник.

– Синья… там… Вы уж лучше примите. Знаете, как бы беды не вышло.

– Да кого там принесло в такой час, дракон его пожри?! – рявкнула Дебора, выходя из себя.

В дверном проеме показалась высокая, широкоплечая фигура, закутанная в черный плащ.

– Ты все также не любишь внезапных гостей, – услышала Дебора до боли знакомый насмешливый голос.

Посетитель шагнул в кабинет и откинул капюшон. Дебора встретилась взглядом с наследником престола. Внутри взметнулся гнев, но уж если Сандро набрался смелости и пришел в ее дом, то дело серьезное.

– Моника, ты можешь идти, – обронила Дебора.

– Синья, подать чего? Может, вина? – забеспокоилась та.

– Не нужно. Его высочество здесь не задержится.

Моника побелела, в огромных черных глазах отразился ужас, но перечить Деборе она не осмелилась. Неуклюже изобразила книксен и с удивительной прытью для такой полной женщины исчезла в коридоре, прикрыв за собой дверь.

– Ты сама любезность, – усмехнулся Сандро.

Дебора поморщилась и махнула в сторону дивана.

– Садись и выкладывай, зачем пришел. Мне не до любезности, дел по горло.

Сандро стал серьезным, в синих глазах отразилось беспокойство, и он спросил, снимая плащ:

– Все настолько плохо?

– Все было бы в порядке, если бы не предложение твоего отца, – не удержалась от язвительного замечания Дебора. Она тут же пожалела о своих словах. Времена ее дружбы с наследником престола остались в прошлом. Сейчас она не имела права разговаривать с будущим правителем Митада в подобном тоне.

Сандро лишь вздохнул, пригладил русые волосы и расположился на диване, закинув ногу на ногу.

– Именно поэтому я здесь, – начал он. – Я понимаю, что ты не в восторге от идеи провести в Радужных горах два месяца. Но…

– Это мягко сказано, – буркнула Дебора, сложив руки на груди. – Я не хочу иметь ничего общего с драконами. И ты это прекрасно знаешь.

Сандро посмотрел на нее с такой тоской, что Деборе стало не по себе. Она насупилась и отвела взгляд.

– Да, знаю, – продолжил он, сцепив пальцы на коленях. – Но ты единственная, кому я всецело доверяю. Пожалуйста, выслушай меня.

Дебора стиснула зубы. Сандро изменился. Изменился настолько, что Дебора не находила в себе сил выставить его вон. Она облокотилась на спинку кресла и кивнула.

– Спасибо, – с облегчением улыбнулся Сандро. – Так вот, это я попросил отца переговорить с тобой. Ты лучше всех в Митаде знакома с традициями, бытом, родами и особенностями драконов. Ты знаешь их тайный язык. В тебе даже есть их магия.

– Я в курсе своих знаний и умений, – процедила Дебора. – Давай ближе к сути.

Сандро выставил перед собой ладони.

– Спокойно. Ты не даешь мне рта раскрыть. Я как раз хочу объяснить ситуацию. – Он кашлянул, прочищая горло. – Дело в том, что в Драконьем царстве творятся скверные вещи. Владыка решил выдать за меня свою единственную дочь, но не все рода его поддерживают. Я думаю, принцессе грозит опасность. Если ты будешь все время с ней рядом, то сможешь защитить. Пойми, эта свадьба очень важна!

Сандро выглядел по-настоящему взволнованным. В синих глазах плескалось чуть ли не отчаяние. Дебора не могла поверить в то, что видела.

– Ты что, любишь Новию Брилиас?! – в изумлении вскричала она, приподнимаясь из кресла.

– И незачем так орать, – поморщился Сандро. На его щеках проступил легкий румянец. – В этом нет ничего удивительного.

Дебора рухнула обратно в кресло, и то жалобно скрипнуло, будто возмущаясь таким неосторожным обращением.

– Извини, конечно, но это не просто удивительно, а фактически невозможно. – Она принялась теребить кончик своей пышной косы, как делала всегда в случае крайнего волнения. – Ты ведь ни одну девушку всерьез не воспринимал, сколько я тебя помню. Да ты всю жизнь был самовлюбленным болваном. Как тебя угораздило? Принцессу скрывают в храме Великой матери с рождения. Ты ее даже ни разу не видел!

