Жена для Драконов, или Порочные узы любви

— Сразу двое! — громко объявила матушка, влетая в гостиную.

Тетушка Эдит подавилась пирожным и судорожно закашлялась, папа в кои-то веки не по своей воле оторвался от газеты, а я поперхнулась при очередном глотке чая, который мгновенно обжег мне язык и полился через нос.

Сидя рядышком со мной, тетя потянулась к моей спине, постучала пару раз, выдав между короткими вздохами и кашлем:

— Платье… Анни, платье…

— В самом деле! — вздыбилась мама, на какое-то мгновение забыв про шокирующую новость, которую сама же и принесла. — Ты испортишь платье, Аннабель.

Боги! Да плевать мне на это дурацкое, самое неудобное на свете платье!

Меня нарядили в длинное коралловое одеяние с тугим корсетом еще ранним утром. Я простояла в нем и плотной фате, полностью скрывающей лицо, среди десятка таких же наряженных девиц около двух часов, пока драконы собирались в храме, а потом ходили и вынюхивали своих истинных. Все это время я мечтала поскорее переодеться, но мне не позволили этого сделать, даже когда нас распустили и я вернулась домой.

А все потому, что я обязана встретить своего дракона именно в этом платье!

Абсурд. Он мог и не заявиться: не каждому дракону везет находить свою истинную, как и не каждой девушке счастливится быть заложницей брачных уз и ящерицы.

Я очень надеялась, что снова ни для кого не стану истинной. Мне везло два года подряд, с самого совершеннолетия, когда меня впервые допустили на отбор, где дракон встречает возлюбленную, а та в свою очередь лишается свободы.

Бредовое мероприятие. Но не мне менять традиции. Драконы властители на этих землях, а мы всего лишь простые люди, которые им подчиняются. Они с давних времен установили правила, и одно из них гласит, что любой дракон вправе выбрать себе любую женщину, и неважно — замужем она или нет. Однако не каждой женщине дано родить им детей. Есть особенные, которым огонь нипочем.

И я, к своему великому сожалению, оказалась одной из таких избранных девиц…

— Поясни-ка, Розмари, — потребовал отец тяжелым, низким голосом, когда мы с тетушкой перестали задыхаться. — Что значит «сразу двое»?

— То и значит. — Мама нервно поправила на руках перчатки, а после переплела между собой пальцы, как делала всегда при страшном волнении. — Пришли двое. Два дракона, дорогой.

— Два дракона, — повторила я шепотом.

Не может быть. Это просто невозможно. Странно. Немыслимо.

И немножечко страшно…

Нет, вру. Очень даже страшно.

Быть может, я и была готова к тому, что сегодня встречу дракона, с которым свяжу свою жизнь, — не могло же мне повести и в третий раз. Но я совершенно не готова встретиться с двумя!

— Ну и? — протянул отец, поправляя на носу маленькие круглые очки. — Что нужно второму?

— О боги, до чего же ты глуп, Артур, — мама скривилась, отчего ее аккуратный носик вздернулся. — Они оба заявили, что Аннабель их истинная. На отборе их потянуло именно к ней.

— Невозможно, — выдохнул тот.

— Так я им и сказала. Но после они меня чуть взглядами не удавили, так что разговаривай с ними сам. — Матушка махнула рукой и примостилась на диван рядом со мной и тетей. — Понятное дело, что Аннабель станет женой дракона в этом году. Но какого именно — решать не мне.

— Хорошо. — Отец поднялся, расправил свои широкие плечи и уверенно двинулся к выходу. — Ждите.

С его уходом паника внутри меня начала набирать ход.

Папа ничего не решит. Не сможет — я уверена. Раз драконы уцепились за меня, они будут биться до последнего. Жадные, упрямые, гордые ящерицы.

— Возможно, один из них врет, — предположила Эдит и как ни в чем не бывало умыкнула с тарелки еще одно пирожное, такое же пышное, как сама тетя.

В какой-то момент в моей голове пронеслась та же мысль, потому я активно закивала.

— Верно, — я с надеждой взглянула на маму. — Одна девушка не может быть истинной для нескольких.

— Боги упаси нас упрекать их в этом, — шепнула та. — Даже и не думай обвинять их во лжи. Я не хочу, чтобы нас сожгли заживо.

— Обвинения нам в любом случае не помогут, — равнодушно сказала тетя. — Это же драконы. А если они еще и монархи, то не оставят Анни в покое. Им нужны наследники, и раз уж ты приглянулась им, милая, они будут драться за тебя, как за последнее сокровище в мире.

В комнате воцарилась тишина, и пока тетя Эдит уминала сладкое, мама теребила ткань платья на коленях.

Ей, как и мне, крайне не нравилось это мероприятие, но она была не в силах что-то изменить. А тетя относилась к этому гораздо спокойнее лишь потому, что и сама была избранной. Десять лет назад она выдержала огонь своего истинного, а спустя два года после этого родила ему двойню.

Меня ждала та же участь. Брак поневоле. Испытание огнем. Воспитание ребенка.

Конечно, только после того, как мы все поймем, кто из драконов заберет меня…

Спустя долгие десять минут, показавшиеся вечностью, в гостиную вернулся папа. И я уже хотела было выпалить свое любопытство, но прикусила язык, стоило в комнату пройти двум дюжим, здоровенным мужчинам, на фоне которых терялась высокая и широкоплечая фигура отца.

Я их помнила. В отличие от остальных драконов на отборе они слишком часто замирали напротив меня и вглядывались в шелк фаты, будто с намерением прожечь в ней дырки и заглянуть мне в глаза. Еще тогда я ощутила исходящие от них волны опасности и звериную мощь.

А сейчас опасность поглотила меня с головой.

Глубокие синие и янтарные, подобные дрожащему в камине огню глаза смотрели на меня в упор. Мужчины видели во мне добычу, золото, до которого они безумно жадны. Они перегрызут друг другу глотки в борьбе за женщину, способную вынести их пламя. 

Истинность — это всего лишь одно из правил, необязательных, но желательных. Гуманность для девушек, лишенных выбора. Ведь с истинностью мы уже не ощущаем себя пленницами брака…

Но не все драконы гуманны. Особенно могущественные плюют на правила. Если они чего-то хотят — они это берут. Отбирают силой.

И я не сомневалась: эти двое из самой верхушки. Они монархи.

Мне не хотелось бы стать женой ни для одного из них.

— Ты должна стать женой одного из них, Аннабель, — без прелюдий сообщил отец наперекор моим мыслям, вынуждая меня сокрушенно выдохнуть. — Лорды решили, что будет весьма справедливо, если ты сама сделаешь выбор…

— Сама?

Сердце резво подлетело к горлу от замаячившей перед глазами поразительной возможности.

Мне дают шанс выбрать самой, впервые за всю мою жизнь. Выбор — та единственная вещь, о которой я всегда мечтала. Конечно, не так я себе его представляла… Уж точно не думала, что буду выбирать между двумя драконами.

Но это не так уж и плохо. Для меня, по крайней мере. Разумеется, я в любом случае должна стать женой ящерки, но сейчас у меня появилась отличная возможность оттянуть время до неизбежного и еще немного побыть на воле. 

— Тогда, полагаю, для начала мне стоит узнать лордов получше, — я выдавила из себя подобие любезной улыбки.

Матушка при всяком удобном случае напоминала мне, что нужно быть вежливой в любой ситуации, из-за чего тетя чаще всего смеялась и говорила, что с драконами нужно быть отнюдь не вежливой, а резкой и холодной. Ей я доверяла больше — все же она уже десять лет живет бок о бок с заносчивой ящерицей — но в основном прислушивалась к маме.

Не могла иначе. Не в моем характере дерзить и накидывать на себя ледяную чопорность, пусть даже она и будет напускной. Эдит порой посмеивалась, что матушка выбрала для меня идеальное имя.

Аннабель.

Любезная. Изящная.

Милая, но молчаливая.

