Жена на полставки

Проводив молодоженов, шла за всеми в сторону ресторана и сама не заметила как отстала. Меня качнуло. Что-то как-то резко стало темно, хоть глаз коли, и тело онемело, будто бы долго лежала или сидела в неудобной позе. 

— Эй, проснись, лежебока! — кто-то бесцеремонно толкнул меня в бок. — Ты же дежурить должна у покоев его светлости, а не спать!

— Что? — не поняла я.

Какие еще дежурства? Какие светлости? Я на свадьбе же была у подруги, и вдруг… Кто-то зажег огонек, и луч света выхватил из темноты фигуру пожилого мужчины в старинном костюме. А, ясно. До ресторана, видимо, все же дошла, там догуляла и теперь… Я сплю и вижу сон. Перебрала, наверное, все же маленько на торжестве и заснула. Впечатленная пышным нарядом невесты, вижу что-то в стиле версальских романов. 

— На, держи, — старик сунул мне какой-то конверт и круглое нечто излучающее свет, лежащее на подставке, похожей на ажурный подстаканник. — Срочное письмо для его светлости. От самого императора! Иди, буди хозяина давай!

— Я? 

— Ты, ты! — закивал старик. — Ох, понаберут девок, а потом мучаешься с ними.

Развернулся и зашагал в темноту. А я… Я плечами пожала и решила сну своему подыграть. Осмотрелась. Оказалось, сижу на стуле рядом с дверью. Ее и отворила, зашла. А там и правда интерьеры дворца. Кровать такая с резными столбиками, с балдахином. Подошла ближе. На ложе обнаружился темноволосый мужчина. Он лежал, раскинувшись, только часть его оголенного тела была прикрыта легким одеялом, что давало мне возможность полюбоваться рельефами и оценить атлетичность. Ох, хорош сон, ничего не скажешь!

— Ну прямо спящий красавец! — хихикнула я и решила сделать видении еще более томным. В кой-то веки получила возможность управлять собственным сном.

— Ваша светлость, ваша светлость, — промурлыкала я и опустилась на кровать, вглядываясь в точеные черты лица спящего, особенно засмотревшись на губы. — Вам тут письмо…

Поставила светильник прямо на пол, и он тут же потух, позволяя мраку заполучить ту небольшую часть спальни, которой секунду назад владел свет. В полной темноте я решилась на еще большую шалость. А что? Мой сон — мои правила. Коснулась губ незнакомца легким поцелуем. Он чуть вздрогнул, шелохнулся и как-то так вышло, что наш поцелуй стал более глубоким.

Я только-только вошла во вкус, подумал, что управляемые сны — это круто, как мужчина вдруг сгреб меня в охапку, прижал к себе. Мгновение, и вот я уложена на лопатки, а  он нависает надо мной.  Его глаза, казалось, горели ярче, чем тот светильник, которому я опрометчиво позволила потухнуть, поставив на пол. В глубине сияющих омутов смешались непонимания, ярости, желания и, кажется, радости. Все это рассекали черные иглы нечеловеческих вытянутый зрачков. Но черт его лица я разглядеть уже не могла — слишком темно. Потому и не могла сделать никаких предположений о намерениях. Пугает? Злится? Проучить решил? Или всерьез?

— Кто ты? — выдохнул мужчина.

— Я… Письмо принесла, — шепчу насторожено.

— Письмо?

Я медленно кивнула и ощутила, как внутри начинает ворочаться что-то такое нехорошее, вроде как понимание, что это вовсе не сон, а какая-то странная реальность.

— Не важно, главное, что ты — она, — голос незнакомца был бархатистым и томным. — Нашел…

Он наклонился, губы коснулись моей шеи. Горячо и властно…

Э, нет! Это уже перебор! И не сон! НЕ сон!

Я  резко толкнула мужчину в грудь. Тот, не ожидавший такого, повалился на простыни сбоку от меня. Я тут же перевернулась и упала с кровати. Коленке больно, темнота непроглядная, но в мыслях только одно: «Бежать!» Поднялась и бросилась прочь, коря себя за несусветную глупость! Это надо же было, решить, что сплю и полезть целоваться к  какому-то мужику!

— Стой! Куда? — неизвестный схватил меня сзади поперек туловища. — Ты моя! Моя истинная!

— Ага, щаз! — рявкнула я и ударила его каблуком туфли по босой ноге. Хорошо, что не сняла обувь, когда в кровать полезла, а то так бы и стала «его». Присвоил бы, к рукам прибрал. И к другому месту тоже… кхм… приладил! Псих!

Мужик взвыл. Отпустил меня на секунду. Этого хватило, чтобы сделать рывок, добраться до двери. Выбегая в коридор ощутила, как кончики пальцев незнакомца мазнули по моей шее. Он зацепил жемчужные бусики, что были на мне. Те порвались, я машинальным движением успела подхватить только несколько штук, которые повисли на застежке. Не до них было, совсем не до них. Я помчалась по коридору, радуясь, что догадалась толкнуть дверь, и она шлепнула этого типа, дав мне еще несколько секунд форы.

Ноги сами несли прочь, вниз по лестнице, лабиринтами переходов, через двери, на улицу. Воздух! Свобода! За спиной были слышны крики, шум, приказы. Герцог поднял на ноги весь дом и организовал погоню? Так мне казалось. Вбежала в какое-то помещение. Под ногами зашуршало, запружинило. А я со всего маха в темноте врезалась лбом во что-то твердое.

«Все же сон превратился в кошмар!» — подумала я, ощущая, как гаснет сознание.
______________
Дорошие читатели! Приветствую вас в новом литмобе
8 авторов, 8 историй, 8 горячих героев-драконов и 8 самобытных попаданок!
Каждый день новая история! Читайте, будет оочень интересно! 

— Марьяна! Марияночка-а-а! — кто-то меня звал. 

Голос незнакомый, но имя мое. И оно у меня довольно редкое, обычно только одна Марьяна на квадратный километр приходится. Так что врят ли разыскивают кого-то другого. Но я даже глаза не открыла — так не хотелось просыпаться. Понимала, только дай сознанию получить контроль над телом, и настанет кара за то, как весело мы вчера на свадьбе у моей подружки Верки погуляли: накроет меня сушнячком и разбитостью. Голова и так уже болела. Еще и спала я на чем-то неудобном, все болело, везде кололось. Честно сказать, даже не помню, как и заснула. Последнее, что всплывает в памяти — это как мы, проводив Веру с ее уже мужем, шли обратно в ресторан догуливать. Я еще обернулась, посмотрела на убегающие вдаль огни автомобиля, позавидовала так беззлобно, радостно, по-светлому и подумала, что тоже замуж хочу. Прямо, можно сказать, желание загадала! А дальше… Наступило сейчас, где кто-то меня зовет, ищет, и что-то колючее впивается в бок и щеку.

