Где Азамбек

Они, как обычно, договорились встретиться недалеко от работы. Город стремительно рос, с высоты панорамного ресторана был виден старый центр, залив и туристическая пристань с маленькими кораблями, дизайн которых скопировали с древних эльфийских парусников, внутрь поставив самые современные человеческие двигатели и системы безопасности. За древней городской стеной начинался район современной застройки, по высоте и дизайну зданий можно было проследить историю дипломатических отношений города-государства с Содружеством — первые пятиэтажные здания начали строить после подписания договора об обмене специалистами и технологиями; следующая полоса была высотой уже больше двенадцати этажей — начали поставлять технику и материалы; следующая строилась сейчас, и выглядела так, что в неё было сложно поверить.

«Как в тех снах, где кружевные хрустальные мосты висят над бездной, а между ними летают облака и драконы.»

Госпожа инспектор достала телефон и проверила время — две минуты до условленного времени. Подозвала официанта и заказала кофе, десерт и бутерброд с собой, через полторы минуты принесли кофе, через две ускорилось сердцебиение — они друг друга чувствовали. Она развернулась в сторону входа и увидела мужа — он никогда не опаздывал.

Его костюм выглядел безупречно чистым и немного мятым, как будто он надел его только что, в машине. Волосы мокрые — он ходил в каске полдня, потом снял её и устроил себе укладку мокрой расчёской, чтобы никто не догадался, что он ходил в каске.

«Он думает, я буду ругаться. Я не буду — лучше в каске, чем без. Он же всё равно туда полезет.»

Мужчина увидел её издалека и улыбнулся, она встала ему навстречу, поцеловала и села обратно, он сел напротив и положил на стол тонкую папку, потом изобразил виноватый взгляд и убрал папку на свободный стул. Женщина иронично подняла бровь — да, конечно, делаем вид, что никто никуда не спешит.

— Я заказала тебе бутерброд с собой.

Мужчина улыбнулся шире и шепнул:

— Какая полезная штука жена, кто бы мог подумать.

Она сняла туфлю и попыталась пнуть его под столом, он рассмеялся и поймал её ногу, положил себе на колени и стал гладить одной рукой, второй беря чашку кофе. Принесли десерт, мужчина послал жене обожающий взгляд и сунул в рот половину пирожного сразу, она наблюдала с улыбкой, потом указала глазами на папку, лежащую на стуле, он молча протянул и продолжил есть.

Госпожа инспектор откинулась на спинку дивана, чтобы не трясти пыльными документами над столом, и прочитала самую главную строчку, внизу — «Инспектор службы внутренней безопасности ООО „Эль-Инвест“ Айну Вильверин эль’Хирин».

«Отлично, значит, работаем на себя.»

У неё был жетон чрезвычайной инспекции Альянса, открывающий любые двери в Содружестве, но пользоваться им госпожа инспектор не любила — после открывания жетоном даже самой жалкой двери, требовалось написать миллион бумажек с обоснованием того, что эта дверь действительно должна была быть открыта ради благополучия Альянса. А работая от имени внутренней безопасности холдинга, она могла открывать любую дверь ногой и отчитываться только перед мужем, он тоже любил бумажки, но всё же не так сильно.

Она пролистала остальные документы — билеты, аренда склада и гаража, бронь на грузовой телепорт без указания исходных точек, корпоративная банковская карта какого-то дальнего мира, копия заключения пожарной инспекции с резолюцией «отказать», красной печатью и твёрдой подписью главы инспекции, по почерку было ясно, что этого человека проще убить, чем переубедить. Госпожа инспектор подняла взгляд на мужа, который как раз расправился с пирожным и допил кофе. Он отставил пустую чашку и взялся за ногу жены двумя руками, перебирая её пальцы и рассказывая:

— Это город-милионник на границе между мирами людей без магии и людей с магией, оба входят в Содружество, так что по финансам и доступам к информации у тебя никаких ограничений. Недалеко от города есть портал в мир драконов, он официально закрыт, но если надо, я через него могу перекинуть что-нибудь небольшое, на крайний случай. 90% населения — люди, остальные эльфы и полукровки, о магии там все знают, но практически никто не видел, там достаточный уровень технологий, чтобы в магии не нуждаться. У тебя разрешение на магическое вмешательство есть, но я бы тебе не рекомендовал, просто на всякий случай.

