Гайка, Клюшка и Макар, книга 3. Легенда о летящей тигрице, часть 2. Дорогу осилит идущий

Женская красота хуже, чем вино, так как опьяняет не только своего хозяина, но и зрителя.
_______
Любой, кто сохраняет способность видеть женскую красоту, никогда не стареет. Франц Кафка
_______
 – О, если бы снова стать семидесятилетним! - Французский политик Жорж Клемансо при виде красивой девушки, в день своего 80 летия.
_______

- Моя незнакомка из прежних столетий,
С картины сойди и на миг оживи…
* * *
Последнее время Терри часто приходил в этот ресторан. Полгода назад за этим же столиком он встретился здесь с режиссером из Швеции Лукасом Мудиссоном, с которым был давно знаком. Коллеги иногда перезванивались. Обсуждая свои работы, тогда в ресторане, они коснулись фильма «Лили навсегда», снятого Лукасом пятнадцать лет назад. В тот вечер Мудиссон рассказал, что на главную роль своего фильма он просмотрел около тысячи детей и подростков, которым во время проб нужно было разыгрывать целые импровизации и различные темы в общении родителей и детей. А потом совершенно случайно встретил Акиньшину.
Так вот она представляла собой не такой образ Лилии, который он задумывал изначально. Оксана оказалась куда лучше этого. В итоге, благодаря этой почти никому не известной девочке его фильм был удостоен «Гран-при Астурии», заслужил «Специальный приз жюри» и победу на Международном кинофестивале в Хихоне 2002 году по категории «Лучшая актриса», потом получил 5 национальных кинонаград «Золотой жук» 2003 года Шведской Академии Кинематографии в категориях «Лучший фильм», «Лучший режиссёр», «Лучший сценарий», «Лучшая кинематография» и «Лучшая актриса», а также участвовал во многих номинациях самых престижных мировых кинофестивалей.
Мудиссон тогда поведал Джонсону:
- Русские – это прирожденные импровизаторы. Они мгновенно вживаются в роль практически без особой подготовки и на уровне подсознания предугадывают все оттенки неизвестного им ранее актерского мастерства.
* * *
С тех пор эта мысль не давала покоя Терри. Он тогда пожаловался Лукасу, что вот уже полгода не может найти актрису на главную роль своего нового фильма, сценарий которого он написал спустя год со дня смерти жены, после его внезапно осенившего вдохновения.
Главной героиней должна была быть неискушенная молодая, красивая девушка из довольно обеспеченной семьи русских эмигрантов, которой по сюжету сценария предстояло создать яркий драматический образ. Он пробовал на эту роль многих известных актрис. Но никому из них не удалось сотворить даже что-то близкое его сценарию.
- Я, наверное, никогда не найду свою героиню!
- Чтобы мечты сбывались надо уметь верить в чудеса…Или надеяться на его величество случай. Вот сейчас ты уже совсем потерял надежду, как вдруг откроется дверь в этот ресторан и появится та самая, единственная и неповторимая, твоя мечта…
* * *
С тех пор он стал часто заходить сюда, боясь признаться себе в том, что причина постоянных обедов в этом ресторане кроется не в отличном выборе изысканных блюд и даже не в приятном исполнении русского шансона. Хотя вот и сейчас негромко звучала песня на русском языке, которую пела уже не молодая, но все еще довольно популярная исполнительница шансона:
Студил Петербург разгулявшийся ветер,
По звёздному небу катилась луна.
Прекрасная дама летела в карете,
Вся в локонах тёмных, горда и нежна.
В далеком и страшном 1917 году бабушке Терри вместе с родителями удалось вырваться из Санкт-Петербурга и эмигрировать в Англию. Ей тогда было всего 8 лет. Через двадцать лет она встретила в Лондоне своего мужа. Потом у них появился отец Терри, считавшийся уже коренным британцем.
Но русский язык от бабушки и до Терри передавался по наследству с чисто русской настойчивостью. Вместе с языком передавались и многие привычки, в том числе и любовь к русской песне с её широтой и тихой грустью, как голос сердца, в котором тлела искра русской души.
Терри прекрасно владел русским языком, разговаривая практически без акцента, единственный из бабушкиного рода, кому это удавалось легко и непринужденно с раннего детства.
* * *
Ресторан помещался в знаменитом Лондонском отеле. Знаменитом именно тем, что Hard Rock Hotel часто посещали туристы из России. Он понимал, что найти актрису среди приезжих русских туристов, да еще и молодую, и красивую было делом безнадежным. Но что-то заставляло его приходить и обедать здесь почти каждый день.