— Марьяна, ты тут? — снова позвала неизвестная мне женщина. — Вастар сказал, что видел как тебя Брари подвозил, и как вы с ним сюда зашли. Марьяна-а-а-а…

Вастар? Брари? Что за имена такие? Хотя… У Веры же жених по матери армянин. Может кто-то из его родни меня подвозил? А куда? Вздохнула и поднялась, села.

 — Я тут! — подала голос. Вышло хрипло.

Глаза открыла и обомлела. Я сидела на сене в каком-то… не знаю… Амбаре? Большом сарае? Каким ветром только занесло! А в кулаке у меня было зажато несколько бусин и застежка… О, нет, только не говорите мне, что… Да нет, ерунда, наверное просто порвала во сне. Сунула это богатство в карман платья и подняла глаза.

На пороге стояла невысокая, но плотная женщина в странном платье до пола с повязанным поверх передником, а на голове — чепец. Будто из телевизора, где историческое кино показывали, вылезла. Еще интереснее было то, что один ее глаз закрывало стеклышко в темной оправе, от которого шла цепочка. Монокль? 

— Нашлась, пропащая! — выпалила она и резко шагнула ко мне.

Тут же споткнулась и рухнула в кучу сена. Выползая из него, неизвестная витиевато выругалась, помянув моих предков до седьмого колена.

— Околь! — воскликнула она и начала шарить руками в сене. — Околь потеряла! У, все из-за тебя, несносная.

— Из-за меня? — удивилась я, искренне не понимая, в чем повинна, а заодно отмечая, что стеклышко-то пропало, а женщина начала сильно щурится, пытаясь меня рассмотреть.

— Конечно! — она бросила поиски и, подобрав юбку, широко шагая, чтобы преодолевать сенные кучи, стала приближаться ко мне. — Только приехала и уже на сеновал с парнем, да?

— Я? — тут я четко ощутила, что запахло неприятностями, а тетя принимает меня за кого-то другого.

— Ты, ты! — выдала она и, добравшись до меня, схватила за волосы и потянула вверх, принуждая встать.

— Ай! — запищала я. — Пустите, ненормальная!

— Я тебе пущу! Так пущу! — прошипела в ответ взбесившаяся мадам. — Я тебе не мать, жалеть не стану! Что, думаешь, сестра моя ничего не рассказала про тебя? А? Все она рассказала! И что ты по парням шастаешь, с одного на другой прыгаешь, как белка с дерева на дерево, всю семью позоришь! Ага! 

— Я? Да что вы несете! — схватила запястье тетки и попыталась отцепить ее, но не тут-то было! 

Она стояла, как скала, сколько бы я не пыталась извернуться, сколько не лупила ладошками по ее предплечью, без толку.

— Правду! — заявила женщина и, слава богу хоть волосы мои отпустила, но тут же вцепилась мне в плечо. — Но я тут тебе такого не позволю! Быстро уму разуму научу. Понадобится, так хлыстом огрею! И не посмотрю, что ученая! 

И к выходу меня потащила.

— Женщина, вы меня с кем-то путаете! — абсолютно обалдев и сосредоточившись на том, чтобы не упасть вышагивая из сенной кучи, проговорила я.

Ненормальная остановилась, прямо в лицо мне глянула, сощурилась снова, присматриваясь.

— Ага, путаю, как же! — хмыкнула она. — Я что ж, по твоему, родную племянницу не узнаю? Да и патлы эти твои приметные!

— Патлы? — задохнулась я возмещением.

Это она о моих прекрасных пышных светло-пшеничных кудрях говорит.

— Пошл-и-и… — протянула эта тетя и вытолкала меня на улицу.

И тут я обалдела второй раз. Потому что оказалось, что не просто проснулась на сеновале, а очутилась на… Не знаю… Возможно конюшнях представшего перед моим взором замка. А в трех метрах от меня за уздечку вели не лошадь, нет. Там гордо, но послушно шагал здоровый, размером с добрую корову, ящер с крыльями. Не то дракон, не то виверна…

— Какого лешего… — прошептала я почти онемевшими губами, а в мыслях уже стали вырисовываться предположения. И все, как одно, невероятные и фантастические. А откуда другие-то, когда прямо перед тобой дефилирует мифическое существо? И самое страшное из них было то, что встреча с герцогом мне не приснилась…

— Где я? — выдохнула коротко.

— Где, где? — фыркнула новообретенная тетушка. — Там, где и должна. Во владениях герцога Дор-Сордарского. Чего комедию ломаешь? Пошли скорее. Я обещала госпоже Рауле привести тебя ранехонько утром, еще до завтрака. А ты, непутевая, кхм… Скажем так, заплутала!

Охнуть не успела, а тетя потащила меня по тропинке вперед. Я оглянулась и увидела, что из кучи сена выглядывают двое: такая же белокурая кудрявая девица, как я и какой-то парень. Похоже, без своего околя, потерянного в сене, женщина, что упорно волокла меня в сторону замка, была слепа, как крот и действительно приняла меня за свою племянницу.

— А-а-а-а… — протянула было я, указывая на дверь. Собиралась сообщить этой не слишком приятной женщине о недоразумении, о том, что ее молодая непутевая родственница осталась в сене, но та слова мне вставить не дала.

— Ты хоть представляешь, чего мне стоило устроить тебя на такую должность! Гувернанткой к самой племяннице герцога! — вещала она. — Девчонка, конечно, не подарок, а ее мать — такая же… эм… своеобразная, как и ты, но главное, что место хорошее. Жалование приличное и жилье в замке предоставляют. И будешь у меня на глазах!!! И только попробуй еще с каким-то на сеновал или в кусты…

Женщина притормозила и замахнулась на меня. Вот-вот бы стукнула!

— Стоп! — выпалила я, осознавая сказанное ей.

