Жена и любовница хозяина курорта.

Киллиан Крег

  — Дед! Как ты можешь так со мной поступить? Я десять лет работаю на благо семьи, мой бизнес идет успешно!

Вроде старик всегда адекватный был. С чего вдруг такая блажь?

  — Это мой бизнес, внук, — твердо говорит он, и в следующий миг закашливается, опуская дрожащие руки на подлокотники кресла.

Кажется, с каждым днем ему становится хуже. Может, Харви вызвать, пусть посмотрит его. Не хочу ссориться с дедом, когда он в таком состоянии.

  — Недавно не стало человека, который спас мне жизнь. Теперь его дочь осталась совсем одна, и я обещал ему позаботиться о ней, — давит на мою совесть.

Долг жизни! Еще бы!

  — Так позаботься. Давай назначим ей содержание до тех пор, пока она не выйдет замуж. Но! НЕ. ЗА. МЕНЯ!

Делаю последнюю отчаянную попытку договориться.

  — Киллиан, я все сказал. Если ты в ближайшую неделю не женишься на Ликарии Лаберт, то я напишу завещание в пользу племянников, — старый граф устало откидывается на стуле и прикрывает глаза. Не хочет до конца показывать свою слабость.

  — Но этот курорт — дело всей моей жизни! Сколько себя помню... — прерываю свою речь и вглядываюсь в родное лицо.

Дед устал, но, зная его характер, можно быть уверенным, что он не изменит своего решения.

  —   Я услышал тебя, дед. Пойдем, провожу тебя, тебе нужно прилечь и отдохнуть. Я попрошу одну из горничных помочь тебе, — с некой долей обреченности понимаю, что пути назад нет.

  — Выбери кого-нибудь постарше, Киллиан, а не молодую и пустоголовую. Чтобы с женой можно было поговорить, — дает мне указания.

Я усмехаюсь. Мне кажется, и на смертном одре он бы отдавал приказы.

Провожаю деда в его комнату и начинаю готовиться к дороге. Прежде чем уйти, я спросил у него адрес девушки.

Пока я размышлял, какой она расы, этот вопрос вылетел у меня из головы. Отец был человек, но это ничего не значит, она могла пойти расой в мать. Но ничего, скоро я сам все увижу. Лишь бы не оказалась человеком, гномом или орчанкой. Первые слишком слабые, вторые слишком хитрые, а третьи слишком крупные по сравнению с женщинами других рас.

  — Милый? — ко мне в покои входит управляющая отелем «моего» горнолыжного курорта и по совместительству моя любовница. — Ты куда-то уезжаешь?

Она нежно проводит руками по моему животу и ныряет шаловливой рукой ниже.

  — Да, я на несколько дней, Миранда, и вернусь уже с женой, — ставлю ее перед фактом, твердо глядя в глаза.

  — Что? — визжит она.

Весь ее нежный образ рассыпается сразу же, и на меня смотрит разъяренная женщина.

  — Это условие моего деда. Иначе курорт перестанет быть моим. Не переживай, — ухмыляюсь я, — это будет фиктивный брак. Подам прошение королю, женюсь, а потом будет возможность развестись.

  — Но тогда ты должен будешь выплатить ей приличные отступные?

  — Ерунда. Не думай об этом, — целую Миранду в манящие губы и покидаю курорт. Едва сдержался, чтобы не сказать, что платить я буду из своих денег. Она к ним не имеет отношения, так что ей совершенно незачем переживать. Но раньше она не была замечена в заинтересованности в моем счете на бирже, поэтому решил промолчать.

Мой дед — единственный, кого я искренне уважаю и люблю. Мои родители отправили меня к нему, когда мне было около десяти лет. В то время дед выиграл этот курорт в карты, но все здесь находилось на грани банкротства. Я, как и он, вложил в этот бизнес всю свою душу.

Брак моих родителей был заключен по договоренности. После рождения наследника, то есть меня, мать передала меня няням и продолжила вести светскую жизнь. Отец же, напротив, пустился во все тяжкие и менял любовниц как перчатки. Однажды его убил ревнивый муж одной из них.

Сразу после этого я и оказался у деда, а мать исправно навещает меня один раз в год. В принципе, мне этого вполне хватает. Учился я тут же, в городке, и покидаю эти места редко. На длительный срок уезжал, только когда учился в академии.

Конечно, у меня и женщины были, но я никого не любил. Моя нынешняя любовница Миранда работает у меня уже два года. Она красивая эльфийка, и я сразу сказал ей, что не планирую жениться. Она согласилась на мои условия.

И вот... Дед помог.

Ликария живет в столице. Добираюсь я туда только к вечеру. Первым делом решаю навестить девчонку, а потом оторваться с друзьями, раз уж я тут.

Оказалось, что я очень даже вовремя появился в городе.

  — Собирай свои вещи, и чтоб к утру тебя тут не было, — орк держит человечку за шиворот пальто и толкает в небольшой домик.

Домик стоит на окраине, и, судя по всему, это именно тот адрес, который мне нужен. У девчонки глаза огромные от страха, стоит трясется, мне даже становится ее жалко.

  — Что тут происходит? — громко, чтобы обратили на меня внимание, спрашиваю я.

Орк если и удивился, увидев на окраине аристократа, то виду не подал.

  — На две недели просрочена аренда, — объясняет он свои действия.

Девчонка с какой-то радостью смотрит на меня, и страха в ее глазах я больше не вижу.

  — Вы пришли за мной? — говорит с придыханием, глаза светятся от счастья.

  — Ты кто такая? — спрашиваю требовательно, но уже понимаю, кто это передо мной.

Разве она может меня знать?

  — Ликария Лаберт. Я вас так ждала! — складывает руки в молитвенном жесте с улыбкой на губах.

Нехорошо так думать, но она меня уже раздражает!

  — Откуда знала, что я приду?

  — Мой отец сказал, что они с вашим дедом договорились и вы будете моим мужем! — щебечет она.

Этого мне только не хватало. Кажется, у меня будут проблемы! Она меня явно видела — может, магоснимок есть — и ведет себя как влюбленная дурочка.

Хочется громко застонать от осознания собственного бессилия перед этой ситуацией, развернуться и уйти.

  —Ладно, собирай вещи, переночуем в гостинице и поговорим.

Вещи были собраны очень оперативно, я даже удивился сначала, но, когда увидел в ее руках один чемодан, все встало на свои места. Ей особо и собирать нечего.

После, оставив «невесту» в номере, встречаюсь с друзьями в клубе.

  — Ты что такой хмурый, Килл? — спрашивает Райли.

Мы познакомились с ним в академии, и наше знакомство началось с драки, после которой оба оказались у целителей, на соседних кроватях. С того дня и возникла наша крепкая дружба.

  — Дед нашел мне невесту. И выбора не оставил, иначе курорт в наследство получу не я.

  — Вот это подстава. Невеста хоть нормальная?

  — Неадекватная человечка, которая мне буквально в рот заглядывает и смотрит преданнее собаки, — мне почему-то кажется, что Ликария совершенно бесхребетная.

  — Ну, такая против твоей Миранды не выстоит.

  — Это будет фиктивный брак. Девчонке придется это принять. Минимум год, максимум — до тех пор пока деда не станет.

  — Давай отпразднуем твой последний день холостой жизни, — смеется Берт, второй мой друг, который не пропускает ни одной юбки. — Смотри, какие красивые служаночки в клубе, они помогут расслабиться.

И мы расслабились.

А утром в номере Ликария предъявила мне претензии.

  —   Я вас ждала всю ночь. Где вы были?! — еще и голос такой, будто мы уже лет десять женаты и она поймала меня на измене.

Наивная дурочка! Аристократка бы на ее месте лишь улыбнулась бы и спросила, как дела у моих друзей.

  — Отдыхал, Ликария. Я же говорил, что встречался с друзьями.

  — Это помада? — спрашивает она меня, хлопая глазами и готовая расплакаться.

Игнорирую ее, молча снимаю сюртук, рубашку и иду в ванную. На белом воротнике и правда след от помады.

  — Послушай, Ликария, мы оформим брак, но без венчания в церкви. Наш союз будет формальным. Я стану обеспечивать тебя материально, но не рассчитывай на душевные разговоры и тем более на близость со мной. Надеюсь, это понятно? — Хочу, чтобы она осознала наконец ситуацию. Я ей не принц на белом коне!

  — Но ведь... Я же люблю вас, — слезы все-таки капают из ее глаз. Она, пожалуй, даже красивая, но вот манера вести себя со мной вызывает отторжение.

  — Когда ты успела полюбить меня? — выговариваю ей строго, чтобы до нее дошло. — Не строй иллюзий, ты же взрослая. Тем более у меня есть постоянная женщина, причем уже несколько лет.

  — Прошу вас! Я уверена, что вы обязательно меня полюбите в ответ! — в отчаянии кричит девчонка и заламывает руки в молитвенном жесте.

Закатываю глаза и иду в душ.

Чувствую, просто с ней не будет.

Анжелика

Тело болит так, словно по мне проехали трактором, чувствую каждую косточку, каждую мышцу. И даже когда воздух касается моей кожи, тоже больно. Дышать больно!

  — М-м-м, — стону я.

  — Госпожа? Наконец-то вы очнулись, госпожа. Вы так меня напугали! — тоненький женский голос дрожит от испуга.

Какая госпожа? Что здесь за цирк устроили… И где это здесь?

  — Где я? — губы пересохли, горло дерет. Закашливаюсь, и становится еще больнее. — Пить, — хриплю из последних сил.

  — Минутку, госпожа.

Мне аккуратно приподнимают голову и предлагают воду, я делаю несколько глотков. Я устало откидываюсь на подушку и осматриваю комнату. Вижу деревянную мебель, довольно массивную, такую сейчас не делают. Может быть, это антиквариат? Но даже если так, что здесь делаю я? И почему меня несколько раз назвали госпожой?

Мне с большим трудом удается разглядеть девушку, в глаза словно песок насыпали. На ней темное платье в пол, белый фартук и чепчик на голове.

  — Ты кто? — Да уж, голос, как карканье вороны.

  — Вы меня не помните, госпожа? Я Ванесса, мы с вами сегодня вместе убирали номера гостей. Потом вы пошли менять воду в ведре и упали с лестницы. Я так испугалась, госпожа, даже вызвала вашего мужа. Он скоро должен приехать.

Девушка еще что-то тихонечко говорит, но я не слушаю.

