Жених-дракон, или Отбор поневоле

Дисклеймер
Роман является художественным вымыслом и предназначен для взрослой аудитории 18+. В нём могут присутствовать сцены насилия, смерти, элементы психологического давления, употребления алкоголя, курения, нецензурная брань, откровенные сцены интимного характера, а также описания жестоких и мрачных событий. Все персонажи, события и миры вымышлены, любое совпадение с реальными людьми или происшествиями случайно.
---

Тессианна

– И, стало быть, никто не желает пойти против короля драконов? – жрец Ароны, расправив алую мантию на круглом животе, демонстративно развел корявые руки в стороны, улыбнулся, как змей, и окинул присутствующих сверкающим взглядом. Кроваво-черным – только у драконов такой бывает, когда они напряжены, в ярости или готовы идти в бой.

Зал погрузился в полную, можно сказать, могильную тишину. Маги и придворные переглядывались, но ни один из ветронцев не смел озвучить недовольство.

Ежегодный отбор на удивление прошел спокойно и почти заканчивался. Война с драконами не началась, хотя пророки очень активно обещали.

Я немного привстала, чтобы с балкона лучше рассмотреть довольных ящеров, представляющих правящие семьи, и оценить умолкших гостей короля – верхушку ветронского общества. Чего им-то бояться? Многие не отдают своих дочерей, планируя их рождение заранее да и много чего придумывают, чтобы обойти страшную участь. А обе дочери короля еще не доросли до совершеннолетия – восемнадцать им исполнится в такой сезон, что в отбор ни старшая Анастейша, ни младшая Лира не попадут. Кто-то однозначно белее...

Много лет подряд девушек из высших сословий увозили из этого зала, почти как с поля боя – люди не хотели соглашаться с введенными правилами отбора невест, поднимали тайные восстания, плели заговоры против короля, который поддерживал действующий альянс владычеств. Иначе мы бы умерли от холода и голода, но это безумие… невинные девушки в уплату старого и древнего договора – выходило за рамки и не укладывалось в моей голове с детства. Хорошо, что я не попадаю в число претенденток и пришла только поглазеть.

Король восседал на троне и следил за происходящим свысока. Я давно думаю, что он заранее защитил своих детей – откупился, а другие дарвии отказать не смели – это было смертельно наказуемо. Никто не мог пойти против альянса четырех стран и драконьего отбора.

А все король виноват!

Когда он уже сдохнет, толстый, старый козел?! Ему мир, а беззащитным девушкам ноги расставлять перед драконами?! Отец всегда говорил, что эти правила придумали те, кому они выгодны. Давно нужно сменить власть и разорвать альянс. Нужен только сильный маг во главе государства, а не его видимость. Уже третий год ходят слухи, что король лишился своего дара. Да только кто смелый проверить?

Драконы поставили мой народ на колени еще двести лет назад. Тогда еще живой король Иилур подписал мирное соглашение – уж не знаю, что там ящеры пообещали ему, но по истории Ветроны нам говорили, что голод прекратился, и с наших земель ушла вечная мерзлота. А теперь вот перед всеми восседает потомок того глупца, черноволосый крупный мужлан, и когда закончится это безобразие – никто не знает. На довольную красную рожу правителя было противно смотреть, потому я отвернулась и потерла холодные ладони между собой – последнее время часто мерзну, зима ведь скоро.

И вдруг мой взгляд, словно дернули за лассо. Это ведь… Невероятно...

Я повернулась в ту сторону, куда звала слабая еще неокрепшая магия, и увидела одного из самых высоких воевод.

Аронец свел черные брови, немного напряг спину, отчего его плечи выделили бугристые мышцы, а на руках набухли наполненные темной кровью вены. Красные радужки вспыхнули, в них закружилось безумное пламя, чувственные губы сжались, уголки дернулись вниз.

Я сморщила нос и посмотрела в другую сторону.

Вот же вылупился, змей паршивый, пусть тебе повылазит!

Пятеро невинных отобранных ритуалом девушек, опустив покорно головы, ровным полукругом стояли на каменном возвышении около служителя драконов. Их уже и переодеть успели, приготовили к отъезду в Арону. Они казались призрачными мотыльками. Такие маленькие рядом с огромными драконами, в белых прозрачных платьях, на фоне тяжелой, велюровой мантии жреца под цвет драконьих глаз – красной, расшитой золотыми нитями и драгоценными камнями. Ослепнуть можно от такого количества блеска. Не тяжко ему эти пудовые тряпки на себе таскать?

Невест охраняли крупные воеводы-ящеры, один из них, пронзая воздух, и таращился на меня. Все они в штанах золотого цвета, что заправлены в высокие кожаные сапоги, с обнаженной грудью, обтянутой крупными цепями из драгоценного металла. Волосы у них в основном темные, только разных оттенков, от густо-каштановых до иссиня-черных. Короткие, красиво выстриженные на висках, украшенных витиеватыми тату. Мощные мужики, как каменные статуи, ничего не скажешь, но наши все равно лучше, потому что роднее.

Никогда не понимала этой драконьей моды – разрисовывать морду и кожу. Представились вдруг брюзглые старики-ящеры с узорчиками на щеках. Живот от смеха порвать можно.

Кто-то из моих одноклассников рассказывал, что нательные рисунки помогали драконам, как магические амулеты. Что у каждого был особенный, раскрытый только ему, символ. Хотя, как мне кажется, это банальное пижонство. Понты для попаданцев.

Мне и не нужно понимать этих хвостато-крылатых чужеземцев, я все равно с ними общаться не собираюсь.

– Тесс, – Миэн наклонилась к моему уху и смешливо прошептала: – А тебе ведь уже восемнадцать, тоже могли выбрать, если бы...

– Думаешь, та их магическая штука, – я перевела взгляд на длинный посох жреца, что все еще быстро-быстро мерцал красным навершием, – определяет совершеннолетие и пригодность до секунды? Мне, – скорчив рожу и показав язык уродливому магу, наклонилась к ней, – только пару минут, как восемнадцать. А до следующего года я уже выйду за Ливерия. И мне отборы не страшны по происхождению.

– Да это и так понятно...

Подруга странно покосилась на драконов и мрачно подытожила:

– А меня и драконы не возьмут. – Повернула лицо и показала жуткий шрам на всю щеку, от виска до подбородка, напоминающий пышный, изуродованный пион, слегка прикрытый ровными светлыми прядями.

Я уже давно не замечала его, привыкла, а раньше он казался пугающим. Это Ми неудачно заклинание огня прочитала. На всю жизнь останется.

– Больно они нужны, – бросила я надменно.

Мне хотелось ее пожалеть, но подруга из высших, дарвия, не любит она этого, потому я ничего больше не добавила, повернула голову и снова наткнулась на кровавый взгляд воеводы.

Дракон вдруг отделился от остальных, тяжелой поступью подошел ко жрецу и посмотрел с вызовом ему в глаза. Ничего не говорил, лишь смотрел, а у меня мурашки по телу разбежались, будто услышала его голос. Низкий, хриплый и жесткий. Особенно страшно стало после того, как ящер повернул плечо и бросил в меня горячий взгляд.

Что ему нужно?

Отбор завершился, увидела я достаточно и свое мнение на счет рептилий не поменяла. Хватит с меня балагана.

Поднявшись, я разорвала нить взгляда между мной и воеводой, словно стрелу из ребер вынула. Даже больно стало.

Потерла ладонью грудь, покачала головой – все это магия совершеннолетия. Нужно скорее уходить.

– Ми, что-то душно, я выйду.

Подруга коротко кивнула, посмотрела туманно в зал, на выбранных девушек, и поправила волосы, чтобы сильнее прикрыть свое уродство.

Когда я почти добралась до выхода с балкона, по залу пролетел скрипучий голос жреца:

– В этом году в Отборе будет участвовать воевода короля! Потому мы возьмем на одну девушку больше, чем обычно.

Зал взорвался возмущенным гулом, а у меня в груди что-то лопнуло.

Схватившись за ручку двери, я вылетела на лестницу, сбежала вниз, мимо людской охраны, которая была занята тем, что происходило в зале, и спряталась за колоннами. Дыхание сбилось, в глазах замерцали искры, пришлось прижаться к холодному камню щекой и прикрыть веки. Черные мушки поскакали перед внутренним взором, от этого мир завертелся и почти перевернулся.

Мама говорила, что после восемнадцати моя магия раскроется, и я смогу понять, на что пригодна. Но не так же быстро?

Меня злило происходящее, было до ужаса горько за сородичей, которые подчинялись этому нелепому закону.

Еще одна девушка! Вот же наглые драконы! А в следующем году им нужны будут все десять?

Когда я понемногу пришла в себя и приготовилась бежать из Цитадели подальше, на плечо легла тяжелая горячая рука.

– Вернитесь в зал! – грубый голос с нотками раздражения заставил сердце биться чаще.

Меня резко развернул к себе лицом тот самый главный воевода короля, которому вдруг захотелось выставить свою кандидатуру на отбор.

За его широченной спиной проскользнул голубоватый огонек и нимбом закружился над моей головой, оповещая о том, что отныне я выбрана магическим артефактом для прохождения отбора.

Почему-у-у? Такого не может быть!

Пятерня дракона так и лежала на моем плече, пока он с прищуром смотрел в мои глаза. Я увидела собственное отражение в алеющих зрачках. Необъяснимый жар поднялся изнутри, подступил к горлу и выдавил из груди весь воздух. Захотелось вырваться и бежать, но воевода еще сильнее надавил и рукой и взглядом.

– Что-то не ясно?! – прорычал волком мужчина. Его зрачки сузились так, что открылась вся бездна иссиня черных глаз с алыми огоньками внутри. В них можно было утонуть и сгореть. – Немая?! Имя!

– Тесс… – услышала я чей-то голос. Даже обернулась и поняла, что это мои губы выпустили неприятный сиплый звук.

Помощник жреца, высокий, как жердь, темноволосый маг, появился следом за воеводой, метнул в меня изучающий, а на воеводу одобрительный взгляд. Только тогда дракон оторвал от меня ладонь, и я смогла облегченно выдохнуть. Или вдохнуть. Потому что воздуха безумно не хватало.

Я не стану драконьей невестой! Я уже обручена!

– Шестая претендентка отбора, вернитесь для завершения церемонии, – маг указал на каменную арку. Через нее предстояло пройти девушкам под взглядами присутствующих.

– Бракованная попалась, – хохотнул ящер и слегка подтолкнул меня вперед, отчего я запнулась и едва не упала лицом в пол.

С трудом удержав равновесие, я на ватных ногах побрела перед мужчинами. Я не знала, что можно сделать – в голове был такой гул, что не получалось нормально думать.

В тишине, нарушаемой стуком тяжелых ботинок по камню и моим порывистым дыханием, раздался саркастический голос воеводы:

– Кому-то повезет.

– Девицы все такие заторможенные сегодня, – отшутился маг. – Наверное, сказывается скорый приход зимы. Вот на прошлом отборе самые сливки были – лето было долгим, девушки загорелые, спелые, сочные, не то, что эти… доходяги да скелетины. Глаз радовался – такой отбор получился тогда! Вон какую деву себе лиэн Ларон отхватил – хоть и толстенькая, но в самом соку – уже и понести успела за прошедший год.