В тот день он пришел слишком рано для обеда. Не было еще и двенадцати часов дня, а он уже заканчивал свою дневную трапезу за чашкой отменного латте. Пришедшие пообедать посетители понемногу заполняли зал. Терри легко различал их по одежде и манерам поведения: чопорные и надменные немцы, словоохотливые итальянцы, самоуверенные и немного развязные американцы. Наконец появились русские. Это были две уже немолодые супружеские пары, которые, как всегда робко и неуверенно высматривали по сторонам свободный столик. Никто пока из обслуги не спешил им в этом помочь.
- Сегодня их совсем немного, этих русских, - подумалось Тэрри, - и опять нет ни одной молодой женщины. Джонсон вздохнул и поднялся из-за столика. Пора было уходить. День снова улетал впустую. Он положил на нетронутую салфетку одну пятидесятифунтовую бумажку за свой традиционный обед и двинулся к выходу.
Уйдя в свои мысли Терри не заметил, как не пропустил в зал и чуть не столкнулся с молодой девушкой, рассчитывавшей на любезную уступку прохода. Терри посмотрел на девушку и побледнел. Потом схватился за сердце.
Почти девчонка, 17 – 18 лет, дивные роскошные темно каштановые волосы, уложенные в легкие, красивые волны, кротко падающие на почти детские плечи. Нитка ожерелья из благородного черного опала на нежной коже изящной шеи, скромное декольте и ухоженность безупречного платья подчеркивающие природную красоту стройного юного тела, и наконец лицо, от которого было невозможно отвести взгляд.
Терри тщетно пытался вспомнить, видел ли он за все свои 57 лет настолько прелестное создание. Она прошла в зал, сделала несколько шагов и остановилась. Терри опомнился и бросился за ней в след.
- Позвольте проводить вас, прекрасная незнакомка, - произнес Джонсон. Подвел ее к первому же свободному столику и помог ей опуститься в кресло.
Яркая белоснежная улыбка озарила красивые чувственные губы и Терри вдруг почувствовал, что утонул и навсегда останется в плену этих опьяняющих зеленых глаз,
Он заказал два самых изысканных кофе с пирожными. Девушке кофе и пирожные пришлись по вкусу. И это несколько ободрило и обнадежило слегка упавшего духом Джонсона. И он обратился к девушке.
- Милая девушка, позвольте представиться. Меня зовут Терри Джонсон. Я кинорежиссер и вот уже год безуспешно ищу актрису, девушку способную сыграть роль такой же, как и вы юной особы. По сюжету фильма она влюбляется в жениха старшей сестры и отбивает его у нее. Далее разыгрывается довольно острая драма и.... В общем вы идеально подходите на эту роль, и вам скорее всего придется играть как бы саму себя. Это будет фильм-шедевр. Вам будет обеспечена мировая слава и выплачен многомиллионный гонорар. В общем соглашайтесь не раздумывая.
- Спасибо вам за кофе! – Девушка встала из-за стола. – Я в Лондоне проездом и должна уже завтра быть в Москве. Извините, но вам придется поискать кого-то другого на роль героини фильма. Всего вам хорошего!
- Подождите, девушка! – Терри показалось, что с уходом этой девушки мир вдруг потеряет для него все свои яркие краски. – Умоляю, не отказывайтесь! Но даже если потом раздумаете, вот моя визитка. Я буду ждать вас, сколько понадобится – месяц, два, три, год… И шепотом про себя добавил:
- А может и всю оставшуюся жизнь…
Он вышел вслед за ней на улицу. Девушка подошла к стоявшему рядом с гостиницей такси, открыла дверцу машины и помахала рукой Джонсону на прощанье.
- В Мидлэнд Банк! – бросила она таксисту.
* * *
Лена смотрела в зеркало заднего вида. Джонсон одиноко стоял на ступеньках гостиницы. Перед глазами пожилого, знаменитого на весь мир британца, избалованного вниманием лучших мировых красавиц – звезд кино, на всю оставшуюся жизнь так и осталась в памяти картина с неповторимым по красоте лицом простой семнадцатилетней русской девчонки …
Он даже не смог узнать ее имени. А из открытой двери ресторана вслед ему летела грустная мелодия:
Моя незнакомка из прежних столетий,
С картины сойди и на миг оживи.
Проедем с тобой в золоченой карете
По грустным мгновеньям минувшей любви.