Мужа? Но я точно не замужем! И определенно не горничной в отеле работаю. Может, это у нее немножко не в порядке с головой? Но опять же — мебель! Значит, я не в больнице и уж точно не в психушке.

  — Ладно, подождем мужа, — спорить сил нет, и я закрываю глаза.

Хочется спать. Может, в следующий раз открою глаза и буду дома? Точно, это сон!

Но во сне меня преследуют странные видения. Я будто бы чищу целый мешок картофеля в платье, похожем на наряд Ванессы. Или скоблю полы, разношу еду в качестве официантки, мою посуду. А то и вовсе лечу вниз по заснеженному склону без лыж, кувыркаясь. Удивительно, как я не сломала шею!

Люди выглядят как у нас, одеты, наверное, как в восемнадцатом веке. А еще я видела эльфов и демонов.

Надо же, какие странные сны. Вроде ничего такого на ночь не читала, приходит ко мне мысль в этом же сне.

В следующий раз открываю глаза и вижу здоровенного мужика, сидящего в кресле. Красивого мужика. Жгучий брюнет, сразу замечаю его длинные волосы и глаза — они невероятные, чернее черного. Кажется, будто прожигают тебя насквозь! А тело? Нельзя быть красивым таким!

  — Жива? — его голос звучит холодно. Он встает с кресла, нависает надо мной так, что мне даже становится страшно. — На что ты надеялась, Ликария?

Красивый, но козел, решаю я.

  — Кто?

  — Ликария, я тебя спрашиваю, на что ты надеялась? — сжимает своей лапищей мою шею, еще мгновение, и, кажется, он переломит ее. — Что я поверю, будто ты упала случайно или тебя в очередной раз пытались убить? Опять пытаешься привлечь мое внимание? Или думала, после всех твоих выходок я буду сидеть у твоей постели и держать тебя за руку? — Сверлит меня взглядом, будто внутрь души заглядывает, и, похоже, я сейчас готова рассказать все свои тайны. А еще хочется сжаться и спрятаться под одеяло. — Хватит! Как только пройдет еще полгода, я подам прошение о разводе его величеству. Постарайся за это время никого не покалечить и сама не пострадай! Не хочется тратить время на доказательство того, что это не я тебя прибил!

А вот с этого момента поподробнее бы, а то я ничего не понимаю. Судя по всему, эту Ликарию как раз и прикончили, а я тут вместо нее оказалась.

Ну это же бред?

«Мой муж» уходит, и ко мне приходит та же девушка… как ее, Ванесса вроде? Пару минут растерянно смотрю на нее, а потом начинаю задавать вопросы — надо же хоть для себя прояснить ситуацию.

  — Ты видела, как я упала с лестницы, Ванесса? — спрашиваю девушку очень тихим голосом, хотя хочется кричать от этой ситуации.

Интуитивно чувствую, что сейчас лучше не привлекать внимания. «Муж» явно дал понять, что я, то есть Ликария, та еще затейница и выдумщица.

— Нет, госпожа.

— Тогда объясни мне. Я жена хозяина отеля...

— Курорта...

— Что?

 — Жена хозяина горнолыжного курорта, графа Киллиана Крега. В этот курорт входит и отель, госпожа, — к концу предложения голос Ванессы становится совсем тихим.

  — Тогда почему я убирала комнаты гостей и пошла за чистой водой?

  — Так приказала госпожа Миранда, — у Ванессы в глазах так и плещется жалость ко мне.

  — И кто такая у нас госпожа Миранда?

  — Госпожа, пожалуйста... — с мольбой в голосе говорит Ванесса. — Вы ничего не помните?

  — Нет. Видимо, сильно ударилась головой. Итак, Ванесса? — давлю я больше не голосом, а, видимо, своим положением и надеюсь на хорошее отношение девушки ко мне.

Мне просто необходимо узнать вводные данные из моего сна. Или не сна? Уж очень все реально.
Но тогда я, что, сошла с ума?

  — Лорд женился на вас, потому что его дед настоял на этом. Но у хозяина есть любовница, Миранда. Вы ее сразу узнаете, как увидите. Изящная эльфийка, прекрасно одета, дорогие украшения, — перечисляет Ванесса.

Эльфы? Я видела их во сне. Интересно, какие тут еще есть расы, успеваю подумать я.

  — А вы, госпожа, человечка и очень любите вашего мужа. Госпожа Миранда сказала, что вы хотите помочь с работой на курорте, но ставит вас всегда на самые низшие должности, — Ванесса оглядывается, как будто боится, что нас подслушивают. — Но на самом деле я это подслушала, раньше я не знала, что вы жена хозяина. И как вы понимаете, — опять оглядывается на дверь, — ни с кем это не обсуждала.

  — И я терплю все это?

  — Простите, госпожа. Я лишь... — чуть не плачет девочка.

  — Я поняла, Ванесса. Спасибо. Оставь меня пока, пожалуйста.

Что же получается? Я непонятно где, меня все принимают за некую госпожу Ликарию, но при этом она сама, госпожа Ликария, — жена владельца курорта и одновременно прислуга? И каждый раз назначением на работу на день занимается любовница моего мужа?

И может, девчонка не случайно упала с лестницы, когда шла за водой? Или случайно — и благодаря этому я в ее теле?

А я сама как вдруг здесь оказалась? Насколько я помню, я легла спать, а проснулась уже в теле Ликарии. И видения во сне — мытье полов, посуды и так далее, это память самой Ликарии?

И почему я раньше не догадалась попросить у Ванессы зеркало?

Тяжело кряхтя, встаю, пошатываюсь, но иду в ванную. Там точно есть зеркало, и я смогу себя разглядеть. Интересно, сильно отличаюсь от себя прежней?

Отличалась я сильно. В зеркале на меня смотрела не высокая брюнетка, знающая себе цену, а рыжая малышка с по-детски округлым личиком. Под глазами у нее залегли синяки, руки шершавые, сразу видно, что много занималась физическим трудом. Про маникюр и речи нет. Одежда такая же, как у Ванессы. Ощупываю себя — кожа да кости, но грудь хорошая.

Это же каким надо быть чудовищем, чтобы заставлять жену быть прислугой, да еще и в подчинении у любовницы!

Увидела ванну, и сразу захотелось помыться Может, буду чувствовать себя бодрее? С трудом, но разобралась, как включается и регулируется вода. Во что переодеться, не нашла. Тут просто пустой шкаф. В связи с чем возникает вопрос: где я, то есть Ликария, живет? Комната, где я нахожусь, скорее всего, номер для гостей на этом самом курорте.

Что ж, придется пока походить в полотенце, а потом переоденусь в платье Ликарии, но без чепчика и фартука. На все это у меня уйма времени.

Ближе к вечеру раздается стук в дверь.

  — Госпожа, — слышу голос Ванессы.

  — Входи.

  — Меня поставили ухаживать за вами, госпожа, — тихо говорит Ванесса, едва войдя в номер.

  — Кто назначил? — задаю вопрос не просто так.

  — Ваш муж, госпожа. 

То что не его любовница, уже хорошо, хоть я ее ни разу и не видела.

  — Скажи, Ванесса, а где я до это жила? Не в этой комнате точно.

  — Да, госпожа, в других покоях. Просто вы упали, и хозяйские покои оказались ближе.

Забавно. Хозяйские… а я как бы никто?

  — А то, что я в такой же одежде, как и ты, его не смутило?

  — Тут все странно, госпожа. Большинство уверены, что вы обычная служащая. Лишь немногие знают истинное положение дел и думают, что госпожа любит работать, лично контролировать все процессы на курорте, — отвечает горничная.

А вот это интересно. Наверное, и мой муж того же мнения?

  — Мой муж тоже так думает? — задаю прямой вопрос.

  —   Не знаю, госпожа. Я с вашим мужем общалась лишь раз по артефакту, когда вы упали с лестницы и лежали там, — Ванесса всхлипывает. — Мне так жаль.... Так жаль. Вы очень любите хозяина, и... Простите... Я не должна была.

  — Говори, Ванесса, мне сейчас не больно, я же не помню ничего. Только никому не проболтайся, — смотрю на девушку и почему-то верю ей.

  — Я могу принести вам клятву, госпожа, — прижимая ладони к груди, говорит Ванесса.

  — Какую клятву?

  — Магическую, конечно. Но вот только как я откажусь отвечать на вопросы госпожи Миранды, если та спросит про вас... Мне придется вас покинуть.

Такая чистая девушка? Или ловкая интриганка?

Мне кажется, она говорит правду. И раз есть эльфы, значит, есть и магия, с этим я согласна. Но могу ли я верить ей? К тому же клятва.... так себе. Ответственность за ее жизнь не хочу на себя принимать.

  — Ладно, давай пока без клятв, я и так поговорю с мужем, он не сможет мне отказать.

По взгляду Ванессы понимаю, что она сильно в этом сомневается.

  — Итак, Ванесса, что думаешь? Мой муж знал, что его любовница издевается надо мной?

  — Я не в курсе, госпожа. Но когда я расписывалась в ведомостях о жаловании, где прописаны часы и виды работы, вашего имени в них никогда не было,  — шепчет мне на ухо.

Так я еще и работала бесплатно?

Так, может, всем здесь заправляет любовница? А «муж» в неведении или все-таки потакает ей? Я сейчас не про себя, а в общем про ситуацию. Действительно ли Ликария причиняла вред кому-то или себе, чтобы привлечь внимание? Или привлекала, но на нее вешали гораздо больше совершенного ею?

Ладно, я разберусь! По возможности обелю имя моей предшественницы и разведусь с мужем сама. Первая подам на развод. Или как это делается?

— Скажи, Ванесса, мой муж не говорил, что я кому-то пыталась навредить?

— Его матушка, графиня Крег, обвиняла вас в том, что вы пытались ее отравить, — шепчет девушка. — Такой скандал был, ведь именно вы принесли ей в покои отравленный чай. Матушка хозяина требовала, чтобы вас арестовали, и госпожа Миранда ее поддерживала. Я слышала, как вы плакали в своей комнате. Но граф сказал, что не желает порочить свое имя, поэтому велел своей матушке уехать в столицу, а на вас так кричал! Я как раз возле кабинета в тот момент убиралась.

Ликария еще и мать его обслуживала? А кстати, мне снилось, что я летела со склона… сама ли Ликария упала?

Хотела спросить Ванессу, верит ли она в то, что я, то есть Ликария, пыталась отравить мать мужа. Но передумала. Я и сама не знаю ответа на этот вопрос, так зачем бедную девочку пытать. А вдруг и правда предыдущая хозяйка этого тела не так уж невиновна?

