Генерал драконов и ведьма

В полумраке залы на троне, инкрустированном кроваво-красными рубинами, восседал Властитель Драконьего края. Опираясь мощной рукой на подлокотник и подавшись вперед, он вонзал тяжёлый взгляд  в своего генерала.

— Он еще очень молод, Властитель. Не губи его. Я прошу, — тихо, но твёрдо произнёс генерал Ардан Шаддарон, смотря прямо в глаза Властителю.

— Не губить? Ты, Ардан, один из лучших моих генералов, но твой братец… — пророкотал Азгарон и скривился. — Он бунтовщик! Посмел восстать против меня! А, значит, заслуживает самой жестокой смерти! 

— Он глуп и горяч. Дай ему шанс исправиться! Я сделаю все, что ты прикажешь. 

Чёрные глаза Властителя сверкнули, зрачки вытянулись в вертикальную линию и вспыхнули красным. Хищные ноздри  раздулись. А потом он ухмыльнулся, поведя могучими плечами.

— Ты и так, Ардан Шаддарон, сделаешь всё, что я прикажу. Но… так и быть. Есть у меня для тебя особое задание. Не каждому под силу справиться. Выполнишь — помилую твоего Эльрика. Он не будет казнён, а всего лишь лет… пятьдесят просидит в темнице.

Ардан невольно сжал кулаки. Всего лишь… Но он подавил нарастающее раздражение  и, почтительно склонив голову, ответил:

— Благодарю, Властитель. 

Азгарон откинулся на спинку трона, отчего тот жалобно скрипнул под его мощным телом. Властитель убрал с лица прядь черных волос, открывая испещрённый морщинами лоб.

Властитель Драконьего края был далеко не молод, но всё еще могуч. На его широченные плечи был накинут алый плащ с золотой пряжкой в виде дракона — многовековой символ власти в Драконьем крае. Торс обтягивала черная туника, а здоровенные ноги — сапоги из кожи буйвола. 

Он побарабанил широкими, унизанными перстнями, пальцами по подлокотнику трона и, вздохнув, сказал:

 — Ты знаешь, что моя Анрея тяжело больна. Я узнал, что ее можно исцелить.

Ардан недоверчиво покачал головой.

— Но как? От «черной нити» нет спасения. Ты, Властитель, знаешь это не хуже меня.

— Есть. Ведьма, которая наслала на Альмерию эту болезнь. Она может исцелить. 

Чёрные глаза Властителя блеснули фанатичной надеждой. Ардан почтительно молчал, сжав челюсти и сцепив кисти рук в замок. Ни малейшим движением он не должен выдать тревоги, что зарождалась внутри от необъяснимого дурного предчувствия…

— Эта ведьма, Киара Вейлан. Ты привезешь ее в Драконий край, — договорил Властитель и выжидающе уставился на генерала.

Властителю не было нужды произносить ее имя. Генерал прекрасно знал кто наслал ужасную «чёрную нить» на альмерийцев и чьим именем пугают маленьких детей. 

Киара Вейлан — самая сильная ведьма Семи земель. Не только альмерийцы при упоминании ее имени трясутся от страха и ненависти, но и беларцы, мадрагорийцы… да все жители Семи земель. Ее боятся даже в Драконьем крае. 

Говорят, она и с виду страшна, как чудовище из Бездны: огромные бородавки по всему телу,  длинный крючковатый нос, всклокоченные седые волосы, а на спине горб.

Правитель Альмерии вместе с Советом собирались казнить ее, но ведьма умудрилась сбежать в Мрачный лес. И уже много лет живёт там одна, окруженная такой мощной магической защитой, что никто не может подойти к ее жилищу ближе, чем миль на десять.

— Но как, Властитель? Как я привезу ее? Ты прекрасно знаешь, что…

— Это твои проблемы, Ардан Шаддарон, — сердито перебил его Азгарон. — Сам думай «как». Если хочешь спасти брата от казни, найдешь способ приблизиться к ведьме.

Ардан еще крепче сжал кулаки. Он ощутил, как начали проступать чешуйки под грубой тканью туники и сделал глубокий вдох, успокаивая дракона. 

