Жена Алмазного Дракона

Свадьба была на высоте. Все шло легко и душевно, хоть гостей собралось немало. Я смотрела на брата и не могла нарадоваться. В детстве нам обоим пришлось нелегко – мы росли в детдоме… Угодили туда подростками, потеряв родителей в автокатастрофе.

Остальные дети уже сбились в стаю и охотно ополчились против новых жертв – «домашних сопляков». Никто не учил нас драться – пришлось учиться самим. Игорь содрал кулаки, защищая себя и меня. Мы были единственной опорой друг другу, единственными близкими людьми в целом мире.

Сейчас ему тридцать один, мне двадцать семь. Он стал преуспевающим бизнесменом. С Мариной они встречались три года. Я радовалась, что брат создал семью, и предвкушала рождение племянников.

Все казалось радостным, безоблачным, неомраченным никакими неприятностями и эксцессами. К полуночи гости стали расходиться. На прощанье Игорь и Марина тепло обняли меня, пошутив: «Теперь твоя очередь, сестренка! Когда на твоей свадьбе погуляем?»

Я весело отшутилась, пожелала родным незабываемой брачной ночи – и спустилась на автопарковку ресторана. Там должны ожидать такси, заказанные для гостей. Я была в приподнятом настроении, расслабленная несколькими бокалами шампанского…

И не придала значения, что на стоянке всего одна машина. Решила – наверно, только что уехала большая группа гостей, и сейчас агентство-организатор вызовет такси для остальных. Села в единственную машину, назвала водителю адрес. Мы тронулись.

Я смотрела в окно на проносившийся мимо ночной город. Думала об Игоре, Марине… И о вопросе брата. Когда же и для меня настанет такой радостный торжественный день?

У меня были ухажеры. Но ни один не вдохновил стать с ним семьей, быть вместе в горе и в радости. Так что я по-белому завидовала Игорю с Мариной, что они встретили друг друга. Надеюсь, и моя половинка где-то топчет землю, ждет меня так же нетерпеливо, как я ее. В смысле, его.

Грузовик вылетел на полной скорости словно из ниоткуда. Только что дорога была чистой – и вдруг навстречу стремительно мчится громадина, сверкая фарами. Прежде чем я поняла, что происходит, обе машины врезались друг в друга.

Нестерпимая боль пронзила тело. Я закричала, мучительно и беспомощно. Новая боль, а затем еще, и кричать уже нечем, потому что легкие взорвались фонтаном крови. Отчаянно хриплю – а потом и этого нет. Нет вообще ничего, даже боли. Лишь холод и мрак.

***

- Имя! Назови имя!

Голоса звучали грубо и враждебно. Не хотелось вообще ничего им называть, а просто заползти куда-нибудь далеко и глубоко. Да хоть в ту жуткую пугающую тьму… Нахлынула память о пережитой боли. Слишком невыносимая. И очень странно, что сейчас я не ощущала ничего похожего. Туман, тяжесть в голове… И не более. Наркоз?

Голоса продолжали орать, требуя имя. Так это же врачи скорой помощи, дошло до меня. Спрашивают, как меня зовут, будут в базе искать наверно…

- Летуновская Катерина Сергеевна, дата рождения семнадцатое янва…

- Место! – тут же перебили меня с непонятным неистовством.

Какое еще место? Прописки наверно, им же надо определить, в какую больницу меня отправлять…

- Проспект Мира четырнадцать, квартира двадцать три…

Голоса стихли. Пробивают по базе. В голове до мельчайших деталей всплыло все, что я пережила до потери сознания. Господи, меня ведь переломало с головы до ног! Я останусь инвалидом до конца своих дней. Лучше бы и не выжить. А Игорь?! Такой подарок на свадьбу…

Волна чернейшего отчаяния захлестнула меня. А голоса опять заговорили:

- Что она несет? Ты понимаешь ее? Какой-то проспект, какая-то квартира… Это не заклинание?

- Нет, - ответил второй голос. – Магической силы в ее словах нет. Но их значение мне неясно.

- Прижми ее сильнее! – рявкнул первый приказным тоном. – Надо срочно узнать, где ее ждет сообщник!

Вновь тишина. А потом я вдруг ощутила, как на меня наползает огромное серое нечто. Самое страшное, самое жестокое и неотвратимое из всего, что случилось в моей жизни. Страшнее потери родителей. Страшнее аварии и чудовищной боли, которую я перенесла.

- Где тебя ждет подельник?! Назови место!

В ответ я завыла. Страшно и отчаянно. Я хотела ответить этим ужасным людям – или нелюдям. Все мое существо горело желанием дать им то, что они требуют. Но я не знала, не понимала даже отдаленно, чего они хотят. Как я могу их удовлетворить, чтобы они убрали, отозвали назад ту жуткую серую сущность?!

Наверно, я выла бы так часами, пока не сорвала глотку. Но меня с силой ударили по лицу, и я умолкла. Боль от пощечины показалась облегчением, потому что с ней меня покинул ужас. Серая сущность ушла. Они убрали ее.

- Рик… Она не знает, - проговорил второй, и голос его звучал растерянно.

- Как это – не знает?! Если твои чары бессильны перед ней, так и признайся, не разводи спектакль!

- Не оскорбляй меня! – холодно ответил второй. – Если бы чары не подействовали, я так и сказал бы. Все действует. Она хочет признаться. Я вижу. Готова умереть, вывернуться наизнанку, лишь бы ответить мне. Но… ей нечего сказать. Она ничего не знает. Возможно, в капсуле, которую она проглотила, был не яд, а зелье забвения.

- Проклятье демонов Рашберга! – с ненавистью выплюнул первый. – Ты способен вернуть ей память?

- Смотря что за зелье ей дали. Надо проводить исследования.

- Время! – рычал первый. – Сколько времени?!

Второй вздохнул.

- Накрыть подельника не успеем. Увы, Рик. Аргонары коварны. Они предусмотрели провал лазутчицы и приняли меры. Сообщник успеет уйти.

- Ты можешь вычислить его иначе, без ее допроса? Взять магический след или что-то в этом роде?

- Все уже сделано, Рик. Я выпустил астральных гончих в ту же минуту, как ее взяли. Отклика нет. Там тоже стоит защита.

- Ублюдки! Вся операция пошла демону под хвост! Какие мы идиоты, что подпустили эту мразь так близко! Какой я идиот!

- Тише, Рик. Смири гнев. Мы имеем дело с хитроумным и изворотливым противником. Не всегда провал – наша глупость. Иногда приходиться просто принять поражение. Эту партию выиграли они.

Первый – Рик – ничуть не успокоился.

- И что, предлагаешь смириться, или может сразу сдаться? Скажешь еще, эту с миром отпустить на все четыре стороны?

Не знаю, откуда я поняла, что «эту» - означает меня… Я уже четко понимала, что злобная парочка – не врачи. Но кто они такие, чего хотят от меня, и о чем вообще говорят – оставалось совершенно неясным. Может, я просто в наркотическом бреду. И мне вот-вот предстоит пробуждение, жестокое и болезненное… В котором будут не пощечины и странные разговоры, а боль и увечья.

- Зачем ее отпускать. Я сказал, что проведу исследования. Мало ли какая информация всплывет. Аргонары хитры, но и я не лыком шит.

- Ладно, забирай ее. А что она сказала в самом начале? Какая-то Катарина – может, это и есть ее подельница? Тоже баба? Аргонарские мужики за юбки прячутся?

- Я все уточню, Рик. Имя, которое она назвала, ничего нам не дает. Оно не наше и даже не аргонарское. Мы не знаем, под каким именем скрывается ее сообщник или сообщница. Но раз она помнит хоть что-то, есть шанс получить ценные сведения, прямо или косвенно. Я собираюсь приступить немедленно.

Он многозначительно умолк. До Рика дошло:

- Намекаешь, чтобы не мешал? Все, ухожу. Я готов хоть корону швырнуть на пол, если это поможет вскрыть шпионскую сеть мерзавцев. Вытряхни эту тварь наизнанку.

Послышались тяжелые шаги, как будто о пол стучали кованые железом подошвы. Хлопнула дверь. На мой лоб легла рука – холодная и неожиданно приятная.

- Теперь поговорим, - зазвучал голос – уже не второй, а единственный. – Летуновская Катарина… Сергеевна. Это твое имя или звание?

- Катерина, - поправила я на автомате.

- Что последнее ты помнишь, Катерина?

- Боль, - сразу же ответила я. Что тут скрывать. – Очень сильная, невыносимая боль.

- Неудивительно. По запаху и ауре выглядит так, будто ты приняла сианар. Яд мгновенного и мучительного действия, без противоядия. Только ты лежишь тут живая и невредимая. А значит, я ошибся.

Невредимая, сказал он?! Я – невредимая?!

- Что, даже кости целы?

- Пошевели рукой или ногой, проверь.

Такая мысль мне и в голову не пришла. Тело хранило память о ломающихся костях, и я была уверена, что вся загипсована с головы до ног. Я пошевелила сначала пальцами рук. Потом подвигала сразу всеми конечностями. Движения были замедленными и скованными, но совершенно безболезненными.

- Ничего нигде не перебинтовано? Совсем?

- Взгляни сама. Ты почему-то не открываешь глаз. И ты полагаешь, я ломал тебе кости? Мне это ни к чему. Магический допрос не менее эффективен, но менее трудозатратен. Твоя красота ничуть не пострадала, лазутчица.

- Я не лазутчица.

- А кто ты, Катерина?

- Я же вам сказала – и вы сами только что повторили. Летуновская Катерина Сергеевна, бухгалтер-экономист. Никогда не мечтала стать лазутчицей, даже в детстве.

- Как интересно, - протянул голос.

А я вдруг подумала – что это я и в самом деле не открываю глаз? Все тот же страх увидеть и осязать кошмарные травмы, после которых никогда не стану человеком… Но загадочный голос заверяет, что у меня ничего не сломано… и я не чувствую боли. А вот посмотреть на него мне вдруг стало чрезвычайно любопытно. И я открыла глаза.

Зрение сфокусировалось не сразу. Авария – или яд сианар, или загадочное зелье забвения – не прошли бесследно. Что-то в моем теле было нарушено – но я не ощущала явно, что именно…

Когда я наконец смогла нормально видеть, то рассмотрела высоченный потолок с очень искусной, тонкой и сложной лепниной. Таких я не видела даже на изображениях Ватикана и дворцов позднего Ренессанса и барокко. Стены и мебель выполнены в том же стиле – сложном и навороченном, но при этом лишенном вычурности. Все детали сочетались изящно и гармонично, могли удовлетворить вкус даже самого придирчивого эстета.

И лишь потом увидела наконец того, кто беседовал со мной. Точнее, допрашивал.

Высокий мужчина, довольно крепкого телосложения, с темно-русыми волосами и тяжелым, пронзительным взглядом. Будто сверлит насквозь, как рентген.

Этот взгляд выморозил и деморализовал меня. Словно я – лягушка, и сейчас меня медленно вскроют скальпелем. Расковыряют в поисках неведомых шпионских тайн. Как в том анекдоте: «А если найду?»

Несколько секунд мы молча смотрели друг другу в глаза. Он невозмутимо позволял мне изучать его, как сам исследовал меня. Одет он был роскошно, под стать интерьеру, безненужных нагромождений и наворотов.

Элегантные штаны, шелковая рубаха, камзол с изысканным золотым шитьем – без излишеств, не стесняющий движения. Мягкие сапоги превосходной выделки – явно какой-то дорогущий обувной бренд…

- Кто вы такой? – не выдержала я. – И этот ваш коллега, Рик?

Убийственный взгляд мужчины сменился удивленным. А потом он расхохотался во весь голос.

- Коллега!.. Надо же! Смотри в лицо его так не назови! Он и без того на тебя зол.

- Спасибо за предупреждение, - буркнула я. – Догадываюсь, что у его злости нехорошие последствия. И злится он нередко, да?

- Что поделать. Бремя высшего долга накладывает свой отпечаток на дракона.

- На кого?! – вырвалось у меня.

- На Рикарда Седьмого, короля Алмазных Драконов, - невозмутимо промолвил мой собеседник. – Если обо мне ты также ничего не помнишь – мое имя Келиар, и я верховный чародей Алмазных Драконов.

Тут мне бы решить, что я все же угодила в больничку. Только не в травматологию. И беседовали со мной не доктора, а пациенты. Психиатрические. Проще говоря, в дурку я попала.

Вот только пациентов дурки одевают в смирительные рубашки, а не в камзолы с золотым шитьем. И в таком роскошном помещении никогда не устроят психиатрическую лечебницу. В лучшем случае – очень дорогой санаторий. Если бы Игорь отправил меня в такой после травмы, то вокруг бегал бы услужливый персонал, а не странные личности, именующие себя драконами. Да не простыми – алмазными! Что ж сразу не бриллиантовыми?