Получалось-то, что я попала. Не в смысле влипла, а в другой мир. А вот уже из этого следовало, что влипла. Я была в себе, в своем родном теле, даже платье на мне то, в котором на свадьбе была. А значит, даже если предположить, что все это мне снится, является продолжением истории с письмом, то пока надо как-то устроиться, чтобы сон (если это, конечно, он) не стал страшным (хотя куда уж страшнее). Гувернантка — профессия не плохая, надо брать. А там, когда все поймут, что не ту трудоустроили… Ну как-то разберемся. Хотя… Учитывая герцога и нашу с ним встречу. Ох, нет, лучше бежать. Но от этой хваткой так просто не убежишь. Надо быть хитрее.

— Простите, тётушка! — вымолвила я. — Все поняла, все осознала, дико благодарна за заботу и обещаю вести себя скромно, мужчин обходить стороной, глаза опуская долу.

Женщина занесенную руку опустила, сощурилась, видимо, пытаясь разглядеть мимику на моем лице. Я ресницами похлопала, хотя не была уверена, что она это заметит. Думаю, она ничего, кроме размытого цветного пятна на месте моего лица не видела, но это и к лучшему. Вопрос только как она шла, не спотыкаясь. Привычная, наверное, знает тут все.

— То-то же, — наконец произнесла “тётушка” и, взяв меня уже под руку, продолжила свой путь. — Ничего не вижу без околя, види давай к черной двери…

— Хорошо, — отозвалась я, но вела нас все равно моя новая знакомая.

— Опаздываете, — строго и басовито выговорила дородная женщина, встретившая нас на пороге замка.

— Простите, госпожа Раула. Моя племянница приехала затемно и немного заплутала, не сумела найти мой домишко. Бедняжка ночевала в сенном амбаре, — елейным заискивающим голоском сообщила женщина.

— То-то вид у нее такой помятый, — и Раула протянула руку и вытащила из остатков моей прически длинную сухую травинку. — Ну да делать нечего, надо идти так. Герцог ждать не любит. Идем.

Она распахнула дверь и махнула рукой, чтобы я следовала за ней. “Моя тётушка” шагнула было первой, но Раула ее остановила.

— А ты останься, не за чем тебе идти! Тем более без околя. Ты ж без него слепая совсем! Еще вазу какую-нибудь кокнешь!

Уф! Я даже выдохнула. Забрезжила надежда на побег.

По коридорам замка Раула шла очень быстро, таким широким шагом, что я едва за ней успевала. 

— Я — управительница в замке его светлости герцога Этгара Дор-Сордарского, — сообщила мне Раула по пути. — На случай, если ты не знала. Племянницу герцога зовут Мериетта. И она настоящий катастрофа в юбке, а тебе ее учить надо. Будь готова. И кстати, на, прочти это…

Женщина сунула мне в руку какой-то листок. Я его развернула, полагая, что попалась и не пойму и знака, но нет, все оказалось просто. У меня в руках был список продуктов, который я легко прочла.

— Хорошо, — продолжала Раула. — И это подсчитай.

Новый листок оказался в моей руке. Там был опять список, но с ценами, нужно было вывести итог. Позиций при этом всего пять. Программа начальной школы, в общем.

— Цифры Мериетта больше всего не любит, учти, — забирая листок, сообщила управительница. — Пришли.

Мы оказались в широком коридоре прямо перед резной высокой дверью. Раула постучала. В ответ тишина. Она надавила на ручку и заглянула в кабинет.

— Ушел куда-то, надо ждать… — сквозь зубы, прикрыв дверь и оставшись в коридоре, явно не обрадовавшись такому повороту событий, заключила женщина. — Вот что бывает, когда опаздываешь! — и сверкнула в меня глазами так не хорошо. — Не люблю опоздунов!

— Госпожа Раула, госпожа Раула! — с другого конца коридора к нам на всех парах неслась какая-то девушка в коричневом платье и белом переднике. — Там беда! На кухне пожар!

— Что? Как? — округлила глаза управительница.

— Ну-у-у-у, — протянула девушка. — Как обычно…

— Мериетта… — выдохнула Раула и бросила мне: — Стой тут, никуда не уходи! В кабинет его светлости не суйся!

С тем и умчалась вместе с принесшей плохие новости девушкой. Как только они завернули за угол, я рванула прочь, дальше по коридору, вниз по лестнице. Один пролет, промежуточная площадка, и я замерла.

Там, внизу, у края второго пролета, разговаривая с каким-то мужчиной и возмущенно размахивая листком бумаги, стоял он. Тот самый мужчина из сна. Или не сна. Ну, наверное, надо принять, что все же он из абсолютно немыслимой, но реальности, в которой я оказалась. Черт! На глаза ему попадаться было нельзя.  Развернулась и бросилась назад. Снова тот же коридор. Дернула ручку ближайшей двери — заперто. Другой — то же самое. А вот дверь в кабинет была открыта. 

— Да он же сюда и придет! — простонала тихо, ворвавшись в этот самый кабинет и закрыв за собой. — Шкаф!

Объемный предмет мебели показался мне хорошим укрытием. Временным, конечно. Пока мысли в кучу не соберу. На цыпочках подошла к нему, распахнула створки. Укрытие оказалось уже оккупированным.

— Ты кто? — спросила, глядя на меня большими голубыми глазами девочка, что была там.

— Не знала, что тут уже занято! — выдохнула я.

— Одни сутки! Сутки! Ты понимаешь? — раздалось из-за двери.

И это был голос герцога. Его бархатистый тембр я узнала легко.

— Так кто ты? — повторила вопрос девчушка.

— Не важно, подвинься! — выпалила я и полезла в шкаф, отодвинув пару вешалок с костюмами, что там висели.

Голубоглазая хихикнула и шагнула чуть правее, давая мне место. Мебельные створки мы с ней закрыли как раз в тот миг, когда открылась дверь в кабинет, и на пороге появился герцог.

В шкафу пахло на удивление приятно, чем-то цветочным. Даже уютно, в тесноте да не в обиде, как говорится. Только вот голоса, раздававшиеся в кабинете, пугали. По крайней мере один. Герцога. Местный хозяин был явно чем-то не просто раздосадован, а прямо взбешен.

— …жену за сутки?! — возмущался он. — Еще бы за час приказал…

— Ну что вы так нервничаете, ваша светлость, — пытался успокоить его какой-то мужчины. — Вы все равно планировали свадьбу в ближайшем будущем. Я ведь лично подбирал кандидатуры, помните? И миледи Грейв-Соле, уверен, надеется…

— Обстоятельства изменились! — рявкнул герцог, да так, что мы обе, и я, и девчушка, в шкафу вздрогнули, переглянулись и припали к щелке между дверьми, чтобы постараться подглядеть, что твориться в кабинете.