— Конечно, — спустя короткое мгновение ступора отец согласно качнул головой. — Нужно узнать получше…

Он был заметно растерян, будто две могучие фигуры бездушно давили на его сознание. А быть может, они в самом деле оказывали на него подобное давление. 

Лорд Артур Гатинэ, первый из людей монарх Кораллового Залива, был осторожным, недоверчивым, но при этом серьезным и умным человеком. Монархи остальных территорий были драконами, потому отец все время ощущал себя как на пороховой бочке. В особенности, когда все монархи собирались на общем совете. Антилопа в окружении гиен.

— Позвольте представиться, миледи, — вдруг заговорил один из драконов, выступив вперед под неодобрительным взглядом второго. Глубокий, слегка рычащий голос отдался в теле дрожью. — Лорд Двэйн Вард, монарх Долины Туманов.

Он поклонился, отчего черные пряди упали ему на лицо. Поклон был низким. Очень низким. Выражающим неоправданное почтение. Наверное, потому мои пальцы охватила мелкая дрожь…

Второй, явно не желая уступать своему сопернику, так же выступил вперед и поклонился, прежде чем произнести:

— Лорд Дориан Невер, монарх Солнечной Долины, миледи.

Густой, бархатистый баритон дракона, казалось, окутал меня широким пушистым одеялом. Дышать отчего-то становилось трудно, и я жадно втянула воздух носом.

Они разные, как солнце и луна, но оба производят пугающее впечатление. Оба вызывают у меня мурашки и голосом, и взглядами, и улыбками, лишь кажущимися учтивыми. Если бы у каждого из них не было соперника, тогда не было бы и никаких учтивостей, ведь дракон точно знал бы, что я стану его женой.

Но сейчас все зависело от меня. От одного моего слова. Я уверена, что это их напрягает. 

Еще бы! Где это видано, чтобы жертва решала, кем будет ее палач?

Каждый год драконы устраивают отбор, кто-то обзаводится женщиной, кто-то остается с носом и ждет следующего официального мероприятия, а кто-то продолжает самочинные поиски. Последних я всеми способами старалась избегать. Проще говоря, большую часть времени я проводила дома, в этих надоевших за двадцать лет стенах, и нашем уютном внутреннем дворике. Порой выходила в свет, на званые ужины, но то было редко, ведь матушка страшно боялась, что я привлеку внимание какого-нибудь жестокого дракона, и он без промедления возжелает сделать меня своей.

И никто бы не воспротивился этому решению. Ни мать, ни отец, ни уж тем более я. Драконы всегда получают то, что хотят. Выпивка, женщины, власть…

Не спрашивая. Не заботясь о мнении и желании прочих.

Оттого была нереальной одна мысль, что я стану вершителем судьбы драконов. Если я истинная обоих — в чем я крайне сомневаюсь — мне предстоит разбить надежды и, возможно, сердце одного из этих невозмутимых, могучих, грозных мужчин.

Вот поэтому они и злятся. Наверняка злятся. Добиваться внимания какой-то там девчонки для них сродни унижению.

Дракон с черными, как обсидиан, волосами, зачесанными назад, внезапно хмыкнул, похоже, уловив, что я слишком пристально осматриваю их, и заговорил:

— Я имею смелость пригласить вас, миледи, в свою резиде…

— Как насчет званого ужина? — резко перебила его и вскочила с дивана, ошарашив не только драконов, но и тетушку с родителями. Я не переставала улыбаться, и мне начало казаться, что лицо вскоре треснет от напряжения. — Мой отец… лорд Гатинэ намеревается устроить сегодня званый ужин. Вы могли бы присоединиться к нам, господа. Там у нас будет возможность узнать друг друга получше.

Я сцепила перед собой пальцы — глупая привычка при волнении — и заметила, что глаза лорда Двэйна недобро сверкнули, становясь жгуче янтарными, как набирающий силу огонь. На секундочку мне даже почудилось, что меня обдало жаром.

— Ужин, — с улыбкой повторил лорд Дориан. — Прекрасная идея.

Плотно сжатые челюсти, пытающиеся удержать на губах мнимую радость, острые, жесткие скулы, а в синих глазах-омутах бесконечный океан раздражения…

Не думаю, что он в самом деле считает эту идею прекрасной.

— Замечательно.

Я одарила их доброжелательностью, самой сильной, на какую была способна.

— На этом и закончим. — Обогнула кофейный столик и направилась к ним. Вернее, к выходу, который они загородили. — А сейчас, если позволите, я вернусь к себе. Нужно подготовить наряд, прическу, надушиться и напудрить… носик.

Не найдя возможности обойти их и протиснуться в арку, я замерла. Страх, до этого где-то прячущийся, неожиданно подкрался и напал со спины, сковывая мое тело напряженностью. Я стояла так близко к драконам, что слышала их тяжелое дыхание. А видела… мощную грудь одного, скрытую бледно-голубой рубахой, и широкую грудь второго, которую покрывал иссиня-черный китель.

Эти драконы просто великаны! Я впервые нахожусь с ними лицом к лицу, а если точнее — лицом к груди. Муж тети не в счет: старый брюзга отчего-то не любит мое общество.

Будучи на голову ниже их двоих, я ощущала себя невзрачным грибочком, на которого могут случайно наступить.

Несмело подняла взгляд и сразу же затаила дыхание, поняв, что драконы с дикой жадностью пялятся на мою маленькую по сравнению с ними фигурку. Лицо обожгло совершенно неуместным смущением, а вот внутри, прямо у сердца, скопилось какое-то новое жаркое чувство.

Оно возникло то ли из-за излишнего мужского внимания, то ли еще по какой-то неведомой мне причине, но было слишком приятным, чтобы захотеть от него избавиться.

— Могу я пройти? — спросила робко.

— Конечно, миледи, — выдал лорд Дориан и первым отступил вбок.

Я просочилась в образовавшуюся щель, не дожидаясь, когда второй дракон соизволит отойти, и спешно зашагала к лестнице.

— Увидимся на ужине, — ударили в спину слова Двэйна.

Наверняка отец с матушкой будут очень недовольны, что я так позорно сбежала, прикрывшись подготовкой к предстоящей встрече. Но мне было все равно. 

Неясная тревога преследовала до самой комнаты, и только закрыв дверь, я почувствовала желанную легкость.

Но то странное незнакомое чувство осталось. Горячее и волнующее.

Как бы напоминающее, что моя жизнь больше никогда не будет прежней.

Леди Аннабель Гатинэ

Лорд Дориан Невер

Лорд Двэйн Вард

— Аннабель!

Громкий окрик матушки безжалостно пробрался в дремлющее сознание, и я резко оторвала голову от подушки.

— Шестой час, а ты в постели! Я думала, ты вовсю готовишься.

— К чему? — вырвался вполне логичный вопрос, но, похоже, для матушки он был неуместным и глупым.

Ее глаза округлились, и в голубых омутах помимо раздражения заплескалось смятение.

— К ужину, милая, — тон ее смягчился, а на губах проступила снисходительная улыбка. — Девочки, приведите ее в порядок. Поживее.

В комнату вбежали две служанки — Алия и Рина — и сразу же увлекли меня в водоворот приготовлений.

Разум прояснился, только когда Рина резковато затянула мне корсет. Я наконец вспомнила события сегодняшнего утра. Худшего утра в моей жизни.

Я истинная двух драконов. Это станет бременем — без сомнений.

По возвращении в комнату я ощутила такой груз ответственности, облачившийся в усталость, что уснула, стоило голове соприкоснуться с подушкой. Было бы неплохо, окажись все сном. Было бы еще лучше, если бы мама сказала, что мне не нужно становиться ни чьей женой и я вольна делать все, что мне заблагорассудится. При таком раскладе я первым делом отправилась бы к великим пескам Зантры и познакомилась бы с бедуинами. А может, даже сама стала бы бедуином. Вести кочевой образ жизни в пустыне — моя недосягаемая мечта.

