Герцог-кот, или Не обижайте котика.

- И мусор вынеси! - крикнул мне с дивана Влад.

Я захватила пакет и торопливо выскочила в подъезд. Стуча каблучками по ступенькам и стараясь не задеть новенькое платье, спустилась и вышла на улицу. Ненавижу выносить мусор. Обычно это делает Влад, а он сейчас лежит с температурой. Но с мусора все и началось.

Я осторожно приблизилась к контейнеру и, не доходя пары метров, швырнула пакет. Он упал на самый край и опасно наклонился, но мог удержаться, если бы не кот.
Этот зверь вдруг выпрыгнул из контейнера с куском колбасы в зубах и задел мою конструкцию. Пакет с шумом упал и лопнул, а кот посмотрел на меня яркими зелеными глазами. Мне показалось, злорадно. Потому что в разорвавшемся пакете я увидела красные стринги. Не мои.

Плевать на платье - я подошла и сфотографировала улику. Черный кот с лоснящейся черной шерстью внимательно следил за мной.

- Жри свою колбасу! - мрачно сказала я ему и отправилась домой.

Мой температурящий Влад уже сидел за компьютером и переписывался с хозяйкой стрингов. Он, правда, уверял, что это не так и я все неправильно поняла. Заучивают они эту фразу, что ли, перед тем как вступить в отношения.

День накрылся. Ни новой работы - мне сейчас не до собеседования - ни мужчины. Еще и кота обидела.

На следующий день кот сидел на прежнем месте. Уже потрепанный и без колбасы.

- Отобрали? - посочувствовала я.

У меня вот тоже отобрали, только мужчину. Да, знаю, нечего было пропадать по двенадцать часов на работе, включая выходные. Но я ведь бросила все ради Влада.

- Хочешь колбасы? - сама себе не веря, расчувствовалась я. - У меня дома солянка пропадает.

Вообще-то я не люблю кошек. Никогда меня не умиляли эти картинки в интернете. А ведь у меня и лотка-то нет. Я развернулась, чтобы поспешно ретироваться. Но черный зверь уже сидел рядом и спокойно смотрел на меня. Взгляд у него был подозрительно разумным.

- Пошли, Мурзик, - сдалась я.

Мне показалось, что кот ухмыльнулся. Впрочем, чего не покажется расстроенной женщине. А ведь Влад как-то пугал меня, что бросит, и я останусь одинокой бабой с кошками. Я мрачно посмотрела на Мурзика. Но тот величественно шел рядом, совершенно игнорируя мои взгляды.

Солянку он оценил. Не выловил колбасу, а съел всю миску под чистую. Это несколько расположило его ко мне. Я уже хотела выпроводить кота, отправилась за ним в комнату. И не смогла.
Это черное животное растянулось на диване Влада. Голова на подушке, хвост вытянул. Что ни говори, а диван теперь не пустой. Давил он на меня как-то. "Ладно, завтра выгоню,"- решила я и пошла делать заказ в интернет-магазине.

Сколько же денег можно потратить на кошек. У меня глаза разбежались. Но жадничать не стала, купила самый дорогой корм. И лоток. И игрушки. Ну да, на один день. Потом отдам кому-нибудь.

Когда вернулась в комнату, чуть не упала. Кот укрылся. Не знаю, как он это сделал, но теперь все его тело до самой морды закрывал любимый плед Влада.
Я подумала про блох и усмехнулась. Наверняка ведь Влад пришлет кого-нибудь забрать плед. Потом я закрыла балконную дверь. Никогда раньше не держала котов. Может, они сквозняков не любят.

Кот спал. Я поела и посмотрела серию любимого сериала. Кот спал. Принесли заказ. Я поставила лоток в туалете и вернулась в комнату. Кот все еще спал.

- Мурзик! Кис-кис! - позвала я.

Никакой реакции.

- Вставайте, ваше сиятельство, - ехидно сказала я.

Кот вдруг открыл глаза и мигом взвился в воздух. В мгновение ока он прилизал на себе топорщившуюся после сна шерсть и красиво сел. Потом медленно перевел на меня величественный взгляд.

- В сортир пора, - заявила я.

В туалете я смотрела на кота, а кот на меня. Со мной все понятно - я хотела убедиться, что все будет сделано куда надо. А чего хотел от меня кот?

- Ну, и чего ты от меня хочешь? - озвучила я свои мысли.

Кот посмотрел на дверь. На меня- на дверь, на меня - на дверь.

- Ты хочешь, чтобы я ушла? - позабавилась я.

Кот кивнул. Я попятилась к двери. Споткнулась о порог и чуть не упала. Никогда раньше не держала кошек. Не знала, что они такие разумные.
Закрыла за собой дверь. Через несколько минут услышала, как этот зверь спустил воду в унитазе. Ушла на кухню, села за стол и подперла рукой щеку. Теперь я понимаю, почему люди держат кошек.

Кот пришел и сел напротив. На любимый стул Влада.

- Есть хочешь, - сказала я и отправилась за кормом.

Влад также смотрел на меня, когда хотел есть.

Дорогие комочки корма сыпались в новенькую кошачью миску и не вызывали у Мурзика никакой реакции. А в рекламе показывали, как все кошки бегут сломя голову. Врет реклама, я всегда знала.

- Проголодаешься - поешь,- подытожила я.

Но кот был голодный. Я видела это по его сдержанному взгляду, которым он провожал каждый пельмень, который я отправляла себе в рот.
Надо сказать, что пельмени и манты -это моя слабость. Вообще все, где в кусочек теста завернуто мясо. И я делаю их сама и только сама. Тоненькое тесто, много сочной начинки.

Я поставила перед котом миску с пельменями. Знаю, нельзя. Но когда животное так смотрит.