Конечно, у меня много вопросов. Но самое важное — я жива, а то, что мой муж обещал развод, это даже замечательно.

Разберемся по ходу пьесы, то есть жизни.

Киллиан

Что, мать вашу, происходит?

В последнее время я редко бываю на курорте. Ликария очень раздражает меня своим навязчивым вниманием и экстравагантными выходками. Кажется, она готова на все.

Нет. Не так. Она готова на все!

Однажды она опустилась на колени и целовала мне руки, лишь бы я сделал ее женщиной.

Я пытался, честно старался максимально и ее достоинство сохранить, и самому не опуститься до уровня высокомерного ублюдка.

Но девчонка меня преследовала, заглядывала в глаза и смотрела в рот, хотела быть полезной.

Помню, вхожу в свои покои, а там она голая и на коленях умоляет сделать ее своей женой. И это при том, что она знает о моей любовнице.

Где ее гордость? Я же сразу объяснил, что буду заботиться о ней лишь материально.

  — Хочешь быть полезной? — спрашиваю, кидая ей ее же платье.

  — Да, — с дрожью в голосе произносит она.

  — Так докажи это. Работай на благо курорта, должность тебе поможет подобрать Миранда. И, пожалуйста, постарайся работать хорошо и меня не беспокоить. Я как раз уезжаю в поездку, так что твою помощь приму с удовольствием. Надеюсь за то время, что меня не будет ты повзрослеешь, Ликария.

Может, если начнет работать и зарабатывать, лишние мысли исчезнут из головы?

  — Я докажу, Киллиан. Я буду хорошей работницей.

С тех пор я ее отдал под опеку Миранды. Она женщина умная, подберет что-нибудь Ликарии по способностям.
А сам уехал, лишь раз в неделю посещал курорт. Бизнес налажен, работает исправно, на всех постах надежные сотрудники.

Жаль только, что дед умер.

Я приехал с женой и тут же узнал, что дед переборщил с каким-то лекарством и отошел в мир иной. Знал бы, не женился бы и вовсе.

До сих пор не понимаю: дед принимал это лекарство вот уже лет пять-шесть и вдруг выпил лишнего?

Не верю! А может, у меня просто паранойя?

Но ничего криминального в смерти деда не нашли. Я успокоился, решив, что его последнее желание было, чтобы я позаботился о Ликарии. А раз я уехал за ней, то он и выпил лишнюю дозу, что сказалось даже на демоне. Я уж не говорю о том, что было бы, попади такое количество препарата человеку. Там без вариантов — пара секунд, и конец.

Миранда плакала. Ей жалко было и деда, и того, что я не застал его последние часы и минуты, а также себя из-за того, что я приехал уже женатым. Она надеялась, что я пока просто привез Ликарию познакомиться с дедом, а женюсь позже, хоть я и предупреждал ее, что приеду пусть и фиктивно, но женатым.

И вот Ликария уже полгода работает там, куда определила ее Миранда. Не знаю, как на самом деле, но она говорит, что «жена» постоянно создает проблемы.

Полгода, продержаться еще полгода, и можно будет подать прошение его величеству о разводе.

Я только уехал в столицу, когда на артефакт связи позвонила служанка и сообщила, что моя жена упала с лестницы и умирает.

До моего приезда Ликарию уже осмотрел лекарь. Он сказал, что у нее многочисленные ушибы ребер и бедра, а также сотрясение мозга, но переломов нет. По словам лекаря, жизни девушки ничего не угрожает. Несмотря на это, я все равно решил приехать и поговорить с ней еще раз.

Если она нарочно упала, чтобы привлечь мое внимание, сам готов убить девчонку!

Я решил дождаться ее пробуждения и в очередной раз сообщить, что между нами ничего не будет. Ее выходки на меня не действуют.

Сидел с ней и не мог понять, откуда идет сладкий запах.

Едва жена открыла глаза и я встретил ее растерянный взгляд, демон внутри завозился, пытаясь перехватить инициативу.

Поэтому я еще холоднее обычного спросил у Ликарии:  

— Жива? На что ты надеялась, Ликария?

 — Кто? — удивленно хлопает ресницами, как будто впервые слышит свое имя.

Опять какую-то игру затеяла?

Я склоняюсь над ней, слегка сжимаю ее шею, чтобы она пришла в себя или испугалась и перестала вести себя столь опрометчиво. Говорю ей все, что думаю, а в нос мне бьет тот самый сладкий аромат.

Интересно, чем это она надушилась? Пытается приворожить моего демона, раз меня ей не удалось соблазнить? Миранда предупреждала меня, что несколько раз замечала Ликарию в моей спальне, когда меня там не было. Но проверка показала, что ничего не пропало. Непонятно, что она там делала. Может быть, просто ждала меня.

Быстро покидаю комнату, пока этот запах не проник под кожу, не пропитал собой всего меня.

В связи с этим я решил навестить целителя еще раз. Но сначала я спросил Ванессу, не использовала ли Ликария каких-либо средств перед моим приходом и не заметила ли она постороннего запаха. Хотя, если запах духов Ликарии влияет на демона, вряд ли Ванесса сможет это заметить. Но та ничего не видела и не чувствовала.

  —   Харви, – залетаю я к целителю злой, как тысяча крэпов, — когда ты был у моей жены, не почувствовал какой-то сладкий запах?

Харви работает на курорте целителем сколько я себя помню. Он мне скорее как член семьи, чем подчиненный.

  —   Приветствую, Киллиан. Я был у твоей жены час назад. Она спала, и никаких запахов я не чувствовал.

  —   Проверь, пожалуйста, еще раз. Мне кажется, она пыталась приворожить меня, — стараюсь говорить спокойно, а у самого буря внутри. Злость на нее, на своего демона, что поддался на приворот.

  —   Это очень серьезное обвинение, Килл. Да и где бы она взяла приворотное зелье? Твоя жена человек, а не ведьма, к тому же курорт она не покидает.

Харви прав! Но...

  — Знаю, знаю. Но прошу проверить еще раз. — Если это приворот, ей не поздоровится! — Я чувствовал сладкий запах розы, пиона и мяты.

—   Серьезно? — удивляется Харви. — Хорошо. Не переживай, зайду снова. А до того держись от нее подальше на всякий случай. Что-то тут явно не так.

_____________________

1  Крэп — низшая нечисть.

Анжелика

Мать вашу! Что происходит?

Кажется, я в другом мире! По крайней мере, такое у меня ощущение. Или я сошла с ума. И сейчас я не знаю, что из этого лучше.

Ко мне приходит целитель, с виду приятный дядечка, который желает мне добра.

  — Ну как вы себя чувствуете, графиня?  — смотрит заботливо, улыбается мягкой улыбкой.

  — Графиня? — усмехаюсь я.

Графиня, которая драит полы в отеле!

  — Ну, по крайней мере, вы ею являетесь. Пока, — добавляет он после нескольких секунд раздумывания. Да он еще и честный и явно знает больше, чем остальные!

  —   Что же, могло быть и хуже, судя по всему. Как можно вас называть? — спрашиваю я, и дядечка приподнимает в удивлении бровь. — Я, видимо, ударилась головой, как выясняется, некоторых вещей не помню.

Объясняю свое незнание, но сама думаю, не сглупила ли я?  Понятия не имею, какая магия существует в этом мире; я, кстати, не знаю даже, как мир называется. До меня сейчас доходит, что, вполне вероятно, тут есть какие-нибудь менталисты, которые могут... Ну не знаю, проверить, все ли у меня в порядке с головой, мысли прочитать.

  — Называйте меня господин Харви или целитель Харви, графиня.

Киваю в ответ. Имя не совсем привычное для русского человека.

  — Как мое общее состояние? Сотрясение или переломы были? С какой высоты я упала? Уже выяснили, каким образом я упала — или моему мужу настолько все безразлично?/или моему мужу все равно?

Целитель несколько секунд молча смотрит на меня, потом кивает, видимо что-то для себя решив.

  — Нам с вами ни разу не приходилось общаться настолько близко, как сейчас. Я вас представлял совсем другой, — как-то даже уважительно, что ли, говорит он.

  — Вы не ответили на вопрос, целитель Харви, — улыбаюсь я, но голос звучит твердо.

  — Сотрясение, поэтому рекомендую постельный режим, также ушибы ребер, бедер. А насчет падения — не знаю, графиня. Эти вопросы не ко мне, — разводит руками.

  — Ну вы же должны понимать по характеру травм, как именно я падала, скорость падения, чтобы узнать, помогли мне упасть или это я сама по рассеянности? Думаете, все-таки никто этим заниматься не будет?

  —   Я узнаю, а сейчас отдыхайте, графиня, — дядечка хлопает меня по руке в поддерживающем жесте и выходит.

И зачем приходил, спрашивается? Поговорить?

Кажется, я сильно удивила целителя, потому что, когда я задавала вопросы, он очень внимательно смотрел на меня и пытался уловить каждую мою эмоцию. Я и сама была такой же.

В своем мире я добилась определенного положения в обществе. Это было заслуженно, а не получено просто так. Я много училась и работала, а также умела понимать людей.

К тридцати пяти годам я так и не завела семью. Были мужчины, но все они оказались не теми, кто мне нужен. Одних интересовали только мои деньги, других – мои знания и помощь в их проектах.

И что же я имею? Меня, вероятно, уже не в первый раз так толкают. Меня, точнее, Ликарию, но теперь это я, обвиняют в попытке отравить мать графа. Кстати, как его фамилия и имя? Вроде Ванесса говорила, но я совершенно не запомнила.

Ликария работала на разных невысоких должностях на курорте, хотя имела титул графини. Интересно, что же она была за человек, как терпела все эти унижения? К тому же, кажется, ей даже не платили за работу.

Одно радует, скоро так называемый муж разведется со мной. И вот тут возникают закономерные вопросы: где я буду жить и на что буду иметь право после развода.

Для этого мне надо узнать побольше о мире, магии, о самом муже. Не забыть еще про свекровь и любовницу, они играют важную роль в его жизни и,  возможно, оказывают на него влияние.

А самое главное — побольше узнать о местных законах.

Вопрос теперь в том, как это сделать, чтобы себя не выдать. А, и еще остаться в живых, тоже важная цель. Нет человека – нет проблемы, так говорят на Земле.

Чуть позже пришла Ванесса, я поела и легла спать.

Как говорится, утро вечера мудренее.

Киллиан

Едва я вернулся от Харви в свои апартаменты, как тут же появилась Миранда.

