Наверное, в моей ситуации впору было плакать, но почему-то в груди рождался смех. Нервный, пугающий меня саму. И я с трудом удерживала его внутри, глядя на того, кто стал моим супругом.
Нет. Ни одна молодая девушка, находясь в здравом рассудке, не пожелает такого. Вот и я не пожелала. Только никто меня не спросил. Продали. Обменяли, словно безвольного раба, словно племенную кобылу. Хотелось рвать и метать, но вместо этого я стояла и сохраняла лицо, как велел брат.
Супруг покачивался, едва держась на ногах, и пытался ослабить узел на белоснежном галстуке. При этом ухитрялся не расплескать вино из хрустального бокала, а на меня смотрел так, словно я была чем-то ну очень вкусным, что ему не терпится попробовать.
Противно. До отвращения. Я уже тогда знала, что ни за что не подпущу его к себе. Лучше умру, но этот человек не коснется меня.
- Вот мы и наедине, моя дорогая, - произнес муж. Даже голос у милорда был неприятным, не говоря уже о внешности.
Где-то внизу продолжала играть музыка и веселились гости. А нас проводили в опочивальню и, закрыв двери, пожелали сладкой первой брачной ночи. Подозреваю, что там, снаружи, брат оставил кого-то из слуг караулить нас. На тот случай, если я вздумаю наделать глупостей. А ведь я, действительно, всерьез подумывала об этом.
- Ну же, моя дорогая, - новоиспечённый муж качнулся в мою сторону, и я невольно попятилась назад, следя за его движениями. Губы супруга растянулись в улыбке, больше напоминавшей пьяный оскал, а затем он решительно поставил бокал на стол перед камином и с силой дернул сопротивляющийся галстук, после чего, сорвав его с шеи, швырнул на пол и снова воззрился на меня. Моргнул, пытаясь придать четкости зрению, снова улыбнулся.
- Моя дорогая, будьте уверены, что я не разочарую вас. Все мои пять жен, увы, безвременно почившие, были всегда рады, когда я приходил в их спальни. Конечно, - добавил супруг и мягко шлепнул себя по переду брюк чуть ниже пояса, - придется немного постараться. Возраст, знаете ли. Но опыта в этом деле мне не занимать. И я полагаю, что уже скоро, через месяц или два, вы порадуете меня новостью о будущем наследнике. Всегда любил детей. А сыном больше, сыном меньше, какая разница, не находите?
Он говорил и шел ко мне. Покачиваясь, пьяно скаля желтые зубы, отвратительный даже не в своем возрасте, который был весьма преклонным, но в своих речах, от которых мне хотелось взвыть и дать коленом дражайшему супругу ровнехонько промеж ног. Просто представив себе эту картину, ощутила приятное волнение и толику радости.
Я попятилась назад, а лорд сбросил с плеч камзол, оставив его на ковре белым пятном, затем за камзолом следом отправилась и рубашка, причем с пуговицами на запястьях мужчина провозился намного меньше, чем с галстуком. Это означало, что он не так пьян, как хочет показать. Играет? Пытается обмануть?
- Вам помочь раздеться, моя дорогая? - потянул руки в мою сторону муженек. – Или вы сами усладите мой взор этим незамысловатым процессом.
Мысленно сжавшись, посмотрела на супруга. Сказать, что он был мне отвратителен, означало не сказать ничего. Мой брат, сводный, позаботился об этом браке. Увы, я оказалась на его попечении после смерти родителей. А Френсис всегда был меркантильным молодым человеком и стремился к большему, чем ему даровала судьба. Увы, при этом он не стеснялся использовать всё и вся для достижения своей цели. А потому, когда Глава Палаты лордов предложил брату место при Совете в обмен на брак со мной, Френсис согласился. И даже не поинтересовался моим мнением на этот счет. Просто поставил перед фактом. А будучи опекуном, он имел полное право выдать меня замуж за того, кого посчитал достойным стать моим супругом.
Полагаю, лорда Элройда привлекла не сколько я, сколько наследство, которое было завещано мне моей матерью. А это, помимо родового замка, богатые земли и жила белого золота на рудниках, которые испокон веков принадлежали семье моей матери. Брат не мог распоряжаться этими богатствами, а потому не нашел ничего иного, как выгодно для себя пристроить свою сводную сестру.
И вот я замужем за отвратительным похотливым стариком, успевшим похоронить пять жен, а брат получил место в королевском совете и шанс продвинуться дальше по карьерной лестнице.
- Ну же, моя дорогая! – проговорил лорд Элройд и противно икнул. – Или вы раздеваетесь сами, или я вам помогу.
- Сама, - бросила коротко, глядя на ухмылку, вернувшуюся на тонкие губы супруга. Он представлял собой нелицеприятное зрелище. Лысый, с пучком волос на самой макушке, которую приглаживал на бок, с морщинистым лицом и блеклыми маленькими глазами, крючковатым носом. А еще на его губах постоянно блестела слюна, вызывая у меня тошноту и отвращение. Вид ниже тоже не вызывал интереса. Грудь у лорда была обвисшая, чуть ниже, над поясом брюк, нависал живот, поросший седыми волосами. И, к слову, там у супруга их было намного больше и гуще чем на голове.
- Я жду, - лорд снова икнул и присел на край кровати. Я проследила за ним взглядом, заметив лепестки роз кровавого цвета, разбросанные на покрывале, а затем решительно взялась за фату. Ее я сняла с видимым облегчением. Мечтала сделать это еще во время свадебного пира. Так что головной убор невесты полетел на пол, прямиком к рубашке супруга.
Взгляд Эдройда стал неприятно масляным. Так кот смотрит на сметану.
«Боги!» - подумала я. Он получил мое наследство, но меня не получит, или я зря готовилась к этой ночи. Никакой консуммации. Не дождется!
- Не томите меня, дорогая. Я уже чувствую, что страсть во мне начинает пробуждаться, - хихикнул муж. – Или вы все же предпочтете, чтобы я помог снять это платье? – он сделал попытку встать. Удалось только с второго раза.
- Знаете ли, нам ведь нужен наследник. Френсис предупредил меня об особенностях вашего характера. Но не сомневаюсь, что общий ребенок отвлечет вас от глупых мыслей об учебе. Или что вы там хотели делать, моя дорогая? – приблизился ко мне старик супруг.
- Я хотела поступить в академию на факультет белой магии и целительства, - зачем-то сказала, отвечая на вопрос Элройда.
- Какая глупость! Женщина должна сидеть дома за вышивкой и вынашивать лорду-мужу детей. Заниматься домом и наследниками. Песни петь, в крайнем случае, - глаза мужчины грозно сверкнули, и я поняла, что не ошиблась, предположив, что он не настолько пьян, как хочет показать.
Прежде чем успела отпрянуть, руки лорда легли на мои плечи. Пальцы мужчины вцепились в кружево ткани, смяли, потянули вниз. Раздался треск и произведение искусства, над которым корпели несколько швей-магичек, порвалось, а я охнула и попыталась высвободиться из рук мужа.
- Ваш брат предупреждал меня, что стоит сразу приступить к исполнению супружеских обязанностей, - горячо произнес Элройд. – Сделайте ей ребенка, сэр Дуэйн, сказал он мне. И заприте в вашем загородном имении. У девчонки в голове ветер.
- Он сказал вам насиловать меня? – спросила с вызовом, взглянув в блеклые глаза супруга.
- Ну что вы, моя дорогая. Когда муж любит жену, это нельзя назвать насилием. Я просто хочу получить то, что мне полагается. И сразу предупредить о том, что ни о какой академии речи и быть не может, - он дернул платье, опустив его ниже, обнажая корсаж, утягивавший мою, и без того тонкую талию. Окинул взглядом грудь, прикрытую сорочкой. Усмехнулся влажными губами.
- Худая. И грудь слишком маленькая, - а затем потянулся к объекту своего внимания обеими руками. Тогда я и поняла, что пора действовать, если, действительно, не хочу оказаться под этим противным стариком.
Запустив руку в лиф сорочки, достала зелье, проделав это так быстро, что муж и глазом не успел моргнуть. Затем сделала то, о чем мечтала, едва мы оказались наедине в спальне. Подняла ногу, согнув в колене, и со всей страстью заехала муженьку промеж ног. Не ожидавший такой подлости старик согнулся так и не коснувшись моей груди. Полагаю, сейчас его интересовали больше собственные сомнительные прелести. А вой, тихий и хриплый, был мне лучше колыбельной.
Но медлить не стала. Зубами откупорила пробку с крошечной бутылочки, и выплеснула ее содержимое прямо на лысину супруга, после чего отпрыгнула назад, глядя на то, как муж, икнув, повалился на спину, а над его головой собралось серое облако дурманящего зелья. Моего, кстати, собственного, производства.
- Спокойной ночи, милорд, – произнесла и принялась быстро раздеваться.
Белое платье, испорченное чересчур страстным супругом, полетело на пол. Недолго думая, шмыгнула под кровать и достала оттуда сверток с одеждой. Ее я приготовила заранее, а моя бывшая кормилица, Стефа, спрятала все в брачной опочивальне. Мысленно поблагодарив старую женщину, развернула ткань и бросила на кровать, прямо на алые лепестки, рубаху и штаны. Еще под кроватью меня ждали крепкие сапоги, котомка с едой и первым необходимым, а также немного денег, часть из которых мне отдала Стефа. Добрая душа. Я пообещала после отплатить ей добром за помощь, но сейчас стоило поторопиться, пока меня не хватились. Иначе все будет насмарку.
Переоделась быстро, не жалея богатого свадебного наряда. Да и что его жалеть, если дражайший, фу, супруг, уже и так порвал всю красоту. Так что одеяние почти срывала, бросая вниз. Туда же отправился и корсет, после избавления от которого я, наконец, смогла свободно вдохнуть полной грудью. Натянув рубаху и штаны, взялась за сапоги. Хорошие, крепкие и как раз по размеру моей ноги. Главное, чтобы не натирали. Боюсь, идти мне придется далеко и долго. Затем натянула на голову шапку. Простую, какую носят мальчишки в городе. Объемная, она позволила спрятать волосы и превратила меня в пусть и симпатичного, но все же мальчишку. Прежде чем забросить за спину котомку с вещами, достала из нее маленький складной ножик и еще одну бутылочку размером чуть больше предшественницы. Проделав все эти несложные манипуляции, вернулась к супругу. Облако над Элройдом уже развеялось и старик, закрыв глаза, чему-то тупо улыбался, лежа на спине. Ковер смягчил его падение и теперь муженек изображал звезду, раскинув руки и ноги в разные стороны. Желание пнуть в бок мерзкого мужа подавила. Прошла мимо и принялась рыться в его одежде, той самой, которую счастливый новобрачный бросил на пол. Нет, я не особо надеялась, что найду в карманах камзола ключ к свободе, но проверить стоило. И, как результат, ничего не обнаружила.
- Ну и ладно, - бросила короткое и переместилась к мужу. С безымянного пальца левой руки стащила обручальное кольцо. Красивое, кстати. С узором в виде крошечной вязи. Не жалея ни секунды, бросила его на грудь Элройда, и открыла нож. Маленький разрез на руке старика позволил мне взять толику его крови. Стараясь не испачкаться, открыла бутылочку и приложила к ранке, немного надавив на кожу, чтобы кровь потекла быстрее. Наполнила сосуд и встряхнула, едва не пискнув от удовольствия, когда в магическом зелье пошла нужная реакция. На мгновение даже стало немного обидно за себя. За то, что мне не позволили учиться там, где я могла раскрыть свой потенциал. Но ничего. Сама все сделаю. Только сначала надо освободиться от привязки к этому старому развратнику. Иначе мне не сбежать. Жаль, что не смогла сделать этого раньше. Но даже Френсис не мог предположить, что я найду способ. Впрочем, он никогда не верил в мои способности. Видел не дальше собственного носа, павлин надутый. Вот теперь пусть и пожинает плоды беспечности.
Я поднесла бутылочку к губам. Скривилась, подавив позыв к рвоте, а затем опрокинула содержимое в рот и сжала бутылочку пальцами с такой силой, что костяшки побелели.
На вкус зелье оказалось той еще мерзостью. Хотя, чего я могла ожидать, ведь в нем была кровь муженька.
По телу пробежала дрожь, затем острая боль разлилась по венам, но спустя несколько секунд все прошло, словно и не бывало. А я почувствовала себя удивительно легкой, без всех этих пут, что привязывали меня к лорду Элройду.
Поднявшись на ноги, подхватила котомку и устроила за спиной. После шагнула к окну. Задвижки я уже успела поднять вверх, и они держались на добром слове. Оставалась самая малость. Подняв задвижки до предела, тихо, опасаясь даже малейшим скрипом выдать себя, открыла окно и забралась на подоконник. Бросив взгляд вниз, сделала вдох. Страха не было, несмотря на то, что окна спальни располагалось на пятом этаже в особняке супруга, продолжавшего, к моей радости, дрыхнуть на полу. Он не проснется до утра, если не применят магию. А я надеялась, что нас еще хотя бы пару часов никто не посмеет тревожить. Брат пирует внизу в зале с гостями находясь в полной уверенности, что я связана по рукам и ногам. И уж точно подумать не может о том, чтобы его сестрица смогла применить дар.
На губах родилась улыбка. Вытянув руки вперед, призвала силу, чуть прикрыв глаза. Но даже сейчас я видела, как засветились руны на моей коже. Одежда не смогла сдержать яркий голубой свет, и удивительная легкость наполнила тело, превращая меня во что-то, похожее на сам воздух.
Не оборачиваясь назад, сделала шаг и провалилась в пустоту. Глаза вспыхнули. Я не могла этого видеть, но знала точно, как это бывает. Все же, магии воздуха успела обучиться еще при жизни матери. Да, давно это было. Но я все знания впитала в себя, словно губка, и вот мой шанс использовать все то, чем наградили боги.
Воздух изменился. Теперь я видела его потоки, похожие на реки. Прозрачные и сияющие, они текли под ногами, а я переступала по ним, радуясь тому, что свободна. Как долго я готовила это зелье. И как жаль, что не успела сделать его до проклятой свадьбы. Но сейчас, спускаясь вниз, понимала, что, в моем случае, лучше позже.
Я сбежала.
В окнах дома горел свет. Чем ниже опускалась я к земле, тем громче становилась музыка, льющаяся из открытых окон. В ночи звучали голоса и смех, а воздух под ногами колебался и дрожал, сверкая только для меня.
***
- Значит, все-таки, нет? – черная бровь короля изогнулась, когда он, повторив свой вопрос, взглянул на мужчину, стоявшего перед ним с гордо поднятой головой. Мужчина был высоким, с широкими плечами и руками, крепкими, словно ветки векового дуба. В серых глазах плескалась гладь спокойного озера, а на лице читалась решимость стоять на своем, даже вопреки, как полагал король, здравому смыслу.
- Я своих решений не меняю, Ваше Величество, - произнес мужчина и король усмехнулся, понимая, что тоже не изменит своего решения. Хотя терять такого воина, как этот, было чертовски обидно.
- Глупо хранить верность тому, кого нет, - вздохнул монарх и расслабленно откинулся на спинку стула. – Ты всегда можешь принести новую присягу. Никто, поверь, не станет упрекать тебя в измене и нарушении данной клятвы.
- А меня не интересует стороннее мнение, Ваше Величество. Для меня главное то, что чувствую я и кем при этом остаюсь, - голос у воина был спокойный, низкий, чуть отдающий обманчивой мягкостью бархата. Но за ним скрывалась сталь. И король в этом уже успел убедиться. А еще он успел пожалеть, что так и не смог переманить этого человека в число своих сторонников. А жаль.
- Твоя жена иного мнения, Джон Гаррет, - улыбка тронула чувственные губы венценосной особы. – И мы имели удовольствие принимать ее сегодня во дворце. Леди Лиссандра попросила нас о том, чтобы мы пригласили ее на аудиенцию и очень просила за тебя. Она желает, чтобы ты, сэр Джон, остался в столице и занимал свое прежнее место при дворе. Место моего личного охранника.
- Я поговорю с женой, Ваше Величество, - без проявления каких-либо эмоций, ответил Гаррет.
- А еще, - продолжил монарх, - мы дали ей свое позволение на расторжение брака, освященного храмовниками в случае, если ты решишь стоять на своем.