Мурзик аккуратно подцепил лапкой пельмень и принялся есть. И один за одним умял всю миску. Дорогущий корм так и остался нетронутым.

Раз это животное останется у меня на всю ночь, его надо выкупать. Я где-то читала, что кошки воду не любят. Так вот - нагло врали! Зря я тщательно маскировала воду пеной для ванн и умильно улыбалась этому кошаку.
Он не вцепился мне в руки, не заорал отчаянным голосом - кот просто стал наслаждаться принятием ванны. А после стойко перенес махровое полотенце.

- Не кот, а сокровище! - написала я вечером подруге.

- А это точно кот? - переспросила она. - Кошка, может? Ты проверь.

- Как? - уточнила я, ничего не понимающая в этих животных.

- Яйца! - однозначно ответила подруга.

Мурзик уже спал на диване. Укрывшись пледом. Голова на подушке, на морде блаженство. Мне даже неудобно было подходить к нему с таким вопросом.
Я осторожно приподняла одеяло. Но там, в темноте, ничего не было видно. И я протянула руку и почти дотянулась. Как вдруг кот открыл глаза. Что у него было за выражение на морде, не передать! Я даже руку отдернула и спросила рассеянно:

- Ты точно кот?

Он зло прищурился. Я ретировалась в спальню. Пора было ложиться спать. Я стала стягивать с себя одежду и тут заметила Мурзика.
Должно быть, он пришел выразить мне свое возмущение. Но почему-то застыл взглядом на моей груди. Я поспешно натянула ночнушку и выгнала животное.

А ночью я убедилась, что это кот. Он орал до двух ночи. Может, и дольше, но я уснула.

И на следующее утро приняла решение кастрировать его. Долго оттягивала. Но когда я зашла в комнату и увидела, как кот сидит на диване и лижет свои..то, что подруга советовала поискать.. я сразу записала его к ветеринару.
Клиника эта была одной из лучших, ничего он там не почувствует. Подумаешь, яй. . Вобщем, решено.

Кот словно что-то чувствовал. Он смотрел на меня с подозрением. Игнорировал переноску. Заманить его туда удалось только с помощью пельменей. Оказалось, он их пламенно любит. Но теперь Мурзик сидел в переноске, мрачно смотрел на меня и издавал угрожающие звуки.

- Еще благодарить меня будешь! - бодро, но неуверенно произнесла я, загружая его в машину.

Клиника сияла чистотой и приветливым персоналом. Только чересчур уж болтливым. Стоило мне поставить мрачного кота на сверкающий стол, как ветеринар одобряюще произнес:

- Какой экземпляр! Сразу видно благородное происхождение.

С Мурзика разом слетела всякая мрачность. Он, можно сказать, важно улыбнулся и еще бросил на меня насмешливый взгляд.

- Так что у вас? - спросил ветеринар.

Я растерялась. Вовсе не собиралась произносить этого при Мурзике. Не дождавшись ответа, ветеринар заглянул куда-то и прочитал:

- Кастрировать.

Зря он сказал вслух. Кот мгновенно взвился, словно сел на шершня. Метнул на меня злобный взгляд, зашипел на ветеринара и стрелой выскочил из кабинета.

- Вот и славно, - вдруг сказал кошачий доктор, - у такого кота обязательно должно быть потомство.

Ни в клинике, ни на территории рядом Мурзика не было. Я звала, искала, обещала пельмени - тщетно. Кот пропал. Я грустно забралась в машину и поехала домой.

День и вечер прошли уныло. Даже любимый сериал не помог. На диване остро кого-то не хватало. И я уже не была вполне уверена, что Влада.

Утром я принарядилась и накрасилась, собираясь на новое собеседование. И постаралась придать своему лицу не такое унылое выражение. Вышла на улицу. Мимо мусорного контейнера, конечно, пошла совершенно случайно. А тут..

Тут происходило нечто из ряда вон. Две потрепанные псины стояли, поставив передние лапы на контейнер, и старались дотянуться до моего Мурзика.

- Прочь от моего кота! - завопила я. - Пошли вон!

Псины даже ухом не повели. Зато Мурзик меня заметил. Ни испуга, ни просительного выражения на морде. Гордый кот. Я схватила палку. Одна из собак тут же убрала лапы с контейнера, повернула оскаленную морду ко мне и злобно зарычала. Палка выпала из моих рук, и псина тут же потеряла ко мне интерес. Она снова поднялась на задние лапы и уперлась в контейнер. Контейнер опасно закачался. Вокруг был пустырь, и коту некуда было скрыться, перевернись бандура с мусором.

И тут меня осенило:

- Держись, Мурзик! - закричала я и бросилась в подъезд.

К счастью, жила я на втором этаже. И когда выскочила обратно с полной миской, контейнер стоял на боку, но еще держался. И кот на нем тоже.

- Пельмешки! Вкусные пельмешки! - голосом честного зазывалы пропела я.

Вряд ли на них подействовал голос. Но перед моими пельменями мало кто мог устоять. Псы отпрянули от контейнера и помчались ко мне. Оба сразу. Все, что я успела, это бросить миску на землю. Собаки набросились на пельмени и друг на друга, а я тем временем ринулась к коту. Он даже не сопротивлялся, когда я схватила его и закинула в сумку. С этой сумкой я проскочила мимо псов и скрылась в подъезде.

Кот не издал ни единого звука. Но лапа его была сломана. Я смотрела на него, а он смотрел на меня. И молчал.

- Нужно к ветеринару, - сказала я.

Взгляд Мурзика потемнел и стал совсем недобрым. Он хвостом как-то прикрылся снизу.

- Да не нужны мне твои яйца! - не выдержала я.- Ты на лапу свою посмотри! Кто ее лечить будет? Я?