— Постарайся сегодня улыбаться, Аннабель, — тихо, капельку утомленно выдохнула мама, когда служанки покинули комнату.

Я сидела за туалетным столиком, уже облаченная в длинное бледно-розовое платье, сотканное из легкой струящейся ткани, в ожидании, когда матушка что-нибудь сотворит с моими волосами. Она не доверяла служанкам мою богатую на густоту и длину шевелюру и всегда сама собирала ее в прически.

— Эти господа показались не такими уж и плохими… — продолжила она, легко и неторопливо расчесывая пряди. — Присмотрись к ним. Возможно, один из них сможет покорить твое сердце.

— К чему эти прелюдии, — шепнула на удивление сипло. Горло перехватило тугим обручем. 

Ну вот, расплакаться мне еще не хватало. Обида была вполне объяснима, но я давно смирилась со своей участью — нечего мне нюни распускать.

— Я постараюсь, — исправилась тут же, чувствуя, что мама смотрит на мое отражение в зеркале, но сама не смотрела в ответ. Сверлила взглядом серебряное украшение в виде дракона с раскрытой пастью, которое мне теперь полагается прилюдно носить на шее до самой свадьбы. Оно, как клеймо, будет демонстрировать всем, что я выбрана драконом. В моем случае — двумя драконами.

— А что говорит отец насчет них? — спросила спустя недолгую паузу. — Он же часто сталкивается с ними на собраниях.

Матушка молчала. Достаточно долго, чтобы поселить внутри меня тревогу.

Я всмотрелась в ее отражение и заметила, что она покусывает губу, собирая мои волосы в высокий пучок.

— Неужели все так плохо?

— Мы толком и не поговорили, — призналась она, но волнение с ее лица не ушло. — Артур так… изменился с их приходом. Замкнулся. Мне ничего не удалось узнать.

— Стало быть, не такие уж эти господа и хорошие. Глупо поддаваться иллюзии их поведения. Это сейчас они сама любезность… А после свадьбы я окажусь в цепях.

Мама замерла, положив ладони на мои плечи. Я встретилась с ее полным сожаления взглядом, и сердце болезненно заелозило в груди.

— Мы ничего не можем сделать, милая, — шепнула столь устало, что мне стало дурно.

Лишь сейчас я заметила темные круги под глазами матери, впалые от частых переживаний щеки. Лишь сейчас уловила, что она уже давно находится в плену тревог и страха. Ее голубые глаза, которые достались и мне, сияли не так ярко, как раньше. А фигурка, облаченная в строгое платье, лишенное пестроты, была худой и невзрачной, хотя раньше она отличалась стройностью и приятной упитанностью.

Мама начала меняться, когда мне исполнилось восемнадцать и меня допустили к отбору. Вот тогда страх, который преследовал ее с самого моего рождения, возымел над ней власть.

Я эгоистично закрывала на это глаза и все думала о том, как было бы хорошо, если бы я сбежала и отпустила прошлое. Никогда всерьез не задумывалась, что в таком случае стало бы с моей семьей и домом.

Ответ лежал на поверхности. Как только узнали бы, что одна из избранных девушек покинула пределы империи, всех моих родных сожгли бы заживо. В живых осталась бы тетя, ведь она так же, как и я, невосприимчива к огню и помимо этого находится под защитой своего мужа. Но мою холодную, чопорную, едкую тетушку рано или поздно сломило бы горе.

Мне нельзя сбегать. Нельзя даже допускать мысли об этом. Моя семья не должна платить за мои наивные мечты.

— Ты у меня необыкновенная красавица, — ласково произнесла мама, с нежной улыбкой глядя на мое отражение.

Нехотя взглянула на себя и тоже улыбнулась.

За красоту стоило благодарить именно ее. Мы были очень похожи. Те же тонкие, правильные черты лица, мягкий контур припухлых губ, глаза цвета бирюзы, яркие, как камни на ожерелье матушки. Длинные шелковистые каштановые волосы, собранные в пышные пучки. Но только мой в отличие от пучка мамы был украшен заколкой в виде тонкой веточки с жемчужными бутонами.

— Остался последний штрих.

Мама взяла колье и осторожно надела на мою шею. Красивое, но массивное, оно тотчас сдавило горло и показалось больше ошейником, чем драгоценным украшением. Чудилось, один неосторожный поворот головы — и хвост дракона вонзится в шею, как острый клинок меча.

— Ну вот. Готова?

— Разумеется, — отозвалась сразу.

Разумеется, нет.

Леди Розмари Гатинэ — мама Аннабель, жена монарха Кораллового Залива

Лорд Артур Гатинэ — отец Аннабель, монарх Кораллового Залива

— Ох, какие же они… Аж дух захватывает.

— А мой дух наизнанку выворачивает.

Таисия — моя кузина и ровесница — скосила на меня хмурый взгляд.

— Ну и чем ты недовольна? Такие экземпляры ей достались, а она все ноет.

Не ною вообще-то… Просто говорю так, как есть. В этом мы с Таис были похожи: обе говорили, что в голову взбредет и чаще прямо, чем кривя душой. Правда, ее слова по большей части были резки и оскорбительны, мои же отличались вежливой мягкостью.

Но даже несмотря на то, что в данный момент ее возмущение было обращено ко мне, я предпочла бы и дальше стоять рядышком с ней, чем со своими потенциальными мужьями.

Я вновь сбежала от них сразу после приветствия, и сейчас они оба о чем-то увлеченно разговаривали с моим отцом. Папа выглядел увереннее, чем утром, но все равно чудился жертвой подле стервятников.

Драконы привлекали много внимания. Крайне много. Не только кузина успела оценить их красоту и силу, но и остальные гости, состоящие в основном из родственников по папиной линии. Женщины в открытую пялились на них, кто-то умудрялся томно вздыхать, не боясь осуждения со стороны мужей. Мужчины же наблюдали за ними с настороженностью, как будто в ожидании какой-то подлянки.

Треклятый ужин не успел начаться, а уже мне надоел. Гости все еще прибывали, и к столу хозяин дома никого не приглашал, словно назло мне оттягивая этот момент. В помещении становилось все теснее и теснее, с каждым новым родственником, поздравляющим меня со скорой свадьбой.

Сплошные улыбки и ни одного сочувственного взгляда.

— Любой деве в этом зале хочется выйти замуж за дракона, — продолжила свою песню Таис. — Даже твоей матушке, я уверена.

— Нет, она их боится.

— Страх — дело приходящее и уходящее. О драконах много несуразных слухов ходит, а мы в них верим. Думаешь, они со своими женами жестоки? Глупости все это.

— С тетушкой Эдит муж жесток, — напомнила я ей и ненароком нашла тетю в толпе. Она сидела на софе вместе со своими восьмилетними сыновьями. У тех было шило в мягком месте: они все порывались вырваться из внимательного взгляда матери и сбежать к буфетному столу.

— Тетин муж отдельный случай. Порой мне кажется, что он и не дракон вовсе. Он любит…

— … брюзжать, — с легкой улыбкой закончила за нее.

— Да-да. Прямо как дедушка Орлин.

— Или как наш отец, — неожиданно раздался мужской голос позади нас.

Увлекательнейшая беседа с кузиной была прервана ее сводными братьями. У меня едва глаза на лоб не полезли, когда они предстали перед нами. Мы не виделись с ними около пяти лет, и я помнила их нерадивыми хилыми парнями с небольшой разницей в возрасте, мечтающими путешествовать и находить редкие артефакты.

Сейчас же передо мной стояли крепкие загорелые мужчины с пронзающими черными глазами и улыбками, такими же добродушными, что были у парней из беззаботного прошлого.

Колин и Эрик странствующие археологи, и я страшно завидую их свободе и интересному занятию, в которое они нырнули с головой.

— С ума сойти... Я так рада вас видеть! — Кинулась с объятиями к одному, потом ко второму. Большие сильные руки, казалось, могли бы меня с легкостью сломать. — Почему ты не сказала, что они приехали? — бросила на кузину недовольный взгляд.