Если новость и удивила капитана Гаррета, то он умел держать свои эмоции в руках. Ни один мускул не дрогнул на волевом лице. Разве что глаза матово блеснули, но и это король мог списать на отблеск свеч и игру света в приемном зале, где происходила аудиенция. Зал был небольшой. С высокими потолками и широкими окнами. С каменными столбами колонн и высоким помостом, обтянутым алым бархатом. Здесь, на своем троне, и восседал король, глядя с высоты на то, что происходило в зале. За спиной монарха расположились молчаливые стражи в доспехах. А еще дальше, у стены, там, где висел штандарт, застыл храмовник в черном облачении, сложивший руки на животе и взиравший в пространство перед собой невидящим взором. Королю не надо было смотреть назад, он и так прекрасно знал, кто стоит за его плечом. Знал и был спокоен под защитой не только силы стражей, но и магии храмовника, заключавшей в себя стихию огня.
- Так что скажешь ты, Джон Гаррет, если останешься без жены, дома и титулов, которые тебе некогда подарил мой брат? – улыбка короля стала еще шире, но капитан продолжал изображать из себя каменное изваяние, лишенное напрочь эмоций.
- Как вам будет угодно, сир, - последовал ответ и Его Величество наигранно-печально вздохнул.
- Хорошо. Мы поняли тебя. Значит, выбор очевиден. Серый замок ждет своего капитана, - добавил похолодевшим голосом король и небрежно махнул рукой в сторону Гаррета, показывая всем видом, что аудиенция завершена.
Капитан преклонил колено, затем поклонился своему королю и только после этого вышел из зала, двигаясь бесшумно, словно большой кот.
Когда за его спиной два лакея в ливреях, закрыли двери, отрезая зал от коридора и самого капитана, Гаррет остановился. Несколько секунд он просто стоял, сжав руки в кулаки и мрачно глядя куда-то перед собой. Весь его вид теперь выдавал крайнее напряжение. И он понимал, что злится. Понимал, что идет наперекор судьбе, но знал и то, что не желает ничего менять.
- Джон!
Раздавшийся голос заставил мужчину повернуться и посмотреть в глубину коридора, из которой вышла тонкая высокая фигура женщины в дорогом алом платье. Она шла довольно быстро и совсем скоро поравнялась с капитаном, в ожидании и нетерпении заглянув в его глаза.
- Как все прошло? – быстро спросила она.
- Не здесь, Лиссандра, - он кивком головы велел ей следовать за собой. Она смиренно пошла рядом, то и дело бросая на профиль мужа короткие и быстрые взгляды, негодуя на то, что ничего не может прочитать на его лице, выглядевшем отстранённо и холодно.
И лишь оказавшись в отведенных им покоях, женщина не выдержала. Стоило им остаться наедине, отпустив служанку, как она шагнула вперед и в порыве обвила тонкими руками шею мужчины. Для этого ей пришлось постараться. Она привстала на носочки и все равно была намного ниже супруга.
- Что ты решил? Что выбрал? – спросила взволнованно.
- Его Величество сказал мне, что ты решила остаться в столице, несмотря на мое решение, - он посмотрел в ее глаза, и Лиссандра отстранилась, поджав губы.
- Впрочем, чему я удивляюсь, - капитан позволил эмоциям проступить на каменном лице.
- А ты чего хотел? – ее брови изогнулись. – Чтобы я отправилась с тобой на границу в эти богами забытые места? Как они там называются? Серый замок и болотные пустоши? – злая улыбка исказила идеальные губы женщины. Джон посмотрел на нее и понял, что прежде видел только ее внешность, а не то, что было внутри. Повелся на пустую красотку, лишенную сердца и переполненную амбициями. Впрочем, его можно было понять. Леди Лиссандра была очень хороша собой. Высокая, тонкая, словно тростинка, с густыми темными волосами, отливавшими червонным золотом, и лицом, будто вылепленным искусным скульптором. В роду у жены затесались эльфы, наградившие ее тонкими чертами лица и одухотворенным взглядом, полным чувственности и неги. Вот только сейчас жена взирала на него злобно и с раздражением.
- Да. Я полагал, что жена должна следовать за своим мужем, - ответил он.
- Ни одна уважающая себя женщина по своей воле не сменит столицу на болота, - она сверкнула глазами. – Я не понимаю, почему? Его Величество милостиво пожаловал тебе титул, земли и звание! Откуда такое упрямство и нежелание уступить? Даже ради меня? – она сделала еще одну попытку примириться с мужем. Подошла, глядя глаза в глаза. – Джон, выбирай. Или я, или твоя совесть. Только сначала подумай о том, стоит ли совесть изгнания? И да, я сразу предупреждаю, если ты не одумаешься, разводу быть. Его Величество своей доброй волей…
Гаррет не дослушал. Развернулся, направившись в спальню, задержался там всего на несколько минут, после чего вышел с накинутым на плечи тяжелым плащом и подпоясанный именным оружием, и, не глядя более на супругу, шагнул к двери.
- Мы не договорили! – Лиссандра было бросилась за Гарретом, но он не стал дожидаться, когда она догонит его. Не стал слушать череду упреков, брошенных в спину. Закрывшаяся дверь отрезала голос супруги, оставив от него лишь тонкий отголосок к которому Джон не стал прислушиваться. В коридоре царил полумрак, разбавленный пламенем магического света. Небрежным жестом воин положил ладонь на рукоять меча, ощутив холод стали. Отчего-то это его успокаивало. Несмотря на кажущееся равнодушие, он был уязвлен и зол. Только привык держать эмоции под контролем. Всегда. Независимо от обстоятельств. Но на этот раз было тяжело удерживать в себе злость и отчаяние. Кивнув лакею, вышедшему навстречу, капитан направился к узкой каменной лестнице, что вела вниз. Еще несколько раз на пути сталкивался с прислугой, пока спускался вниз. Ему кланялись, и он отвечал кивком, почти не замечая тех, кто приветствовал его. Дворец покинул с чувством некоторой легкости на сердце, ощутив, что едва вышел за порог, словно груз с сердца упал. И все же, ему стоило немного отвлечься. Уже на конюшне велел седлать жеребца, точно зная, куда отправится. Его люди этим вечером должны были собраться в квартале Семи Глаз у старой Нэн. И Джон решил, что сейчас самое время рассказать им последние новости. Он даст шанс всем, кто захочет, остаться в столице. Даже был уверен, что Его Величество примет желающих под свое венценосное крыло. Те же, кто решит остаться с ним до конца, должны знать на что согласятся.
- Ваш жеребец, сэр! – проворный конюший подвел статного красавца с белым пятном на лбу. Джон поблагодарил слугу и одним слаженным движением взлетел в седло. Развернул Меченого и ударил пятками по гладким бокам коня, пуская рысью в сторону ворот.
Город встретил его засыпающими огнями. Ночь постепенно вступала в свои права, и спальные районы погрузились во тьму. Вдоль дороги горели фонари, но свет в окнах гас, словно кто-то огромный и незримый задувал их, как свечи.
Дома в Королевском квартале были богатыми. С дворами, в несколько этажей. Массивные, украшенные лепниной и замысловатыми башнями, делавшими их похожими на крошечные замки. Здесь жила знать. Улица и дорога были чистыми, вдоль них росли одинокие деревья и белели тротуары. Несколько раз Гаррет пересекся с такими же, как и он, одинокими всадниками. А затем дорога начала меняться. Дома опустились ниже к земле, исчезли фонари и дворики, под ногами Меченого зашлепали лужи, зачавкала грязь. Еще несколько минут в пути, и вид изменился до неузнаваемости. Вдоль дороги выросли приземистые дома, где-то зажурчала река, а еще через минуту-другую, слуха капитана донесся приглушенный смех и отголоски музыки.
Квартал Семи Глаз встретил Джона весельем и разнообразными ароматами, не все из которых оказались приятны. Здесь было людно. На улицах бродили парочки и компании. Вид они имели совсем не зажиточный. Но встречались и разодетые в шелка аристократы. Джон направил жеребца на звуки музыки и, завернув за угол улицы, увидел вывеску, за которой начинался мост, переброшенный через медленную реку. Там, на другом берегу, находилось заведение Нэн, и именно оно было целью пути Гаррета.
Миновав мост, капитан остановил жеребца у ступеней. Едва успел спешиться, как к нему метнулась маленькая юркая тень. Мальчишка в опрятной, но ветхой одежде, протянул руку к поводьям жеребца, явно надеясь заработать мелкую монету.
- Накормлю и почищу, милорд, - пискнул он.
- Не надо, - Гаррет сам отвел Меченого к привязи и оставил там, уверенный в том, что никто не сможет посягнуть на его коня. Да, квартал был неблагополучный и здесь промышляли воры. Но Джон знал своего жеребца. Меченый на поле боя был едва ли не опаснее своего хозяина. И никогда не подпустит к себе чужого.
- Коня не трогай, - предупредил мальчишку капитан, прежде чем войти в заведение Нэн. Для полной уверенности бросил ему мелкую медяшку, которую сорванец поймал на лету, и добавил спокойно: - Полезешь – убьет.
- Да, милорд! – кивнул мальчишка и скрылся в темноте.
Гаррет рывком открыл дверь и на мгновение застыл на пороге, привыкая к шуму и музыке, вырвавшимся на волю из тесного заточения.
Зал был набит битком. У Нэн всегда хватало клиентов. Хитрая старуха, помимо выпивки и приличного варева, предлагала девочек и прочие развлечения, в число которых входили кости и карты. Окинув быстрым взглядом помещение, Джон вошел внутрь и закрыл за собой дверь, пытаясь отыскать своих людей. На него, было, обратили внимание. Девчонка, разносчица пива, одетая в простое платье, но накрашенная до вульгарного ярко, белозубо заулыбалась завидев нового клиента. Но Джон скользнул взглядом мимо нее и облегченно вздохнул, заметив тех, кого искал.
Маргел, Бассар и Хенсон занимали один из крайних столов заведения и явно прохлаждались в компании весьма приятных молодых женщин. Еще несколько солдат Гаррет заметил у стойки с пивом, где румяная девушка с пышными формами улыбчиво наполняла кружки пьянящим напитком, который действовал на мужской пол вдвойне сильнее с подачи ее широкой и искренней белозубой улыбки. Отчего-то Джон на миг задержал на девушке взгляд. Вспомнил Лиссандру и помрачнел. Ему стоило выбрать себе в жены кого-то наподобие этой красотки, и не было бы проблем. Сейчас жил бы себе спокойно, воспитывал сыновей. А Лиссандра не спешила портить, по ее словам, фигуру и все тянула с наследником. Теперь он даже был этому рад. Не придется разрываться между долгом и семьей.
Отвернувшись, капитан направился вперед, глядя на своих друзей. Маргел первым заметил его и на мгновение застыл, словно не веря своим глазам. А потом поднял вверх руку и в ожидании замер, глядя на своего старшего. Затем и Бассар с Хенсоном обратили внимание на Гаррета. И если Маргел остался сидеть на месте, то последние двое поднялись из-за стола и дружно вытянулись в струнку перед старшим по званию.
- Капитан Гаррет, - слажен
о сказали они, когда Джон подошел к столу. Девицы легкого поведения удивленно посмотрели на подошедшего. Та, что была постарше, сориентировалась быстрее и широко улыбнулась, оценив капитана должным образом.
- Расслабьтесь, - кивнул Джон своим людям. – Вы сегодня не на службе, - и занял пустующий стул напротив Маргела.
- О, какой красавчик, - старшая красавица сделала попытку присесть рядом с Гарретом, но он пресек ее манёвр, коротко и отрицательно покачав головой.
- Что случилось, капитан? – спросил Маргел, взглянув на Джона.
- Надо поговорить, - ответил тот.
- И, полагаю, выпить? – старый маг повернулся к девушкам, которые явно не понимали, что им теперь делать дальше. Появление Гаррета разрушило все планы красавиц, и теперь они топтались на месте, размышляя, что же делать дальше. Продолжать обхаживать уже приглянувшихся солдат, или пойти искать себе новых жертв? Маргел помог девушкам определиться, велев:
- Принесите-ка нам еще пива и чего-то на закуску.
Девиц словно ветром сдуло. А лица Бассара и Хенсона заметно скисли.
- Парни, может, и вам пойти погулять? – предложил маг, кивнув в сторону девиц. Мужчины заметно оживились, но при этом покосились выразительно на капитана.
- Давайте, дуйте отсюда, - бросил тот с усмешкой, понимая, что уже завтра его солдатам придется вернуться к службе. Так почему не позволить им закончить последний свободный день так, чтобы потом было о чем вспоминать долгие дни в казарме?
Дважды просить солдат не пришлось. Маргел лишь успел бросить им вослед просьбу про выпивку и закуску, когда мужчин буквально ветром сдуло. Маг прищелкнул языком и покачал головой, сказав:
- Молодость…
Гаррет кивнул, а затем посмотрел в лицо своего мудрого друга.
- Я полагал, что после аудиенции с нашим милостивым королем ты останешься с женой, Джон, - произнес старик тихо.
- Боюсь, у меня больше нет жены, - ответил Гаррет и внезапно осознал, что от этих слов ему не стало плохо и горько. Ему было все равно.
- То есть? – изогнул брови старик.
В нескольких словах Джон рассказал все, что произошло во время аудиенции. О жене сообщил лишь то, что она решила остаться и получить свободу. Джон не собирался вдаваться в подробности своих отношений с Лиссандрой, но Маргел должен был знать правду. Все равно не сейчас, так позже узнает.
- Жалеешь о ней? – спокойно спросил маг.
Гаррет покачал головой.
- И правильно. Она не та женщина, которая тебе нужна, Джон, - старик перевел взгляд куда-то за плечо капитана. А спустя несколько секунд к столику подошла подавальщица. В ее руках был тяжелый поднос, наполненный кружками с пивом и широким блюдом, полным закусок. Поставив все это на стол, девица лучезарно улыбнулась, вильнула бедрами и была такова. Маргел проводил ее взглядом и кивнул Гаррету: - Бери простую. Ту, которая родит тебе сыновей и будет любить тебя, а не использовать как способ подняться выше по иерархической лестнице.
- Мне сейчас как-то совсем не до женщин, - ответил Джон. – Я отравляюсь в Серый замок и хочу поговорить с ребятами. Никого неволить не стану. Кто захочет, пойдет со мной. Остальные смогут устроиться во дворце. Я позабочусь об этом.
- Серый замок, - повторил за капитаном маг. Хмыкнул и почесал заросший седой бородой подбородок. Джон бросил взгляд на пальцы Маргела, отметив, что сегодня старик надел не все свои магические перстни, к которым имел явную слабость. Да и мантию маг сменил на просторную рубашку и куртку. Даже немного непривычно было видеть его в простой одежде. Старик совершенно точно не желал привлечь к себе внимания.
- Да. Серый замок. Там на границе неспокойно. Король сказал, что ему нужен верный человек для того, чтобы присматривать за гарнизоном.
- Глухое место. Плохое, - вздохнул Маргел, но тут же добавил, взглянув в серые глаза капитана, - но я с тобой. И, думаю, почти все наши не захотят оставаться здесь. Сам понимаешь.
- У нас будут переселенцы. Поедем с обозом.
- У короля, по всей видимости, хватает тех, кого он не желает видеть в своем королевстве, - усмехнулся старик.
- Похоже на то. Но Его Величество обещал дать нам целителя и пару боевых магов. Скорее всего, все они так или иначе, тоже попали в опалу.
Маргел кивнул, соглашаясь. Он ни словом, ни даже взглядом, не упрекнул Джона. Понимал, почему тот поступает именно так. И знал, что сам, окажись на месте Гаррета, наверное, тоже принял бы подобное решение. Впрочем, его самого слово не связывало. Боги миловали.
- А теперь, капитан, расскажи-ка мне, что нам предстоит завтра. А потом вместе подберем слова, чтобы объяснить ситуацию ребятам, - маг протянул кружку с пивом воину и добавил: - И выпьем за то, чтобы у нас все удалось.
- Голуба моя, леди Эрлин! – Стефа всплеснула руками и поспешно затащила меня в дом, едва поняла, кто стоит перед ней на пороге. Я вошла. Сбросила с волос капюшон и, в порыве благодарности, обняла старую кормилицу за шею, прижавшись щекой к ее лицу. Сразу стало как-то спокойнее на душе. Присутствие родного человека, пусть и не по крови, действовало подобно сильному успокоительному зелью.
- Вам удалось, – забормотала старушка и погладила меня по спине. – А я тут вся извелась! Глаз не сомкнула. Все боялась, как бы ваш братец, лорд Френсис, чего не заподозрил.