— Килл, дорогой, — смотрит на меня огромными глазами, в которых читается беспокойство. Но о ком она беспокоилась? Не о Ликарии же. — Как она? Все это так некстати, тебе пришлось вернуться, не говоря о том, что это может повредить репутации курорта. Надеюсь, ты ей внушил, чтобы она держала язык за зубами?

Внимательно смотрю на свою любовницу. Миранда высокая, статная, всегда держит лицо. Иногда я сам не понимаю, что она чувствует в некоторые моменты. Но, может, это и хорошо, моего темперамента хватает на двоих. Иначе, если бы Миранда не гасила мои вспышки гнева, особенно в отношении жены, я бы лично прибил ее. И одевается со вкусом, всегда у нее прическа и макияж, умеет себя преподнести.

Ликария вечно выглядит невзрачно и скучно: одежда неярких оттенков, волосы собраны в пучок, под глазами синяки, а взгляд потухший, как у побитой собаки. Кажется, она не замечает красоты мира вокруг. Порой мне даже становится ее жаль.

А ведь здесь, на курорте, столько возможностей для отдыха и развлечений: свежий воздух, спа-процедуры, лыжи, горячие источники. Она могла бы научиться кататься на лыжах, посещать горячие источники, а затем наслаждаться услугами лучших массажистов. Массаж на курорте делают как мужчины, так и женщины.

Я давал ей деньги на одежду, но новых вещей на ней не видел.

Магазины на курорте не похожи на обычные лавки для простолюдинов. Это бутики для аристократов, где все продумано до мелочей, чтобы не ударить в грязь лицом.

— Миранда, — улыбаюсь ей, — ты так сильно переживаешь за курорт?

— Конечно, ты же всю душу вложил в него, — целует меня, заглядывает в глаза, — и я тоже. Ты ведь понимаешь, что я на все готова для тебя.

— Конечно, милая. Ты так мне помогаешь. Кстати, все забываю спросить, кем Ликария работает на курорте?

— Ох, я предлагала ей столько вариантов! Сначала хотела сделать ее своей помощницей, не прислугой же работать графине! Однако она не умеет ничего, поэтому я просто оставила ее в покое. Пусть сама разбирается. Вроде как занимается делом. Я сказала работникам, чтобы не мешали ей, но посодействовали, если вдруг она захочет что-то посмотреть.

Миранда прижимается ко мне, целует.

— И что мы все о ней да о ней. Я соскучилась, хоть ты уехал совсем недавно.

Пожалуй, стоит немного расслабиться. Мои мысли постоянно возвращаются к жене: ее удивленному взгляду, даже испугу в глазах, когда я схватил ее за шею. Я все время думаю — не был ли я слишком резок? И этот запах! Он раздражает меня, человека, больше всего. А вот мой демон млеет от него! Впервые мы с ним что-то ощущаем не как единое целое.

Но расслабиться не получилось. Раздался стук в дверь. Миранда разглаживает складки платья, поправляет мою одежду и садится на кресло за столом. Все пытается соблюсти приличия, хотя и так все знают, что она спит со мной.

— Войдите!

Дверь открывается, и на пороге появляется Харви.

— Заходи, — машу ему рукой и поворачиваюсь к Миранде. — Потом поговорим, хорошо?

— Конечно, Ваша Светлость, — она грациозно встает, чуть склоняет голову и идет на выход.

Как только за эльфийкой закрывается дверь, я нетерпеливо спрашиваю:

— Ну, не томи, Харви?

— Знаешь, Киллиан, я никогда раньше не разговаривал с твоей супругой. — Я хмыкаю при слове «супруга», знает же, что брак фиктивный. — И все эти разговоры... Они совершенно не вяжутся с тем, что я о ней знаю. Она проницательная и умеет постоять за себя. Ее интересует, удалось ли нам узнать, откуда она упала и с какой скоростью падала. Есть шанс определить это по характеру повреждений, по крайней мере примерно. И тогда можно будет понять, упала она сама или ей помогли. И конечно же, приворота нет, я не почувствовал никакого запаха. Но на всякий случай мы все же обследуем тебя, — улыбается он.

Слушаю речь Харви, и у меня округляются глаза. А мы вообще об одном и том же человеке говорим?

— Ты хочешь сказать, что ей помогли упасть? 

Как-то в голове не укладывается — кому нужна Ликария, чтобы ее толкать?

    — В ходе расследования попробуем выяснить у слуг, где было обнаружено тело, откуда они шли и куда направлялись. Также можно провести эксперимент с использованием манекена, предварительно увеличив его вес. Интересно, каков вес графини?

— Я не знаю, — растерянно отвечаю целителю.

Я четко осознаю, что Харви испытывает симпатию к моей жене. Не знаю, какого плана — как к личности или как к женщине, но мне это не нравится. И моему внутреннему демону тоже. Он испытывает недовольство и хочет как следует встряхнуть Харви.

К тому же есть подозрение, что ее могли столкнуть с лестницы намеренно, хотя я даже не рассматривал возможность провести расследование.

— И ты обратил внимание, в каком она платье была? — как ни в чем не бывало продолжает он.

То есть он обратил внимание на ее одежду? Разглядывал ее? Стоп! Он целитель, ему положено осматривать, а не разглядывать своих подопечных.

— Нет, она же лежала на постели, укрытая. Да я и не смотрел даже толком, пытался сильно не дышать, чтобы поменьше запах вдыхать.

— Она была в платье горничной, Киллиан. Ее руки огрубели от тяжелой работы.

— Но... Этого не может быть! Ну или она сама так захотела.

— Ты же видишь горничных каждый день. Разве ее не встречал?

— Да я никогда не обращал на них внимания. Они для меня все безликие, — прикрываю глаза, пытаясь вспомнить, видел ли я ее где-нибудь помимо тех случаев, когда она пыталась залезть в мою постель.

— Ладно, я тебя предупредил. Я бы на твоем месте провел расследование. 

Харли уходит в задумчивости.

Горничная? Ну нет, Миранда всегда внимательна к мелочам. Она бы знала. Может, ее просто переодели в то, что было под рукой, после того как она упала? Или ее платье было испачкано? Какого рожна она вообще поперлась помогать горничным?

А может, отправить Ликарию подальше на эти полгода? Меньше проблем будет.

Ликария ( Анжелика)

Проснулась я утром и в первый момент не поняла, где нахожусь. Оглядываюсь вокруг, рассматриваю комнату, и память яркими вспышками подкидывает картинки предыдущего дня.

— Все-таки это был не сон! — бормочу я и откидываюсь на подушки.

Если мне предстоит провести в качестве жены еще полгода, надо разобраться в том, что здесь происходит. Я не желаю мириться с ролью служанки и быть в подчинении у любовницы своего «мужа».

Сегодня я чувствую себя вполне приемлемо; чуть-чуть побаливают места ушибов, зато жива. Встаю и иду в уборную — надо взбодриться.

В этот момент открывается дверь, и в комнату заглядывает Ванесса.

— Госпожа, вы уже встали? Вам нужна помощь? — спрашивает она, заметив, как я морщусь от боли в ребрах и придерживаю бок рукой.

— Да, пожалуйста, принеси мне одежду. Я не хочу надевать вчерашнее платье. И завтрак тоже принеси мне сюда, можешь и для себя тоже. А потом покажи мне мою комнату.

Ванесса быстро кивает, как будто ей неловко, и убегает.

Через полчаса, выйдя из ванны, обернутой в полотенце, я вижу накрытый завтрак на одного, платье, разложенное на кровати, и своего мужа. Он сидит в кресле, закинув ногу на ногу, и о чем-то думает.

— Что вы здесь делаете? — спрашиваю я недовольно.

— Пришел навестить свою жену? — дерзко отвечает он. — Уверен, ты этого хотела.

Громко хмыкаю, разглядывая платье на кровати. И это платье графини? Конечно, не платье горничной, что уже хорошо, но и не одежда аристократки.

 — Жену? — осматриваю мужчину с ног до головы, медленно скользя взглядом по его одежде, и снова перевожу взгляд на свое платье. Он одет безупречно: рубашка и сюртук сидят идеально на широких плечах, длинные волосы собраны в низкий хвост, брюки под цвет сюртука и начищенные до блеска сапоги.

— По-вашему, жена графа должна носить это? — указываю на свою одежду. — И убирать номера гостей отеля?

— Ты сама этого хотела, Ликария, — отвечает он, глядя на мои голые ноги, на которых видны синяки, полученные при падении с лестницы.

— Серьезно? — тоже осматриваю свои голые ноги, вернее синяки на них, и приподнимаю бровь. Мол, это мечта всех женщин, несомненно!

Беру свое платье, раз нет другого, пока придется ходить в этом, и ухожу в ванную, чтобы одеться.

Уже одетая я выхожу в спальню, заплетаю волосы в простую косу. Поднимаю крышку с блюда, чтобы увидеть свой завтрак. На тарелке каша, похожая на овсяную, но голубого цвета. Пахнет она приятно. Я нюхаю напиток – это компот из каких-то ягод. Также на столе стоит чайник и пара чашек, а к чаю поданы свежие булочки, которые так вкусно пахнут сдобой.

Молча принимаюсь за еду, не обращая внимания на мужчину.

— Странно, что ты не стала переодеваться при мне, — язвит муж.

Как же его зовут? Ведь и не спросишь.

— С чего бы я стала раздеваться перед человеком, который меня даже не уважает. Или вы хотели получше разглядеть и другие мои синяки?

— Демоном.

— Что?

— Я не человек, в отличие от тебя. Демон.

И это все, что он услышал? Слова про синяки решил пропустить мимо ушей?

— Ну демоном, — говорю спокойно. Хорошо, что в этот момент ничего во рту не было, а то бы подавилась.

— Ну как же, — улыбается во все свои тридцать два… или сколько там у демонов зубов? — Что ты только ни вытворяла — голой меня поджидала в моей спальне, молила сделать тебя женой, в прямом смысле этого слова.

Что? Ликария действительно себя настолько не уважала? Но из этой фразы я понимаю, что она не спала с мужем. Это уже хорошо.

— Может, в тот момент я была не в своем уме? — говорю, пожимая плечами, как бы показывая, что мне все равно. Конечно, просила не я, а Ликария, но все равно мне становится не по себе от этих слов.

Наливаю себе чай, графу не предлагаю.

— Где Ванесса? Я хотела, чтобы она показала мне мою комнату.

— Ванесса горничная при отеле, Миранда отправила ее убирать номера гостей. Ты уже достаточно хорошо себя чувствуешь, вполне можешь обслуживать себя сама, как и раньше.