— Мне ей именно так и сказать? — спокойно, но с легкой издевкой усмехнулся второй, неизвестный мне мужчина.

— Да! — сперва выдал хозяин дома, потом вздохнул, плюхнулся в массивное кресло, что стояло у письменного стола, и, откинувшись на его спинку, потер высокий лоб: — Нет… Придумайте что-то, причину, почему я… 

— А ты что тут делаешь? — шепнула девчушка, дернув меня за юбку и отвлекая от подслушивания-подглядывания.

— Прячусь, — ответила я тихо.

— А что натворила? — уточнила она.

— Ну-у-у-у… — протянула я озадаченно.

А действительно, что? Спутала реальность со сном и повела себя так, как приличной девушке вести себя не стоит: залезла в койку к мужику, да еще и целоваться удумала. Такого ребенку не скажешь. А если поглядеть с другой стороны, то… Не окажись я тут, ничего бы и не случилось!

— Появилась в этом мире… — вздохнула я.

Я-то говорила прямо, о своем попаданстве, но моя соседка, похоже поняла все иначе, по-своему.

— А, да, это мне знакомо, — грустно прошептала она. — Бывает такое: родилась и сразу неугодна…

Я даже от щелки взгляд оторвала, перестав наблюдать за тем, как продолжают диалог двое мужчин — настолько многозначительным и взрослым было это высказывание. Такое девочки, которым на вид лет пять-шесть, говорить не должны. Потому что и чувствовать ничего подобного не должны. Захотелось пожалеть голубоглазку, а лучше защитить от тех, кто заставляет ребенка считать себя неугодным.

— А ты вообще кто? — задала новый вопрос моя соседка.

— Хм… Ну, учитывая, что я сижу в шкафу, то, по-видимому, я — моль! — улыбнулась я и протянула ей руку, надеясь тему сменить и поднять малышке настроение. — Моль. Предпочитаю обедать шерстяными мужскими костюмами… — толкнула плечом как раз один такой, что висел в нашем укрытии. — Очень приятно познакомиться!

— Мериетта, — девочка пожала мою руку.

— О, маленькая герцогиня? Я бы присела в реверансе, но тут узковато… — прошептала я, напрочь забыв об осторожности, о том, что нас могут и услышать. Просто хотелось отвлечь ребенка от грустных мыслей. —  А если серьезно, то я вроде как тут, потому что меня хотели нанять в качестве твоей гувернантки… Но что-то пошло не так…

— А разве моль может быть гувернанткой? — в голосе Мериетты слышались смешки. Вот и хорошо!

— Так я же не какая-то там моль, я вон какая! Ты погляди на мой размер! Крупная! Могу за один присест съесть пару шерстяных костюмов! — решила пошутить я. — Думаю, меня хотят нанять еще и потому, что герцогу нужен повод, чтобы сменить гардероб. «Мои костюмы моль съела!» — отличный же повод! Так что, чтобы увеличить свои шансы понравиться и получить должность, начну уничтожать герцогские одежки прямо сейчас!

Я стянула с плечиков один из пиджаков и произнеся «Ам!» вцепилась в него зубами. Мериетта рассмеялась в голос, сдавая нас, напрочь забывших, что мы вообще-то прячемся и должны вести себя тихо, со всеми потрохами.

Яркий свет резко ударил по глазам. Это распахнулись дверцы шкафа. 

— Ой… — произнесла девочка.

Я бы тоже сказала что-то, и, возможно, даже не «Ой!», а нечто вроде «Полундра!», но мой рот был занят пиджаком. А на нас, между прочим, сдвинув шикарные темные брови к переносице сердито хмуро смотрел его светлость герцог Дор-Сордарский.

«Попалась!» — подумала я и с громким «тьфу!» выпустила край пиджака изо рта.

— Я сейчас все объясню… — начала было лепетать тихо и сбивчиво, но тут кто-то громко  настойчиво постучал в дверь кабинета.

— Конверс, глянь, кто там пришел? — чуть повернув голову назад, обратился к мужчине, своему собеседнику, герцог.

Тот вытянул шею, чтобы попытаться рассмотреть, что там такого удивительного увидел в шкафу герцог. Но, услышав его приказание, тут же втянул ее в плече, кивнул и направился к двери.

— Кто это такая? — почти шепотом спросил у Мериетты его светлость.

У меня аж глаза расширились от удивления. Он меня не узнал? Или прикидывается? Герцог смотрел с интересом и немым вопросом во взгляде: мол, что за нахалка в его шкафу сидит? Но ничего больше в его взгляде не было. Не узнал он меня! Совсем. Абсолютно! 

— Моль, дядя… — так же тихо ответила девчушка, и красивая бровь герцога уползла вверх так высоко, что чуть линии роста волос не коснулась.

А меня осенило! Конечно же, когда я ночью зашла со светильником, хозяин дома спал, меня, естественно, не видел. А потом-то свет погас, темнота была непроглядная. И тогда получается, что… Герцог-то меня и не видел!

— Ой, господин Конверс! — послышался из-за приоткрытой двери голос Раулы. — Хорошо, что тут вы, а не его светлость! Мериетта опять устроила форменное безобразие и теперь наверняка прячется здесь. Надо найти эту негодницу и всыпать ей, пока герцог отлучился…

— Я никуда не отлучался, Раула, — сказал громко хозяин дома, но взгляда при этом от нас с девочкой так и не отвел. — И Мериетта тоже… Заходите!

И мужчина отошел в сторону, давай возможность  управительнице разглядеть нас обеих. Как только меня перестали буравить пристальным взглядом, я ощутила, как волнение медленно начало отпускать, улетучиваться, уходить из меня, как воздух из неплотно завязанного шарика.

— Ой, вижу ваша светлость уже познакомился с новой гувернанткой племянницы! — выдохнула управительница, увидев меня, все еще стоящую в шкафу.

— Пока нет, — ответил герцог, отходя к столу. — Но вижу, что она со своей подопечной контакт нашла. Хотя по-хорошему стоило сперва хотя бы представиться ее опекуну, то есть мне…

— Пошли, — шепнула мне Мериетта, хватая за руку и сделав шаг из шкафа. 