С каждым шагом, приближаясь к залу, я все больше ощущала затылком тяжелый взгляд главного воеводы короля. Он открыто потешался над происходящим и перебрасывался колкими шуточками с противным помощником мага.

Ну уж нет! Я улучила момент, когда драконы увлекутся разговорами, юркнула к стене и побежала, сломя голову, прочь из Цитадели. Я не стану одной из их потаскух! Лучше смерть!

Пустой узкий коридор вел к заветному выходу, и я уже видела впереди квадрат света. Осталось только окунуться в прохладу последнего дня осени и рвануть прямиком к дому. Было у меня в саду укромное местечко, о котором даже мама не знала. Там меня даже черт с рогами не найдет, не то что красноглазые ящеры!

– Далеко собралась, ягодка?! – я резко повисла в воздухе.

Воевода! Чтоб его чудище слопало!

Дракон одной рукой удерживал меня за шкирку над собой, а потом резко прилепил к стене и навис так, что я оказалась между его прижатых к камню ладоней. Ощутила жар его дыхания на коже лица. Слишком близко он наклонился к моему уху.

– Юркая какая, – прошипел змеем. – Погулять захотелось?

– Пусти…те! – выплюнула в его покрасневшее лицо и впилась коготками в плотную кожу, чтобы оттолкнуть от себя дико горячую гору. – Я не стану вам подчиняться! – неистово задергалась в его руках, причиняя боль больше себе, и смогла лишь расцарапать щеку подлому хвостатому. Ранки на глазах затянулись, оставив слабый алый след и пылающие огоньки в глубине жутких глаз. – Я не могу быть отобранной! Я обручена! Это немыслимо, это ошибка! Я ведь не высшей касты людей, я хенса! Хотите – проверьте!

– Глупая, – снисходительно улыбнулся дракон, будто с ребенком заговорил. – Магия не выбрала бы хенсу. В тебе есть дарвийская кровь.

– Мои родители – хенсы – мелкие рыбешки, много лет снабжают королевский двор молоком и сыром. Отпустите! – я снова дернулась, но руки так разболелись, что чуть не вскрикнула от рывка. Воевода же будто из камня, мышцы на обнаженной груди литые и ему мои усилия, как кабану мошки. – Я покажу, покажу клеймо, только не держите меня.

– Плевать на клеймо! – рыкнул ящер так, что стало страшно. – Любой рисунок можно нанести на тело за монеты! – показалось, что от гнева, который пролился на меня потоком жгучей лавы, начала плавиться кожа. – Ты ставишь под сомнение магическую силу великого посоха?! – густые брови взметнулись, еще шире приоткрывая страшные черно-алые глаза.

– Метки ставит королевский маг, – упорствовала я. – Или вы его ставите под сомнение?!

– Как ты вообще смеешь отвечать мне в таком тоне?! – дракон перешел на басистый крик и ухватил меня за подбородок так, что ничего не оставалось, как смотреть на него во все глаза и дрожать от страха. – Даю тебе последнюю возможность покаяться, признать свою ошибку и отправиться в зал. Иначе будут наказаны все участницы отбора!

– А они тут при чем? Своего жреца с кривым посохом накажите!

Я вдруг перестала его бояться. Ну что он мне сделает? Шею не сломал, голову не оторвал, другое мне не страшно. Лишь бы отпустил… рептилия тупая.

– Если вы доверяете своим глазам, позвольте показать клеймо хенсы. Я не та, что вам нужна, произошла ошибка.

– Мне порядком наскучил этот бессмысленный разговор, – только сейчас он отошел от стены и выпустил меня из стального захвата. – Показывать свое клеймо ты будешь жрецу, – окинул меня презрительным взглядом и заострил внимание на груди, что рвалась из тесемок платья. – Как только твое участие в отборе подтвердится, я лично придумаю наказание за твою дерзость! А сейчас… – посмотрел вглубь коридора. – Иди в зал!

– Не пойду!

Не знаю, чем я думала, сопротивляясь дракону, но не могла иначе. Меня Ливерий ждет, я не могу его предать.

Никогда ещё не видела такого искреннего удивления на каменных лицах ящеров. Мужчина смотрел на меня так, будто впервые увидел диковинную зверушку. Заморгал чаще, чем обычно, взмахивая длинными чёрными ресницами. Чувственные губы медленно расползлись в ухмылке, от которой дрожь прошла по телу.

– Или ты идёшь в зал добровольно, или я лично доставлю тебя жрецу!

– Нет!

Я выставила кулаки перед собой и встала в боевую стойку – юбка смешно обхватила мои тонкие ноги и хлопнула по голени.

Пусть дракон попробует подойти ко мне – брат учил меня защищаться, я этому ящеру наглую морду расцарапаю, живой не сдамся, а потом – хоть трава не расти! Решили меня впутать в отбор? В рабство забрать? Еще чего! Мне бы только время выиграть и избавиться от этого громадзиллы, дальше я придумаю что-нибудь.

В тот миг осознавать ответственность за уклонение – я не могла да и не собиралась – это ошибка. Ошибка!

– Какая забавная букашка, – громкий смех эхом отразился от стен, и дракон шагнул вперед с игривой улыбкой на устах. В черных глазах заплясали алые огоньки азарта.

Я не успела опомниться, как оказалась скованной по рукам. Дракон закинул меня на плечо, словно мешок с мукой, и шлепнул горячей ладонью по пятой точке.

– Сама напросилась! – потащил меня по коридору вглубь дальше от заветного выхода.

И, не знаю, что на меня нашло, я со всей злости вгрызлась в его плечо. Куда дотянулась, что уж! Прокусила до крови, не жалея сил. Кровь дракона оказалась внезапно сладкой, желанной. Я жаждала не пригубить, а напиться. Хотелось еще и еще… глотать, щекотать зубами смуглую кожу, пахнущую воском и сушеной вишней, трогать языком сочащуюся рану, впиваться глубже до тихого стона над головой. А потом я внезапно отлетела на пол и, скованная странной магией – меня будто молнией пронзило, сшивая каждую клеточку – ударилась затылком о стену. Все тело сотрясало от конвульсий, по коже бежали спазмы, один сильнее другого. Они связывались в спирали и жгуты, затягивали поясницу туго-туго, чтобы выбить из меня сознание.

– Совсем безумная! – последнее, что я услышала от ящера, когда в глазах резко потемнело. Я тут же провалилась в зыбкую пустоту. А очнулась от того, что кто-то бил меня по щекам, да с такой силой, что голова невольно поворачивалась то в одну, то в другую сторону.

– Жить будет! – скрипучий противный голос раздался над ухом, и шлепки прекратились.

Я с огромным усилием расцепила свинцовые веки, чтобы через щелку увидеть, где нахожусь. Луч света на мгновение ослепил, а когда я настроилась, справляясь со слезами, впереди показались знакомые каменные колонны Цитадели, что окружали храм со всех сторон. Возле одной из них в вальяжной позе, скрестив руки на груди, стоял полуобнаженный воевода и смотрел на меня испепеляющим взглядом. Внутри черных бездонных глаз крутилось яркое яростное пламя.

Увидев на его левом плече свежий укус, я даже слабо заулыбалась. Не зажило, гляди. Вот так вам – мерзким рептилиям – и безродные люди умеют показывать зубки!

– Следи за пальцем, – надо мной возник тощий помощник жреца. Маг медленно поводил из стороны в сторону корявым отростком.

– Что там с ее происхождением? – отклеившись от колонны, дракон подошел к постаменту, на котором я лежала.

Пришлось задержать дыхание и натянуться до звона в мышцах. Вдруг этот змей снова захочет на спину меня вскинуть! Не дамся. У меня от прошлого раза все еще гудит в голове, а тело словно не мое – словно я с лихвой напилась лурийского эля.

– Магия посоха не ошибается, – жрец, появившись из-за спины воеводы, тряхнул надо мной навершием волшебной палки. Набалдашник отозвался алым сиянием, что закрутилось вокруг моих плеч и тут же потухло. – В девушке течет дарвийская кровь. Я еще раз проверил – ошибки нет. Она должна участвовать в отборе. Подозреваю, что хенса-мать претендентки в свое время согрешила с дарвийцем, – раздался противный хохот служителя.

Что он мелет? Я приподнялась, села и слабо покачала головой, прогоняя туман. Далеко отшвырнул меня драконишка, стоило его укусить... Зачем брал, если удержать не смог? Тоже мне мужик!

Они что-то еще говорили об измене мамы, а я плавно закипала, чтобы вспыхнуть и закрыть им рты.

– Моя мама верна отцу! – срывая голос, закричала я. – Не смейте врать! Я требую, чтобы мое происхождение проверили наши маги, – сложила руки на груди и отвернулась от трех драконов, пожирающих меня черными глазами.

Какие они все-таки жуткие, недаром слухи ходят, что из страны драконов девушки никогда не возвращаются. А единицы, которым повезло, не доживали и до конца года.

– Я никуда с вами не поеду без доказательств, – договорила я слабее, но подбородок все-таки вздернула. – Я – дочь молочника, во мне нет высокородной крови. Хоть всю возьмите, ни капли нет – уверена, – я протянула руку, чтобы показать кисть. Взгляд зацепился за набухшие вены, переплетающиеся на предплечье в стройный рисунок, плавно перевязывающие локоть и толстым жгутом уползающие на плечо и спину. – Что… это… – я попыталась смахнуть рисунок, но лишь поцарапала себя. Кровь собралась в бусины и закапала на пол. Отметка замерцала, а ранка тут же затянулась.

От ужаса и паники я дернула лиф платья, чтобы проверить метку – их всем людям от рождения ставят в зависимости от сословия. Но ее не было. Кожа на груди была девственно чиста.

– Хватит! – злобно рыкнул воевода и обвел меня презрительным взглядом, выражая явную брезгливость. Повернул голову в сторону других драконов, и я наткнулась взглядом на его выбритый в причудливой форме, сильно напоминающей мою новую метку, висок. – Напоите сонным отваром и свяжите эту букашку так, чтобы не выбралась! Я ее не понесу на себе! Пусть летит с лиэном Лорсом, – указал на самого низкого шатена из их хвостатой шайки. – Объявите, что из-за срыва церемонии и задержки все претендентки лишаются права попрощаться с родными и вылетают на отбор в ближайший час. – Воевода хищно посмотрел на меня и с ухмылкой добавил: – Скажите, что некая Тесс виновата в том, что наказание коснулось всех! – и зашагал к выходу.

Асад

Не помню, когда в последний раз я злился настолько, чтобы искры из глаз летели. Шел по Цитадели в Драконий зал и чувствовал, как кровь бурлит в венах и бьет по вискам.