Сандро побледнел. Темные брови сошлись у переносицы, полные губы сжались в жесткую линию.

– Ошибаешься! Я регулярно с ней вижусь, и мы любим друг друга!

У Деборы голова пошла кругом. Отец всегда старался научить ее всему, что знал сам. Он часами рассказывал ей о Драконьем царстве и его обитателях. Благодаря урокам отца, Дебора слышала, что Великая мать отметила принцессу при рождении своей милостью. На груди у девочки появилось родимое пятно в виде солнца. Именно поэтому владыка отдал единственную дочь на воспитание в храм богини, почитаемой всеми драконами. К принцессе пускали только владыку, ни одному дракону, не говоря уже о человеке, туда хода не было.

– Ты видишь о ней сны? – прошептала Дебора внезапную догадку.

Сандро с детства мучили кошмары. В них он видел будущее, но не мог связно его истолковать. Сильный дар стал для него настоящим наказанием. Дебора частенько оставалась с ним ночевать, чтобы стеречь его сон и утешать, когда он просыпался в слезах. Королева и мать Деборы были близкими подругами.

– Д-да, – выдавил Сандро, опустив взгляд. – Уже два года мы общаемся почти каждую ночь. Великая мать соединила нас и изъявила свою волю владыке. Он долго не мог смириться, но драконы на грани вымирания. Драконицы почти потеряли способность к зачатию. Малыши рождаются все реже и реже. Богиня указала владыке путь. Нам с Новией предстоит подать пример драконам. Показать, что союз человеческого мага и дракона способен принести добрый плод.

У Деборы потемнело в глазах от негодования. Она принялась часто дышать, стараясь справиться с накатившими чувствами. Ее папу изгнал из Радужных год собственный отец за то, что его наследник и будущий глава рода Турмалис полюбил человеческую женщину и посмел с ней тайно обвенчаться. Всю жизнь Кайо Турмалис подвергался гонениям сородичей. Из-за этого он настоял на том, чтобы Дебора носила фамилию матери. И все равно его нашли, похитили Дебору и спровоцировали на ритуальный поединок.

А теперь владыка драконов выдает принцессу за наследника престола Митада. Не удивительно, что главы родов взбунтовались. Пути Великой матери поистине непостижимы.

– Я знаю, что тебе сложно покинуть приют, – вновь заговорил Сандро, – и что ты не выносишь драконов. Но я тебя очень прошу, защити Новию. Великая мать не просто так ее выбрала. Она важна для всех рас. Ты сама все поймешь, когда с ней познакомишься.

– Я… – начала было Дебора, но голос сорвался, и она не смогла договорить.

– Владыка драконов пообещал, что даст тебе доступ в замок рода Турмалис, – добавил Сандро и уставился на Дебору с неистовой надеждой в глазах.

Дебору бросило в жар, и она поднялась из кресла. Расхаживая взад-вперед по кабинету, она пыталась взять себя в руки и все взвесить.

Поездка в Радужные горы, скорее всего, принесет одни разочарования. Драконы презирают полукровок. Дебору будут всячески унижать, таковы уж нравы в Драконьем царстве. Но доступ в родовой замок того стоит. Отец говорил, что жалеет только о том, что Деборе не доведется там побывать и наладить связь с наследием всех Турмалис. Теперь появился шанс исполнить мечту отца. Нельзя упустить такую возможность! Кроме того, приют получит новое здание и королевскую дотацию. По возвращении Дебора сможет принять еще больше девочек-полукровок, а возможно и помочь выпускницам с трудоустройством.

Дебора застыла напротив Сандро и объявила:

– Я согласна. Когда отбываем?

– Спасибо! – выдохнул он, подскакивая с дивана. – Знал, что на тебя можно положиться!

Он оказался рядом и крепко обнял Дебору, совсем как когда-то давно, во времена их нерушимой дружбы. Дебора смутилась, высвободилась из объятий и отошла к столу. Сандро вздохнул, но не стал на этом заострять внимание.

– С тобой поедет Гаспар, – принялся рассказывать он. – Отец поручил ему организацию свадьбы. Он будет помогать драконам с нюансами, касающимися размещения гостей и всего остального для приема делегации из Митада. Вы сможете прикрыть друг друга в случае необходимости.