И как еще объяснить отсутствие неизбежных переломов? То, что я пережила в авто, не могло закончиться ничем другим. Но мое тело было цело и невредимо… хоть и ощущалось странно.

Может, я в самом деле угодила в альтернативную реальность, где существуют драконы и чародеи? И эти загадочные аргонары. А я – их лазутчица, и должна встретиться с неким подельником. А король Рикард и его чародей Келиар жаждут выпытать подробности, которых я сама не помню…

Звучит и правда как бред в психушке! Но что мне остается? Ждать, пока очнусь от наркоза в собственной реальности? Если это случится, то ни к чему отравлять себя ожиданием. По крайней мере, тут у меня ничего не болит и все цело. Кстати, не помешает проверить…

- Я могу встать? – спросила Келиара.

- Разумеется.

Я свесила ноги с небольшой мягкой тахты. Уютно же драконы расположили пленную лазутчицу. Никаких тебе испанских сапог и железных дев. Но серая тень, накрывшая меня приступом ужаса, была не легче. Как сказал Келиар – к чему лишние напряги, когда за тебя все сделает магия?

На пол я ступила осторожно. В теле укоренился страх испытать боль, рухнуть как надломленное или надрубленное дерево. Но ничего не случилось. Я стояла, чуть пошатываясь – и не более того.

- Здесь есть зеркало?

Келиар улыбнулся. Вроде бы широко и дружелюбно, но в глазах его мне виделось хищное выражение.

- Женщина всегда остается женщиной. Прошу, Катерина. Убедись, что мы с государем не изувечили твое лицо.

Я неуверенно шагнула к высокому шкафу, на который он указал. Его дверцы были зеркальными. Подойдя ближе, я взглянула на свое отражение… и едва сдержала вскрик!

Это была не я.

Отражение в зеркале отчасти походило на меня. Тот же рост, цветотип, фигура не сильно отличалась. Разве что талия тоньше – совсем чуть-чуть, я была в неплохой спортивной форме. И грудь четкая тройка вместо моей вполне симпатичной аккуратной двоечки…

Волосы – растрепанные и взлохмаченные. Похоже, драконы, захватывая лазутчицу, обошлись не только магией. Тот же каштановый оттенок с золотистым блеском, как у меня. Только у меня никогда не было такой роскошной гривы ниже талии. Всю жизнь мечтала отрастить, но терпения не хватало.

Черты лица тоже отличались не сильно. Такие же зеленые глаза, похожая форма носа, подбородка, овал лица… Нежные, в меру пухлые губы, изящная шея. И тем не менее это была не я. Кто-то очень сильно похожий, словно родственник. Но не я!

Как такое возможно?!

С трудом оправившись от изумления, я столкнулась в зеркале с взглядом Келиара… Еще более цепким и пристальным – хотя казалось, больше уж некуда… Он наблюдал за каждым моим движением, каждым жестом. Каждым изменением мимики. И похоже, моя ошеломленная физиономия – или не моя? – удивила его почти так же, как меня саму.

- Ты настолько потрясена, что мы тебя не избили?

- Я… просто я помню очень сильную боль. Она не могла не оставить следов.

Келиар кивнул.

- Это и для меня загадка. Ты должна быть мертва – но ты жива. И никаких следов принятого яда. Какое у тебя самой объяснение тому, Катерина?

Я пожала плечами.

- Что я умираю и вижу предсмертные галлюцинации. Видения, - пояснила на случай, если у этих драконов не существует понятия «галлюцинация».

Кстати, на каком языке я разговариваю?.. Как будто на родном и привычном с детства, но…

Я не успела ничего проанализировать, потому что Келиар задал следующий вопрос:

- Что последнее ты помнишь до того, как лишилась сознания?

«Свадьбу брата», - чуть не слетело с языка. Но я открыла рот – и тут же захлопнула. Стоит ли откровенничать с этим подозрительно любезным типом? Как он поступит со мной, когда я все расскажу? Он допрашивает меня не из заботы о здоровье. Скорее как американский коп – все, что вы скажете, может быть использовано против вас.

- Я… почти ничего.

Маслянисто-любезный взгляд с толикой настороженного интереса сменился откровенно хищным, жестким, беспощадным. А в следующий миг я закричала и рухнула на пол, корчась от боли.

Звук тяжелых подошв по полу. Замшевые сапоги с идеальной выделкой оказались прямо перед моим лицом. Я откатилась дальше, в ужасе, что сейчас меня еще и пнут, в дополнение к чудовищной боли.

Пинка не последовало. Сверху прозвучал голос Келиара с ледяными, убийственными нотками:

- Это первый раз, когда ты попыталась солгать при нашей беседе. Надеюсь, последний. Ты наивно думала, что я веду с тобой светскую болтовню? С вражеской лазутчицей? Может, ты и не помнишь, кому должна была передать добытые сведения, но от этого не перестала быть шпионкой. Я вытряхну из тебя воспоминания, все до последнего. И чем больше ты сопротивляешься, тем больнее тебе будет. Это ясно?

Я промычала нечто нечленораздельное. То ли оно прозвучало как согласие, то ли отвратительный садист и так понял, что отказываться я не собиралась. В следующее мгновение меня обхватили мощные мужские руки, подняли в воздух и поставили на ноги.

А прямо в лицо устремился холодный взгляд серых глаз. Словно пытался просверлить мне череп, вытащить мозги наружу и разобрать по извилинкам, пытаясь отыскать несуществующие воспоминания о сообщнике-шпионе.

- Сядь.

Меня подвели обратно к тахте. Я едва не рухнула на нее, как подрубленная наточенным клинком.

- А теперь отвечай на вопрос. И больше не пытайся лгать. Что последнее ты помнишь?

И я принялась рассказывать. Про свадьбу, про такси, про встречный грузовик и столкновение. Понял меня этот «дракон» или нет, я не могла сказать. Все время, пока он меня слушал, его взгляд оставался сухим и бесстрастным. Ни капли эмоций не отразилось в нем.

Когда я смолкла, он несколько секунд продолжал сверлить меня глазами, вымораживая до затылка. Затем встал.

- Можешь отдохнуть. И поблагодарить себя за откровенность и благоразумие. Еще одного отката от лжи ты не вынесла бы.

С этими словами он повернулся ко мне спиной и ушел.

***

Рикард Седьмой, король Алмазных Драконов, расположился в удобном и роскошном кресле королевского кабинета. Его голова откинулась на спинку, глаза были прикрыты. Со стороны казалось, будто его величество изволит почивать средь бела дня, отвлекшись от государственных дел.

На самом деле король внимательно изучал дело захваченной лазутчицы. Прямо сейчас перед его закрытыми глазами развернулся магический экран, на котором мелькали события и образы.

В центре всех картин – стройная соблазнительная фигурка в легких воздушных платьях. С роскошной копной рыжевато-каштановых волос ниже талии. И огромными, по-детски наивными и невинными глазами.

Как же легко влюбиться в такую до потери рассудка!

Если бы король не знал, как аргонарская тварь окрутила троих его верных соратников, выцепила из каждого по крупице ценной информации, а затем реконструировала план контратаки Алмазных Драконов на раскрытое убежище аргонаров!

Как она играла фальшивой наивностью, пускала в ход красоту и обаяние, расплавляя мозги разумным, здравомыслящим драконам! И те теряли бдительность, позволяя мерзавке похитить военные секреты. Разумеется, убежище оказалось пустым, когда король с дружиной добрался до него.

Рикард не успел досмотреть, переспала ли она с кем-то из жертв. Из его верных соратников, поневоле ставших предателями. Может, сразу со всеми. Для дела это не имело особого значения… Но отчего-то королю хотелось прояснить этот момент.

Просмотр прервался Келиаром. Чародей вошел в кабинет без стука, зная, что король ожидает отчета по допросу лазутчицы. Рикард нехотя свернул ментальный экран. Вперился в лицо помощника – какие новости тот принес?!

И заметил в глазах Келиара несвойственную верховному магу растерянность. Неужели проклятая тварь и его загнала в тупик?

Тот еще и не спешил начинать рассказ, изрядно разозлив короля.

- Каких демонов ты молчишь, Кел? Не смог расколоть лазутчицу?

- Сам не знаю, Рик. Сканирование ауры утверждает, что она честна на сто из ста. При этом ничего не знает об аргонарах. Совсем ничего. Так же, как о нас.

- Что за чушь ты несешь?!

- Она верит, что живет – точнее, жила в другом мире. Без магии, но с развитыми техникой и инженерией. Там ее настигла «авария» - поломка технической конструкции, которая смертельно повредила ее тело. Следом она очнулась у нас – и совершенно не понимает как это произошло.

Рикард присвистнул.

- Вот это легенда. Невозможно не поверить, потому что звучит как полнейшая чушь. Аргонары не могли быть так глупы, чтобы снабдить ее настолько неправдоподобным прикрытием.

- Которое к тому же развалится под магическим сканированием. Его невозможно обмануть.

- Тогда что мы имеем?

Келиар ответил не сразу. Он уселся в кресло напротив короля, взял со стола кувшин с бодрящим нектаром, налил в бокал, повертел в руках. Раздражение Рикарда нарастало.

- Не тяни резину! Что происходит с лазутчицей?!

- У меня лишь одна версия. Препарат в капсуле стер ей память частично. Уничтожил все воспоминания об аргонарах – соответственно о ее шпионской миссии. И вообще о нашем мире.

- Я не понимаю тебя! Как это – стер воспоминания о нашем мире?!

- Вот так. Ты ведь знаешь, что мы не одиноки во Вселенной. Миров множество, и самые могущественные чародеи умеют открывать порталы между ними.

- Ты хочешь сказать, лазутчица из другого мира?! Но как такое возможно?

Келиар вновь покрутил бокал между пальцами.

- Что ты знаешь о могуществе аргонарских чародеев? Почему бы одному из них – или нескольким – не открыть портал в другой мир? И что тогда мешало аргонарам завербовать пришелицу оттуда?

Рикард не сдержал изумленного возгласа. Но ответить магу не успел. Прямо перед ним завибрировал воздух, складываясь в магический экран. На нем проступило утонченное лицо голубоглазой блондинки.

- Рик, дорогой! Ты не занят? Я еле смогла установить связь. Только посмотри, где я!

Лицо женщины удалилось от экрана, в кадре показался окружающий пейзаж.

- Только взгляни! Идеальное место для нашей свадьбы! Ты рад, любимый?

***

Я напряженно сверлила взглядом широкую спину, пока Келиар не скрылся за дверью. А затем выдохнула. Все происходящее казалось нереальным, сюрреалистическим сном. Вот только боль была самой настоящей. Во сне я давно бы пробудилась.

А тут… Глюки или нет, мне приходится играть по их правилам. Не то эти изверги прибьют меня второй раз. Или третий, если считать смерть безымянной лазутчицы. Каким-то образом я оказалась в ее теле. И эти заносчивые драконы считают, что я должна отвечать за все ее поступки. О которых понятия не имею.

Келиар вынудил рассказать ему правду. У меня просто не оставалось выбора. Его магия работает похлеще любого детектора лжи. Что теперь будет? Они успокоятся и отстанут от меня? Поймут, что я не та, кем они меня считают? Что не имею отношения к лазутчице этих аргонаров?

А что если правда еще опаснее для меня?.. Откуда мне знать, как эти драконы обращаются с попаданками? Может, еще хуже чем с лазутчицами? Вдруг сейчас Келиар вернется, чтобы испепелить меня на месте одним щелчком пальцев?

Да, он не тронул меня, предложил отдохнуть и поблагодарить себя за честность… И наверняка отправился к королю докладывать все, что услышал от меня. Что будет, когда они все обсудят? Какое решение о моей судьбе примут?

Тут распахнулась дверь, оборвав тревожные размышления о моей горькой судьбинушке. Я дернулась, ожидая увидеть Келиара, одного или с королем Рикардом. Вдруг им хватило пары минут вынести мне приговор – и они тут же приведут его в исполнение?

Но в дверь вошла девушка в скромном платье и с фартуком. Поклонилась мне и попросила проследовать в ванную. Ого. Ванная это хорошо, ванная это пять! Значит, испепелять меня немедленно никто не собирается.

Ванна оказалась настоящим домашним бассейном. Служанка сама принялась раздевать меня и похоже, собралась намыливать. Это было излишне, а вот от расчесывания я не стала отказываться. Все-таки опыта обращения с такой роскошной копной у меня нет, а волосы еще и спутались изрядно от общения с господами драконами.

Пока девица ухаживала за моим – или не моим? – телом, я раздумывала, как бы разведать у нее побольше полезного. Задавать вопросы о драконах и магии я опасалась. Не стоит выдавать свое полное невежество. Мало ли как развернутся события.

Нужно спросить что-то простое и естественное, что не вызовет подозрений. На ум пришел анекдот дедовских времен про отца, который хотел узнать как дела у сына – а тот проезжал мимо их деревни на поезде без остановки.