Властитель  посылает его на практически невыполнимое задание. Или Азгарон от своего горя повредился умом, или по каким-то причинам хочет избавиться от своего верного генерала…

Надеть на шею старухи-ведьмы ошейник подавления воли задача непростая, но выполнимая. Самое сложное — это прорваться через магическую защиту.

Но Ардан справится. Должен, ради брата.

— Иди, Шаддарон, готовься к походу. И помни:  не приведешь старуху — Эльрик будет казнён. 

Ардан, сцепив зубы, коротко кивнул, приложив по обычаю кулак к сердцу и стремительно вышел из тронного зала. 

На душе с самого утра было тревожно. 

Киара пыталась понять, что не так. Сходила и проверила лисью нору, но рожденные вчера лисята чувствовали себя хорошо. С улыбкой понаблюдав за их суетливой вознёй, она отправилась к грядкам. 

Светло-зелёные кочаны капусты, кусты марагоры и пыльвы — всё на своих местах. 

Киара в недоумении пожала плечами и оглянулась. Всё было как всегда, но почему тогда на душе так неспокойно?

Что-то витало в воздухе, но она не могла объяснить что. Тяжелое, вязкое, давящее на грудь и мешающее дышать. 

Семейство дроздов, поселившиеся недавно возле ее избушки, беспокойно перелетали с ветки на ветку, добавляя тревоги.

Киара в раздумьях постояла, посмотрела на них, а потом пошла вперёд, проверить магическую защиту. 

И чутьё не подвело ее — магическое поле колебалось от ударов наносимых с той стороны. Пока еще слабыми волнами, но это только начало. Если она не предпримет меры, вскоре поле будет разорвано и враги проникнут сюда.

Киара в оцепенении смотрела на дрожание в воздухе, пытаясь понять: кому она понадобилась спустя столько лет? Неужели про нее ещё не забыли? 

Новый мощный удар и сильное колебание магического поля заставили ее содрогнуться и выйти из ступора.

Опомнившись, она бросилась к своей хижине, которую сама соорудила когда-то из толстых веток и прутьев. Глупо было думать, что она сможет спрятаться в этом ветхом жилище от тех, кто способен сломать магическую защиту.

Киара села за стол, сцепила руки в замок и начала шептать заклинания, усиливая защиту. За столько лет жизни в одиночестве она расслабилась и забыла о том, как у нее много врагов. 

От отчаяния она как будто позабыла, что заклинания не действовали днём. В отчаянии  она стукнула ладонью по столу, отчего глиняная кружка, стоявшая на столе, жалобно звякнула. 

Но тут хижину качнуло от нового мощного удара. Кружка покачнулась и упала, разбившись вдребезги.

Киара закрыла лицо руками. 

«Это конец…»

Она схватила кочергу и выбежала из хижины, твердо решив встретить смерть лицом к лицу. Просто так она не сдастся, будет биться до последнего.  

Дрозды заверещали сильнее обычного. Белки заметались, прыгая с ветки на ветку.

Новый мощный удар. В магическом поле появился разлом, и Киара вздрогнула, с трудом сдержав крик.

Из разлома на поляну выпрыгнули трое мужчин.

В кожаных доспехах, с мечами наперевес. Они быстро оглянулись, и, увидев ее, остановились. 

Один, по-видимому, их главарь, опустив меч, направился к ней. За ним последовали и двое других. 

Мужчины подошли к ней и остановились на расстоянии двух шагов. Киара сглотнула и сильнее сжала кочергу, ощущая на себе их пристальные и заинтересованные взгляды.

— Мы ищем ведьму Киару Вейлан, — громко и властно сказал главный. 

Киара, призвав на помощь всю свою решительность, взглянула на него и также громко спросила:

— Что вам нужно?

— Нам нужна ведьма. Проводи нас к ней. Тебя мы не тронем.

— Зачем она вам?

Но главный не удостоил ее ответа. Он кивнул своим воинам.

— Проверьте лачугу.

Они беспрекословно подчинились и, выставив вперед мечи, осторожно вошли в ее хижину.

Тем временем главный не сводил с нее тяжёлого взгляда. Киара же, в свою очередь, разглядывала его. Высокий, широкоплечий. Резкие черты лица, прямой нос, карие глаза, в которых ясно читался ум и сильная воля. Темно-каштановые волосы до плеч. На вид ему было лет тридцать пять, сорок, но это по человеческим меркам. А Киара уже догадалась, что перед ней драконы.