Но недовольство было недолгим: радость встречи раздавила его, как червяка.

— Ай, не такое уж это и счастливое событие…

— Не ври, дорогая. — Колин нагло ухватил сестру за щеки и чмокнул в лоб. — Уже забыла, как визжала от восторга сегодня утром?

— Заткнись, — шикнула она, но не смогла сдержать улыбку. — И без вас было хорошо.

— А почему вы вернулись? — спросила я, чувствуя, как внутри разгорается ослепительное любопытство. — Вы должны мне все рассказать. Я хочу знать, в каких уголках мира вы побывали и какие артефакты смогли найти.

— Всему свое время, — улыбнулся Эрик — старший из них.

— К слову, об артефактах. — Колин вынул из поясного мешочка какую-то вещицу и протянул ее мне. — Мы захватили тебе подарок.

Это был широкий браслет с плавными изгибами медных завитков. Красивый, изящный и наверняка древний.

— Потрясающе, — выдохнула, проведя пальцем по одному из изгибов. — Где вы его нашли?

— В одной из гробниц Зантры, — ответил Эрик. — С трудом вырвали из лап мумии.

— Это правда, — кивнул Колин с невозмутимым видом. — Наверное, в прошлом эта мумия была жадной женщиной. На ней было надето много украшений, а захоронена она была с таким поразительным количеством драгоценностей, какое мы не находили за все годы раскопок.

Я слушала и впитывала в себя каждое его слово. Мне в самом деле хотелось узнать обо всех их приключениях, погрузиться в них и представить, что я вместе с ними бродила по коридорам старинных гробниц, пересекала пески Зантры, плавала по морям к дальним берегам... Их рассказы будут подобны сказкам, в которые я ныряю время от времени, чтобы сбежать от реальности. Это единственный способ вырваться из наскучивших стен. Выйти за пределы империи безо всяких последствий.

— Позволишь? — Колин взял меня за руку, намереваясь надеть браслет.

— А, конечно.

— Брат… — тихо произнесла Таис. — Я бы не советовала тебе прикасаться к ней.

— О чем ты?

— Просто… — Кузина вдруг замолкла, и глаза ее стали больше обычного, блеснув от неподдельного страха. — Боги, они идут сюда. Убери, — она ударила его по руке. — Убери эту вещицу, пока они не отгрызли тебе голову.

Колин продолжил держать мою ладонь. И не отпустил даже тогда, когда в зале наступила невероятная тишина, позволившая различить твердую поступь драконов. В спину ударила волна жара, и я поняла, что они рядом. Близко. Очень близко.

— Отпусти, — прорычал один из них. А возможно, оба…

Медленно оборачиваюсь, поднимая взгляд к драконам, а Колин тут же обхватывает мое запястье и резко уводит за спину.

— Или что? — бросает с такой дерзостью, на какую у меня никогда не хватит духу. И смотрит на них как на равных. Как будто он тоже дракон и ничего ему не будет за его наглое поведение.

Но по мрачным взглядам лордов нельзя сказать, что они простят ему эту выходку. 

Нет. Они ее точно не простят… Колин нарывается на сожжение.

Мне стоило это предвидеть. Ведь столько раз тетушка Эдит твердила, что ящеры вспыльчивы и жадны и не приемлют, когда вокруг их истинных и жен вьются другие мужчины... Судя по тишине в зале, это знают все присутствующие.

Все, кроме Колина, бросающего вызов драконам.

Таисия Шелд — кузина Аннабель

Эрик и Колин Шелд — сводные братья Таис

Я лихорадочно придумывала, как выпутаться из сложившейся ситуации. Как сделать так, чтобы друг остался жив, а мой дом не спалили гневливые драконы?

Мысли маленькими стайками метались в голове, и в этот момент у меня никак не получалось скрыть глупую привычку кусать губы, которая проявляет себя всякий раз, когда меня ломает от переживаний.

Вариантов было не так уж и много. А надежных — тем более.

Но я не могла позволить драконам омрачить и без того мрачный день смертью Колина.

Только лорд Дориан раскрыл рот, чтобы вымолвить что-то наверняка страшное и резкое, сверкнув синими глазищами в угрожающей манере, как я дернулась к ним, разрывая напряженную тишину неуместным смехом.

— Вот ведь дает! — Шутливо толкнула друга в плечо, заметив, что почти всю его дерзость придавило удивлением. — Колин тот еще авантюрист и шутник. Отнеситесь к этому с пониманием, милорды. Мой друг вовсе не хотел вас оскорбить.

Я нагло протиснулась в пространство между ними и, сама от себя не ожидая, взяла их под руки. Не отметить, как напряглись их тела в этот момент, было просто невозможно. Они вытянулись, а жар, все время преследующий драконов, стал еще более жгучим и удушливым. Я оказалась в коконе. А может, в клетке.

Как бы там ни было, я пошла на этот риск по собственной воле. Что совсем на меня не похоже, ведь, как говорила тетушка Эдит, осторожность — мое второе имя.

— А давайте я проведу вам экскурсию по нашему великолепному саду? — Я с надеждой взглянула на одного дракона, потом на второго. А потом еще раз на первого… И металась так взглядом от одного к другому, понимая, что уже попала в ловушку выбора. — Вы будете в восторге, гарантирую. У нас растут нефритовые цветы, редчайший вид. Вы такой не встретите ни в одном уголке империи…

Если драконы и слушали меня, то без энтузиазма. Их взгляды вновь метнулись к Колину, и я ощутила, как в них поднимается новая волна гнева. Это было таким ясным, четким ощущением, что мне почудилось, будто этот гнев принадлежит именно мне. Волна нахлынула и осела сгустком где-то в сердце, оставив горький вкус во рту.

— Пройдемте, милорды.

Я попыталась шагнуть и утянуть их за собой. Но они словно к полу приросли, эти несдвигаемые глыбы льда!

Даже не шелохнулись. И я почувствовала себя как никогда глупо, стоя между ними, держа их под руки под ошалелыми взглядами гостей и не имея возможности выбраться из капкана, в который сама же себя и загнала.

Лицо залила краска мучительного стыда.

— Пожалуйста, — выдохнула намного тише, еще раз взглянув на мужчин.

Не знаю, что именно оказало на них влияние — мой хлипкий голосок или отчаянность попытки, — но их тела наконец расслабились, и они оба одновременно шагнули вперед, уже меня утягивая за собой.

— Туда. Вон туда! — мотнула я головой на стеклянную дверь, еще не до конца веря, что мне удалось увести от друга и моей семьи беду.

Я не сомневалась, что это была одна из немногих бед, что ждала впереди. Но первая предотвращена, а с остальными я как-нибудь разберусь.

Хотя за одной бедой мгновенно последовала другая…

Стеклянная дверь закрылась за нашими спинами, сразу же выпуская нас в сад и давая пораженным происходящим гостям прийти в себя и в красках пообсуждать, как Колин Шелд едва не испытал на себе всю ярость драконьего огня.

Вот мы и остались наедине.

Этого, как оказалось, я боялась больше, чем остаться наедине с одним из них.

— Вон там растут пуако, — с мнимым воодушевлением выдала я и повела молчаливых господ по тропинке, вдоль благоухающих кустарников и цветущих деревьев. — Они имеют насыщенный коралловый цвет и являются символом дома Гатинэ. Похожи на обычные розы, но их бутоны гораздо пышнее, а стебли лишены шипов.

— Тебе нравятся эти цветы? — вдруг спросил лорд Двэйн, и я замерла, вынуждая замереть и мужчин.

От глубокого, наделенного силой голоса на плечи посыпались мурашки, и почему-то лишь сейчас я сообразила, в каком положении нахожусь. До этого мига мне чудилось все каким-то нереальным, и молчание с их стороны усиливало это чувство. Но стоило одному дракону заговорить, как пелена слабого спокойствия слетела с меня со скоростью стрелы.