Лечила я. По крайней мере, оказала первую помощь. Все, как нашла в интернете. Мурзик уснул. А я села рядом и долго любовалась на его красивую мордочку.

Должно быть, я так и уснула. Потому что проснулась ночью от того, что шея затекла. Потерла шею и поняла, что в квартире кто-то есть. Кроме меня и Мурзика. Я едва успела подняться и подхватить кота, как яркая вспышка сбила меня с ног и отправила в темноту.

Я открыла глаза. Вокруг был сумрак, телу было неуютно. Темное небольшое помещение без окон, стены и потолок из не струганных досок. Где это я?

И вдруг меня осенило - похитили! Поэтому вскакивать сразу я не стала, решив сначала оглядеться. За хлипкой дверью сновали люди, вкусно пахло едой. Себя я тоже осмотрела и поняла, что покалывало мое тело - тюфяк, из которого тут и там торчала солома. И грубая бесформенная одежда на мне.

Я встала и осторожно подкралась к двери. Между грубыми досками были щели в пару сантиметров. Я приникла к одной из них, при этом слегка навалившись на доску, и вдруг вывалилась из незапертой двери.

- Очнулась! - неодобрительно сказала низкая и очень полная женщина.- Пойдем. Пора готовить пеме..пелни..пепелиме..

- Пельмени? - вырвалось у меня автоматически.

Не могла слышать, как она коверкает название моего коронного блюда.

- Вот, я и говорю, - пробурчала та и указала на другую дверь, помощнее.

За дверью была громадная кухня. Здесь сновало людей без числа, гремела посуда, шел пар и умопомрачительно пахло вкусной едой. Это потом я поняла, что кухня не такая уж и огромная. Просто я со своей сравнивала.

- Там! - указала мне женщина на стол.

На столе лежала по крайней мере половина свиной туши. Возле стола стоял мешок муки.

И тут меня ошпарили. Ладно, только задели горячей посудиной. Пробегавший мимо худой и длинный парнишка быстро пробормотал что-то - может, и извинения - и скрылся. Но боль была такая, что я быстро сообразила - все это не сон.

- Где это я? - поинтересовалась я у женщины.

Та окинула меня странным взглядом. Он выражал..Да что взгляд, у нее на лице было написано, что она считает меня полоумной. Но способной к стряпне.

- Это кухня его светлости, - процедила женщина сквозь зубы, - поторопись с пелюме..

Она фыркнула и тоже скрылась. Вообще-то не вовремя : мне очень хотелось есть. Но о чем переживать, когда ты на кухне, просто лопающейся от обилия вкусной еды. Я огляделась и отправилась к большому блюду с жареным мясом с золотистой корочкой. Запеченные яблоки окружали блюдо по краю, не давая свалиться такому изобилию. Если я возьму кусок, никто и не заметит. Нож не заставил себя долго искать. С вилкой было сложнее, но какой-то двузубез мне попался.

Я шагнула к блюду и подхватила двузубцем большой кусок с зарумяненной корочкой. У меня даже голова закружилась, так это казалось вкусно. И тишина в голове вдруг повисла. Или не в голове..

Я оглянулась - вот так, с ножом и куском мяса - на меня безмолвно уставилась вся кухня. Повара, поварята, помощники поварят. Все смотрели на меня в немом изумлении. Кто-то даже побледнел, несмотря на жару. Один упал в обморок. Я покосилась на свою добычу. А ко мне тем временем проталкивалась та самая полная невыговаривающая женщина. Что-то мне уже не хотелось этого мяса. Отравленное оно, что ли? Я шмякнула кусок обратно на блюдо. И одновременно еще кто-то грохнулся в обморок.

- Голодная? - хмуро поинтересовалась женщина.

Я молча кивнула.

- Пойдем, - сказала женщина.

Мы пошли. Кухня начинала оживать. Вновь стучали ножи и гремели крышки, но я чувствовала, что меня провожают взглядами. Но мне было не до них. Я шла и впитывала умопомрачительные запахи, и уже представляла себе наваристый бульон, румяный пирог и свежайший салат. Чудесные пирожные и ароматный чай..

- Ешь! - женщина стукнула о грубый стол миской с невразумительной похлебкой из крупно порубленной капусты.

Я приоткрыла рот от удивления. И хотела сказать, что не стоило отбирать у свиней их ужин. Но не сказала.

- Спасибо, - развернулась я, - лучше найду что-нибудь съедобное на кухне.

- Я достала для тебя лучшее, - кивнула она на похлебку, - все слуги мечтают о ней. Меня предупредили, что ты будешь вести себя странно. Откуда его светлость тебя привез?

- Его светлость? - закралось в меня кое-какое подозрение.

Я довольствовалась кашей, оставив похлебку женщине. И отправилась лепить пельмени. Кажется, я стала последней помощницей младшего повара. Но в голове моей зрел план.

На меня периодически косились и первое время боялись разговаривать. Но мое коронное блюдо, заинтересовавшее саму светлость, заставляло многих как бы невзначай проходить мимо меня и также невзначай бросать взгляды. Так стали завязываться первые разговоры.

Я узнала, что все они - слуги герцога Армирского. Поварята считали, что и я тоже, причем ниже всех по рангу. Сознаюсь, мной пытались помыкать. Но оторвать меня от лепки пельменей и погнать чистить кастрюлищи и таскать воду никто не решался. Наоборот, мне удалось пристроить парочку помощников поварят рубить мясо и лук.

Один из них был то самый, что чуть не ошпарил меня. Звали его Ерж. Длинный, со следами парочки прыщей на щеке. Но добрый и болтливый, как оказалось. Только вечно голодный, и речь его то и дело сбивалась на еду.