Его можно было бы назвать красивым, если бы не шрам, идущий от правой скулы до подбородка. 

Через некоторое время двое вышли из хижины.

— Там никого нет, генерал, — сказал один из них.

Генерал коротко кивнул и, все также не сводя с Киары пристального взгляда, отчеканил:

— Где ведьма Киара Вейлан? 

Киара поняла, что они все равно не уйдут, пока не добьются своего. Она зачем-то понадобилась им спустя столько лет. 

Бросив обречённый взгляд на кочергу, которая теперь казалась ей просто жалким прутиком против стальных мечей воинов, она тихо сказала:

— Это я.

Мужчины изумлённо переглянулись. Один из них, с медно-рыжими вьющимися волосами и веснушками на носу, даже приоткрыл рот, снова пристально рассматривая ее.

Чему же они так удивились? Может быть, они думали, что она выглядит как-то по-другому? 

Если это так, то она могла бы соврать, что она это вовсе не она. Но был ли в этом смысл? Они из тех, кто выбьют из нее правду. 

— Ты поедешь с нами. В Драконий край. Дочь нашего Властителя больна «чёрной нитью». Ты исцелишь ее, — сказал главный.

Она высоко подняла голову.

— А если я откажусь? — спросила зачем-то. 

Хотя и ежу понятно, что выбора у нее не было: мужчина со шрамом не просил. Он приказывал. 

— Сгоришь заживо в своей землянке, ведьма, — не сказал, а выплюнул третий воин. 

Киара перевела на него взгляд. Глаза серые, холодные, черты лица острые, губы сомкнуты в тонкую линию, а темные сальные волосы собраны в небрежный хвост. Жилистый и крепкий, но ростом немного ниже главного. 

— Собирайся, — коротко сказал главный дракон, не сводя с нее пугающего взгляда. — И это,  — усмехнувшись, он кивнул на кочергу, которую она все ещё сжимала в руках. — Тебе точно не понадобится.

— Мне нужны гарантии, что ваш Властитель отпустит меня, как только я исцелю его дочь! — громко сказала Киара, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Таких гарантий у тебя не будет, можешь не рассчитывать на это, — снова встрял тот, с хвостом, растягивая тонкие губы в злобной усмешке.

— Тебя отпустят, как только ты сделаешь свое дело, — рявкнул главный. 

Киара отбросила злосчастную кочергу, чувствуя, как краснеет от злости и обиды. Жила себе спокойно столько лет и никому не была нужна. А тут вспомнили… Да и не кто-нибудь, а сам Азгарон, будь он неладен…

Умирать ей не хотелось, поэтому она поедет с ними. Путь им предстоит длинный, и она сделает всё, но сбежит от ненавистных драконов.

Ардан еле справился с шоком. Эта молодая и, надо признать, не лишённая красоты девица и есть злобная ведьма Киара Вейлан? 

Темно-медные длинные волосы обрамляли ее довольно милое лицо с огромными глазами, тонким небольшим носиком и пухлыми ярко-розовыми, как лесная малина, губами.

Простое серое платье ладно сидело на ее хрупкой фигурке, подчёркивая выпуклости и изгибы в нужных местах.

Она выглядела очень молодо. Он бы дал ей не больше двадцати лет по человеческим меркам. 

Но он точно знал, что ведьма Киара намного старше. Она сбежала из Альмерии лет пятнадцать назад, если не больше. И уже тогда была взрослой опытной ведьмой.

Здесь что-то явно не чисто, но он разберётся.

Он приказал ей собираться. Киара обвела их гневным взглядом и ушла в лачугу.

— Генерал что-то говорил про старуху с крючковатым носом… — усмехнувшись, пробормотал Рен. 

Ардан хмуро пожал плечами. 

— Она просто приняла другой облик, вот и всё, — резко сказал Верион. — Не забывайте — это опасная ведьма, погубившая чуть ли не половину альмерийцев.

Тем временем ведьма вышла из лачуги, держа в руках небольшой узелок. Поверх своего латаного-перелатаного платья она накинула шерстяной коричневый плащ. 