Это странно, но даже их голос заставлял мое сердце боязливо трепетать, что уж говорить о могучих фигурах, при виде которых впору потерять сознание…

— Мне больше по душе… м-м… ландыши. — Почувствовав, что лорды меня ничуть не удерживают, а всего лишь вежливо сопровождают, я отпустила их руки и прошла немного вперед, прежде чем обернуться. — Но они у нас, к сожалению, не прижились.

— Ландыши не такие уж и примечательные цветы по сравнению со всеми видами, что прорастают в вашем семейном саду, — заметил Двэйн, обводя заинтересованным взглядом кусты вокруг нас.

— Так и есть. Но они радуют глаз не меньше роз.

— Признак скромности и чистоты, — улыбнулся Дориан. В этот раз искренно, без намека на фальшь, отчего его глаза стали как будто теплее и приняли безобидный лазурный цвет. — В Солнечной Долине растет много ландышей.

— Чего нельзя сказать о Долине Туманов, — беззлобно хмыкнул лорд Вард, встречаясь со мной глазами. — Там душно и мрачно, но есть места, способные захватить дух.

— Было бы интересно в них побывать, — тихо отозвалась я, больше не зная, что сказать. Но нужно было говорить — что угодно — чтобы не позволить напряженной атмосфере снова сжать нас всех в тиски.

— Неужели ни разу не бывала там? — Бровь Двэйна слегка изогнулась. — Уж наверняка видела знаменитые пещеры Лумбр, где своды сплошь усеяны светлячками. Даже он там бывал — любитель красот своей Долины, — он со смешком взглянул на Дориана, и в меня резко врезалась мысль, что, возможно, они друзья, а не просто знакомые.

Быть может, именно по этой причине они еще не перегрызли друг другу глотки в борьбе за истинную…

— Не бывала, — ответила спокойно, но голос грозился дрогнуть, когда мужчины с изумлением глянули на меня. — Я никогда не покидала Кораллового Залива…

Наверное, это были самые удивленные лица, которые я когда-либо видела. Драконы смотрели крайне внимательно, точно пытаясь уличить меня во лжи.

Но мне не было нужды лгать им. Хотя бы потому, что этот вид рептилий шибко проницателен и видит людей насквозь.

— Позволишь нам выбрать следующее место встречи? — умело подавив удивление, спросил Двэйн.

Похоже, они решили не говорить вслух очевидное: в их глазах я затворница, и самое красивое, что я видела, это чертов сад моей семьи.

В душе начала медленно и ненавязчиво подниматься глухая обида, но я постаралась не обращать на нее внимания и выдавила с улыбкой первые приличные слова, которые пришли в голову:

— Только если оно будет людное.

— Людное? — переспросил Дориан.

На его лице возник отпечаток растерянности, а вот Двэйн нахмурился, обозначая этим недовольство и свою острую наблюдательность.

— Боишься нас, госпожа? — без прикрас, словно читая мысли, полюбопытствовал он.

Обезоружил.

У меня и без того не было припрятано никакого преимущества против самых могущественных существ во всей империи, а теперь я вообще ощутила себя голой и совершенно беззащитной.

Боюсь. Конечно, боюсь. Разве это не очевидно?

— Я поддаюсь слухам о драконах, — ответила, невольно дернув плечом.

До Дориана наконец дошло понимание ситуации, и он так же нахмурил густые брови, вынуждая меня гореть изнутри… стыдом?

Зря.

Зря я ляпнула такое. Для меня это было как минимум неприлично, а вот для мужчин мои слова оказались оплеухой.

Они насупились, неосознанно — а может, очень даже осознанно — давя меня своим угрюмым настроением.

Впрочем, сама виновата… Наедине с ними мне следует вспоминать об уроках вежливости от матушки, а не о холодности тети.

— Поверь мне, госпожа, — неожиданно проговорил Двэйн тяжелым, как гранит, и пронзающим льдинками страха голосом, — если бы все слухи о нас были правдивы, мы решили бы, чьей ты будешь, гораздо менее гуманным способом, даже и не заботясь о твоем мнении. Один из нас давно погиб бы в схватке. А возможно, оба. В таком случае ты, наверное, несказанно обрадовалась бы, что мы избавили тебя от мук выбора. Не так ли?

— Я…

Я не нашла что сказать — захлопнула рот и заморгала, чувствуя, как все внутренности скручиваются от ужаса.

— Но не обманывайся, — чуть более теплым тоном произнес Дориан, как бы в попытке сгладить острые углы страха, который усилился после слов Двэйна. — Я все еще хочу его убить. И буду хотеть этого до тех пор, пока ты не сделаешь выбор.

Он подмигнул мне, будто все, что они наговорили — ерунда.

Но для меня это не было ерундой. Отнюдь. Они оба дали понять, что желают пойти легким путем и убить своего соперника, тем самым сделав себя единственным претендентом на мою руку и сердце.

И в то же время оба осознанно предоставили мне возможность выбирать. Оба боятся этого выбора. И оба будут бороться до последнего.

А я что? Я постараюсь остаться в живых...

— Думаю, нам пора вернуться, — пролепетала, стараясь не глядеть долго ни на первого, ни на второго. А вот они продолжали буравить меня жутко тяжелыми взглядами. — Скоро пригласят к столу…

— Верно, — кивнул Дориан и одновременно с Двэйном протянул мне руку.

Оказавшись в плену замешательства, я глядела на две широкие ладони и не знала, в какую из них вложить свою. Не прошло и дня, а мне уже приходится выбирать.

Решив не мучить долгим ожиданием ни себя, ни лордов, я вложила пальцы в обе ладони и с самым смелым видом, на какой была способна, потянула мужчин за собой, как каких-то сорванцов.

— Мило, — внезапно усмехнулся Дориан.

— Как мышка, — шепнул Двэйн, видимо, полагая, что я ничегошеньки не слышу.

Ага. Мышка.

Мышка, ведущая двух львов.

Никогда еще ужин в доме Гатинэ не был таким тихим и скучным.

Гости стали вести себя тише обычного с самого нашего возвращения. Отец с матушкой были так напряжены, что это ощущалось физически. Они все кидали друг на друга взгляды, будто общаясь мысленно, как Колин и Эрик, не сказавшие мне больше ни слова и старающиеся даже не смотреть в мою сторону. Драконы тоже хранили молчание, сидя за столом по бокам от меня и ужиная с такой поразительной невозмутимостью, что этому можно было только позавидовать. Тише воды и ниже…

Хотя нет. Ниже они не были. Все собравшиеся подле таких великанов выглядели таракашками. Шевельнешься — а тебя прихлопнут. Быть может, поэтому гости предпочли бурным беседам тишину…

Оставшаяся часть ужина прошла весьма быстро и без новых происшествий. Отец будто намеренно выпроводил всех раньше времени, страшась, что из-за меня драконы снова вскипят, как молоко в котелке. Но те вели себя на удивление спокойно. Не изъявив желания задержаться — что показалось странным, — они поспешили уйти следом за моей кузиной, которой братья не позволили остаться и поговорить со мной.

— Буду ждать следующей встречи, — напоследок сказал лорд Дориан.

И без позволения взяв меня за руку, оставил на костяшках, скрытых тонким кружевом перчаток, легкий поцелуй. Меня так смутило касание его губ и жар, сгустившийся в груди, что я не сразу заметила, как Двэйн сжимает челюсти.

Он не собирался уступать своему товарищу — в данный момент сопернику — абсолютно ни в чем. Потому поцеловал мою руку, проговорив со сдержанной улыбкой, какой я у него еще не замечала:

— Выбери людное место, госпожа, самостоятельно. Неважно где, я буду рад увидеть тебя снова.

В очередной раз поселив во мне глубокое смятение, драконы покинули мой дом. С их уходом, как бы я того ни хотела, тяжесть сегодняшнего открытия не испарилась. Напротив, груз, казалось бы, стал еще тяжелее. Плечи опустились, с губ сорвался вздох, и я ясно осознала, что жутко устала.