Где это видано, чтобы какая-то людская шавка посмела сопротивляться особенной магии отбора? И мало того, что убежать с церемонии, так ещё и дерзость свою выказывать! Мне! Главному королевскому воеводе! Тому, кто уже не первый год управляет войском, что удерживает Айшура за границей страны! Без моей стратегии и самоотдачи, их всех бы давно накрыло пологом вечной зимы! Только ледышки бы и остались в качестве экспонатов на промерзшей людской земле!

– Вот тебе и благодарность, Асад, – пробурчал себе под нос. Почесал место укуса и зашипел. С ненавистью сжал кулаки и замотал головой. – Дикая собачонка, сорвавшаяся с поводка! Глупая дарвийская букашка!

Не завидовал тому несчастному, кому достанется это недоразумение в жены. Снова плечо дало о себе знать томной болью. Почему укус этой гадюки не зажил за считанные минуты, как обычно происходило со всеми ранами? Ядовитая дрянь попалась! Демон меня дернул участвовать в этом позорном отборе! Уже жалел, что поддался порыву, когда увидел в толпе девиц голубые агаты огромных глаз этой Тесс… Зачем, вообще, побежал за ней, когда рванула из зала? Надо было предоставить эту работу служителям, тогда бы плечо осталось целым!

Вдруг я услышал яростный крик за спиной и ринулся обратно в зал. Вбежал, распахивая настежь двери.

– Дикие варвары! – взвился голос девки под потолок. – Не буду это пить! Отойди, змея склизкая! – сплюнув жидкость, которую ей пытались дать драконьи маги, она отбивалась и орала, как дурная. Оттолкнула помощника и отскочила назад, согнувшись и нахохлившись, как ведьма, выставила перед собой щупальца пальцев. Будто предупреждая, кто подойдет – поплатится. Такая отчаянная будет идти до конца. Волосы спутались, упали густой сетью на румяное лицо, платье, порванное спереди, тряпками обвисло на узкую талию, раскрывая ее упругую грудь и притягивая взгляд к напряженным вишенкам сосков.

Не прикрываясь и не стесняясь своей наготы, девица зашипела, как дикая кошка:

– Я требую магического суда! Альянс владычеств не имеет права отказывать. Я подданная империи Диона, как и все вы. Я – хенса, не дарвийка! И никуда не поеду с драконами!

– Вы что здесь все?! – я резко перешел на крик, чтобы привлечь к себе внимание присутствующих. Вот и букашка затихла, во все свои небесные глаза глядя на меня. – Одну девчонку скрутить не можете?! – с новой силой весь гнев от происходящего потек по венам жгучей лавой.

Сейчас я готов был лично раздавить нахалку одним пальцем, но невольно взгляд опять упал на вершины манящих сосков, и я сглотнул, облизнув нижнюю губу. Укус начал невыносимо зудеть, и в унисон с этим мерзким ощущением я явственно почувствовал сильный прилив возбуждения. Готов поклясться Ароной, не будь здесь всех этих служителей и драконов, разложил бы девку прямо на каменном полу и взял без остатка, утолив дикий голод.

– Гордость королевского войска! – метнул гневный взгляд на растерянных сородичей. – Позорище!

Подошел к чокнутой претендентке и скалой уперся в ее вытянутые холодные ладони. Заглянул в озлобленные, но очень красивые глаза. Улыбнулся, стараясь не опускать взгляд ниже. А потом одним резким движением скрутил руки девицы у нее за спиной и силой заставил ее опуститься на колени. Я знал, что каждый нажим – это дикая боль, но она даже не пискнула. До чего же упряма и строптива! Никогда не встречал подобных экземпляров среди людей.

– Заливайте! – скомандовал жрецу.

Тот подбежал с новой порцией отвара. Я грубо разжал девушке челюсти и, зажав нос, маг влил в глотку настойку.

Как только убедился, что она все проглотила, я отшвырнул от себя нахалку и та слегка ударилась о стену. Сначала вжалась в нее спиной, а потом сползла и свернулась на холодном полу калачиком, будто малое дитя. Даже жаль ее на долю секунды стало, но пора было выдвигаться в далекий путь.

– Лорс! Свяжи! Неси аккуратно, а то с нее станется проснуться и выпасть. С головой явно не дружит.

Тессианна

Было жарко. Тело покрылось испариной. От неприятного ощущения на коже я откинула простыню, вытянула ноги, пошевелила пальчиками, сжимая и разжимая их, и перевернулась на живот. Волосы прилипли к щекам, шее, опутали лицо и плечи, будто я в коконе. Дыхание было частым, а между ног горело и крутило, словно я кошка в период случки.

Я длинно застонала и снова перекрутилась на кровати, раскинулась звездой и только тогда открыла тяжелые веки.

И встретилась с огненно-красным взглядом.

Твою драконью душу! Воевода!

– Добро пожаловать в замок «Золотой дракон». Здесь будет проходить отбор. А это теперь твои личные покои, – обвел помещение рукой и мышцы заиграли на его поджаром обнаженном торсе. Сразу стало понятно, что в комнате мы одни. – Но я пришел не с целью приветствия, – беспардонно по-хозяйски сел на кровать совсем рядом и уставился на меня с прищуром. – Ты должна сказать, какое заклинание было у тебя в голове во время укуса, – почесал плечо, и я заметила, что рана изменила форму. Вместо отпечатка зубов алые очертания превратились в подобие цветка.

Я сощурилась, потянулась за простыней, чтобы прикрыться, но тяжелая рука меня опередила и откинула тряпку в сторону.

– Заклинание? – я ощерилась и гаркнула в лицо этому громадзилле с самомнением круче Айшура: – Чтобы ты сдох, ящер проклятый!

На мгновение я подумала, что каменное лицо дракона так и останется невозмутимым и он ничего не ответит на мой выпад, но вскоре начала замечать, как заходили желваки на широких скулах. Губы превратились в две напряженные бескровные нити, а глаза резко поменяли цвет. В них не осталось ни единого черного островка. Ярко-красный огонь искрился и пугал пламенем, что норовило вырваться и прожечь во мне дыру даже на расстоянии вытянутой руки.

Толком не поняла в какой момент мой подбородок оказался сжат горячими пальцами дракона, столь молниеносно он схватил мое лицо и наклонился вперед так, что мы едва не соприкоснулись лбами.

– Паршивая человечка, ты понимаешь, с кем сейчас говоришь? – тихо и гортанно произнес мне в лицо, обдавая кожу жарким дыханием пепла. – Я – Асад лиэн Тоер – главный воевода короля. Ты дышишь сейчас лишь потому, что мои драконы отдают свои жизни на поле боя с Айшуром. Неблагодарная тварь! – резко перешел на крик. – Отвечай на мои вопросы, иначе этот отбор запомнится тебе на всю оставшуюся жизнь! – стиснул мое горло и навалился всем своим весом, прижимая мою голову к подушке.

– Мне все равно, с кем я говорю, хоть с царевичем бабуина, – зашипела я, цепляясь пальцами за сильные руки дракона, царапая его кожу до крови. – Вы все – бездушные рептилии! И я ни одного из вас не боюсь! Можешь убить, если кишка не тонка! За это ли не светит тебе казнь, дикий хвостатый бестолочь?!

Стало тяжело дышать, голос сел, и чтобы справиться с эмоциями – я закрыла глаза и попыталась успокоиться. Не получалось – во мне словно вулкан проснулся. Я хотела этого изверга растерзать на месте. Это желание буквально кипело в крови и чесалось под кожей, оставалось на языке вкусом соли.

Мне не было больно от рук дракона на шее, он не душил, просто держал, а воздуха не хватало больше из-за тесной близости с его горячим телом.

Что, молчишь, драконишка? Вырвал меня из дома и наслаждаешься победой? Я это так не оставлю...

Открыв глаза, чтобы добавить еще что-то поострее, я замерла, улетая в глубину черно-алых бесконечно прекрасных глаз. Почему все привлекательные мужчины такие мудаки? А драконы поголовно такие, без исключения.

Кожа мужчины вдруг покрылась красноватыми разломами. Они сложились идеально ровными рядами в чешуйки, и в глазах ящера за несколько глубоких наших обоюдных вдохов развернулась настоящая огненная буря.

Вот теперь я по-настоящему испугалась.

Но не смерти, нет, а того, чего хотело мое тело – загудело внутри, затрепетало, взмокло и чуть не раскрылось навстречу мерзкому поработителю. Я ужаснулась. Дракон прижался ко мне каменным возбуждением, и мешало ему только порванное хлопковое платье. О, нет! Это все драконья магия! Я собрала все силы и дернула коленкой, попав точно в цель, потому что воевода ахнул и… одним движением сорвал с меня остатки платья. Окинул взглядом мое обнаженное тело, и зрачки в его глазах сузились, выдавая животную сущность.

Казалось, его торс увеличился в два раза, когда на коже не осталось ни участка обычной кожи и вся она покрылась блестящей чешуей. Наверное, ему достаточно одного удара, чтобы убить меня сейчас на месте. Но вместо этого огромная ладонь легла на мою грудь и сжала ее до боли. Горячий сухой палец прошелся по вершине соска. Мужчина наклонился и рычащим голосом шепнул мне на ухо:

– Я раздавлю тебя, как букашку, и мне ничего за это не будет. Ты не первая, кто сгинул по пути на отбор. Прощайся с жизнью, безродная тварь, – ладонь, сжимающая мою грудь, накалилась до предела и, казалось, уже начала прожигать кожу до кости. Второй рукой он стиснул мою шею и стал медленно сдавливать ее раскаленными тисками.

Я хватала ртом воздух, понимая, что совсем скоро задохнусь и сгорю в проклятых руках ящера. Вдруг взгляд упал на плечо дракона. Даже через чешую проступал мой укус. Он превратился в четкую ярко-алую метку в виде цветка с остроконечными лепестками, а мой рисунок на плече, словно ожил, потянулся к его отметине, замерцал, ослепляя. Я почувствовала, как огненная змея проползает под кожей, очерчивая новые границы, убегая жгучей рекой боли куда-то на спину. Метка, что залегла на плече воеводы, вспыхнула и, потемнев, снова стала нательным рисунком.

Дракон отпрянул и замотал головой.

– Не может быть, – резко вернулся в прежний человеческий вид и, бесцеремонно схватив меня за руку, провел ладонью по веточкам на локте, обрисовал кончиками пальцев узоры на плече и грубо перевернул меня на живот. – Проклятье! – услышала я порывистый шепот. Дракон резко отпрыгнул от кровати, будто его горная пчела ужалила, и, запустив пальцы в густые волосы, начал ходить по комнате. Раздалась целая тирада из брани на его родном наречии.

Пока он бесился, я успела перекатиться на край кровати и даже обмотаться простыней, чтобы не глазел, куда не надо. Внезапно ящер застыл на месте и посмотрел прямо в мои глаза. Утянул вглубь черноты с трепыхающейся алой сердцевиной.

Стук в дверь разрушил нашу невидимую нить взглядов.

В комнату вошла девушка в светлом одеянии, будто созданном из крыльев стрекозы – такое оно было прозрачное. Она согнулась в поклоне, когда увидела дракона.

Асад вихрем вылетел из покоев, не проронив больше и слова.