Ренн и Верион шагнули к ней, заломили руки за спину. Ардан подошел и защелкнул на ее тонкой шее раметитовый ошейник, блокирующий магию. 

К удивлению Ардана она почти не сопротивлялась и даже не попыталась применить магию. Только не сводила с него взгляд синих, как ночное небо, глаз, полный ненависти. 

— В путь, — коротко приказал Ардан и начал оборот.

Чешуя, как обычно, сначала проступила на плечах и груди, расползаясь по рукам, превращая их в крылья. Кожаные доспехи и туника быстро расплавлялись, мириадами искр вливаясь в чешую.

Ардан невольно поморщился, сжал челюсти от привычной боли: тело стремительно росло, вытягивалось, наполнялось нечеловеческой мощью.

Сапоги слились со ступнями, превратившись в мощные лапы с когтями, вонзающимся в землю. 

Меч рассыпался серебряными искрами и влился сбоку в чешую. 

Последним изменилось лицо. Челюсть выдалась вперед, кожа на висках натянулась, покрываясь чешуёй.

И вот уже дракон, повертев мощной шеей, осмотрелся. Верные Ренн и Верион в облике драконов, уже были наготове.

Кивком он приказал Киаре садиться к нему на спину, ловя ее испуганный взгляд. Кажется, она даже плакала.

Он фыркнул и задрожал от негодования. Неужели она настолько глупа, что думает разжалобить его? Такое чувство как жалость было генералу чуждо. 

Ему не хотелось, чтобы ведьма летела на нем. Дракон противился, подрагивая от ярости. Он чувствовал, что соприкосновение их тел может обернуться бедой. 

Но Ардан, хотя и доверял своим верным воинам, никогда не простил бы себе, если с ведьмой что-нибудь случится по дороге. 

Поэтому он довезёт ее сам.

Она неохотно забралась на него, вцепилась тонкими кистями рук в его гребень. Он повел носом, ощущая запах страха, лесных трав и чего-то ещё, невыносимо… приятного. 

Ардан фыркнул, выпуская пар из ноздрей, пытаясь избавиться от навязчивого запаха, и взмахнул широкими крыльями. 

Они взлетели над Мрачным лесом. Ардан, когда они ещё только летели сюда, понял, почему ему дали такое название. С высоты деревья, несмотря на ясный солнечный день казались тёмными, почти чёрными. Это пугало даже его.

Как эта хрупкая девушка жила здесь столько лет, одна? 

Хотя, не стоит забывать — этот облик может быть только личиной. Нельзя обольщаться ее обманчивой внешностью.

Киара с грустью смотрела, как Мрачный лес, который столько лет был ее домом, остаётся позади.

Да, главный дракон обещал, что ее отпустят, но она сама в этом сильно сомневалась. Страх и беспокойство, поселившиеся внутри с того момента, как раздался первый удар по ее магической защите, так и не уходили. 

Эта тревога мешала ей в полной мере насладиться полётом. А она ведь в первый раз летала на драконе. 

Это было необычное ощущение, ни с чем не сравнимое. Тело дракона вибрировало под ней, дышало. Чешуя была твёрдой, но не впивалась в кожу, а приятно холодила.

Да и живых драконов она видела впервые. 

Как заворожённая Киара смотрела на оборот мужчин в драконов. Это зрелище потрясло ее до глубины души. Как руки превращались в мощные крылья, а ноги в лапы с когтями. Как одежда и оружие мужчин плавились, превращаясь в пыль и растворяясь в чешуе.

Вот где истинная магия…

И когда перед ней во всей своей величественной красе предстали три огромных мощных дракона, у нее перехватило дыхание, а к глазам подступили слёзы.

Она забыла о своей ненависти к драконам, забыла, что её силой заставляют лететь с ними. Ей овладело странное чувство родства с ними. 

Главный дракон, с чешуёй, отливающей на солнце золотом, лёг на живот и кивком головы приказал ей взбираться на него.

Очнулась Киара только тогда, когда он взмахнул огромными крыльями и они взлетели. У неё едва сердце из груди не выскочило. Она с такой силой вцепилась в его бронзовый гребень, что даже костяшки пальцев побелели. 

Морок спал и вернулись страх, ненависть и упрямое желание сбежать во что бы то ни стало.