Я поддалась, но неохотно. Пока герцог-дракон, признавший во мне при нашей ночной встрече истинную, особого интереса к моей персоне не проявлял, схватить не пытался. И по всему выходило, что не знает он, как выглядела его ночная гостья. Хотя нельзя было исключать, что он просто при свидетелях держал свои звериные инстинкты (а в книжках пишут, что они очень сильны) в узде, или выманивал меня, бдительность усыплял. А может все еще проще: насочиняли все в книженциях нашего мира о драконах. Не такие собственники они на самом деле? Но внутренняя осторожность нашептывала, что герцог элементарно пока меня не разглядел как следует. А вот выйду из укрытия, и все, тут же прикажет схватить, связать, в спальню к нему тащить. Потому, шагнув на застеленный ковром пол кабинета, я была вся, как взведенная пружина: напряжена до скрежета, готова в любой момент сорваться и бежать.

— …или мы с вами встречались прежде? Уже представлены? — уточнил его светлость, бросив на меня еще один внимательный взгляд.

— Нет! Никогда не встречались! — поспешила уверить я мужчину. 

Вышло уж очень резко и визгливо. Конверс аж поморщился от неожиданно возникшей у меня писклявости.

— Это Марьяна, — назвала мое имя управительница. — Помните я говори вам о племяннице Сиретты, нашей кормчей?.. Так это она.

Герцог коротко кивнул и перевел свой изучающий взгляд с меня на Мериетту. Девочка тут же это заметила, но не стушевалась, гордо подняла подбородок. Однако, маленькая ручка крепче сжала мою ладонь.

— Раула, вы что-то говорили о безобразии и наказании, — произнес полным льда тоном герцог. — Хотелось бы подробностей…

— Да, ваше светлость… Делов том, что у нас на кухне начался пожар… — заговорила Раула.

— Это я! — зачем-то перебила я управляющую. Наверное потому что ощущала, что детская ладошка в моей руке стала влажной и понимала: как бы гордо и невозмутимо не выглядела девчушка, ей было страшно.  — Все я!

Секунду подумала и добавила еще большую глупость.

— Но оно само! Там просто был уголек… Ну в этой…

«А тут как готовят? В печи? Или магией? Черт его знает!» — подумала сбивчиво.

— В хлебовне? — подсказал мне герцог, и на губах его появилась усмешка. 

Кажется, он сразу понял, что я решила выгородить Мериетту. Еще бы! И? Решил подыграть?

— Да, в ней! — закивала я, глянув на управительницу. — А он выскочил… А я его хотела обратно! А он упал на эти… Как их… Сухие…

— Чайные травы? — прикрыв рот, видимо, чтобы не рассмеяться, подставленным кулаком снова подсказал герцог.

— Ага! Ну и вспыхнуло! Я тушить, но какой там! Да и мне ж сюда, чтобы получить назначение, надо было торопиться! Ну и вот… — закончила я вздохом и повинно повесила голову. 

— Да что ты такое говоришь?! — возмутилась Раула.

В отличие от герцога, ей моя попытка взять на себя вину ребенка явно категорически не понравилась.

— Ясно, — перебил управительницу строгим тоном его светлость. — Что ж… Прискорбная случайность, конечно, но если все действительно так, то… Я буду вынужден с вами проститься и искать другую кандидатуру на должность гувернантки моей племянницы. 

Он сделал небольшую паузу, давая мне осмыслить услышанное, и добавил:

— Или все же хотите что-то сказать?

Герцог давил на меня, как на маленькую: «Говори правду, ибо я ее и так знаю, но если сама сознаешься, последствий будет меньше». Трижды ха! Я на такое не ведусь, господин герцог-дракон!

— Только одно, — вздохнула я. — Тысяча извинений!

«Ну все! Окажешься ты, Марьяша, на улице сейчас. Без гроша, в чужом мире и с репутацией ходячей беды. Поздравляю!» — шепнул мне мой внутренний пессимист. И внутренний оптимист, зараза, в этот момент только развел руками, плечами пожал и кивнул, не посмев что-то возразить. Приплыли!

Герцог встал, заложил руки за спину и медленным шагом направился к нам. Мы обе, и я, и Мериетта, замерли в ожидании.

— Это все? — уточнил он.

Обращался мужчина ко мне, но остановился при этом подчеркнуто напротив Мериетты. И смотрел тоже на нее.

— Все, ваша светлость, — кивнула я.

— Вы уверены? — не унимался дракон.

Малышка чуть дернула меня за руку, привлекая внимание, и я посмотрела на нее. Наши взгляды встретились. Глаза девчушки оказались наполнены удивлением, горечью и мольбой. Мне было не совсем понятно, чего она хочет: просит не выдавать несмотря на то, что для меня это будет означать потерю перспективной должности, или все же хочет, чтобы я сказала правду, получив возможность остаться с ней. Я вопросительно приподняла бровь, и девочка слегка отрицательно повела головой. Значит, все же значит просит не выдавать…

— Уверена, ваша светлость! — снова подняла я  глаза на мужчину.

Теперь он смотрел на меня, внимательно и испытывающе. И в его шоколадных глазах читалась явная заинтересованность.

— Ну что ж, — вздохнул он. —  Все значит все. Раула подсчитает ущерб и предоставит счет на возмещение в корчму тетушки этой барышни. 

— Ох, уж я-то все до последнего сгоревшего чайного листа учту! — пригрозила управляющая, глядя на меня полным гнева взглядом. 

Не понравилось ей, что я малышку выгораживаю, прямо вот до зубного скрежета не понравилось. Так что она готова была повесить на меня долги за ущерб, которого я, как она несомненно знала, не причиняла. Ну и ладно! Тетушка-то на самом деле не моя. Принесут ей счет, а тут я нарисуюсь, предложу отработать. Наверняка ведь согласиться. И мне крыша над головой и пропитание будут обеспечены. А там посмотрим. Так что не напугали вы меня, господин герцог, долгами. Даже спасибо за них!

— Конверс, проводите, пожалуйста, нашу гостью. Проследите, чтобы она нашла самый кратчайший путь к выходу из моего замка, — сказал хозяин дома и направился обратно к столу.

— Да, ваша светлость, — до этого молчавший и скрывавший свою долговязую фигуру в полутени мужчина шагнул вперед. — Прошу, Марьяна.

Он указал на выход, я сделал было шаг вперед, но Мериетта меня не пустила.

— Нет! Нет, дядя! — выпалила она, обежала меня и встала впереди, лицом к герцогу, раскинув руки в стороны. — Я не хочу, чтобы она уходила! Если прогонишь ее, я опять кухню подожгу!