* * *

Казалось, что этот холодный сентябрьский день никогда не кончится. В газели Кира с Леной немного отогрелись. Потом, уже дома после ванной, запивая остатки малинового варенья горячим чаем с душицей им стало совсем тепло. И это тепло было не столько от чая, сколько от мыслей о том, что человек, ставший для них единственным родным и близким, жив. А главное - они для него дороги и очень-очень нужны ему, как старшие сестры для своего младшего брата. Хотя, вероятнее всего, в их сердцах тлела надежда на куда более нежные чувства, пусть даже пока еще совсем не доступные по месту и времени.
После своего ночного визита на могилу Макара девушки не спали всю ночь. Известие о том, что он живой, пусть даже еле живой от полученных ран, перечеркнуло весь прожитый драматизм минувшего дня. Они никак не могли наговориться, вспоминая почти каждый день, проведенный ими вместе с ним, отмечая эти события со всеми почти забытыми подробностями.
Под утро они, наконец, перешли к более практичным вопросам и стали строить планы встречи с Макаром, как с драгоценным подарком, выпавшим на долю их вовсе не сладких судеб. Кроме фразы о том, что девушки ему нужны, как воздух, Макар успел сказать еще 2 слова:
- Утром перезвоню!
Им нужна была информация, где он, как попасть к нему и когда можно будет его увидеть. Даже с их не богатым жизненным опытом девушки прекрасно понимали, в каком тяжелом состоянии он находится со столь серьезными ранами. И еще нужно было что-то решать с пекарней. Эта работа стала теперь неотъемлемой частью их жизни.
- По поводу пекарни давай так, - сказала, немного подумав Гайка. - Через несколько дней может выйти на работу Генка, а с ним и Валя. Он уже почти здоров. Будет или нет работать пекарня будем решать со всеми пекарями. Если не сможем их собрать до конца дня сегодня - соберем завтра с утра.
- Я могу съездить к Макару одна. А ты, как хозяйка, останешься на пекарне, – предложила Клюшка в надежде, что ей удастся побыть с Макаром одной. В тайне от себя она все еще продолжала ревновать Гайку к Макару. Уж слишком красивая была эта Ленка!
- Нетушки, нетушки! - сразу же закричала Гайка. За Макаром нужен будет круглосуточный уход. А я палатная медсестра, могу диплом показать. Да и опыт этой работы в нашей больнице у меня имеется.
* * *
Перед уходом на работу Гайка дозвонилась до Вали. Соскучившись по работе они с Генкой сразу же согласились через полчаса быть на пекарне. Когда Лена с Кирой прибыли в Универсам, Тома с Ниной как раз заканчивали свою смену. Минут через десять появились Генка и Валя.
- Ребята! – обратилась Лена к пекарям. - Нам с Кирой придется уехать из города может на пару-тройку месяцев, а может на полгода. Они с Клюшкой еще дома решили пока не говорить пекарям, что Макар жив. - Так вот, - продолжила Гайка, - давайте прямо сейчас решать, сможете без нас продержаться эти полгода или нет.
Все задумались. Потом высказался Генка.
- Кира! Я заходил на склад. Муки и масла, что привозили нам на прошлой неделе, осталось еще минимум на месяц. Дрожи и «добавки» нам каждую неделю подвозят ИПэшники. Все остальное (соль, сахар) мы берем в Универсаме. Значит нам тех денег, что возьмем за хлеб и булочки должно хватить и на зарплату, и на закуп всех комплектующих. С представителями наших поставщиков муки и масла я давно знаком лично. У меня даже их телефоны записаны. С остальным разберемся.
- А вы как? Не против? – спросила уже Кира у Томы с Ниной.
- Генка мужик серьезный. Мы его давно знаем. Справится со всеми проблемами. В общем мы согласны. Можете хоть завтра ехать. Все будет нормально, – заверили всех сёстры-пекари.
- Хорошо! – согласилась Гайка. – Но если будут проблемы, звоните в любое время дня и ночи. Поможем!
- Обязательно поможем! – поддакнула Кира.
Повестка короткого собрания была исчерпана. Валя договорилась со сменщиками о дне выхода их с Генкой на работу. Пекари разошлись по домам. Гайка с Клюшкой остались одни. Лена достала свой мобильник.
- Что же ты не звонишь ему? – вспыхнула Клюшка. – Там же у тебя его номер. Время десятый час. Уже давно пора… Звони скорее!
Гайка переключила телефон на громкую связь и набрала тот самый номер, с которого вчера звонил им Макар.
- Телефон абонента находится вне зоны действия сети! – услышали девчонки голос автоответчика.
- Наверно врачи отключили. Он потому и сказал, что сам позвонит, – Лена убрала свой телефон в сумочку. – Пошли домой, будем собираться к отъезду, хотя так и не знаем куда?