Оставалось надеяться, что драконы когда-нибудь сделают привал. А пока, чтобы хоть как-то отвлечься от грустных мыслей, она начала разглядывать двоих других драконов, летящих по бокам и чуть сзади от главного.

Они были меньше главного, но выглядели не менее устрашающе. У того, что в облике человека убирал черные волосы в хвост, чешуя была стального цвета, крылья узкие, а шея очень длинной. Он почему-то напомнил Киаре хищного ястреба. Другой — оранжево-желтый, с тонким телом, его можно было даже назвать изящным.

До сегодняшнего дня Киара только слышала о драконах. В Альмерии, на ее родине, маленькой стране на окраине Семи земель, драконы были редкими гостями. Они вообще за пределы своего Драконьего края вылетали редко, только, если случались вспышки неповиновения или ещё что-нибудь из ряда вон выходящее.

В Альмерии драконов боялись. Перед Азгароном, Властителем Драконьего края и Семи земель трепетали. Но Киара знала, что в душе многие альмерийцы ненавидят его и желают самой жестокой смерти. 

Давным-давно, когда Киара была ещё малышкой, альмерийцы взбунтовались, требуя ослабления дани. Азгарон дань ослабил, но жестоко наказал и бунтовщиков и зачинщиков. 

Среди которых были отец и старший брат Киары…

И вот теперь ей придется лечить дочь этого чудовища, убившего ее родных. 

Надо постараться сделать всё возможное и невозможное, чтобы избежать этого.

Киара посмотрела вниз на простирающиеся зелёные поля туагавы. Растение уже вошло в силу и скоро люди будут выкапывать сочные корнеплоды. Она соскучилась по туагаве за пятнадцать лет. Киара пыталась посадить ее в лесу, но это растение любило открытые местности.

Между тем сгущались сумерки. Вдали показалась берёзовая роща, и драконы стали снижать скорость. Киара поняла, что они собираются приземлиться на ночлег, и у нее появится возможность сбежать, когда драконы уснут.

Но прежде она должна выяснить один вопрос, не дающей ей весь день покоя: как они смогли сломать ее магическую защиту?..

Суровый генерал драконов, Ардан Шаддарон

Киара Вейлан, ведьма, изгнанная в лес

Властитель Драконьего края, могущественный Азгарон

Дорогие мои, привествую вас в своей новинке!
Вас ждут приключения, неожиданные повороты, искрящиеся эмоции и, конечно же, любовь.
Книга пишется в рамках потрясающего Литмоба

Драконы сели на лугу перед рощей. Киара спрыгнула на землю, разминая затекшие мышцы. Походила по траве, сорвала несколько травинок, растерла в ладони и жадно вдохнула знакомый запах. Ей хотелось, пусть и ненадолго, избавиться от застрявшего в носу запаха дракона.

Этот запах был новым для нее, непохожим ни на что, к чему она привыкла. Терпкий, горьковатый, с нотками звериного мускуса и… горящих дров. Это смешение ароматов было странным, но не отталкивающим, просто чужим и непривычным.

Вдруг послышался какой-то странный треск. Киара быстро обернулась и застыла от впечатляющего зрелища: драконы принимали человеческий облик. 

Воздух вокруг их массивных тел задрожал. Киара, затаив дыхание, смотрела, пытаясь сохранить равнодушную маску, но внутри всё сжималось от трепета. Она уже видела это однажды — как люди облекались в чешую и крылья, болезненный и величественный акт сотворения плоти. Теперь же наблюдала, как древние драконы становятся людьми.

Огромные, похожие на полированную бронзу крылья Ардана не сломались и не отпали. Они истаяли, растворились в сияющем золотом мареве, втянулись в спину. Чешуя на его груди и боках  поблёкла, став прозрачной, как слюда, и сквозь неё на миг проступила человеческая кожа, прежде чем чешуйки окончательно растаяли, вплетаясь в неё тёмными прожилками.

Киара отчетливо помнила, как из дыма и искр сплеталась их одежда. Теперь же происходило обратное: его драконья броня не исчезала, а сворачивалась, сжималась, преобразуясь. Кожаные элементы сбруи, ремни и портупея, вплавившиеся когда-то в чешую, теперь стекали по меняющемуся телу, как жидкая сталь, формируя пряжки на штанах, кожаные наручи на запястьях, принимая знакомые ей очертания его генеральского мундира. Ткань, что была частью его шкуры, соткалась снова, обретая плотность и цвет.