И вот пока поезд пролетал мимо, батя крикнул: «Сема, ты какал?!» «Да!» - крикнул в ответ сын. Довольный батя сказал матери: «Сема какал, значит он кушал, а раз кушал, значит деньги есть, работу нашел, и все у него хорошо!»

Так и мне надо было подобрать вопросы, чтобы по ответам понять гораздо больше, чем будет сказано. Я присмотрелась к девушке. Похоже, она не знала лазутчицу, чье тело сейчас принадлежало мне. Называла ее просто «госпожа», без имени. Разговаривала без подобострастия и заискивания – не как с важной птицей, которой надо угодить любой ценой. Грубости и презрения тоже не было.

То ли слуги в королевском дворце вышколены настолько, что даже вражеским шпионам не хамят. То ли ей не сообщили, кто я такая, и она просто делает свою работу. При этом осознает, что я не принцесса или герцогиня, недалеко отстою от нее на социальной лестнице.

Я рискнула и спросила ее:

- Как тебя зовут, милая?

Вполне нейтральный вопрос. Почему бы женщине не поинтересоваться именем той, кто расчесывает ей волосы.

- Иллика, госпожа.

- Нравится работа, Иллика?

- Очень, госпожа. Служить в замке государя Рикарда – огромный почет.

И заработок неплохой? – едва не спросила я, но вовремя сдержалась. Откуда мне знать, есть ли тут деньги. Может, совсем иная система мотивации.

- По родным скучать не приходится?

Даже такой простой естественный вопрос мог посадить меня в лужу. Вдруг нет у нее никаких родных, драконы себе манкуртов в прислугу выращивают, или клонов в пробирке. Или тут не принято обсуждать родных.

Но все обошлось. Иллика оказалась не манкуртом, вполне живой и общительной девушкой. Семья у нее имелась, и жених. Они жили в ближайшем к королевскому замку городе.

Сам замок – как жилища всех драконов – был на самом деле огромной скалой, обустроенной под нужды как людей, так и драконов в их животном обличье. Да-да, драконы не просто горделиво именовали себя так. Они в самом деле превращались в гигантских ящеров, а чешуя у них была покрыта настоящими алмазами!

Так что убить дракона было безумно выгодно. И безумно накладно. Мало того, что могучий ящер мог сам превратить незадачливого охотника в шашлык – так еще и тушку потом надо было как-то упереть.

Именно этим и занимались аргонары. Кто они такие и где обитают – в этот раз вызнать не получилось. Но что они воевали с драконами как раз из-за их алмазной шкурки, служанка проговорилась.

До этого момента у меня мелькала шальная мыслишка – может сбежать от надменных гадов с их магическими пытками подальше, хоть к этим аргонарам, раз уж я их шпионка? Но с такими алчными браконьерами, истребляющими разумных существ ради наживы, связываться ни за что не стану.

Можно было даже понять суровость драконов ко мне, раз они считали меня браконьерской шпионкой. Правда, стоило вспомнить «приятные» ощущения от допроса, как понимание тут же улетучивалось… Слишком уж больно мне было. А к аргонарам я не имела отношения.

За болтовней с Илликой я успела искупаться и привести себя в порядок с ее помощью. И одеться в длинное голубое платье с пышной юбкой в пол, при этом из такой легкой и воздушной ткани, что было непонятно, как юбка держала форму! Кринолина к платью не прилагалось. Не иначе, без магии не обошлось!

Оделась я очень вовремя. Как раз в тот момент, когда я выведывала у служанки особенности местной валюты и денежного обращения – с хитростями и уловками, похлеще самой настоящей шпионки! – как раз в этот момент громко хлопнула дверь.

Не считая нужным стучаться к захваченной лазутчице, в комнату вошли двое мужчин. Один – Келиар. Второго я не знала – потому что вообще никого больше здесь не видела в глаза, кроме чародея и Иллики.

Мужчина был пониже ростом, чем Келиар, зато шире в плечах. Такой же темно-русый с легкой щетиной, с волевым подбородком и таким выражением лица, будто все обязаны падать перед ним ниц. Уж не Рикард Седьмой ли?.. Его я еще не видела – только слышала голос.

Спутник Келиара тоже разглядывал меня со странным выражением лица. Да и сам чародей смотрел совсем иначе, чем при допросе. В их глазах, помимо зверского выражения инквизиторов и палачей, светился самый настоящий мужской интерес…

После того как Иллика отмыла меня, распутала волосы и уложила длинными пышными локонами, посмотреть и правда было на что. Мое здешнее тело на тысячу процентов соответствовало стандартам модельной внешности.

Каждая женщина, даже самая привлекательная, найдет какую-нибудь мелочь в себе, которой будет недовольна и захочет изменить. Я тоже не была исключением – в своей прежней жизни, которая оборвалась аварией.

А вот это тело было таким, как будто я изменила все то, что хотела. Грудь выше, а талия тоньше; глаза больше и ярче, подбородок изящнее, волосы длиннее и пышнее… Любой мужчина засмотрится – даже на потрепанную. А уж когда Иллика навела красоту…

Оба смотрели на меня лишь несколько секунд – но очень выразительно. Затем дружно отвернулись – словно не царское это дело, пойманных шпионок разглядывать. Служанка тем временем согнулась в поклоне, а Келиар махнул рукой, приказывая ей уйти. Девушка поспешно выбежала за дверь.

Второй и головы не повернул, будто Иллики тут и не было совсем.

- Значит, ты ничего не помнишь? – обратился он ко мне, и я сразу узнала голос.

Да, это был Рик – король Алмазных Драконов собственной персоной. Такой же злой и надменный, как мне послышалось при первой нашей встрече – по одним лишь интонациям голоса, не видя его лица.

- Ничего не помню, ваше алмазное величество.

Едва сдержала в голосе сарказм. Алмазное – не просто из-за бесценной шкурки, а еще потому что головой упертый и непрошибаемый. Но все-таки сдержалась. Вдруг снесут голову за сарказм в адрес короля.

- Но свое имя ты назвала, - тут же отметил он педантично.

Я проговорила спокойно, с отстраненным холодком, который всегда помогал ставить на место таких высокомерных типов, но меня саму не выставлял наглой и вызывающей.

- Уточню, ваше величество. Я помню свое имя и свою жизнь. Но я не знаю ничего, о чем меня спрашивали вы и многоуважаемый чародей Келиар. Вы же убеждены, что я шпионка каких-то аргонаров, и просто не помню этого. Так я и ответила вам. На самом деле я не та, за кого вы меня принимаете. Я не шпионю на аргонаров и не знаю о них вообще ничего.

Брови драконьего короля изумленно поползли вверх. Чем я его удивила – не признала себя шпионкой в очередной раз? Или тоном и манерами? Вряд ли кто-то тут осмеливался так разговаривать с ним – молча убегали, как служанка.

Он умолк на несколько секунд. То ли опешил, то ли взял королевскую паузу – дать жертве прочувствовать свое ничтожество. Ну, во вторую игру можно играть вдвоем. Я тоже замолчала, не произнося больше ни слова. Молчанка так молчанка.

Его алмазное величество не выдержал первым.

- Дерзишь, лазутчица? Разве не понимаешь, что твоя жизнь зависит от одного моего слова?

- Я понимаю, что вы хотите выйти на моих нанимателей. И я – единственная ниточка к ним, помню я их или нет. И ваш чародей, - я кивнула на Келиара, - обещал вам найти способ заставить меня вспомнить. Вдруг у него получится. Убивать меня вам совсем невыгодно, как бы я ни дерзила.

- Есть и другие способы покарать нахалку, - бросил высокомерно сквозь зубы. – Бросить тебя в холодную темницу с охапкой соломы, без ванны, прислуги, и роскошной одежды.

Ого, как мы заговорили! В ход пошли угрозы, шантаж и демонстрация своей королевской крутизны. Куда ж без этого. Самое главное – не показывать шантажисту, что его угрозы хоть капельку меня испугали. Я невозмутимо пожала плечами.

- Безусловно, это в вашей власти. Только вряд ли господин Келиар захочет работать со мной в холоде и на соломе, с немытой, нечесаной и полуодетой. Да и вам придется регулярно видеться со мной, чтобы проверять результат его работы. Так что вы держите меня в комфортных условиях ради себя самих, а не ради меня.

Король чуть не скрипнул зубами. Так его! Пусть понимает, что имеет дело не с робкой безответной дурочкой. Такие наглые высокомерные типы понимают только силу и отпор.

- Слышал, Келиар? – бросил он. – Работай с лазутчицей усерднее. Если не получишь результата – я вас обоих брошу в темницу на солому. Немытых, нечесаных и полуодетых. Там и разберетесь между собой.

С этими словами он развернулся и вышел. А я слегка струханула… Наверно, я все же перегнула палку. Все-таки, мы с его алмазным величеством в разных весовых категориях. У меня против него – только гордые интонации в голосе… А у него – королевская власть. Может, стоило изобразить робость и покорность…

Напугавшись короля и собственного безрассудства, я и думать забыла о чародее… А тем временем… король вышел – а он остался. И смотрел на меня с очень странным выражением. Я заметила его, только когда Келиар сделал шаг ко мне.

Тогда я обернулась и напряженно отпрянула в сторону. А он сразу бросился ко мне – будто я могла куда-то сбежать… Схватил за плечо и развернул к себе.

- Что вы себе позволяете?! – воскликнула возмущенно.

И больше не смогла вымолвить ни слова, потому что Келиар резко притянул меня и впился в губы поцелуем.

Рикард Седьмой в бешенстве вышел из покоев, где содержалась лазутчица. Один взгляд на эту особу поднимал в нем бурю эмоций. Не самых приятных. Первая и самая острая – гнев и ярость. Засланная тварь поломала военные планы, так тщательно простроенные им самим и его лучшими полководцами.

За этим – злость на себя самого. Как он позволил мерзавке подобраться так близко. И наконец – какое-то необъяснимое, лютое негодование, что эта подстилка наверняка переспала минимум с тремя, чтобы подобраться к похищенным секретам. Отчего-то это последнее обстоятельство выбешивало Рикарда ничуть не меньше – а то и похлеще нарушенных планов.

На жертв шлюхи он злобился ничуть не меньше, чем на нее саму. Идиоты, без крупицы мозгов в голове! И он еще доверял им! Польстились на женские прелести. На огромные глаза с длинными ресницами, которые так дерзко и вызывающе смотрят на мужчину, раззадоривают в нем мужское естество. На грациозную походку, на тоненькую талию, которую мужчина мог обхватить одной рукой… На сочные, упругие грудки…

Тьфу, демоны его раздери! Куда бегут его мысли?!! Чем он сам отличается от этих ослов, павших жертвами ее соблазнительного шарма?!

Он с усилием воли заставил себя переключить мысли от притягательного облика шпионки. У него есть невеста. Юлалия. И между прочим, она ждет связи с ним.

Рикард поморщился, недовольно вспомнив, как Юлалия перебила его разговор с Келиаром. Нашла идеальное место для свадьбы, видите ли! Это прекрасно, но он был занят делом, а она помешала ему. А ведь он объяснял, что если сразу не устанавливает связь в ответ на вызов, значит занят делами и не следует вызов продолжать.

То ли она забыла тот разговор. То ли не придала ему значения. То ли не пожелала прислушаться, как это свойственно многим хорошеньким женщинам. И по правде сказать, Юлалия имела на то основания.

Она была не просто хорошенькой – настоящей красавицей. А главное, принадлежала влиятельному драконьему клану с древней и знатной родословной. Потому он и выбрал ее в жены из всех молодых дракониц на выданье.

Самый лучший вариант: девица, которая радует его взор и вызывает понятное мужское желание. И в то же время ее кровь достойна Алмазной короны. Ему повезло. Многим из его предков приходилось выбирать что-то одно из двух. А у него будет красивая и знатная жена с могучим магическим даром.

Тем не менее, он не собирался спускать ей неповиновение. Красивая или нет, знатная или нет – жена должна быть покорной мужу! Иначе что он за король, если не может приструнить собственную пока еще невесту? Тогда неудивительно, если ему и шпионки начинают дерзить…

Стоило вспомнить – тут же перед глазами встал облик зеленоглазой рыжеволосой нахалки. И вызывающий голос: «… вряд ли захочет работать со мной в холоде, на соломе, с немытой, нечесаной и полуодетой…» Полуодетой…

Демоны Рашберга! Как быстро его внимание соскользнуло с Юлалии на эту… эту… Слов не найти для нее. Так не пойдет. Надо уже связаться наконец с невестой и разобраться.

Рикард сформировал ментальное плетение вызова и направил Юлалии. Невеста не отвечала пару минут. Рикард усмехнулся. У него имелся особый королевский артефакт-маячок, который сигнализировал, получил ли адресат его вызов.

Маяк показал, что Юлалия ощутила вызов в первые же секунды. Но тянула с ответом. Не иначе, обиделась, что он резко ответил ей в прошлый раз, и оборвал ее вызов, когда она помешала его беседе с Келиаром. Ох уж эти женские штучки!