- Все получилось, - я положила руки на плечи кормилицы и, отодвинувшись, посмотрела в ее сморщенное лицо. – Но, боюсь, нам нельзя долго оставаться здесь, нянюшка, - добавила тихо. – Рано или поздно, меня хватятся. Я знаю Френсиса. И он так просто не позволит мне исчезнуть.
- Ох, - только и проговорила старушка, а затем провела меня в дом.
Кормилица получила этот домик от моей матушки. Еще, когда была не так стара, как сейчас. До смерти моих родителей, она предпочитала жить с нами в одном доме, где ее любили и уважали. А потом произошла эта трагедия, унесшая жизни любимых мной людей, и я осталась на попечении старшего сводного брата. При нем жизнь моя изменилась. Причем, не в лучшую сторону.
- У тебя есть ножницы? – быстро спросила я, оглядывая просторное помещение. Здесь было пусто. Стол, да пара стульев. Сам дом был добротный, но в воздухе витал дух опустошения. Так бывает, когда в доме давно не живут люди. Полагаю, это скоро изменится. Не станет Френсис держать при себе старушку, когда обнаружит мое исчезновение. И, полагаю, сюда тоже наведаются ищейки. Так что мне не стоит быть неосмотрительной и излишне уверенной в своих силах. Осторожность никогда и ни в чем еще никому не мешала. Вот и я буду осмотрительна. А еще…еще я знала, что нам стоит поторопиться. И уверенно села на стул, сбросив на пол котомку с вещами.
- Леди Эрлин! – как-то странно проговорила кормилица и я, обернувшись, увидела тоску в ее глазах.
- Ножницы, Стефа, - быстро велела и решительно встряхнула волосами, упавшими на спину тяжелыми волнами. Волосы у меня были хорошие. Светлые и очень густые, как у мамы. Когда прядей коснулись пальцы кормилицы, признаюсь, внутри что-то сжалось. Было жалко терять то, что украшает каждую девушку, но выбора не было. Меня будут искать. Я уже продумала план побега из города. Прикинусь мальчишкой и ускользну от стражников. А там постараюсь примкнуть к какому-нибудь обозу и на перекладных добраться до нужного мне города. Я не собиралась оставаться в этом королевстве. Здесь меня совершенно точно найдут. К тому же, в соседнем королевстве было то, что так интересовало меня уже давно. А именно, Академия Магии, принимавшая одаренных молодых людей, независимо от их пола, возраста и положения. И, что самое важное, в этой академии был очень сильный преподавательский состав на факультете целительства. Все это я знала уже давно. Туда стремилась душой и телом. Всегда хотела учиться и вот он мой шанс!
- Эх, миледи, - бормотание Стефаниды отвлекло от мечтаний и планов. Щелкнули ножницы, сомкнув лезвия на тяжелой пряди, и голова сразу стала заметно легче. Стефа резала и резала. Волосы струились шелковыми нитями, устилая пол вокруг стула, на котором я сидела. Хотелось плакать. Даже подумать не могла, что волос будет так жаль. Успокаивал лишь тот факт, что они снова отрастут. А, если им помочь немного зельями, то за год смогу вернуть назад свою гриву. Можно, конечно, и быстрее, но это чревато. Волосы могут стать ломкими, да и вообще, не о том я сейчас думаю.
- Ох, как же я волновалась, - продолжала говорить добрая старушка, пока резала мои волосы. Голос ее дрожал, и я поняла, что ей моей шевелюры жаль еще сильнее, чем мне самой. Стефа тем временем продолжала: - И куда вы потом, голуба? Ох, как же я боюсь. Одна, да без помощников, да без слуг!
- Справлюсь, Стефа, - уверенно произнесла. – Все лучше, чем с этим… - и осеклась, вспомнив противное лицо муженька. Эх, мне бы еще и брак этот расторгнуть. Впрочем, если меня не найдут, а я очень на это надеялась и знала, что приложу все свои силы, то Элройд сможет признать меня мертвой, а себя снова свободным уже через два года. А то и раньше. Эх, жаль, что не смогла продумать инсценировку собственной смерти. А еще больше было жаль матушкиного наследства. Но тут я для себя решила, что моя честь и свобода мне во много крат дороже денег и земель. Состояние дело наживное. А жить со старым сластолюбцем и терпеть его рядом выше моих сил.
Невольно поморщилась и опустила взгляд, когда поняла, что Стефа закончила с волосами. Голове стало безумно легко. И я поднялась на ноги, велев старушке:
- Открывай окна!
Стефа покачала головой, но повеление выполнила. Я же закатала рукава и призвала магию. Под кожей на руках проступило свечение. У меня оно было голубое, в цвет стихии. И чем сильнее отзывалась сила, тем ярче становился свет. На коже проступили руны. Сейчас они оплетали мои руки, словно диковинные узоры, заставляя невольно залюбоваться странной красотой, дарованной богами.
- Голуба! – увидела мои руки кормилица. Она и прежде была не раз свидетелем моей волшбы, но сейчас, словно завороженная, смотрела, как я шевелю пальцами и собираю с пола волосы. Когда не осталось и волосинки, я подняла руки и повинуясь воздушной волне, остриженные локоны взмыли вверх.
- Разметай их ветер над полями, и пусть птицы совьют из волос гнезда, - прошептала я и направила поток через окно, мимо застывшей Стефы. Ни один мой волосок не найдут те, кто отправится меня искать. А в том, что искать будут, я не сомневалась.
Все закончилось спустя несколько минут. Я опустила руки, чувствуя, как уходит магия. Всегда использовать ее было сродни восторгу, ощущению чего-то сильного. Знаю, что с даром стоило всегда обращаться крайне бережно. Маг, даже самый могущественный, мог исчерпать свой резерв. Это было чревато полной потерей дара. Нет, конечно, я никогда не позволяла себе лишнего. А последние два года вообще не могла использовать силу. Братец постарался. Сначала он привязал меня к себе, лишив возможности колдовать. О, какими тяжелыми были эти годы для меня. Казалось, что я лишилась важной части себя самой. А потом, на свадьбе, Френсис передал владение моей силой этому старику. Но я уже была готова. Недооценил меня братец, ох, недооценил. Ну, да еще поквитаемся. Не сейчас, когда я слаба. Но время придет.
- Мне пора, Стефа, - проговорила я.
- Как? – она подошла ближе. В раскрытое настежь окно веяло холодным дыханием ночи.
- Чем быстрее я покину город, тем лучше, - вздохнула. Я и зашла-то к старушке только ради того, чтобы попрощаться. Обкорнать волосы могла и сама. Но Стефа мне всегда помогала. Не могла я уйти просто так. Не могла.
- Ты себя береги, - я повернулась к ней. Снова обняла, порывисто и сильно. – А я не пропаду. Как все успокоится, сообщу о себе. Только уж не обижайся, сейчас рассказывать о том, куда отправляюсь, не стану.
Я боялась, что Френсис догадается. Боялась и знала, что чем меньше знает кормилица, тем лучше.
- Уезжай из города, Стефа, - попросила я. – Матушка тебе оставила кое-какие деньги. Я знаю. И мне жаль, что я не могу тебе помочь и отблагодарить за все, что ты для меня сделала.
Старушка всхлипнула и отпустила меня.
- Я боюсь, что Френсис к тебе придет, - пояснила свои слова.
- Этот злыдень в любом случае заявится ко мне. Даже если бы не я, а кто другой помог вам, миледи. Он же знает, как вы относились ко мне.
Кивнув, не могла не согласиться. Френсис Голлардер пройдет по всем, с кем я поддерживала теплые отношения. Не сомневаюсь. В этом Стефа права. И все же мне было страшно оставлять ее. Нет. Братец старушку не убьет и пытать не станет. Но в его власти узнать то, что знает она. Увы, дар у лорда Голлардера редкий, сильный. Не чета моему. По крайней мере, пока. И он, в отличие от меня, учился. Признаюсь, это были лучшие годы в моей жизни, когда Френсис приезжал домой только на выходные и на каникулы.
- Вот еще, я тут собрала немного, - кормилица исчезла в смежной комнате. Полагаю, там была кухня. Вернулась она довольно быстро. Протянула мне сверток. Улыбнулась как-то тихо.
- Что это, Стефушка? – я приняла подарок. Он оказался мягким и легким.
- Да после откроете, голуба! – сказала старушка и я, кивнув, спрятала сверток в котомку. Поправила лямки на плечах и вздохнула.
- Береги себя, нянюшка, - произнесла, прежде чем выйти прочь из теплоты и уюта дома. Даже пустой, почти нежилой, он был мне милее, чем особняк лорда Элройда.
- Лицо измажьте грязью, - донеслось уже вослед с порога. – Больно уж вы хороши, голуба, - почти плача, крикнула старушка.
Не удержавшись, обернулась, и сердце сжалось, когда увидела ее одинокую фигуру на пороге дома. Стефа подняла руку и осенила меня обережным кругом. Как мать.
В груди стало тесно. Сдавило так, что едва не застонала. А глаза резануло подступившими слезами.
Резко отвернувшись, я шагнула в ночь, уже точно зная, что больше не обернусь. Просто не смогу.
***
Великий лорд Элройд, один из членов королевского совета, всегда раздражал Френсиса, хотя последнему этот факт приходилось тщательно скрывать. Но сейчас, глядя на старую тушу, лежавшую на полу, раскинув в стороны руки, Голлардер едва сдерживался от отвращения, грозившего исказить его спокойное лицо неприятной гримасой.
Дуэйн Элройд был раздет до штанов. Толстое брюхо растеклось, уродуя и без того уродливое тело мужчины. Сейчас он походил на свинью и вызывал у новоиспечённого родственника одно лишь желание, посильнее пнуть его носком ботинка в бок. Но рядом были слуги и стража. Поэтому Френсис остался весьма сдержан в проявлении своих желаний и ограничился лишь тем, что осмотрел благородного лорда на предмет ран или воздействия магией. Но из любопытного для себя обнаружил лишь тонкий ободок обручального кольца, скатившегося в глубокий пуп Дуэйна. Тут же на полу лежала и его одежда, а чуть дальше, бесформенной тряпкой, валялось то, что еще недавно было свадебным платьем юной невесты лорда.
- Он жив? – только и спросил Голлардер, пока расторопный слуга, рухнув перед советником на колени, пытался послушать сердце у молодожена. Даже не подождав, когда ему ответят на вопрос, маг прошел вперед, к раскрытому окну и, облокотившись руками на широкий подоконник, посмотрел вниз.
Эрлин не потрудилась закрыть окно, когда выпрыгнула из него, а значит, торопилась. Френсис тихо выругался. На миг ему даже стало любопытно, как девчонка ухитрилась освободиться. Да… Недооценил он сестренку. Смышленая. Зря он оставил ее наедине с этим боровом. Вот и результат. Эрлин сбежала, а ее муженек жирной тушей расползся по ковру. Его упущение, черт побери. Лучше бы стоял и держал свечу, зато был бы уверен, что все пройдет так, как надо. Но нет же, решил, что подавил ее магию. Эрлин в последнее время была так тиха и послушна. Казалось, ее сила и жажда свободы сошли на нет, превратив девушку в покорную и на все согласную марионетку. И вот тебе сюрприз. Не так бы тих омут, как казался.
- Жив! – нарушая ход мыслей мага, прозвучал голос слуги.
- Позовите лекаря! – крикнул кто-то. Френсис узнал голос молодого Элройда, одного из младших сыновей старика. Обернувшись, отошел от окна, заметив, что в спальне, отведенной для новобрачных, собралось слишком много народа.
- Пошли вон отсюда, - рявкнул он. Еще не хватало, чтобы гости внизу узнали о побеге. Нет. Пусть себе набивают животы во славу нового советника короля. Пусть младшего, но все же…
Френсис знал, что он способен на большее. И добьется того, к чему стремится, любым путем.
- Освободите комнату. Лорду и так дышать нечем, - рявкнул Голландер, но при этом остановил было слуг, которые по велению младшего Элройда, хотели поднять спящего женишка и перенести на кровать.
- Не надо его трогать, - холодно заявил маг. – Мы не знаем, что ему сделали. Пусть остается на месте до прихода лекаря.
- Но… - попытался протестовать младший сын Дуэйна, только Френсису хватило одного взгляда, чтобы поставить паренька на место. Сжавшись, тот невольно попятился назад, под пристальным взором зеленых змеиных глаз мага.
Легкая улыбка тронула губы Голландера. Вот и хорошо. Пусть боится. Его все должны бояться. Это вызывает ощущение всевластия там, внутри, где у человека трепещет живая душа. А Френсис с детства мечтал повелевать и править. И всегда шел к своей цели, не гнушаясь ничем. Поскольку верил в то, что цель оправдывает средства.
К тому времени, когда в спальню вошел лекарь, высокий статный мужчина-маг в темном балахоне целителей с короткой седой бородкой, кроме Френсиса в помещении оставались двое слуг и отпрыск старого жениха.
Лекарь сразу увидел тело и, быстро наклонившись, пощупал пульс, а затем принялся водить руками над лордом. Почти в тот же миг Дуэйн Элройд начал храпеть, да так громко, что Френсис едва не рассмеялся, ощутив вместе с облегчением, долю разочарования. Если бы Эрлин отравила своего муженька, он бы не расстроился. Более того, Элройд стоял выше Голландера в совете, а значит, с его смертью могло освободиться более выгодное место в королевской палате. Но нет. Старого похотливого ублюдка сестренка только усыпила. А ведь могла и убить, с ее-то талантами.
- Он спит, - как-то удивленно констатировал лекарь.
- Я уже и сам понял, - вздохнул Френсис и сделал знак слугам, чтобы перенесли спящего с пола на кровать. Перед этим маг не удержался и бросил быстрый взгляд на покрывало, надеясь увидеть там пятна крови, означавшие то, что старик успел овладеть Эрлин и консуммировать брак. Но нет. Как и стоило ожидать, девчонка уложила мужа до того, как тот успел ее коснуться.
- Жаль, - еле слышно проговорил маг.
- Его усыпили. Из повреждений на теле есть только крошечный порез, но это настолько незначительно, что не требует вмешательства магии. Заживет само, - сказал лекарь и посмотрел на Голландера.
- Вы можете сказать, какое зелье было использовано? – спросил Френсис.
Лекарь пожал плечами.
- Так сразу и не скажешь. Похоже на стандартное снотворное, усиленное действием вербены и кровостоя. Возможно, там есть еще какие-то компоненты, но, как я уже сказал, определить вот так, на глаз, не могу.
- Понятно, - лорд Голландер отвел в задумчивости глаза. Ему было любопытно, кто же помог сестрице достать все эти травы. И ответ пришел сам собой.
- Спасибо, - коротко поблагодарил он лекаря. – Присмотрите за нашим, - сделал паузу, бросив взгляд на захрапевшего женишка, - лордом Элройдом. Оплату получите в соответствии с названной ценой. Думаю, сэр Дуэйн не поскупится с оплатой за свое здоровье, когда очнется. И, кстати, - снова посмотрел на лекаря, - когда он придет в себя?
- Судя по консистенции зелья, милорд благополучно проспит до утра. Этому содействует количество выпитого спиртного за праздничным столом, - последовал ответ. – Усиление действия зелья.
- Понятно, - повторился Френсис. Его интерес плавно сместился с новоиспечённого родственника к сводной сестре. Нет. Оставлять все так, как есть, он не намерен. Надо сейчас же идти по горячему следу и искать Эрлин. Иначе леди Элройд исчезнет, словно ее и не бывало. Теперь, когда она вернула себе способность к магии, будет непросто найти и вернуть белянку.
- Если бы еще этот старый хрыч не спал сном младенца, - выругался мысленно Френсис и, бросив последний взгляд на храпевшую тушу, поспешно покинул спальню.
Уже на лестнице, спускаясь вниз, он слышал, как нарастают звуки из зала. Шум голосов, смех и пьяные крики, замешанные на музыке, резали слух. Френсис и сам пригубил вина. Но самую малость и больше делал вид, будто пьет. Он всегда предпочитал, чтобы его ум оставался острым.
Проходя мимо распахнутых дверей, Френсис неожиданно понял, что не пойдет туда. Пьяные гости, большая часть которых были друзьями со стороны жениха, вряд ли заметят отсутствие брата невесты. Им сейчас не до него. Молодых проводили в опочивальню, и веселье грозит продлиться до утра, благо, что съестным и спиртным Элройд запасся вволю, пообещав отмечать свою свадьбу с размахом.