— Опять? — бровь герцога снова вопросительно взлетела вверх, а на губах появилась легкая, почти незаметная усмешка, выражающая короткое: «Попалась!» — Что значит «опять»?

— Ой… — вымолвила Мерриетта, вздохнула и опустила голову и ручки.

— Так значит пожар — твоих рук дело? — уточнил герцог.

— Угу… — буркнула девчушка.

— Вот же чертенок! Ты хоть знаешь, что там гасительный артефакт сработал?! — встряла возмущенная, но обрадованная надеждой, что девочка получит по заслугам за свой поступок, Раула. — Все плавает, все намокло! Свежеиспеченный хлеб теперь только свиньям на корм…

— Раула… — процедил герцог, отдергивая перебившую его управляющую. — Я сам разберусь!

— Простите, ваша светлость, — тут же потупила взор женщина.

— Прости, дядя, — вторила ей девчушка. — Я больше так не буду…

Я не удержалась и хмыкнула, потому что в этом «не буду» искренности было — на грамм не наскребешь. Неужели малышка — пироманка? Зачем она устроила пожар, приведший к потопу? Непонятно… Но сердце подсказывало, что дело не в том, что Мериетта какая-то злобная вандалка, а в чем-то другом. Кажется, герцог тоже это понимал ее мотивов. Он вздохнул, снова сел за свой стол и потер переносицу.

— Конверс, проводите, пожалуйста, мою племянницу в его комнаты и выдайте ей самую скучную работу, какая только найдете на кухне, — озвучил свою просьбу мужчина. — Думаю, после случившегося кухаркам не помешают лишние руки…

О, а это неплохое наказание. И девочка при деле, и тем, кому насолила, помогает, и посильно для ребенка. А я уж боялась, что у них тут порки в ходу! Долговязый, кивнул, подошел к девочке и, взяв ее за руку, повел к выходу. Та не сопротивлялась, только кинула на дядю грустный взгляд.

— Раула, помогите советнику выбрать занятие для Мериетты, пожалуйста, — добавил герцог.

Управляющая чуть присела и тоже развернулась к двери.

— А как же моль Марьяна? — оглянувшись на пороге кабинета, уточнила девочка и во взгляде было столько надежды. Хотела, чтобы меня отпустили с ней? Похоже на то!

— А ее я попрошу задержаться, — сообщил герцог.

Малышка перевела взгляд на меня и выражение личика было таким забавным, будто бы она безмолвно хотела сказать мне, чтобы я держалась и не пасовала перед этим драконищем. Девочки не сдаются!

Я постаралась улыбнуться ей, но вышло вымученно. Потому что перспектива остаться один на один с этим мужчиной-драконом меня совсем не радовала. Зачем задержал? О чем хочет поговорить? Неужели все же узнал? Присмотрелся и понял, что я и есть та самая ночная гостья? Может быть я была права, и он просто сдерживался? Ох, и попала же я!

Дверь за Раулой закрылась, и я осталась один на один с мужчиной, который был, на секундочку, герцогом и вдобавок драконом. Серьезно? Такое возможно? Это же бред какой-то! А я сплю!

Ущипнула себя украдкой за руку, надеясь проснуться. Чуда не случилось. Реальность оставалась реальностью, какой дикой, ненормальной, невероятной она бы не была.

— Итак, — заговорил мужчина, и я даже вздрогнула под его пронзительным взглядом. — Марьяна?

— Марьяна, — кивнула я утвердительно. Имя-то было мое, родное.

— Гувернантка значит? — недоверчиво поинтересовался дракон.

— Да, — кивнула я. — Если, конечно, ваша светлость утвердит мою кандидатуру…

— Мериетта уже утвердила! — перебил он. — Она ни за кого никогда не просила, так что… Это должность ваша.

— Безмерно благодарна за доверие, — я присела, надеясь, что дракон примет этот жест за реверанс, хотя делать его, естественно, не умела. В нашем двадцать первом века такому не учат!

— Не ожидал, что учить Мериетту будет племянница владелицы местной корчмы… — чуть нахмурившись, произнес герцог. —  Ваша тетка — женщина хваткая, сообразительная, но все же далека от того, чтобы уметь справляться с задачами, подобными воспитанию маленьких леди. А вы моей племянницы быстро понравились…

— Эм… Есть нюанс, ваша светлость, — решила, что если уж у меня есть возможность остаться при Мериетте, то надо бы сразу обозначить, что мы с притащившей меня в замок женщиной не родственники. 

Это ведь все равно всплывет, и скоро! Герцогу точно не понравиться, что я выдаю себя за кого-то, кем не являюсь.  Так что как только тайное станет явным, у меня будут проблемы. Большие. А у меня и так они уже есть: попадание в другой мир — это вам, знаете ли, не прогулка по парку! Мне бы способ вернуться назад найти надо как-то. Если он вообще, конечно, существует. В общем, надо бы самой сознаться в отсутствии родственных связей с владелицей корчмы. Прямо сейчас…

— Нюанс? — герцог придвинулся ближе, положил руки сцепленные в замок, на стол. — Я весь во внимании…

— Я не племянница госпожи кормчей, — быстро выпалила я, пока не передумала.

— Нет? Но Раула представила вас именно так, — герцог нахмурился.

— Да, знаю, — закивала я, старательно соображая, как бы так все рассказать, чтобы при том… эм… ничего не рассказывать. — Это потому что меня привела госпожа Сиретта. Она потеряла свой околь и сослепу спутала меня со своей родственницей!

— И почему же вы ее не поправили, позвольте поинтересоваться? — возмущенно и настороженно хмыкнул мужчина.

— А вы с ней встречались? Ей же невозможно возражать! — эмоционально отозвалась я. И это было чистой правдой. — Она меня схватила и поволокла! Будто бы я коза или теленок какой-то! И та-а-а-ак отчитывала за опоздание! Аж все мои попытки объяснить ей, что она обозналась, превратились в мычание да блеяние!

Герцог наклонился и закрыл лицо рукой, его плечи начали сотрясаться. Кажется, он пытался справиться с приступом дикого хохота.

— А вы весьма откровенны, Марьяна! — заявил он, справившись с собой и снова взглянув на меня. — Если вы не племянница Сиретты, то кто же? Кто ваши родители?