Девушка была стройная и светлоликая, совсем не похожа на род драконов. Хотя женщины этой расы почти не отличались от нас. Насколько знаю, они даже не летают – только принцессы и девушки высокого происхождения, виэны, владеют полетами, но им по статусу не очень положено размахивать по небу крыльями.

– Вам нужно приготовиться к началу отбора, – приставленная ко мне компаньонка низко поклонилась, прижав ладони к груди, а я не могла отвести глаз от ее слишком откровенного наряда. Да у нее же все просвещается! Не только грудь, но и там, где темнел трогательный треугольник.

– Я не буду, – краснея, отвернулась. Я еще никогда не видела таких распутных нарядов. У драконов все слуги так ходят? Мало ли, какие у них обычаи.

Что-то по истории Диона мы изучали, но я намеренно эти темы пропустила. Мало того, что на этих уроках мне всегда было скучно до зевоты, так еще углубляться в жизнь тех, кого ненавижу – не собиралась.

– Но… – девушка открыла широко высокое окно, махнула рукой, убирая взлетевшую пыль магией, а потом договорила: – Вы не имеете права упираться. Это закон.

– Засунь закон себе… ну ты знаешь, – я завернулась в ткань плотнее и прошлась по комнате в поисках выхода. Я должна отсюда выбраться, силой меня никто не удержит.

Огромное помещение, наш дом бы здесь поместился точно. Окон аж три и безумно громадных. Я хотела выглянуть наружу, разглядеть небо Ароны, но решила сначала обследовать территорию. Дверь из темного красного дерева была одна, но с противоположной стороны я увидела спуск по ступенькам. Ниже что-то поблескивало.

– Ваши наряды для церемонии знакомства, – будто не услышав мою грубость, продолжала настаивать служанка.

Я подумала, что одежда пригодится, не в простыне же бегать. Кивнула и подошла ближе. Глядя на тонкие прозрачные ткани, рассмеялась ей в лицо.

– Сама такое носи. Есть что-то приличное?

Она хлопнула густыми ресницами и сложила перед грудью ладони.

– Но вам будет жарко… Мы же в Ароне. Здесь круглый год лето.

– Не будет. Я выдержу. Есть что-то, – я окинула предложенные наряды еще раз и неприятно поморщилась. Что за народ такой – оголять женские прелести по меньшей мере некультурно, но и опасно. – Что-то не прозрачное?

– Наши модистки шьют женские платья только из самого тонкого шелка и шифона. Самые дорогие из шелка прозрачной бабочки. Все эти, – она любовно осмотрела мои платья, – как раз из него сшиты. Их носят только невесты красных драконов.

– А из хлопка что-то есть? – я показала на простынь, что прятала мои прелести.

– Нет, – девушка мотнула светлой головой, волосы у нее были туго заплетены назад. – Не принято. Маги не могут носить дешевые ткани. Их носят только низкие сословия драконов, сиэны. Разве у вас нет иерархии в Ветроне?

– Есть. Я – хенса и привыкла носить простую одежду… Я вообще здесь по ошибке.

Как-то странно, что я ей так просто открылась.

– Я слышала. Об этом весь замок гудит, – она нежно улыбнулась. – Но меня накажут, если я вас не подготовлю к празднику. – Девушка заломила руки, а мне стало до ужаса неприятно. С одной стороны, не хотелось, чтобы кто-то из-за меня пострадал, но с другой – я думала лишь о побеге. И никакие церемонии мне неинтересны.

– А кто там будет?

– Наши главные жрецы, король с королевой и воеводы-женихи. В этом году, – она взмахнула ресницами, – настоящие красавцы собрались. Вам повезло.

– Не думаю.

Как же у них жарко! Я начинала плавиться под шероховатым панцирем простыни, глянула на платья снова и закачала головой.

– Я пойду, но вот это… – скривилась, будто кислицу глотнула, – я не надену. Ищи что-то другое! Менее… откровенное.

– Откровенное? – эхом переспросила девушка. – Вы не знаете, что вас ждет на отборе?

– Откуда я должна знать? Это изучают дарвийки, я – хенса! Этому тупоголовому ящеру, как там его – Ашад или Асгард – уже сто раз сказала, что они меня ошибочно взяли в невесты.

– Асад, – тихо поправила меня служанка. – И лучше ему не перечить… – она склонилась ближе, глаза ее забегали. – Он в гневе очень страшен.

– Еще бы я рептилию боялась, – заулыбалась довольно. Вон как бежал, сверкая пятками – испугался. И пусть не возвращается! А я пока найду отсюда выход.

– Не говорите так… меня накажут, что не обучила вас манерам.

– Ты при чем? – я искренне удивилась. Лоб покрылся пленкой пота, по коже ползли жаркие капельки. – Ну у вас и пекло! – стерла испарину пальцами.

– Я вас искупаю и попрошу принести более темные платья, – предложила девушка и поклонилась.

– Не нужно ко мне на вы. Я такая же слуга, как и ты…

– Нет, я не имею права, – она опустила глаза.

– Тебя как зовут?

– Оми.

– Я Тесс и, когда мы одни, можешь говорить со мной прямо, не бойся.

Она кивнула и показала рукой в нишу, куда вели ступени. Ладно. Искупаюсь, отдохну, найду еды, а потом буду думать, как бежать.

В купальне было прохладнее. Помещение уходило глубоко вниз, а вода, что струилась из-под голубых камней, наполняла круглую ванну. Большую ванну. Там десять человек поместится.

Служанка, смущаясь, сняла с меня простынь и помогла зайти в воду. Когда я окунулась почти до пояса, она вдруг вскрикнула и убежала.

Я выждала несколько минут, прислушивалась к тишине, разбавляемой клокотанием воды, хотела уже нырнуть под воду, но мне показалось, что я здесь не одна. Волоски на коже вмиг приподнялись, сердце в груди заколотилось быстрее.

– Оми, что случилось? – я прикрыла руками грудь и, услышав тяжелые шаги за спиной, медленно повернулась.

Асад

Ступая по мраморному полу широкого коридора дворца, я думал только о том, что мне нужно как можно скорее найти своего личного помощника Кирдана и дать ему задание навести справки на эту девицу. Узнать о ветронке все вплоть до пятого колена. Происхождение, положение семьи и жениха, о котором она твердила, образование, интересы. Да все, что может пригодиться! Не может девчонка, вступившая только сегодня в половозрелый возраст, обладать таким уровнем магии, чтобы ставить метки! Невозможно. Метка по ощущениям напоминает клеймо истинной пары, а такие проявляются лишь после близости.

На прошлом отборе был случай, когда один из лиэнов, нарушив главное правило – не вступать в близость с претенденткой до завершения отбора – затащил в постель дарвийку. Пахло скандалом, за который можно было серьёзно поплатиться, но ему удалось скрыть от распорядителя нарушение. Их пару связала метка, и дракону снесло крышу. Я лично наблюдал за тем, как он собачонкой бегал за девушкой, во всем ей потакая. А потом она оказалась недостаточно сильной магичкой для продолжения драконьего рода. Девицу выслали в Ветрону, а лиэна отправили на войну – там он и сгинул бедняга.

Что же получается? Я могу превратиться в такого же одержимого безумца?

Но интимной связи с человечкой у нас не было! Черноволосая ведьма что-то другое на меня прицепила, и я узнаю, что это!

Настораживало и то, что я физически не мог причинить вред этой мелкой шавке. Даже царапнуть не мог. Когда попытался придушить паршивку, будто огненное лассо сомкнулось на шее. Метка зашевелилась, причиняя острую, почти невыносимую боль. Дыхание оборвалось, а в глазах потемнело. Я чувствовал примерно то же самое, что и она под моими руками, извиваясь гадюкой на кровати и пытаясь сбросить мои ладони. Меня душила непреодолимая сила, а когда я выпустил Тесс из захвата, сразу полегчало.

Если мои самые смелые догадки подтвердятся, то выходит, что любая ее боль будет сразу отражаться на мне. А что может быть хуже?! Я – Асад лиэн Тоер теперь связан с оборванкой из Ветроны, которая о манерах и элементарном уважении никогда не слышала? Какого рожна я вообще поехал на церемонию отбора и вызвался в нем участвовать? До этого дня мои мысли занимала лишь новая стратегия боя с Айшуром, а теперь перед глазами стоял образ красивой брюнетки с голубыми глазами и чувственными губами. Изгибы ее тела соблазняли, манили, а к груди хотелось припасть губами, чтобы терзать алые горошины сосков зубами и языком. А потом войти в ее невинное тело и выбить стон из сладких уст. Заглушить порочный крик жадным поцелуем, выпивая из Тесс сладость страсти. Ощущать под собой ее горячее тело и заставлять его вновь и вновь содрогаться. Возбуждение рядом с ней доходило до невыносимого пика, и я переставал слышать всю ту гадость, что лилась из ее прекрасного ротика.

– Демоны пустынные! – стоило опять вспомнить дикарку, как вожделение волной похоти прокатилось по телу и сконцентрировалось в одном причинном месте, от чего стало труднее идти.

– Лиэн Асад, – окликнули меня.

Пришлось будто невзначай прикрыть ладонью натянутые брюки и поискать взглядом того, кто потревожил мои бурные мысли.

Как же я обрадовался, что встретил по пути как раз того, кого искал! Отвел Кирдана в сторону и, убедившись, что нас никто не слушает, приказал:

– Отправляйся немедленно в Ветрону и собери сведения о шестой девчонке. Хоть до короля дойти, я должен знать о ней все! Но помни, Кирдан, никто из драконов не должен об этом узнать. Прилетишь обратно – сразу ко мне и не задерживайся по пути в тавернах.

– Да, господин, я все сделаю, – сиэн поклонился, краснея об упоминании о его слабости к доступным девушкам, и засеменил к выходу из дворца.

До начала первой церемонии отбора оставалось совсем немного времени и нужно прикрыть появившуюся метку одеждой, чтобы мне не задавали вопросов, на которые у меня пока нет ответов. Что-то будто ударило в бок, когда в голову залетела мысль: а не попытаться ли выжечь метку собственной магией огня?

Ворвавшись в первые попавшиеся по пути свободные покои, я запер за собой дверь и подошел к зеркалу. С отвращением посмотрел на стигму.

– Еще и в форме цветка! – терпеть не мог эти вонючие растения! – Вот же угораздило!

Выпустил когти и очертил ярко-красные линии, вспарывая кожу до крови. Но даже боли не почувствовал, а гадкое клеймо затянулось.

– Бездна!

Надо было еще до возвращения подрезать веревки и отправить паршивку в свободный полет. Возможно, проблема была бы решена. Но уже поздно мечтать о смерти бракованной претендентки. Неизвестно, как ее гибель теперь скажется на мне.

– Давай же! – приложил ладонь к плечу и воззвал к магии огня. – Избавь меня от нее! – пламя жгло, вырываясь из-под пальцев, но быстро потухло, оставив на месте ненавистную отметину.

