Гарем для дочери вождя

Каждую книгу цикла "Секреты кимерийцев можно читать отдельно". Добавляйте в библиотеку, чтобы не потерять книгу.

Мы прошли в каюту, стены которой были отделаны драгоценными породами дерева, а ковры на полу имели такой ворс, что мои туфли наполовину утонули в нем. Кровать, застеленная шелковым покрывалом с золотистыми узорами и пушистыми кистями по краям; столик с разложенными на нем золочеными тарелками и кубками; оружие, развешанное на стенах – все это не говорило, а кричало о высоком положении хозяина каюты. Даже помощник чувствовал здесь себя неловко, потому что даже побоялся наступать на ковер. Он перекрыл собой выход, и глумливо ухмыляясь, скомандовал:

- Раздевайся!
- Я не буду! – твердо сказала я, сложив руки под грудью.

- Тогда я помогу тебе, господин велел…

- Ах, ты, демон! – воскликнула я и отбежала подальше от двери. Надо было спасаться, иначе этот неприятный мужчина сам начнет распускать руки. И тут мне пришла идея. – Скажи свое имя?

- Познакомиться хочешь? Нравлюсь?

- Нет, хочу запомнить и сообщить твоему господину, что ты разглядывал меня!

- И что?

- Я бы разделась и приготовилась к приходу Назара, но ты мешаешь мне!

- Чем? Я лишь тороплю тебя, - уже неуверенно сказал он.

- А разве женщину господина может разглядывать каждый встречный?

- Я не каждый, чтобы ты знала, я его правая рука, я… ах, морской черт с тобой! – помощник махнул рукой и вышел, крикнув напоследок. – Поторопись, женщина.

Убедившись, что он отошел, я быстро подбежала к двери и заперла ее на замок. В каюте Назара было много дорогих вещей и, конечно же, она должна была запираться. Оглядев эти самые ценности, я остановила свой взгляд на длинном мече, висящем на стене. Хитро усмехнувшись, я сняла раритет и прикрепила его на двери, пропуская через входную ручку. Нужно было чем-то закрепить меч и мне пришлось использовать один из своих браслетов. Прочный метал и хитрая застежка как нельзя лучше пригодились для этого. Теперь сюда будет еще сложнее добраться, даже если у капитана найдется запасной ключ.

А потом я начала размышлять, как отсюда выбраться. В моей голове была такая мешанина из разных образов и имен, что я не знала чему верить. Назар назвал меня по имени, но, кажется, я сама его ему и сказала? Или он все же знает меня и говорит правду? Тогда почему мне он кажется совершенно незнакомым? Встряхнув головой, я снова огляделась. Круглое небольшое окно явно не годилось для того, чтобы я могла там пролезть, зато могло помочь определить, куда мы плывем. Я подошла и открыла отверстие. Передо мной раскинулось море, до самого горизонта синяя гладь то чернела, то зеленела, и где-то там небо окрасилось в закатные тона. Я видела лишь отблески, значит, мы плывем на восток, смогла определить я.

Неожиданно увидела фонтан брызг чуть поодаль от корабля. Должно быть, кит? Я бы очень хотела увидеть его поближе! И только я об этом подумала, огромное животное стало подплывать к корме. Интересно, оно могло бы меня спасти? Или, кит, скорее утопит меня, ведь они плавают на глубине, а всплывают лишь глотнуть воздуха? В любом случае надо как-то выбраться сначала из каюты, а это я все равно не смогу осуществить. Нет, кит мне не поможет.

Но тут в дверь постучались, послышался грозный окрик и жалобный скулеж помощника. Я усмехнулась, кажется, господин разозлен, что не может попасть в  собственную каюту. Стук стал сильнее, а затем кто-то начал так яростно колотить в дверь, что она задрожала.

- Аурика! Открой немедленно! – раздраженно прикрикнул Назар. Его голос отдавался эхом, наверное, по всему кораблю и даже мне стало страшно. Я подбежала туда:

- Нет! – крикнула ему, стараясь, чтобы мой голос звучал достаточно уверенно.

А сама стала лихорадочно соображать, чем бы еще укрепить двери. Стол не смогу пододвинуть, кровать тем более. Да и двери открывается наружу, значит, надолго такие препятствия его не задержат.

- По-хорошему предупреждаю! – повторил голос.

- Нет! Ни за что! – крикнула я. – И это я тебя предупреждаю, лишишься чего-то очень ценного, если сломаешь дверь!

Мужчина за дверью рассвирепел. Он так громко ругался, а топот ног подсказал, что там уже несколько слуг. Они пытались выломать дверь каюты и судя по грохоту, совсем скоро им это удастся.

Я заметалась по комнате, отыскала глазами небольшой кинжал, тоже из коллекции оружия, заботливо развешанного тут, и сняла его со стены. Твердо решила, что не дамся живой, но сначала попробую зарезать нападавшего. В тот момент я совершенно не думала, почему мне так привычно держать кинжал и почему мысль о борьбе не вызвала у меня ужаса. А скорее, наоборот, воодушевление.

Дверь жалобно трещала, с той стороны в ход пошли топоры и кувалды, и совсем скоро я уже видела злые глаза Назара сквозь прорубленные щели.

- Аурика! – взревел тот, увидев меня, и с силой надавил на дверь. Она вылетела с петель, разлетаясь на куски, и мужчины протиснулись в каюту. Но я выставила вперед руку с зажатым в ней кинжалом и тяжело дышала, глядя на них.

- Не подходите!

Назар пристально смотрел на меня, но тут его взгляд упал вниз. Там, среди обломков твердого драгоценного дерева лежал не менее драгоценный меч! Лезвие было в опилках, а с рукоятки вылетела когда-то красивая золоченая вязь. Мой браслет поцарапал его и тоже лежал рядом, абсолютно не пострадав. А вот оружие было испорчено.

Мужчина тяжело задышал, его ноздри стали раздуваться каждым выдохом. Взмахнула волосами, фыркнула, пожала плечом и сказала:

- Я предупреждала! Такой ценный был?
- Это отцовский меч, женщина! И тебе придется дорого за это заплатить! – рявкнул Назар, затем он обернулся к своим помощникам, прорычал. – Во-о-он!

Те быстро исчезли, оставив нас в каюте со сломанными дверями. Впрочем, судя по всему, в ближайшее время никто из моряков не рискнет здесь появиться. А, значит, спасать меня никто не будет!

Мужчина шагнул ко мне:

- Я хотел быть добрым к тебе, женщина! Но ты не оставляешь мне выбора!

Он молниеносно оказался рядом и схватил меня за плечи, выкручивая руку, которой я держала кинжал. Я ответила ему ударом ногой в колено, и он хмыкнул, не ожидая такого. Отпрыгнув, я опять выставила острие кинжала.

Ну, все! – он угрожающе проговорил и опять быстрым движением оказался чуть сзади и схватил меня за талию, прижав к своей широкой груди. – Теперь тебе придется ответить за это!

«Хоть бы кто-нибудь помог!», - взмолилась я, вспоминая, что кроме кита никого рядом нет. Губы мужчины прижались к моей шее, рукой он удерживал мою руку с кинжалом, а другой сжимал талию, угрожая переломить. Назар прикусил легонько кожу, я вздрогнула, силясь отодвинуться. И вот когда он победно засмеялся, мы почувствовали толчок. И тут же второй! Корабль качнуло, мы оба едва удержались на ногах, а со второго раза стали падать в объятья пушистого ковра, и в самый последний момент я заметила – мужчина развернулся так, чтобы  я не ударилась, а упала прямо на него.

Послышался топот и крики:

- Господин, нас атакует...кит!

Мы лежали на пушистом ковре, пока корабль восстанавливал равновесие, и суровое мужское лицо оказалось очень близко.  Я смогла рассмотреть черные кустистые брови, высокие скулы и упрямо сжатый подбородок. Этот человек привык командовать с детства, что неудивительно при его то родословной. Непонятно откуда, но я знала, что у Великого Тайсун-Даян Хана было много детей от разных женщин. Этот Назар, вероятно, его преемник.

 Корабль выровнялся, и мужчина рывком поднял меня, поставил прямо, строго сказал:

 - Будь тут!

 А сам широкими шагами вышел из каюты, попутно пнув обломки двери. Ух, какой грозный! Естественно, я не стала слушаться и выскочила следом.

 На корабле творилось безумие – кто-то кричал, кто-то показывал в море, одни выправляли паруса, а другие разматывали прочные веревки. В этом хаосе ничего не было понятно. Тогда я вернулась  в каюту и подскочила к окну.

 Прямо за бортом блестела гладкая спина морского монстра! Кит не на шутку рассердился и сейчас готовился к очередному толчку. А с корабля в него летели гарпуны  с привязанным к ним веревками и судя по крикам моряков, никто не хотел сдаваться.

  «Ох, его же сейчас убьют!» - испугалась я за кита и мысленно пожелала ему: «Уплывай скорее! Прочь! Прочь!»

 Крики стали громче, а морское животное, пустив напоследок фонтан брызг, ушло на глубину. Вскоре все стихло, и море снова стало обманчиво спокойное. Ох, вот это встряска! Я хотела было  побежать на палубу, но по пути мне встретился Назар и поймал меня в объятья.