Она подняла бровь, он поморщился и шепнул:

— Там были гонения на магов полтысячелетия назад, почти всех перебили. Но у людей в головах до сих пор закреплено, что «маг» равно «вредитель». Там даже эльфы не колдуют, даже по мелочи, в Альянсе негласное распоряжение не выдавать туда визы магам.

— Учту, — она ещё раз перебрала документы и уточнила: — Это наш объект?

— Да, у нас там много недвижимости, в основном коммерческой. Это жилой комплекс, планируются корпоративные квартиры для сотрудников, так что строим для себя, хочется качества. Строит дочерняя компания «Эль-Строй-Инвест», руководитель — племянник большой шишки в совете директоров, работал здесь, проворовался и был сослан туда, но за полсотни лет отношения с семьёй так и не наладил, обратно его не ждут, кличка Бледный. — Она подняла брови, он рассмеялся и кивнул: — Увидишь — поймёшь, он на упыря смахивает. Он там на удивление прижился, даже женился на человеческой женщине и детей наштамповал, работает эффективно, к нему никогда не было претензий, эта первая. Потому и посылаю тебя, что дело деликатное — семья его вроде бы наказала и удалила из столицы, но за ним присматривают, если он будет работать хорошо (а последние полвека он работает хорошо), то через время его вернут домой, и может быть, даже пристроят в главный офис. Ты знаешь, эльфы родственниками не разбрасываются.

— Знаю, — она понимающе улыбнулась и спросила: — Так что имеем, пожарка не подписала ввод в эксплуатацию?

— Да. Там глава инспекции оказался идейный, взяток не берёт, всё лично проверяет. И он не подписал. Можно было бы подумать, что он просто денег хочет, но такие вопросы Бледный умеет решать сам, здесь проблема другого уровня. Я не буду тебе давать лишней информации, сама посмотришь и составишь мнение, но если коротко — «там творится чертовщина». Это цитата из главного инженера «Эль-Строй-Инвеста». Там работают люди, если они не могут в чём-то разобраться, они обвиняют «нечистую силу». И это тот самый случай.

— Ага, — она сложила документы и закрыла папку, попросила счёт. Официант принёс контейнер с бутербродом и считыватель для карт, мужчина расплатился и встал, женщина тоже встала, он обнял её и сказал на ухо:

— Я вызвал тебе вертушку.

— Не стоило.

— Да ладно, они здесь работают как такси. Посмотришь на новый комплекс сверху, там крутой вид. И сэкономишь два часа на дороге, сможешь погулять по аэропорту, там новый сад на крыше.

— Спасибо. Счастливо.

Он поцеловал её, взял со стола бутерброд и ушёл, на ходу доставая телефон.

Госпожа инспектор посмотрела на часы — семь минут, неплохо. Взяла свою сумку, папку и пошла в сторону лифта на крышу.

***

Когда Айну прибыла на место назначения, команда уже распаковывалась — их отправили грузовым телепортом ещё утром. В мегаполисе стояла тяжёлая, пыльная жара, по асфальтовым улицам ездили бензиновые автомобили, выбрасывая в воздух такое количество грязи, что дышать без магического фильтра было физически больно, она не стала даже пытаться.

Отдел снабжения арендовал большой склад, внутри уже поставили палатки, подключили кухню, туалеты и душевые — они всё своё возили с собой, потому что частенько приходилось работать в условиях уровня «пустыня». Парни из юридического отдела уже подключили интернет и обновляли базы, парни из охраны распаковывали оружие, бухгалтеры пили чай, ей тоже предложили (не слишком настойчиво), она отказалась — подчинённые не должны любить начальство слишком сильно.

Убедившись, что здесь всё идёт по плану, она взяла корпоративную машину и личного помощника в качестве водителя, и поехала общаться с главой пожарной инспекции.