Равнодушно пытается поставить «зажравшуюся» жену на место? Ну-ну, посмотрим.

— Этого больше не будет! Я не стану убирать номера, не собираюсь мыть посуду, чистить мешки картошки, разносить еду гостям! — Я перечисляю, что не буду делать, а у мужа все больше приподнимаются брови. — И я требую, чтобы Ванесса стала моей личной горничной на эти полгода, до тех пор пока мы не разведемся.

— То есть ты больше не будешь умолять меня оставить тебя здесь хотя бы горничной? И согласна на развод?

Боги! Неужели моя предшественница настолько себя не ценила?

— Конечно! Как только мне станет лучше, я хочу обговорить условия нашего развода.

— Ты изменилась, Ликария, — рассматривает меня как зверушку, даже голову набок склонил.

    — Мне не нравится, когда меня зовут Ликария. Можешь называть меня Лика, — говорю уверенно, словно разрешаю ему обращаться ко мне по-простому, и сразу перехожу на ты.

Сейчас я бы рассмеялась, если бы не боль в ребрах. Вы бы видели, какое изумленное лицо было у этого красивого, богатого и неприятного мужчины. Он наклонился чуть вперед, посмотрел мне в глаза, и я заметила, как трепещут его ноздри.

— Что же я рад, что ты наконец-то начала проявлять благоразумие.

Я пропускаю его язвительный ответ мимо ушей.

–— И еще вопрос: что значит не будешь мыть полы и так далее по списку?

— А то и значит. Пока я твоя жена, будь добр относиться ко мне как к равной, хотя бы видимость приличия создай. А то что будет с твоей репутацией, если я вдруг начну представляться гостям графиней, при этом моя полы в их покоях?

— Но тебя никто не заставлял мыть полы Ликари... Лика, — тут же поправляется он.

— Серьезно? Уверен? И кстати, я за свою работу, ни разу за эти полгода не получила денег, ни разу не расписалась в ведомости. Разберись, пожалуйста,  я эти деньги заработала, — требую я.

— Ничего не понимаю... Я уж действительно подумал, что ты изменилась. А ты просто сменила тактику? Или так сильно ударилась головой, что выдумываешь то, чего не могло быть!

Он настолько искренне говорит, что я сама начинаю сомневаться. Надо бы поговорить с Ванессой.

— Думай что хочешь. Но мне нужна Ванесса в качестве личной горничной. Второе. Судя по всему, мне необходим новый гардероб. Третье. Раз я больше не буду прислуживать на твоем курорте и у меня появится свободное время, мне нужен доступ в библиотеку. Она же есть у тебя? — демон кивает. — И четвертое, я требую, чтобы ты провел расследование, сама я упала или кто помог. — Мужчина открывает рот, чтобы что-то сказать, но я перебиваю. — И, наконец, пятое, верни заработанные мной деньги за полгода.

Какое-то время он таращится на меня, видимо пытаясь осмыслить все выше сказанное.

— Ты не помнишь, как ты упала? — наконец задает вопрос.

— Не помню.

— Ладно, согласен со всеми пунктами, кроме пятого. Ты не могла работать, Лика. Ты графиня! И Миранда говорила, что ты не захотела стать ее помощницей и сама себе придумывала работу. Это была твоя личная инициатива!

— Значит, с этим пунктом будем разбираться вместе. В любом случае, как твоя жена, я имею право на ежемесячное содержание.

Имею же? Этот мир похож на земной восемнадцатый век, а там вроде так было.

— И я тебе лично выдавал деньги, правда один раз, потому что ты все равно ничего на них не купила.

— Ладно, посмотрю деньги в своей комнате. Где она?

— Я не знаю, где твоя комната, — как-то смущенно произносит он.

— Как, интересно? — И что меня удивляет? Ликария тут была служанкой! – Может вместе посмотрим где я живу? Нет желания побольше узнать о своей жене?

Муж подходит, нервно нажимает какую-то кнопочку около двери, и через несколько минут в покои стучатся.

— Войдите! — громко говорит демон.

— Вызывали, Ваша Светлость? — кланяется молодой слуга и из-под опущенных ресниц поглядывает на меня.

— А с графиней поздороваться? — щурится демон.

— С Ликарией, что ли? Она же...

— Кто? — наигранно-мягко спрашивает демон.

— Работница, — шепчет парнишка. Бледнеет, непонимающе смотрит на меня.

Что и требовалось доказать! Смериваю демона взглядом: «А я тебе говорила!» Поворачиваюсь к парнишке и улыбаюсь ему.

— Как тебя зовут? — спрашиваю его мягко.

— Эдгар... Ваша Светлость? — отвечает он.

— То есть моя жена трудилась как простая работница? — негодует демон. И пусть только еще раз скажет, что я все выдумала или по собственному желанию это делала!

— Простите, Ваша Светлость, я не знал. Не знал. Никто не знал. Она иногда приходила и помогала на кухне… — бормочет паренек все тише и тише.

— Ладно, разберемся. Найди горничную Ванессу, пусть срочно придет к моей жене. И пока никому ни слова о графине!

— Слушаюсь, Ваша Светлость, — пятится парнишка.

— Этого не может быть! Просто не может быть! Миранда не могла меня обмануть! — граф в шоке садится в кресло, проводит рукой по волосам. На секунду ловлю себя на желании тоже провести по ним рукой. Придет же в голову такое! 

— Ты отдал свою жену в услужение своей любовнице, чему теперь удивляешься, муж? — язвлю я.

— Может, ты сама, по своей личной инициативе? — все-таки спрашивает он.

Хочется рычать на него!

— Думай что хочешь! — раздраженно машу рукой в его сторону, сажусь в кресло и задумываюсь.

Похоже, муж вообще не в курсе того, что творится на курорте. Хозяин, блин. Все в руках любовницы, по крайней мере, все, что происходит в отеле и в ресторации при нем. Забавно!

Киллиан

Я сидел в кресле и вдыхал сладкий аромат моей жены. Мой внутренний демон был доволен и расслаблен, что позволило мне спокойно поразмышлять.

Лика сильно изменилась. Теперь с ней можно разговаривать без раздражения, не чувствуя себя объектом собачьей преданности. Она способна выразить свои мысли и не заламывает руки, пытаясь угодить. Но я по-прежнему в ней сомневаюсь. Она сама хотела быть полезной и была готовой на любую работу, сама мыла полы и посуду, чистила картошку и так далее. Но почему мальчишка принимал ее за обычную прислугу? Ведь Ванесса знала, кто такая Ликария, потому что сразу позвонила мне. И не верить Миранде я не могу. Я знаю ее много лет!

Нет. Что-то тут не так. Лика замышляет что-то. Она просто изменила тактику. Понять бы еще ход ее мыслей. Ей нужен был я. Не мои деньги, это стопроцентно, я ведь сам предлагал их не раз. Сегодняшней же Лике я не нужен, а нужны деньги, причем те, которые она якобы заработала, и содержание, положенное как моей жене.

— Кто ты? — спрашиваю я, не до конца понимая, что именно хочу узнать.

Жена вздрагивает, но уже через секунду спокойно смотрит мне в глаза.

— Странный вопрос, не находишь? — и вздергивает подбородок.

Вот же язва.

— Ты после падения стала другой, как будто в тебе другой человек. Наконец-то не смотришь на меня глазами побитой собаки, — говорю я, а она с презрением на лице передергивает плечами, — согласна на развод, не унижаешься, ведешь себя достойно и требуешь то, что тебе полагается. Надеюсь, если моя мать приедет, пока ты тут, ты и травить ее не станешь?

— Это еще доказать надо, что именно я пыталась ее отравить. Кстати, — тут же переводит тему, — что насчет моего падения?

Тяжело вздыхаю. Опять она за свое!

— Послушай, Ликария, кому ты нужна, чтобы подстраивать тебе падение с лестницы? Еще скажи, что тебя убить пытались!

— И уже не впервые, между прочим! — перебивает она меня. — Как-то я кубарем катилась вниз по горнолыжной трассе, чудом не замерзла там в снегах.

Нет, она все-таки сменила тактику. 

— Да где Ванессу носит? Пошли! Сами найдем твою комнату, она где-то тут должна быть.

Я раздражаюсь мгновенно, хотя минуту назад был спокоен. Едва мы выходим, как к покоям подходит Ванесса, коротко кланяется, смотрит на меня виновато.

— Ваша Светлость, — кланяется она мне, а потом поворачивается к моей жене. — Простите, меня госпожа, меня отправили убирать покои гостей.

— Ванесса, почему ты графиню, мою жену, называешь госпожой? — наклоняю голову набок и не свожу глаз с горничной.

— Извините, Ваша Светлость.. Нам как госпожа Миранда представила госп... вашу жену, так мы с девочками и называем ее, — от страха ее нижняя губа трясется.

Госпожа Миранда, значит?

— Как давно ты работаешь на курорте, Ванесса?

— Около полугода, В-в-ваша Светлость. Простите, я правда... Я не со зла. Всегда хорошо относилась к госп... к графине Ликарии.

Что же они все меня так боятся? Вроде я никогда просто так не наказывал?

— Забудь, все хорошо. Отведи нас в комнату графини.

Мне нужны старые слуги, которые работают здесь уже долгое время, или те, чья должность передается от отца к сыну. Следует поговорить с ними, вопросов неожиданно стало слишком много.

Харви, например, постоянно занят своими исследованиями и не обращает внимания на происходящее вокруг. Он проводит все время в своей лаборатории и выходит только по вызову.

Крэп меня побери! Демон рвется наружу, когда я осознаю, что мы спустились на цокольный этаж, где располагаются комнаты временных служащих, которые приезжают на месяц поработать, потом уезжают на месяц домой. Вместо них сюда заезжает новая смена рабочих, горничных, официантов и так далее. Лишь немногие живут тут постоянно, но для таких служащих построено комфортное общежитие.

С силой открываю дверь, по коридору разносится грохот двери о стену. Комната три на четыре метра, в ней только кровать и шкаф. Открываю шкаф с такой силой, что выдергиваю двери. Кидаю их в сторону. Женщины пятятся в коридор.

— Вон отсюда! — рычу я, теряя над собой контроль.

***

Ликария

Разговариваю с «мужем», и что–то у нас не сходится. Ладно, допускаю, что девочка была безвольной. Влюбилась глупенькая, унижалась. Но из разговоров со служащими я сделала вывод, что моей предшественницей руководила любовница... Да и муж — надо все же выяснить, как его зовут, — был не в курсе, потому что всем делает замечание, когда они обращаются ко мне.