 - Не ранен? – спросила я.

 - Нет, я в порядке, - вдруг улыбнулся он. – Беспокоишься?

 - Что? Нет! – возмутилась. - Я про кита спрашивала, кит не ранен?

 Мужчина вмиг помрачнел, выплюнул фразу:

 - Да что ему будет? Знаешь, какая у них шкура?

 - А, ну ладно, я рада, - улыбнулась я и зашла обратно в каюту. Мужчина вошел следом. 

 - Не знаю, что нашло на него, киты редко нападают на корабли. А этот как будто хотел утопить нас! 

Отыскав на ковре кинжал, я подняла его и развернулась к Назару. Он не испугался, лишь в удивлении вскинул брови. 

 - Это потому что ты принуждал меня! Схватил своими ручищами! – возмущенно прошипела я. – Вот морские боги тебя и покарали!

 Назар не сдержал улыбки:

 - Тогда уж не боги, а демоны! Ты явно одна из них, вон глаза как сверкают!

 Я моргнула, не помнила, какие у меня глаза и вообще, как я выгляжу, не представляла. Назар взглядом указал на столик, где в числе прочих вещей лежало блюдо, начищенное до зеркального блеска. Я подошла, взяла его и стала разглядывать себя. Длинные белые волосы разметались по плечам, молодое лицо с гладкой кожей, изящные брови, пухлые губки. Неудивительно, что там на острове мужчины хотели похитить меня и продать в рабство. Я присмотрелась внимательнее. Самым удивительным был цвет моих глаз – как расплавленная ртуть, серебристо-серый. Я взмахнула пушистыми ресницами.

 - Красивая, - раздался голос Назара с какой-то странной, мягкой интонацией. Неужели он и так умеет?

 - А то, - согласилась я, оборачиваясь. Мужчина смотрел на меня не мигая. Прошелся взглядом по лицу и волосам, и мне понравилось, как он реагирует.

 - Можешь любоваться, -разрешила я. – Но только на расстоянии!

 Он устало вздохнул:

 - Ложись спать, а завтра нам починят двери.

 - Здесь? С тобой? Ни за что! – заявила я, опять выставляя руку с кинжалом вперед.

 - Нет времени с тобой сейчас выяснять отношения!

 - Я не буду спать с тобой! –твердо повторила я.

 - Хорошо. Пойдем за мной!

 - Куда? – напряженно спросила я.

 - Тебе нужно поспать, может, с утра будешь покладистее? Пойдем, найдем тебе каюту.

 Он вышел, а я не шелохнулась. Совсем рядом раздался звук открываемой двери и зычный голос Назара:

 - Аурика?  Ты решила остаться в моей каюте?

 Я стремглав выскочила и вскоре зашла в уютную небольшую комнатку с простым интерьером без излишеств. Тут была кровать, стол, приколоченные к полу и все.

 - Она запирается изнутри? – спросила я.

 - Зачем? Чтобы опять ломать двери?

 - А вот не надо было, я же предупреждала! А запор нужен, чтобы никто не пробрался ко мне, пока я сплю!

 - Да кто к тебе придет? Я устал и не хочу.

 Я фыркнула, ага, устал он.

 - Здесь много мужчин, неужели позволишь своей «невольнице» ночевать с открытой дверью? Заходи кто хочет?

 Он  обеспокоенно глянул:

 - К тебе кто-то приставал?

 - Кроме тебя никто, – ответила я. – Пока что. Но вот твой помощник заставлял раздеться прямо при нем!

 - Помощник? – переспросил Назар. – А, это капитан судна.

 - Капитан? Разве не ты капитан?

 - Я владелец корабля.  А тот мужчина — капитан. Говоришь, заставлял раздеться? - глаза Назара опасно потемнели.

 - Ну да, ты же велел ему «подготовить меня»? Если бы я не выгнала его, он бы…

 Мужчина взревел:

 - Я не приказывал ему раздевать тебя! Вот, демон!

 -Ладно, не кричи! – ответила я. – Но если ты говоришь, что я твоя женщина, то побереги, пожалуйста, меня от посягательств? Хорошо?

 - Аурика, я поговорю с ним по-своему. И ладно, я понял. Можешь запереться изнутри, обещаю не ломать двери. А сейчас тебе принесут ужин и необходимые вещи.

 Я кивнула, поесть, действительно, хотелось.

 - Кинжал тоже останется у меня! – даже не попросила, а поставила его перед фактом.

 Назар поморщился, вероятно, вспоминая испорченный меч, но согласился.

 Вскоре  в каюту принесли хлеб, сыр, фрукты и воду. Таз для умывания, полотенце и одеяло с подушками. Моряки боялись на нас глаза поднять, потому что Назар следил за ними свирепым взглядом.

 - Кстати, чья это каюта? – спросила его, когда помощники вышли, пожелав нам хорошего отдыха.

 - Ничья, гостевая, - ответил он, пристально наблюдая за моими действиями.

 Я прошла к кровати и начала взбивать подушку.

 - А где же тогда моя? – задумалась вдруг.

 - Не задавай глупых вопросов! – он рассердился непонятно на что, и напоследок сверкнув глазами, вышел. Ну, хотя бы не пинал двери, подумала я.

 Когда он ушел, и я закрыла засов. Уф-ф, можно выдохнуть и собраться с мыслями. Правда, сначала поесть и поспать.

 Вот только если я и правда невольница на этом корабле, то где мои вещи? Платья, гребень, украшения? В той каюте я тоже не видела женских вещей. Неужели Назар солгал мне?