Значит, герцог перенес меня сюда и отправил на кухню. Я помнила высокую фигуру в плаще, мелькнувшую в моей квартире перед вспышкой света. Мне хотелось встретить его и заглянуть в глаза. Но этот тип жил в замке, и пробраться к нему было непросто.

- Я бы что угодно отдала, только бы взглянуть на него одним глазком, - проворчала я, впиваясь руками в тесто.

Паренек побледнел и боязливо оглянулся во все стороны, пока руки его мяли фарш.

- Все? - свистящим жадным шепотом переспросил он.

Хорошо, что второго помощника поваренка уже уволок за шиворот старший повар. Подслушать было некому.

- Все! - решительно сказала я, бухая кулак в тесто.

Посмотрела на паренька и нахмурилась. Тот жадно смотрел в мое лицо, глаза его горели голодным блеском, в руках был зажат комочек фарша. У меня мелькнула мысль, что же он подразумевает под этим "все"?

- Отдашь в следующий раз похлебку мне? - выпалил он.

Я захохотала. На нас оглянулись повара и поварята.

- Ну кто так лепит! - пожурила я перепуганного моим громким смехом паренька. - Мясо надо внутрь, а не снаружи.

Паренек оказался догадливым, он разжал ладонь и тоненько засмеялся над комочком фарша в своей руке. Повара и поварята усмехнулись и потеряли к нам интерес.

- С радостью, - прошептала я, делая вид, что показываю, как правильно лепить.

На самом деле ни за что бы не показала. Мои пельмени - моя сила здесь.

- Я знаю тайный ход, - шепнул паренек в ответ, - жди меня в полночь.

Хорошо уметь делать то, что никто больше не умеет. Никто на этой кухне не знал, что такое пельмени. Поэтому я просто заявила:

- Варить буду я! Вы все испортите!

Повара переглянулись. Один -пухлогубый - улыбнулся и кивнул. Мне достался очаг в темном углу. И это было хорошо. Сначала я у всех на виду долго пробовала пельмени - штук так восемь- то с глубокомысленным, то с разочарованным видом. После чего подбавляла приправ в воду. Могла бы съесть и больше, но хотелось оставить про запас. Я была не уверена, что у меня будет похлебка, которую просил парнишка. Поэтому еще с десяток пельмешек я забросила в карман. Ну горячо, да. Но оно того стоило.

Полнушка - кстати, звали ее Джанетт или попросту Джанна - несколько раз подходила и с видом знатока заглядывала в кастрюлю. Но ничего не говорила. Так вот, про Джанетт. Она была вполне привлекательной женщиной. Точнее, могла бы быть.
 Полнота у нее была фигурная и крепкая. Лицо круглое, ярко-румяное, глаза каре-золотистые, волосы каштановые. На щеках ее могли появляться очаровательные ямочки - это было один раз, когда ей что то выговаривал пухлогубый повар. Все она была как сдобная булочка с корицей.
 Но выражение лица и повадки у нее были как у бандита на разборке или надзирателя. Это со мной она еще держалась - я незаменимый кадр - а другим изрядно доставалось. Ее курносый нос морщился, лоб хмурился, рот оскаливался в окрике. Шаги были тяжелые, как у бравого военного. Вобщем, такая себе напрочь очерствевшая булочка. А ей бы свою пекарню держать, покупателям улыбаться и плавно прохаживаться.

Скоро и мне предстояло натолкнуться на эту черствую булку Джаннет. Началось все так. Я варила уже вторую партию пельменей, когда над моим ухом кто-то причмокнул. Я вздрогнула - не люблю этот звук.

Это был повар с пухлыми губами. Крупный, весь округлый. Но даже на его полном лице губы немилосердно выделялись. Моя подруга, которая отдала невесть сколько за в два раза меньше, обзавидовалась бы.

Я назвала его губастик. Кажется, даже вслух. Он не обиделся, скорее умилился, как ласковому прозвищу. Губы его хлопнули, как два вареника. И в этот момент я поймала взгляд Джаннет, полный боли и ненависти. Даже не успела повару поварешкой засветить, когда он прошептал, проводя губой по моей шее:

- Приду ночью, лапочка.

Губастик ушел, а Джаннет теперь не сводила с меня взгляда. Я ее не боялась - я незаменимый специалист. Но не все так просто оказалось на этой кухне.

Я не видела, кто и когда подвинул на моем столе огромную разделочную доску с налепленными пельменями. Планировалось их заморозить. Но доску подвинули так, что провозивший мимо тележку с мусором парень задел ее, и пельмешки посыпались на пол и в мусор. А тележка по инерции еще проехала по ним сверху.

На кухне снова на мгновение повисла тишина. Но теперь люди не смотрели на меня - они прятали взгляд. Меня подхватили мощные руки крепкого мужчины и буквально выволокли из кухни. Джаннет злорадно шагала рядом.

После жаркой кухни повеяло жутким холодом - это был подвал. Открылась двойная решетчатая дверь, Джаннет что-то сказала - что я перевожу герцогские запасы или что то в этом роде - и меня закинули в клетку. Они ушли, хлопнула подвальная дверь и все затихло. Только обкромсанный факел скудно освещал небольшой участок.

Земля вместо пола, ржавая решетка, темнота, сырость и холод. Холод, пробирающий до костей. Я развязала фартук-платок, укуталась в него и осмотрелась. Глаза не сразу привыкли к темноте, но я все же увидела уставившиеся на меня два глаза. Почти детских.

- Привет, - сказала я, - как тебя зовут?

- Ирж, -ответил детский дрожащий голос.

- Хочешь есть? - спросила я, нащупывая в кармане пельмени.

Что-то мучительное промелькнуло в этих детских глазах. Он мне не верил. Снова лег на куцую охапку соломы. Я подошла, села рядом и достала из кармана пельмешки. Нежные комочки теста, полные сочного фарша.