– Я это так не оставлю! – со злости ударил кулаком по зеркалу, и оно рассыпалось на мелкие осколки. Посеребрило пол под моими ногами. Хоть ярость и бурлила внутри, накаляя цепи вен до предела, я не собирался сдаваться. Если не получилось со мной, то может сработать с ее меткой. И лучше это сделать до начала церемонии.

Решительным шагом направился по коридору обратно в покои Тесс, попутно сжимая кулаки и стараясь подавить бушующий гнев. Всем нутром желал придушить нахалку, а вот тело откликалось приступом возбуждения всякий раз, когда в памяти всплывал ее обнаженный образ и полыхающие страстью глаза. Самое страшное, что я ничего не мог с этим поделать и ощущал себя загнанным в угол зверем. Противное чувство безысходности, которое никогда еще не испытывал. Даже на поле боя было спокойнее, чем сейчас в стенах Золотого дворца.

Я ворвался в комнату без стука и обнаружил, что она пуста, а, услышав девичий разговор, спустился по ступенькам, где в купели, спиной ко мне и в воде по аппетитные обнаженные бедра стояла бестия с алой меткой. Магический цветок сместился на ее правую лопатку и раскрылся огненным пионом. Волосы черной рекой в два русла прикрыли хрупкие плечи и спрятались где-то спереди.

Прислужница, испугавшись моего неожиданного появления, вскрикнула и, ринувшись к лестнице, быстро испарилась вон. Мы остались с Тесс наедине.

Прикрыв грудь рукой, девушка медленно повернулась. В ее глазах моталась настоящая вьюга, затягивающая и… обжигающая желанием обладать.

Разговаривать с чокнутой бессмысленно, поэтому я решил сразу приступить к делу.

Подскочил к человечке в два шага, бесцеремонно зашел в лазурную воду по пояс и, развернув девушку к себе спиной, прижал ладонь к цветку на ее лопатке. Вложив в прикосновение всю свою магическую мощь и, выпуская пламенные щупальца, выкручивал и вытягивал краски из дрожащего тела. Это должно было выжечь позорное клеймо с фарфоровой кожи, но метка лишь насмешливо переливалась, как морская ракушка, а мою спину прожигало яростной болью.

– Совсем стыд потерял! – Тесс вдруг развернулась и, пользуясь моим легким замешательством, шваркнула по щеке ладонью. Так сильно, что голова ушла в сторону. Я удивился, откуда в этой хрупкой на вид букашке проснулась такая мощь. – Я тебе ни какая-то куртизанка! Убери руки, ящер-переросток! Я обручена с другим мужчиной!

Она прикрыла торчащие соски руками, а мой взгляд неумолимо убежал вниз, к темнеющему под водой треугольнику. Во рту стало сухо, а в глазах замерцали темные мушки желания.

– Отвернись! – прошипела она, как змея, еще туже стягивая руки перед собой в попытке спрятаться от моих глаз. – Не то накличу на тебя еще чего-нибудь! – Тесс показала подбородком на метку на моем плече, что синхронно мерцала с веточками на ее коже, будто зазывала оказаться ближе к ней, прикоснуться, переплестись телами. – Видишь, у меня неплохо получается, как для человечки со слабой магией.

Вот же маленькая дрянь! Мало того, что говорит со мной, как с прислугой, так еще и угрожать вздумала! Ну уж нет! Со мной этот номер не пройдет. Обхватил девушку за талию и резко поднял на руки лишь для того, чтобы окунуть ее под воду. Пусть освежится и придет в себя!

Мои легкие тут же стали наполняться водой, одновременно с тем, как Тесс брыкалась на дне купели и пыталась всплыть.

– Демоны всех мастей! – выругался и отпустил нахалку, когда уже сам начал захлебываться водой, хотя и стоял в ней лишь по пояс. – Если хочешь вернуться к женишку целиком, прекращай дерзить и научись слушать! – говорил ей громко, пока она перебивала меня диким кашлем. Вцепилась в каменный бортик и согнулась, выплевывая воду, что успела попасть в горло. – У нас возникла проблема, которую нужно решить, – я вышел из ванны и стащил с крючка махровое полотенце. Швырнул гадине, как только она встала на коврик, подрагивая и прикрывая себя руками. – Поговорим после церемонии. В зале веди себя достойно, не привлекай много внимания. Поверь, будь моя воля, ты давно бы уже отправилась обратно в свой сарай! – со злостью выплюнул последнее слово. Аж покоробило от того, что придётся о чем-то договариваться с этой неотесанной простолюдинкой.

– Я жила в замке, а не в сарае, – она гордо откинула копну черных волос назад и полоснула ядом синих глаз. – Вести себя так же подобающе, как ты? – завернулась в полотенце, наконец, прикрыв свои прелести, которые мешали мне нормально думать.

– Мне плевать, где ты жила. Сейчас ты в Золотом дворце, в Ароне, где обязана подчиняться правилам отбора и уважительно относиться к драконам. Смотри на других претенденток и веди себя так же. И больше молчи, – добавил и тяжело вздохнул в надежде, что она не натворит глупостей. Замотал головой, когда столкнулся с ее возмущенным строптивым взглядом. – Танцевать хоть умеешь? – посмотрев с отвращением на это недоразумение, ухмыльнулся.

– Я не готовилась в балерины, чтобы развлекать рептилий, – острые белоснежные зубки показались в щелке алых губ.

– Понятно, – мои опасения подтвердились. Я невольно улыбнулся, заметив, как Тесс опять начинает ершиться. Даже забавно наблюдать за этим непредсказуемым зверьком. Ее бы в террариум к себе подобным запихнуть да на потеху публике выставить. – Один танец с кем-то придется потоптаться. Скажу Лорсу, чтобы тебя выбрал. Его ног не жалко, – рассмеялся и добавил: – Метку спрячь, а то осмотрами и вопросами замучают. Жрецы любят девам невинным в интимные места заглядывать да плоть отщипывать для магических проверок.

У Тесс на миг расширились глаза, брови метнулись вверх, но девушка тут же подобралась, выпрямила спину и цапнула очередной колкостью:

– Боишься, что к тебе в постель отправят, благодетель? Не мечтай! Я лучше горло себе перегрызу, чем с тобой лягу. Это тебе стоит за метку бояться, она у тебя на видном месте, женишок, – и, ехидно засмеявшись, величественно прошла из купели в спальню.

Я вышел вслед за ней и опешил, когда девушка, сбросив полотенце, подхватила один из нарядов, приготовленных ей к церемонии. Изгибы обнаженных бедер так и манили провести по четким контурам пальцами, а потом силой сжать бархатистую кожу до красна, оставляя на ней личные отметины. В голове помутнело от этих порочных мыслей и пришлось отвести взгляд.

– Испугал компаньонку, теперь сам меня наряжай.

Я оторвал взор от ковра. Тесс, растянув шелк между руками и прикрыв обнаженную идеальную фигурку миражной пеленой, протянула мне один из нарядов.

– Или кишка у дракончика тонка подойти ближе к человечке, которая тебя смогла… покори… укусить?

– Что?! – прыснул от возмущения и рассмеялся. – Если подойду ближе, то наряд тебе не понадобится, – повел бровью, примеряясь, с какой стороны зайти, чтобы прижать букашку к стене.

– То есть, ты готов из-за своей проблемки, – она прямо посмотрела на мои бедра, где сквозь мокрую ткань рвалось в бой явное желание, – пропустить церемонию? Если не изменяет память, девушки для отбора нужны невинные. Как и драконы, впрочем.

Тесс нагло изогнула тонкую бровь, с легкостью расправила платье и, изящно подняв руки, нырнула в горловину. Пересчитала складки, провела пальцами по каждой и позволила прозрачной ткани обнять стройные ноги. Завязки остались на спине, впереди сверкала нежная вышивка из серебряной нити, и светлая ткань сильно выделяла упругую грудь. Девушка смело повернулась ко мне спиной, сверкнув округлой попкой.

– Значит, так и пойду, – хитро выглянула из-за плеча. – Наверное, в вашей варварской стране так принято?

– В нашей стране не принято дерзить спасителям рода человеческого, но тебя, увы, не потрудились воспитать как полагается, – подошел к Тесс почти вплотную, ощущая жар, исходящий от ее кожи, и со злостью осознал, что мои пальцы на миг дрогнули, прежде чем прикоснуться к завязкам платья. – Значит, придется мне заняться твоим воспитанием, – специально туго затянул наряд на ее изящной спинке.

– И что будет, если я не буду подчиняться?

– Сначала больно будет, а потом приятно, – стиснул ее плечо и резко развернул к себе лицом. Игриво подмигнул и щелкнул по вздернутому носику пальцем. Девчонка нахмурилась так смешно, что я не удержался от улыбки. Заглянул в озёра глаз, которые становились темнее, когда их хозяйка злилась.

– Мое сердце и тело обещано другому, мечтатель, – она вдруг потянулась и положила ладонь на мою горячую щеку. Еще несколько минут назад эта же рука отвесила мне хлесткую пощечину, а сейчас так нежно покоилась, что я невольно накрыл ее своей. Тепло разлилось по телу. Неужели это дикое существо умеет проявлять ласку? Удивительно!

– Магия отбора обрывает все связи и прежние договоренности на сердце и тело претендентки, – прошептал, опустив взгляд на манящие алые губы девушки.

– Но не для меня.

Тесс отступила, быстро убрала руку и поморщилась, словно я ей неприятен.

– Что нужно сделать, чтобы убраться с вашего отбора и оказаться подальше от тебя?

Какой-то неприятный укол странного чувства ударил в область груди. Выходит, ей так дорог женишок, что на все готова, чтобы к нему вернуться!

Что ж! Это я ей устрою! Только от метки надо поскорее избавиться.

– Для начала перестать хамить. Слушайся меня во всем и будет тебе счастье, – не дожидаясь ответа, я вышел из девичьих покоев. Время поджимало, я еще должен успеть переодеться к церемонии приветствия.

В коридоре истуканом застыла прислужница. Оми согнулась в поклоне, как только меня заметила.

– Помоги Тессианне с нарядом, – вспомнив, что чересчур сильно затянул тесемки платья, приказал я. – И озвуч правила поведения на балу, она их не знает. Два раза повтори! – смерил девушку взглядом, и та закивала болванчиком.

Тесс

Меня бросило в жар после слов дракона, а все то время, что он находился рядом, метка неимоверно жгла. Неприятное тянущее низ живота чувство, от которого хотелось бежать. Оно пугало и будоражило одновременно. Такого я еще никогда не испытывала даже в присутствии Ливерия, хотя наши отношения дошли до тайных поцелуев под раскидистым деревом в местном саду. Зато я поняла немаловажную вещь. Асад не может причинить мне вреда и всему виной наши метки. Они будто отдали мне его силу, позволив управлять.

– Тесс, как вы тут? – Оми ворвалась в комнату перепуганная до смерти. Позабыла, что мы договорились общаться на равных, но мне не сложно напомнить.

– Не волнуйся. Я умею за себя постоять, – тронула отметину, которая перестала тревожить, как только ящер ушел. – Почему ты так его боишься? – пожала плечами и почувствовала дискомфорт от того, как сильно этот гад затянул тесемки платья.