Я очень беспокойно спала. Неясные картинки всю ночь вертелись в моих мыслях, не давай отдохнуть. Еще и холодно было, неуютно, непривычно! Возможно, моряки привыкли укрываться такими тонкими одеялами, но я нет. А вот морская качка меня не беспокоила. Интересно,  эти факты могут помочь мне выяснить, кто я такая?
 Моя кожа была довольно ухоженная, тело здоровое и явно не знало голода. Волосы относительно чистые, не считая песка, который умудрился попасть  в них на острове, когда я упала. Выходит, я не бродяжка и не нищенка, у меня явно есть дом. А родители? У меня есть родители? Сестры, братья, вернее, брат… На этом слове меня что-то встревожило, но вот я совершенно ничего так  и не вспомнила. В итоге наутро проснулась злая и не выспавшаяся. Я побоялась раздеваться и вечером легла прямо в платье. Еще раз оглядела его – красивое, приятное. Нужно обязательно сохранить и, возможно, удастся что-то узнать о моей родине.  
 Пригладив волосы и поправив свое мятое платье, я села на кровать. Решила, во что бы то ни  стало расспросить Назара, но только осторожно. А то он разозлится на меня опять без повода.
 Когда один кто-то постучал в мою дверь, послышалась ругань, крики и вскоре я услышала вежливое обращение:
 - Госпожа, если вы проснулись, вас ожидает наш господин, - проговорил знакомый голос помощника.
 Ого, это он ко мне? Вот это перемены, хмыкнула я. Вчера «женщина», а сегодня уже «госпожа». Видимо, Назар и вправду с ним «поговорил».
 - Уже иду, капитан, - крикнула я, вспомнив, что его должность тут как бы, не последняя. Ссориться незачем.
 Выйдя из каюты, я смело поглядела в глаза мужчины. Он опустил взгляд и процедил:
 - Прошу прощение за вчерашнюю грубость …госпожа.
 О да, я получила удовлетворение и была довольна. Вот только враг он все же опасный. Я приветливо улыбнулась:
 - Ничего страшного! Вы тоже простите, я приняла вас за слугу. А если бы знала, что вы капитан этого прекрасного корабля, то …
 - Ничего, ничего, - заулыбался он и даже, кажется,  облегченно выдохнул. – Просто мы обычные моряки и не привыкли видеть на борту  леди. А теперь пойдемте завтракать, вас ожидает господин!
 «О, как! Выходит, меня раньше не было на корабле?» - заметила я про себя.
 Мы прошли до камбуза. По пути я чувствовала на себе любопытные взгляды моряков, но никто из них не смел даже слова сказать. Казалось, никто из них даже не дышал, пока я шла. Неужели их так Назар напугал?
 Камбуз-это кухня на корабле. Капитан сопроводил меня и даже двери подержал, такой внимательный! Мы вошли, и я увидела стол, красиво сервированный на двоих. Даже скатерть имелась. Судя по всему, команда либо еще не ела, либо уже поела. Назар сидел за столом, и выражение его лица не сулило ничего доброго.
  - Почему так долго? – рявкнул он и я поежилась. В сравнении с изменившимся капитаном, Назар был прежним. Богато расшитая рубашка, небрежно расстегнутая на верхние пуговицы, мощная шея, напряженная поза, будто он еле сдерживался, чтобы не притащить меня сюда силой.
 - Доброе утро! – я помахала ему рукой, лучезарно улыбаясь, и подошла к столу. Села, спросила. – Что на завтрак?
 Он моргнул, потом еще раз.
 - Доброе, - сказал чуть погодя. – Выходит, изображаешь из себя леди? Это игра такая? А вчера, как фурия набросилась на меня с кинжалом.
 - Пф-ф, вот еще! – фыркнула я, вспомнив про кинжал. Он остался под подушкой,  и я сейчас была совсем безоружна. – Это ты на меня набросился.
 - Ладно, подыграю, - ответил он и тут же улыбнулся. – Как спалось, дорогая Аурика?
 - Дорогая? – удивилась я. – Как мило, значит, дорогая? А спалось плохо! Холодно было.
 - Конечно, - кивнул он. – Меч, который вчера сломался по твоей вине; кинжал, который ты забрала,  и двери из медного дерева, которые пришлось сломать - все это очень дорого. Значит, дорогая.
 Я поджала губы и выдохнула. Он плотоядно улыбнулся.
 - А если было холодно, могла прийти ко мне, я бы тебя согрел, - приблизил голову и добавил он более низким голосом.
 Я вздрогнула, поежилась.
 - Не настолько, - прошептала, отодвигаясь от него.
 Тут из-за ниши, где находилась сама кухня с котлами, вышел молодой моряк и ловко  расставил на столе  кружки и тарелки с едой.  Я потянула носом воздух, пахло вкусно.
 - Спасибо, - поблагодарила я юношу и приветливо улыбнулась ему.
 - Свободен, - Назар взглянул на моряка, и тот сразу исчез.
 Я принялась за еду. Назар тоже ел не спеша, поглядывая на меня. Очень захотелось пошутить.
 - Если я такая дорогая, будет жаль, если вдруг умру?
 - Зачем тебе умирать? Молодая, здоровая.
 - Ну, раз я потеряла память, то ничего о себе не знаю. А вдруг у меня непереносимость каких-то блюд? Например, яиц? – спросила я, поднимая на вилке кусочек яичницы. – Или рыбы? Или еще чего-нибудь.
 Он аж есть перестал.
 - С чего ты это взяла?
 - Мало ли, - протянула я. – Но мне незачем переживать, ведь если я твоя наложница, значит, ты все обо мне знаешь? Ведь так?
 Он помрачнел.
 - Чувствуешь недомогание?
 - Нет, - я отхлебнула горячего чая из кружки и тут же сморщилась. То ли слишком горький, то ли непривычный.
 Назар вскочил и забрал кружку, взял рукой мой подбородок, заставил взглянуть на него:
 - Тебе нехорошо? Где болит?
 Я отстранилась от него.
 - Кажется, я не люблю этот напиток.
 Назар кивнул и рявкнул в сторону ниши:
 - Воды сюда, быстро!
 Юноша, помогавший с сервировкой, тут же принес воды. Я с наслаждением выпила, но благодарить уже было некого, паренек исчез.
 - Спасибо, - сказала я уже Назару и он довольно улыбнулся. М-да, много ли ему для счастья надо? Решила воспользоваться моментом. – Значит, давно меня знаешь?
 Он как-то неясно шевельнул плечом.
 - А откуда имя мое знаешь?
 - Ты сама мне его сказала, - уже уверенно ответил он.
 - Ладно, а родители у меня есть?
 - Ты про них ничего не говорила, - сказал он уже с напряжением в голосе.
 - Так, где ты меня встретил? Купил? Завоевал? Получил в жены? – начала задавать ему вопросы.
 - Уймись! – рявкнул он. – Если поела, возвращайся в каюту, команда еще не завтракала!!
 Я встала:
 - Пожалуйста, корми команду раньше меня, не хочу видеть на себе голодные взгляды!
 Я развернулась, чтобы уйти, но тут же почувствовала сильные руки на своей тали, меня схватили и повернули, я оказалась  лицом к лицу с Назаром.
 - Кто посмел на тебя смотреть? – проговорил он, чеканя каждое слово.
 - Да никто, никто, успокойся, - прошептала я, испугавшись, что он кого-нибудь накажет. – Ты почему такой? Как будто и впрямь обо мне беспокоишься?
 Он отпустил меня.
 - Я обещал, что никто не доставит тебе беспокойства! – уже более спокойно ответил он.
 Я поморщилась, на талии до сих пор ощущалась его железная хватка. Наверняка синяки останутся.
 - Следи за руками, не надо меня хватать по любому поводу.
 - Аурика! – громко сказал он. – Не доводи меня. Ты моя женщина, если захочу – не посмеешь отказать!
 - Ты обещал, что никто не доставит мне беспокойства! Никто, слышишь? – воскликнула я. – Никто, это значит, никто! Включая тебя!
 Густые брови сошлись на переносице. Он вдруг ударил по столу с такой силой, словно долго сдерживался. Часть тарелок и приборов свалилась на пол. Я испуганно отпрянула.
 - Исчезни с глаз моих! – рявкнул он. – Иначе…
 Я мигом выскочила за дверь и очень быстро оказалась в своей каюте. Кажется, я девушка с характером?

Ситуация, в которой я оказалась, была полна противоречий. С одной стороны, обо мне заботились, кормили, предоставили комнату и почти не применяли физического насилия. С другой, Назар мне казался совершенно незнакомым, как и все на корабле. А судя по отсутствию женской одежды и других мелочей, я здесь была впервые. Команда меня тоже не знала.
 Быть наложницей знатного человека – не самая плохая судьба, наверное. Уж гораздо лучше, чем оказаться в рабстве и быть проданной тем мерзким стариком. Вспоминая, как меня щупали и хватали на острове, их глумливые улыбки и непонятные, но явно пошлые шутки, я вздрогнула. 
 Даже если Назар солгал, он спас меня. Может, я и вправду принадлежу ему? Вдруг мы с ним просто поссорились перед тем, как я потеряла память? Вообще, как так вышло, что я оказалась одна рядом с той девушкой с фиолетовыми глазами, которая околдовала меня? Куда в это время смотрел  мой господин? На слове «господин», я поморщилась, так непривычно его было называть. И он, похоже, терпит обращение к себе по имени. Значит, пусть и дальше остается просто Назаром.
 И все же, куда мы направляемся? Какие планы у этого сурового человека?
 Мои размышления прервал стук в дверь. Быстро вытащив кинжал из-под подушки, я выставила его перед собой и пошла открывать. Там был капитан. Увидев оружие, направленное на него, он закатил глаза к небу, но все же пригласил меня в соседнюю каюту, обедать с господином. К слову, не стал ничего отнимать. Вероятно, совершенно не боялся, что я своим кинжалом смогу причинить господину вред.
 Я прошла туда, встречаясь взглядом с Назаром. Он кивком указал на стул. В его каюте был накрыт небольшой столик, на котором стояли блюда с хлебом, фруктами и сыром. А в других глубоких тарелках было что-то, похожее на суп.
 - А почему не там, - спросила я, имея в виду камбуз. – Команда уже обедала?
 - Нет, основной состав ест два раза в сутки, утром и вечером. Обед приготовили для нас. Я мог и не обедать, но решил составить тебе компанию.
 Я кивнула.  Села за стол, а кинжал положила рядом. Нет смысла раздражать или оскорблять его, сначала нужно поесть. Кто знает, что меня ждет дальше. Мужчина неодобрительно взглянул на оружие, но ничего не сказал.
 Попробовав ложку супа, я зажмурилась от удовольствия. Оценила и свежие фрукты, которые явно сложно хранить во время долгих плаваний. В чашке вместо горького чая была простая вода, и я опять отметила этот милый жест. Назар помнит все. 
 - Спасибо, - искренне сказала я, отодвигаясь от стола.
 Мой собеседник довольно кивнул. Он почти не ел, зато смотрел на меня все время трапезы. Взяв в руки маленький ножик, он чистил яблоко, срезая с того тонкий слой кожуры.
 Я огляделась. Двери уже починили, привели все в порядок, а  поломанный меч висел на своем месте. Я оглядела результат своих стараний, хмыкнула.
 - Довольна? – спросил Назар.
 Я равнодушно пожала плечом.
 - Меч можно будет отремонтировать, ведь лезвие не пострадало, а заменить декор эфеса не проблема для опытного мастера. Ну, разве что еще острие поточить,  - ответила я и  сама удивилась своим знанием, с испугом глянула на него. – Откуда я это знаю?
 Он тоже не ожидал. Отвел взгляд.
 - Должно быть, слышала мужские разговоры.
 - Или сама сражалась, - произнесла я.
 - Не думаю, ты явно не кочевница, да и у нас очень мало женщин, которые могут владеть мечом.
 - Правда? Ваши женщины владеют каким-то другим оружием?
 Он заинтересованно глянул:
 - Хочешь послушать?
 Я усиленно закивала.
 - Если, конечно, ты не занят. А то мне скучно сидеть в каюте.
 - Ладно, - ответил он и продолжил. – Кочевницы чаще всего любят находиться в юрте, ухаживать за своим мужчиной и детьми. Но некоторые из них вполне способны обучаться стрельбе из лука. Например, моя сводная сестра легко победит мужчину в меткости и ловкости. Даже в борьбе она умудрялась уложить опытного противника, правда, своей комплекции.
 - Так здорово! Ты познакомишь меня с ней?
 - Не знаю, она сейчас на отборе невест для одного… впрочем, неважно.  Ты все же вспомнила, что принадлежишь мне? – спросил он, хитро улыбнувшись.
 - Нет!
 - Тогда не буду знакомить. Ты поела? – опять разозлился он.
 - Да, - я встала и тут заметила свой браслет рядом с его тарелкой. Потянула руку к украшению, но ее тот же накрыла его большая ладонь. Мы встретились с ним глазами.
 - Это компенсация за испорченный меч и за кинжал. Можно сказать, обмен! – торжествующе ответил он и свободной рукой подал мне почищенное яблоко.  Я осторожно вытащила свою  руку из-под его ладони и взяла фрукт. Оглядела другие свои украшения. Затем забрала кинжал.
 - Оставь себе, - разрешила ему и развернулась, чтобы уйти. – У меня еще два.
 - Аурика, - позвал он, когда я была уже в дверях. – Ты не взаперти, можешь гулять по палубе и приходить ко мне в любое время.
 Ладно, погуляю, но к тебе не приду, можешь не ждать, - кивнула я и вышла.
 Позже я прошлась по палубе, осмотрела огромные мачты, полюбовалась прекрасным видом и  слаженностью работы моряков.  Потом нашла самое удачное местечко и в течение нескольких часов смотрела вдаль, слушая шум моря и подставляя лицо соленому ветру. Солнечные лучи золотили мои волосы, я жмурилась, стараясь наслаждаться этим моментом, и не думая о будущем. Вдруг в какой-то момент почувствовала на себе взгляд. Обернулась и увидела Назара. Он стоял чуть поодаль, пристально глядя на меня.  Мощная фигура с раставленными ногами и сложенными на груди руками излучала силу и уверенность. Я кивнула, но он отвернулся и ушел куда-то в трюм.  Вздохнула и снова стала любоваться морем.
 Через какое-то время заметила на горизонте, в стороне от корабля что-то необычное. А вскоре всплески воды и крики стали громче, и я увидела дельфинов! Кажется, они охотились или просто играли? Я очень захотела, чтобы они приблизились и о чудо, вскоре дельфины плыли наравне с кораблем, оглашая воздух короткими и более протяжными звуками, похожими на свист.
 - Удивительно, - вдруг поворчал капитан, подходя ближе. – Вчера на нас напал обычно мирный кит, грозя утопить весь корабль. А сегодня дельфины сопровождают нас почетным эскортом. Что творится?
 -  Вы же не будете их ловить? – обеспокоенно спросила я. Кто знает, гарпунов на корабле было много.
 - Нет, - уверил меня капитан. – Увидеть дельфинов – это к удаче. Кстати, госпожа, как вам путешествие? Испытываете ли вы в чем-то неудобство?
 - Конечно, - ответила я. – Помыться не мешало бы, да и одежды другой нет. Я это платье ношу с того момента, как себя помню. И мерзну в каюте.
 Вспомнив о неудобствах, я поежилась от холода и, извинившись перед капитаном, вернулась в свою каюту. Вечерело.
 А потом случилось невероятное! Несколько мужчин под руководством того же самого капитана занесли ко мне огромную деревянную бадью и наполнили ее согретой водой. Я заперлась и вымылась, с наслаждением отогреваясь в тепле. В той же воде я постирала свое платье и завернулась в одеяло, потому что другой одежды не было.  Капитан велел унести бадью и принести мне ужин. И вскоре я с удовольствием поела в гордом одиночестве. И только легла спать, в дверь опять постучали.
 - Вы за посудой? – я открыла двери, поправляя одеяло на плечах и ожидая увидеть капитана.
 - Нет, это я, – раздался глухой голос Назара и он зашел в каюту, оттеснив меня. Затем закрыл двери и стал приближаться. Я попятилась, лихорадочно вспоминая, где же мой кинжал.
 - Не подходи! Зачем ты пришел? – испуганно проговорила я.
 Его нарочитая вежливость днем и то, что он больше не показывался, сделали меня слишком спокойной и расслабленной. Кажется, Назар решил воспользоваться этим.
 - Я пришел тебя согреть, ты ведь сама пожаловалась на холод, - низким голосом сказал он и очень быстро оказался рядом, стаскивая с меня одеяло.
 - Я буду сопротивляться! – выдохнула я, тщетно пытаясь сбросить его руки и уже примериваясь покусать его.