- Милорд? – увидев Голландера, к нему уже спешил один из лакеев.
- Плащ, трость и шляпу, - коротко приказал маг. Его приказ выполнили в мгновение ока, и уже спустя не более чем пару минут мужчина вышел из дома и, сбежав по парадной лестнице, решительным шагом направился через двор в сторону ворот, за которыми начинался город.
Френсис не взял с собой никого из своих людей. Не посчитал нужным. К тому же сам он всегда работал намного быстрее и эффективнее. Никто не отвлекал глупыми вопросами и не сбивал с мысли. Да и та, которой он намеревался нанести поздний визит, не входила в число опасных особ.
Стефанида Крауч была няней Эрлин. К тому же, после смерти родителей, она долго оставалась при девушке и уволилась только в день свадьбы. Он не заподозрил неладное, а зря. Старушка объяснила свой уход тем, что ее, дескать, не желает держать при себе старик Элройд. А платить за уже чужую служанку лично Френсис не намеревался. И вот теперь он подозревал, что старушка приложила усилия для побега Эрлин. И, даже если это было и не так, сестра должна была зайти к Стефе, хотя бы для того, чтобы попрощаться. И, если он не ошибается, то миссис Крауч вполне в таком случае может знать, куда направилась леди Элройд.
Конечно, это было бы слишком просто, но Френсис знал, что должен проверить любой факт, чтобы знать, от чего отталкиваться после.
***
На ночь ворота в город закрывали. Пропускали после заката лишь гонцов и тех, у кого были именные грамоты от короля или членов совета. У меня ничего такого не было. Но ждать до утра казалось равносильно смерти. Что-то подсказывало – Френсис уже знает о моем побеге. А братец был не из тех, кто станет откладывать то, что может сделать сегодня, на завтра. Поэтому я решилась на кардинальные действия.
Северная башня города всегда охранялась меньше всего. Во-первых, со стороны севера никогда не было угроз для города, а во-вторых, рядом не пролегало ни одной мало-мальски приличной дороги. Так, тропки, уводившие в лес.
Город я знала отлично. Лес знала немного хуже, но знала. А потому решила, что вряд ли меня бросятся искать в этой стороне.
Пока шла по ночным улицам, внимательно оглядываясь по сторонам, думала о том, что буду делать дальше. Самым разумным сейчас было покинуть город и по лесным тропам выйти к королевскому тракту. Но не к южному, насыщенному караванами и обозами, а именно к северному. Он располагался чуть дальше от Закатной Башни и был менее облюбован путниками, а все потому, что северный тракт вел к границе с соседним королевством, и именно туда мне нужно было попасть.
Да, я делала, таким образом, значительный круг. Но время терпело, а я не хотела попасть в лапы к братцу, едва ускользнув из них. Лучше потеряю год, чем всю жизнь. Если не успею поступить в этом году, то поступлю на следующий. Главное, скрыться подальше от длинных лап Голландера и того, кого я ни за что на свете не назову и не признаю своим мужем. Одна мысль о противном старикане с влажными губами, и меня всю передергивает от отвращения, даже теперь, когда между нами расстояние, пусть и незначительное, но все же.
Дома в северной части города отличались от ухоженного центра, где здания походили на крошечные дворцы со своими парками и зелеными улочками. Здесь же под ногами лежала каменная мостовая, а с двух сторон дорогу обступали каменные громады, больше похожие на грубые крепости. Еще дальше начинался квартал мастеров, и он тоже заметно отличался от построек в городе, так как почти сплошь все здания были из дерева. Но мой путь лежал к стене. И я снова собиралась призвать силу.
Судьба хранила меня всю дорогу от дома Стефы и вплоть до Закатной Башни. Оказавшись впритык у самой стены, снова закатала рукава. Прислушалась, нет ли посторонних звуков, и только потом призвала силу.
Было заметно, как плохо она отзывается после долгого заточения. И, кажется, я немного подрастратила ее запас, когда спускалась из окна и когда убирала волосы в доме кормилицы. Стоило на будущее поберечь резерв, а еще сделала себе мысленную пометку заниматься каждый день, чтобы как можно быстрее восстановить силы.
Сейчас же мне предстояло перелететь через стену, и я, прикрыв глаза, отрешилась от всего, чувствуя, как сияние на руках пробуждает уснувшие было руны.
Первый поток воздуха ощутила, когда сияние стало настолько мощным, что я различила его даже через сомкнутые веки. В спину ударило порывом налетевшего ветра и тело приобрело ту приятную легкость, которая свидетельствовала о том, что магия начала действовать.
Я подняла одну ногу, приказывая ветру стать опорой под ступней и тут же ощутила отклик стихии. Дальше все пошло легче. Шаг за шагом я поднималась все выше и выше, а достигнув вершины стены, открыла глаза и посмотрела вперед. Туда, где до самого горизонта темнел густой лес.
Ветер поставил меня на зубец, заставив покачнуться и раскинуть в стороны руки.
- Эй, ты куда? – произнесла я, обращаясь к легкомысленной стихии, которая норовила вырваться из –под власти удерживавшей ее магички. – А вниз? Или предлагаешь мне прыгать? – сама не знаю, но отчего-то заговорила с ветром, и он покорно отозвался, подставив прозрачный поток под мою ногу.
Невольно опустила взгляд, пока спускалась. Да. До земли было далеко. И падать с вершины стены мне ой как не хотелось по той самой причине, что вряд ли после такого столкновения с землей бренного тела, я смогу выжить.
Ветер слушался, но капризничал. То и дело норовил улизнуть. Так что спускалась вниз быстрее, опасаясь, как бы не иссякла сила. Уже у земли свечение начало угасать. Заметив это, отпустила ветер, опасаясь растратить больше, чем нужно, маны, и спрыгнула вниз с высоты своего роста.
Приземление получилось удачным. Я не упала и даже не подвернула ногу. Почти сразу оглянулась на стену, проверить, не появился ли там караул. Но нет. Темнота была полной и свет сочился лишь из окна башни на самом ее верху.
- Вот и хорошо, - произнесла еле слышно, после чего поправила лямки котомки и перевела взгляд на лес, вставший впереди, шагах этак в ста от стены. Мрачная громада дышала мраком. Город окружала вырубка, но дальше все занимал лес. Высокие деревья поднимали свои вершины к темному небу, путались в облаках, пугающе взирали, то ли пугая, то ли предупреждая путников. Но я не боялась. Да, одной в лесу, конечно, страшновато и совершенно точно, будет немного не по себе. Но больше страшили люди, которых я оставила за спиной. Станут ли меня искать? Хватились ли меня? Да. Скорее всего, Френсис уже обнаружил пропажу. Он не из тех, кто станет ждать до утра, чтобы поздравить молодых с первой брачной ночью. Нет. Ему нужны доказательства сразу и сейчас. Не сомневаюсь, что в данный момент он навис над телом спящего лорда Элройда и рассматривает кольцо на его жирном животе. Рассматривает и думает, соображает.
Убегая, я не стала закрывать окно. Это было просто бесполезно, так как Голландер и без этого факта все поймет. Тем более, что уйти через дверь я никак не могла. В том, что за ней поджидали люди братца, я не сомневалась ни секунды. Так что, как ни крути, он все поймет и узнает. Френсис был злым, но не глупым. А жаль.
Решив не тратить драгоценное время, шагнула вперед и вскоре вошла под сень леса. Тропинку нашла почти сразу. Сотворила слабый синий огонек, который едва, но разбивал, тьму, и подбросила вверх. Он завис над головой, а затем полетел вперед, указывая и освещая путь. Маны он требовал совсем немного, а идти впотьмах было некомфортно. К тому же, я спешила отойти как можно дальше от города, и мне нужно было использовать все свои ресурсы для достижения данной цели.
Тропинка петляла через чащу, где давно не прореживали лес. Он стоял вдоль тропы, похожий на живую стену. Следил за мной, молчаливый и мрачный. И ступая по утоптанной тропе, я шла и знала, что с восходом солнца все изменится. Уйдет страх и тьма. И идти дальше будет веселее, даже несмотря на усталость.
***
Старую Стефу он нашел быстро. Да и что ее было искать, если Френсис прекрасно знал, где находится дом старухи. Он почему-то не сомневался, что застанет ее там. Как не сомневался и в том, что именно она собрала для Эрлин вещи, поскольку Голландер прекрасно понимал – сестрица не могла выпрыгнуть из окна в чем мать родила. А так как свадебное платье она оставила в спальне вместе с уснувшим мужем, вывод напрашивался сам собой.
Он вошел в дом не потрудившись постучать. Да и дверь оказалась не закрыта. А сама старуха сидела за столом, уронив на руки голову, и смотрела в окно, за которым стояла ночь.
- Давно не виделись, Стефа, - съязвил маг, закрывая за собой дверь.
Старушка обернулась. На ее лице не было страха. Глаза смотрели на молодого мужчину с удивительным спокойствием и глубокой мудростью, какая бывает только у старых людей, видевших жизнь.
- Быстро же ты пришел, - проговорила она.
- Приятно, что застал тебя здесь. Не пришлось бегать по городу и тратить время на поиски, - он подошел к столу и взял свободный стул. Поставил его, сел, устроившись так, чтобы оказаться напротив кормилицы.
- Да разве от тебя, ирода, убежать? – она улыбнулась. Только улыбка вышла недоброй.
- Не любишь ты меня, - посетовал шутливо маг. – Ой, не любишь, Стефа.
Она села ровнее. Взглянула холодно, сказав:
- А за что любить? За то, что сестру свою подложил под старого хрыча ради места в совете?
Френсис рассмеялся. Вот что ему нравилось в старушке, так это ее прямолинейность. Смелых людей он уважал, несмотря ни на что. Даже сестрицу, которую при этом ухитрялся одновременно и ненавидеть.
- Все-то ты знаешь, старуха, - облокотившись на стол локтями, Голландер наклонился над столом, глядя пристально в глаза женщине. – Может, расскажешь тогда, где Эрлин?
- Не по своей воле, - ответила она тихо, и маг почувствовал какой-то подвох. Он понял, что сестра вряд ли поделилась со Стефой тем, куда собирается отправиться. Эрлин прекрасно знала способности сводного брата. Знала их и старуха, сидевшая напротив. И все же проверить стоило. Тем более, что этот процесс вряд ли замет слишком много времени.
Стефа не успела отпрянуть, когда он резко протянул руки и схватил ее ладони, дернул на себя, поднимаясь одновременно со стула. Рывок и вот женщина лежит на столе животом вниз. Френсис с легкостью перевернул ее на спину и склонился ниже. Одну руку положил на живот, придавив кормилицу к столу, а вторую опустил ладонью на лоб. Прижал с силой, выпуская магию.
Женщина под его руками дрогнула, а затем будто обмякла и он закрыл глаза, считывая ее видения. Начал с последних и не ошибся, увидев сестру.
Вот она стоит на пороге, вот сбрасывает капюшон и обнимает старуху. Дальше видение пошло размытым. Стефа начала сопротивляться, и он решил сделать послабление ее разуму, осознав, что может навредить ей, если сейчас надавит слишком сильно. Почему-то старуху было жаль. Все же, когда он был мальчиком, она хорошо относилась к нему в те редкие дни, когда он возвращался домой из академии.
- Я буду слушать! – произнес он шипящим голосом, чужим даже для себя самого. Еще немного магии и проявились голоса, заменив образы. Впрочем, так было даже лучше. Что толку видеть, если он мог слышать то, о чем эти двое разговаривали.
Несколько минут и Френсис убрал руки, а сам отошел назад, глядя, как Стефа открывает глаза и тяжело переваливается на бок.
- Я так и знал, что она тебе не скажет! – бросил он.
Старуха села. Было заметно, что она чувствует себя намного хуже, чем до встречи с Голландером. И все же, у нее хватило смелости ответить ему резкое:
- Конечно, не сказала. Мы ведь знали, что ты придешь, - и так улыбнулась, что магу стало не по себе. И он как-то сразу пожалел о том, что проявил слабость по отношению к старухе. Стоило надавить сильнее. Она и так достаточно прожила на этом свете. Если бы умерла, то и не жаль.
- Лучше бы сказала спасибо за то, что осталась жива, - рявкнул он, а затем, выдохнув, взял себя в руки и добавил уже более спокойным тоном: - все равно найду ее и верну.
- Зачем? – выдохнула Стефа, и с неожиданным проворством, удивившим мага, спрыгнула со стола. Покачнулась, но уже мгновение спустя оказалась рядом. - Отпусти ее. Ты получил то, что хотел. Этот хрыч старый тоже. Отпусти, всеми богами молю! Пусть живет так, как хочет. Пусть…
И не договорила, встретив ответный, полный ледяного холода, взор.
Френсис не произнес ни слова. Смерил ее взглядом, а затем просто развернулся и вышел из дома, захлопнув за собой дверь. Стефа еще несколько минут смотрела прямо перед собой, а затем вернулась к столу и устало села, уронив лицо в ладони.
***
Джон так и не напился. Хотел, но не получилось. Отвлекали мысли, которые, после разговора со старым другом он пытался разложить по полкам. Ему даже показалось, что получилось.
Из таверны Джон уехал ближе к рассвету. Дал своим людям несколько часов на отдых, а затем приказал собираться во дворе перед казармами. Сам же так и не прилег, занимаясь делами. Ему хотелось, как можно скорее покинуть город. Что-то толкало в путь. Нежелание оставаться в чертогах лжи, или осознание того, что здесь ему просто не место?
Вернувшись в свои покои, он велел слуге собирать вещи. К слову сказать, собирать было почти нечего. Он никогда не любил наряжаться и, глядя на одинокий сундук, который продемонстрировал ему слуга, подумал о том, что на этот раз в обозе не будет телеги, забитой нарядами его супруги. Как подозревал, почти бывшей.
Лиссандры в комнатах не оказалось. Но Гаррет и не подумал искать ее. Она сделала свой осознанный выбор. А он сделал свой. Так что их пути расходились, и Джон невольно усмехнулся, когда понял, что совершенно не жалеет о такой потере. Он давно охладел к супруге. А она, кажется, даже еще раньше. Да, страсть была. Быстрая и скоротечная. А сейчас Джон видел, что Лиссандра чужой для него человек. Не та, с которой можно разделить счастье и горести. И уж точно не та, с которой он хотел бы растить детей, а потом и ждать внуков.
Но, черт побери, что-то он думает совсем не о том. Расклеился, чего себе прежде не позволял.
Джон кивнул слуге, велев отнести его вещи вниз. Сам собрал оружие. Его он слугам не доверял. Стянул в узел и покинул королевские комнаты, даже не оглянувшись.
Сбор состоялся почти в полдень. До этого часа Джон улаживал формальности. Успел договориться о провианте, успел еще раз побывать у Его Величества, подозревая, что монарх принял его не по доброте душевной, а в надежде, что Гаррет передумает. Впрочем, на этот раз разговор закончился тем, что король выдал ему грамоту с печатью и отпустил в Серый замок, даже не пожелав удачи на новом месте. Но это Джона не расстроило. Впереди у него будет новое будущее, новый гарнизон и место, где, возможно, он найдет себя снова.
Перед своими людьми капитан предстал в походной одежде. Успел отметить, что почти все они были готовы для дороги. Но нашлись и несколько человек, кто решил остаться и попытать счастья в королевской гвардии. Гаррет их не винил. Коротко и сдержанно поблагодарил за службу и отпустил на все четыре стороны. Он сделал для этих солдат все, что мог. Договорился с капитаном гвардии о том, что его бывших людей примут, как полагается. И теперь со спокойной совестью обратился к тем, кто остался с ним, выбрав тяготы пути вместо относительного покоя городской жизни.
Его речь была короткой. Джон никогда не любил, да и не умел говорить. Он быстро пояснил поставленные цели, глядя на своих людей. На тех, кто так долго был рядом.
В первом ряду стоял и Маргел. Сегодня на построение он заявился с Руром, и мелкий бес восседал на плече своего хозяина, тараща круглые глаза и потряхивая излишне крупными ушами, делавшими его похожим на летучую мышь.
- Дорога будет непростой. Северный тракт еще подлежит освоению, - говорил Гаррет, положа одну руку на рукоять тяжелого меча. – И Серый замок находится на границе с Арданией. Все вы знаете, что именно там, на болотистых пустошах, чаще всего появляется нечисть. Нам предстоит охранять королевство от прорывов погани….
Он говорил и видел, что его люди знают, на что идут. Да. Просто им не будет. Но и там есть жизнь. И там есть те, кого надо и стоит оберегать.