- Я знакома с парнишкой по имени Ерж, - сказала я.

Мальчик не слушал. Не смотрел на меня. Он не сводил глаз с пельменей. Здесь что, совсем не кормят? На миг у меня даже промелькнула мысль, что надо бы оставить себе еды. Но Ирж так смотрел.. Как никогда и никто. Он боязливо протянул грязную ручонку, на мгновение замер, потом мигом схватил пельмень и мигом проглотил. Так он съел все.

- Ерж мой брат, - сказал он.

Значит, все таки, слышал.

- А ты чего здесь? - спросила я.

Ну и холодища. Темно, сыро - а это что там белеет в том черном углу?

- Кувшин с вином разбил, - ответил Ирж и кивнул на угол, - а там скелет. Он всегда смотрит на меня.

- Скелет? - встала я.

- Не надо! - мальчик даже схватил меня за одежду. - Стражник сказал, это прошлый узник сидел-сидел, про него все забыли, и он превратился в скелет. И теперь он подкрадывается к спящим и протыкает глаза костлявыми пальцами.

Ну и жуть!

- Погляжу на него, - высвободилась я и отправилась в черный-черный угол.

Это сказать было легко. Сначала я шагнула решительно, потом все более замедляла ход. Хотела даже вернуться в едва освещенную часть темницы. Но оглянулась на Иржа, на его худое, еще больше побледневшее от страха личико, и не смогла. Я заходила в темноту, постепенно привыкая к ней. Уже видела деревянную скамью и белые кости на ней. Дрожь противно пробиралась по моему телу от ног до макушки. И я убеждала себя, что от холода.

Череп взглянул на меня пустыми глазницами.

- Это был странный узник, - крикнула я Иржу, - у него есть копыта.

Мальчик даже приподнялся на соломе. Кажется, ему стало даже страшнее. Тогда я подхватила скелет и притащила к решетке.

- Похож на какое-то животное, - задумалась я, оглядывая кости.

- Барашек, - тихо прошептал Ирж.

- Хочешь, я унесу его обратно? - предложила я.

- Нет. Тут не так страшно, - голос мальчика становился все слабее.

Ирж упал в солому и свернулся калачиком. Выглядел он больным. Я осторожно прикоснулась ко лбу - так и есть, жар. Я сняла с себя платок и укрыла мальчишку. Что-то во мне попробовало протестовать этому - холод пробрал меня без платка совсем жутко - но я не поддалась.

Кричать было бесполезно, нас отделяла крепкая подвальная дверь. Я потянулась рукой к засову. Почти-почти, еще немного. Нет, никак. Всего полпальца не хватает. В детстве я мечтала, чтобы мои руки могли вытягиваться. Тогда можно было бы с дивана не вставать и брать из холодильника мороженое. О каких же глупостях я тогда мечтала!

Я нервно переступила, и под моими ногами хрустнул барашек. Я внимательно осмотрела его и выбрала косточку побольше.

Первая косточка треснула, пытаясь приподнять засов. Все же этот барашек пролежал здесь немало. Вторая тоже насмарку. Так я переведу все запасы. Взяла сразу две и, наконец, дрожащими от холода руками подцепила засов. Он свалился, и дверь открылась. Почти одновременно с дверью в подвал.

Хмурая Джанна зыркнула на открытую решетку и осталась стоять в дверях. Крепкий страж тяжелыми недобрыми шагами зашагал ко мне. Схватил меня своей ручищей и выставил в коридор. После чего запер решетку на засов.

- Иди! - подтолкнул меня страж к выходу из подвала.

- Ирж болен, ему нужен врач, - кивнула я на мальчика.

Он и слушать не стал. Уперся ручищей мне в спину, выставил вон из подвала и захлопнул дверь.

- Пора за работу! - бросила Джанна.

Взгляд у нее был, как колючая проволока. Весь день она следила за мной. Но больше ничего не произошло, и ближе к ночи я отправилась спать. Из разговоров на кухне я знала, что Иржа тоже выпустили из темницы.

Пол возле моей каморки скрипел немилосердно, поэтому я услышала паренька задолго до того, как он показался. Он крался на цыпочках. К счастью, сон здесь у всех был такой же крепкий, как аппетит. Я и сама начала в это втягиваться: съела всю кашу на ужин и провалилась в сон, едва упала на соломенный тюфяк. Но этот скрип..

- Пора, - прошептал Ерж свистящим шепотом, отдававшимся во всех углах пустого коридора.

Он повел меня за собой, таинственно оглядываясь и прислушиваясь. Свернул в какой-то чулан и проскользнул к окну. Тут мы первый раз застряли - окно не открывалась. Паренек дергал его так и этак, все напрасно.

- Дай я, - проворчала я.

Со всей силы налегла на ручку, окно с треском распахнулось, и я отлетела. Паренек присвистнул и взглянул на меня с уважением. Ну да, подростком я ходила на бокс. Потом на борьбу.

Мы вылезли в окно. Это потом я узнала, что можно было спокойно выйти в дверь - она не запиралась. Но Ерж не искал легких путей. Ночная свежесть нахлынула на меня и опьянила. После запахов кухни и затхлой соломы тюфяка грудь пила чистейший воздух.

- Пойдем! - дернул меня Ерж.

Видно было..да что там, ничего не было видно. Густая, как чернила, ночь, залила все вокруг. Я несколько раз чуть не свернула ногу. Но паренек уверенно шагал, словно знал все наизусть. Мы спустились по лестнице куда-то вниз. Внутри было, как у бабуши в заброшенном погребе: темно, плохо пахло и к рукам липла паутина. Долго петляли и еще поднимались и спускались куда-то. По пути Ерж торопливым шепотом рассказал, что Ирж лежит в каморке, и что его напоили горьким отваром лекарственных трав.