- Отпусти! – воскликнула я, когда он попытался забрать мое одеяло. В каюте было темно, но я не хотела оставаться с ним так близко наедине, к тому же без одежды. Ясно же, что он задумал!

 - Да, погоди, не дергайся, ты! – возмущенно рыкнул он, обхватив меня и  силой забрал одеяло.

  Я осталась в одной ночной сорочке на тонких бретелях и ошарашенно сжала руками плечи, пытаясь закрыть грудь, обтянутую тонкой тканью.

 - Вот же дикая! – еще проворчал этот нахал, шурша каким-то свертком, который он, как оказалось, принес с собой.

 Задохнувшись от возмущения, я открыла рот, чтобы накричать или укусить, но тут же закрыла, потому что  Назар резко взмахнул руками, и на мои плечи опустилась мягкая и теплая ткань. Мужчина укрыл меня чем-то вроде очень приятного одеяния.

 - Что это? – удивилась я, сразу почувствовав еле уловимый запах чистой новой вещи.

 - Так теплее? – спросил он.

 - Да, - растерянно ответила я.

 - Вот, я же обещал тебя согреть.

 - Но я думала…

 Он рассмеялся:

 - Согреть другим способом могу в любое время, стоит мне лишь захотеть!

 Я фыркнула, вот же какой самоуверенный.

 Назар отошел к столику и с помощью кресала зажег светильник. По каюте сразу же разлился уютный свет, озарив нас и пространство вокруг. Я опустила глаза на свои плечи, на них было накинуто одеяние, явно дорогое и теплое. Очень большого размера, в такое можно укутаться полностью. Золоченая вышивка на бордовой ткани с ворсом эффектно смотрелась при свете масляной лампы. Хотя, думаю, днем можно будет разглядеть все детали этого предмета одежды подробнее.

 - Халат, подарок одного из заморских гостей, - пояснил мужчина. – Лежал среди моих вещей, и я его ни разу не надевал. Вот, пригодился.

 - Хочешь сказать, я буду носить мужскую вещь? – возмутилась я, уже решив, что ни за что не расстанусь с этой теплой красотой.

 - Не нравится, снимай. Могу даже помочь, - равнодушно ответил он и шагнул ближе, намереваясь привести в исполнение свою угрозу.

 - Нет, пожалуй, оставлю, - быстро передумала я, отойдя подальше на всякий случай.

 Назар хмыкнул и прошел к моей кровати. Сел, начал неторопливо разглядывать меня с ног до головы, как свою собственность. Я поежилась.

 - Тебе подходит такое, ты будто рождена носить роскошные вещи, - довольно сказал он.

 - Больше некому было подарить? И как так получилось, что не отдал его кому-то из своих наложниц?

 - Да я совсем забыл о нем, - просто ответил он. Я отметила про себя, что он не опроверг наличие наложниц. Вот же…

 Назар продолжал:

 - Сегодня мы с помощниками перерыли весь трюм, но женских вещей там, увы, нет. Как только доберемся до Сунгари, я куплю тебе лучшие платья!

 - Значит, мы плывем в Сунгари? На восток?

 - Да, корабль идет туда. Была там?

 Я пожала плечами:

 - Не помню. Лишь по солнцу угадала направление.

 - Ты умна, образованна, но ничего не помнишь?

 - Каждый раз болит голова, когда пытаюсь вспомнить, - пожаловалась я. – Но за халат спасибо. Впрочем, я так и не знаю, куда делись мои вещи.

 - Какие вещи?

 - Если я была твоей наложницей, значит, у меня тоже были вещи? Не могла же я в одном платье отправиться с тобой в путешествие?  

 - А вдруг их смыло во время шторма? – спросил он.

 - Какого шторма? – не поняла я и задумалась.  Может, так и было? Поэтому и корабль другой? То есть, я действительно принадлежу ему? Тогда откуда тут личная каюта? Ничего уже не понимаю!

 Воспользовавшись моей заминкой, Назар встал и подошел ближе. И вдруг резко обнял, прижав к себе. Я заколотила руками его грудь.

 - Отпусти!

 - Благодарить будешь?

 -  Я уже сказала спасибо, - проговорила я, пытаясь выбраться из его захвата.

 - Это очень дорогая вещь, не видишь, как я ценю тебя? Даже теплую ванную велел для тебя нагреть, а ведь на корабле посреди моря пресная вода на вес золота.

 - И что? Мне без разницы, сколько у тебя денег! – гордо поведя плечом, я презрительно глянула на него. Не знаю почему, но золото  и другие ценности  меня не волновали.

 - Чем больше сопротивляешься, тем больше хочу тебя…

 - Что?

 - Наказать за непослушание, - его голос внезапно стал тише и таким вкрадчивым, что я стала чувствовать себя спокойно и расслабленно. Он же смотрел на меня и в глубине его темных глазах отражался свет от зажженной лампы, становясь, то больше, то меньше. Густые ресницы отбрасывали тени на его скулы, и весь облик мужчины олицетворял опасную мощь.