Собрались быстро. Солдаты умели это делать, когда получали приказ. Так что из города выступили еще до того, как солнце стало клониться к горизонту.
Джон покидал столицу, не оглядываясь назад. Оставляя там свое прошлое и надеясь, что будущее будет более благосклонно к его судьбе. Возглавляя обоз, мужчина не торопил Меченого, хотя чувствовал, что жеребец рвется сорваться в галоп.
- Не жалеешь о том, что оставил жену? – спросил Маргел, ехавший стремя в стремя с капитаном. – Ты даже не оглянулся, когда мы выезжали с королевского двора. А ведь она была там. Я видел леди Лиссандру, стоящую на балконе.
- Полагаю, уже завтра она станет свободной женщиной, - ответил Гаррет. – Его Величество слов на ветер не бросает.
Маргел усмехнулся и, подняв руку, погладил вынырнувшего из-за поднятого ворота, Рура. Бесенок фыркнул и шмыгнул назад, устроившись в капюшоне хозяина, так что из него торчали одни уши существа. Подобно белкам, мелкие бесы любили сворачиваться клубком в тепле, где могли проспать едва ли не полдня.
- Интересно, что ждет нас там? – задумчиво спросил маг, глядя вперед, туда, где от королевского тракта отделился северный, уходивший в сторону леса, темневшего впереди, сразу за вырубкой. Туда и лежала дорога военного обоза.
Маг обернулся и бросил взгляд назад. Более пяти десятков людей ехали верхом. Еще несколько управляли гружеными телегами, где лежали провиант, палатки и одеяла. Провизии должно было хватить вплоть до стен Серого замка с учетом того, что капитан и его люди поедут напрямую через лес, никуда не сворачивая.
«Король думает, что все просчитал», - сказал себе Маргел. И по сути, светлейший монарх больше приобрел, чем потерял, даже несмотря на то, что славный и почти легендарный капитан отказался преклонить перед ним колено и принести клятву верности. Все же теперь у Его Величества на границе будет сильный гарнизон с умным и ответственным воином во главе. Маг не спешил поделиться такими мыслями с Джоном, который, как Маргел предполагал, и сам все прекрасно понимал.
Он бросил взгляд на капитана. Военный сидел в седле, глядя упрямо вперед. По его лицу было невозможно прочитать эмоции. Он казался закрытым ото всех и в первую очередь, от себя самого.
- Ну, удачи нам, сэр Джон, - не удержался старик, и только после этого капитан повернул к нему голову и кивнул, явно разделяя надежды Маргела.
Усталость настигла меня где-то через час после рассвета. Не в силах больше сделать ни шага, остановилась на маленькой полянке и, выбрав себе пристанищем высокую ель с широкими лапами, решила забраться под одну из ветвей и немного отдохнуть, а заодно поесть.
Под лапой было уютно. На толстый слой старой желтой хвои бросила куртку и села, поджав ноги. Из котомки достала припасы. Еда была простой, но сытной и, что самое главное, была завернута в обработанные магией, тряпицы. Это постаралась Стефа. Даже представить себе не могу, сколько кормилице пришлось отдать денег, чтобы бытовой маг влил свои силы в эту ткань. Но итог был просто отличным. И, полагаю, даже спустя несколько дней продукты будут как свежие. Хотя сильно сомневаюсь, что я не съем все это в ближайшее время.
Перекусив ломтем серого, крестьянского хлеба, какой обычно пекли простолюдины и продавали на рынке перед въездом в город, с куском твердого сыра, запила все простой водой, после чего сложила остатки в котомку и свернулась клубком, подложив под голову собственную шапку.
Здесь было очень уютно. Полагаю, лежа на куртке, я была намного счастливее, чем находясь в богатых покоях в доме своего мужа. На миг стало интересно, что он будет делать, когда придет в себя. Но больше всего меня интересовал брат. Мысли волей-неволей возвращались к Френсису, но я упрямо гнала их прочь, решив, что будет лучше просто считать про себя. Да что угодно. Цифры, лошадей, растения, которые некогда использовала для приготовления зелий… Впрочем, усталость сказалась, и я уснула прежде, чем успела досчитать до десяти.
Когда открыла глаза и выбралась из-под защиты дерева, оказалось, что проспала я достаточно долго. Хмыкнув, умылась, потратив часть питьевой воды, и снова снарядилась в путь.
По моим подсчетам до ближайшего поселения, где я могла купить себе провизии и наполнить флягу из колодца, оставалось несколько часов пути. Деревни, даже лесные, все же старались держаться ближе к городу, так как там была гвардия и солдаты, которые, при случае, могли прийти на помощь. Но вот дальше на север вдоль тракта будут редкие деревушки. Это я знала, так как успела предварительно изучить карту. И вот теперь шла, ориентируясь на память.
Тропинка еще долго петляла, уводя меня то в глубь леса, то к высокому обрыву, внизу которого текла горная река. Впрочем, она меня интересовала пока мало. Вода у меня еще была, а тратить ману, резерв которой и так истощила за прошлую ночь, не хотела. Мало ли, что произойдет в пути. Я должна быть уверена в том, что при опасности смогу спастись. Да и стоило дать магии восстановиться. Время, проведенное в магических оковах, подточило мои силы.
К северному тракту вышла спустя пару часов блуждания по лесу. Первого же взгляда хватило на то, чтобы оценить дорогу. Сразу бросилось в глаза, что дорога крайне неухожена. А еще было заметно, что ее использовали еще реже, чем я только могла предположить. И все же, идти по ней было значительно легче и, что самое главное, быстрее.
Я прошла еще с несколько миль. Ноги гудели. Спину начало тянуть и пришлось замедлить шаг. Зато, еще спустя некоторое время, я начала замечать признаки приближающегося поселения. Сначала это был старый поломанный плетень, тянувшийся вдоль тракта. Местами он отсутствовал, местами из земли торчали огрызки былого заграждения. А затем он и вовсе пропал. Но не успела я миновать три поворота, как взгляду открылось приятное зрелище.
Передо мной появилось поле. А сразу за ним начиналась и деревня. Несколько крыш выдыхали в небо сизый дым, а слух порадовало мычание буренки из хлева.
Почти сразу, следом за коровой, раздался заливистый лай собаки, и я почувствовала, как на губах расцветает улыбка. Дошла. Не сбилась с пути и, что самое главное, деревня жилая, не заброшенная. А значит, там я смогу купить еду и взять воды.
Словно лошадь, почувствовавшая близость жилья и отдыха, я ускорила шаг, забыв о том, что еще недавно плелась из последних сил. Но успела сделать лишь несколько шагов, как услышала шум, раздавшийся за спиной. Топот множества копыт и шелест колес, заставили меня остановиться и бросить взгляд назад. То, что я увидела, порадовало вдвойне. Кажется, едва не подпрыгнула от радости. Обоз. Да, черт побери! Обоз. С телегами, всадниками, просто как подарок судьбы. Даже не думала, что так быстро встречу на тракте тех, кто направляется в одну со мной сторону. Впрочем, это еще стоило уточнить.
Придержав шаг, медленно пошла вдоль обочины, то и дело бросая взгляд через плечо, словно опасаясь, что все эти всадники просто исчезнут, оказавшись лишь плодом моего воображения. Но нет. Они стремительно приближались и сердце в груди забилось преисполненное надежды на удачу. Вот он – мой шанс! И как тут не поверить в провидение, которое привело меня именно в этот день, этот миг сюда! Ведь реши я идти дальше лесными тропами, петляя зайцем от надуманного пока преследования брата, вполне могла разминуться с этим обозом. А на северном тракте подобное было, действительно, удачей.
Посторонившись, замерла, глядя, как мимо меня, даже не обратив внимания на фигурку у плетня, проехали первые несколько всадников. Тот, что был ближе ко мне, оказался старым и явно был магом. В широкополой шляпе, в широком балахоне и с седой бородой, он являл собой образец мудрости и силы, потаенной силы. Не той, которой кичатся. Рядом с ним ехал темноволосый мужчина, лица которого разглядеть не успела, потому как уделила больше внимания жеребцу, на котором восседал последний. Очень уж хорош был конь. Тонкие быстрые ноги, мощный круп и грива, словно шелк. На лбу пятно, заметное такое.
Следом за двумя явными предводителями, тянулись ряды верховых. И тут моя радость немного потускнела. Я напрасно таращила глаза, надеясь разглядеть при обозе женщин. Но нет. Он протянулся мимо меня весь, до последнего всадника, следовавшего за грохотавшими телегами. Ни одной женщины. Вот просто ни одной. Обоз состоял целиком из мужчин, большая часть которых были молоды, едва за тридцать. Нет, были и моложе, и старше. Но среди обозных женщин я не обнаружила.
- Вот дьявол, - выругалась тихо. Вскинув голову, заметила, что первые всадники остановились дальше. Видимо, решили проситься на постой в деревне. Не мудрено, что было принято такое решение. До следующей деревни было несколько дней пути. Так зачем упускать шанс сытно поесть горячей домашней еды и поспать в тепле. Хотя, сомневаюсь, что на всех в здешних домах хватит места. Впрочем, хлев и сеновал еще никто не отменял.
Решившись, поправила лямки за спиной, и ускорила шаг, раздумывая над тем, что же мне делать дальше. Тот факт, что обоз состоял из одних мужчин, мне, признаюсь, не пришелся по душе. Но я понимала, что не могу упустить такой шанс и отпустить восвояси этот обоз, даже не попытавшись присоединиться к воинам. Надо будет еще постараться, чтобы меня взяли.
Я припустила вперед, радуясь тому, что решила путешествовать под личиной мальчика. К тому времени, когда подбежала к самому большому домишке, увидела, что старик маг и его черноволосый, очень, к слову, статный, спутник, разговаривают с дородным мужичком, одетым в мешковатые одежды.
- …места найдем, только, если слово чести дадите, что ваши люди девок наших трогать не станут… - услышала обрывок фразы, произнесенный, судя по всему, местным старостой. И дом, как я успела догадаться, принадлежал тоже ему.
- Я поручусь за каждого из своих людей, - последовал быстрый и уверенный ответ.
Сделав еще несколько шагов вперед, вынырнула между спешившихся воинов, чтобы взглянуть на предводителя отряда. На меня покосились, но особо не успела никого заинтересовать. Видимо, солдаты решили, что я из этой деревни. Благо, одежда у меня была самая что ни на есть простая, и взгляд не привлекала. А так, мальчишка и мальчишка. К тому же я, по совету Стефы, чуток измазюкала щеки и нос грязью и теперь еще больше походила на мальчика. Вряд ли кто-то станет рассматривать более внимательно подростка, проявляющего любопытство к военным.
Оказавшись ближе к говорившим, навострила уши, стараясь услышать как можно больше, но еще больше увидеть. Старик, стоявший молча рядом с черноволосым здоровяком, меня заинтересовал. От него веяло магией. Я даже смогла понять, какой. Старик был боевиком. Не очень сильным. Скорее, середняк в своей специальности. Но для отряда воинов и такая помощь при схватке или в сражении, будет не лишней.
Перевела взгляд на черноволосого. Сейчас смогла рассмотреть его более тщательно, а не мельком, как несколько минут назад. Говорил он уверенно. Держал себя так, что сразу было заметно военного с огромным опытом. Мужчина оказался очень высокий. Наверное, на две головы выше меня. Крепкий, с длинными ногами и очень сильными руками. Мышцы угадывались под тяжелой военной курткой и наброшенным на широченные плечи плащом. Я бы не назвала его красивым. Но он и не был лишен привлекательности. Черты правильные, глаза большие, как для мужчины. Лицо скорее худощавое. Отталкивала борода. Пусть и короткая, но я терпеть не могла растительность на лице мужчин. Впрочем, какое мне дело до того, носит он бороду, или нет. Не целоваться же я с ним собираюсь. А вот попроситься в обоз, это да.
В целом, впечатление предводитель воинов оставил хорошее. Мне понравился его голос. Обычно обладатели подобных голосов представляли собой цельную личность. Были честны и склонны к излишней самооценке и имели завышенное чувство ответственности. А еще… еще он был человеком. Но тут я почувствовала какую-то странность. Потому что в этом мужчине была толика магии. Едва уловимая, похожая на огарок свечи, который уже и не горит, а скорее, тлеет. Так и его дар тлел. Это заставило призадуматься. Впрочем, размышляла я недолго. За то время, пока я рассматривала старика мага и предводителя военного обоза, черноволосый успел договориться о горячем ужине для своих людей, и о ночлеге. Как и подозревала, большая их часть были размещены по хлевам. Мага и старшего военного староста пригласил ночевать к себе.
- Я предупрежу своих людей, чтобы не боялись, - проговорил глава деревеньки. – Но помните, что дали слово…
- На этот счет можете не волноваться, - отрезал военный. Он сказал это так, что даже я поверила. Было что-то в голосе у мужчины такого, что ему хотелось верить. Вот так, сразу, даже не зная, кто он и кем является.
- Мы утром уедем, - добавил старик маг и вдруг обернулся. Я даже подалась назад, когда пристальный взгляд обратился ко мне. Сглотнула, ощутив, что маг уловил мою силу. На его губах расцвела было улыбка, но, почти сразу он отвернулся, а я торопливо нырнула за спину одного из военных. Неловко зацепила его руку и тотчас извинилась.
- Ты чего такой шуганый, малец? – спросил меня солдат.
Не ответив, попятилась назад, отвернувшись от говорившего и оставив его вопрос без ответа. Спишем все на испуг.
Через плетень перепрыгнула, не используя магию. Зашла в седые лопухи, оставшиеся не убранными, видимо, еще с прошлого лета, и застыла, думая о том, как теперь попасть к этим людям. Было интересно, куда они направляются. Решила, что дождусь, пока солдаты устроятся на ночлег, а затем попробую подойти к их главному. Попрошусь ехать с ними. Нет, даже идти. Лишь бы взяли. С таким-то отрядом бравых военных, будет намного безопаснее путешествовать. Если понадобится, предложу денег. Не то, чтобы у меня было густо с финансами, но все же…
Что-то подсказало мне, что этого черноволосого золотом не взять. Не похож он на человека, которого можно купить или соблазнить деньгами. Так что, сначала буду давить на жалость. Придется постараться, если хочу дальше ехать с этим отрядом. Плохо, конечно, что в нем одни мужчины. Но сомневаюсь, что в ближайшее время по северному тракту пройдет еще какой обоз. А самой идти опасно. Это сейчас, в близости от столицы, все относительно спокойно. Да и маги в лесу поработали. Пока шла, ощущала воздействие на землю. Нежити там точно не было. Как есть, всю успели упокоить. А вот дальше… Дальше я не ожидала ничего хорошего. Северные земли, ближе к границе, там, где на карте был обозначен последний оплот этого края – Серый замок, - прослыли местами опасными, недобрыми. Зато я была уверена, что так называемый братец не отправится искать меня в данном направлении. Да ему просто в голову не придет, что я могу попытаться пересечь границу именно там. А значит, мне надо идти в эту сторону. И военный обоз, если поразмыслить, очень даже подходит для беглянки. И защита, и компания.
Обернувшись, взглянула и отметила, как организованно и слажено работает этот отряд. Староста позвал кого-то из крестьян и скоро двор перед его домом опустел. Солдаты разошлись по местам, отведенным им для ночлега и только после этого я рискнула выбраться назад на дорогу.
К этому времени над землей начали сгущаться сумерки. Решительно направившись к дому старосты, составила короткий план действий, заключавшийся в том, чтобы переговорить с магом. Стоило сразу показаться ему на глаза, учитывая то, что он меня уже успел заметить и, полагаю, оценить силу моего дара. Возможно, мне сейчас на руку был тот факт, что я порядком подрастратила свой резерв. Вряд ли я покажусь старому боевику опасной или слишком сильной.
Подошла к двери, огляделась. Остатки отряда расформировались по дворам. До слуха донеслись голоса, тревожный лай собак, ругавших незнакомцев, и фырканье лошадей, довольных скорым отдыхом и предвкушавших простой ужин.
Я решительно постучала в дверь и застыла в ожидании, понимая, что, возможно, проявляю некоторую наглость. Но иначе было нельзя.
На стук не открыли и тогда я постучала еще сильнее. Наверное, хозяин дома занимался размещением гостей, так что я приложила больше сил, чтобы меня услышали. И достигла нужного результата.
- Хто там? – дверь открылась и моему взору явилось круглое женское лицо.