– Гаспар тоже едет?! – обрадовалась Дебора. – Отлично. Так мне будет спокойнее.

– Дон Рубиас взял на себя обязательства по вашему размещению и охране, – продолжал Сандро. Он на мгновение замолчал и окинул Дебору испытующим взглядом.

Она постаралась принять отстраненный вид. Посвящать Сандро в неприглядные подробности знакомства с доном Рубиасом не хотелось.

– Хорошо, – ответила она, не глядя на Сандро. – Надеюсь, все сложится удачно.

Но его не так-то просто было провести. Он знал Дебору как никто другой и тут же уточнил:

– Что между вами происходит?

– Не понимаю, о чем ты, – пробормотала Дебора и принялась складывать приготовленные для отказа бумаги на край стола.

Сандро подошел ближе и с нажимом проговорил:

– Все ты понимаешь. Я читал отчет констебля Руфиуса об инциденте в драконьем квартале.

– Раз читал, чего тогда спрашиваешь?! – разозлилась Дебора и упрямо вскинула подбородок. – Это мерзавец хотел соблазнить мою Бьянку! Ясное дело, я не сдержалась.

Сандро улыбнулся, глядя на нее с теплотой и участием.

– Это как раз ясно. Меня волнует другой вопрос. Дон Рубиас слишком остро реагирует на любое упоминание о тебе. Мне показалось, что он тобой заинтересовался. Ты ведь стала еще краше за эти годы. Когда ты бываешь при дворе, все придворные шею сворачивают.

– Не выдумывай, – пробурчала Дебора, заканчивая приводить стол в порядок. – Он ненавидит полукровок, как и любой другой дракон. С чего ему проявлять интерес? Скорее всего, обдумывает, как мне отомстить за оплеуху. В любом случае не бери в голову. Статус фрейлины драконьей принцессы обезопасит меня от явных нападок во дворце владыки, а с остальными я и сама разберусь.

Дебора развернулась и направилась к двери.

– Тебе пора. Пришли мне документы и список необходимых вещей. Пойдем, я тебя провожу.

Сандро направился вслед за ней и сказал:

– Я уже распорядился насчет твоего багажа. Гаспар подготовил все, что нужно. В Драконьем царстве совсем другая мода, не то что здесь. Доверься моему вкусу.

– Ты ведь знал, что я соглашусь? – чувствуя себя обведенной вокруг пальца, спросила Дебора.

Она вышла в коридор и заперла за принцем дверь на ключ.

– Конечно, – усмехнулся он в своей излюбленной бесшабашной манере. – Ты всегда меня выручала.

– В этом моя главная проблема. – Она подавила тяжкий вздох и уже хотела пройти в сторону лестницы, как Сандро придержал ее за руку.

– Деби, будь осторожна, – шепнул он. – Вокруг драконьего престола сгустились тучи. Сложно понять, кто друг, а кто враг.

Дебора посмотрела ему в глаза и с уверенностью сказала:

– Не беспокойся. Драконам больше меня не обмануть.

Сандро кивнул, и они направились в прихожую. Дебора погрузилась в раздумья о том, как лучше все организовать в приюте на время ее отсутствия, и не заметила переполненного сомнением взгляда старого друга.

День отъезда стал для Рауля настоящим облегчением. Дракон уже изнывал от желания расправить крылья и изводил носителя дурным настроением. Рауль и сам с трудом терпел снующих повсюду людишек, все больше раздражаясь от свойственной им суеты. То ли дело в Радужных горах! Бывает, что и за целый день никого не встретишь. Но это вдали от столицы, а вот во дворце владыки другие порядки.

В гостиничной комнате собираясь на аэродром, Рауль с тоской думал о том, что по возвращении ему придется взять принцессу Новию под свое крыло и неустанно ее охранять. Владыка четко дал понять, что может доверить дочь только Раулю. О спокойствии и одиночестве можно будет забыть.

На ум пришла янтарноглазая. Как и говорил Алессандро, она согласилась поехать в Драконье царство и стать фрейлиной принцессы. И о чем она только думала? Может, сочла это путешествие увеселительной прогулкой? Что ж, ее ждет жестокое разочарование.