 Я хотела ответить что-нибудь дерзкое и обидное, чтобы он выскочил из моей каюты и оставил меня одну. Но вместо этого прислушивалась к его ровному дыханию и запаху: кедра и незнакомых пряностей, смешанных с солью и мускусом. Нависая надо мной, он завораживал, как хищник свою жертву.

 И рука Назара на моей талии оказалась неожиданно теплой, а касание все меньше походило на удержание противника, а все больше на …

 - Будешь послушной, увидишь, каким добрым я могу быть, - сказал он тихим хрипловатым голосом. А потом потянулся ко мне, намереваясь поцеловать.

 Я отпрянула от него, воскликнула:

 - Уходи немедленно!

 Он резко выпустил меня из объятий и угрожающим тоном сказал:

 - Уверена? - в его тоне было раздражение и  нетерпение одновременно. Глаза сверкали яростью.

 - Да! Не хочу тебя видеть!

Он аж задохнулся от возмущения, сжал ладони в кулаки, но затем внезапно успокоился. Выдохнул и сказал:

 - Раз так, будешь наказана! 

 - Пф-ф, – фыркнула я.

 - Сиди в каюте, и не смей выходить. Воду принесут, а вот насчет еды не уверен. Думаю,  через несколько дней ты взвоешь от тоски и сама приползешь ко мне на коленях.

 Я рассмеялась, эти угрозы показались такими наивными. Лишь бы он не стал применять физическое наказание. А уж голод и скуку я как-нибудь переживу. Наверное…

 Когда он вышел, с силой хлопнув дверью, я быстро заперлась и отыскала свой кинжал. Сердце колотилось от страха и отчаянья.  В коридоре послышался еще один хлопок, думаю, Назар зашел в свою каюту, не щадя и без того сломанную дверь. А потом был еще грохот, как будто кто-то с силой пнул столик или стул…  Впрочем, это вполне соответствует его характеру.

- Вот же тиран! И как меня угораздило стать его наложницей? – недоумевала я.  

Утром ключ повернулся в замке и затем последовал стук.

-Госпожа, откройте,  - раздался голос капитана. 

Завернувшись плотнее в халат, подаренный накануне Назаром, я протопала к двери и открыла ее. Капитан внес поднос с кувшином. Судя по всему, там была вода. На подносе также лежала салфетка из ткани, стояла кружка и все, ни хлеба, ни сыра, ничего. 

- Еды не будет, -сообщил мужчина, подтверждая, что Назар намерен выполнить свое обещание и морить меня голодом. 

- Ясно, -как можно равнодушнее ответила я, думая, что, к счастью, хотя бы уборная в моей каюте имеется. 

Внезапно капитан достал короткий нож, и быстро наклонившись к замку, что-то сделал с ним. 

- Простите за это, -сказал он и вышел. Ключ в дверях повернулся с той стороны. Я тоже хотела запереться, но поняла, что мужчина сломал защелку. Теперь выходило, что я не могу закрыться, а вот ко мне может войти кто угодно, у кого есть ключ. 

Метнувшись за кинжалом, я попробовала починить защелку. Безуспешно. Значит, теперь я и вправду пленница на этом корабле.
 Я прошла к столику и налила себе воду. Неожиданно почувствовала аромат выпечки. Повела носом. Может, с кухни донесся запах? Но нет, где-то совсем рядом была еда. Я присмотрелась к подносу. Так и есть, под тканевой салфеткой лежала свежая лепешка.
 - Мм-м, - с удовольствием я вгрызлась в нее и начала рассуждать вслух. – Интересно, кто это подложил мне? Капитан? Вряд ли. Может, кто-то с кухни? Возможно, тот самый юный моряк, что прислуживал нам вчера? Впрочем, голод пока не грозит и ладно.
 Довольная, я прошла к окну и стала разглядывать пейзаж за ним. Но однообразие вскоре наскучило. Тогда я стала обследовать каждый уголок своей каюты, чтобы было чем отвлечься.
 Когда наступил обед, мне снова принесли поднос с одиноким кувшином воды, и забрали предыдущий. Капитан никак не показывал свое беспокойство и ушел, едва я притронулась к кувшину. Под салфеткой опять оказалась лепешка.
 Как мило! Конечно, две лепешки в день мало, но хотя бы голод не сводит с ума. Я продолжила смотреть в окно, то уносясь мыслями в неясное будущее, то пытаясь вспомнить прошлое. День клонился к вечеру. Пролетело еще несколько часов. Назар не заходил, капитан тоже.
 Мое платье еще не высохло, и я вынуждена была весь день провести в подаренном халате. Да, при дневном свете я убедилась, что вещь дорогая, красивая и явно ценная. Но все равно у Назара не получится купить мои ласки.
 Вечер прошел, но еду мне так и не принесли. Значит, решили оставить и без ужина. Когда голоден, обоняние обостряется. Мне начали мерещиться запахи каких-то странных незнакомых блюд, в голове проносились образы роскошных пиров, столов, заставленных изысканной  снедью. Какой-то мужчина в годах с золотыми волосами готовил сладости, другой беловолосый звал меня за стол, тоже взрослый и явно один из моих родственников. Женщина с зеленовато-оливковыми глазами звала меня по имени и тянула руки. Я встряхнула головой. Неужели уже с ума начала сходить? Рано же еще. Если бы я несколько дней не ела, понятно. А так, всего полдня и уже видения появляются?
 Я снова подошла к окну, но покачнулась, потому что опять заболела голова. И тут ключ в скважине повернулся. Двери открылись, и вошел капитан со своими помощниками. Их лица не выражали ничего хорошего.
- Взять ее, -скомандовал капитан и мужчины двинулись ко мне. 
Я попыталась схватить кинжал, но двое плечистых моряков ухватили меня под руки и вывели в коридор, отбросив в сторону мое оружие. 
 Меня завели в соседнюю каюту и бросили на пол. Оба мужчины положили ладони на мои плечи, с силой придавливая меня вниз. Встать я не могла.
 - Ну как, ты стала сговорчивее? – раздался знакомый голос. – Или тебя связать?
  В комнате умопомрачительно пахло свежим хлебом, жареным мясом и фруктами. Назар сидел на стуле и ножиком чистил яблоко. Мой рот моментально наполнился слюной. Я сглотнула, и это не укрылось от Назара.
 - Хочешь есть? – спросил мой мучитель. – Садись, поешь, вот только…
 - Ты не купишь мои ласки, - сказала я устало.
  Злости было много, но вот толку-то от нее? Жадно вдыхая носом запахи еды, я старалась насытить хотя бы воображение. Но даже желудок предательски заурчал. Впрочем, прошло слишком мало времени, чтобы я оголодала. Несколько дней на воде и лепешках не причинят никакого вреда, поэтому я не переживала. Лишь ухудшившееся состояние беспокоило, да головная боль. 
 Назар махнул рукой, и мои сопровождающие вышли из каюты, аккуратно затворив двери. Теперь никто меня не удерживал, но все равно я бы ничего не смогла сделать против крупного мужчины. А мой кинжал остался в другой комнате.
 - Я мог бы просто заставить, - проговорил Назар, продолжая чистить яблоко. – Но я даю тебе шанс. Снова! А ты опять противишься. Скажи, зачем мне это?
 Тонкая кожица спиралью спускалась на блюдо, капли сока стекали по лезвию ножика и его пальцам. Я быстро облизнула губы, сглотнула вязкую слюну.  Мужчина торжествующе хмыкнул, поднялся, шагнул ко мне и протянул очищенный фрукт.
 - Угощайся и помни мою доброту!
 Неимоверным усилием воли я заставила себя отвернуться. Назар присел, поводил фруктом у меня перед носом, сумасшедший аромат проникал в ноздри. Но вся эта ситуация казалась мне чересчур унизительна. Я вскинула брови и презрительно глянула на него.
 - Что? Решил заморить голодом? Ты всегда так с девушками? -иронично улыбнулась ему. - Иначе никто из них не соглашается быть твоей?
 Ох, какой яростью сверкнули глаза моего мучителя. Он резко встал и с силой бросил яблоко на пол, заставив его разломиться на несколько кусков. Но я не кинулась их подбирать, моя злость лишь стала сильнее. Поджав губы, он раздавил остатки сапогом и отвернулся, прошел к окну.
 - Чтобы ты знала, еще ни одна…
 Я не собиралась дослушивать его, резко встала и кинулась к столику, ведь там оставался ножик для фруктов. Успела схватить его чуть раньше, чем Назар понял, что произошло.
 Удивленно взглянув, он остановился на полуслове.
 - Не подходи! – крикнула я, выставив нож перед собой, направляя острие на врага.
 - Ты не сможешь мне причинить вред этим крохотным ножиком, - попытался улыбнуться он.
 Увы, это было правдой. Но, у меня осталась единственная ценность – моя жизнь и так просто сдаваться я не собиралась. Приставив нож к своему горлу, я надавила и воскликнула:
 - А вот так? Позволишь мне истечь кровью на эти прекрасные ковры?
 И вот тут в глазах Назара мелькнул искренний страх. Я даже удивилась,  он это за меня испугался или за свои драгоценные ковры?
 - Ты не сделаешь этого, - сказал он уверенно, но я все равно уловила в его голосе какое-то сомнение.
 - Да что ты? – решила проверить, как он среагирует. Я с силой надавила на кожу и почувствовала, боль. – Ах-х!
 - Да что ты делаешь! – воскликнул Назар и резко бросился в мою сторону. 