Когда невеста наконец приняла вызов, Рикард отыгрался. Сделал многозначительную паузу… А затем произнес с легкими нотками снисходительности:

- Юлалия. Ты хотела со мной поговорить. Я освободился и готов к разговору.

***

Я беспомощно дернулась в сторону – бесполезно. Хватка у Келиара была стальная. Онкрепче сжал мои плечи. Второй рукой ухватил прядь волос и намотал на кулак – я больше не могла и головы повернуть!

Он целовалменя долго, жестко. Краем сознания я ощутила, что от чародея исходил легкий хвойный аромат. В другое время он даже был бы мне приятен… если бы меня не схватили так бесцеремонно и не целовали насильно!

Наконец он соизволил выпустить меня.

- Что… что вы себе позволяете?! – отдышавшись, выкрикнула я.

Тот усмехнулся.

- Только что спрашивала. Избавляю тебя и себя от соломы в темнице. Для этого позволяю себе все, что мне позволено. Король приказал действовать быстро. А значит, нельзя пренебрегать никакими методами дознания.

- Дознания?! Это что, допрос такой был?!

- Разумеется, Катерина. Я сканировал твое подсознание. Ты решила, что я изголодался по женской ласке? Или потерял голову из-за твоей красоты?

Он продолжал улыбаться. А голос звучал неизменно насмешливо. Меня разобрала злость.

- А что дальше? Вы меня изнасилуете, чтобы убедиться, что я не шпионила на ваших аргонаров?!

Эта наглая чародейская сволочь и бровью не повел.

- Посмотрим, дойдет ли до этого. Телесный контакт дает очень много информации. Возможно, поцелуй поднимет те пласты твоего сознания, которые твои хозяева хотели скрыть от нас.

- И часто вы… сканируете чужое подсознание? И мужчин тоже? – уточнила язвительно.

- И мужчин. Не сам, разумеется. На это есть помощницы-чародейки.

Помощницы?! Да у этих алмазных господ целый магический бордель. Вот уж попала так попала… И никуда не сбежать с этой подводной лодки… то есть, с наскального замка.

- И как успехи? Теперь вы знаете всю мою шпионскую подноготную?

- Не так быстро, Катерина. Информация будет всплывать постепенно, в течение некоторого времени. Мы с тобой продолжим общаться и беседовать.

Я напряглась.

- Просто беседовать? Или повторять подобные, кхм, дознавательные методики?

Снова ехидная улыбочка на физиономии этого извращенца-манипулятора.

- Если пожелаешь, можно и повторить. Не обязательно ради дознания. Я не буду против. Ты великолепно целуешься.

- Я не целуюсь! – взвилась я до потолка. – Вы меня принудили!

- И тем не менее, даже с принуждением, целовалась ты потрясающе. Так что я с удовольствием повторю это не только для дела, но и для удовольствия.

- Даже не рассчитывайте! Я не шлюха, и с кем попало в постель не ложусь.

- Только с теми, от кого тебе нужно получить информацию?

- Ни с кем! – отрезала я.

И лишь потом заметила его пристальный, выжидающий взгляд. И до меня дошло, что пошлые разговорчики господина Келиара – отнюдь не болтовня мужчины-ловеласа. Ну или дракона-ловеласа.

Он провоцирует меня. Наверно, как раз ждет, чтобы всплыла та информация, которую надеялся зацепить своим поцелуем. Ну и пусть ждет до морковкина заговения. Всплывать-то нечему.

- С чего вы взяли, что я ложусь в постель ради информации? Эта ваша шпионка, за кого вы меня принимаете, с кем-то переспала для этого?

Келиар сощурился.

- Начинаешь вспоминать?

- Ничего подобного! Банальная логика и человеческая проницательность! Вы так смотрите на меня, что все ваши планы и догадки у вас на лбу написаны! Зря надеетесь, что ваши чародейские штучки дадут результат. Я не шпионка, никогда ею не была, ни с кем не спала! И хоть вы меня всю обцелуете с головы до пят – или посмеете зайти дальше! – реальность не изменится!

- Заманчивое предложение… - промурлыкал чародей коварно. – С головы до пят – это очень, очень близкий телесный контакт. Весьма эффективный… и приятный, в нашем случае. Возьму на заметку твою идею, если сегодняшний поцелуй не даст результата.

По спине пробежали мурашки. С него ведь станется… Не получит результат – а получать нечего! – и примется меня… того, с головы до пят. Полбеды, если один. А если у него кроме помощниц, и помощники имеются?

А Келиар, чтобы окончательно добить меня, промолвил:

- Вечером я зайду проверить, изменились ли твои воспоминания. Тогда и решим – ограничиться одним поцелуем… или попробовать новые методы.

И вышел, не переставая коварно ухмыляться.

От страха и напряжения меня скручивало, как бельевую веревку… Он ведь выполнит угрозу… Придет – и будет пробовать все методы, которые пожелает. И дознание тут ни при чем. К своим годам я уже научилась безошибочно определять похоть во взгляде мужчин.

Не страсть, не одержимость. Про любовь вообще молчу. Сиюминутную похоть просто для развлечения и удовлетворения физиологической потребности.

Я была пленницей, добычей этих двух мужчин – Рикарда и Келиара. Любой из них мог творить со мной что захочет. Королю, похоже, было плевать на меня. Его заботили только королевские понты – как бы приструнить наглую шпионку, чтоб знала свое место.

А чародей… Ему тоже плевать. Наверняка он готов собственноручно утилизировать меня после того, как выцепит всю желанную информацию об аргонарах. Или убедится, что я в самом деле ничего не знаю, - и тогда все равно утилизировать.

Ну а до того – позабавиться, как с бесплатной шлюхой. Что с меня взять, с лазутчицы, утратившей память?

И что мне делать при таком раскладе? Куда-то сбежать. Оставаться с этими высокомерными драконами нельзя. Еще и похотливыми. Оприходуют под предлогом «дознания» - и вышвырнут в окошко со своей скалы.

Но куда бежать и как? За мной ведь наверняка глаз да глаз. Никуда не вырвешься. И держать будут взаперти.

Взаперти… Я посмотрела на дверь. А ведь Келиар, выходя, прикрыл ее одним легким движением. Я не слышала, как хлопнул замок или повернулся ключ. Ну у них тут наверно магические запоры. Никто не даст пойманной лазутчице просто так покинуть место заточения.

Тем не менее я подошла к двери. Проверить на всякий случай. Взялась за ручку, потянула… И чудо – дверь легко распахнулась! Не веря глазам, я выглянула в коридор.

Снаружи моего узилища оказалось просторно – как и внутри. И многолюдно. С высокомерными физиономиями выхаживали мужчины в нарядах, как у Келиара с королем. И женщины в платьях, подобных моему. Сновали туда-сюда слуги в одежде поскромнее, как у Иллики.

На меня никто не обратил внимания. Парочка, которая прошла совсем близко к двери, бросила взгляд на мою ошарашенную физиономию, кивнула со сдержанной любезностью, граничившей с безразличием. И прошла мимо. Другие даже не поворачивались в мою сторону.

Осмелев, я сделала шаг наружу. Что мне терять? Меня не заперли, и даже не приказали не высовывать носу. Я ничего не нарушаю. Имею полное право прогуляться, размять косточки.

Так я пошла со всеми остальными, стараясь придать себе такое же надменное выражение, как у местной аристократии. Куда идти – понятия не имела. Как вернуться назад – тоже. Но здравый смысл подсказывал, что меня все равно далеко не отпустят. Как спохватятся – так быстренько покажут обратную дорогу.

А пока не спохватились, огляжусь по сторонам. Как тут все устроено.

Коридоры были широкими и просторными. Ничто не выдавало, что мы находимся внутри скалы. Разве что отсутствие окон – но его с лихвой компенсировало золотистое освещение, лившееся со стен и потолка. Оно создавало ощущение, будто ты гуляешь под настоящим солнцем.

Мое присутствие по-прежнему никого не удивляло. Еще пара человек – или не человек?.. – небрежно кивали мне. Я отвечала, и старалась делать это любезнее, чем в мою сторону. Просто рассуждая логически.

Меня здесь знали. Значит, шпионка провела в замке какое-то время, у нее была своя легенда. И ее маскировка явно не относилась к высшей аристократии. Не так-то просто разработать прикрытие в высших кругах. Поэтому здоровались немногие и откровенно свысока.

Что будет, если кто-то из ее знакомых пожелает пообщаться? Да в общем-то, не мои проблемы. Я тут никому ничего не должна. Пусть Келиар с королем сами разбираются. А я могу изобразить дурочку или грубиянку, просто уклониться от разговора под любым предлогом.

С этой мыслью я почувствовала себя еще смелее. Распрямила спину, завернула за угол… и оказалась на открытой площадке, залитой солнцем.

Да-да, настоящим, ярким желтым солнцем! Под настоящим, голубым небом.

Я чуть не утратила контроль и не порушила свою маскировку, застыв на месте и уставившись в небо. Через несколько секунд сообразила захлопнуть рот и пройтись по площадке спокойным уверенным шагом.

Она была размером с футбольное поле. По краю проходила высокая балюстрада, украшенная густыми вьющимися растениями, с огромными алыми цветами. А за ней на горизонте виднелись остроконечные башенки.

Я подошла вплотную к балюстраде. И снова чуть не охнула. Оказывается, башенки и впрямь высились над крутым скальным массивом. А под балюстрадой уходила вниз пропасть без конца и края. Как я ни всматривалась, не увидела ее дна.

Осознав, на какой громадной высоте я нахожусь, я отступила назад. Закружилась голова, к горлу подступила легкая тошнота. Тут еще кто-то громко закричал позади меня, резанув барабанные перепонки:

- Арея! Арея!

Я не обернулась – из-за головокружения и тошноты было не до того. Мало ли что там кричат. Мне бы как-то оправиться от слабости, пока никто не заметил. Но в этот миг меня схватили сзади за локоть.

А через долю секунды передо мной оказался мужчина – высокий, элегантный, с длинными белокурыми волосами. Словно сошел с обложки журнала.

Удерживая меня за руку, он выговорил:

- Я что-то сделал не так, Арея?! Почему ты избегаешь меня?

От неожиданности я закашлялась.

- Прости, я тебя испугал! – всполошился мужчина. – Может, ты простудилась? Я пришлю к тебе своего личного лекаря-чародея!

Нет уж, спасибо… Есть у меня один такой личный чародей. Хватит с меня выше крыши. Но за что такая щедрость, интересно?..

- Благодарю, - проговорила я кисейно, потупив очи долу. – Просто в горле запершило. Должно быть, ветер.

Мой внезапный благодетель замолчал и несколько секунд смотрел на меня.

- И все-таки ты простудилась, Арея… Ты как-то странно выглядишь… и разговариваешь. Мне так нравилась твоя дерзость. А теперь тебя и не узнать…

Ах, дерзость? Ну вот, начинаю понемногу узнавать о шпионке… Дерзость это без проблем. Тут же громко расхохоталась.

- Да просто ты меня рассмешил, и я решила немного над тобой подшутить! Прямо как клушка над цыпленком! Я ведь взрослая женщина, ни к чему трястись над каждым моим чихом.

Белокурый незнакомец расплылся в улыбке.

- Вот теперь узнаю мою Арею! И верю, что ты здорова!

Радости полные штаны. Еще бы теперь мне узнать, что ты за птиц и как тебя зовут. Улыбнулась как можно более дразняще и провокационно.

- Твоя Арея в состоянии позаботиться о себе, мой дорогой! Или найти того, кто позаботится о ней.

И одарила высокомерным взглядом, добавляя штрихов к образу сексапильной стервочки. Мол, ты ведь не считаешь себя единственным претендентом на мое внимание? А сама напряженно думала – что за стручок такой нарисовался?.. Любовник – или ухажер, которого Арея искусно манила, как ослика морковкой.

Почему-то второй вариант мне виделся более вероятным. Мужчина редко смотрит так на женщину, которой сумел добиться. Разве что та совсем конченая манипуляторша… Но чаще подобные взгляды – алчные, полные страсти – достаются той, кого расценивают как вожделенный трофей.

Если шпионка Арея вела такую игру – я прекрасно могу ее продолжать. Приходилось сталкиваться с такими павлинами, свято убежденными, что любая женщина должна падать к их ногам. А если этого не произошло – разбиться в лепешку, но завоевать ее благосклонность.

Ведь на кону не эта женщина, не ее любовь. На кону – его самомнение! Как это так, первый парень на деревне – и не сразил наповал какую-то фифу! Надо немедленно исправить досадное недоразумение!

Ну а потом, если фифа не поддается, а умело играет амбициями и ожиданиями павлина… то превращается для него в настоящую ценность. Глядишь, и о ее здоровье переживать начнет. И лекарей слать. Как же – вдруг дуба даст, прежде чем он ее завоюет и утешит самолюбие!