- Я, - зачем-то произнесла в ответ.
- Хто, я? – женщина увидела, что перед ней стоит молодой парнишка и открыла дверь шире. В лицо пахнуло домашним хлебом, теплом и, отчего-то, свежим молоком. Я поняла, что снова голодна. Сглотнув вязкий ком, добавила: - Я с обозом, - знаю, что солгала, но иначе меня не пустят на порог. – Мне нужен господин маг.
- С обозом? – из-за плеча выглянул сам староста. Он был уже в возрасте и вблизи даже более дородный, чем издали. – Чет я тебя не помню, не приметил, - добавил он.
- Так я в конце обоза был, - произнесла нарочно, ломая голос, придавая ему более низких нот. Хотя никто не спешил меня рассматривать излишне внимательно. – Оруженосец я…
- А… - со знанием дела протянул староста и отошел в сторону. – Ну, заходи. Господин капитан и мастер маг еще не успели расположиться.
Я проскользнула внутрь. Лгать было неприятно. Но как иначе увидеться с магом. Жаль, что он был вместе с черноволосым. Тот, оказывается, капитан. Ну ничего, придумаю что-то. Главное сейчас добиться разговора. Чтобы меня выслушали, а потом и приняли.
- Ступай прямо, а потом, за светлой комнатой, налево. Там твои господа, - сообщила мне женщина, судя по возрасту и виду, супруга старосты.
Поблагодарив обоих, быстро пошла в указанном направлении, чувствуя, что колени подрагивают. Очень уж я боялась отказа. Да и, если подумать, с чего они захотят взять меня с собой? Зачем им еще один рот. Мальчишка, от которого в сражении будет мало толку. Все же боевым магом я не была.
Но велев себе мысленно настроиться на положительный лад, подошла к крепкой двери, за которой ощутила магию старика. Она витала в воздухе, словно аромат. И этот запах сейчас походил на запах металла.
Я не успела поднять руку и постучать, когда услышала спокойное:
- Ну заходи, раз пришел.
Рука повисла в воздухе. В горле что-то сжалось, и я закашлялась, прежде чем толкнуть дверь и бросить взгляд вглубь небольшой комнаты, выделенной добрыми хозяевами для нежданных гостей. Обстановка там была более чем скромная. Впрочем, я не заметила в доме излишеств и достатка. Обычный дом, может, чуть более просторный, чем другие. Но статус старосты предполагал небольшие привилегии. Хотя, на мой взгляд, они были более чем скромными.
Впрочем, отвлеклась я ненадолго. Уже в следующим момент встретилась глазами и взглядом старика, который стоял, скрестив на груди длинные руки и, что меня поразило более всего, на его плече сидел самый странный зверек на свете, ушастый, мелкий, с глазами, в которых жило пламя. Увидев меня, зверек издал странный звук, больше похожий на клекот, и перебежал с одного плеча мага, на другой, после чего резво спрыгнул на дощатый пол и застыл у моих ног принюхиваясь.
- А вот и он, - проговорил старик. – Я же говорил.
Его спутник, капитан, отстегивавший тяжелый меч от пояса и до этого момента стоявший ко мне спиной, быстро обернулся. Взгляд серых глаз скользнул по мне, но прочитать эмоции на лице мужчины я не смогла.
- Да. Ты говорил, - согласился он.
- Ну и кто же ты? – спросил старик, как-то странно щуря глаза, в то время, как его питомец обошел вокруг меня и снова сел, тараща большие глаза и явно пытаясь что-то вынюхать в воздухе. Занятный зверек, хотя и опасного вида, несмотря на скромные размеры.
- Меня зовут Эрл, - проговорила я и поспешно прокашлялась, забыв о том, что стоило понизить голос. Опомнившись, прокашлялась и, уже ниже тоном, повторила выше сказанное.
- Все это очень мило, но что ты делаешь здесь, мальчик? – в разговор вступил капитан.
Я невольно дрогнула под пристальным взглядом серых глаз. Если от старика мага шло тепло и волны любопытства, то господину капитану я была совсем не интересна.
- Я пришел поговорить, - произнесла решительно.
- Говори, что хочешь и иди домой к мамкам, мальчик, - капитан отвернулся и продолжил свои нехитрые манипуляции с оружием. В то время как маг, сложив на груди длинные руки, опустил взгляд и посмотрел на своего питомца. Ушастый продолжал сидеть у моих ног и все так же таращил зенки, явно не намереваясь возвращаться на плечо хозяина.
- Ты из этой деревни? – спросил старик, а затем, словно опомнившись, представился. – Мое имя Маргел. Мастер Маргел. А это, - кивок в сторону капитана, потерявшего к нам интерес, - капитан Гаррет. Что же привело тебя к нам?
- Я не отсюда, - призналась честно, так как видела, старик это и без моих слов уже понял. – Я направляюсь к границе и ищу обоз, к которому можно было бы присоединиться, - хотела было сказать о том, что заплачу, но решила оставить этот аргумент на потом. Если слова не помогут.
- Мы не берем с собой попутчиков, - ответил, не оборачиваясь, Гаррет. Я видела, как он сбросил на кровать походный мешок и принялся доставать из него метательные ножи. Знаю, что у военных какой-то бзик на этой почве. Да, за мечом и другими подобными игрушками, надо ухаживать, иначе в первом же бою можно поплатиться за лень. Я посмотрела, как длинные пальцы капитана ловко крутят ножики, прежде чем проверить лезвие на остроту. Гаррет положил несколько стальных игрушек в сторону, остальные вложил в широкий пояс и, свернув его, отложил в сторону. – Детям не место на северной границе, - добавил он спокойно и по-прежнему не глядя на меня.
- Но я давно не ребенок! – возразила отчаянно.
- А зачем ты идешь к границе? – спросил маг, и я перевела на него взор.
- Хочу отправиться в Ривенделл и поступить в академию, - и опять же не солгала.
- А что, в соседнее королевство больше дорог нет, кроме северного тракта? – капитан так резко повернулся, что я подпрыгнула от неожиданности на месте. – Что ты не договариваешь, мальчик? – серые глаза прошлись по моему лицу. – Никто, находясь в здравом уме, не поедет по этой дороге.
- Но вы же поехали? – резонно уточнила.
- Сравнил, - капитан покачал головой. – Нет. Мой тебе совет, парень, ступай назад домой.
- Мне идти некуда, - я не собиралась сдаваться. – У меня нет семьи. Никого. И, если вы не возьмете меня с собой, тогда я буду ждать следующий обоз, или пойду пешком.
Гаррет вздохнул и посмотрел на мага.
- А я вам могу пригодиться, - не отчаивалась я. – Я заметил, у вас нет в отряде лекаря. Так могу пригодиться. Я разбираюсь в зельях и в травах. Умею лечить. Практики большой не было, но знаю, что справлюсь.
- Целитель, значит? – Маргел явно заинтересовался, и я снова обратила свое внимание на старого мага.
- Да. И хочу учиться на факультете целительства.
- А что, у нас в королевстве, значит, нет хороших академий? – изогнув седую бровь, спросил Маргел.
- У нас преподавательский состав по данной специализации гораздо слабее, чем тот, который в Ривенделле, - ответила я и осеклась.
- Складно говоришь, - усмехнулся маг. – Ты ведь, парень, не из простых, как мне кажется?
Вот это промах. Надо было говорить попроще. А теперь придется лгать еще больше, чтобы извернуться от подозрений этих двоих.
- Мой отец был из благородных. Пока он был жив, я жил в его доме и получил воспитание и некоторое образование, - произнесла спокойно. Да. Меня на таком не подловить. – У меня были учителя. В том числе и по магии.
- Твоя стихия – воздух! – Маргел не спрашивал, он констатировал факт.
Вместо ответа, просто кивнула.
- И, я так понимаю, раз ты имеешь дар к целительству, то твоя магия светлая.
Снова кивок.
- Я вам пригожусь, - сделала еще одну попытку. – Позвольте отправиться с вами. И дайте возможность проявить себя. – Невольно задумалась, прикидывая в уме, какие еще доводы могу преподнести, чтобы показать свою значимость. – Если у вас в обозе есть раненый или больной, я могу помочь. Заодно оцените мои способности!
Капитан усмехнулся.
- В моем отряде нет больных и слабых. Я бы посоветовал тебе, парень, вернуться назад по тракту к городу и там попробовать счастья в южном направлении. Да и какой ты лекарь, если у тебя все лицо испачкано в грязи? – уточнил он. – Лекари они, знаешь ли, не такие.
Маргел пожал плечами, а я мысленно взвыла, заорала и затопала ногами. Нет, черт побери, они меня возьмут.
- Боюсь, мальчик, нам не по пути, - сказал старик, но отказывая мне, взглянул как-то странно. Я даже перестала мысленно ругаться, ощутив, как вытянулось в ожидании лицо. Определенно, маг против меня ничего не имел. А вот этот черноволосый, чтоб ему!
В дверь очень не вовремя постучали и на ответ капитана в комнату вошел хозяин дома. Староста бросил взгляд на меня, затем на своих гостей и, чувствую, что-то заподозрил.
- Господин капитан, вашего оруженосца куда прикажете устроить? – спросил староста, кивая на меня. – На сеновале, или отправить на чердак? Там тепло и нет мышей. У нас в доме, знаете ли, два кота. Женка завела и они…
- Кого? – перебил пламенную речь мужчичка Гаррет. – Это он оруженосец? – в меня едва не ткнули пальцем. – Ах, ты, маленький мошенник. Сейчас поймаю и так отхожу по заднице…
Понимая, что оказалась поймана на лжи, попятилась задом к выходу. Ждать, когда меня поймают и осуществят угрозу, не стала. Еще не хватало, чтобы с меня стащили штаны и прости, прощай весь маскарад! Ловко развернувшись, бросилась вон из комнаты. Пробежала мимо удивленной хозяйки дома и выскочила в двери прямо во двор, где уже раскинула свои темные крылья птица-ночь.
- Вот черт, - выругалась и поспешила по дороге. Пройдя несколько шагов, перепрыгнула через плетень и присела в зарослях лопуха, огромного и старого, словно сам мир. Спустя мгновение услышала шаги на крыльце и голоса:
- Где он?
- Сбежал, как пить дать!
- А незачем было на мальчишку так орать.
Я разобрала голос мага и господина Гаррета. Пригнулась еще ниже и отчего-то затаила дыхание. Эти двое немного потоптались на крыльце. Звать меня не стали. А затем снова скрипнувшая дверь оповестила об уходе капитана и его мага.
Еще немного посидев в кустах, рискнула выбраться только спустя несколько минут. Хмыкнула, глядя на погрузившееся в темноту ночи дома с желтыми глазами окон, и вернулась на дорогу.
Нет. Я не передумала ехать с военным обозом. Наверное, не стоило мне убегать. Но господин капитан отчего-то пугал меня. Слишком уж холодным был его взгляд. Казалось, этот мужчина напрочь лишен каких-либо эмоций.
- Ну и дура, - обругала себя саму, пока шла мимо дома старосты. На дороге попался белый камень. Я поддела его носком сапога и пнула что было силы. Камень пролетел над землей и шмякнулся в кусты за ограду, исчезнув в темноте. После направилась прямиком к первому попавшемуся сараю, где намеревалась переночевать, решив, что где спят десять солдат, там и мальчишке найдется местечко. Право слово, не на улице же мне ночевать. Была бы поблизости ель, наподобие той, что приютила меня в лесу, я бы с радостью спряталась под ее надежными лапами. А так…
В сарае оказалось светло. Несколько солдат обозных уже успели расседлать своих коней и теперь устраивались на земле, набросав на нее порядком сена, а сверху пристроив одеяла.
На меня посмотрели с удивлением. Один из военных спросил:
- Ты кто?
- Да живу я здесь, - ответила быстро. – Батя отправил спать сюда. В доме ваш капитан и его маг устроились. А меня вот на сеновал…
- Так ты старосты малец? – солдат постарше широко улыбнулся.
- Так и есть, - кивнула я, сомневаясь в том, что кто-то станет проверять этот факт. Лгала уверенно, сделав самое честное лицо. Внутри от этого скребли кошки, но раз хочу выжить, то придется вертеться. А спать на улице не хотелось от слова «совсем», как и открывать правду. Нет. Это не вариант. Капитан не хочет брать в обоз мальчишку, а уж девицу и подавно не возьмут. Оставят в деревне, или, что того хуже, отправят назад в город, да под присмотром.
Я успела зарыться в сене до того, как кто-то из дома старосты пришел кормить постояльцев. Уже засыпая в тепле и слушая соседку корову с ее протяжным: «Муууу!» - поняла, насколько сильно устала. Ноги гудели, спина ныла. И даже бедная пятая точка отчего-то болела. Хотя вот это уже совсем было удивительно и непонятно. Мне требовалось отдохнуть, чтобы голове соображала должным образом. А еще, что самое важное, нужно было постараться не проспать момент, когда военные соберутся покинуть деревню. Нет. Проситься снова не стану. Мои аргументы никого не убедят. Капитан тот еще кремень. Да и маг оказался не таким милым, как на первый взгляд. Вот только будет им сюрприз. Надеюсь, что они заметят меня слишком поздно для того, чтобы возвращать назад.
Перевернувшись на бок и уткнувшись лицом в ароматное сено, хранившее в себе запахи лета и цветов, наконец, уснула и забылась, провалившись в темноту, лишенную сновидений.
***
- Хороша супруга! До сих пор все болит, - пожаловался старый лорд Элройд за ужином, кривя губы и всем своим видом выражая недовольство произошедшим. За столом, помимо господина казначея, находились его старшие сыновья и новоиспечённый родственник. Впрочем, Френсис на старика лорда смотрел снисходительно, чувствуя раздражение и толику сожаления от лицезрения поблескивавшей лысины свояка. Приглаженные было редкие волосенки отчего-то запротестовали и теперь, вопреки укладке, торчали вверх, делая лорда похожим на старого петуха. Только благодаря своей силе воли Голландер не смеялся, хотя зрелище было то еще.
- А я вас предупреждал, милорд, - сказал Френсис и тут же встретил полный злобы взгляд, устремленный в ответ.
- Вы? – зло выплюнул казначей. – Не помню, чтобы вы предупреждали меня о том, что эта девка дерется как подзаборная шалава!
Френсис нахмурился.
- У Эрлин тяжелый характер, - быстро ответил он, прямо глядя в блеклые глаза свояка, - но леди чиста и невинна, словно первый снег. Так что не стоит вам ругать и поносить мою сестру. Я отдавал вам девицу и только ваш вина в том, что вы не смогли выполнить свой супружеский долг.
Услышав слова молодого мага, лорд Элройд весь покраснел. Лицо его, и без того одутловатое и непривлекательное, пошло уродливыми пятнами, выдавая злость мужчины.
- Невинная! Черт ее знает, была ли эта девка невинной. Лягается она как обученная кобыла…
- Милорд, мы будем обсуждать характер Эрлин или все же поговорим о том, что предпримем для ее поисков? – спокойно и холодно спросил Френсис.
Что? – потянувшийся было к кубку с вином лорд-казначей застыл с протянутой рукой. За его спиной ожил лакей. Мгновение и в руку старика вставили кубок, после чего слуга исчез где-то в темноте за спиной хозяина дома. Не обращая внимания на лакея, Элройд снова воззрился на говорившего. Вместе с ним на Френсиса уставились несколько пар глаз – сыновья милорда, все такие же уродливые, под стать отцу.
- Поисков? – проговорил он. – Вы сказали, поисков, милорд?
Как-то подобные слова не понравились Голландеру. Более того, его насторожил ответ старика.
- Я не собираюсь никого искать, - гневно высказался лорд-казначей. – Мне не нужна на старости лет змея в постели. Того и гляди, отравит меня, а я еще пожить хочу, знаете ли.
- Но… - начало было Френсис.
- Вам-то теперь что, милорд? – старик пригубил вино. Довольно крякнул и вытер блестящие губы рукавом дорогого сюртука. – Она теперь моя жена и на моем, - он хихикнул, - так сказать, обеспечении и под моей ответственностью. А я вам говорю вот так, глядя в глаза, что мне, - тут он выразился грязно и витиевато, - такая женщина не нужна. Как, впрочем, и я ей. Мы оба получили выгоду от этого брака. Вы – место в совете. Я – такие нужные мне земли, которые принесла женитьба. Пройдет годик-другой, объявлю леди Эрлин мертвой и подыщу себе другую девицу, более скромную и покладистую. А пока вполне хватит служанок, чтобы выполняли вместо моей супруги ее обязанности. Знаете ли, в моем возрасте, - он сделал еще один глоток, за время которого Френсис с ненавистью смотрел на острый кадык, дернувшийся при глотке. – В моем возрасте уже нет разницы, что и куда совать, - тут он даже позволил себе рассмеяться, и его сыновья поддержали шутку отца, закашляв неприятным смехом.