– Сумасшедшая!
 Он отобрал нож, схватил меня  и стал рассматривать рану на шее, пытаясь остановить кровь, он  подул на нее. Стало щекотно и жарко одновременно.
 - Врача, быстро сюда! – крикнул Назар в сторону коридора и почти сразу там послышался топот. Он зажал пальцем рану на моей шее и повторил. – Сумасшедшая! Да не трону я тебя!
 Я попыталась вырваться, но он крепко удерживал меня.
 - Отпусти!
 - Не дергайся!
 - А то… укушу!
 - Кусаться будешь, когда я позволю! – рявкнул Назар и зажал мой рот, видимо, испугавшись угрозы. Так и стоял, удерживая одной рукой мой рот и пальцем шею, а второй мои плечи.
 Вскоре в каюту осторожно зашел судовой врач с небольшим ящичком.  Увидев меня, быстро подошел ближе. Осторожно убрав пальцы Назара, он осмотрел рану, затем достал кусок чистой тряпицы и нанеся на нее какую-то мазь. Я почувствовала жжение, которое быстро прошло. Дернувшись, я постаралась надавить каблуком на ногу Назара, не получилось, тогда я пнула его.
 Врач удивленно глянул на меня, но увидев грозный взгляд Назара, опустил глаза и проговорил:
 - Кровь остановилась.  Ей ничего не угрожает.
 Назар кивнул, врач быстро ретировался. В каюту заглянул капитан:
 - Что прикажете, господин?
 - Проводи ее в каюту и забери все острые предметы! – устало проговорил мой тиран.
 Дернувшись, я выбралась из захвата, но лишь потому, что Назар сам ослабил хватку.
 Гордо подняв голову, я прошла в свою каюту, напоследок попытавшись сжечь взглядом Назара. Темно-карие глаза проводили меня, но никаких чувств прочесть в них я больше не смогла.
 У меня забрали кинжал. Хотя наверняка можно было порезаться даже черепками разбитой посуды, но мои мучители об этом не подумали. Или не поверили, что я вновь решусь на такое.
 Капитан молча вышел, но почти сразу в каюту зашел молодой помощник повара. В его руках был поднос с жареным мясом, фруктами, хлебом и сыром.
 - Госпожа, поужинайте! Господин велел покормить вас.
 Я смотрела на всю эту вкусно пахнущую еду и мой желудок, наверное, уже скрутился в узел, но я не могла так просто сдаться. Да и вспомнив Назара, аппетит отступил. Этот мужчина кого угодно доведет до самоубийства.
 - Не буду! – сказала я и отвернулась.
 - Но госпожа! Вы же целый день не ели, -не унимался парень.
 Внезапная догадка озарила голову, мне захотелось ее проверить.
 - Скажи, а это ты сегодня утром и в обед подкладывал мне лепешки под салфетки?
 - Что? – казалось, моряк сильно удивился. – Нет, вам относил воду и лепешку капитан.
 - Капитан? Я думала, ты ее прятал для меня. Хотел накормить в обход приказа.
 Парень смутился.
 - Вы принадлежите господину, я бы не посмел.
 Я разочарованно вздохнула. Вот как? Значит, никто на этом корабле мне не поможет, побоятся хозяина. Разве что, капитан?
 - Вы поешьте, госпожа, - улыбнулся моряк и вышел из каюты. Ключ повернулся в двери.
 Ароматы еды распространились повсюду, но мне уже не хотелось есть. Голова заболела сильнее, легкая тошнота подступила к горлу. Очень хотелось пить. Я глотнула воды из кувшина. Прохладная жидкость омыла мой желудок, но в горле продолжало жечь. Было больно даже слюну сглатывать. Вскоре пришел капитан и, увидев нетронутую еду, попытался убедить меня:
 - Вам надо поесть.
 - Не хочу, - сказала я, но увидев его обеспокоенное лицо, решила поблагодарить. – Спасибо вам за лепешки сегодня.
 Он часто заморгал.
 - Это не я, это господин.
 - Не поняла. Назар?
 Капитан кивнул.
 - И какой смысл угрожать мне голодом, но при этом подкладывать лепешки?
 Мой собеседник вздохнул:
 - Он разозлился. Но навредить вашему здоровью тоже не хотел. Поймите, Назару никто никогда не отказывал. Вы первая такая… строптивая, простите.
 - И что?
 - Вот он и решил, что вы так…набиваете цену, - выдохнул капитан, не глядя мне в глаза.
 - Знаете что? Ваш «господин» просто избалованный богач! Как это говорится, «белая кость»? На самом деле он тиран и мучитель!
 Капитан поморщился так, будто оскорбления Назара причиняли лично ему физическую боль. Вот же верный…
 - Госпожа, поешьте, -проговорил он, подождав, пока я выскажусь.
 - Нет! Можете унести!
 - Вы должны поесть. Иначе, господин…
 - Ой, ну, хватит угрожать! Сколько можно! – возмущенно прошипела я и тут снова почувствовала сильное першение в горле и головную боль.
 - Госпожа, - безуспешно пытался убедить меня мужчина. – Кстати, как ваша рана, кровь больше не идет?
 Я фыркнула:
 - Уходите! И это заберите, я все равно не буду есть! – указала ему на столик. Запахи вызывали тошноту, а не аппетит.
 Капитан вышел, оставив  поднос. Но я не намерена была нарушать обещание и не стала есть.
  Я добралась до кровати и легла. Воздух в каюте казался густым и влажным. Голова  заболела сильнее, я застонала, проваливаясь в забытье.
 Сначала было жарко, и мне снились неясные картинки из моего прошлого, то солнечный день, то яркий цветочный луг. Солнце светилось, освещая огромные пастбища.  Я  попыталась понять, где нахожусь. Затем решила снять чересчур теплую одежду, мучаясь от  головной боли и жара во всем теле. Затем стало холодно, и я задрожала, кутаясь в одеяло. Вдруг услышала громкий стон, но он, оказалось, принадлежит мне.
 Меня звали по имени, но я кричала во сне, отказывалась от еды и ворочалась, металась. Подушка казалась  мокрой от пота, а в горле было больно  и все мое тело горело. Слышались голоса, сильные руки освободили меня от мокрой одежды и укутали в сухую огромную рубаху, кто-то трогал мой лоб и щеки. Я все время слышала:
 - Аурика! Аурика!
 Но у меня не было сил отвечать, я шептала и хрипела, из глаз текли слезы, кости ломило, и я выгибалась на кровати. 
 Внезапно стало тепло, я задышала спокойнее, прижимаясь к кому-то большому и уютному.
 А потом вдруг к моим губам прижались чужие. Через них я почувствовала, как в рот попала влага. Попробовала вырваться и замотала головой, но мой подбородок удержали сильные пальцы и  продолжали насильно через губы вливать в рот жидкость. Горьковатый вкус заставил сморщиться, но добравшись до горла, вдруг успокоил его, жжение стало слабее, и в какой-то момент я смогла ненадолго провалиться в сладостное забытье. Несколько раз кто-то приподнимал меня и снова целовал, и опять горлу становилось легче, и в очередной раз я просто с готовностью приоткрыла рот, позволяя живительной влаге проникнуть внутрь.
 Очнулась, когда солнце светило в корабельное окно, и огляделась. Дорогие интерьеры, ковры и развешанные на стенах трофеи подтвердили, я в каюте Назара. А сам хозяин лежал рядом, обнимая меня. Я почувствовала, что лежу прямо на нем, уютно устроившись на его обнаженном торсе! Запахи кедра и незнакомых специй теперь въелись даже в мою кожу. И все бы можно было отнести к внезапно приснившемуся кошмару, если бы не  раздавшийся голос, который разбил мои надежды:
 - Еще ни с одной женщиной я так не уставал за ночь! – карие глаза мужчины с прищуром смотрели на меня.
______________
Нравится история? Поставьте сердечко, это очень вдохновляет автора. А еще я всегда отвечаю на вопросы в комментариях. 

- Что я тут делаю? – хотела воскликнуть я, но тут же закашлялась, захрипела, голос меня не слушался.

 Мужчина резко вскочил и, схватив чашку со столика, подал мне. Запахло горьковатым и неприятным лекарством. Я натянула одеяло по подбородок, но он обхватил меня и с силой начал вливать лекарство в рот.

 - Не дергайся, а то прольешь. А запасы этих снадобий на корабле не бесконечны.

 Лекарство? Мне? Я глотнула из чашки и поняла, что меня именно этим средством отпаивали всю ночь. И способ передачи его тоже вспомнила. Стало очень неловко.

 - Ты, ты что-то со мной сделал? – ахнула я, пытаясь оглядеть себя, не убирая одеяло. На мне была лишь мужская рубашка и трусики.

 - Твоя сорочка насквозь промокла, ты билась в лихорадке, а мне, знаешь ли, не хочется путешествовать с трупом! – устало проговорил Назар, откладывая чашку.