Мне нужно поспать. И свыкнуться с мыслью, что мне снова предстоит увидеться с драконами.

Но утром, к моему великому сожалению, легче не стало…

Я проснулась рано, как и всегда. В этот раз с обремененной думами головой и неким вязким чувством внутри, которое возникает всякий раз, когда ожидаешь чего-то плохого. Раньше я вовсе не страдала частыми приходами нехорошего предчувствия. Но сегодня оно намертво приклеилось к сердцу, отравляя медленно, но неотвратимо.

В попытке сбежать от этого чувства ближе к обеду я отправилась на рынок в компании кузины и нашей подруги Нереи, которой коснулась та же участь, что и меня. 

Она тоже должна стать женой дракона. Правда, было между нами одно существенное отличие…

Нерея — дочь морского ящера, монарха Кристального Моря. И первая женщина, способная принимать драконий облик. Ей не нужно каждый год присутствовать на отборе или искать истинного. На роль мужа такой могущественной особы столько претендентов, что ее отец позволил ей самой выбирать, кому из драконов не повезет после свадьбы.

Почему не повезет? Да потому что Нерея ходячая проблема. Дикая, взбалмошная, не видящая границ гордячка.

Она настоящее пламя, живое и непослушное. Хотя сама плеваться огнем не умеет.

Даже и не знаю, почему она как-то на балу обратила на меня внимание. Мы не только внешне сильно разнились, но и характеры у нас не совпадали. Ей было бы спокойнее рядом с Таис — такой же бойкой, сумасбродной девчонкой, — но загадочная морская дракониха больше предпочитала мое общество.

— Я думала, они тебя съедят, — сказала кузина, когда мы оказались между далеко тянущимися торговыми рядами.

Таис начала говорить о драконах, как только мы выехали из моего дома. Это было единственной темой всю дорогу до рынка. Я, конечно, не винила ее за неуемное любопытство, ведь нам так и не удалось потолковать после вчерашнего ужина. Но на деле предпочла бы поговорить о чем угодно, лишь бы не о своих потенциальных мужьях. Или помолчать, к примеру, и насладиться неповторимой атмосферой базара, в которую погружаешься моментально, стоит застать улыбку первого торговца.

Это единственное место во всем Коралловом Заливе, где постоянно кипит жизнь. Запахи экзотических специй, морской соли, нотки ладана и сладкий аромат всевозможных цветов ударяли со всех сторон. Несмотря на впечатляющее количество горожан, на базаре никогда не было душно. Он располагался недалеко от моря, откуда дул теплый, бодрящий ветер.

— Жаль, что я этого не видела, — с притворно досадливым выражением на светлой мордашке выдала Нерея и тут же замерла напротив торговой палатки с причудливыми морскими украшениями. — Но твои драконы хотя бы смотрят на тебя, пусть и как на еду, а мой даже внимания на меня не обращает.

— Я им точно не в роли еды нужна, — отозвалась сразу.

— Но ты, поди, как их истинная, страшно вкусная, — заулыбалась Таис.

— Ну конечно…

Мы отвлеклись на блестяшки, и только когда Нерея выбрала себе серьги, я отважилась спросить:

— А как прошла твоя встреча с женихом?

— Ужасно, — недовольно хмыкнула драконша. — Он не горит желанием становиться моим мужем. Но он ниже меня по статусу, а потому отказываться от свадьбы не станет. Возможно, это отец на него давит, ведь я устроила ему скандал и заявила, что выйду за Ниалла... Ему пришлось смириться: сам же предоставил мне право выбирать себе пару.

— Подруга, твою бы смелость нашей тихоне, — усмехнулась кузина, и я почувствовала, что она бросила на меня многозначительный взгляд.

— Увы, но смелость моей пташке не поможет, — ласковым тоном ответила Нерея и мягко приобняла меня за плечи. — У нас разные ситуации. Анни человек и не может пойти против воли драконов.

Она сказала это, не утаивая сожаления в голосе, и в ее больших аквамариновых глазах я вновь прочла как-то раз произнесенные наедине слова:

«Мне так жаль, птенчик. Очень жаль, что ты избранная».

Порой спесь странным образом слетала с нее, и я могла разглядеть в ней ранимую, нежную натуру. Немногие видели ее такой. Обычно Нерея показывает себя настоящей стервой.

— Не переживай, птичка, — шепнула она, когда Таис оторвалась от нас, заглянув в лавку с дудочками. — Если эти драконы обидят тебя, я надеру им зад. Даю слово.

— Спасибо, — ответила так же шепотом. Внутри разлилось успокаивающее тепло.

Может, именно этого мне и не хватало? Поддержки?..

— Мне нужна красная лента. Срочно! — вырывая из мыслей, Таис неожиданно хватанула нас обеих за руки и повела сквозь толпу.

— Зачем?

— Как зачем? — она бросила на меня через плечо удивленный взгляд. — Завтра Кровавая ночь, дурашка. Оглянись: люди вовсю готовятся. Вон, всех барашков раскупили. Жертвы Тулу приносить будут.

— А мы? — скривившись, спросила Нерея.

На благородном личике отразилось неодобрение и оттенки презрения: Нерея ненавидела глупую, по ее словам, людскую привычку убивать животных в угоду богам. По большей части она не понимала и не принимала этого потому, что для морских драконов существовало лишь одно божество — Рюдзин, первый дракон водной стихии.

— А мы найдем занятие поинтереснее. Например, поиск жениха для вашей все еще одинокой подруги. Для этого нам и нужна красная ленточка…

Нерея непонимающе уставилась на меня, и я поспешила пояснить:

— Красный цвет покажет, что Таис свободна и желает найти пару.

— Какая глупость. Что же, мне завтра всю ночь от тебя мерзавцев отгонять?

— Не смей! — вздыбилась кузина, замирая напротив магазинчика-ателье, и развернулась к нам на пятках. — Знаешь, лучше не таскайся за мной. Женихов спугнешь.

— Вот как раз недостойные слабаки и сбегут. Но почему бы тебе просто не подойти к понравившемуся чело… — Нерея вдруг замолкла, когда мы зашли в магазин, и застыла на пороге. — О Великий Рюдзин! Это же мой дракон. Как я выгляжу? — Она схватила мою ладонь, сжала до легкой боли, но при этом даже не взглянула на меня. — С прической все в порядке? Я нацепила много украшений, да? И платье не под цвет глаз... Проклятье.

— Ты выглядишь замечательно, — заверила торопливо и проследила за ее взглядом.

У стойки находился высокий мужчина с широким размахом плеч и белыми короткими волосами. А рядом с ним, вовлеченный в беседу с мастерицей ателье, стоял Дориан…

Я не знаю, как это произошло, но дракон словно почувствовал, что я пялюсь на него, и резко посмотрел в мою сторону. Наши взгляды встретились, и плохое предчувствие, мучающее с утра, вспыхнуло с новой силой.

— Мой тоже здесь… — прошептала, не спуская глаз с идущих к нам драконов.

Леди Нерея Элай — дочь морского дракона, монарха Кристального Моря. Первая женщина-дракон.

Ниалл Шайерн — ее бедный женишок, который не жаждет связывать себя узами брака с горделивой драконшей (но кто его будет спрашивать?)

— То есть один из моих драконов, — исправилась тут же, чувствуя, как щеки от вырвавшейся глупости покрывает румянец. Он стал жгучим и ярым, когда я осознала, что последующие слова были еще более глупыми. — Вернее, один из мужей… Потенциальных мужей… Жених. Дракон.

— Боги, Анни, — тихо хихикнула Таис. — Мы тебя поняли. Успокойся… Ох, видели бы вы свои лица. Одна от страха трясется, другая выглядит так, словно готова наброситься на дракона и сожрать его без позволения…

Не знаю, правда ли Нерея выглядела именно таким образом: я не могла оторвать от лорда взгляд и убедиться, что подруга рвется полакомиться своим женихом. Но что касается меня, я и в самом деле ощущала сильные, грубые пальцы страха, сдавливающие мне горло.