— Моих родителей в этом мире нет, — вывернулась я и потупилась. Понимала, что вот сейчас придется врать, а у меня с этим трудности. Не умею я, сразу на лице написано, что говорю неправду: щеки краснеют, глаза начинают бегать и тому подобное неконтролируемые реакции организма случаются.

— Значит, вы сирота. И, вероятно, услышав об открывшейся в моем доме вакансии, будучи образованной, решили попытать счастье. Потому и не  сказали Рауле, что кормчая привела не ту девушку, — хвала небесам, герцог все и додумал, и озвучил сам. Мне оставалось только кивнуть, что я благополучно и сделала.

Мужчина встал, приблизился, обошел меня по кругу, оценивающе рассматривая. Это было странно. И страшно. Опять вспомнилось ночное приключение: он на кровати, почти обнаженный… Такой… Такой горячий! И тот поцелуй… Меня бросило в жар. Пришлось даже облизнуть пересохшие губы.

— Знаете что, Марьяна, — все еще изучая меня придирчивым внимательным взглядом, сказал герцог. — Я готов предложить вам повышение…

— Повышение? — удивлению моему не было предела. — Но я ведь и к обязанностям гувернантки еще не приступила. Разговор в шкафу в Мериеттой, мне кажется, не считается…

— Хорошо, назовем это работой по совместительству, — герцог остановился прямо напротив меня, так близко, что это было почти интимно.

Он, высокий и широкоплечий, смотрел на меня сверху вниз, а я чувствовала себя такой маленькой, такой хрупкой рядом с ним, но не было в этом что-то приятное. Будто бы я — прекрасный цветок, а он — каменная стена, которая защищает меня от всех ветров мира…

— Мы точно с вами прежде не встречались? — уточнил герцог тихо и вкрадчиво.

Мое сердце замерло. Неужели он все же узнал, понял, что я и есть та самая гостья, что посетила его ночью, та, в ком он признал свою истинную?

— Ваша светлость, у простой девушки мало шансов завести с вами знакомство, — потупившись, делая вид, что смущаюсь, ответила я. — Учитывая этот нюанс, как думаете, могли ли вы быть где-то представленным девушке из среднего сословия, да еще и сироте?

И вздох такой печальный, отчаянный. Ой, хорошо играю! Где только пылился прежде во мне этот актерский талант? Отродясь, вроде бы, не было. Видимо прорезался из-за всего случившегося. Жизнь заставит, как говорится, еще не так раскорячишься. Мне главное помнить, что врать — себе дороже, сразу ясно становится, что не правду говорю. А вот уходить от прямого ответа — это мое, это я умею, практикую.

— Хм… Действительно, нигде, — дракон нахмурился и отошел от меня на пару шагов.

Боже, мне даже дышать стало легче. Эко он властный, такое чувство, что даже воздух густеет, когда он подходит. А мое сердце начинает биться с такой силой, что кажется пытается совершить побег из грудной клетки.

— Так вы готовы принять мое предложение? — спросил мужчина, поворачиваясь ко мне спиной и отходя к столу.

— Эм… Какое? Вы его не озвучили… — уточнила я. — Предложение о работе по совместительству? 

— Угу, — буркнул герцог Дор-Сордарский. — Предложение руки и сердца.

Я сглотнула, подобралась вся, замерла. Не ослышалась же? Он сказал: «Руки и сердца?» То есть в мужья мне набивается. Вот же… Ну точно узнал! Просто понял, видимо, что в прошлый раз напугал своим напором, и решил действовать иначе, вести себя поспокойнее. Так получается? И что же мне теперь делать? Бежать? Тогда удрать получилось, но на моей стороне был эффект неожиданности, темнота ночи и стечение обстоятельств. А сейчас, средь бела дня… Нет, не убегу. 

— Простите, ваша светлость, но я не понимаю… — захлопала ресницами, изображая полнейшее смятение.

Дракон развернулся, присел на край стола, что, наверное, было демонстрацией намерений говорить по-простому, доверительно.

— Эдгар, — коротко выговорил он, а следом, заметив, немой вопрос, отразившийся в выражении  моего лица добавил:

— Это мое имя. Учитывая предложение, которое я вам делаю, вы, Марьяна, можете называть меня не ваша светлость, а просто Эдгар.

— Эм… Даже не знаю, что и сказать, — сбивчиво отозвалась я. — Наверное, девушка моего положения и статуса должна быть польщена оказанным доверием, но…

— О, я уже оказал вам гораздо большее доверие, утвердив на должность гувернантки Мериетты, не попросив никаких рекомендаций, не заручившись поручительством родственников, как это было бы, окажись вы племянницей нашей кормчей, — прервал меня дракон. — Но тут дело не в том, что вы мне так уж понравились, а в моей племяннице и ее характере. Она обычно не подпускает к себе людей, изводит каждую, кого назначают ей в няньки, горничные, гувернантки. А вас она приняла. Это странно, но рождает надежду на то, что ваше наставничество даст плоды. Однако…

Герцог сделал паузу, будто бы собирался с силами, искал какие-то слова, чтобы выразить то, что собирался кратко, но полно.

— Скажем так, я тоже оказался в затруднительном… Нет, даже в безвыходном положении… — сообщил Эдгар.

О! А уж в каком затруднительном положении оказалась я! Это и не передать словами. Попала в другой мир, подумала, что это сон, полезла с поцелуями к красавцу, а он — не сон вовсе, а самый настоящий мужчина, который, вестимо, захотел меня… Заграбастать! И вот я стою тут. Перед ним. Кто-нибудь объясните, почему я еще не бегу в сторону канадской границы? Ах да, потому что… Тут нет ни Канады, ни ее границы!!! Вот тебе и безвыходность. Зато тут есть драконы. И мужчины-драконы, и настоящие звери-драконы. Уже довелось увидеть по одной штуке каждого. После такого неудивительно, что я полезла прятаться в шкаф. Знала бы, где тут психбольница, заглянула бы на обследование. Ну а вдруг в моем скворечнике кукушечка издохла.

— Я понимаю, подобное для молодой миледи — это обычно большой шаг. Нужно согласие родни, но вы ведь сирота, — продолжал между тем герцог Дор-Сордарский. —  Впоследствии могут быть проблемы с создание семьи. Но это только в случае, если о предыдущем браке станет широко известно. Я готов дать обязательство о неразглашении, за пределы моего герцогства это не выйдет. Почти… Зато гонорар…

— Во имя всего сущего, ваша светлость! — я не выдержала, потому что уже не понимала, о чем он толкует. — Будьте кратким! Чего вы от меня хотите?