- А если Эрлин вернется и попробует забрать свое наследство? – холодно спросил Голландер, оборвав смех свояка и его отпрысков. – Вы не успели консуммировать брак. И, если она останется невинна…
- Тогда я сделаю так, что она все равно умрет, - заявил жестко Элройд. – Поэтому, если девица не дура, а она таковой мне, при всех ее пакостях, не показалась, то она забудет дорогу сюда и о том, что когда-то была леди Элройд.
Френсис прищурил глаза, глядя на старика. Тот, в свою очередь, выдержал его взгляд. Подобрался и сдвинул брови.
- Не вздумайте глупости городить, милорд, - произнес Дуэйн. – Я не позволяю дважды обвести себя вокруг пальца. Если ваша леди сестра надумает вернуться, я выполню свое обещание. Но сам искать ее не намерен. Сыновей у меня хватает. Женщин, чтобы согревать ночами постель, еще больше. Зачем мне та, которая едва не отправила меня на тот свет?
Френсис вздохнул. Обсуждать что-то дальше не имело смысла. Он только успел подумать о том, что если бы Эрлин действительно хотела убить лорда Элройда, то сейчас он сидел бы на поминках, а не рядом с брюзжащей старой жабой. И почему-то молодой маг очень жалел о том, что у его сводной сестры оказалось слишком доброе сердце.
Всю ночь спала плохо. Наверное, крепким сон был только несколько часов. Затем я-то просыпалась, чтобы проверить, не ушли ли солдаты, и, удостоверившись в том, что еще глубокая ночь, снова проваливалась в темноту. И все равно, едва не пропустила момент, когда вместе с забрезжившим рассветом, военные начали просыпаться.
Когда в очередной раз открыла глаза, увидела, что почти все солдаты уже одеты и готовят лошадей. Дождалась, когда из дома старосты принесут завтрак, а затем улизнула из хлева, пока мужчины ели простую крестьянскую еду, кашу на молоке, да свежие лепешки, пахнувшие так, что у меня в животе зазвучала музыка.
Пробежав через двор, убедилась в том, что никого поблизости нет. Посетив уже знакомые мне лопухи, выбралась снова на дорогу и отправилась искать телеги, чтобы осуществить свой план.
Деревня оказалась очень маленькой и насчитывала всего пятнадцать дворов. Некоторые дома были вполне крепкими, но встречались и ветхие лачуги. Возле одного из домов, с амбаром и хлевом, увидела то, что искала. Загвоздка заключалась лишь в том, что рядом с телегой находился какой-то вояка, один из отряда капитана Гаррета. Но и тут судьба оказалась на моей стороне. Солдат, кормивший запряженных в телегу лошадей, скоро ушел в дом, видимо, позавтракать. И тогда я бросилась к телеге, перемахнув через высокий плетень с легкостью молодой кобылки. Даже магию не пришлось призывать. Отчаяние придало сил и вот я уже стою и смотрю на то, что лежит в телеге.
Мне повезло снова. Кажется, после череды неприятностей и абсолютно черной полосы, в моей жизни появилась госпожа удача. Телега была накрыта плотным брезентом. Заглянув под него, я увидела накрытые ящики и какие-то свертки. Думать дольше не было смысла и времени. Подняв край, забралась под ткань и накрылась ею сверху, молясь всем богам, чтобы никому в голову не пришло проверять то, что находилось внутри телеги.
Лежать было тесно и неудобно. Я не успела устроиться, когда услышала едва различимый звук шагов, и кто-то басовито произнес:
- Мне точно будет не хватать домашней еды в этом походе!
Я сжалась, стараясь почти не дышать. Но телегу не трогали. Брезент не поднимали. К ней вообще не прикасались. Уже позже, я поняла, почему. Мне, как я уже говорила, снова повезло. В телеге везли какие-то железки. Все они были обмотаны тряпками или тканью. В полумраке так сразу и не определить. И почти все были чертовски острыми. Я едва не порезалась о торчавшее сбоку нечто, но потом, поерзав, нашла более удобную позицию, и застыла, лежа на самом дне.
- Эй, вы там! Построение! – раздался еще один голос. Я различила топот копыт. Солдаты выводили своих лошадей, забирались в седла, готовились ехать дальше, по такому нужному мне северному тракту. Но еще несколько минут ничего не происходило. Телега не трогалась с места, и я решила немного приподнять край брезента, чтобы у меня был минимальный, но обзор. Просунула руку, ткнула пальцем в плотную ткань на уровне глаз. Вид открылся еще тот. Клок дороги и лошадиные ноги.
- Построение! – рявкнул зычный голос одного из военных, но я, как не присматривалась, никак не могла хоть что-то разглядеть. Один раз мимо проехал еще один верховой, а затем раздалось низкое: - Правь к дороге, - и телегу тряхнуло, когда лошади потянули ее за собой. Брезент, в том месте, где я сделала себе окошко в мир, снова приплюснулся и я настойчиво ткнула в него пальцем, повторяя маневр. Помимо обзора, мне еще был нужен свежий воздух. Здесь, под толщей непромокаемой и непродуваемой ткани, дышалось не так чтобы очень хорошо. А еще я старалась не думать о простой физиологии. Или, если быть точной, о некоторых потребностях организма. Телега задрожала, поймала колесом выбоину в дороге и мне в спину уперлось что-то твердое, похожее, по ощущениям, на рукоять то ли топора, то ли молотка. Похоже, что здесь лежали и какие-то инструменты. Эх, жаль, что не успела разглядеть.
В щель между доской и брезентом была видна уже дорога. Военный обоз продолжал свой путь. Лошадей не подгоняли. Видимо, рассчитывали силы, как людей, так и животных. А это означало только одно – идти намеревались до сумерек. Сомневаюсь, что в эту ночь солдатам повезет ночевать под крышей. До следующей деревни ехать и ехать. Меня же волновало другое. Выдержу ли я эту дорогу? Уже сейчас я понимала, что выбраться смогу лишь в темноте. Тогда есть надежда, что меня не заметят. А я намеревалась продолжить путь в телегах, прячась от людей, еще как минимум день. В идеале это было бы до того момента, когда углубимся в северные земли. Но я была слишком реалисткой, чтобы понимать – так долго не выдержу.
Некоторое время ехали молча. Воины даже не думали разговаривать, и я напрасно прислушивалась. За пределами телеги звучали лишь топот копыт, да скрип колес. Как оказалось, телега, в которой пряталась я, ехала самой последней. За ней пристроились всего четверо солдат, и я могла разглядеть поднимавшуюся пыль и бесконечные ноги жеребцов. В конце концов это зрелище стало утомлять. Хотелось распрямить руки, подняться во весь рост. Слишком быстро начало затекать тело, и я мысленно подвывала, не зная, что предпринять. Но еще спустя час благословенный сон подхватил меня в свои объятия и погрузил в темноту. Сколько спала, не знаю. Проснувшись, поняла, что почти не чувствую рук и ног. А в щель по-прежнему струился яркий дневной свет.
«Черт, - только и подумала я. – Ну почему я не проспала до заката?».
Очень медленно, стараясь не шевелить плотный брезент, начала разминать сначала пальцы рук, затем принялась тереть кожу до локтя и выше. Кровь зациркулировала с явной неохотой, и под кожу словно вогнали сразу множество иголок. Я стиснула зубы и принялась тереть уже ноги. Сначала подогнула одну к животу, привела в относительно нормальное состояние, затем вторую…
Как же я ругалась про себя! И мысленно решила, что, если получится добраться нераскрытой до стоянки, обязательно сменю телегу. Найду что-то более удобное. Где можно будет хотя бы время от времени шевелить несчастными конечностями.
Еще через час зверски захотелось есть. В котомке за спиной были и хлеб, и сыр. Но снять ее незаметно не получится. Для того, чтобы стащить лямки со спины, надо перевернуться. А это провал. Те четверо, что следуют за телегой, обязательно заметят меня. Так что, придется ждать.
«Эрлин, ты идиотка!» - похвалила себя. Вот почему я не подумала о том, что захочу есть? Нет, определенно, мне надо продумать дальнейший план действий, иначе сама не выдержу и выпрыгну из телеги, как черт из табакерки. Даже представила себе это зрелище. Вот уверена, сделай я так, солдаты перепугаются не на шутку. Воображение нарисовало мне неприятную картину. Вот я выпрыгиваю, и кто-то из солдат вскидывает арбалет. Или, как капитан, бросает в меня метательный нож.
- Брр, - прошептала. Все же иногда иметь живое воображение очень плохо.
Ближе к закату появилась еще одна насущная проблема. И тут я поняла, что мысли о еде и о том, чтобы разминать суставы просто сказка в сравнении с тем, как мне хотелось посетить ближайшие кустики. Даже один вид деревьев, иногда попадавший в обзор во время поворота телеги, заставлял скрежетать зубами и прижимать руки к животу. А день, как назло, никак не желал заканчиваться. И обоз, вот же гады выносливые, продолжил ехать дальше, не делая остановок.
В тот момент, когда я уже было решила, что плюну на все и выберусь наружу, в воздухе прозвучал уже знакомый зычный голос, скомандовавший привал. Телега остановилась, а затем, постояв с минуту, снова дернулась и покатила в сторону от дороги. Вожделенные кусты стали так близко, что я едва не взвыла, глядя на них и понимая, что еще некоторое время не смогу выбраться из своего укрытия.
За телегой раздавался шум. Голоса мужчин, обсуждавших обустройство лагеря. Топот копыт, шорохи, стук, редкие крики и короткие приказы. Темнело так медленно, что я, глядя на угасающий свет солнца, почти плакала. Чувствовала, что еще немного и выпрыгну. Как есть, выпрыгну. Но судьба снова смилостивилась. Когда над землей опустилась тьма, я решилась. Благо, показалось, что рядом с телегой, кроме лошадей, никого нет. Приподняв немного брезент, навострила уши, надеясь услышать голоса или шаги. И снова ничего. Тогда я принялась выбираться, почти ползком. Едва не упала на землю, успев лишь в последний момент перенести вес на правую ногу. Выбралась и снова замерла, оглядываясь по сторонам, сжавшись в комок и готовая нырнуть под телегу в случае опасности. Тело казалось ватным. Я почти не чувствовала рук и ног, не говоря уже об остальных частях тела. Когда поняла, что поблизости нет никого из солдат, попыталась встать. Ближние кусты манили так сильно, что я готова была выть от нетерпения. Встать не получилось. Несколько утомительных часов без движения превратили меня в слабое нечто и тогда я поползла на карачках. Каждое движение отдавалось болью, но боль меня радовала. Я понимала, что начинаю оживать.
«Проклятая телега!» - думала я, пачкая колени и ладони в земле. Но сейчас это было не суть важно. Вот он, вожделенный кустик! Добралась без приключений и засела, словно хищник в ожидании жертвы.
А вокруг, чуть дальше от границы леса, горели костры. Они пламенели высоко. Пламя словно ограничивало лагерь. Я видела силуэты людей, слышала их голоса, а еще, закончив свои дела, насторожилась и поняла, что рядом тихо, словно маленький колокольчик, звенит охранная магия. Наверняка, это дело рук старого мага.
Отряхнув колени, попыталась встать снова. Мне надо было размять руки и ноги, да поживее, пока никто не заметил. Впрочем, кое-кто все же меня увидел. Лошади. Телега, в которой я ехала, стояла прямо рядом с лошадьми. Все они были стреножены и что-то жевали. На меня поглядывали, словно видели даже сквозь кусты, но прядали ушами и особого страха не проявляли.
Мне же надо было тоже поесть. Иначе, боюсь, завтра выдам себя песнями из желудка.
Прикрыв глаза, попыталась определить, как далеко простирается охранная черта, наведенная Маргелом. И поняла, что уже через пару шагов, сунься я туда, зазвенит тревога.
Устроилась в стороне от ранее облюбованного куста. Сняла с ноющей спины котомку и достала еду. Развернув на коленях тряпицы, отломила хлеба и кусок сыра. Но прежде выпила едва ли не весь запас воды. Пить хотелось разве что не сильнее, чем сходить в кустики по нужде.
Ела долго и со вкусом. Отчего-то эта простая еда казалась мне прекраснее всех блюд, которые я пробовала прежде. Да какой там! Она не шла ни в какое сравнение! А все потому, что я почувствовала себя чертовски голодной.
Пока ела, думала о том, что на территории лагеря магичить не стоит. Старик силен. Почувствует, если произнесу хотя бы одно заклинание. Мне и так было не по себе от его присутствия. Ну, почему, спрашивается, в отряде оказался маг. Не то, чтобы я этому сильно удивилась. Просто опасалась, что меня найдут.
Я уже хотела положить остатки трапезы в котомку, когда услышала тихий шорох совсем рядом. Словно кто-то спрыгнул с дерева прямо на сухие листья неподалеку. Застыв, прислушалась, стараясь даже не дышать, но уже через удар сердца едва не завопила, когда прямо к моим коленям прыгнуло темное нечто с огромными ушами и яркими горящими глазами, в которых словно жило дикое пламя.
Как не заорала, сама не понимаю. Но руку к губам прижала. Так, на всякий случай. А нечто застыло и уставилось на меня. Потом принялось покачиваться и все это, не разрывая зрительного контакта.
Не сразу, но поняла, что стоит передо мной. Мелкий бесенок, тот самый, что сидел на плече старика мага. Вот только узнавание облегчения не принесло. А что, если эта пародия на летучую мышь сейчас поднимет шум и сдаст меня военным? Ведь вполне может быть! Не убивать же мне его. Нет, я мелких не трогаю. Хотя, вряд ли бесенка так просто поймать.
- Привет, - проговорила тихо, сама не зная, зачем. Не помню, чтобы эти создания умели говорить. Правда, я с ними никогда не сталкивалась прежде. Но на картинках в книгах видела. Мелкие бесы обладали слабой магией и были очень преданы своим хозяевам. Кажется только, чтобы заслужить эту преданность, магу надо было что-то сделать с бесенком. Вот только не помню, что.
Малыш снова качнулся и продолжил пялиться.
- Ты ведь меня не выдашь? – спросила я и рискнула шевельнутся.
Зверек не напал, как я подозревала, зато переместил взгляд на свертки в моих руках. Ноздри его дрогнули и он произнес странное:
- Руррр…
- Что? – я проследила за направлением красного взгляда и добавила: - Есть хочешь? – сомневаюсь, что Маргел морит звереныша голодом, но, кажется, ему хочется попробовать моей простой пищи.
- Руррр! – повторил бесенок.
- Да мне не жалко, - усмехнулась и развернула тряпицу с сыром. Отломила небольшой кусок, протянула на ладони и отчего-то запоздало подумала о том, не цапнет ли меня этот Рур за пальцы.
Не цапнул.
Сыр сгреб и отправил за щеку. Пожевал и проглотил. Алые глаза вспыхнули пламенем, а затем он просто шмыгнул назад в кусты и был таков.
Признаюсь, я уже ожидала, что сейчас поднимется шум, что мелкий бес меня выдаст с потрохами, но прошла минута, за ней вторая. Потом и десять, и даже полчаса, а ничего не менялось. Люди сидели у огня, переговаривались, а я сидела в лесу, готовая бежать, если по мою душу придут военные.
Не пришли, и тогда я с облегчением начала выбираться. Мне еще предстояло выбрать новую телегу для путешествия. Передвигаться в той, полной железок, больше не хотела. К тому же, надо было рассчитать все так, чтобы успеть посетить кусты и спрятаться в телеге до того, как военные проснуться. Да… ночка обещала быть напряженной. Постараюсь не проспать, иначе не продержусь, как сегодня.
Прошла мимо лошадей, прячась среди них от взглядов. Миновала телегу с оружием и направилась, пригнувшись, к другой, соседней. Подняла тяжелый полог из брезента и заглянула внутрь. Потянула носом, ощутив, что здесь таятся припасы. А значит, в телегу могут заглянуть днем, если остановятся на привал. Она мне точно не подходила. Еще одна телега была пустой. Я было даже обрадовалась, но потом поняла, что вряд ли в обозе будет пустая телега. По всей видимости, здесь держали палатки и одеяла. И утром в нее первую полезут. Нет. Она мне не подходит от слова никак.