От мысли о том, что янтарноглазая столкнется с коварством придворных, Раулю стало не по себе. Дракон гневно зарычал и выпустил когти.

– Не маленькая, разберется, – буркнул с досадой Рауль и закинул огромный дорожный рюкзак на плечи.

И с чего вдруг он так печется о янтарноглазой? Это все тлетворное влияние людских земель. Стоит Раулю оказаться в родных горах, как он и думать забудет о синье Валенти.

Когда Рауль добрался в нанятом экипаже до аэродрома, то обнаружил приличную толпу. Алессандро в бордовом сюртуке и белобрысый маркиз в светлом кожаном костюме для полетов стояли в окружении свиты. Они чересчур бурно жестикулировали, кажется, с кем-то споря. Служащие суетились вокруг двух виверн, готовя их к полету.

Одна виверна выглядела на редкость внушительно. Огромного размера, угольно-черная, с вместительной кабиной для пассажиров и багажа на спине. Вторая же больше напоминала детеныша. Коричнево-желтая, маленькая, узкомордая и до невозможности строптивая. Если кто-то из служащих приближался к ней слишком близко, виверна скалила зубы и утробно рычала. На ее спине Рауль заметил седло и кожаный мешок.

Подойдя к Алессандро, Рауль услышал его гневный возглас:

– Ты не можешь лететь на Томи! Ты хоть представляешь, как ему будет тяжело добраться до Радужных гор? Это тебе не ради забавы в Предгорье на полдня слетать! Вам предстоит трудное и опасное путешествие!

За широкой спиной Алессандро Рауль заметил янтарноглазую. Сегодня она была в том же коричневом кожаном костюме, в каком впервые предстала перед ним в переулке. На голове красовался летный шлем и очки. От нее исходил дивный аромат цветущих гвоздик. Рауль вдохнул полной грудью и на мгновение зажмурился, представляя янтарноглазую в саду своего замка. В легком платье и с распущенными волосами она смотрелась бы среди цветов гораздо уместнее, чем на аэродроме.

Поймав себя на неподобающих мыслях, Рауль расправил плечи и стиснул зубы. Соскучился по горам, вот и лезет в голову всякий вздор. Рауль сосредоточился на споре. Синья Валенти смотрела на наследника престола с упрямой решимостью и явно не собиралась уступать.

– Именно поэтому я и лечу на Томи, – без тени волнения сказала она. – Ему я доверяю, как себе, а эту махину вижу впервые в жизни.

Она мотнула головой в сторону угольно-черной виверны. Та будто поняла ее не лестные слова и резко выдохнула, окутав все вокруг смрадным темным дымом. Рауль поморщился и укрыл себя непроницаемым магическим коконом. Еще не хватало перед полетом отравиться.

– Не говори так о Лорне! – возмутился маркиз. – Она чудо как хороша и вынослива. На ее счету уже десятки полетов на огромные расстояния. Она несколько раз бывала в Радужных горах и прекрасно там ориентируется. На ней мы будем в полной безопасности, а твой зверь еще слишком юный.

Янтарноглазая развернулась и, смерив белобрысого твердым взглядом, отрезала:

– Я лечу на Томи, или вообще не лечу. Каким бы молодым он ни был, только ему я могу доверить свою жизнь.

Рауль поразился той уверенности, с какой она говорила о виверне. Ничего подобного он раньше не замечал в людских землях. Обычно маги использовали виверн как транспорт и не особо привязывались. Все же зловонное дыхание не всякому по нраву. Но синья Валенти явно дорожила своим зверем.

– Дело твое, – с мрачным видом буркнул Алессандро. – Но если отстанете, никто ждать не будет. Через трое суток вы должны быть в столице Драконьего царства.

Янтарноглазая просияла и заверила:

– Не волнуйся. Мы не подведем.

У Рауля сердце забилось чаще от взгляда на ее открытую ослепительную улыбку. Она впервые при нем так улыбалась. Казалось, солнце выступило из-за горной кручи и озарило долину, приглашая каждого разделить радость нового дня.

Синья Валенти перехватила его взгляд и нахмурилась, снова став самой собой. Рауль от разочарования поморщился. И почему она так на него реагирует? Или она относится ко всем драконам с одинаковым предубеждением?

– Доброе утро, дон Рубиас, – произнесла она отстраненным тоном, будто он был пустым местом. – Мы готовы к отправлению.