***

Они договорились встретиться во время обеденного перерыва, в том кафе, в котором он обедал всегда.

«Занятой человек.»

Когда он пришёл, Айну уже какое-то время изучала меню, краем уха слушая разговоры за соседними столиками — здесь обедала вся инспекция, говорили о работе, без фанатизма, но с интересом.

Инспектора звали Александр, по межмировому паспорту — Алекс, но госпожа инспектор всегда старалась запоминать полные имена и правильные ударения на языке родного мира каждого, это располагало. Фото Александра она видела в личном деле, а он не знал, как она выглядит, поэтому она подошла первой и села к нему за столик, здороваясь на межмировом человеческом на местный манер:

— Здравствуйте, меня зовут Айну Вильверин эль’Хирин, вы можете звать меня Айну.

Он смерил её очень одобрительным взглядом и улыбнулся, отвечая на местном человеческом, которого она не знала в совершенстве, но смогла перевести:

— Здравствуй, птичка-невеличка. Меня зовут Александр Анатольевич, но ты можешь звать меня Маурицио, а то ваши ушастые вечно жалуются, что тут каждый второй Александр, хрен нас всех упомнишь. Рассказывай, как тебе наш пыльный городок?

Она улыбнулась, в который раз готовясь насладиться картиной «А вы правда инспектор?», показала жетон и развернула к Александру подписанное его рукой заключение:

— Я представитель службы внутренней безопасности холдинга «Эль-Инвест», поверьте, я видела гораздо более пыльные места.

Он просмотрел документ и зажмурился от стыда, улыбнулся и развёл руками:

— Извините, не признал. Тут студгородок рядом, иногда приезжие барышни ищут приключений. Довольно часто, на самом деле.

Она улыбнулась, отпуская ему этот грех, указала глазами на документ:

— Меня прислали разобраться. Внутренняя безопасность решает проблемы холдинга без вмешательства внешних сил, тихо, мирно и эффективно. И вот этот вопрос выглядит очень странно, а наши специалисты выдают какие-то неясные отписки. Вы можете вспомнить, в чём конкретно была проблема? Были какие-то нарушения?

Он перестал улыбаться, ещё раз просмотрел документ и отодвинул его, ровно отвечая:

— Я в протоколе уже всё написал.

— Там написано «система не соответствует требованиям», и предписание «найти причину и устранить», это довольно расплывчатая формулировка.

— Она настолько чёткая, насколько это возможно. Там все требования по факту соблюдены, все расстояния, все даты, все допуски. Всё должно работать, но оно не работает, и это факт. Почему — это уже не моя проблема, систему не я проектировал и не я строил, моя задача — проверить и дать добро на введение в эксплуатацию. Я его не дал, потому что пускать туда людей нельзя, если случится пожар, они умрут.

— Так какие вы нашли проблемы?

— Система дымоудаления не работает. Она спроектирована идеально, двигатели подключены, они работают, лопасти вращаются, но воздух не двигается. Специалисты проверяли приборами, всё было в норме. Проверили в реальной работе — её как будто вообще нет.

Он как-то подозрительно смутился, она решила немного помочь себе магией и послала в его сторону лёгкое дуновение чар, расслабляющих и развязывающих язык. Александр начал улыбаться и шёпотом сказал:

— Мы всегда на финальном этапе проверки больших объектов берём с собой несколько безопасных гражданских дымовух, которые на съёмках фильмов обычно используются, они безвредные и не воняют. И перед подписанием бумаг их в здании поджигаем и с воплями бежим, имитируя панику, оросителей там нет, так что никто не мокрый, и всем весело. Сразу тестируются все системы — датчики дыма, автоматические клапаны и двери, сирены, планы эвакуации, незадымляемые лестницы, исправность пожарных выходов, блокировка лифтов, система дымоудаления и притока свежего воздуха. Если у здания два источника электроснабжения, мы ещё и основной отрубаем, чтобы проверить, как всё на дополнительный переключится, но здесь он один, и мы не делали этого.