 - С трупом?

 - Ты простыла, два дня назад там, на палубе. Или на острове, не знаю. А вчерашняя голодовка и истерика доконали тебя. Ты могла умереть, глупая!!

 -Ты раздел меня!!!

 - Переодел в сухое! Успокойся! – рявкнул мужчина. – Никакого слада с тобой нет!

 - Ты меня…трогал? Что-то делал со мной?

 Назар прищурил глаза и ответил, чеканя каждое слово:

 - Мне нужна покорная ласковая женщина, а не брыкающаяся в лихорадке… дикарка.

 За дикарку, конечно, неприятно, но он не насиловал меня и это главное. Вздохнув, сказала:

 - Спасибо за заботу, но в моей болезни ты сам виноват!

 Назар встряхнул головой, сжал руки в кулаки, потом резко встал:

 - Вижу, тебе гораздо лучше. Сейчас позову врача, а ты одевайся и умывайся.

 Он указал на мое платье, висевшее на спинке стула. Похоже, оно высохло. Как только мужчина вышел, я переоделась, сбегала в уборную, умылась и почувствовала себя спокойнее. Смогла уже мыслить, и пока что выходило, что Назар не злодей. Лечил меня, лекарство не пожалел. Я уселась на кровать, сложила ладони на колени, как примерная девочка.

 Вскоре пришел врач, деликатно постучавшись в каюту. Назар вошел следом, а за ним капитан и помощник кока с подносом.

 - Скоро будете совсем здоровы, госпожа, - улыбнулся судовой врач после того, как потрогал мой лоб и осмотрел горло. Он снова смазал ранку на моей шее и повернулся к Назару.  – Держите ее подальше от палубы.

 Все вышли, кроме хозяина каюты. Я сразу почувствовала аромат еды, и мой взгляд невольно упал на стол, где уже был сервирован обед на двоих. Желудок напомнил о себе протяжным урчанием, я сжала живот ладонью, смущенно глядя из-под ресниц на Назара. Но он лишь усмехнулся:

 - Садись, поешь!

 Я настороженно пересела за стол, мой собеседник сел напротив. Он хотел передать мне нож для разделки мяса, но передумал и стал сам нарезать мне вкусные кусочки. Взяв один, он протянул мне, ожидая, что я послушно открою рот. Я отодвинулась.

 - Могу я…сама? –попросила его, потянувшись к ножу.

Он разочарованно убрал руку, и сам съел мясо.

 - Больше не будешь пытаться поранить себя?

 - Если не будешь вести себя, как животное!

Назар аж чуть не подавился. Налил себе воды и залпом выпил. 

 - Аурика, не дерзи мне! – с пугающе — опасной интонацией произнес мужчина.

 Я взмахнула волосами, сложила руки на груди и попыталась прожечь его взглядом.

 - Я не хочу быть тебе обязанной! Скажи, чем отплатить за еду и лекарства?

 Брови Назара взметнулись вверх:

 - Глупая! Ты мне принадлежишь! Отплатить можешь только лаской, но ты этого сама не хочешь.

 - Не хочу! – я не отводила взгляд.

 Он привстал, опершись ладонями на стол. Его взгляд, поза, фигура, все заставляло подчиняться, сжимаясь от страха. Но я не привыкла подчиняться, не помню, откуда знаю это, но не привыкла. «А вот он привык, что перед ним все поджимают хвост», - подумала я. –«Но если проиграю ему сейчас, то никогда не добьюсь его уважения».

 Я чувствовала, как капельки пота стекают по моей спине, но упорно продолжала смотреть Назару в глаза. На какую-то секунду мне показалось, что не выдержу, захотелось сдаться и попросить его о милости. Ведь это так просто отдать себя во власть этого сильного мужчины и позволить ему решать за меня, управлять моими желаниями, моей жизнью. Но что будет потом? Когда я ему наскучу?

 Какой-то внутренний инстинкт не давал мне отступить, несмотря на то, что силы были не равны. Назар сел обратно, вздохнул:

 - Давай договоримся! Будешь жить в моей каюте.

 - Нет.

 - Да и не перебивай! Будешь со мной принимать пищу, и спать в моей постели!

 - Нет!

 - Помолчи! Выслушай сначала! – увидев, что я поджала губы, чтобы не обругать его, продолжил. – Я не притронусь к тебе… пока сама не попросишь.

 - Не попрошу.

 - Значит, согласна?

 - Нет! Зачем это? Кают нет других?

 - Глупая! Хочу, чтобы рядом была! Если болезнь вернется, я сразу позову врача!

 - Может, тогда уж сразу к врачу переселишь?

 Он угрожающе встал, подошел и резко обхватил мой подбородок:

 - Даже не смей при мне говорить о других мужчинах! Врач понравился? Или помощник кока? Я их прямо сейчас за борт вышвырну!

 Я поглядела в глаза этого ненормального и поняла, что он не шутит. Вывернулась, сказала.

 - Никто мне не понравился. И тебе тоже это не грозит!

 Назар вздохнул.

 - Послезавтра прибудем в порт.

 - И ты отпустишь меня?

 - Нет. Тебе некуда идти.

 Тут он был прав. Я хотела бы поискать своих родных, семью, друзей. Может, меня кто-то узнает? Или я вдруг узнаю знакомые места, здания?

 Внезапно так грустно стало.

 - Ты не знаешь, как вернуть мою память?

 Он ответил:

 - Зачем тебе это? Не веришь, что моя?

 Я не верила. Но зачем он возится со мной, лечит, заботится? Уверена, женщин у него много. И гораздо послушнее, чем я.

 - А я тебе зачем? – решительно спросила.

 - Глаза у тебя красивые, - он внезапно улыбнулся. – Хочешь, женой сделаю первой?

 - Женой? Первой? – я ошарашенно посмотрела на него, не зная, чему удивляться больше – предложению о замужестве или тому, что он собирается иметь несколько жен.

Кажется, Назар считал свое предложение очень выгодным и ответил, чуть ли не с гордостью:

- Да, я все еще не женат, наложниц много, а в жены мне отец ищет дочерей правителей. Сама понимаешь, я сын Хана.

- Погоди, у вас по нескольку жен? И у тебя будет несколько? – никак не могла поверить я. Вариант с многоженством казался мне дико неправильным почему-то.

- Ну да, - Назар удивился. – Конечно, несколько! Но ты будешь первой, любимой. Родишь сына и будешь обеспечена до старости.

- Вот как? Родить сына? А ты будешь с другими женами развлекаться? – возмущенно высказала я, хотя даже не собиралась соглашаться. Но другие женщины рядом с ним вызывали у меня негодование.

Мужчина непонимающе моргнул, пояснил:

- Я сын Великого Тайсун-Даян Хана. И стану его преемником. Мужчина не должен хранить верность одной жене, это женщина должна быть лишь с одним мужчиной.

- Да что ты? – рассмеялась я. – Это, по какому это праву мужчине можно, а женщине нет?

Теперь уже Назар возмутился:

- Ты юная глупая женщина и тебе не понять, что так правильно! Соглашайся и не дерзи.

- Ну, уж нет, я так не согласна!

- Чего ты хочешь? Думаешь, я каждой встречной такое предлагаю?

- Назар! – строго сказала я. – Как только рядом с тобой появится другая женщина или, как только я пойму, что ты обманываешь меня, исчезну!

Он выдохнул. Казалось, его уже так достала моя непокорность, что еще чуть-чуть, и он сам меня придушит и выбросит в море. Назару опять потребовалось несколько долгих мгновений, чтобы успокоить гнев. А потом он равнодушно бросил:

- Знаешь что? Даю тебе пять дней, если не согласишься на мое предложение,  продам тебя в рабство!

- Не продашь, - возразила я, гадая, серьезен ли он в своем решении.

- Значит, отказываешься? – глаза Назара угрожающе сузились.

- Разве рабство не запрещено? – я смутно понимала, что вроде как запрещено. Но там, на острове меня хотели именно продать.

- Официально запрещено, - подтвердил мои догадки мужчина. – Но думаешь, кто-то спрашивать будет? Запрячут в гарем и все, никто и не станет выяснять добровольно ты там или нет.

- Ох, - я и правда была безвольной игрушкой. Не Назар, так другой меня сделает своей рабыней.

- Вот и подумай! Это я с тобой вожусь, как с госпожой. Предлагаю стать женой, а не просто рабыней. Другие не будут так добры!

Я вздохнула, задумалась. Он был прав. И пока что действительно добр ко мне. Уверена, что высокородный отец не одобрит женитьбу на не известной рабыне. Заметив мою растерянность, Назар спросил:

- Ну как? Согласна?

Мысли заметались. Становиться одной из его жен не хотелось. Делить мужчину с другими женщинами казалось совершенно неправильным. Но если отказаться, он опять разозлится. А сейчас мы посреди моря и у меня совершенно нет поддержки. Что же делать? Отказаться всегда могу.

- Как ты сказал? Пять дней дашь на решение? Вот через пять дней и скажу, - устало выговорила я и взяла кусочек хлеба.