– О! Тесс! – схватилась за голову девушка. – С ним лучше не спорить. Лиэн Асад – самый завидный жених королевства, самый влиятельный воевода и правая рука нашего короля. Если на него не так посмотреть, можно лишиться должности или положения в обществе. Одно его слово может как разрушить чью-то жизнь, так и сделать ее сладкой.

– Что ты имеешь в виду? Сладкой? – я резко повернулась к девушке, отчего тесемки больно врезались в кожу. Волна непреодолимого холода ударила в грудь, завертелась ужом и обрушила на меня странное ощущение пустоты и мертвенного мрака. Я едва не упала от нахлынувшей слабости, но Оми cхватила меня за локоть.

– Перетянули застежку, нельзя так, – она сокрушенно покачала головой и продолжила рассказывать, поправляя мой наряд: – Асад – хорошо обученный жених-любовник, ему много лет пророчат сильную жену, способную к огненной магии, а он отказывался от каждого отбора.

– И почему же в этом году пошел?

В глазах Оми мелькнуло что-то похожее на страх. Она немного наклонилась и прошептала быстро:

– Говорят, что все плохо. Что мир скоро покроется вечным льдом. И только пламя может помочь.

– Пламя?

– Ты же ничего не знаешь… – девушка хлопнула в ладоши и закатила глаза. – Вот почему он правила просил повторить.

– Асад?

– Мы сейчас очень опаздываем, – компаньонка засуетилась вокруг меня, подала открытые босоножки на небольшом каблуке и помогла их надеть. Крутнувшись юлой, сбежала к резному шифоньеру около стены и принесла мне красивые кружевные трусики. Что две ниточки с лоскутиком посередине могут быть бельем, я поняла по ее взгляду, что покосился чуть ниже моего живота. – Самое тайное открывать можно лишь избранному жениху, – пояснила девушка. – А то вылетишь с отбора. Завтра утром я принесу тебе нужные книги и до прогулки будет время немного изучить особенности всех этапов.

Она правда сказала «вылетишь»? Это что, мне переспать с кем-то нужно, чтобы скинуть ярмо отбора со своей шеи? Изменить Ливерию? Поймет ли он мою жертву, примет ли опороченной?

В тот миг я сильно пожалела, что пропускала уроки истории народов Диона. Любая информация о драконах, их стране и связи с людьми – была бы бесценной. Но я прекрасно понимала, что лекции для хенсов разительно отличались от дарвий, и тайные знания никогда не выходили за пределы сословий. Держать простой народ в неведении намного выгоднее и спокойней.

Я сжала кулаки и медленно выдохнула через стиснутые зубы ярость, бушующую в крови. Уже не важно, как и почему я сюда попала, по ошибке или нет, но я никогда не стану проверять честность матери. Верю, что она не могла предать отца, нагуляв меня на стороне, в объятиях богача. Но поверит ли папа?

Холод сгустился вокруг сердца, замедлил его ход, и меня сильно тряхнуло от неприятной дрожи.

Оми заметила это и тронула мою руку. Девушка показалась мне жутко горячей я даже попыталась одернуться.

В глазах прислужницы читалось чистое беспокойство.

– Тебе не должно быть холодно. Что-то не так… может, перелет плохо перенесла? – ее пальчики коснулись узелков и завитушек моего рисунка на локте. – Красивый татуаж. Эти цветы… Они так похожи на… Нет, это другие цветы, но так искусно сделано, будто чернила – продолжение твоей кожи. Ветронцы – хорошие мастера. Я слышала, что у вас есть строители, которые строят замки в Ароне.

Я лишь кивнула в ответ, отстранилась осторожно, пытаясь не выдать свое беспокойство и тряску от холода. Справляясь с продрогшим телом и покусывая губы, чтобы стремительно не синели, я предложила:

– Пойдем в зал? Церемония…

– Да, еще, – девушка выставила указательный палец перед собой и, крутанув им в воздухе, бросила мне в лицо золотистую пыль.

Я слабо чихнула и повернулась к зеркалу.

Волосы равномерно высохли, плавными причесанными черными волнами легли на плечи и грудь. Глаза красиво выделились магической краской. Я сама на себя была не похожа и напоминала развратную принцессу.

Я переживу этот день ради тебя, Лив...

– Краску смыть нужно теплой водой перед сном, – пояснила Оми и, привлекая мое внимание, махнула в сторону двери. – А теперь слушай правила. Повторить уже не успею.

Мы шли по коридору, и я едва ли понимала, что мне рассказывает прислужница, а все потому что на стенах замка висели картины. Огромные, широкие и очень объемные. Я к одной прильнула от любопытства, но тут же отпрянула. Там были изображены пары в страстных объятиях. В таких откровенных позах, что я мигом покраснела от стыда и до зала церемоний шла, глядя под ноги. Какие непотребства! Жар от возбуждения даже холод прогнал, и ему на смену снова пришло приятное тепло. Оно накатывало, бурлило, взрывалось под кожей, будто проснувшийся вулкан. Чем ближе мы подходили к огромному светлому помещению, где скопилось много-много драконов и людей, тем жарче становилось.

Меня накрыло высокой волной огня, когда я ступила на светлый каменный пол, уводящий зигзаги вперед и в стороны, и подняла взгляд.

Асад…

Он стоял около других пяти женихов-драконов и выделялся среди них как высоким ростом, так и мощью крепкого тела. Ящер успел переодеться для торжества и красовался в легких черных штанах, полурасстегнутой красной рубашке с короткими рукавами. По канту швов одежды, словно многоголовые змеи, бежали золотистые узоры. Даже через ткань его мышцы бугрились при каждом движении, нагоняли на меня легкий трепет, не похожий на страх.

Дракон о чем-то увлеченно говорил с тем самым низкорослым шатеном, что нес меня в Арону. А потом Асад бросил на меня цепкий взгляд и тут же отвел, чтобы уставиться на мою соседку по отбору – рыжую шпалу – в ней все два метра будут, на голову выше меня.

А мне что? Да пусть смотрит хоть на жабу и целует ее, как полоумный и голодный дракон поглубже. Он же умеет – наученный любовник! Только бы меня домой отправил и оставил в покое, потому что мне не нравилось то, что я чувствую к нему. Ливерий, нежно любимый и желанный ждет меня дома, волнуется, тревожится. Уверена.

Но… после прикосновений дракона облик жениха внезапно смазался, а тоска угасла, будто симпатии к сыну кузнеца никогда не было. Так нельзя. Я должна скорее вернуться домой и выйти замуж.

Асад

Никогда бы не подумал, что буду стоять не по ту сторону отбора столь скоро. Раньше, находясь в толпе наблюдателей, вальяжно попивал вино и наблюдал за увлекательным представлением, а сейчас даже немного нервничал. Карточки претенденток изучить не успел, так что, буду идти вслепую. Знакомства с одной хватило выше крыши!

А вот и она! Выделялась в стройном ряду девушек особой белизной кожи и черными, будто тьма, волосами ниспадающими на грудь и прикрывающими ее вишневые сосочки. Девица нагло устремила на меня взгляд и снова заставила сердце биться чаще. Все же этой дикарке несказанно шел откровенный наряд.

И не я один это заметил. Среди драконов прошелся шепоток обсуждений претенденток, и рыжий Харт, показав на Тесс, оценил ее как ветронку нежнейшей красоты.

Да уж! Знал бы он, что этот лютик ядовит и колюч!

Я же обратил более пристальное внимание на другую девушку – пышногрудую и высокую. Ее большие карие глаза блестели в свете софитов, а рыжие локоны причудливо подпрыгивали всякий раз, когда она поворачивала голову. Платье пастельно-желтого оттенка своей прозрачностью не оставляло места для фантазии. Я сумел разглядеть каждый изгиб красивого тела претендентки и сделать выбор. Осталось познакомиться поближе.

Главный распорядитель отбора и сильный драконий маг в одном лице вышел в центр зала, и музыка затихла.

– Рад приветствовать всех на ежегодном отборе невест для наших достойных лиэнов! – начал свою торжественную речь Даэрон.

Я поражался тому, как он мог спокойно столько времени находиться в плотной красной мантии и не проронить ни капли пота. Меня бросало в жар даже в легкой рубахе и шелковых брюках.

Дракон сцепил тонкие пальцы на выдающемся животе и обвел сначала нас почтенным взглядом, закрепив его поклоном, а потом устремил все свое внимание на прекрасных дам.

– Трудные времена настали для наших некогда процветающих государств. Жизнь Диона в опасности. Противник всеми силами пытается пробиться через границу и усеять наш мир вечным льдом. Наши доблестные красные драконы всегда на страже! Только они способны сдерживать древнее существо и сражаться с ним на равных! Лишь их особенная огненная магия оберегает всех нас от гибели. Так давайте сегодня почтим минутой молчания тех самоотверженных воинов, что сложили головы в бою!

Свет приглушили, музыка затихла, и на несколько секунд на зал опустилась гробовая тишина.

Я видел, как сильные драконы-воины замерзали, рассыпались в крошку льда, когда Айшур брал их в ледяное кольцо мощной магии. Мое сердце давно исполосовано вдоль и поперек кровавыми ранами потерь. Я закалился, привык терпеть ее, но раны все равно ноют каждый раз, стоит вспомнить кровавые бои на границе.

Я прикрыл глаза и, мысленно отдавая дань храбрым солдатам, вспоминал каждого поименно.

Пелиша, коротыша Енца, красавчика Тиррога, балабола Больена, Светрога, который варил вкуснейшую походную кашу, и многих других… моих верных друзей.

Свет плавно накалил свисающие с потолка лианы и разгорелся ярким кругом по центру залы. Музыканты заиграли, переливы струн смешались с восторженными голосами гостей.

– Дорогие невесты, вам выпала великая честь пробудить пламя драконов! – заговорил Даэрон. – Вы обладаете магией, способной возродить сильное потомство лиэнов! Отныне и вы часть великого сопротивления Айшуру! Возрадуйтесь! – распорядитель поднял руки и взгляд к потолку.

А я опять, как приклеенный, следил только за Тесс. Она единственная из девушек ухмылялась и смотрела вперед, пока остальные, опустив взгляды, чтили традиции отбора.

– Теперь хотелось бы познакомить дорогих женихов с прекрасными невестами, – указал тонким пальцем на Тесс.

Та смешно встрепенулась, но все же сделала шаг вперед. Обвела взглядом зал, замерла на миг, глядя на меня, а потом ровно и уверенно представилась:

– Тессианна хенса Айвен. Привезена в Арону на отбор невест ошибочно. – Зал зашелестел удивленными голосами, а эта негодяйка продолжала говорить: – Прошу великодушного короля и его верных подданных разобраться в неприятной ситуации, проверить мою кровь еще раз, потому что я не дарвийка! – она вздернула подбородок и, будто клинок бросила, посмотрела мне в глаза, показывая, что подчиняться не собирается.

Я покачал головой и едва сдержал смешок. До чего же глупое создание! До нее до сих пор не дошло, что эти бредни тут никто слушать не будет. Магический посох давно все решил и скрепил негласный договор и пойти против него осмелиться разве что самоубийца. Только и сделала, что выставила себя невоспитанной девкой из низшего сословия.