Она добавила расслабляющих чар и широко улыбнулась:

— Вы зажгли в здании дымовые шашки?

— Да. И мы там чуть не задохнулись всей инспекцией. Дым вроде как безопасный, но его надо на открытом воздухе использовать, или в хорошо вентилируемых помещениях, а у нас помещение оказалось вентилируемым очень плохо. Отделка помещений ещё не закончена, но двери и окна уже есть, в тот день был дождь, их закрыли. Когда включается система дымоудаления и подпора воздуха, обычная вытяжная вентиляция в жилых помещениях блокируется — тут всё сработало. И здание оказалось практически идеально герметичным.

Госпожа инспектор изобразила впечатлённые глаза и подпёрла щёки ладонями, готовясь слушать всей душой, Александр начал изображать руками в воздухе модель объекта:

— В здании два корпуса, в каждом по три независимых секции, каждая с индивидуальной системой дымоудаления — тяги нет ни в одной, я потом лично проверил. Во время первой проверки она по приборам была, меня там не было, это другие специалисты делали. Клянутся, что всё работало. А потом внезапно перестало. Сейчас все привыкли всё на магию валить, но мы люди простые, мы всё проверяем на практике. Мы подожгли шашки на седьмом этаже, там всего шестнадцать и два подземных, так что посередине. Автоматика сработала, сирена включилась, лифты заблокировались, вентиляционные решётки в коридорах открылись и вентиляторы стали с бешеной силой разгонять дым по этажу. Мы немного подождали, потом поняли, что притока воздуха нет, и всей толпой побежали по ступенькам семь этажей вниз. Это был первый корпус, первая секция, там у строительной компании офис рядом, мы собирались потом спуститься и там всё оформить. Не сложилось.

— У вас есть предположения, в чём может быть причина?

— Где-то ошибка в проекте вентиляции. Или её криво построили, или где-то перекрыли и забыли. Или вредители засорили специально. Учитывая, кто там строит, я не удивлюсь любому варианту.

— А кто там строит?

— Приезжие. — Она изобразила непонимание, он немного смутился и махнул рукой: — Люди.

— И в чём проблема с приезжими людьми?

Он смутился ещё сильнее, тема явно была неприятной, пришлось добавить расслабляющих чар. Наконец, мужчина сдался и признался, недовольно нахмурившись:

— В низкой квалификации и общем раздолбайстве.

Она подождала ещё откровений, но он уходил в ментальную оборону всё глубже, и она сдалась.

— Понятно, спасибо. Я свяжусь с вами, если понадобится ещё консультация?

— Да, без проблем.

Она забрала документы, попрощалась и вернулась в машину. Водитель обернулся и спросил:

— Ну что, куда?

Она задумалась на секунду, вспоминая выражение лица Александра, усмехнулась — её помощника тоже звали Александр, но он предпочитал, чтобы его называли Саша. Он был чистокровным человеком, и в человеческих мирах она всегда брала его с собой, высоко ценя его умение разбираться в людях.

— Поехали на объект.

— Сами?

— Вызовем, если понадобится.

Он кивнул, достал телефон и сообщил начальнику охраны, куда, каким маршрутом и с какой целью они едут. Обычно он этого не делал.

***

Саша припарковался во дворе неподалёку от стройки, отзвонился охране, вставил в нос и уши тонкие эльфийские фильтры и разрешил выходить — на объектах они всегда притворялись, что это она его секретарь, это позволяло ему вести все переговоры с людьми, а ей позволяло не отвлекаться на болтовню.

Стройка была обнесена временным забором, оба въезда закрывали шлагбаумы, Саша прошёл мимо них с таким видом, как будто ему туда совершенно не надо. Остановившись в одном из жилых дворов, он открыл стальной чемоданчик, достал человеческий прибор с камерой и вертолётными винтами, надел очки и взял пульт управления, поднимая прибор высоко вверх. Видео с камеры отображалось на его очках, для Айну он включил экран на чемоданчике, она немного посмотрела, заскучала и стала изучать объект своим способом, магическим.