Наконец, забрезжил свет. Мы выбрались в какой-то тускло освещенный коридор. Свет падал из приоткрытой двери.

- Там библиотека, - прошептал Ерж, - загляни и назад!

Я повиновалась. Скоро выяснится что не во всем. Подкралась и заглянула.

Библиотека была небольшой, с пола до потолка заставленной книгами. В углу мерцал камин. Возле камина стояло кресло. В кресле, скрываясь в тени, сидел он. Я не видела его лица, но я знала, что это тот самый герцог, который пульнул в меня чем-то ярким и утащил сюда.
 Я, значит, вкалываю на кухне и ем невесть что, а он наслаждается чтением возле камина, объевшись пельменей и прочей снеди. Негодование залило меня от пяток до ушей, и я шагнула в библиотеку. Успела еще услышать за спиной испуганный выдох Ержа и его быстро-быстро удаляющиеся шаги

- А, пришла, - насмешливо сказал голос из темноты кресла.

Голос приятный у старикана, что ни говори. Молодой. Не сомневаюсь, что колдовство - я помнила длинную фигуру в плаще, морщинистые щеки и крючковатый нос под капюшоном.

- Верни меня домой, колдун! - потребовала я.

- Колдун? - удивился тот.

И ведь искренне. Может, у них это словно не в ходу?

- Волшебник, - поправилась я.

- Волшебник? - он, казалось, пробовал слово на вкус.

Или издевался.

- Маг, заклинатель или кто угодно - верни меня обратно!- вспыхнула я.

Вспыхнула не только внутри, снаружи тоже - герцог наклонился вперед, и я увидела его. Белая гладкая кожа, угольно-черные блестящие волосы и зеленые глаза. Узкие губы и твердый подбородок. Широкие плечи и, судя по всему, высокий рост - он был накрыт пледом так, что выглядывала только одна рука. Лет тридцать, не больше.
Силен колдун, что и говорить. Но сейчас он был красивым мужчиной в богатой одежде, а я немытой целый день женщиной в балахоне неопределенного цвета и в обуви..Про обувь лучше вообще не вспоминать. Я отодвинулась подальше - там, все же, тень. Но он успел внимательно обежать меня взглядом.

- Я не могу, - даже как-то сочувственно произнес он.

Или это он свой ковер пожалел, на котором я сейчас топчусь.

- Я понимаю, тебе сейчас не очень хорошо живется, - продолжил он.

- Не очень? - возмутилась я, невольно шагая вперед.

- Ну да, - покосился он на мою одежду, - но это лучшее, что я мог сделать для тебя.

У меня даже слов от возмущения не нашлось. Я герцог невозмутимо пояснил:

- Если бы я взял тебя в замок, это бы вызвало подозрения. Что опасно для тебя и для меня. И для моего дела.

- Вот как. Значит, спасти хотите? - поинтересовалась я.

- Долг платежом красен, - кивнул он.

Надо же, какая фраза. Услышал ее, наверное, когда в нашем мире был.

- Так я вам еще и заплатить должна за это путешествие? - полюбопытствовала я.

Честно говоря, и заплатила бы, если бы у меня было золото. Мои сережки в комоде не в счет. И то колечко. А здесь вряд ли что другое принимают, кроме этого желтого металла.

- Скоро ты сможешь вернуться, - сказал герцог, - дней через шесть.

- Шесть? - похолодела я. - Да вы кота моего убьете! Он умрет от голода и жажды!

- Хороший кот? - спросил бархатный голос черноволосого.

- Положим, корм в миске есть, - бормотала я сама себе, забыв на время про колдуна-герцога, - а попить он может из унитаза.

Герцог сдвинул брови и откинулся в кресле, его лицо снова скрылось в тени.

- Можешь идти, - холодно сказал он.

Совсем не таким голосом он спрашивал про кота. Любитель пушистых созданий, однако.

- Мне нужно вернуться как можно скорее, - ласково попросила я и попыталась нажать на уязвимое место герцога, - у кота лапа сломана, ему срочно нужно к ветеринару.

- К ветеринару? - неодобрительно ответил голос из тени.

- Да, - согласилась я, - это кошачий доктор. Он может дать лекарство, поставить укол, перевязать лапу, отрезать..

- Да знаю я! - раздосадовано прервал герцог.

- Когти.., - машинально закончила я и попросила, - пожалуйста.

Герцог снова подался вперед и посмотрел мне прямо в глаза. А красивую он себе внешность выбрал, этот колдун. Даже слишком.

- Я не могу, - мягко повторил он.

Вдруг он поднял глаза над моей головой, и я не услышала, а почувствовала, что в библиотеку кто то зашел. В то же мгновение ярко вспыхнул свет, и я провалилась в темноту.

Я открыла глаза. Вокруг был сумрак, телу было неуютно. Темное небольшое помещение без окон, стены и потолок из неструганных досок. Вернулась на тот же уровень, одним словом. Тело побаливало, в ушах барабаном отдавалась беготня за дверью.

Этот колдун! Побоялся, что меня кто-то увидит в библиотеке, и снова воспользовался своей ненавистной вспышкой. А все-таки красивую он себе выбрал внешность..Я даже размечталась, потирая бок, но дверь с грохотом распахнулась, и та самая полная женщина возопила:

- Ты еще спишь?!

Да если бы. Я со скрипом встала. К счастью, как оказалось, скрипела все же не я, а моя лежанка. Поплелась к тазику с водой, чтобы умыться. Но воды не было.

- Заодно на колодец сходишь, - злорадно сказала Джанна и вручила мне тяжеленное ведро.

Я не спорила, потому что пройтись под солнечными лучами сейчас было бы кстати. Полнуха проводила меня до двери, скороговоркой объяснила дорогу и скрылась. Я распахнула дверь.