Эдгар на несколько секунд замер. В его темно-зеленых глазах читалась борьба, на скулах ходили желваки, будто бы он злиться. Но на кого? На меня? На себя? Понять невозможно. Он оттолкнулся от стола, выпрямился и, глядя на меня прямо и пристально, отчеканил:

— Марьяна, будьте моей женой!

— А мы точно с вами нигде не встречались? — теперь уже я посмотрела на мужчину с прищуром.

Предложение было неожиданным, но вместе с тем наталкивало на мысли о том, что дракон прикидывается, будто не узнал меня. Может быть, это такой маневр, хитрый план, с помощью которого герцог пытается удержать меня рядом с собой?

— Вы же сами сказали, что разница в нашем сциальном положении не способствовала знакомству, — немного потеряно отозвался Эдгар. Кажется, такого ответа на свое предложение он не ожидал.

Хм… Мне было ясно, что герцога есть какой-то скрытый, непонятный мне мотив, руководствуясь которым он и сделал мне предложение, но не похоже, что это связано с нашей ночной встречей.

— Да, но у меня нет никаких предположений, что могло бы заставить вас сделать мне ТАКОЕ предложение! — я попыталась изобразить смущение. — Это что, любовь с первого взгляда?

И взгляд на него поняла, ресницами захлопала, стараясь продемонстрировать что-то вроде зародившейся надежды на прекрасное.

Дракон закашлялся, замялся, занервничал.

— Нет, Марьяна, нет! — выдал он. — Я же обозначил, что это работа. Повышение, помните?

— Я ничего не понимаю! — решительно заявила в ответ. — И начинаю раздражаться! Вы просите моей руки, но при вместе с тем называете предполагаемый брак работай!

— Именно. И надеюсь, это позволяет вам понять, насколько затруднительно мое положение! — выдал герцог. 

— Позвольте я сяду! — выпалила коротко.

А потому что мне и правда надо было сесть. Я уже ничего не понимала и ощущала, как нарастает внутри, в моих мыслях и чувствах растерянность. «Бежать или не бежать?» — вот в чем вопрос.

Не дожидаясь позволения, я подошла к гостевому креслу и расположилась в нем.

— Нет уж, ваша светлость, исполнять обязанности жены я не стану! Нужна гувернантка? Это я с радостью! Но супруга — извините, нет! — выдала сбивчиво. — Жить с вами за деньги? Да за кого вы меня вообще принимаете? 

— Жить со мной? — тут уже растерялся герцог. — Эм… Если вы имеете в виду исполнение супружеского долга, то нет, о таком я вас не прошу. Клянусь, не стану посягать на ваше честь. Мне нужно прикрытие…

— Перекрытие? — хмыкнула я и, поднеся пальцы к вискам, помассировала их, изображая головную боль. — Ваше светлость, или отпустите меня с миром, или говорите уже на чистоту! Мне надоел этот разговор, вертитесь, как уж на сковороде!

Дракон скрипнул зубами и устремил на меня гневный взгляд. Ну да, я маленечко подзабыла, с кем говорю. Вряд ли Эдгар Дор-Сордарский привык, чтобы с ним разговаривали в подобном тоне. Но, видать, и правда очень уж ему нужна была жена, потому что мужчина меня не выставил за дверь, а продолжил.

— На чистоту? Что ж, хорошо! — глухо заявил он. — Мне нужна жена. Сегодня. Приказ императора.

— Ха! У вас император и жениться к сроку может обязать? Ну и порядки! — выпалила и тут же прикусила язык, но было поздно.

— У нас? А у вас, Марьяна, не так? Для вас слово императора — разве не закон? — прошипел герцог.

— Я девушка простая, до таких, как я, императору дела нет. Мое высказывание было обращено к знати… — выкрутилась я, но пообещала себе тщательнее следить за тем, что говорю. — И все равно не понимаю, что мешает исполнить этот приказ? Неужели нет ни одной девушки на выданье, готовой составить вам партию? Вы ведь молоды, состоятельны и… — я смерила герцога взглядом. — … хороши собой.

Глаза дракона сверкнули, на устах мелькнула усмешка. Даже не поняла, он был рад комплименту, или, напротив, оскорбился: мол, какая-то простушка безродная его еще и оценивает! Безобразие!

— Есть, — выдавил герцог. — Но мне нужна такая, которая согласиться дать развод, как только я об этом попрошу.

— Не верите в институт брака?

— Верю, более чем!

— Почему тогда заранее планируете развод?

— Потому что хочу жениться на одной конкретной девушке…

— Ну так женить на здоровье сразу на ней! Я-то вам тогда зачем?

— Если бы мог, так бы и сделал! Но ее сперва надо найти.

— Она пропала?

— Сбежала?

— Сбежала от вас?

— Из-за меня. Думаю, я ее напугал. Все, что осталось мне — это жар ее поцелуя и несколько странных белых бусин… Мне нужно время, чтобы найти ее!

Я машинально сунула руку в карман и, нащупав там то, что осталось от моих жемчужных бусиков, сжала кулак. Странные белые бусины? Жемчужинки ведь, да? Боже правый, да герцог собирается разыскивать меня!

— Я обязательно ее найду! Найду и приведу сюда! — продолжал Эдгар, подходя к столу, упираясь одной ладонью в его крышку, а другой — сгребая какой-то лист и сминая его. Выглядело угрожающе. — Она станет моей женой! Полюбить меня — ее судьба! Она моя…

— Я не согласна! — перебила мужчину писклявый выкриком, вскакивая на ноги.

О да, я еще как не была согласна к таким принуждением. Ведь притащить в свое поместье, сделать своей супругой, заставить изображать любовь его драконья светлость собирался не какую-то абстрактную неизвестную девицу, а меня-родимую! 

Герцог резко развернулся. Его глаза пылали. Светились каким-то странным, возможно, магическим блеском, но совсем не так, как тогда, ночью, после нашего поцелуя. Иначе. На скулах проступило что-то черное, и не мгновенно выросшая щетина, нет. Скорее уж чешуя. Но даже не это было самое страшное. Страшнее оказалось то, что под ногами герцога появился какой-то странный черный туман. Он густел, поднимался и медленно начинал ползти в мою сторону, будто хищник, почуявший добычу. Смотрела на его легкие клубы и понимала: эфемерное нечто не безобидно, оно способно отнять жизнь. Мою жизнь…