Это было перетекание одной формы совершенства в другую. Где секунду назад была громадная лапа с когтями, впивающимися в землю, теперь стояла нога в высоком сапоге. Где высилась сильная драконья шея — теперь была гордая посадка головы на мощной человеческой шее.

И последним изменился его взгляд. Раскалённые, как расплавленный металл, зрачки сузились, остыли, приняв уже знакомый ей пронзительный, жёсткий оттенок. В них ещё тлели отсветы его иной сущности, но теперь это были глаза человека. Генерала Арадана Шаддарона.

Два других дракона тоже трансформировались, но Киара почему-то следила только за преображением генерала.

Воздух перестал вибрировать. Генерал сделал лёгкий, пробный вдох, привыкая к лёгким человеческого тела, и его взгляд упал на неё.

Киара вздрогнула. Этот пристальный жёсткий взгляд напомнил ей с кем она имеет дело — не просто с диким зверем, а с древним существом, опасным и всемогущим. Даже в человеческом облике.

— Ардан, держи, — обратился к нему рыжий, протягивая кожаный бурдюк и куски хлеба и вяленого мяса. 

Когда и откуда тот все это успел выудить, Киара даже не поняла.

Генерал наконец отвел от неё  взгляд, повернулся к своему воину и забрал воду и еду.

Он отломил от хлеба и мяса по куску и вместе с бурдюком протянул ей. 

— Пей и ешь. — Его голос прозвучал негромко, но настойчиво. — Нам еще долго лететь. 

Ей не хотелось ничего брать из рук ненавистных драконов, но она, немного подумав, всё-таки взяла воду и хлеб, отказавшись от мяса. Ей понадобятся силы для побега, а гордость придется пока спрятать подальше.

Киара сначала с наслаждением попила воды. Прохладная, ключевая, совсем как та, что текла в ручье недалеко от ее хижины. 

Она отдала бурдюк генералу и, сев на траву, принялась за хлеб. Он был сухой, зачерствелый, но показался Киаре необычайно вкусным. Она так давно не ела пшеничный хлеб, что успела позабыть его вкус.  Живя в лесу, Киара пекла себе лепешки из пыльвы. Сушила желтые сладковатые плоды, а потом растирала камнем в муку…

Утолив жажду и голод, Киаре вдруг неспертимо захотелось по нужде. Она бросила осторожный взгляд на драконов. Они сидели чуть поодаль от нее, ели и тихо переговаривались. 

Она, стараясь ступать как можно тише, двинулась в сторону молодого березняка.

В душе засветилась маленькая надежда: а что, если попробовать сбежать? Эта мысль настолько захватила ее, что она еле сдержалась, чтобы не ускорить шаги.

 Отодвинув одну из ветвей, Киара наклонилась, чтобы пробраться в заросли, как вдруг совсем рядом раздался вкрадчивый голос.

— Куда собралась, ведьма? 

Вздрогнув от неожиданности, она едва не подскочила на месте. Быстро обернулась и почти уперлась в одного из воинов, того, что носил хвост на голове.

Вскрикнув, тут же отскочила в сторону.

— Мне надо в… кустики, — ответила она, стараясь придать голосу твёрдость.

Он растянул тонкие губы в гадкой усмешке. 

— Иди, только далеко не забирайся. Я постою здесь. Генерал приказал не спускать с тебя глаз. Иначе он спустит с нас. Шкуру. 

Он снова противно усмехнулся, довольный своим каламбуром, и скрестил руки на широченной груди.

Она поняла, что этот дракон никуда не уйдет и, вздохнув, полезла в заросли. С мыслью о побеге пришлось пока расстаться. Киара нисколько не сомневаясь, что дракон в один миг разрубит мечом заросли и настигнет ее. Это было глупо — думать, что ей удастся сбежать днём.