Похоже на попустительство с его стороны? Возможно, девочка сильно досаждала ему и он был рад, что жена теперь находится под присмотром любовницы? Однако она умерла. Каков процент вероятности, что она сама свела счеты с жизнью прямо на рабочем месте? Она работала не ночью, а днем, работала, работала, а потом пошла менять воду и решила умереть?

Нет. Бред!

А его неожиданная реакция на комнату, где я жила? Мне даже стало страшновато — да что там, жутко. Мы с Ванессой пытались отойти назад, но я, вместо того чтобы убежать, с каким-то болезненным любопытством наблюдала, как появляются когти, рога и черные кожистые крылья, заполняя все пространство маленькой комнаты. А его рост?

Демон!

Окончательное понимание повергло меня в шок. Нет, я слышала, что он меня поправил, когда я назвала его человеком, но как–то не придала этому значения. Вернее, придала, но, видимо, только сейчас осознала.

  — Ваша Светлость, — ее голос дрожит, и Ванесса тянет меня за руку , — это может быть опасно!

  — Впервые вижу демона в его истинном обличии, — шепчу потрясенно.

  — Я тоже. Обычно они все себя контролируют. Хозяину не понравились условия в которых вы жили. Что же теперь будет?

Девушку трясет сильнее, чем меня. Она плачет и все равно не убегает, а пытается и меня отвести подальше от разъяренного мужа.

  — Ванесса, иди. Не переживай за меня, хорошо? Я позову тебя, но если госпожа Миранда будет отправлять тебя на уборку покоев гостей, скажи, что граф распорядился, что с этого дня ты моя личная горничная. Потом обговорим условия оплаты, но можешь не переживать, меньше не будет. И насчет будущего не беспокойся. Все будет хорошо! Я обещаю, веришь?

  — Но как же, Ваша Светлость? А вдруг...

  — Ничего не бойся, иди, — давлю я. — И еще Ванесса… как зовут моего мужа?

Ванесса округляет глаза. Пятится от меня.

  — Я ударилась головой, помнишь? Какие-то вещи не очень хорошо помню..

  — Графа зовут Киллиан Крег.

  — Спасибо. И пусть это будет наш маленький секрет. Хорошо? — мягко улыбаюсь ей под треск очередного разломанного предмета обстановки, кажется кровати.

  — Как скажете, Ваша Светлость, — Ванесса быстро кланяется и отходит еще дальше.

Осторожно приближаюсь к дверному проему.

«Какого черта я делаю?» — задаю сама себе вопрос.

  — Киллиан? Киллиан! Успокойся! Или ты решил убить меня таким способом?

Демон оборачивается и смотрит на меня. Глубоко дышит. Мгновение, и я оказываюсь в его руках.

«Ох, мамочки! Ты и правда дура, Анжела? Жить надоело? Третьего шанса не будет! Уверена! Убегать надо было!»

Но вдруг он утыкается мне в шею и начинает дышать рвано, будто ему воздуха не хватает.

  — Киллиан, ты делаешь мне больно!

Хлоп-хлоп ресницами, непонимающе смотрит на меня. Разжимает руки, и я чуть не падаю.

  — Какого крэпа! Я ведь сказал, чтобы ты ушла! Ты понимаешь, что могла пострадать? —рычит своим демонским голосом.

  — Тебе лучше? — игнорирую его вопрос, хотя у самой коленки трясутся.

И кто такой крэп?

Демон отходит от меня на несколько шагов и принимает облик человека.

Ликария

Второй день. Я в этом мире второй день, а столько всего произошло! Сознание едва справляется с полученной информацией. Но мне еще надо узнать общие сведения о  месте, где я оказалась.

Я выбираю новую комнату на том же этаже, где живет сам Киллиан, его номер самый крайний. С другой стороны расположены покои, в которых всегда останавливается его мать.

  —   Это комната деда. Ты же помнишь, он умер, как только мы с тобой заключали брак. Там все так, как было при нем. Остаются вот эти два...

Про деда Киллиан говорит с теплотой в голосе, и в комнате все оставил как было при нем. Зачем? Чтобы бередить себе душу? Ладно, это все лирика и не мое дело.

  — Где живет твоя любовница? — спрашиваю я, обходя одну из комнат. Спальня, ванная, гардероб, есть небольшой балкончик, с которого открывается прекрасный вид на снежный склон, на лыжную трассу. А как лыжники поднимаются обратно?

  — У нее большая комната в общежитии, я бы даже сказал — квартирка.

  — Ясно, — смешно даже, обсуждаю пусть и с фиктивным мужем, где живет его любовница. — Странно, что не здесь поселил ее.

Открываю комнату на противоположной стороне, из окна вижу рядом какие-то небольшие, но красивые здания. Как позже выяснилось, там спа для гостей, но и горожане могут его посетить. А также общежитие, которое и общежитием не назовешь, красивый коттедж в несколько этажей, имеющий три входа. Дальше, в низине, расположился городок. Комната мне понравилась.

  — Эту комнату я выбираю для себя. Тут тем более две спальни, в одной из них будет жить Ванесса.

  — Но слуги тут не живут, — говорит муж недовольно.

  — Да все равно. Надо же мне с кем-то общаться? — вздергиваю бровь, намекая, мол, не с тобой же.

Он показательно морщится.

  — Как хочешь. Если есть что-то, что желаешь забрать, прикажи Ванессе перенести, хотя вряд ли там что-то осталось после погрома. Пообедаем, и выделю тебе сопровождающего, он проводит тебя в городок, купишь все, что необходимо. Передам тебе с ним сто тайлеров, думаю, должно хватить на первое время. Потом открою счет на бирже, сможешь снимать по необходимости в любом городе.

Биржа это банк. Тайлеры — деньги, делаю я выводы.

  — Хорошо, спасибо. — Я даже не ожидала, что все так быстро решится с деньгами, проживанием и гардеробом.

Остаюсь в своей новой комнате ждать Ванессу. Не спрашивать же, где можно книги взять почитать.

Вскоре Ванесса принесла мои старые вещи, включая теплые. Затем пришел человек от Киллиана. С ним мы и отправимся в городок в карете, любезно предоставленной мужем.

Внизу, у выхода из отеля, мне встречается красивая эльфийка. Я чуть притормаживаю, рассматривая новую для себя расу.

  — Госпожа Миранда, — слегка кланяется Ванесса.

Та в ответ смотрит на меня с ненавистью.

Любовница Киллиана, — понимаю я, окинув ее взглядом с головы до ног. Мне хочется насмешливо подмигнуть ей, но вместо этого я гордо вздергиваю подбородок и прохожу мимо. Рядом с ней я действительно похожа на служанку. Сейчас мы это исправим.

Должна признать, она очень привлекательна. И вместе они красивая пара.

***

Киллиан

Сказать, что я был зол, это ничего не сказать. Как могла Миранда поселить Ликарию в ту комнатушку?

Ревность?

Но я не давал ей повода для надежд и сразу же обозначил границы наших отношений. Я не мог предложить ей ничего, кроме роли любовницы. Я заботился о ней, насколько это  в моих силах. Она была частью моего близкого круга, знала моих друзей, и они тоже относились к ней с уважением.

Возможно, своим поведением, тем, как я избегал Лику, не представил ее персоналу в качестве своей жены, я дал Миранде понять, что с девушкой можно так обращаться?

Но прежде всего это удар по моей репутации. В обществе так не принято. Даже в договорных и нежелательных браках жены получают все права.

Опять же, вопрос: почему Лика раньше молчала? Почему все терпела? Ее действия были направлены на то, чтобы привлечь мое внимание и быть со мной. Я действительно верил, что если буду держаться от нее на расстоянии, то так будет лучше для нее, чтобы она не привыкала ко мне.

Отдаю приказ одному из охранников сопровождать девушку в городок, а сам спускаюсь в кабинет. Надо бы проверить все ведомости по выплате жалований, посмотреть, кто когда был уволен или уволился сам и когда были приняты новые служащие.

Весь, абсолютно весь персонал в отеле новый! В ведомостях действительно нет ничего о том, что Лика работала, неважно,  будь то кухня или уборка номеров. Беру папку по спа — там все как и раньше, за полгода не сменилось ни одного служащего. Дальше. Кафе при горнолыжном курорте — несколько новеньких, что вполне может быть, в ведомостях значится горничная, но без имени. Сама лыжная база — все как и ранее, без изменений.

Поднимаюсь в свои покои, чтобы одеться потеплее, хочу поговорить лично с каждым управляющим. У номера встречаю Миранду.

  — Ты что-то хотела, Миранда? — спрашиваю холодно.

  — Ты с тех пор как приехал, либо со своей убогой женой время проводишь, либо занят. А я соскучилась, милый. Может… — ласково проводит ладонью от моего предплечья к груди, призывно улыбается, выгибает чуть-чуть спину и грудью прижимается ко мне.

В другое время я бы с удовольствием с ней уединился.

  — Мне действительно некогда, Миранда, я тебя позову, когда у меня будет время.

Открываю дверь, беру пальто и сразу выхожу из номера.

  —   И кстати, даже я не называю СВОЮ жену убогой — так кто тебе дал право так говорить о графине?

Она широко распахивает свои красивые глаза, и я вижу, как в них скапливаются слезы. Только этого мне сейчас не хватало! Терпеть не могу женские слезы!

  — Ты меня разлюбил? Я тебя чем-то обидела? — заламывает руки в отчаянии, смотрит мне в глаза, и с ее ресниц срывается слеза.

  — Давай без истерик! Сказал же, позову.

  — И я должна прибежать по первому зову?

  — Кажется, именно так ведут себя любовницы? М-м-м?

Ухожу. Я сейчас зол и могу наговорить много лишнего. В принципе, уже наговорил, но не жалею. Кажется, Миранда заигралась, я никогда не говорил ей о любви. И терпеть не могу, когда их из меня пытаются вытянуть. Нет смысла с ней объясняться, у меня к ней и так много вопросов. Сначала сам побеседую со служащими.

Ликария

В городке мне все было интересно, я вертела головой и рассматривала прохожих.

  — Я не знала, что женщины брюки носят. Так непривычно, — говорю Ванессе.

  — Так ведь как на лыжах по склону? Не в платье же?

  — Ну да, ну да.

Но брюки все равно не очень удобные, широкие. Я бы по-другому сделала.

  — О, пойдем выпьем кофе? — тяну девушку за собой.