Все шестнадцать этажей выглядели пустыми, светляки аур бегали только по крыше, изредка спускаясь на верхний этаж. Множество аур светилось внизу, они были разложены геометрически правильными группами. Открыв глаза и посмотрев на Сашин экран, она поняла, что это жилые вагончики для работников.

«Непонятно только, почему они спят посреди рабочего дня.»

Саша нашёл то, что искал, сложил приборы обратно в чемодан и повёл Айну в сторону хода «для своих» — секция забора была аккуратно отрезана и посажена на петли, снаружи было ничего не заметно, изнутри её прикрывали нагромождением пустых ящиков, но сейчас они стояли чуть в стороне. Пробираться к ней пришлось по тропинкам за гаражами, мимо куч мусора, самодельных лавок и старых кострищ.

Они вошли незамеченными, прогулялись по настилу из деревянных поддонов, уложенных поверх кое-как засыпанных щебнем грязных луж, посчитали жилые вагончики, туалеты, краны с водой, осмотрели кухню, Саша сфотографировал её, как-то странно ухмыляясь.

«Видели и похуже.»

Кухня представляла собой вагончик без двери и термоизоляции, внутри несколько самодельных железных столов, рукомойник из пластиковой баклажки, баллоны с газом, газовые горелки и большие кастрюли — да, это нарушение, но они здесь не для того, чтобы заниматься такими вещами.

На спуске в подземный паркинг их догнал охранник и поинтересовался, кто такие и куда, пришлось показать документы и признаться, что инспекция холдинга. Охранник сразу убежал кому-то звонить, а к ним пристроился другой охранник, который ходил молча со значительным лицом.

Они успели осмотреть паркинг, котельную и электроподстанцию, когда прибежал запыхавшийся светлый эльф, похожий на упыря своими серыми впалыми щеками и фиолетовыми кругами под глазами, и предложил им любую помощь в их работе. Внешне он держался хорошо, но внутри его трясло от страха. Айну изучила его с головы до ног, пока Саша отвлекал его разговорами про «чистую формальность», это была его любимая сказка.

«Бледный в ужасе. Гораздо сильнее, чем следовало бы в его ситуации.»

Они прошлись по нескольким помещениям, которые захотел показать Бледный, про остальные он соврал, что там только недавно залили пол и туда нельзя, все сделали вид, что верят. Прошли в офис через дорогу, там составили акт по инспекции, не выявившей нарушений. Потом Бледный предложил их отвезти пообедать в хорошее место, отметить приезд, Саша сделал вид, что вкусно поесть и выпить он никогда не против, распорядился, чтобы «секретарша» возвращалась в гостиницу и отдыхала, а сам сказал Бледному, что заскочит переодеться и сразу поедет в ресторан, потому что ресторан — это самая важная часть инспекции. Они посмеялись, обменялись рукопожатиями и Бледный уехал.

Когда они вышли, Айну спросила помощника:

— Ну что, мистер Нюх, что можешь сказать?

Саша открыл галерею телефона и стал листать фотографии, перечисляя:

— Рабочие живут в ужасных условиях, у меня собака на даче лучше живёт. Одеты как бомжи. Едят как бомжи. И моются-стираются как бомжи. Я не видел в здании ни одного туалета или источника питьевой воды, только там, за вагончиками, сомневаюсь, что они каждый раз туда бегают. Рабочая одежда и оборудование очень старые и изношенные. Кабели, которые ведут на крышу, тоньше, чем нужно — либо они работают с нарушением норм, либо половины того оборудования, которое заявлено в проекте, по факту здесь нет. Бледный носит слишком дорогой костюм для его должности, и часы стоимостью в два этажа этого здания. На его тачке логотип компании, но компания такие машины никогда не закупала, и не закупит, они нереально дорогие, и это не базовая комплектация, он покупал машину под себя. Офис откровенно нищий, ободранный и вонючий, и сотрудники по закупкам какие-то зашуганные. Бухгалтерша выглядит как начальница зоны. Прораба строители ненавидят. Это норма, в принципе, но не так же сильно. Строители вообще все странные.

— Чем именно?