Назар довольно хмыкнул и продолжил нарезать мясо на небольшие ломти, периодически подавая мне их. Я брала и ела, и даже когда мои пальцы соприкасались с его рукой, не дергалась. Надо бы тщательно обдумать,  что делать дальше, а он пусть решит, что я смирилась.

В течение дня мой тиран вел себя очень даже пристойно, не хватал, не угрожал, голодом не морил. Но вот из каюты не выпускал. Я должна была вовремя пить лекарство и не подвергать себя холодному морскому ветру.

День клонился к вечеру, сын хана занимался своими делами на палубе, а я скучала в его каюте. То рассматривала карты, пытаясь найти знакомые названия, то искала книги или свитки, в надежде хоть что-то вспомнить. Тщетно.

Вечером мы поужинали в мирной обстановке и раздав последние на сегодня поручения, Назар стал готовиться ко сну:

- Надень это, - он вручил мне мою же сорочку. Кто-то ее постирал и высушил, и сейчас она пахла свежестью.

- Отвернись! – потребовала я и Назар, о чудо, подчинился. Он развернулся и стал снимать с себя рубаху, штаны и обувь.

Широкие плечи, мускулы, перекатывающиеся под загорелой кожей, тонкие белесый шрам, видневшийся на боку, сильные ноги и скульптурно вылепленные бедра могли принадлежать богу войны, но никак не тирану и деспоту. Назар был красив своей мужественной красотой, и все в нем было резкое, мощное и опасное. Он был рожден стать правителем, подумала я. Глядя на него, хочется подчиняться и просить защиты. Всем, но не мне. 

Еле заставив себя отвести взгляд и отвлечься от созерцания его мощной полуобнаженной фигуры, я быстро переоделась сама и мигом забралась под одеяло.

Назар в одних лишь бриджах, которые абсолютно не скрывали его мощные бедра, задул масляную лампу и лег рядом. Кровать жалобно скрипнула, прогнувшись под нашим весом.

- Если вдруг решишь прирезать меня во сне, знай, - беззлобно проговорил мужчина. – Мои люди тебя не пожалеют.

- Да я и не собиралась, - проговорила я и тихо добавила. – Пока что.

 Он услышал, хмыкнул:

- Мне нравятся женщины, грозные для окружающих и покорные наедине в спальне. Подумай об этом.

- Кажется, я из тех женщин, кто приветлива с окружающими, но грозная в постели, - возразила я.

Он рассмеялся так по-мальчишески, что я тоже улыбнулась.

-  Ты все равно будешь моей, по своей воле!

- Нет!

- Ты даже во сне ко мне тянешься, - ответил он, засыпая. – Твое тело хочет меня. Вот увидишь, сама полезешь обниматься ночью.

«Ага, мечтай», - проговорила мысленно я и тоже уснула, отдалившись на максимально дальнее расстояние от Назара.

Естественно, проснулись мы в обнимку. Да что же это?

Он бережно обнимал меня за талию, совершенно не делая ничего предосудительного, а я уютно устроилась на его плече и, похоже, забрала себе все одеяло. Пахло от него привычно приятно, и я позволила себе еще несколько минут понежиться, делая вид, что сплю. Но вскоре Назар сам проснулся, вот только не стал резко вставать, а тоже тихо лежал и, похоже, смотрел на меня. 

"Пусть любуется", - самодовольно подумала я, стараясь не улыбаться. Я ожидала, что он начнет распускать руки, и я смогу обвинить его в нарушении обещания, но он держался. Прошло минут десять.

Тогда я открыла глаза и пожелала ему доброго утра. Ни один мускул не дрогнул на его лице, когда я нарочито плавно начала выбираться из его объятий, то и дело задевая его торс своей пышной грудью. Уверена, он прекрасно чувствовал ее через ткань моей сорочки, но молчал, и даже почти не отводил взгляд с моих глаз.

Единственное, что он сделал, это тихо произнес:

- С огнем играешь, – даже не спросил, а констатировал.

Я сделала непонимающее лицо и захлопала ресницами. Впрочем, его взгляд выражал больше, чем слова и я решила так с ним не шутить, а то и вправду решит, что я «набиваю себе цену».

Следующий день и последующая ночь тоже прошли довольно спокойно. Я расслабилась. Назар был само благородство, никаких криков, угроз, попыток поцеловать или насильно обнять.

А утром третьего дня мы прибыли в Сунгари! Этот морской портовый город поражал великолепием. Высокие здания из белого камня, множество торговых рядов, зеленые рощи мандаринов и персиков, шум и гомон погонщиков лошадей – все это было незнакомым, но очень интересным. Даже запахи моря, рыбы, подгнивших водорослей, специй, фруктов и лошадей проникали в ноздри, не вызывая никаких воспоминаний. Я хотела спросить Назара, была ли я здесь раньше, но побоялась, что он опять разозлится. Срок, который он дал мне на решение, подходил к концу, и ссориться с ним я не хотела.

Нас встретили слуги Назара и сразу с корабля сопроводили в большой дом с роскошным тенистым садом. Назар повез меня на своей лошади, которая, похоже, соскучилась по хозяину и сейчас нетерпеливо перебирала копытами, так и норовя пуститься вскачь.

- Потише! – проговорила я, поглаживая животное  по роскошной гриве и оно, как ни странно, меня послушалось. Лошадь присмирела и везла нас с достоинством, чинно вышагивая, как на параде.

Назар удерживал меня за талию, а я уютно устроилась перед ним. Верхом ехать было привычно и совсем нестрашно, из чего я сделала вывод, что раньше уже каталась на лошадях. Встречные прохожие были одеты в самые разные одежды, женщины в яркие платья с открытыми плечами и даже животами, а мужчины в рубашки и штаны. Встречались тут и бородатые торговцы в тюрбанах, но их было гораздо меньше. Выбравшись из оживленной части города, мы свернули в квартал, где располагались самые большие дома за высокими заборами, увитые цветущими лианами. Здесь было тише, пахло приятнее, и редкие встречные тоже ехали либо на лошадях, либо в закрытых повозках со шторками на окнах. Оттуда, то и дело выглядывали любопытные женские лица, бросавшие на моего спутника полные восторга взгляды.

Через некоторое время мы подъехали к одному из самых красивых домов из белого камня. За забором виднелись мандариновые и гранатовые деревья, а столбы, на которых держались светильники, были увиты виноградной лозой.

- Мы проведем здесь некоторое время, - объяснил мне сын хана, показывая рукой на свое поместье, - А потом поедем в Степи, к отцу.

Высокие резные ворота раскрылись и оттуда высыпали встречающие: слуги, помощники, конюхи и охранники с саблями. Они поприветствовали своего хозяина и почтительно поклонились нам.

Среди них были и женщины, вероятно, служанки, работницы с кухни или сборщицы фруктов. Они дружно склонили головы, и лишь одна из девушек бросила на меня обжигающе — презрительный взгляд. Ее яркий наряд привлекал внимание кричащей карминно-красной расцветкой, а золотые серьги в ушах спускались до самых плеч.

- Лейла! – позвал Назар, и та самая девушка с приторной улыбкой подбежала к хозяину. Подобострастно склонившись, она выпятила свою грудь, чуть не выпадывающую из глубокого декольте ее красного платья и заговорила с придыханием:

- Ваша Лейла, господин, скучала, и каждый день молилась богам о вашем скором возвращении.

- Лейла! – мило улыбнулся ей Назар и попросил. – Посели Аурику в свободную комнату и дай ей одежду: платьев, белья, обуви там. Ну, сама знаешь. Дай ей все, что нужно женщине на первое время. А завтра мы поедем на базар и купим ей все остальное.

С этими словами он спешился и хотел помочь мне слезть с лошади, но этого не потребовалось. Животное наклонилось, согнув передние ноги, и я легко сошла с седла, благодарно потрепав роскошную гриву. Назар хмыкнул, Лейла поджала губы и повела меня в дальнюю часть поместья.

Заведя в какую-то крохотную комнатку с одним глухим окном, она едко проговорила, сразу превращаясь из милой улыбчивой девушки в коварную змею:

- Что за оборванку привез господин? Даже платьев своих нет? А волосы? Спутаны и, похоже, не знали расчески неделю!

Мне очень хотелось ответить ей, но я сдержалась.

- Скажи, пожалуйста,  где мне помыться и постирать мое платье? И гребень ненужный, может, найдется?

- Пф-ф, - фыркнула девушка. – Тебе не обмануть меня! Надеешься прикинуться кроткой овечкой? Я не дам тебе ни одного из своих платьев! Будешь носить одежду служанки!

Я удивленно спросила:

- А ты сама разве не служанка?

- Нет! Я любимая наложница господина!! – воскликнула Лейла, торжествующе посмотрев на меня.

- Вот и замечательно! Теперь он отстанет от меня,  – пожала я плечами. – А такие платья сама носи! Я не собираюсь трясти грудью перед вашим господином!

Лейла угрожающе подошла ко мне:

- Даже не смей смотреть на господина! Я оболью твое лицо кипятком, выдеру твои волосы, а если посмеешь пожаловаться, запру тебя в конюшне на ночь. Поверь, наши конюхи очень обрадуются тебе!