– Благодарю претендентку Тессианну за шуточное приветствие! – со смешком озвучил Даэрон и развел рукам, мол, что с нее, неотесанной простушки, взять.

Ну я же говорил!

Пожав плечами, я указал ей взглядом на учредителя, которого сложно чем-то смутить. Девчонка насупилась вся, напряглась и осталась стоять на месте, все еще надеясь на другой ответ распорядителя. Вот только здесь не Ветрона, где будут чтить и выслушивать простых людей. До тех пор, пока дарвийка не станет законной супругой дракона, в Ароне с ней считаться никто не будет. Оберегать – да, но не плясать под ее дудку.

– Прошу следующую претендентку представиться женихам! – отчеканил Даэрон, строгим взглядом указывая Тесс на ее место.

Она неловко потупилась, но все же отступила к остальным девушкам.

Рыжая бестия, на которую я сразу обратил внимание, отметив ее необыкновенную красоту, схватила Тесс за руку и дернула, задвигая букашку обратно в общий ряд участниц. Сама же сделала два шага вперед и расправила плечи. Горящим взглядом обвела драконов и расплылась в обворожительной улыбке.

– Элора дарвия Винн! – присела в отточенном реверансе и стрельнула в меня взглядом, заставив улыбнуться ей в ответ. – Выражаю глубокую благодарность великим лиэнам за защиту наших земель. Считаю огромной честью оказаться на этом отборе и буду несказанно рада подарить наследника одному из женихов-драконов!

Вот так и должна звучать приветственная речь претендентки! Молодец девочка! А кому-то стоило бы поучиться!

Когда Элора начала вставать из реверанса, чтобы вернуться на место, я бросил взгляд на Тессианну. Она побагровела то ли от злости, то ли от стыда. С нее станется наброситься на девушку с кулаками и навлечь на себя гнев распорядителя.

– Хоть бы не совершила новую глупость! – Невольно прикрыл рот ладонью, когда произнес это вслух. Никто не услышал. Драконы были увлечены участницами.

Тесс спряталась за другими девушками и отвернулась так, что я не мог видеть ее лицо, а лишь оценил острое плечико, под которым заметно темнела метка. Благо она напоминала нательный рисунок и вряд ли вызовет лишние вопросы в стране, где принято их делать чуть ли не с детства. Хотя в большинстве магический татуаж предпочитали мужчины.

Тесс не двигалась, смотрела себе под ноги и молчала. В душе зародилась надежда, что ей все же хватит ума пойти со мной на сделку и не наделать еще больше глупостей.

Следующие претендентки не отличались особо яркой внешностью, но были кроткими, подготовленными и тихими, чем расположили к себе худого придирчивого Эмина и крепкого воина Кириана, а вот весельчак Харт, самый молодой жених среди нас, тряхнул пышной темно-рыжей шевелюрой и вдруг выдал:

– Вот ту, дерзкую, – прыснул он, приласкав Тесс глянцевым взглядом. И, наклонившись к нам, облизнулся. – Забираю чернявую целиком и без отбора. С ней хотя бы не заскучаешь, не то, что эти... – он скривился и показал на остальных невест, – покладистые. А какая красотка! Тессианна… Тесси… Или Анна… Волосы… Ух! Я такого черного цвета и не видел никогда. А какие ножки, талия, грудь… М… Тесси...

– Тесс, – поправил я Харта. Как-то чужеродно звучали придуманные им сокращения. – Зверушка сама успела представиться, пока отбрыкивалась.

– Не. Мелковата и плосковата, – скривился Лорс, чем вызвал всеобщий хохот.

– Как раз твой размер, бери на вырост! – подначил Кириан, намекая на низкорослость Лорса.

– Еще чего! Мне та рыженькая приглянулась, – и друг послал Элоре воздушный поцелуй, когда девушка повернулась в нашу сторону.

– Рано вы человечек делить начали, – вмешался светлоликий Эмин. – Даэрон новое правило ввел. Вон, видите мешочек у него в руке? – мы разом устремили взгляды на распорядителя. – Будем вслепую выбирать партнершу для танца.

Эмин, как самый ответственный из нашей компании, успел изучить новые правила, а я едва не опоздал к церемонии из-за одной авантюристки. Какие уж там правила!

– Уважаемые лиэны, прошу вас подойти ко мне! – объявил Даэрон, подтверждая слова Эмина.

Мы выстроились перед магом полукругом и он перетасовал черный бархатный мешочек так, что послышался стук сталкивающихся между собой камней.

– Лиэн Асад, предоставляю сначала вам на правах главного королевского воеводы выбрать претендентку для первого танца, – он развязал он шнурок и протянул мне мешочек. Я неосознанно бросил взгляд через его плечо и встретился с глубокими глазами Тесс. Она напряженно наблюдала за этим действом, продолжая стоять в тени других участниц и отчаянно кусая губы.

Без единой четкой мысли сунул руку в мешочек и нащупал первый попавшийся плоский камень. Достал его на свет и вслух прочитал выбитое магической сияющей краской на нем имя:

– Каэла дарвия Фронн! – объявил громко и повернулся к участницам. Трудно представлял, какая из них моя партнерша по танцу.

Неприметная блондинка, самая кроткая из всех претенденток, на которую я сначала никакого внимания не обратил, вышла из стайки участниц вперед. Посмотрела на меня и просияла от радости. Поклонилась учтиво, а я тяжело вздохнул. Что-то не везет мне на этом отборе с самого начала. Уж лучше бы Тесс мне ноги отдавила!

Натянул улыбку и, следуя правилам отбора, протянул Каэле руку. Она с трепетом вложила в нее свою теплую ладонь, и мы отошли в сторону, чтобы дождаться окончания жеребьевки.

– Какая прекрасная пара! – наигранно восхитился Даэрон и пригласил следующего жениха: – Лиэн Харт, прошу вас сделать выбор!

Мою спутницу трясло от волнения, ее ладонь запотела в моей, но некогда было успокаивать дарвийку.

Харт как раз достал камень с именем и победоносной ухмылкой объявил:

– Тессианна хенса Айвен!

У меня напряглась каждая мышца. Не сразу заметил, что слишком сильно сжал руку девушки и пришел в себя, когда Каэла тихонько пискнула от боли.

– Извини, – расцепил пальцы и посмотрел на Тесс.

Ожидал увидеть ее растерянной или смущенной, но она неожиданно улыбнулась и даже отвесила поклон огненному Харту. От удивления у меня взметнулись брови, а следом накрыло странным зудящим в груди чувством. Казалось, дракон беспардонно прикоснулся к тому, что изначально принадлежало мне. Их пальцы сплелись как-то слишком тесно, интимно. Я безотрывно сопроводил пару взглядом до того момента, как они встали рядом со мной.

Когда оставшиеся драконы-женихи и девушки-невесты встали в пары, торжественно-мелодично заиграли музыканты. Плавно, с накатом, хотя я мало что слышал. Все внимание сконцентрировалось на плавном шаге чужой партнерши. Не думал, что Тесс так величественно может держать осанку, будто ее обучали этому с детства.

Я же вел Каэлу неуклюже. Ее алое платье будто нарочно путалось под ногами и мешало рисунку. Хотя надо смотреть правде в глаза – я постоянно отвлекался, потому что на каждом повороте пытался рассмотреть, что делает букашка.

А она ускользала от взора, прячась за другими парами, удаляясь от меня.

Чтобы потом снова появиться, вынырнуть среди кружащихся пар яркой фигурой и ошеломить меня своим танцем.

Дерзкая врушка! А говорила, что не умеет!

Тесс белозубо улыбалась, реагируя на шуточки Харта, а меня изнутри прожигало вспышками ярости. До чего же лицемерной оказалась гадина! Выходит, не весь драконий род она ненавидит, а лишь одного его представителя? Это чем же я заслужил такое неуважение? Тем, что не дал ей слинять с отбора? О! Я успел тысячу раз пожалеть, что вмешался! Лучше бы жрецы скрутили девку и упекли в подземелье, чтобы остудила свой пыл. Так претенденток частенько наказывали за неповиновение, коих на много лет случались единицы.

Тесс скользила по каменному полу, словно мотылек, ведомая рукой молодого дракона. В ее изяществе, в плавных выверенных движениях, в выправке плеч было что-то королевское, дарвийское. Может, она и думает, что хенса, но кровь не обманешь – Тесс – высокородная девица.

Харт вдруг закружил ее по залу, широко, легко и свободно. Огибая другие пары, они будто никого вокруг не видели и смотрели друг на друга так пристально, что у меня скрипели от напряжения зубы.

Их танец напомнил мне о легкости полета: когда ты беспечен и молод, скользишь по воздуху над морем, прорезая облака и играя с ветром. Ты счастлив, душа нараспашку, в глазах истинный восторг.

Я даже запнулся, очарованный гибкостью тела, ритмикой и отточенными движениями девушки. Она идеально подхватывала заданный темп, аккуратно переставляла маленькие ножки и поворачивалась в нужную сторону, как прирожденная танцовщица. Черные волосы Тессианны разлетались, будто ленты мрака, увлекая взгляды гостей вслед за парой. Показалось, что все аронцы следили только за ними.

Остановившись по центру, рыжий медленно наклонил партнершу назад и, придерживая ладонями гибкую спину, почти коснулся ее губ губами. Тесс выгнулась, упругие сосочки натянули тонкую ткань платья, ногу, согнутую в колене, Харт закинул себе на бедро, пошло раскрывая разрез наряда. Тесс будто не заметила, как сильно раскрыла ее тело эта поза, потянулась рукой вниз, почти коснулась кончиками пальцев пола, чтобы после нескольких мгновений вернуться в объятия дракона.

– Прошу меня извинить, – довольно резко, не завершив маневр до конца, я отстранился от своей партнерши и уловил ее разочарованный взгляд.

Она хотела еще во время танца что-то сказать, но я был слишком очарован другой девушкой, чтобы завести разговор с Каэлой. И сейчас не желал ничего слушать.

– Вынужден ненадолго откланяться, прошу не скучать без меня.

Я стремительно направился к одной из колонн, по пути зацепив с подноса прислужника кубок с вином.

Рассеянный свет очерчивал путь, треугольником уходящий в темный коридор, примыкающий к общему залу. Он вел на открытый каменный мост, упирающийся в большой полукруглый балкон с высокими резными перилами.

В сумерках Ароны отсюда, с отвесной скалы, открывался самый прекрасный вид на песчаный берег моря.

Легкий бриз остужал разгоряченное тело и приводил в чувства, с которыми я по какой-то причине не сумел справиться в зале. Захотелось расправить крылья и сорваться вниз, чтобы ощутить легкость полета, но без разрешения распорядителя даже лиэнам нельзя покидать стены дворца.

Сделав большой глоток, я поставил кубок на перила. Облизнул нижнюю губу, довольствуясь сладковатым послевкусием напитка. Только тогда ухмыльнулся самому себе, потешаясь над ситуацией.