Алессандро и все собравшиеся обернулись. Рауль стиснул зубы и процедил:

– Доброе. Рад слышать. Мне нужно десять минут, чтобы обратиться. Я поднимусь в небо первым, вы следом. Виверны плохо переносят присутствие драконов. Вам придется держаться от меня на некотором расстоянии.

– Приветствую! – воскликнул Алессандро. – Как хорошо, что вы уже здесь! Может, хоть вы объясните синье Валенти всю опасность предстоящего перелета?

– Не думаю, что мое мнение здесь сыграет роль, – покачал головой Рауль.

Маркиз шагнул к янтарноглазой, расплылся в слащавой улыбочке и положил руку на ее плечо.

– Доброго утра, дон Рубиас. Не волнуйтесь за нас, у меня есть план полета. Я присмотрю за этой упрямицей. Предлагаю встретиться в центре Предгорья на Безликой вершине. Там сделаем привал.

Янтарноглазая не обращала внимания на ладонь маркиза и стояла с таким видом, точно это в порядке вещей. Рауль ощутил зарождающуюся злость и счел за благо поторопиться.

– Как угодно.

Он кивнул собравшимся и направился к взлетному ангару для драконов.

В просторном помещении служащие все подготовили к предстоящей отправке. Вещи Рауля уже упаковали в специальную нагрудную переноску и оставили на подставке. Рауль зашел за ширму, снял одежду, передал ее служащему и позволил себе раствориться в сознании дракона. Тело охватил привычный жар, внутри будто распрямилась давно сжатая и рвущаяся наружу пружина, вспышка резкой боли пронзила насквозь.

Мгновение спустя, ангар огласил ликующий рев гигантского алого дракона. Он взмахивал крыльями, мотал шипастым хвостом из стороны в сторону и скалил острые зубы.

Был бы Рауль в человеческом облике, то непременно закатил глаза. Он не одобрял склонность своей животной ипостаси к излишнему самолюбованию и позерству. Но дракон его мнение в расчет не брал и считал, что достоин восхищения. Рауль ментально его подстегнул, торопя с вылетом.

Дракон презрительно фыркнул, осуждая человеческую половину за занудство, и просунул морду в петлю переноски. На чешуйчатой груди оказалось вместилище с вещами, и рубиновый переступил с лапы на лапу, приноравливаясь к поклаже.

– Сдвинуть крышу! – раздался приказ смотрителя ангара.

Тяжелые металлические створки над головой дракона с лязгом распахнулись, и алый красавец взмыл в сияющую лазурь чистого весеннего неба.

Дракон молниеносно набрал высоту и воспарил над аэродромом. Ледяной ветер ласкал крылья и обдувал морду. Рауль наслаждался свободой вместе со звериной сущностью и готов был гнать на всей скорости в родные горы. Но ему следовало проявить хорошие манеры и дождаться спутников.

Рауль направил дракона к аэродрому, намереваясь сделать широкий круг, но рубиновый рванул в крутое пике. Он резко снизился, пронесся почти над головами толпящихся на взлетной площадке людей и ушел в головокружительный вираж, со свистом рассекая могучими крыльями воздух. Внизу раздались крики, началась беготня.

Раулю захотелось отвесить рубиновому ментальную затрещину, но тот довольно заурчал и неспешно полетел на север, размеренно взмахивая крыльями.

Рауль решил обернуться и посмотреть, как взлетает янтарноглазая. Вдруг ее виверна сильно отстанет? Тогда нужно будет сбавить темп.

Но стоило ему об этом подумать, как мимо пронеслась смазанная тень. Дракон, оскорбленный наглецом, посмевшим его обогнать в небе, заревел и рванул следом. Рауль узнал в летящем впереди звере виверну янтарноглазой, а сама синья Валенти держалась в седле с таким невозмутимым видом, будто собралась тягаться с драконом в скорости полета.

Внутри все заледенело от страха. Что она творит? Если рубиновый дракон сочтет виверну достойным соперником, то вполне может загрызть, как только догонит. А в том, что преследование будет недолгим, Рауль не сомневался.

Дебора давно забыла, каково это – соревноваться с драконом в небе. Но рубиновый красавец дона Рубиаса выглядел до того гордым и неприступным, что ей захотелось слегка сбить с него спесь.