Они стали собираться домой. В это время зазвенел звонок телефона Киры, оставшийся лежать в кармане ее курточки, висевшей у входа на вешалке. Клюшка сломя голову бросилась к телефону, схватила трубку и заикаясь от волнения со слезами на глазах крикнула:
- Да Макар, милый мой! Я слушаю! Я слушаю тебя мой родной…

     Подготовительный этап к сложнейшей операции на позвоночнике заканчивался. Одной из причин столь длительной подготовки была вторая пуля, что прошла в полутора сантиметров от сердца. Старший хирург их клиники Бельский Илья Сергеевич, еще пять лет назад получил ученую степень доктора медицинских наук по защите своей диссертации, связанной с новейшими достижениями хирургии именно в области лечения болезней позвоночника. Все эти три недели он сам лично ежедневно наблюдал за состоянием Макара и вовремя назначал ему все необходимые процедуры. Он же подробно объяснил Титу, что и как предстоит перенести больному прежде чем он начнет учиться не только ходить, но и сидеть.
После операции на позвоночнике наступает реабилитационный период – длительный (от 3 до 12 месяцев). Особенно тяжело будет в течении первых двух-трех месяцев, когда больной не в силах будет даже просто пошевелить рукой. И этот этап, в основном решает исход послеоперационного лечения. Пройти его следует со всей долей ответственности, как бы тяжело физически и морально не было. Многое будет зависеть не только от неукоснительного выполнения методики лечения, но и от четкого профессионального ухода за больным. Само общение с Макаром Бельский разрешил Титу лишь спустя неделю после того, когда принял Макара с двумя пулями в спине. После этого Игорь Евгеньевич рассказал Макару о предстоящем сложном и очень дорогом для него лечении.
Так он стал потихоньку готовить Макара к мыли о том, что за это лечение он должен хотя бы частично рассчитаться с его «обществом», которому и принадлежала эта частная клиника. Узнав о стоимости лечения, измеряемого «скромной» семизначной цифрой в долларах США, Макар, не раздумывая, сразу же заявил о том, что за всю свою оставшуюся жизнь он столько не заработает. Тит долго не решался высказать мысль о том, кто может помочь ему деньгами. И вот, кажется настал подходящий момент:
- Послушай, Макар! Ну а если кто-то из твоих близких сможет погасить хотя бы часть стоимости твоего лечения?
- Игорь! Но я уже говорил тебе, что у меня не осталось никого из близких родственников. Ты же сам мне сообщил, что та дальняя родня, которая взяла на себя организацию моих похорон, из-за этих расходов больше проклинала меня, чем жалела.
- Но я имею в виду вовсе не родственников…
- А кого же еще?
- У тебя есть девушка, которую ты рекомендовал нам в качестве эксперта по оценки бойцов для клуба «Зов фортуны». Если ты про нее забыл, то, мне кажется, она тебя хорошо помнит.
- Ты имеешь в виду ее наследство? Но эта девушка мне ничем не обязана. Да и в любом случае я никогда не осмелюсь просить ее о чем-то подобном.
- Но если тебе это сделать неудобно, то мне ничего не стоит обратиться к ней за помощью для тебя – моего друга? - Слушай, Игорь! Я не хочу, чтобы ты просил её беспокоиться обо мне, но и запретить тебе сделать это я не вправе. Поступай, как хочешь! В любом случае денег на лечение у меня нет и не будет. Я уже готов тому, что останусь на всю жизнь обездвиженным инвалидом.
- Но ты хотя бы позвони ей сам. Думаю, что она далеко не рассердится, узнав о том, что ты жив. Так же, как и ее подруга, та что стала твоей помощницей на пекарне. Их поддержка сейчас для тебя крайне важна, а после операции, к которой мы тебя практически уже подготовили, без их присмотра и ухода за тобой мы тебя просто не восстановим.
Макар не хотел просить о чем-либо Киру, догадываясь о её отношении к нему. Даже сам звонок ей с просьбой приехать к нему, выглядел бы, как игра на её чувствах. И он набрал номер Лены. Игорь слышал все-то немногое, что смог сказать в трубку Макар.
- Значит не стал даже намекать на помощь деньгами. Вот чистоплюй! – выругался Тит. - Ну ладно, - подумал он, - я завтра утром сам ей позвоню пока Илья Сергеевич с врачами будут его осматривать.
Дальше чем на пару-тройку дней операцию откладывать было нельзя. Бельский еще вчера предупредил об этом Тита. До операции должна быть полная ясность с финансированием всего процесса лечения. И конечно же, надо, чтобы перед трудной и ответственной операцией девчонки успели бы хоть немного поддержать Макара. Ведь исход такой хирургии на позвоночнике мало предсказуем.
* * *