Хотя помимо этого в груди трепыхалось еле различимое на фоне прочих чувств предвкушение.

И оно вырвалось за края и обдало тело жаром, когда Дориан замер напротив меня с очаровательной улыбкой на чувственных живых губах и, шустро ухватив за руку, одарил осторожным касанием обтянутые белоснежной перчаткой пальцы.

Он прикрыл глаза, не отрываясь от моей руки, — всего на какой-то миг — и тихо втянул в себя воздух. Я бы ни за что не заметила этого странного действия, если бы не стояла как вкопанная с задержанным дыханием.

— Я думал, наша встреча не состоится так скоро, — заговорил мужчина низким бархатным голосом, наконец отпустив мою ладонь, хоть и с заметной неохотой. — Страшно рад и… Рад. Да.

Он сглотнул, плотно поджимая губы и удерживая на них улыбку. На миг почудилось, что он чем-то взволнован или же сдерживает какое-то желание — с большим трудом сдерживает. Но он так ловко подавил это непонятное мне чувство, которое тревожило его, что я подумала: может, мне показалось?

— Я тоже рада, милорд.

— Вы помните меня, лорд Невер? — вдруг втиснулась в наш разговор Нерея, почему-то предпочтя не удостаивать подошедшего к нам второго дракона первым словом.

Она незаметно придвинулась ко мне, как бы невзначай закрывая собой.

Вот оно что… Моя бедовая Нерея готова забыть о своем драконе, лишь бы не оставлять меня без защиты.

Чудная она. Но, как ни странно, ее чудаковатость пришлась мне по вкусу.

— Конечно, миледи, — отвлекшись на нее, отозвался Дориан. — Как можно забыть самую ценную жемчужину Рюдзина? — Он широко улыбнулся, и не заметить, как Нерея впала на секундочку в ступор, было невозможно. Для нее это нехарактерно: застывать и непонимающе хлопать глазками. — Мы как раз недавно говорили о вас. Ниалл мне все уши прожужжал о своей невесте.

Дориан по-дружески похлопал по плечу скосившего на него недовольный взгляд дракона.

— Правда? — девушка отмерла, смущенно заулыбавшись.

Вот это да! Впервые вижу ее такой… робкой, что ли?

Кажется, этот таинственный Ниалл запал моей дорогой Нерее в самое сердце.

— Я говорил все самое хорошее, госпожа, — улыбнувшись, ответил ее дракон. Но больше из вежливости, чем с желанием поболтать с ней хоть чуток.

Он вообще не проявлял никаких признаков того, что хочет умыкнуть у нас свою невесту и побыть с ней наедине. Как и говорила Нерея, он не обращает на нее должного внимания.

И это поразительно. В самом деле. Нерея неслыханная красавица, очаровательная и притягательная, заставляющая мужчин оборачиваться ей вслед и провожать заинтересованными взглядами. Да, с ее характером нужно свыкнуться… Но драконша обычно ласкова и добра с теми, к кому расположена.

А к Ниаллу она, по всей видимости, расположена уже очень давно.

— Вы меня извините, конечно, — произнесла Таис с привычной ей уверенностью, от которой ее не избавило даже присутствие ящеров. — Но мне жутко любопытно, что два дракона забыли в таком… м-м… неподобающем для драконов месте.

— Почему же неподобающем, миледи? — с легким удивлением вопросил Дориан, заставив бедняжку Таис вспыхнуть от одного обращения. — Извините, будет, конечно, весьма бестактно с моей стороны не усладить ваше любопытство. Мне нужно было сделать один заказ у портнихи, и мой услужливый друг, — он бросил быстрый взгляд на Ниалла, — привел меня в это место, обозвав его лучшим ателье в городе.

— Так и есть, — согласно качнула головой Нерея. — У здешних мастериц золотые ручки.

— Я думала, вы покинули Коралловый Залив, — сказала тихо, привлекая внимание дракона.

На кой черт я это сделала — без понятия. Следовало молчать, а то мне и так страстно хотелось исчезнуть отсюда, невзирая на то, что рядом с подругой-драконом я ощущала себя в безопасности.

— Я решил задержаться на несколько дней, а то, как вы наверняка знаете, Солнечная Долина находится достаточно далеко от Залива. А мне жуть как не хочется расставаться с объектом моего воздыхания, из-за которого я здесь и нахожусь.

Ничем неприкрытый намек о том, что он задержался именно из-за меня, хлестко ударил по лицу обжигающей краской, и я кашлянула, избавляясь от раздирающего горло комка.

— Любопытно, как вы познакомились с моим женихом, милорд? — Нерея отвлекла дракона от прокашливающейся меня своим елейным голоском.

— Мы знакомы давно, — кратко ответил Ниалл бесцветным, ровным и глубоким баритоном.

— Верно. Мы выросли в одном доме. У него я и остановился.

— Вы могли бы остановиться у нас, — ляпнула неосторожно. И снова непонятно зачем. — Мой отец ведь предлагал вам вчера…

— Не хотелось смущать вас своим присутствием, — ласково и по-особенному приторно проговорил Дориан.

Мы уставились друг на друга, но если дракон смотрел на меня с улыбкой и явной заинтересованностью, то я пялилась на него с безбожным интересом и подозрительностью одновременно.

Синие глаза чудились теплыми, и оттого мужчина должен был располагать к себе, но я чувствовала себя так, будто уже принадлежу ему. Будто я его собственность, не имеющая ни голоса, ни слуха, и  не знающая, как дозваться до людей, способных мне помочь. Сейчас рядом не было лорда Двэйна, который напомнил бы нам своим присутствием, что я пока не принадлежу ни одному из них и у меня есть возможность выбора. Но второго ящера не было, и потому казалось, что на мое сердце заявил права лишь один дракон.

— Ниалл, не поможешь мне подобрать оттенок ткани для платья? — неожиданно выпалила Нерея с притворным воодушевлением.

— Не уверен, что я силен в подборе оттенков, госпожа, — все тем же бесцветным тоном ответил он.

— Брось. Мне нужно мнение мужчины.

Она в наглой манере, свойственной ей, ухватила дракона под руку и повела к полкам, с которых свисали рулоны разноцветных тканей.

— А я, пожалуй, выберу себе ленточку…

Таис поджала губы и спешно направилась к свободной портнихе.

До меня медленно доползло понимание, что девушки намеренно оставили нас одних, чем смогли поселить внутри нешуточную тревогу. Возможно, они сделали это с благой целью, но я ощущала себя подставленной под удар.

— Вы будете на завтрашнем празднике, милорд? — спросила в страхе перед неловкостью, что давила на нас камнем.

— Только если на нем будешь ты.

Опущенные формальности, как и сам ответ, хлестнул по сердцу, вынуждая его забиться в несколько раз быстрее.

Странно, но он даже не скрывал своих намерений. Я знала, что драконы чрезвычайно прямолинейны и не любят ходить вокруг да около, хватая то, что им хочется, и то, что принадлежит им по праву. Но я надеялась, что они будут вести себя сдержаннее рядом со мной.

Глупо. Сдержанность и дракон — несовместимые вещи.

— Вы не обязаны так поступать только из-за меня. Драконы нечастые гости на этом мероприятии. Ведь вы…

— Ведь мы не почитаем ваших богов, — перебил он меня, хотя я намеревалась сказать, что драконы предпочитают не спускаться к простым смертным. — У нас другие божества, миледи, и они зримы глазу в отличие от ваших, но это не значит, что я не могу прийти на Кровавую ночь, чтобы увидеть свою невесту.

— Я не ваша невеста, — с губ моментально слетел ответ. И столь же быстро Дориан стиснул челюсти, почти пряча улыбку, которая, казалось, редко покидала его губы. — Пока что не ваша. Вы дали мне право выбирать. Не забыли?

Я вежливо улыбнулась и спешно отвернулась от него, направившись к полкам. Погладила пальцами первую попавшуюся на глаза ткань, не зная, последовал ли за мной мужчина, но и боясь оглянуться, чтобы проверить.