  — Как скажете, я подожду вас у входа.

  — Не говори ерунды, Ванесса. И вы тоже заходите, посидите за соседним столиком.

  — Не положено, — отвечает мужчина, нас охраняющий.

  — А вдруг на меня нападут в кафе? — иронизирую, конечно, но они ведь не могут стоять на улице и ждать меня. Выбора у них нет, придется последовать за мной.

Запах дорого кофе и шоколада мгновенно наполнил воздух, создавая атмосферу уюта уже при входе в заведение. Заказываю нам с Ванессой кофе с молоком и сахаром, беру пирожные. Оборачиваюсь на мужчину надо бы спросить, как его зовут. Для него выбираю черный кофе без сахара и несколько штук мясных пирожков.

Моим сопровождающим ничего не остается, как присоединиться к трапезе.

  — Ванесса, мне предстоит провести здесь еще полгода, а затем я планирую развестись.     — Делаю глоток напитка и от удовольствия прикрываю глаза. — В течение этих шести месяцев я бы хотела стать с тобой если не подругами, то добрыми приятельницами. Но при одном условии: ты не будешь сообщать Миранде, любовнице моего мужа, о каждом моем шаге.

  — Что вы, Ваша Светлость, я даже и не думала докладывать. Я тут временно, платят хорошо. Вообще через месяц контракт истекает и мне надо ехать домой, но если я буду с вами, то останусь.

Хорошая она девушка, видно, что говорит искренне. Хотела ей предложить называть меня по имени. Но... я в другом мире, не стоит так сразу. Да и не приятельницы мы пока даже.

После кафе идем дальше. Вокруг столько снега, что глаза слепит, но в очках от солнца ни одного человека (или правильнее говорить существа?) я не увидела. Ладно, ставлю мысленную галочку. Пока наблюдаю, не буду ничего говорить. А что, если темных очков здесь нет, то вообще зарабатывать на этом можно!

Ух, как меня понесло! Зарабатывать. Конечно, неплохо было бы.

  — Вот этот магазин очень любят аристократы и просто состоятельные люди, — тихо говорит Ванесса.

Открываем дверь и заходим, охранник остается на улице.

  — А вы не ошиблись дверью, милочки? Уверены, что попали именно туда, куда нужно?     — спрашивает продавщица из-за прилавка, и две богато одетые женщины начинают хихикать.

  — Нет, не ошиблись. Вам не все равно, кто будет платить тайлеры? — я не теряюсь.

  —   А хватит-то тайлеров? — с легкой иронией произносит одна из аристократок, которые только что смеялись. Она осматривает меня с ног до головы и продолжает выбирать платье вместе с продавщицей.

  — Что ж, вижу, что лучше отнести тайлеры в другой магазин. Пойдем, Ванесса!  — гордо задираю подбородок.

  — Хорошо, Ваша Светлость, — пищит моя горничная.

Краем глаза замечаю, как удивленно женщины пересматриваются, но мне это уже неинтересно.

В следующем магазине нас встречают искренней приветливостью.

  — Вам помочь? — спрашивает милая девушка.

  — Да, будьте так любезны, — улыбаюсь я. — Мне нужно полностью обновить гардероб.

Ассортимент магазина, как я вижу, представлен одеждой на любой вкус: от более простых моделей до изысканных вариантов. И тут начинается настоящее веселье!

Ликария

Я начала с просмотра каталогов, чтобы составить представление о том, что можно найти в магазине. Я уже видела на улице, как одеваются женщины, и знала, что носят аристократы.

Затем последовали бесконечные примерки.

  — Госпожа, — обращаюсь я к продавщице, которая краснеет от такого обращения и смотрит на меня,  — там на улице остался мой охранник. Вы позволите ему где-то посидеть?

  — Конечно, Ваша Светлость, — отвечает она, — я сейчас же отправлю своего сына, чтобы он провел его на кухню и угостил горячим чаем. Может, и вам принести напитки?

  — Нет, благодарю. Мы и так уже задержались у вас дольше, чем я рассчитывала. А впереди еще столько всего...

Я выбрала только три нарядных платья — пока хватит. Мне еще нужно что-то удобное для того, чтобы ходить в своих покоях.

Я потратила еще полтора часа и выбрала четыре повседневных платья: они красивые и удобные, не такие многослойные, как нарядные. Также я приобрела пару теплых пальто а потом, взглянув на Ванессу, заметила, что ее пальто совсем легкое, как и мое старое.

  — Ванесса, давай выберем тебе более теплое пальто, — предлагаю ей.

  — Нет, что вы, графиня, не стоит. Я не хочу тратить тайлеры, — отвечает она, смутившись. — У меня дома младшие сестры и брат.

   — Я возьму на себя все расходы. Считай, что это в моих интересах. Если ты заболеешь, то можешь заразить и меня, а мы ведь теперь часто будем выходить на прогулки в город.

Ванесса неуверенно кивает, и мы подбираем ей теплое пальто, простое по крою, но достаточно красивое.

Я выбираю еще пару удобных ночных рубашек, которые будут закрывать тело, чтобы, если мой муж случайно увидит меня, он не подумал, что я пытаюсь его соблазнить. Нижнее белье, напротив, выбираю красивое — в своем прежнем мире я всегда носила такие вещи, прежде всего для себя.

Ну что ж, на сегодня достаточно. Я чувствую сильный голод.

  — Все доставьте в отель, в покои графини. И пусть курьер лично передаст вещи, а не оставит служащим или управляющей. Пальто мы наденем сразу, а старые верните с курьером.

   — Слушаюсь, Ваша Светлость, — с поклоном произносит продавщица.

Мы выходим в общий зал, где находится всего одна покупательница. Она окидывает нас внимательным взглядом. К нам сразу же подходит охранник, и мы выходим на улицу.

   — Как тебя зовут? — спрашиваю, пока не забыла.

    — Вальтер, Ваша Светлость.

    — Сильно замерз, Вальтер? — мне становится неловко от того, что он почти час провел на улице.

    — Нет, не беспокойтесь. Меня довольно быстро провели на кухню.

    — Хорошо.

На улице уже темнеет. Зажигались фонари, и как бы мне ни хотелось попасть в ресторан, было интересно, но я решила вернуться в отель. Иначе потом совсем стемнеет.

    — Я быстро, сбегаю за каретой, — говорит Вальтер и убегает.

Через час мы уже дома. Я решаю поужинать в номере. После ужина прошу Ванессу проводить меня в библиотеку. Как только мы выходим из покоев, из апартаментов моего мужа выходит Миранда. Она свысока бросает на меня взгляд и, не поздоровавшись, отворачивается.

   — Ты гордишься тем, что спишь с чужим мужем? — усмехаюсь я.

Она удивленно оборачивается, а Ванесса встает за моей спиной, чтобы не привлекать к себе внимания.

   — А сколько раз ты просила Киллиана сделать тебя своей женой, настоящей женой!

  — Да, была не права. Теперь я понимаю. Через полгода мы разведемся, он будет свободен. Продолжай его добиваться, может быть, он на тебе и женится.

 — А ты, значит, больше не хочешь быть его женой

 — Зачем мне демон, который меня не любит и спит с другой? Я найду себе более достойного, — подмигиваю ей. — И прошу больше не пытаться устроить мне несчастный случай.

Эльфийка вздрагивает, но быстро берет себя в руки.

  — Я ничего не подстраивала!

   — Думаю, следствие во всем разберется, — говорю я, хотя это всего лишь блеф. Мне хочется увидеть ее реакцию и понять, что происходит.

  — Какое следствие? — спрашивает уверенно. Неужели это не она? Или отреагировала на мои слова по какой-то другой причине? Или просто хорошая актриса и у нее стальные нервы?

  — Разве мой муж не сказал вам? — пожимаю плечами. — Идемте, Ванесса.

Мы отправляемся в библиотеку, где я выбираю несколько книг, и возвращаемся в номер.

В номере Ванесса неуверенно спрашивает:

  — Ваша Светлость, вы действительно подозреваете госпожу Миранду в том, что она подстроила ваше падение?

  — Я подозреваю всех, Ванесса. Даже тебя, ведь ты первой оказалась на месте моего падения, — с улыбкой отвечаю.

Девушка испуганно отшатывается от меня.

  — Я никогда… поверьте… никогда бы не сделала ничего подобного, — шепчет она.

  — Даже если бы угрожали неприятностями твоим сестрам и брату? Например, их похищением?

  — Я не знаю…  — тихо отвечает она.

И в этот момент я верю. Верю, что это не Ванесса.

Киллиан

Я решил начать с горячих источников. Их отчета у меня в кабинете не было. У входа меня встречает управляющий. Этот человек давно служит моей семье, раньше он управлял всем отелем, но возраст берет свое, и я решил его перевести в место поспокойнее.

 — Ваша Светлость, рад вас видеть. Зашли отдохнуть или по делам? — вполне искренне приветствует меня Гарри.

 — Здравствуй, Гарри. Отдохну в следующий раз. Покажи, как у вас тут дела? Как посещаемость? Что нового?

  — Посещаемость упала, господин граф, я даже говорил госпоже Миранде, что, возможно, они на ресепшене перестали предлагать наши услуги.

  — А она?

  — Сказала, что просто большая часть предпочитает спа или массаж для расслабления.

  — Ясно. На что же живут служащие в таком случае?

  — Трое уволились, Ваша Светлость.

  — Новеньких взял на их место? — вот нехорошее у меня предчувствие.

  — Нет. Иногда, когда кто-то из служащих был выходной, госпожа Миранда присылала сюда на уборку девушку из отеля.

  — Что за девушка? Как зовут?

  — Не знаю, Ваша Светлость. Тихая малышка, быстро все убирала и уходила. Она плохо переносила жару в комнатах пещер. Я даже однажды сказал ей, пусть Миранда кого-то другого присылает, но бедняжка глянула на меня печальным взглядом и ушла.

  — Как не знаешь ее? А ведомости? Должен же ты был выплачивать ей деньги за работу.

  — Госпожа Миранда говорила, что сама ей выплатит, не будет уменьшать ей смену в отеле. Так и для девушки выгоднее.

  — Как она выглядела? — я даже дыхание задерживаю.

  — Маленькая, рыженькая. Глаза всегда печальные.

Достаю фото, показываю Гарри.

  — Да, точно. Она что-то натворила? — участливо спрашивает.

  —   Нет, Гарри. Почему от тебя не было отчетов? Почему я узнаю только сейчас про ситуацию на источниках?

  — Но вас часто нет на курорте. Я все передавал госпоже Миранде, — старик начинает нервничать.