Ну а если все же добьется, то быстро утрачивает интерес. Даже если не сразу – все равно пламя азарта в глазах уже не будет полыхать так ярко. Потому я и предположила, что ничего у блондинчика с Ареей не было. И весь он пышет ожиданием и предвкушением…

А красавчик произнес, подтверждая мою гипотезу:

- Тебя не возьмет ни хворь, ни другая напасть! Не посмеет подступиться к твоей красоте! Скажи, моя прекрасная Арея… твое обещание на вечер в силе?

Вот же зараза. И какое обещание?.. Явиться к нему в спальню и вручить девственность? Подарить поцелуй? Или просто прогуляться вместе под звездами, держась за руки?

Я представления не имела о нравах и традициях Алмазных Драконов, с какой скоростью у них тут развиваются романтические отношения… и как быстро случается интим в этих отношениях.

Все это имело огромное значение для того, какую стратегию мне выбрать. Как лучше отшить белобрысого, чтобы не нажить смертельного врага… А может, впоследствии еще придется прибегнуть к его помощи.

Поэтому мне жизненно важно угадать, что именно пообещала ему Арея. Если безобидную прогулку – лучше сделать это и продолжать манить ослика морковкой. Вдруг дело дойдет до романтического путешествия. А там и сбежать легче, чем из замка-скалы.

Ну а если все уже движется к сексу – тут уж извините. Расхлебывать интрижки Ареи у меня нет ни малейшего желания.

Я вновь изобразила дразнящую улыбку.

- А это зависит от твоего поведения, мой дорогой! И от моего настроения. Вдруг мне станет недосуг!

- Ну уж нет, солнце души моей!

Блондин подступил ко мне вплотную. И взял за руку проникновенным, чувственным жестом.

- Сегодня я тебя не отпущу. Поведение будет таким, каким ты пожелаешь. Только скажи – все сделаю для твоего настроения. Чем мне тебя порадовать, скажи?

Он наклонился ко мне. Явно желая поцеловать! Черт-черт-черт! Ну и как выкручиваться?! Он практически зажал меня между своим телом и балюстрадой… за которой бездонная пропасть.

Едва вспомнила о пропасти – как меня прошиб холодный пот. Чертов страх высоты. Угораздило же попасть не куда-нибудь, а в замок на скале! Чертовы драконы!

- Не стесняйся, милая…

Он уже не просто говорил, а шептал. Так же проникновенно… и соблазняюще.

- Сегодня мне на глаза попался матушкин перстень с алмазом из чешуи батюшки. Он подарил ей такой в день помолвки. И я подумал, как завлекательно он смотрелся бы на твоем пальце…

Как мило и трогательно. Батюшка выдрал алмаз из чешуи матушке на помолвку. Может, ему больно было? А сынок мне такого не предлагает. То есть, Арее. Хочет чужим подвигом откупиться.

- Хочешь тоже посмотреть, Арея? Как он засияет на твоей чудесной, узкой ладошке?

И он потянулся ко мне губами! Я невольно прянула назад – и уперлась в балюстраду пятой точкой. Да чтоб тебя ежик закусал, кавалер нетерпеливый! Что же мне делать?!

И тут нас накрыла тень. Воздух прямо над нами засвистел, рассеченный чем-то очень мощным и стремительным. Мы разом подняли головы. Сгорающий от страсти ухажер отступил в сторону и выпустил мою руку.

Я увидела, как в центре площадки опускается громадный крылатый ящер. Все его тело было усыпано прозрачными, блистающими на солнце каменьями. Зрелище настолько завораживало, что я забыла и про назойливого кавалера, и про обещание Ареи, и даже про страх высоты.

А потом, когда перепончатые лапы ящера коснулись пола, он на долю мгновения исчез. Вместо него из ниоткуда возникла мужская фигура. Невысокая, широкоплечая… знакомая до нервных колик в животе.

Его величество Рикард Седьмой. Как всегда, чем-то буйно недовольный. Разъяренный взгляд пожирает меня и белокурого кавалера.

- И кого это я вижу?! – прошипел Рикард, как настоящая змеюка – будто и не превращался в человека! – Граф Тарлиний собственной персоной?! Что ты делаешь во дворце, когда должен вести укрепление приграничного форта? Покинуть такой ответственный пост в военное время – приравнивается к дезертирству! Или тебе жить надоело?

Белокурый граф Тарлиний – вот я и узнала его имя! – вздрогнул.

- Но государь, сегодня меня подменяет генерал Кретус. Ты сам дал разрешение три дня назад.

Ни пламенный взгляд, ни яростный голос Рикарда не смягчились ни крохи.

- Припоминаю, было дело. Ты просил прислать тебе подмену, чтобы повидаться с семьей. Расписывал во всех красках, как соскучился по жене и детишкам. И что я вижу? Это так ты по ним скучаешь? Обжимаешься с посторонней девицей? Или может, у меня плохо с памятью, и твоя жена – она, а не графиня Илона?

Так-так… А кавалер-то женат. Драконьи нравы начинают проясняться. Не слишком далеки от человеческих…И Арея какова, не побрезговала женатиком. Хотя возможно, он ей для дела нужен?..

Блондин налился пунцом от носа до корней волос.

- Государь, я не обжимаюсь с госпожой Ареей! Я как раз шел в свои покои, к графине Илоне и детям. Проходил через взлетную площадку, и увидел, что госпожа Арея плохо себя чувствует. Я предложил ей прислать лекаря.

И бросил на меня многозначительный взгляд – подыгрывай, мол. Ага щаззз. Пусть сам выкручивается как знает. Делать мне больше нечего – покрывать женатика перед Рикардом, который прекрасно знает, что я ни разу не Арея. Вернее, верит, что я – Арея, потерявшая память.

Так что я и рта не раскрыла. Пусть эти двое собачатся без моего участия. Голова целее будет. Мне бы еще отползти куда-нибудь в уголок, подальше от эпицентра намечающейся драки…

Как бы не так. Кто меня еще пустил бы в уголок. Рикард перевел полыхающий гневом взгляд на меня.

- Значит, госпожа Арея плохо себя чувствует?

Право, обличье ящера ему куда больше подходит. Люди так не шипят.

- Просто на минуту голова закружилась, государь, - промолвила я. – Ничего серьезного.

- Графу ты сказала иначе, раз он лекаря к тебе собрался заслать?!

- То же самое, государь.

Я вновь взяла прежний тон, сдержанно-прохладный, который использовала с Рикардом чуть раньше, объясняя, что я не шпионка аргонаров. Как и в тот раз, Рикард опешил. Как так – его не боятся, перед ним не оправдываются, не стараются себя выгородить! Кратко ответили – и все.

Тарлиний обиженно раздул ноздри – что это я его не прикрываю?! Я даже не смотрела на него. Только холодно и спокойно на Рикарда. Король развернулся к своему подданному.

- Живо марш в свои покои! Занимайся семьей, и чтобы я тебя сегодня не видел нигде больше во дворце! А завтра с рассветом возвращаешься на пост! У меня есть другие поручения для Кретуса, незачем ему прохлаждаться на отстройке форта! Ну? Чего окаменел, как демон под солнцем? Ноги в руки – и прочь отсюда!

Тарлиний резко поклонился королю, развернулся и зашагал прочь со взлетной площадки. На меня и не посмотрел. То ли боялся, то ли дулся, что я его подставила. Если так – то дуться незачем, он сам себя подставил.

И верно, незачем обжиматься с девицами, когда его тут ждут жена и дети, а там – укрепление форта. А главное – девице его объятья нужны, как козе баян!

Но я рано злорадствовала над опозоренным женатиком. Тарлиний ушел – а Рикард остался. Такой же злющий, как был. И если до этого его злость обрушилась на любвеобильного неверного графа, то теперь бесстыжий изменщик больше не стоял между мной и королем.

Теперь Рикард смотрел прямо на меня.

***

Разговор с Юлалией отнял у Рикарда прилично времени. Невеста любила его время и внимание. Любила, когда он тратил их на нее. И Рикард, в общем-то, не был против… Когда располагал и тем и другим.

Юлалия была крайне привлекательна. И весьма умна. Она умела нравиться мужчине. Рикард не без удовольствия общался со своей нареченной. Но его время и внимание занимали еще и государственные дела.

Сегодня ее настойчивое желание пообщаться было совсем некстати. Маги Келиара засекли след шпионки, а сам чародей изловчился наконец подстеречь и схватить хитрую тварь.

Сколько же времени она водила его за нос! Прикрывалась личиной Ареи, фрейлины супруги одного из его генералов. Арея была девицей из драконьего рода, не слишком могущественного и знатного.

В какой момент аргонарская лазутчица подменила простую драконицу – Рикарду только предстояло выяснить. И что стало с девушкой. Быть может, настоящая Арея так и не приезжала в королевский дворец, а сгинула где-то по дороге, и во дворце видели только подменную личину шпионки.

Она прибыла в услужение чуть больше месяца назад. За это время никак не отличилась – жалоб и нареканий от госпожи на нее не было. Хотя из того, что Рикард наблюдал, девица была отчаянной вертихвосткой.

Соблазнила, вскружила голову трем его помощникам! Тарлиний был прилежным семьянином, искренне любил жену и детишек, а интрижки на стороне… скажем так, позволял себе весьма аккуратно. Находясь на приличном расстоянии от семьи.

Какой мужчина выдержит долго без женской ласки! Но для воина на первом месте долг, и если служба обязывает находиться вдали от семьи… то можно развлечься с доступными девицами, не рискуя репутацией и не подставляясь под скандал.

В приграничных фортах Тарлиний приводил к себе девиц. Но к Арее он лип прямо здесь, во дворце! Где его могли увидеть и донести жене. Безумец совсем потерял голову от манипуляций шпионки.

Рикард пересматривал сцены их встреч на магическом экране. Все драконы на государственной службе были связаны с королевским артефактом, который мог в любой момент показать их перемещения правителю.

Запрет налагался на общение с семьей и сцены интимной близости. Потому Рикард и не мог достоверно узнать, спала шпионка со своими жертвами или нет. Почему-то отсутствие ясности в этом вопросе доводило Рикарда до белого каления.

Он скрежетал зубами от злости, глядя, как коварная тварь соблазнительно улыбалась Тарлинию. Ему хотелось вскочить с места, найти этого олуха, схватить за шкирятник и как следует тряхнуть твердолобой башкой об стену! Нечего мозги терять из-за каких-то вертихвосток!

Артефакт считал его мысленный импульс – и воспринял как приказ. Изображение замерцало и погасло. А в следующий миг показал королю Тарлиния – не в прошлом, а здесь и сейчас!

И тут Рикард понял… Все, что он чувствовал до сего момента, вся злость и гнев на аргонарскую тварь, на тупых баранов, которых она окрутила… Все это лишь цветочки! А вот теперь его охватил ураган бешенства!

Потому что этот олень, этот тупой напыщенный индюк стоял рядом со шпионкой прямо сейчас!

Стоял и так же идиотически улыбался, как Рикард видел в сценах прошлого. И эта тварь тоже улыбалась. И тоже один в один к тем сценам с экрана. Хищно, зазывно, дразняще.

Помимо злости на Тарлиния, короля затопила ярость на Келиара. Чародей, которому он доверял как себе самому, лгал или был бессилен. Потеряла память?! Как бы не так! Эти ужимки, эти взгляды из-под ресниц, флирт и кокетство…

Шпионка делала все то же самое, что показывал Рикарду артефакт! Она вела себя точно так же – играла, затягивала в сети! А Тарлиний подступил к ней вплотную, взял за руку, гладил… и вот-вот собирался поцеловать!

Гнев короля достиг пика. Окутал его багровым туманом. Рикард уже сам едва соображал, что делает.

Он вскочил, оттолкнул от себя стол и опрокинул гранитную столешницу. В два прыжка достиг окна. Ударил кулаком – ставни с грохотом разлетелись в стороны, на одной разбился ценнейший витраж, и разноцветные осколки посыпались в пропасть.

Король даже не оглянулся. Выпрыгнул в распахнутое окно и перекинулся драконом. Едва сознавая, зачем делает это, метнулся к взлетной площадке, где Тарлиний зажимал и тискал Арею-Катерину.

***

- Возвращайся в свои покои, - процедил сквозь зубы Рикард.

Развернулся ко мне широченной спиной и зашагал прочь. Я подбоченилась. Так и захотелось топнуть ножкой и объявить: «Не дождетесь!»

Вовремя сдержалась. Это не истекающий слюнями Тарлиний. Это его алмазное величество, которое может меня в труху стереть. Или испепелить своим драконьим дыханием. На худой конец – запереть в темнице на соломенном тюфяке.

Лучше не нарываться и делать, что он говорит. Тогда, быть может, у меня еще останется возможность покинуть… мои покои. Вот что это за комнатка, оказывается. Я-то думала, шпионку изловили и приволокли в специальное допросное помещение, а они пытали ее «дома».