Надо дождаться ночи, когда ее магия проснётся…

Стараясь спрятаться за ветки, она, сгорая от стыда, присела на корточки. Что еще ей оставалось?..
💕💕💕💕💕
Дорогие мои читатели, приглашаю вас в еще одну потрясающую новинку нашего Литмоба "Оседлать дракона"

Генерал драконов Ромуэл Дальви призвал меня в свой мир за мгновение до катастрофы и предложил сделку в обмен на спасение. Он молод, красив, благороден и амбициозен, и мне предстоит изобразить его истинную пару ради высших целей. Вот только в нашу аферу вмешалось древнее пророчество, и всё пошло не по плану…

На рощу спустилась ночь, и драконы начали готовиться ко сну.

Рыжий достал из дорожного мешка туго свёрнутый большой узел. Что-то там развязал, потянул, встряхнул. Второй, с хвостом, помог ему и через несколько минут на поляне был разложен шатёр. Двое влезли внутрь. Генерал знаком приказал Киаре следовать за ними, а сам залез последним. 

Воины разложили на траве плащи и улеглись на них. Генерал растянулся рядом с ними и похлопал ладонью рядом с собой, кивая Киаре.

— Расстилай свой плащ и ложись. Вылетим на рассвете.

Киара с превеликим удовольствием лучше бы легла спать снаружи, чем в шатре с тремя… мужчинами. Но интуиция ей подсказывала, что не стоит даже заикаться об этом — генерал не позволит.

Ничего, сейчас они уснут, а она разбудит свою магию.

Дрожащими руками она расстелила свой плащ и легла на одну половину, накрыв себя другой, как одеялом.

Раметитовый ошейник больно впился в шею, и Киара чуть не застонала от отчаяния. Как же она могла забыть про этот проклятый ошейник?.. Не сможет она разбудить свою магию. 

Она подоткнула плащ, делая подобие подушки. Придётся обходится без магии. 

Она лежала, не шевелясь, даже дышала через раз. Вскоре послышалось хрипловатое сопение. Она осторожно повернула голову. Рыжий и хвостатый крепко спали, похрапывая. 

Киара присмотрелась к генералу. В полутьме различила, что глаза его были закрыты, ресницы не дрожали, а грудь вздымалась и опускалась от мерного дыхания, как бывает у спящих. 

Она опустила взгляд ниже и заметила, как из голенища его сапога торчит тонкий клинок. Он призывно поблёскивал в сумерках, и Киара не спускала с него глаз, прокручивая в голове мгновенно созревший план. 

Осторожно вынуть его, а потом тихо пробраться к выходу и бежать в рощу. Там распилить клинком проклятый ошейник и всё — она будет наконец свободна…

***

Ведьма не спала. Ардан знал — она что-то задумала. Скорее всего, ждала, пока они заснут, чтобы сбежать. 

Держа по привычке правую руку на мече, он провалился в короткий сон. Это было его особенностью — в походах он мог спать очень мало, но чувствовать себя при этом вполне бодро.

Когда проснулся, ведьма всё ещё не спала. Он слышал ее еле уловимое рваное дыхание, остро ощущал ее страх и отчаяние.

Из-под слегка приоткрытых ресниц он наблюдал за ней. Она скользнула по нему взглядом, а потом как завороженная уставилась на его клинок, торчащий из голенища сапога. 

Ему даже стало интересно. Неужели попытается убить его?  

Но он не двигался. Выжидал. 

Вот она медленно, не сводя с него испуганного взгляда, протянула руку. Коснулась тонкими пальцами рукояти клинка… 

Ардан ждал, когда она выхватит оружие и кинется на него. И уже предвкушал, как заломит ее руку, а потом опрокинет ее на спину и навалится сверху… 

Дракон зашевелился, и Ардану пришлось напрячься и сжать кулаки, чтобы успокоить его. Дракон недовольно рыкнул.

Ведьма, конечно, заметила его движение и стремительно отдёрнула руку. Судорожно вздохнув, она легла, поворачиваясь к Ардану спиной.

Он еле слышно разочарованно выдохнул. И тут же отругал себя: он должен доставить ведьму в замок живой и невредимой.

Но приказа не трогать ее не было.

Верион и Ренн крепко спят. Никто и ничто не мешает ему по-быстрому развлечься с девчонкой, успокоив просыпающегося дракона. 

Он повернул голову, окинул взглядом ее фигурку, завёрнутую в плащ чуть ли не с головой, и протянул руку…