Солнечные лучи, как же. Оно еще и не вставало. Только-только пробивалось на востоке. Ну что ж, теперь я знаю, где в этом мире восток. И все же было утро. Сырое, росистое, свежее. И с того места, где я стояла, открывался неожиданно красивый вид.
Слева извилистая река, еще утопающая в тумане, холмы и обширные луга, на которых паслись лошади. Прямо протоптанная дорожка, ведущая к замку. Замок у этого герцога был шикарный. Высокий, каменный, с башнями. Не уныло серый, а скорее серебристый.

А справа темнел густой зеленый лес. Где и находился колодец. Я подхватила ведро и пошла туда. Шла долго - колодец оказался у самого леса. Ноги мои промокли от росы, одежда отсырела. Я уже почти мечтала о жаркой кухне.

И все же заставила себя умыться, когда вытянула ведро ледяной воды. Затем наполнила ведро, которое дала мне полнуха. Но возвращаться не спешила. Распустила и как смогла расчесала волосы руками, прежде чем снова заплести.
Осмотрела и оправила одежду. И все равно, даже при утреннем свете, я выглядела плохо. Надеюсь, вчера в тени библиотеки это не так бросалось в глаза. Мне снова вспомнился герцог. Темная одежда с золотыми вставками сидела на нем идеально.

И тут застучали копыта. Они приближались. Помня о своем плачевном виде, я поспешно юркнула в лес. Должно быть, это герцог на утренней прогулке, и не хотелось попадаться ему на глаза при свете дня.
Едва я спряталась за деревьями, на дорожке показались два всадника. Один, приземистый, сидел на упитанном гнедом коне. Я его почти не рассмотрела. Второй, закутанный с ног до головы, стройный и длинноногий, восседал на белом скакуне.

- Он ее никогда в глаза не видел, Траум, - говорил приземистый.

Голос у него был густой и громкий. Длинноногий что то ответил, но так тихо, что я не услышала.

- Ну и что с того, что помолвлены? Она тогда едва родилась. Он и не заметит подмены.

Тут он посмотрел вперед и резко замолк. Всадники подъехали к колодцу и хмуро переглянулись. "Ведро!" - промелькнуло у меня в мозгу. Они увидели ведро, которое я оставила. Я попятилась вглубь леса.

- Здесь кто-то есть, - мрачно сказал приземистый и зыркнул в лес, - найди.

Я попятилась быстрее. Еще видела, как длинноногий соскочил с коня, затем развернулась и помчалась прочь во весь дух.

Ветки пытались хлестать меня по лицу, а корни сбить с ног. Но вид и голос приземистого сулил мне нечто гораздо худшее. Я даже задуматься боялась, что. Видимо, я услышала что-то крайне важное, хотя ничего не поняла.

Лес становился все глуше. Я остановилась и огляделась. Было тихо и безлюдно, вокруг не было ни души. Или была. Кто-то быстро юркнул по дереву и уставился на меня из листвы.

Я заблудилась. В мрачном неизвестном лесу герцога-колдуна. Что хорошего можно было ожидать от этого леса? На всякий случай я отошла подальше от глядевших на меня глаз. Хоть и поняла, что это мелкая живность. Отошла и увидела свет.

Солнце встало! Такое яркое, что прорвалось сквозь густо переплетенные ветки. Я никогда так не радовалась. При свете дня не так страшно, можно найти какую-нибудь тропку. И я помчалась навстречу солнцу.

Долговязую фигуру в плаще, с торчащим из под капюшона крючковатым носом, я заметила раньше, чем остановилась. Фигура держала посох, из которого бил яркий луч света. Я по инерции пробежала еще несколько шагов, успев сообразить: герцог упражняется в колдовстве в своем лесу.
Я не вовремя. Он услышал или почувствовал мое приближение, и, не поворачивая головы, направил на меня посох. "Только не в этот раз!" - подумала я и резко, прямо на бегу, свернула в сторону. Яркий луч света ударил в деревья за моей спиной.

На этот раз я убежала. Но положение мое не стало лучше. Глухой лес словно давил со всех сторон. Встретился скудный ручеек, но пить из него я ее рискнула. Я устала и хотела есть. Сейчас бы хоть каши. Может, лучше бы герцог в меня попал, и я снова очнулась на соломенном тюфяке? Еда, тепло, крыша над головой. Но что-то во мне сопротивлялось такой участи. Прислонилась спиной к дереву.

Меня смущал крючковатый нос. Если он становится таким во время колдовства, то почему тогда в библиотеке герцог остался молодым красивым мужчиной? Я вспоминала взгляд герцога, брошенный мне за спину. И вспышку. Откуда она шла? Казалось, она залила сразу всю библиотеку, но шла от двери. Значит, колдовал не герцог.

Итак, был еще и колдун. Именно он появился в ту ночь в моей квартире. Но что он там делал? Зачем ему приходить за мной или за моим зеленоглазым котом?Я представила красивые кота Мурзика и взгрустнула. Яркие зеленые глаза, как у..

Не может быть! Я мысленно пробежалась по угольно-черной шерстке кота, вспомнила его важные повадки. Мой Мурзик -это и был герцог! А кручконосый колдун пришел за ним.

Ну нет, с такими знаниями я не могла позволить себе сгинуть в этом лесу. Я поднялась и отправилась искать ручеек. Куда- то ведь он течет. Надеюсь, не впадает в болото. Но если я приду к реке или хотя бы к озеру, есть шанс найти людей.

Ручеек, словно нарочно, выбирал то густой кустарник, то заболоченную местность - я едва не потеряла там правую туфлю. Вода в нем, правда, была студёная и вкусная. А вот есть черную ягоду, которая часто попадалась по пути, так и не решилась.