Размышляя, я пересекала площадку, добросовестно выполняя приказ короля. А добравшись до выхода, сообразила, что выполнить его не так-то просто. Я просто не знала, куда идти! Попробуй дойди в огромном дворце туда не знаю куда…

А алмазноголовое величество изволили так шустро ушпандорить вперед широким размашистым шагом, что я потеряла его из виду. И что делать? Попросить первого встречного проводить меня в собственные покои? Как-то странно выглядит. И не факт, что первый встречный в курсе, где обитает шпионка Арея. Или кем ее тут считали.

Уже после я сообразила задним умом, что мне стоило просто-напросто остаться стоять на месте. Дождаться, пока разъяренное величество принесется обратно, примется раздавать мне дрендюлей. И тогда уже объяснить, что я просто не знала, куда идти.

Сделай я так – избежала бы изрядных неприятностей… Но задним умом все хороши.

Все случившееся как следует вышибло меня из колеи. Встреча с настырным женатым Тарлинием, явление короля в драконьем обличье, со шкуркой, сверкающей алмазами… А до этого – приставания чародея. И еще мой страх высоты. Ну и само попадание, да авария. Надо быть настоящим героем, чтобы сохранить незамутненный рассудок с такими сумасшедшими приключениями…

Так что я сделала не самую умную вещь. Попыталась найти дорогу сама. Просто побрела по дворцовым коридорам куда глаза глядят. Внимательно присматривалась к дверям – которая из них похожа на мою?

Увидев похожую, уверенно толкнула ее, заглянула внутрь. И очутилась в огромной бальной зале, где сновали слуги, начищая до блеска пол, мебель и стены. На меня никто не обратил внимания, все были заняты делом.

Я не стала задерживаться и разглядывать роскошное убранство залы – закрыла дверь и пошла дальше. Я уже поняла нелепость своей затеи, пожалела, что не осталась на взлетной площадке ждать короля. Но было поздно – вернуться на площадку я бы тоже не смогла.

На глаза мне попалась еще одна похожая дверь. Я отворила ее так же уверенно и решительно, как в прошлый раз. То, что мое предыдущее появление осталось незамеченным, успокоило меня и усыпило бдительность.

Только сейчас передо мной оказалась не огромная зала, полная слуг, а небольшая камерная комнатка. А в ней за овальным столиком расположились полдесятка женщин. Они выкладывали перед собой нечто вроде земных паззлов.

И когда я сунула в комнату свой невезучий нос, все как одна подняли головы и уставились на меня!

Отчего-то их взгляды показались мне недружелюбными. Возможно, я себе надумывала. Что я знаю о женщинах этого мира? И все равно стало не по себе… Ладно, где наша не пропадала.

Я учтиво склонила голову, молвила самым разлюбезным тоном:

- Хорошего дня, дамы!

И тихонько убралась обратно в коридор, прикрыв за собой дверь. Пошла дальше, собираясь выбросить из головы странные взгляды женщин за столом. Не тут-то было.

Краем уха я услышала, как дверь за моей спиной открылась. Быстрые шаги и шорох длинной юбки по полу нагнали меня. Дорогу мне преградила одна из женщин, которые сидели за мозаикой.

Я невольно отшатнулась – таким злым и ненавидящим был ее взгляд. А в следующий миг ее ладонь взметнулась и полетела мне в лицо.

Вот тут детдомовские рефлексы не подвели меня. Я перехватила ее руку, не давая отвесить размашистую оплеуху. Женщина прошипела:

- Оставь моего мужа в покое, треклятая шлюха!

Только этого мне не хватало! Супруга неверного графа вознамерилась отыграться. Ну уж дудки, расплачиваться затрещинами за кокетство Ареи я не собиралась.

- У меня нет никаких видов на графа Тарлиния, графиня Илона, - вспомнила я чудом имя обманутой супруги. – Извольте держать себя в руках и вести как подобает благородной даме.

В ответ я ждала чего угодно. Крик и визг, новую попытку врезать мне пощечину, ледяные уничижительные оскорбления… Может даже извинения, если в графине проснется здравый смысл. Но женщина отреагировала совсем не так. Она изумленно округлила глаза.

- Графиня Илона?.. Почему ты так меня назвала? Ты что, сошла с ума?! Я Лаэлия, жена барона Дитрика!

Опаньки… Штрилиц никогда не был так близок к провалу…

Барон Дитрик, елы-палы! Тарлиний. Кто следующий? Много здесь лопухов, жертв коварной соблазнительницы Ареи? И сколько в этом замке жен, жаждущих осыпать меня оплеухами?!

Похоже, придется ходить по замку, как по минному полю. Озираясь, не выскочит ли из-за угла очередная оскорбленная супруга…

Не знаю, каким чудом я ухитрилась взять себя в руки и невозмутимо пожать плечами.

- Прошу прощения, баронесса Лаэлия. Я только что беседовала с графом Тарлинием… о его супруге и детках. Поэтому эти имена до сих пор вертятся на языке. Конечно же, я имела в виду, что ни в коем случае не имею недобрых намерений в адрес вашего супруга. Узы брака святы, и я не собираюсь на них посягать.

Вот тут у ревнивой баронессы отвисла челюсть.

- Узы брака свя… - и не договорив, сорвалась на визг: - Да что ты из себя строишь, шлюха деревенская! Еще вчера нагло строила глазки моему мужу, и не только ему! А тут лицемерно запела, что узы брака святы?! Будь я на месте твоей госпожи, отхлестала бы тебя по лицу за такое поведение! Она слишком добра и легковерна, но однажды и у нее глаза откроются!

- Вы только что собирались отхлестать меня по лицу и на своем месте, - напомнила я. – А моей госпоже виднее, как поступать. Сейчас позвольте пройти, пожалуйста.

И вновь баронессу перекосило от злости.

- Да что ты себе позволяешь, нищебродка?!

- А вы, баронесса? Разве такое поведение достойно высокородной дамы? Разрешите пройти.

Я отодвинула в сторону опешившую тетку и быстренько просочилась мимо, пока она не вышла из ступора. Маскировка завалена по полной, ничего не поделать. Похоже, шпионка Арея вела себя совсем иначе. Флиртовала с мужьями, избегала жен, строила приличную девицу перед своей неведомой хозяйкой.

Ну что теперь поделать. Я не собиралась платить по чужим счетам и доигрывать игры, которых не начинала. Чужие мужья – последнее, что я собиралась присваивать себе в этом мире. Тут собственную голову хоть как-то удержать бы на плечах.

А если нехарактерное поведение Ареи кого-то удивит – что поделать. Пусть его алмазное величество и Келиар сами придумывают объяснение. Может, тут есть какая-то местная религия, и Арея могла внезапно в нее удариться, ачотакова.

За спиной вновь раздался стремительный шелест юбки по полу. Рррр. Кажется, баронесса не собиралась сдаваться. Я обернулась, не желая оставаться спиной к противнику. Так и есть – оскорбленная жена танком надвигалась на меня.

- Я еще не разобралась с тобой, нахалка! Так просто ты не уйдешь!

Да что вы говорите. Могу уйти вприсядку с разворотом.

Вслух я ничего не сказала, молча заняла боевую стойку. Драка так драка. В детдоме я прошла разные бои без правил – и женские, и не только. Поглядим, кто кого. Баронесса будет сильно удивлена.

Но Лаэлия, летевшая на меня метеором, вдруг встряла как вкопанная. Уставилась куда-то через мое плечо, сглотнула… и склонилась в реверансе.

Ага… И почему я догадываюсь, что она там увидела? Или кого. Я повернула голову. Так и есть. Алмазное величество, как всегда, явилось в самый нужный момент.

- Государь, мое почтение… - пробормотала баронесса.

- И тебе мое, Лаэлия, - небрежно бросил тот. – И тебе… Арея.

Тон, которым король обратился ко мне, был отнюдь не небрежным, а… многообещающим. Похоже, его величество никак не мог решиться, колесовать меня, четвертовать или зажарить драконьим дыханием. Но моя мучительнаясмерть с предварительным истязанием у него на лбу была написана.

Мне хотелось кивнуть в ответ так же пренебрежительно, как он Лаэлии, и по-свойски обронить: «Виделись!» Но тогда он точно запрет меня, и хорошо если не в лечебницу для душевнобольных. Так что я изобразила подобие реверанса.

- И вам мое, ваше величество.

Он снова зыркнул на меня угрожающе и попытался изобразить взглядом направление – мол, следуй за мной. Выглядело это так, словно на его величество напал нервный тик. Ну или он собирается меня сглазить.

Не дожидаясь ответа, он прошагал мимо нас и завернул за угол. Ну все, сейчас я отстану от него второй раз, опять не дойду до жилища Ареи, и тогда его алмазность точно меня распнет.

Так что я отпихнула с дороги Лаэлию, которая хлопала глазами вслед королю, и ломанулась за ним. Рикард стремительно удалялся, впечатывая в пол каждый шаг. Я поспешно засеменила, пытаясь нагнать его.

Он чуть повернул голову в мою сторону… но вместо того, чтобы остановиться и подождать, наоборот ускорил шаг! Будто удирал, а я его преследовала! Я побежала шустрее – а он от меня.

Я заработала локтями, как заправский спринтер на беговой дорожке. В платье с длинной юбкой это должно смотреться феерично!

Рикард не выдержал: остановился, уставился на меня, ошарашенно отвесил челюсть… а потом исчез! Не превратился в дракона – просто взял и исчез!

Теперь настала моя очередь потрясенно обшаривать глазами коридор. Прямо как ревнивый муж в поисках любовника жены. Ни следа его величества. А потом где-то поодаль раздался скрип и хлопок двери. Я пошла на звук – и о чудо!

Передо мной была дверь моих апартаментов. Точнее, Ареиных. На этот раз безошибочно она. Я открыла ее и заскочила внутрь. Ну вот, я практически дома! Наконец-то можно расслабиться и перевести дыхание.

Не тут-то было. Едва я с наслаждением плюхнулась на тахту, где меня пытал Келиар, задрала набегавшиеся ноги и собралась передохнуть, как над головой прозвучал знакомый взбешенный голос:

- Изволь объяснить, что за представление ты устроила?!

Его алмазное величество возник из ниоткуда так же, как только что исчез. И теперь возвышался надо мной аки скалистая глыба. Как уронит кулачище – и проломит мою многострадальную головушку…

Но Рикард пока только свирепо зыркал в своей уже привычной манере. Кулаки держал при себе. Я села обратно, придавая себе пристойный вид. А то разлеглась, не видя гостя. Мало ли что ему в голову взбредет. Вдруг он тоже владеет методами допроса, как у Келиара…

- Не понимаю, о чем вы.

- Я сказал тебе, идти в свои покои! А ты решила по замку прогуляться?!

- Я пошла в свои покои. То есть, в покои госпожи Ареи, как я выяснила ее имя. Вот только заблудилась.

- Заблудилась?!

- Разумеется. Я впервые в вашем замке. И покои, напоминаю, не мои. Я не знала дороги, а вы не соизволили проводить меня.

- Проводить тебя?! Ты забываешься!

Он так побагровел, что я аж испугалась. Вдруг его сейчас инфаркт хватит. Невозмутимо пожала плечами.

- Значит, Келиара прислать могли. Если вам не по статусу провожать деревенщину и нищебродку.

Он чуть не кинулся на меня ястребом.

- Ах, ты все-таки помнишь, что ты из провинции и бедной семьи!

- Ничего подобного. Это баронесса Лаэлия изволила обласкать такими комплиментами. А я не могу ничего вспомнить, потому что я не Арея.

Король фыркнул.

- Конечно, ты не Арея. Не драконица из обедневшего провинциального рода. Только демонам ведомо, что ты сделала с настоящей Ареей.

- Ничего! Я не Арея, но я и не ваша шпионка!

Да уж, это даже не раздвоение – растроение личности! Еще и в убийстве пытаются обвинить.

- Я в своей жизни не причинила вреда ни одному живому существу. И мне от всего сердца жаль, если бедная девушка пострадала от рук этой шпионки. Но я ее пальцем не тронула.

Король не смягчился ни на пол-мизинчика. Продолжал смотреть на меня так, словно желал помножить на ноль.

- Разумеется. Ты и Арею не тронула, ты и с Тарлинием не заигрывала!

- Нисколечко! Это он заигрывал со мной. Я даже не знала, что он женат! Просто пыталась как-то выкрутиться, вы ведь ничего мне не объяснили. Кто я здесь, каков мой статус, как я должна себя вести.

- Я должен тебе объяснять?! Ты полагаешь, у короля нет других дел?

Я пожала плечами.

- Вы или Келиар. Ведь кроме вас никто не знает, кем на самом деле оказалась Арея, не так ли? Вам нужно, чтобы я продолжала жить ее жизнью. Иначе вы заперли бы меня. Но вы рассчитываете, что ее сообщники выдадут себя. Если Келиар первым не вытащит из меня несуществующие воспоминания о них.