Много лет назад Дебора почти каждый день летала на Томи рядом с отцом. Янтарный дракон обожал играть в догонялки, и Дебора дала ему прозвище Велос, что переводилось с митадского, как быстрый. Отец рассказывал, что драконы не дают своим вторым ипостасям имен, потому что это часть их самих, просто скрытая от посторонних глаз. Дебора же всегда воспринимала звериную форму отца, как отдельное существо. Уж слишком Велос отличался от ее спокойного и рассудительного папы. Дебора обожала с ним играть и дразнить.

Теперь же глядя на то, как ринулся ввысь рубиновый дракон, в ее душе всколыхнулись давно забытые запретные чувства. Желание лететь наперегонки с драконом, чувствовать его мощь рядом, наслаждаться совместным полетом и радостью честной борьбы – вот чего хотелось Деборе больше всего на свете.

Она не удержалась, вскочила на Томи, и они понеслись вслед за рубиновым. Тот летел слишком медленно, будто каждому говорил о своем превосходстве.

– Вперед, малыш! – закричала Дебора, обгоняя спесивого дракона.

Тот принял вызов и бросился вдогонку. Обычно Дебора пользовалась защитным артефактом во время полетов, но он давал большее сопротивление встречному потоку воздуха и мог повлиять на скорость. Дебора не стала его использовать и теперь наслаждалась бьющим в лицо ветром. Ничто не могло сравниться с тем ощущением свободы, что дарило небо.

Рубиновый быстро нагнал их с Томи и попытался цапнуть виверну за хвост. Но Дебора знала эту привычку драконов показывать, кто главный, и резко увела Томи в сторону и вниз. Рубиновый промахнулся и рассержено заревел.

– Попробуй догони! – расхохоталась она и направила Томи к земле.

Виверны отличались от драконов меньшими размерами и иным строением тела. У Драконов все четыре лапы были мощными и ведущими, виверны же имели короткие передние лапы и по большей части опирались на задние во время приземления. Эти особенности позволяли вивернам при желании скользить почти над самой землей. Драконам же приходилось держаться гораздо выше, чтобы не зацепить брюхом деревья.

Дебора повела Томи вдоль кромки леса так, чтобы рубиновый не мог сделать бросок и вонзить зубы в хвост. Дракон держался над ними и рычал, грозя расправой. Сердце Деборы стучало в груди с бешеной скоростью, магия бурлила в крови, пальцы немели от напряжения, сжимая шипы Томи.

Впереди показались поля. Рубиновый издал рев, полный предвкушения. На открытом пространстве ему не составит труда разделаться с наглецом, посмевшим вступить с ним в борьбу.

Дебора улучила момент и дернула за шипы, направляя Томи резко вверх. Они пронеслись перед самым носом ошеломленного рубинового и ушли за облака. Разочарованный драконий рык огласил округу. Рубиновый при всем желании не смог бы исполнить такой маневр, ему требовалось время и снижение скорости для смены траектории полета.

В груди разлилось тепло, и Дебора широко улыбнулась. Она больше не могла летать с отцом, но гонки с драконом все еще доставляли ей неимоверное удовольствие. Следовало уважать соперника и отдать ему положенные почести. Пусть Дебора его и перехитрила, но рубиновый оказался достойным противником и заслужил награду.

Дебора повернула Томи прямиком к растерянному рубиновому и дождалась, когда тот их заметит. Дракон обиженно зарычал, но атаковать не спешил. Дебора выровняла Томи и полетела рядом с рубиновым. Она освободила родовую магию, сформировала из сгустка чистой энергии плотный шарик и послала его дракону. Ей хотелось передать ему свою искреннюю благодарность, а для драконов магия была таким же ценным подношением, как и драгоценные камни.

Рубиновый встрепенулся, почуяв чужеродную силу, раскрыл пасть и клацнул зубами, проглотив магический посыл. Он зажмурил темно-бордовые, почти черные, глаза и заурчал от удовольствия, принимая подношение. Дальше они летели рядом до самой Безликой вершины, оставив борьбу за первенство. Дебора наслаждалась полетом и близостью великолепного зверя. Казалось, на несколько часов она вернулась в то время, когда была по-настоящему счастлива.