Согнувшись в три погибели, пошла дальше, уже передвигаясь на четвереньках. Военные были близко. Первый костер с черными силуэтами, оказался в добром десятке шагов, но тут же была и последняя, четвертая, телега. Если она мне не подойдет, то придется возвращаться в ту, в которой ехала сегодня.
- … Бассар говорит, что завтра, если поедем в том же темпе, прибудем в Гарлант, - услышала обрывок разговора, принесенный ветром.
- А за этой деревенькой уже ничего нет, - поддержал говорившего еще один голос. – Старовест нечисть уничтожила год назад…
Я обошла телегу так, чтобы меня не могли заметить, и подняла брезент, почти сразу улыбнувшись. Нашла! Вот она, моя тележечка! Удобненькая, почти, можно сказать, комфортабельная. В ней лишь несколько сундуков. Один железный, второй из крепкого дерева с магической пропиткой. А на самом дне телеги какой-то ковер и в дальнем углу, ближе к вознице, груда оружия. Но мне она мешать не будет. Связано все крепко, поместимся все. И я, и вещи. Выбор был очевиден. Пригнувшись, из-под телеги посмотрела, не приближается ли кто, а убедившись, что все продолжают сидеть у огня, подняла брезент и забралась внутрь. Даже если и просплю, то поеду вместе со всеми. Мне, если исходить из разговора, надо продержаться еще два дня, не считая этот. А там… Там что-то придумаю.
С этими мыслями пролезла в телегу, приподняла немного брезент, чтобы дышалось легче, и свернулась на дне калачиком, подложив под голову котомку.
Думала, не усну. Но лежать здесь было намного комфортнее и, как оказалось, неудобно ехать – та же усталость. Наверное, я бы меньше устала, если бы брела пешком. Так что уснула. Не сразу. Некоторое время просто проваливалась в дрему, но резко просыпалась и прислушивалась к звукам извне. Шорохи, обрывки голосов, редкий смех и лошадиное фырканье были едва различимы.
«Только бы проснуться до рассвета!» - отдала себе мысленный приказ и уснула, зная, что эта ночь будет самой беспокойной из всех моих ночей. Наверное, я волновалась сильнее только в ночь перед свадьбой. Но там были другие причины.
***
У огня всегда было уютно сидеть. И без разницы, что это за огонь и где он горит. Джон просто любил стихию, где живое пламя. Сам некогда принадлежал к ней. Теперь об этом осталась лишь память. Да шрамы на руках, которые упорно не желали исчезать. Впрочем, королевский лекарь еще при осмотре капитана, заявил ему, что они сойдут. Но только через очень много лет и при правильном уходе.
Гаррет не захотел убирать свидетельство его было принадлежности к магам. Пусть он выгорел дотла, но его шрамы – напоминание о тех славных днях, которые уже не вернутся.
Невольно потянувшись к огню, услышал шорох, раздавшийся рядом. Голову даже не повернул, уловив движение сбоку. Мелкий бесенок взвился в воздух и запрыгнул на плечо Маргела, сидевшего рядом.
- Нагулялся? – добродушно спросил старик и, подняв руку, почесал за большим ухом питомца. Тот заворчал, сказав свою излюбленное: «Руррр!» - и шмыгнул к хозяину в капюшон, продолжая что-то стрекотать. Что-то, понятное только одному Маргелу.
- Пока дорога чистая, - закончив болтать с бесенком, произнес маг. – Но не уверен, что нам будет везти дальше.
- А я точно знаю, что впереди одни проблемы. Нутром чую.
- Иного от северных земель ожидать не стоит, - согласился Маргел, а затем сменил тему: - Зря ты, Джон, мальчишку не взял. Он лекарь. Лекарь бы нам, сам знаешь, пригодился. Одни боги ведают, что ждет нас впереди и все ли мы доедем до этих проклятых земель.
Джон перестал любоваться огнем и повернул голову к другу. От взгляда старика не укрылось, что капитан сжал пальцы в кулаки. Впрочем, маг знал, что это короткое проявление ярости вызвано не его словами. Нет. Причина была в другом.
- Боюсь, что его скорее бы прибили в первой же стычке. Слабым не место в отряде. Я не хочу брать ответственность за жизнь ребенка, - ответил он.
- А мне кажется, малец достаточно шустрый. Вряд ли ему нужны няньки. К тому же, он сказал, что все равно пойдет в северные земли, с нами, или без нас.
- Без нас, - отрезал Гаррет. Иногда он умел проявлять твердость даже в общении с Маргелом, к мнению которого прислушивался и с которым всегда считался.
- Думаешь, мальчишка одумается, и вернется домой? – усмехнулся старый маг.
- Почти уверен. Хотя, стоит признать, храбрости ему не занимать, - Джон подбросил в огонь сухую ветку. Пламя жадно взмыло вверх, принимая подаяние. Затрещало и маг, сдвинув брови, посмотрел на капитана.
- Твои шрамы все еще тебя тревожат?
- Меня – нет. Кажется, они тревожили только Лиссандру, - хрипло рассмеялся Гаррет.
- Глупая женщина, - проговорил старик и тяжело поднялся. Сегодня он чувствовал себя уставшим. На свой возраст. Стоило бы применить немного магии. Самую малость, чтобы воспрянуть духом. Время было неумолимо даже к магам. И он чувствовал, что стареет, несмотря на кажущуюся бодрость.
- Я пойду отдыхать, Джон. Сейчас проверю защиту, и лягу, - произнес старик. – Ты тоже шел бы ложиться спать. Капитан должен быть сильным. А без отдыха это невозможно. Гони ненужные мысли, а еще лучше, оставь их за спиной. Пока держишься за прошлое, у тебя нет будущего, - закончив говорить, он положил руку на плечо Гаррета. Сжал, словно пытаясь поддержать, поделиться собственной силой, и отпустил, шагнув в темноту.
Прежде, чем лечь спать, старику магу предстояло обойти охранный круг, который он наложил на лагерь. Магическая линия предупреждала звоном, если кто-то проникал на территорию лагеря. Защита слабая, но и она требовала вливания маны.
Сделав круг, Маргел остановился у телег и задумчиво почесал подбородок, скрытый седой бородой. Хмыкнул и тихо, почти крадучись, шагнул к одной из телег. Там капитан, да и он сам, хранили свои вещи. Всего два сундука, да оружие Гаррета добытое в славных боях. Сталь была отменной, дорогой. И капитан ценил ее больше сокровищ и золота. Оружие было единственным, что он забрал из дворца, помимо одежды, оставив все имущество своей жене. Как полагал сам маг, уже бывшей.
Оглядевшись по сторонам, старик подошел ближе. Наклонился и прислушался, уловив тихое посапывайте доносившееся из-под брезента. Легкая улыбка тронула его губы и глаза. Так же тихо, стараясь не шуметь, Маргел отошел от телеги и вернулся к костру. Устроившись на одеялах, он закрыл глаза, призывая сон и отдых к уставшему телу. Рур, выбравшись из капюшона хозяина, устроился сбоку от него, свернувшись, подобно коту, в клубок. Уже засыпая, старик увидел, что капитан по-прежнему сидит у костра и смотрит на пламя. А затем все поглотила ночь.
***
Внутренние часы не подвели. Да, я просыпалась несколько раз и тревожно вглядывалась в темноту за брезентом. Затем, понимая, что еще слишком рано, снова проваливалась в сон без сновидений. И так несколько раз за ночь. И все же, на дне телеги было относительно уютно.
В последний раз проснулась, когда начали петь птицы. Только – только тонкие трели зазвенели в тишине, еще наполненной мраком и летающими над лагерем сновидениями. Я приподняла брезент и осмотрелась, пытаясь разглядеть опасность. Но никого рядом с телегой не было. Мне на руку играла темнота. Но, стоило выбраться наружу, как сразу поняла: у меня ничтожно мало времени для того, чтобы сделать свои дела.
Прокралась к кустам так быстро, как только смогла. Затем перекусила наспех, почти глотая хлеб и жалея о том, что не могу умыться. Воды едва хватало для питья. Тратить ее сейчас на красоту было расточительно. Но я дала себе зарок сразу вымыться, как только представится такой шанс. А еще в голове мелькнула беглая мысль о том, что бесенок меня не выдал. То ли ему понравился сыр, то ли он не счел меня опасной для того, чтобы рассказать обо мне своему хозяину. Я чувствовала, что при желании он вполне мог раскрыть мое укрытие магу и капитану. А потому радовалась тому, что осталась нераскрытой. По крайней мере, пока.
В телегу вернулась до того, как лагерь начал просыпаться. Уже укладываясь на дне, услышала звук рога, а еще спустя несколько минут тишина наполнилась голосами и шумом. Лагерь спешно собирался, чтобы обоз мог продолжить свой путь.
Собирались быстро. Я лежала, надеясь на то, что в мою телегу не сунутся. Но в какой-то момент услышала приближающиеся шаги, а затем и голоса, при звуке которых внутри все замерло.
- Сейчас вещи капитана в его телегу брошу и поедем! – и одновременно с этим под брезент забрались пальцы, а я едва не подскочила, сообразив, куда именно забралась.
Казалось, секунда, и ткань отбросят, а меня обнаружат. Но нет. Знакомый голос спокойно произнес:
- Положите в общую.
Маг? Да, это определенно был он. Я замерла, следя, как мужские пальцы исчезают.
- А почему? – спросил дотошный солдат.
- Много будешь знать, состаришься, - шутливо ответил Маргел. – Клади одеяла в общую телегу.
Это мне так повезло, или старик знает о том, что в телеге незваный гость? Я сглотнула. Кажется, маг в курсе того, что я еду «зайцем» в телеге обоза. Но почему тогда не раскрыл меня капитану Гаррету, особенно зная, что тот категорически против? Непонятно. Или он решил, что маг со способностями целителя им пригодится в дороге? Но так или иначе, я не тешила себя надеждой на то, что мне сейчас просто повезло. Нет. Определенно, маг специально отправил вещи капитана в другую телегу, так как не желает, чтобы меня раскрыли раньше времени.
Тем не менее, затихла. А когда раздался шум удаляющихся шагов, вдруг услышала голос Маргела:
- Держись, мальчик. На следующей остановке вечером поговорим. – И все. Более ни слова. Зато я убедилась в том, что права. Маг знает. А значит, старик сильнее, чем я думала. Почувствовал меня и, скорее всего, в первый день, когда мы уезжали из деревни.
«Старик, кажется, на моей стороне, - подумала спокойно. – Вечером узнаю, что потребует за молчание. А дальше буду думать!» - и с этими мыслями приготовилась ждать.
***
Второй день путешествия тянулся еще дольше, чем первый. Начать с того, что за ночь я выспалась и теперь только и могла, что лежать без сна, таращась в потолок из брезента. Такой близкий, что порой зрение мутилось и голова шла кругом. Днем, спустя несколько часов, обоз остановился. Был сделан привал, а я осталась сидеть внутри, слушая голоса вокруг и понимая, что выбраться нет возможности. А потом произошло чудо. В какой-то миг брезент поднялся и, прежде чем я успела испугаться, ко мне забрался бесенок. Сверкнул глазищами и бросил запечатанную глиняную бутыль. Бросил и был таков, выбравшись так быстро, что я не успела никак отреагировать на его появление.
В бутыли оказалась вода. Чистая, родниковая, слаще ее я, кажется, не пробовала ничего в своей жизни, особенно учитывая тот факт, что моя успела закончиться, и я мучилась от жажды. Сделав несколько глотков, мысленно поблагодарила богов и мага, уже радуясь своему нежданному союзнику.
Лагерем простояли с полчаса, а потом все возобновилось. Тряска, лошадиный топот, редкие перекрикивания солдат в отряде. Сделав для себя крошечную щель для воздуха, видела, как сбоку от дороги проплывает лес. Темный, густой и какой-то жуткий. Не иначе, мы приближались к границе, за которой начинался северный лес. Где-то через час меня сморило, и я уснула. Благословенный сон продлился недостаточно долго и, когда открыла глаза, за телегой еще стоял яркий день.
Сделав глоток воды, поменяла положение затекшего тела. Нет, определенно, подобные путешествия не для меня. Привыкшая к активной жизни, сейчас я сама себе казалась превратившейся в этакую развалину. Поочередно принялась массировать ноги. Благо, пространство позволяло проделать это так, чтобы не коснуться брезента.
И снова дорога. Дальше ехали уже без остановок. Свет за телегой постепенно начал меркнуть и угасать. Я радостно представила себе, что уже скоро смогу выбраться наружу и размяться. А заодно поесть и даже умыться остатками воды. В идеале представляла себе ванну, полную пены. Такую горячую, что кожа мгновенно станет красной. Зато весь пот и грязь смоет за какие-то несколько минут. О, как сейчас не хватало этих благ. Но даже ради удобств ни за что не вернулась бы назад.
Крик, остановивший движение, был такой силы и прозвучал так неожиданно, что я содрогнулась и едва не села на дне телеги. Голос был уже знаком. Это кто-то из отряда, кто прежде раздавал команды. Но раньше они звучали спокойно, а сейчас в коротком: «Стоп!» - слышалась тревога и напряжение. Определенно, что-то случилось.
А потом я почувствовала запах дыма. Он просочился под брезент. Едва уловимый, но отвратительный в своей примеси. Рядом что-то горело. Дом, лес… жаль, я не могла увидеть, и выбраться пока не имела возможности. Зато приникла к щели, моему единственному окну в мир. Всадники спешивались, причем делали это четко и торопливо. Еще один крик призвал воинов собраться в круг и ощетиниться оружием. И тут я уже поняла, что не ошиблась. Вряд ли горящий лес оказал подобное действие на солдат. Но мимо промелькнул еще один воин и в его руке я безошибочно разглядела полоску смертоносной стали.
«Да что же там происходит?» - я вспомнила, что сегодня мы должны были прибыть к следующему пункту перевала. Очередная маленькая деревушка на границе с северными землями. И отчего-то волнение сдавило горло, не давая сделать вдох. Или всему виной стал дым, которого под брезентом скопилось еще больше? Еще немного и я закашляю. Горло уже начало царапать удушающими запахами горения и того непонятного запаха, который присутствовал в дыму. Жуткий такой. Пугающий.
А хуже всего было неведение. Солдаты молчали до следующей команды. Я приникла ближе. Обнаглела настолько, что выше подняла брезент, увеличивая себе обзор. И тут увидела алые всполохи и воинов, нарушивших круг. Повинуясь команде, мужчины направились вперед. Рядом с телегой, как мне показалось, никого не осталось. Любопытство торопило выбраться наружу, но я продолжала сидеть, забыв даже о том, как сильно хотела посетить ближайшие кусты. Тревога вытеснила все остальные чувства. Да, временно, но вытеснила. А затем произошло то, чего я ну никак не могла ожидать. Брезент над головой поднялся вверх, и чья-то сильная рука отбросила его в сторону.
- Мальчик!
Я только и успела открыть рот и зачем-то напомнить свое имя:
- Эрл!
- Эрл, вот сейчас ты нам и покажешь, на что способен, - старик маг стоял надо мной и выглядел весьма беспокойно. На его плече подпрыгивал в волнении ушастый бесенок. Но я уже смотрела мимо мага, туда, где объятый пламенем, горел бревенчатый дом. И следом за ним огонь захватил еще несколько строений. Сейчас, когда не было над головой брезента, запахи усилились. Гарь ударила в ноздри и я, закашлявшись, поднялась на ноги, глядя на то, что осталось от деревни. В том, что дома уже не потушить, была уверена. Но люди капитана Гаррета пытались что-то сделать. Возможно, спасали выживших.
Мне стало дурно. Тошнота подкатила к горлу.
«Приехали!» - сказала сама себе.
ТЕЛЕГРАМКанал с обзорами, анонсами новинок и книжными подборками
Книжный Вестник
Бот для удобного поиска книг (если не нашлось на сайте)
Поиск книг
Свежие любовные романы в удобных форматах
Любовные романы
Детективы и триллеры, все новинки
Детективы
Фантастика и фэнтези, все новинки
Фантастика
Отборные классические книги
Классика
ВКОНТАКТЕБиблиотека с любовными романами, которая наверняка придётся по вкусу женской части аудитории
Любовные романы
Библиотека с фантастикой и фэнтези, а также смежных жанров
Фантастика
Самые популярные книги в формате фб2
Топ фб2
книги