Несколько минут король молчал, чуть не скрипя зубами. И неожиданно заговорил:

- Ты прибыла во дворец месяц назад. Тебя взяла в услужение госпожа Эмилия, жена генерала Бенарда. Ты ее фрейлина.

Ну вот, уже кое-что. Надеюсь, генерала Бенарда лже-Арея не соблазняла, и его генеральша не планирует выдрать волосы своей многострадальной фрейлине…

А его алмазное величество снизошел до объяснений – прогресс! Что его сподвигло – может, предложение сделать моим учителем Келиара?..

Я тоже позволила себе любезно поблагодарить его и следом уточнила:

- Значит, у меня есть обязанности фрейлины? В чем они заключаются?

Рикард взвился:

- Я должен растолковывать тебе, как прислуживать госпоже?! Ты совсем обнаглела!

- Ничего подобного. Я просто пытаюсь разобраться, как себя вести. Но возможно, это лучше сделать Келиару. Он все равно должен явиться вечером. Проверить как работают его, кхм, методы дознания.

Я произнесла это с некоторой долей ехидства. Отчего-то у меня было предчувствие, что короля не обрадует такое известие. Не объяснить, почему – ведь он сам приказал Келиару любой ценой заставить меня вспомнить.

Но едва я договорила, как мне стало по-настоящему жутко.

Если до этого Рикард ярился, когда я пыталась сделать из него наставника для шпионки-фрейлины с амнезией, то сейчас с ним произошло нечто странное. Его глаза угрожающе сузились. В лице появился холод, которого я еще не видела.

- Какие еще методы дознания? И почему он собрался прийти вечером?

- Вам лучше его спросить. Я пока слишком плохо ориентируюсь в вашем мире, чтобы понимать, что к чему. Он ведь мог и солгать насчет дознания… а поцеловать меня просто из мужского самомнения или чтоб позлить…

- Тебя просто что?!

Так-так-так… Интуитивно я чувствовала, что-то здесь неладно. Потому и постаралась сдать Келиара с его методами допроса. Но реакция короля просто испугала меня. Она была какой-то чрезмерной…

Словно чародей не просто… превысил полномочия, а совершил нечто ужасное и непростительное… Вообще, если бы ситуация была иной, я бы просто подумала, что алмазное величество ревнует.

Но это если бы мы были простыми ребятами, юными студентами с буйствующими гормонами. Причем все трое.

А тут – один целует с ходу, заявляя, что так надо для допроса. Второй ярится, застав меня сначала с белобрысым женатиком, затем узнав о поцелуе первого. Ну вот честно, диагноз вроде налицо – ревность… но с чего бы?

Король есть король. Шпионка есть шпионка. Арея – вообще провинциалка из обедневшего рода. Ни та, ни другая не стоят таких королевских страстей. Если его величеству приспичит, он может с легкостью оприходовать любую понравившуюся ему даму. Но он не подступается, а только бесится. Тогда в чем же тут дело?

Местные традиции мешают? Это у нас на Земле король-солнце, нет отбою от фавориток, а в их… Алмазно-Драконии король должен быть воплощением целомудрия? Не похоже на то, если посмотреть, как тут женатики вьются вокруг шпионки. Нравы тут явно вольные.

Так что поведение короля никак не объяснить внезапной страстью и ревностью. Тут кроется что-то еще… Наверно.

- Вы лучше его спросите, - повторила я уклончиво. – Это ведь вы приказали ему поскорее заставить меня вспомнить, любой ценой. Вот он и заставляет… как может, видимо.

Магическойсилы видать не хватает, раз поцелуями догоняется.

- Он. Тебя. Целовал?! – спросил драконье величество пугающим чеканным тоном.

Я отвела глаза в сторону. Дурацкое воспитание. Вроде ничего плохого и не сделала – а чувствую себя виноватой…

- Побеседуйте с ним сами. Я ничего не знаю о вашем мире. Может, мне просто показалось, что он меня целовал. Может, у вас это совсем по-другому называется, а я истолковала по меркам своего мира. Так что вы с ним сами разберитесь. А мне бы прислать кого-нибудь, чтобы разъяснили, в чем заключаются обязанности фрейлины… И где живет госпожа Эмилия, чтобы не заблудиться по дороге к хозяйке…

И не напороться на очередную свору ревнивых жен, алчущих порвать деревенскую выскочку, как Тузик грелку…

Про генеральшу Эмилию Рикард уже не слушал. Повернулся ко мне задним фасадом и опрометью выскочил в коридор. Я с сожалением услышала скрежет замка. Подошла проверить – так и есть, на этот раз дверь не поддалась.

Несмотря на то, что его алмазность выглядел совершенно невменяемым, он не забыл запереть меня. Похоже, прогулки по замку отменяются… Интересно, надолго ли…

Оставшись одна, я еще раз оглядела комнату Ареи. Да уж, если такие хоромы тут у обычных фрейлин из деревенской глуши, как живут высшие аристократы? У самого Рикарда наверняка покои размером с их взлетную площадку!

Впрочем, меня это не касается. Вряд ли я увижу апартаменты его величества – и слава богу! Ни малейшего желания попасть туда. С большей охотой я бы избежала только лаборатории Келиара с помощницами и помощниками, которые допрашивают пойманных шпионов нетрадиционными методами.

Еще неизвестно, куда меня собирался отволочь неверный Тарлиний – там я тоже не хочу оказаться ни капельки. А ведь я еще не видела барона Дитрика… Тоже наверняка потащит в какой-нибудь чулан.

Да уж, придется как-то разгребать популярность Ареи. Отшивать всех ее женатых ухажеров. Забыла спросить у Рикарда насчет религии. Можно ли разыграть внезапную набожность Ареи. Келиара я, судя по всему, сегодня уже не увижу. Надеюсь, и завтра тоже.

Закончив осматривать комнату, я решила основательнее изучить гардероб генеральской фрейлины. Отодвинула дверцу шкафа и принялась перебирать платья. Все они были довольно простого покроя, но на удивление изящны и элегантны.

Обманутая баронесса и другие дамы, которых я встретила сегодня, были одеты роскошнее – как и полагалось им по статусу. Но в нарядах Ареи присутствовала некая изюминка, своеобразный шарм. Как и в неброских украшениях, которые я нашла в одном из ящиков.

Вкус у деревенской девицы был отменный. Хотя пожалуй, это был уже вкус аргонарской шпионки… Что же она все-таки сделала с настоящей Ареей? Если вообще существовала. Вдруг Келиар с королем что-то напутали, и Арея была обыкновенной девицей, и каким-то образом я попала в ее тело. А шпионку они себе надумали…

Пока я перебирала платья, мне захотелось примерить одно. А может, и несколько. Любопытно, как они будут смотреться на мне. И как я буду себя в них чувствовать. Вполне естественное женское желание.

Я вытащила пару платьев наугад, разложила на кровати. Задрала свое, надетое с помощью Иллики, попыталась кое-как стащить с себя. Без посторонней помощи это оказалось затруднительно. Но я справилась. Бросила его рядом с новыми, взяла одно из них – потрясающего лаймового оттенка, из нежной ткани, похожей на шелк.

Только разложила длинную юбку и собралась просунуть голову – как дверь резко распахнулась! Я не успела ни надеть платье, ни даже прикрыться – чародей Келиар стоял прямо передо мной и смотрел на меня в местном неглиже!

Мамочки!! Откуда он тут взялся?! А я-то понадеялась, рассерженный Рикард побежал разбираться с ним, и больше я никого из них сегодня не увижу. А нетушки – вот он, тут как тут, смотрит на меня в одном белье, разве что не облизывается!

Белье, конечно, было максимально приличным. Сорочка до середины бедра, на широких лямках, непрозрачная, надежно укрывшая все стратегические места. И тем не менее – это нижнее белье!

- Господин Келиар… - хрипло выдавила я. – Вы очень невовремя. Я переодеваюсь. Выйдите пожалуйста и закройте дверь с той стороны.

Вместо того, чтобы поступить как положено джентльмену, извиниться и исполнить просьбу дамы, Келиар хищно усмехнулся и шагнул ко мне.

- Неужели? А по-моему, я как раз очень и очень вовремя. Ты словно ждала меня, Катерина. И готовилась.

Что?! Это он о чем?! К чему я готовилась? Почему он вообще здесь, почему так ведет себя со мной?! Неужели король не запугал и не приструнил его? Что он сейчас будет делать? Куда мне бежать?

Никуда я, конечно, не побежала, ибо некуда. Стояла на месте, пока панические мысли вертелись в голове со скоростью света. А Келиар невозмутимо сделал еще один шаг, и еще. Я попятилась, но уперлась в стену.

Чародей оказался так близко, что едва не впечатал меня в стену своим телом… Я прикрылась платьем – но он стиснул мои запястья широкими ладонями, развел локти в стороны. Пальцы сами собой разжались и уронили лаймовое платье на пол.

Я стояла перед магом почти нагишом, даже без подобия защиты и границ между нами. А Келиар потянул меня за руку от стены. Развернул так, чтобы оказаться за моей спиной. Толкнул легко между лопаток – и я упала прямо на кровать, распластавшись на ней ничком!

А бессовестный нахалюга навис надо мной… и одним рывком сорвал с плеч лямки моей сорочки!

- Не смейте ко мне прикасаться! – крикнула я и попыталась вскочить.

Не тут-то было. Чародей намертво впечатал меня в постель. Похоже, коленом придавил, гад! Ну или локти у него такие огромные и тяжелые.

Я извивалась ужом, чтобы освободиться – все тщетно. Даже мои детдомовские боевые навыки оказались тут бессильны. Тут не спятившая от ревности озлобленная баронесса – высокий и крепкий мужик. Еще и маг… Правда, магию до сих пор не применял. Разделаться со мной – и простой физической силы хватит.

- Не сопротивляйся, Катерина, - приказал мне. – Тебе не вырваться. А вырвешься – все равно никуда не убежишь. Так или иначе, я сделаю все, что мне надо с тобой сделать. Тебе ведь ни к чему получить при этом несколько синяков ненароком? Поэтому прекрати лягаться и расслабься.

Ах ты ж сукин сын! Еще добавь – и получай удовольствие!

- Я не позволю вам меня изнасиловать! – прошипела я, продолжая дрыгаться под мужчиной.

Тот издал смешок.

- Во-первых, с чего ты взяла, что я собираюсь тебя насиловать? Думаешь, мне не с кем удовлетворитьсвои мужские потребности?

Да еще бы, не с кем. Наверно, тоже женат, как и все они тут. И шеренга девиц, ждут очереди осчастливить его. Только что ты, гад, со мной тогда вытворяешь?!

А чародей продолжал:

- Во-вторых, полагаешь, маг не может по-другому заставить женщину переспать с ним, кроме обычного соблазнения и насилия? Простейшее магическое плетение – и ты сама приползешь на коленях, умоляя овладеть тобой. Само собой, оно запрещено в нашем королевстве. Но кто возьмется меня судить, если я так поступлю с тобой?

От этого известия я застыла, как замороженная. А ведь правда… Колданет – и поползу… На коленях. Или по-пластунски, ногами вперед – насколько хватит фантазии у господина Келиара. Судить его, конечно, взялся бы Рикард. Или не взялся, раз не помешал сейчас ворваться ко мне и беспредельничать.

Одним словом, защищать меня от Келиара никто не собирался. А самой не под силу. Разные весовые категории у нас. Поэтому я просто замерла, надеясь на его заверения, что насиловать меня ему не нужно. И молясь всем богам, ведомым и неведомым.

- Вот так, умница! – проговорил Келиар неожиданно ласково.

Спасибо, гад, хоть по холке не потрепал, как послушную собачонку или кобылку! Подумала – и едва не взвизгнула. Потому что ладонь чародея – внезапно мягкая и теплая – легла мне прямо на затылок!

А затем он принялся… делать мне массаж!

Самый обычный массаж. Без всяких непристойных поползновений. Спину, шею, плечи. И никуда не пытался залезть – даже ниже поясницы не опускался!

Против воли я расслабилась. А он продолжал поглаживать и разминать, да приговаривать, какая я умничка и хорошая девочка. Поначалу мне аж плеваться хотелось от этой приторной, унизительной ласковости. Я нисколько не обманывалась ею. Истинное отношение чародея все равно не изменилось.

Я для него – и для короля – инструмент, вещь. Оба даже не пытаются понять и разобраться, что же на самом деле со мной случилось, как меня сюда занесло, и что на душе вообще творится после всего пережитого…

Ни с того ни с сего, я вдруг снова ощутила боль и ужас в миг столкновения с грузовиком. Только сейчас до меня дошло осознание, что я повторила участь своих родителей… Почти повторила, если верить в нынешнюю реальность вокруг меня.