— Не могу понять. Плохо питаются, что ли. Слабые какие-то, хилые. Не знаю, я бы им медосмотр устроил.

— Устроим. Но не сегодня. Распорядись, чтобы мне собрали досье по Бледному и его замам, особенно по тратам за последние десять лет, в том числе, семьи и любовниц. А вообще, знаешь, — она задумалась, обернулась посмотреть на дверь офиса, кивнула, принимая решение: — Поднимай ребят, давай устроим им карнавал.

— Ты что-то чуешь?

— Чую. Бледный в ужасе, гораздо сильнее, чем стоило бы. Ему есть, что скрывать.

Саша кивнул и достал телефон.

***

Через десять минут напротив двери офиса остановился бронированный грузовик, открылись все двери, на улицу высыпали солдаты с оружием, в чёрной броне с логотипами холдинга, одинаковые в своих шлемах с зеркальными очками, синхронностью движений напоминающие механизмы. Постучали, представились и вошли, из офиса сразу хлынула такая волна эмоций, что госпожа инспектор на секунду остановилась, закрывая глаза и глубоко вдыхая — каждый раз как в первый.

Рядом остановился второй грузовик, оттуда вышла команда аналитиков в деловых костюмах, в одной руке пластины ещё не собранных картонных коробок, на вторую руку надеты бобины канцелярского скотча, вошли следом. Из машины охраны вышел водитель и протянул Айну наушник, она надела его и услышала голоса солдат: «Выходим в коридор, документы не трогаем, компьютеры не выключаем! Строимся вдоль стены! Выходим!», в ответ доносились вопросы, на которые никто не отвечал, изредка слышался треск и грохот, но не более — на её памяти, стрелять им никогда не приходилось, хотя боевые патроны ребята с собой брали всегда.

Айну вошла в офис, из которого вышла десять минут назад с Бледным, атмосфера сильно изменилась — вдоль коридора стояли перепуганные сотрудники, кому-то было плохо, его усадили на стул и обмахивали журналом. Некоторые двери стояли возле пустых проёмов, прислонённые к стенке, внутри кабинетов её сотрудники выгребали документы с полок и паковали в коробки, айтишники подключали к компьютерам свои хранилища и копировали данные.

Подъехал третий грузовик, оттуда вышла команда экономистов во главе с госпожой Галиной, которую все называли в лицо Галочкой, а за глаза — Цербером. В её родословной были орки, которые наградили её такой физической силой, что если бы она решила напасть на солдата в бронежилете, он бы убежал, и неконтролируемыми приступами ярости, которые купировались на ранней стадии специальным успокоительным чаем. Галочка посмотрела на Айну, та указала ей глазами на главного бухгалтера и показала жест «фас», Галочка улыбнулась как людоед и пошла ставить чай.

Дальше по коридору солдаты ломали дверь в кабинет Бледного, аккуратно вынули её из проёма и поставили у стены, вошли, осмотрелись. Айну указала им глазами на стену, за которой магически рассмотрела большой металлический объект, они пошли двигать шкафы. Следом вошли сотрудники с коробками, стали выдвигать ящики. Она осмотрелась — кабинет выглядел бедно, единственной шикарной вещью было огромное мягкое кресло, старомодное, но практически не потёртое — он редко здесь бывал.

«Но цветы на подоконнике выглядят хорошо — кто-то за ними ухаживает, и у этого кого-то есть ключ.»

Солдаты нашли сейф, спросили, что делать, Айну приказала искать ещё один и проверить записи с камер, пошла в тот кабинет, где бухгалтерша Бледного поила чаем Галочку, посидела с ними, послушала разговоры о графике работы и количестве сотрудников, невзначай поинтересовалась, кто ухаживает за этими великолепными цветами на всех подоконниках, главбухша расплылась в улыбке и стала с гордостью сыпать графиком полива и подкормки, Айну незаметно показала Галочке жестом «пароль от сейфа», Галочка кивнула и налила ещё чая.