— Этот выбор меня доконает.

Теплое дыхание обожгло затылок. Резко обернулась, носом утыкаясь в твердую грудь, отшатнулась и едва не ударилась о полку. Дракон ловко обвил рукой талию и рывком прижал к себе, выбивая из меня практически весь воздух.

— Прав был Двэйн, — шепотом заговорил он над моей головой, из-за чего мне пришлось упереться ладонями в его грудь и вскинуть глаза. — Боишься нас, Аннабель. Страх усложнит тебе выбор.

— Сейчас вы этот страх никак не унимаете, — шепнула в ответ, сжимая пальцы в кулаки. Ладонь дракона была такой теплой, почти горячей, что тепло от нее проступало даже сквозь толстую ткань платья.

— Свои страхи человек должен побеждать сам. Я не смогу тебя от него избавить, но покажу, что меня бояться не нужно.

— Но вы продолжаете меня держать, — напомнила ему, открыто намекая, что именно его близость и пугает.

На его губы вернулась беззаботная улыбка, и он наконец отпустил меня.

Все еще растерянная, не зная, что сказать ему, как поддержать разговор или закончить его, двинулась обратно, желая поскорее оказаться подле Нереи. Под неясным порывом глянула на мужчину через плечо — он продолжал стоять между стеллажами — и тут же врезалась бедрами в маленький круглый столик. Тот покачнулся на тонких ножках, стоявшая на нем ваза свалилась, покатилась по столу и упала на пол, прежде чем я успела бы ее поймать.

Треск фарфора сдавил уши. Мелкие осколки вместе с цветами рассыпались под ногами, а вода мгновенно пропитала подол платья.

— Проклятье.

Коря себя за неуклюжесть, опустилась на корточки, дрожащими от волнения руками принялась собирать осколки.

— Оставь, уберут.

Дориан очутился рядом, взял меня за руку, которой я ухватила очередной осколок.

— Нет, я сама.

— Аннабель, — предупреждающе прорычал он. — Говорю, прекрати. Сейчас все уберут.

— Я уронила — я и уберу. Отпусти, не беспомощная.

Сама от себя не ожидала, но слова вышли грубыми, сочащимися раздражением. Вырвала руку из его пальцев, да так резко, что осколок, порвав перчатку, впился в ладонь, сразу же окрашиваясь моей кровью. 

— Непутевая, сказал же… — прошипел дракон одновременно со мной, шипящей от боли, и снова схватил за руку.

Убрав осколок, аккуратно сдернул некогда белую перчатку, коснулся кровоточащей раны и внезапно замер, точно его окатили ледяной водой. Дернул на себя, а я даже возмутиться не успела и грохнулась на бедро, в которое тотчас вонзились осколки.

— Ай! Что ты творишь?

Не ответил.

Поднес ладонь к носу, с жадностью втянул в себя воздух, и его лицо вдруг приняло до мурашек пугающее выражение. Жесткое, каменное, с подрагивающими желваками на скулах — оно не предвещало ничего хорошего. Ноздри мужчины раздулись, брови сдвинулись к переносице, а взгляд потяжелел, затягивая глаза синим пламенем.

— Уходи, — рявкнул нечеловеческим голосом. Отбросил от себя мою руку, будто она была измазана навозом, и вскочил на ноги. — Живо!

Звериный рык дрожью пронесся по телу, и я кой-как поднялась с пола, уже не обращая внимания на ноющую боль в ладони и ноге.

Дракона ломало. Он хотел было броситься к выходу, но согнулся пополам, схватился рукой за тумбу, а после со всей силы впечатал в нее кулак, одним ударом разламывая дерево на части.

Страх цепью сдавил тело, так, что я и шелохнуться не смогла. Из ступора вывели лишь схватившая меня за запястье Таис и громкий возглас Нереи:

— На выход! Все вон, быстро!

Портнихи кинулись на улицу, Таис потащила меня следом за ними, но прежде чем выскочить из ателье, я заметила, что Ниалл придавил Дориана к полу.

— Анни, шевелись! — испуганно вскрикнула кузина, продолжая утаскивать меня от магазина, где творилось не пойми что. — Нерея сказала уходить. Она найдет нас потом.

— Подожди. — Я замерла и потянула Таис за руку, чтобы она остановилась. — Что происходит?

— Да обращается он, что непонятного?! — гаркнула и снова дернула на себя. — Идем!

Не заметив отклика с моей стороны, она бросила мою руку, выплюнув что-то тихое и злобное, и кинулась сквозь толпу в тот самый момент, когда крыша ателье затрещала. Она разломалась прямо на глазах, выпуская большую дымчатую голову дракона, увенчанную толстыми рогами. Страшный рев слился с поднявшимся на базаре гвалтом. Толпа бегом двинулась подальше от здания, поднимая с мощеной булыжником дороги столб пыли.

Крики, рычание, лица перед глазами… Все смешалось, вгоняя в ужас и замешательство. Меня отбросило к одной из торговых палаток и придавило балкой, отломавшейся от навеса под давлением посыпавшихся обломков крыши. Пыль и грязь разъедали глаза до слез, едва не лишая зрения.

Но я продолжала видеть. Видела, как рушится здание, усеивая дорогу досками и камнями. Видела дракона размером с особняк, разносящего свой свирепый рык по всему Коралловому Заливу. Видела его большие раздувающиеся ноздри и мелкие глаза, пылающие темно-синим огнем.

Глаза, которые нашли меня в груде обломков и намертво впились в мое лицо.

Сердце чуть не разорвало мне грудную клетку, забившись дико и тяжело, когда ящер перебросил свою громадную лапу через развалины. Удар прокатился по телу, выворачивая внутренности наизнанку, и я уперлась ладонями в балку в попытке сдвинуть ее.

Придавленные ребра ныли, ноги искали опору в камнях и дрожали, а руки были такими слабыми, что не смогли отодвинуть брус ни на дюйм. Дикий ужас запульсировал в висках, грозя разломать голову, болью осел в легких и сдавил горло с такой силой, что я не способна была даже закричать.

Я не могла выбраться. Не могла сбежать от цепкого взгляда. От дракона, что надвигался на меня то ли с намерением раздавить, то ли с желанием сожрать.

Ни секунды не мысля о том, чтобы сдаться, я продолжала дрыгаться под балкой, давить на нее руками, но замерла, когда где-то над головой раздался рев — ужасающий и яростный, ничуть не уступающий тому, что издавал дракон.

Крик все же вырвался из горла, стоило чешуйчатым лапам придавить осколки поблизости и чудом не задеть мое тело. Перед глазами заплясали черные пятна, намеревающиеся утащить меня в беспамятство.

Но я удерживала себя в сознании, наблюдая, как еще два ящера, появившиеся из ниоткуда, укрывают меня собой, разинув пасти и рыча так громко, что, казалось, уши скоро лопнут от напряжения.

Я узнала в одном из них Нерею. Она была поменьше двух других, с узкой, змееподобной головой и блестящей голубоватой чешуей. Никогда не видела ее в драконьем обличье, но чувствовала, что это она. Второй наверняка был Ниаллом: он закрывал собой невесту и раз за разом бил лапами по развалинам, из-за чего дрожала земля и сильнее поднималась пыль, охватывая нас коконом.

Они защищали меня.

Защищали от Дориана, все еще бросающего на меня будоражащие кровь взгляды и пытающегося спугнуть противников громоподобным рычанием.

Три дракона и крохотная я, которую могут раздавить в любой момент.

Еще никогда я не ощущала себя такой незначительной. Такой мелкой и ничтожной по сравнению с величественными, громадными существами, которым ничего не стоит наступить на меня и лишить жизни за один миг.

Мир словно бы перевернулся в эту секунду, давая рассмотреть себя под новым углом.

И страх перед драконами вырос до небес, несмотря на желание Дориана показать мне, что я вовсе не должна его бояться…