Безликая вершина находилась в центре Предгорья и получила свое название за счет скошенного пика. Вершину венчало почти ровное плато. Дикие виверны боялись соваться на открытое пространство, и человеческие маги давно выбрали это место для остановок во время путешествия в Радужные горы.

Рубиновый позволил Деборе приземлиться первой. Она направила Томи к дальнему краю плато, остановила, соскочила на камни и тут же принялась стягивать седло и вещевой мешок. Виверна улеглась на площадку и прикрыла глаза.

– Отдыхай, мой хороший. – Дебора погладила своего любимца по чешуйчатой шее. – Я приготовлю для тебя укрепляющий состав.

Она нашла в мешке специальную флягу, накапала в нее собственноручно сваренное снадобье и влила в пасть Томи. Тот мгновенно задремал, и Дебора присела рядом, чтобы перекусить. Она стянула очки и шлем, достала из мешка приготовленные Моникой припасы и облокотилась спиной на Томи.

На плато приземлился рубиновый дракон. Дебора с восхищением следила за ним, скользя восторженным взглядом по изгибам покрытого алой чешуей тела. Все же этот красавец по праву собой гордился. Нечасто такого увидишь, особенно в людских землях.

Ослепительное сияние охватило дракона, и в следующее мгновение на его месте стоял разъяренный обнаженный дон Рубиас и лежала переноска с вещами.

– Вы в своем уме?! – рявкнул он. Его темные глаза с вертикальными зрачками светились алым. – Я мог вас убить! Вам жить надоело?!

Дебора не отказала себе в удовольствии пройтись по мускулистой фигуре дона Рубиаса оценивающим взглядом. Хорош мерзавец. Неудивительно, что бестолковая Бьянка выбрала именно его. Все же Деборе повезло, что он сдержался в переулке и не ответил на ее удар.

– Вовсе нет, – без тени волнения отозвалась она и отломила кусочек мясного пирога. – Наоборот, я никак не могу сейчас погибнуть, от меня зависит слишком многое.

– Тогда зачем вы это устроили?! – продолжал негодовать он, явно позабыв в каком виде стоит перед благородной синьей.

Дебора прожевала умопомрачительно вкусный кусочек и пожала плечами.

– А мне показалось, Глио понравилась наша игра.

Дон Рубиас вытаращился на нее и пробормотал:

– Глио? Что еще за Глио?

Дебора проглотила очередной кусочек и пояснила:

– Ваш дракон. Он очень гордый и смотрит на всех свысока. На языке людей гордый – это глиос. Но ему больше подходит Глио. Все же он очень милый и любит поиграть.

Лицо дона Рубиаса вытянулось, глаза перестали светиться, и он вдруг расхохотался до того заразительно, что Дебора не смогла подавить ответную улыбку.

– Вы дали дракону имя? – придя в себя, уточнил дон Рубиас. – Но зачем? Он часть меня, вернее, это я и есть. Моей звериной форме не нужно новое имя. У нас оно одно на двоих.

Дебора вздохнула, вспомнив объяснения отца. Он тоже так считал, но это не отменяло того, что Дебора относилась к этому иначе. Она покончила с пирогом и ответила:

– Я знаю, но ваш дракон и вы для меня – два разных существа. Считайте это причудой синьи из людских земель.

Дон Рубиас помрачнел и задал довольно неожиданный вопрос:

– И дракон вам явно нравится больше, чем мужчина?

Дебора на мгновение задумалась. Вспомнив полет рядом с рубиновым, она кивнула.

– Вне всяких сомнений. Глио удивительный. Я получила истинное удовольствие от общего неба.

Дон Рубиас замер с таким удивленным выражением лица, точно услышал нечто поразительное. Дебора устала ждать от него ответа и попросила:

– Будьте так добры, набросьте на себя что-нибудь. Я, конечно, понимаю, что драконы иначе относятся к обнаженной натуре, но в людских землях подобное считается предосудительным. Мне бы не хотелось, чтобы Гаспар увидел меня в вашей компании и сделал неправильные выводы.

Дон Рубиас побледнел, стиснул зубы и отвернулся. Дебора не стала его смущать. Она улеглась возле Томи, окутала себя магическим защитным коконом, уткнулась в теплый коричневый бок и задремала.