Следующая машина привезла юристов, они заняли один из уже опустошённых кабинетов, стали приглашать сотрудников по одному, снимать отпечатки пальцев, опрашивать и отпускать обратно в кабинеты. Первыми отправили старых и больных, потом женщин, потом мужчин, стало свежее и просторнее. Потом начальник охраны построил всех в коридоре и сообщил:

— С завтрашнего дня вы все в отпуске с сохранением заработной платы, на неделю, из города не выезжать, на звонки отвечать, не ответите по телефону — мы приедем разговаривать лично. С вещами на выход.

Все стали собираться, главбухшу никто не отпускал, но она попросилась в туалет. Как только за ней закрылась дверь, Галочка выглянула в коридор и подозвала Айну, шёпотом сказала:

— Она не знает пароль от сейфа, но знает, что сейфа два. В кабинет она ходила, когда хотела, Бледный там почти не появлялся, она работает полностью за него, он ей платит и дарит подарочки всякие.

Айну кивнула и шепнула:

— Прямо сейчас она ему звонит.

— Да ясное дело, — вздохнула Галочка, осматривая разорённый и распотрошённый офис, прищурила один глаз и спросила: — Ментами пугать?

Айну подумала и сказала:

— Скажи, что мы всё знаем про делишки Бледного, и он сядет точно, но её и её семью мы можем спасти, если она будет полезна.

— Угу, — Галочка осмотрелась с суровым видом, вздохнула: — Конфеток бы...

Айну улыбнулась и кивнула:

— Я закажу вам доставку. Не отпускай её домой, сколько понадобится, хоть неделю.

***

Послушав магически, как бухгалтерша Бледного, заикаясь, рассказывает ему про карнавал в офисе, Айну раздала распоряжения, наложила на себя отводящее глаза заклинание и пошла обратно на объект.

Медленно прогулялась вдоль вагончиков, прошлась по внутреннему двору комплекса и поднялась по ступенькам на крышу, прислушиваясь к разговорам работников и часто останавливаясь, чтобы понаблюдать за их работой. Почти все люди говорили на языке, которого она не знала, прораб разговаривал на том же языке, на котором говорил пожарный инспектор Александр, Айну его не особенно хорошо знала и решила во время следующего визита захватить с собой амулет-переводчик. Прораб был человеком, но явно не из этого города, по телефону он говорил на межмировом человеческом, который здесь практически никто не использовал, а со строителями — на местном, который они плохо знали.

«Почему бы не выучить их язык, если их так много и они явно здесь надолго? Было бы гораздо проще понимать друг друга. Странно.»

Пристроившись за прорабом, она обошла всю стройку, к концу обхода приобретя стойкую неприязнь к этому человеку — в нём было столько презрения к сотрудникам, работе и вообще ко всему миру, что было непонятно, что он вообще здесь делает и почему до сих пор не ушёл.

У прораба была оборудованная «квартира» на одном из доделанных этажей, там не было дверей между комнатами, зато был холодильник, телевизор, кондиционер и очень неплохой матрас на деревянных поддонах, на котором он устроился отдыхать. Айну немного походила по его владениям, нашла сейф и записала себе проверить его тоже.

Поднявшись на крышу, она устроилась на штабеле облицовочного кирпича и стала наблюдать за работой строителей. Крыша планировалась эксплуатируемая, так что работники наводили красоту, у каждого был свой участок, ближе всего к ней оказался один немолодой мужчина, она стала наблюдать за его работой. Он выглядел как человек, которого жизнь не баловала никогда, поэтому он считал хорошей любую ситуацию, в которой всё было хотя бы стабильно, и сейчас у него был как раз такой период — он стоял на коленях на какой-то мягкой тряпке, слушал музыку через плейер на поясе, для звукоизоляции обмотав голову косынкой, прикрывающей уши с наушниками-вкладышами, качал головой и тихо подпевал. Кирпичи и раствор ему подносили более молодые коллеги, он каждый раз благодарил и улыбался. Кирпичи выстраивались ровно, раствора было столько, сколько нужно, никаких существенных изъянов в его работе она не заметила, и мысленно поставила «минус» напротив утверждения Александра-Маурицио по поводу низкой квалификации и общего раздолбайства.