А вот брат не знает о ней – для него я наверняка погибла… или осталась растением. Я ведь не знаю, что произошло с моим телом в том, родном мире… А Игорь не знает, что я у Алмазных Драконов, жива-здорова, пока они не приговорили меня к казни за шпионаж…

Келиар продолжал поглаживать мое тело… И с каждым новым касанием все мягче и деликатнее… Словно в самом деле хотел помочь, расслабить, исцелить. И я как будто расслаблялась – телом.

А душа все глубже погружалась в разные чувства и переживания. И чем глубже, тем более уязвимой и открытой я себя чувствовала. Как будто некие глубины, давно скрытые мной от себя самой, начинали раскрываться и выходить на поверхность.

Наше с Игорем сиротство, детдомовское отрочество, ставшее беспощадной школой выживания изо дня в день… Бесконечные драки с другими детьми за право не быть ничтожеством, которого каждый может ударить и унизить.

Только вдвоем, никого близкого вокруг больше… Хорошо, что у брата теперь любимая женщина, но такой «подарочек» на свадьбу… Меня он тоже любил. А я для него погибла или пропала без вести…

Я вздрогнула. Пропала без вести. До меня дошло, что ведь наши родители тоже пропали без вести. Их тела так и не нашли в одном из ущелий Кавказа, где разбился их арендованный автомобиль во время отпуска…

Долгое время мы с Игорем лелеяли надежду, что они не погибли. Что однажды они придут за нами. Заберут из детдома, что наше сиротство закончится, мы снова обретем семью.

Но годы шли, а они так и не возвращались. Мы с братом повзрослели и простились с подростковой мечтой.

И тут до меня вдруг дошло, что я ведь не могу знать достоверно, что случилось с моим телом в той, земной реальности. Погибло оно или… или неспроста мое нынешнее тело так похоже на то, хоть одновременно и не похоже. А если родители тоже…

От этой мысли меня затрясло. Келиар замер, его руки застыли в одной позе. А потом меня чуть не подбросило к потолку от звука громко хлопнувшей двери. И знакомого голоса:

- Все, хватит! Прекращай немедленно!

- Рик… - Теперь Келиар шипел, как будто перевоплотился в рептилию. – Я ведь предупреждал…

Король рявкнул:

- Мало ли что ты предупреждал! Я сказал – хватит!

Келиар выпрямился, спрыгнул с постели, как ягуар. В два прыжка оказался рядом с королем и – наплевав на всякую субординацию – подтолкнул его к двери, едва ли не схватив за шкирку.

- Демоны бы тебя побрали, венценосный ты глупец! Быстро идем, поговорим!

И бесцеремонно вытолкал его за дверь. Скрежетнул замок за моими тюремщиками. Я осталась одна, полуголая, взаперти… с воспоминаниями, которые так некстати и мучительно всколыхнули руки Келиара. Как будто он своими искусными, ловкими, очень умелыми прикосновениями вытащил что-то не только из моего тела – но прямо из души…

Чувства и воспоминания переплелись в единый клубок, не разобрать где начиналось одно и заканчивалось другое. Сиротство и его тяжесть, душевная боль утраты родителей, телесная боль от аварии… Безумная надежда, что шанс есть, что они… могут быть живы.

И отчаяние, что у меня нет способа узнать точно. Я беспомощная пленница в руках двух безжалостных драконов, которые считают меня шпионкой и намерены вытянуть несуществующие воспоминания всеми дозволенными и недозволенными средствами.

А взамен вытягивают совершенно другие. Ненужные и бесполезные им. Что они со мной сделают, когда поймут, что я ни к чему их не приведу, ни к каким сообщникам? Наверно, тогда все мои надежды и чаяния сгинут вместе со мной.

Даже если родители чудом живы, и нас в самом деле постигла одна судьба… никто про то не узнает. Игорь не найдет ни их, ни меня. Для него мы останемся мертвы. Может, если они не погибли, а тоже перенеслись в этот мир – все равно потом сгинули по воле жестоких, упертых драконов.

Слезы уже вот-вот накатились на глаза – как снова хлопнула дверь. Я успела возненавидеть этот звук всем сердцем. Кто на этот раз? Рикард. Они так и будут футболить меня друг другу, будто я не живой человек, а бездушный чурбан?!

Я подтянула к себе покрывало с постели, попыталась прикрыться. Король Алмазных Драконов надвигался на меня – неожиданно медленно… и со странным взглядом.

Нет, враждебность и злость меня не удивили совершенно. К ним я почти привыкла с этим гневным и вспыльчивым мужчиной. Но под ними затаилось нечто новое, чего раньше я в нем не замечала. И не замечала в Келиаре, когда чародей точно так же приближался ко мне…

Страх.

Он шел ко мне так, словно я была… бомбой. Не секс-бомбой, конечно. Обычной, готовой вот-вот рвануть. Настороженно, с опаской. И в то же время с непреклонной решимостью. Мол, кто если не я?

Небось готов лечь грудью на амбразуру, закрыть собой всех подданных. Ай да смельчак. В иной ситуации восхитилась бы. Вот только я не бомба, и взгляд этот бросал меня в ледяную дрожь.

Что он сейчас сделает, чтобы обезвредить меня? Вдруг он сейчас… вдруг он сделает именно то, чего я боюсь? Вдруг это конец?

Час назад

Когда из уст шпионки вылетело то проклятое слово, Рикард словно обезумел. «Он мог солгать, а поцеловать меня просто…»

Дальше он уже ничего не слышал. Багровая пелена дикой ярости застила разум. Он переспросил, хрипло, бессвязно. Девчонка что-то лепетала – он не слышал толком. Лишь одно это проклятое слово.

«Может, мне показалось, что целовал… разберитесь сами…»

Так он и сделает. Разберется с наглым чародеем сам. Он опрометью вылетел из комнаты, запер засов. Не хватало еще нахалке бегать по замку, совращать всех драконов, до кого еще не добралась. И отправился в рабочую лабораторию Келиара.

Чародей и его помощники возились с магическими декоктами. Рикард, ворвавшись в лабораторию, рявкнул:

- Все вон!

- Мне тоже? – с наглой невозмутимостью уточнил Келиар. – Надеюсь, ты ничего не разобьешь. Некоторые ингредиенты и аппаратура бесценны. Оплачены, между прочим, из казны. Твоей казны.

Рикард молча дождался, пока младшие маги высыпались из лаборатории. И обратил на верховного полный ярости взгляд.

- Что ты делал со шпионкой?!

- Как ты и приказал – пытался вытянуть наружу воспоминания. Что-то не так? Я не совершил ничего, что могло ей навредить. Когда уходил от нее, она была цела и невредима. И под контролем магического сильфа, как мы и обговаривали. Я не запер ее, чтобы сообщники могли дать о себе знать, а сильф мог уберечь от покушения.

- И при том ты ее… «просто поцеловал»?

На этих словах Келиар сощурился, впился в короля острым пронизывающим взглядом.

- Это она тебе так сказала?

- Я спрашиваю, не что она сказала, а что ты сделал!

- Рик. Ты восьмой год правишь королевством. А со мной общаешься – даже не хочу подсчитывать, сколько. Ты впервые узнал, что магия в интимном контакте позволяет вытягивать из людей и драконов сведения, которые надежно заблокированы даже от них самих? Ты ни разу не давал дозволения на применение этого метода дознания к зачарованным драконам знатного происхождения? Или у тебя самого случилась потеря памяти?

- Похоже на то, - бросил король. – Никак не припомню, когда я дал разрешение применить твой… «метод» к этой шпионке?! И разве ты испрашивал его?

- Ты сказал – работай усерднее. И весь полыхал желанием поскорее раскрыть ее сообщников. Я воспринял твои слова как указ к действию. Девушка не принадлежит к знатному драконьему роду, чтобы оформлять магически скрепленное королевское дозволение. Я применил те методы, которые могли дать скорейший результат без промедления – как ты и хотел. В чем же проблема?

- Ты получил свой результат?!

- Поцелуй действует не сразу, и об этом ты тоже знаешь. Скоро я пойду проверить, изменились ли ее воспоминания.

- Вечером?! – едва не пролаял король.

- Вечером. Достаточное время, чтобы эффект проявился. Не желаешь объяснить, чем ты так взбешен?

Много слов вертелось на языке короля. «Тобой и твоим своеволием». «Ты ничего не добился». «Ты просто поцеловал ее!»

Рикард замер, глядя в одну точку. Слова как вертелись, так и застыли. Просто поцеловал. Вот оно, это невыносимое слово. Эта невыносимая картина. Келиар целовал эту девчонку. И Рикарду хотелось придушить его, за то что маг посмел к ней прикоснуться.Просто целовал.

- Рик… - мягко произнес Келиар. – Пожалуйста, присядь. И сделай несколько размеренных вдохов-выдохов. Просто дыши.

Рикард задвинул подальше желание не дышать, а двинуть под дых своему товарищу и соратнику. Последовал совету, сделал несколько вдохов… И почувствовал, как странное затмение начинает отпускать его.

Что на него нашло, в самом деле?.. Келиар и верно долгие годы практикует чары интимной близости для допроса преступников и зачарованных. Отчего же его так взбесил этот поцелуй?..

А до этого? Тарлиний, прижавший шпионку к балюстраде… И еще раньше, все ее жертвы, как она их соблазняла. Почему эти сцены ярили его так, словно он… ревновал?!

- Успокоился? – спросил Келиар. – Присядь наконец. И ответь, что ты помнишь о дарайнитах?

- Демоны… - пробормотал король.

Чародей кивнул, понимая, что Рикард не выругался, а ответил.

- Демоны. Нам известно несколько демонических миров. Рашберг – самый агрессивный и воинственный. Дарайн… царство иллюзий, притворства и лжи. Демоны из этих миров проникают в наш – поэтому мы знаем об их существовании. А еще у нас есть знания, которые позволяют их призывать. Запретные знания. Но тем не менее, всегда находятся те, кому зачем-то нужно нарушить запрет. Они призывают демонов на службу, наплевав на ту цену, которую потом заплатит наш мир.

- Ты клонишь к тому, что мы имеем дело с демоном?

Келиар улыбнулся.

- Ты снова начал логически мыслить. Как только сбросил с себя демонический флер.

- Флер?!

- Я сразу заметил, что с тобой что-то неладно. Когда явился к тебе доложить о шпионке… А ты наблюдал за ней через магический экран… и тут тебя вызвала Юлалия. Никогда прежде ты не был так холоден и равнодушен в общении с ней. А это первое действие дарайнитских чар – охлаждение их жертв к мужьям, женам, женихам, невестам, любовникам и любовницам. Так они расчищают место в душе жертвы для себя. А затем приходит ревность. Желание устранить всех соперников. Истинных и мнимых. И наконец, любой ценой обладать демоном – точнее, личиной, которую тот носит.

Король еще раз шумно выдохнул. Чародей продолжал:

- Когда ты ворвался сюда, совершенно обезумевший, с претензиями, что я посмел целовать аргонарскую шпионку без твоего дозволения, я окончательно убедился в своей правоте. Аргонары призвали дарайнитского суккуба. Заставили ритуалом – или заключили сделку – чтобы демон послужил им как шпион. А затем выбрали жертву – девицу Арею – и вселили в ее тело. Демоны ведь не имеют собственного тела в чужом мире. А когда мы схватили ее, демон либо покинул тело, либо… затаился.

- А как же ее воспоминания? Ты говоришь, что она ничего не помнит о драконах и аргонарах, вообще ничего о нашем мире. Если демон покинул ее тело, она должна вспомнить свою жизнь до его вселения. Семью, деревню…

- Необязательно. Как раз вмешательство демона могло стереть ей память.

- Но она помнит другой мир. Ты говорил, она рассказывала о своей семье, огромных городах, стальных конструкциях, на которых передвигаются его жители. И что ее убила поломка одной из таких конструкций.

- Все верно, - мрачно кивнул Келиар. – И потому я допускаю еще один вариант.

Он смолк, и Рикард нетерпеливо рявкнул:

- Какой?! Говори, хватит интриговать! Я тебе не юная магичка-студентка, которую ты собрался окрутить и затащить в койку!

Келиар хмыкнул.

- И где же найти такую юную магичку, которую пришлось бы окручивать и затаскивать в койку? Ты бы знал, с какой радостью они сами туда запрыгивают. Без всяких усилий с моей стороны!

- Да плевать я хотел, хоть в твою койку весь дворец прыгает. Говори, что еще ты допускаешь?!

- Так я уже упоминал это. Что демон не ушел, а затаился. И мы сейчас видим его воспоминания. О его родном мире. Что поломка передвижной конструкции, о которой рассказывает Катерина-Арея, на самом деле была не смертельным инцидентом – а аргонарским ритуалом. Который перенес ее из родного мира в наш. Перенес – и связал демоницу заклятьем подчинения.

- Демоницу… - медленно повторил Рикард.

- Суккубу, - кивнул Келиар.