К полудню я выбралась к реке. Это оказалась та самая, которая петляла между холмами. Едва волоча ноги, я почти добралась до здания, где находилась кухня.

- Тсс, - услышала я вроде свиста из-за угла пристройки.

- Ирж, ты? - спросила я.

Подошла поближе и узнала мальчишку , с которым мне довелось сидеть в подвале. Вид у него был все еще не очень здоровый.

- Тебе надо в кровать, - сказала я.

- Ерж так и не вернулся, - ответил он, - и какой-то господин искал тебя.

" Уж не колдун ли", - подумала я, и спросила:

- Как он выглядел?

- Высоченный такой, с ног до головы завернутый во что-то. Ведро принес и спросил, кто возле колодца оставил. Ну, Джанна ему все и рассказала.

Перед моими глазами встали два всадника.

- Я подумал, чего ему тебя искать, - продолжил Ирж, - такому господину. Значит, натворила ты чего.

- Спасибо, - от души ответила я ему, - когда-нибудь я накормлю тебя пельменями до отвала.

Мальчик улыбнулся. Очень грустно. А я быстро шмыгнула прочь. Теперь я заметила, что возле дверей кухни стоял один из поваров и вертел головой во все стороны.

Мне нужно было пробраться в замок и встретить герцога. Что-то во мне дрогнуло, когда я поняла, что его внешность - не колдовство. Интересно, помнит ли он меня в более подобающем виде, нарядную, с укладкой и макияжем? Его слова " Долг платежом.." давали мне надежду, что помнит. Ещё свербила мысль о пропавшем Ерже.

Итак, мне нужен герцог. Прямо пройти к замку не вариант. И герцог говорил о какой-то опасности, и долговязый может заметить, и этот повар у двери. Нужно найти ход, который показал Ерж. Вот куда, куда он сам запропастился?
Итак, наш путь лежал от окна. Вон оно. А дальше? Справа забор, а мы ничего не перелазили. Прямо кусты какой-то ягоды. Не припомню такого. Значит, налево - открытое пространство, на котором меня заметит всякий. Так вот почему Ерж поторопился отвести меня сразу:нужна была темнота ночи.

Но вообще-то, судя по голоду и слабости, ночью от меня толку не будет. Воды я напилась в ручье. Значит, нужно что-то раздобыть до сумерек. Я набрала немного ягод - здесь-то росли явно съедобные. Приторно-сладкие и невкусные, голод они практически не утолили. Оставалась кухня - исключено - и кладовая.

Окно, через которое мы выбирались с Ержем, было не заперто. Я осторожно распахнула его и пролезла. А вот кладовая, конечно, была заперта. Я затаилась среди пустых ящиков и бочек и стала ждать. Ждать пришлось долго.
Джанна пришла часа через два, открыла дверь кладовой, и крепкие ребята стали таскать провизию. Сама она зачем-то топталась возле двери. Вид у женщины был какой-то нервный.

- Она натворила, а я отвечай, - бормотала Джанна.

Женщина, наконец, шагнула прочь. Но едва я собиралась прошмыгнуть в кладовую, как Джанна крикнула в коридоре:

- Ящики заберите.

И вернулась к своему посту. Все, что я успела, это забраться в один из ящиков. Крепкие ребята подхватили все и унесли одно за другим. И меня вместе с ящиком.Поставили куда-то довольно бережно. Послышалось ржание лошадей и все двинулось. Меня изрядно потрясло и побросало, прежде чем ящики выгрузили, и все успокоилось.

Тишина. Я осторожно приоткрыла крышку. Ящики стояли под навесом недалеко от реки. Должно быть, здесь их забирают на корабли, а взамен выгружают полные. Уже собиралась вылезти, когда увидела тени: невдалеке от навеса стояли двое. Пузатая тень энергично размахивала руками, а длинная тень постоянно кивала. Вокруг головы пузатой тени торчали зигзаги, должно быть, человек был лохматым. Или это беременная женщина с кудряшками?
Этого я не знала, ни единого звука не долетала до меня. Длинная тень протянула пузатой что-то, похожее на кривой шар, и пузатая быстро спрятала его где-то в районе живота. И вот тут лёгкий шелест «траум» коснулся моих ушей.Ну называется так этот шар,мне то что. Лишь бы скорее скрылись.

Мое тело затекло основательно, прежде чем тени ушли, и я смогла выбраться. Уже смеркалось. Замок теперь был от меня в другой стороне. Возможно, так даже лучше, потому что вряд ли меня будут здесь высматривать.

Но едва я вышла из под навеса, как чуть не попалась на глаза длинноногому. Я, правда, не уверена, что это был именно он: сумерки, он закутан. Но белого коня я узнала. Я дождалась не просто, пока длинноногий вскочит в седло, а чтобы он скрылся из вида и пыль улеглась.

Не буду долго описывать, как я пробиралась к заветному замку. Кое-где и ползком. Но до темноты добралась до забора. Крепкого, даже мощного, с запертыми кованными воротами. Неприступного забора.

Я сдалась? Да ни за что! Просто прошла немного вдоль и за углом наткнулась на раскидистое дерево. Да, с наружной стороны забора. Вообще удивительно, как оставили такую лазейку. Тело устало, изголодалось и измучилось, но помнило свою подростковую подготовку и, самое главное, меня подгоняла тайна, которая могла вернуть меня домой.
Я вскарабкалась на дерево, переместилась по ветке, перебирая руками, и перебралась на забор. С обратной стороны, возле самого забора, была насыпана внушительная куча листьев. В нее я и сиганула.

Сделала я это зря. Штук пятнадцать крупных собак ринулись ко мне с разных сторон территории вокруг замка. Они неслись, оскалив пасти, с грозным рычанием, а я сидела в куче листьев, и деться мне было некуда:за спиной была гладкая высокая стена.