Заскучав, Айну пошла наблюдать за работой электриков, на этот раз поставив «плюс» — работали колхозно, то ли наплевав на правила, то ли вообще не имея понятия об их существовании, и вообще не заботясь о собственной безопасности. Она записала себе устроить проверку по этому поводу, спустилась на верхний этаж и какое-то время наблюдала за работой по монтажу декоративных элементов фасада, строители делали это, просто садясь на лежащие на подоконнике доски по двое — один внутри помещения, второй снаружи, болтая ногами над шестнадцатиэтажной бездной, без намёка на страховочные ремни. Этот пункт тоже добавился в список будущих проверок.

Потом она услышала весёлое оживление на крыше и поднялась обратно, увидев нового человека — немолодая женщина с сумками устало вытирала пот с лица, открывала сумки и выдавала строителям пирожки, бутерброды и чай из термоса, они ей платили. Она была похожа на строителей внешне и её все называли «матушка», хотя вроде бы, никому из них матерью она не была. Закончив раздавать еду на этой крыше, женщина пошла в сторону второго корпуса, Айну пошла за ней, и увидела доску, перекинутую между крышами — строители по ней ходили между корпусами, это было проще, чем спускаться с шестнадцатого этажа и потом столько же подниматься. Расстояние было небольшим, но шестнадцать этажей и ничем не закреплённая деревянная доска...

Женщине помогли надеть рюкзак и взять обе сумки, кто-то наступил на край доски с этой стороны, фиксируя её своим весом, с той стороны уже встречали и подбадривали, женщина смеялась и шутливо ругалась, осторожно переступая по доске мелкими шагами. Как только она дошла, все разразились восторженными криками и свистом, женщину взяли под руки, помогли с сумками, с почётом усадили на лучшую картонку в тени. Осчастливив едой всех, женщина тоже налила себе чаю, о чём-то поговорила со строителями на местном языке, иногда переходя на их родной, потом все доели и попрощались, женщина ушла, строители вернулись к работе.

Айну села на край крыши и выглянула вниз — там занимались окнами, без страховки, без специального оборудования, инструментами, сделанными кустарно, похоже, прямо здесь. Походив по крыше, она собрала целую коллекцию впечатлений на тему «что можно починить при помощи скотча», и сделала десяток фотографий, чтобы приложить к отчёту.

Солнце садилось, работники заканчивали запланированный объём работ, убирались и паковались, обсуждали планы, курили. Она спустилась вместе с ними вниз, прошлась до вагончиков, где они оставили верхнюю одежду и взяли сумки, потом пошли к реке мыться и стираться. Айну попробовала воду — холодная и грязная, почему они не моются возле вагончиков, было загадкой.

Наблюдать за процессом она не стала, пошла обратно, решив заглянуть в офис и узнать, как дела у Галочки, когда заметила активность возле вагончиков — там просыпалась, похоже, вторая смена. Со стороны кухни пахло едой из концентратов, Айну вошла через ту же дыру в заборе, через которую выходила, и застала стройку, полную жизни — работники умывались, готовили еду и снимали с верёвок бельё, потом собрались и организованно пошли на крышу, Айну пошла за ними.

Пришёл прораб, всем дал задания, заранее отругав и раздав подзатыльники буквально ни за что, строители пошли работать, включив фонари. Айну достала прибор и измерила уровень освещённости — он был немного ниже нормы для таких работ в человеческих мирах, и существенно ниже нормы по законам Содружества.

Один парень на её глазах ударился мизинцем о край контейнера для раствора, отругал хозяина контейнера, снял тапок, починил его скотчем и пошёл дальше работать. Айну изучила состояние его ног и пришла к выводу, что это не первая подобная травма, у остальных ноги были не лучше.

«Шлёпанцы из резины — вообще не лучшая обувь для строительных работ.»

Она привыкла к нарушениям норм на строительстве, но это было похоже скорее на тотальное наплевательство.

«Это тоже обсудим, товарищ Бледный. Всё обсудим.»

***