  — А для чего нужны артефакты? У тебя же есть артефакт связи?

  — Простите, господин граф, я просто не хотел вас беспокоить. После смерти вашего деда... Я правда хотел как лучше, — вижу, что старик начинает теребить край рукава.

  — Хорошо, Гарри. Восстанови все, и чтобы завтра утром лично принес мне в кабинет.

  — Слушаюсь, милорд.

Затем я прошелся по источникам. Всего две пещеры заняты. А раньше запись была, заранее бронировали на определенное время. Гарри облажался, хотя бы потому, что ничего мне не говорил. Хотя я и сам хорош! Пустил все на самотек.

После такого даже боюсь идти к остальным. Получается, моя жена была права? Миранда за моей спиной что-то проворачивает? Или ее цель просто убрать Лику, предварительно измучив тяжелой работой?

Демон недовольно ворочается внутри, приглянулась ему новая версия жены.

Новая версия...

И правда! И меня она не раздражает, и демона притягивает своим сладко-мятным запахом. Все же мне кажется, человек так быстро не может измениться.

Тут же набираю номер своего друга.

  — Райли, мне нужна твоя помощь, — тут же говорю, решив не ходить вокруг да около, — срочно.

  — Послушай, Килл. Сейчас не могу, обещал матушке сводить ее на бал.

  — Это, возможно, вопрос жизни и смерти. Касается моей жены. И еще попахивает финансовыми махинациями...

  — Тоже со стороны твоей жены? — серьезно спрашивает друг.

  — Нет, от Миранды.

  — Развел там… жена, любовница. Ты чего от них ожидал? — язвит Райли.

  — Понимания от Миранды того, что это временно; от Лики, что между нами ничего не может быть, несмотря на то, что она на данный момент моя жена.

  — Лика, значит... Раньше ты ее так не называл!

  — Жду тебя завтра, друг! Это срочно! — скидываю звонок. Даже обсуждать не собираюсь, кого и как я раньше называл.

Остаток дня провожу в спа. Там управляющая тоже из стареньких. Оказывается, и она видела, жалела рыжую девушку, которая тут бывала, — правда, пару раз, когда одна из сотрудниц заболела. Но тут ее поставили не на уборку, она просто записывала клиентов и необходимые им процедуры, назначала время.

Усталый, поднялся я в свои покои, ужин заказал туда же. Нет настроения идти в ресторан, обычно я ем там. Ужин мне принесла сама Миранда.

  — Ты теперь разносишь еду? Не хватает персонала? — интересуюсь спокойно, хотя уже просчитал, зачем она здесь.

  — Я просто соскучилась и решила позаботиться о своем мужчине, — мурлычет эльфийка.

На ней легкое платье, которое можно снять одной рукой. Уверен, подготовилась к бурной ночи. Но я не хочу.

  — Спасибо, Миранда. Ты всегда так заботишься обо мне и о моем курорте.

  — Конечно, милый. Хочешь, я наберу ванну с пенной, сделаю тебе массаж?

  — О как! Столько всего за один вечер. Потом мне не выставишь чек на оплату услуг? — отпиваю вина, устало потираю глаза. Надо поесть!

  — Ты опять стараешься меня унизить? Что с тобой? Ты стал другим!

  — Я же шучу, дорогая. Ничего не нужно, я устал. Сейчас поем и лягу спать. Ты наверняка тоже сегодня устала, много было новых постояльцев.

  — Ну не я же им номера убирала, — усмехается она.

  — Неужели моя жена? Решила опять горничной стать?

  — Нет. Я видела, как она отправлялась в город погулять. И хватит при мне о ней упоминать.

Никак не комментирую ее слова, держусь. Мне надо всю картину сразу видеть, а не по частям, чтобы предъявлять обвинение.

Поэтому беру эльфийку под локоток и веду к выходу.

  — Я правда очень устал, Миранда. И прикажи подготовить оставшуюся свободною комнату на этом этаже, завтра ко мне приезжает друг. Отдохнуть захотел.

  — Я его знаю?

  — Знаешь, это Райли.

  — Он же ни одной юбки не пропускает, — начинает возмущаться она. Потом вдруг довольно улыбается. — А впрочем, конечно, пусть отдыхает.

Целует меня в щеку и выходит из номера.

Ликария

Уже поздно вечером, оставшись одна, начала читать. Боялась, что не смогу, но, войдя в библиотеку, обнаружила, что понимаю не только устную речь, но и письменную.

Мир, в котором я оказалась, называется Айгарт. Здесь существует множество рас: демоны, эльфы, люди, а также драконы, гномы, наги и орки. В этом мире, как и на Земле, распространены браки между одним мужчиной и одной женщиной, и большинство предпочитают союзы между представителями одной расы, особенно аристократы. Однако смешанные браки здесь никого не удивляют.

На высоких должностях в Айгарте в основном находятся мужчины, но и женщины могут достичь успеха в карьере, особенно если обладают высоким потенциалом в области магии. Интересно, что среди людей очень мало магов, особенно среди женщин.

Женщины же из аристократических семей, как правило, не работают — это не принято, хотя и не запрещено.

Разводы случаются, с разрешения его величества и только если брак не заключался в храме и был одобрен богами. В богов существа верили, но не было такого, что богиня вмешивалась в жизнь своих детей, как я читала в книгах в жанре фэнтези. 

После развода мужья платили отступные своим бывшим женам, но о сумме этих отступных я нигде не увидела упоминания.

Утром я чувствовала себя разбитой, так как плохо спала. В течение ночи в моей голове крутились мысли, как в калейдоскопе. Однако я не могу вспомнить, что именно мне снилось, потому что не запомнила своих сновидений.

Поэтому, умывшись и быстро позавтракав у себя в покоях, попросила Ванессу проводить меня в кабинет мужа. Я боялась, что уедет куда-то по делам. То, что он в кабинете, узнала от той же Ванессы.

  — Доброе утро, — вхожу в кабинет, перед этим коротко постучавшись. Ванессу отправила в номер, думаю, назад дорогу найду сама.

  — Доброе. У тебя все хорошо, Лика? — демон поднимает на меня взгляд, оторвав его от бумаг и предварительно перевернув их, чтобы не было видно, что именно он читает.

  — Пока да.

  — Ты хорошо сегодня выглядишь. Этот цвет тебе к лицу.

Боже ты мой! Это комплимент?

  — Хм, спасибо... наверное. Я вчера немного прогулялась по городку.

  — И как тебе?

  — Неоднозначно, — морщусь, вспомнив, как в одном из магазинов насмехались надо мной. — Но я не об этом.

  — Слушаю? Что-то не так?

  — Хотела спросить — кто-то же разрабатывал проект твоего курорта? — муж непонимающе смотрит на меня.— Ну кто-то же планировал, где построить отель, где будет лыжня?

  —   Сколько себя помню, все так и было. Только я общежитие сделал, горячие источники тоже при мне открыли, к спа добавил бассейн, — перечисляет, еще не понимая, к чему я клоню.

  — И ты же платил этим людям?

  — К чему твои вопросы?

  — Если я дам тебе идею и примерно нарисую то, как я это вижу, — устройство для удобства подъема с трассы – ты мне заплатишь? Можешь оформить права на себя (думаю, слово патент он не поймет), чтобы без твоего согласия другие такую систему не имели права строить. А если сделают, заплатят тебе за идею.

  — Патент?

  — Да, патент.

Надо же, какой современный мир!

  — Да, я платил за работу. И что же ты можешь мне предложить, дорогая жена? — язвит он. Не верит, что я что-то могу улучшить. Правда, я и сама смутно понимаю, как это технически работает.

  — После спуска по лыжной трассе очень много времени уходит на подъем, плюс ступени приходится постоянно чистить. — Теперь он слушает внимательно. — Я не техник, слабо представляю, как это построить. К тому же я не была на других горнолыжных курортах, может, кто-то уже такое и придумал. Так вот, я предполагаю, что скорость подъема трассы можно увеличить в десять раз.

  — И как же? — его бровь вопросительно и недоверчиво приподнимается.

  — Давай сначала обсудим, сколько ты мне за это заплатишь, конечно, в том случае, если мою идею удастся реализовать. Зато представь: при сокращении времен на подъем отдыхающие большее количество раз будут спускаться, а значит, им будет намного интереснее этот вид развлечения. К тому же рядом кафе, туда будут охотнее заходить, чтобы недолго передохнуть и снова покататься.

  — И сколько ты сама хочешь получить за эту идею?

  — Учитывая то, что ты будешь пользоваться этим десятки, а то и больше лет… Сколько стоит небольшой домик — не в самой столице, а в каком-нибудь городке неподалеку от нее? Только не на окраине, а в центре этого городка?

  — Интересно. И давно у моей жены появилась деловая хватка?

  — Ты знаешь, я захотела жить, не оглядываясь и не боясь, что меня опять попытаются убить. И я должна обеспечить себе будущее. Возможно, это будет не единственная идея по улучшению сервиса на твоем курорте.

  —  Кто ты? — опять спрашивает он.

  — Ликария Лаберт, забыл?

Он же не сможет доказать, что его жена умерла при падении с лестницы, а значит, я в безопасности. А это все его выдумки!

Но ответить Киллиан не успевает.

  — Милый?

В кабинет без стука вплывает его любовница. Я успела заметить, как нахмурился мой муж, и повернулась к ней с улыбкой на губах.

  — О, я уже ухожу. Ты не подумай, дорогая, — елейным голоском говорю эльфийке, — как я и говорила, через полгода мы разведемся. А сейчас обсуждали деловые вопросы.

Миранда с неприязнью смотрит на меня.

  — Как интересно! — в кабинет следом за ней входит незнакомый красивый мужчина. — Вы, судя по всему, графиня Крег?

  — Лишь временно! Всего доброго! Черновой чертеж я представлю завтра утром в это же время, — говорю мужу, — если, конечно, ты согласен на мои условия.

  — Постойте, графиня. А как же этикет? Я не успел вам представиться, — мурлычет мужчина.

Красивый, но наверняка такой же гад, как и муж.

  — Какой тут может быть этикет, если при живой жене любовница без стука заходит не только в кабинет мужа, но и в спальню?

Разворачиваюсь и успеваю услышать: «И эта соблазнительная язва твоя жена?»

  — Попридержи язык и другие части тела, Райли! — рычит демон.

Злится? Тогда я с радостью пофлиртую с Райли, чтобы хоть немного отомстить мужу за его отношение к несчастной Ликарии.