Где это видано, чтобы лучший воин королевства волновался в присутствии человеческой шавки похлеще, чем в схватке с древним злом? А все виной эта проклятая метка, что покоя не давала! Но неразрешимых задач не бывает. Все равно придумаю, как от нее избавиться, а еще от той наглой девицы, что ее нанесла. Вылетит с отбора, как и хотела! Прямиком к женишку отправится! Осталось немного потерпеть и заставить выполнять Тесс все, что скажу.

Подставив лицо новому прохладному потоку ветра, я размял шею и закрыл глаза, когда почувствовал горячее прикосновение на плече.

Обернулся, узнав особую хватку своего друга – Лорса. Кивнул, молча приглашая его присоединиться. Он испил из моего кубка и посмотрел так, что захотелось уйти.

– Душно там. Фарс да и только с этим отбором, – озвучил мое личное восприятие Лорс.

– Формальность, – я пожал плечами, продолжая вглядываться в красоты своей страны.

– Ну ладно я, а ты чего вызвался? – задал он закономерный вопрос.

Увы, сказать правду не смог, поэтому озвучил лишь ее часть:

– Сыновья нужны. Видел королевский указ? В следующий бой молодняк погонят. Магией толком владеть не научились, а уже на границе будут стоять.

В последние дни я спать нормально не мог из-за того, что придётся заверить распоряжение короля лишь потому, что сил не хватает, а магии нужной нет. Она так быстро пожирается ненасытным Айшуром, что холод уже начал проникать за священную границу и выжирать земли Ветроны. Если не удержим – лед доберется до Ароны – сердца огня – тогда миру настанет конец.

И я понимал, что если подпишу документ, молодняк поляжет в первые минуты боя. Бессмысленные траты, а выхода нет.

– И что же? Сына в бой отправишь? – друг невольно задел меня за живое.

Из этих соображений я и не участвовал раньше в отборах, не хотел заводить семью. А все потому что знал, никогда у меня не хватит духа послать свое дитя в это пекло!

– Нет, Лорс, не отправлю, потому что не будет у меня детей.

Тессианна

– Тесси…

Я поморщилась от жуткого сокращения моего имени. Так даже мама меня в детстве не называла. Звучало оно вызывающе и неприятно.

– Ты так чудесно танцуешь, Тесси, – партнер по танцам, что представился Хартом, вывел меня в коридор после третьего танца. Другие драконы и девушки продолжали танцевать и меняться парами. Я же толком и не успела с другими мужчинам познакомиться, хотя и не жалела – все выглядывала высокую фигуру Асада, а он куда-то испарился.

Больно нужен! Ящер скользкий.

Я уже ног не чувствовала, но по привычке шла ровно, вытягивая шею и держа осанку. Мне повезло учиться танцам с королевскими дочерьми. Я с детства много времени проводила при дворе. Меня готовили в камеристки одной из принцесс, потому я знала о поведении в высоком обществе достаточно. Другое дело, что мне иногда, вру, чаще всего, хотелось забраться на коня и лететь на нем, вдыхая ароматы трав и свободы, по бесконечному полю до глубокого заката. Да и домашнюю работу никто не отменял, мать с отцом сильно уставали на ферме, а старший брат, что метил в королевскую охрану, совсем не бывал дома. Если честно, я никогда не видела себя около королевы и не хотела никому прислуживать. Да кто меня спрашивал? Мама с папой решили, что во дворце мне будет хорошо, коров доить всю жизнь я не смогу, а мое желание быть простой учительницей танцев даже не рассматривали. Мол, это не годное для девушки дело. После многолетних споров и папиного упорства, я смирилась.

Теперь еще и отбор – навязали поневоле, а мне мириться? Да никогда… Детей драконам рожать? Пф… Разбежалась.

Вот для чего они наших дарвиек обучали углубленно в закрытых школах! Чтобы ноги раздвигать перед мерзкими ящерами?

Мне стало внезапно нехорошо – я буквально замерзала в окружении потных тел и жуткой жары и понимала, что это ненормально. Со мной что-то случилось во время переезда в страну драконов, но говорить это рыжему весельчаку не было желания. Мне бы согреться. Это все, чего я сейчас хотела.

Парень что-то активно рассказывал, я не слушала. Старалась идти рядом ровно и не цокать зубами. Только кивала и натянуто улыбалась, показывая, что внимательно слушаю.

Коридор вывел нас к мостику, прилегающему к балкону. И меня, как высокой волной, внезапно накрыло теплом.

Вцепившись в перила и глядя куда-то вдаль, впереди спиной к нам стоял Асад. Рядом, сцепив руки за спиной, расхаживал невысокий дракон из женихов. Тот первый меня заметил, задержал взгляд, что-то шепнул Асаду и пошел нам навстречу.

– Драгоценная Тессианна, ты простишь, если я украду у тебя спутника ненадолго? – он учтиво поклонился и обратился к рыжему высоченному парню: – Дело есть, – и показал куда-то в сторону.

– Но… – Харт недовольно помялся, но все-таки откланялся, и они вдвоем ушли назад, в зал.

Я боялась поднять взгляд. Бесконечные перепалки с Асадом вымотали за последнее время, а легкая дрожь по телу не сулила ничего хорошего.

Потому я решила тоже уйти, чтобы не мешать драконишке предаваться уединению. Ведь он так и не обернулся, смотрел в небо и не двигался, будто примерз к деревянным стойкам ладонями.

– Не буду мешать… – шепнула больше себе и, развернувшись, побежала туда, где было меньше всего народу – в нишу под колоннами, окруженную садом.

Замерев в темноте, прижалась спиной к камню и задышала в цветочный потолок. Мне было и жарко, и холодно одновременно. Пальцы щипало ненасытным током, в груди бойко тарахтело сердце. Так сильно, что я не слышала внешние звуки.

Не сразу поняла, что нахожусь не одна, но когда холод в груди резко отступил, посмотрела прямо в лицо того, кто стал этому причиной. Черные глаза с вкраплением алых искр прожигали до кости и блестели негодованием.

Асад сделал шаг вперед и оказался так близко, что я сильнее вжалась в стену.

– А обманывать нехорошо, – качнул головой и опустил взгляд на вырез платья. Снова посмотрел мне в глаза и улыбнулся. – Танцевать тебя все же научили, – подался еще немного вперед и оперся ладонью о стену прямо у моего лица, перекрывая мускулистой рукой единственный путь отхода. – Смотрю, наш весельчак Харт тебе приглянулся. Может, уже домой возвращаться передумала, да жениха позабыла?

Загрызу паразита! Съем вместе с крыльями, которые у него где-то там на спине должны быть. И косточки повыплевываю. Кольнул так, зараза, что захотелось впиться в наглую драконью рожу ногтями, пропороть смуглую пахнущую смолой кожу, оставить на ней глубокие борозды на потеху зрителям. Чтобы все знали, что мой!

Зачем я так подумала? Совсем сбрендила...

Я будто не я рядом с этим гадом, и ничего не могу сделать. И танцевать с Хартом было неприятно, и в груди жгло, когда смотрела, как Асад прикасался к той пигалице с пшеничной соломой на голове, как он улыбался ей… убила бы! Обоих.

Когда смотрела в полыхающие глаза поработителя, меня с головы до ног окатило волной жара, вызывая во мне неудержимое желание влипнуть в Асада, сплестись и не отпускать. Совратитель хвостатый!

Я должна ответить, должна заткнуть рот наглецу. Чтобы не смел моего жениха вспоминать, ведь именно из-за Асада я здесь, это он забрал меня из Ветроны, выдрав из привычной жизни. А теперь я еще и виновата?! Нужно быть сильной, не позволять ему выставлять меня дурой, как там, в зале, когда все, в том числе и Асад, насмехались над моей правдой. Я имею право заткнуть его сейчас, чтобы рот не открывал свой грязный, ядовитый… чувственный, красивый.

Тряхнула головой, прогоняя наваждение.

Асад с Ливерием и рядом не стоял, не собираюсь с ним миндальничать, но подстегнуть обязана – не уйдет он сегодня целым. Я немыслимо злюсь и пылаю, когда он так близко, это нужно прекращать. Может, это его оттолкнет?

– А дракончик, оказывается, ревнует? – нагло провела по его напряженному корпусу, вверх от пояса, перещупывая каменные мышцы, чувствуя, как мужчина подрагивает под моими руками, и замерла на мощной шее кончиками пальцев, нежно вплела их в густые остриженные волосы. Дернула, сжала пряди и чуть не застонала, когда Асад глухо прорычал. Сильно цапнула затылок, перевела руку ниже, на шею, впилась в пульсирующую жилку на массивном плече, ошалела от желания стиснуть на ней зубы и глотнуть сладко-горячей крови.

Нет, так только хуже...

Чтобы совладать с собой, продолжала говорить наглым тоном:

– Блондинка что, плохо тебе улыбалась, Дракон Драконыч? Или затмила собой его Прекрасное Рептильество?

Асад

Никогда бы не подумал, что вполне закономерный вопрос вызовет у Тесс такую бурную реакцию! Значит, в точку попал и за живое задел! До чего же, оказывается, приятно выбивать паршивку из равновесия. Тут же строптивость дала о себе знать. Ради этих диких прикосновений и штормового блеска в голубых глазах стоило продолжать разговор в том же тоне. На меня еще ни одна девушка не смотрела с такой голодной жадностью, будто вцепится сейчас зубами в плоть, оторвет кусок и превратится в фурию. Я кожей ощущал исходящие от нее волны жара. Упивался им, впитывал телом, но не мог сполна насытиться. Хотелось прижать ее к себе теснее, до того недопустимого предела, когда и миллиметра между нами не останется. Но пересилил желание и устоял на месте. Ухмыльнулся ей в лицо, давая понять, что меня ничуть не тронули ее никчемные попытки оскорбить.

– Ревность – совсем неподходящее определение. А вот злость – самое то! Не терплю лицемеров, – наклонился, прошептав ей на ухо последнюю фразу. Ухватил свободной рукой девчонку за талию и крепко стиснул. Медленно повел ладонью вверх, сгребая между пальцами легкую ткань платья в складки. Разрез плавно двигался к основанию ее упругого бедра, приоткрывая соблазнительный изгиб. Я обвел ненасытным взглядом ее вздымающуюся грудь и коснулся кончиком пальца торчащего напряженного соска. Захотелось одним движением разорвать барьер в виде платья и сполна ощутить мягкость ее кожи и твердость манящей горошины. – Не так уж и сильны чувства к Ливерию, не правда ли? Иначе не горела бы сейчас в моих объятиях, изнывая от желания, – едва коснулся мочки ее ушка. – Не так уж и сильна ненависть к драконам, иначе не склонила бы голову перед одним из них. Не улыбалась бы, не кружилась в откровенном танце, – припал губами к горячей шее и схватил Тесс за бедро, закинув на себя ее ногу, в точности повторяя движение из ее танца, которое заставило меня ощутить ярость и уйти с праздника. – А сейчас хочешь почувствовать какой на вкус поцелуй истинного дракона, – с улыбкой оторвался от ее мягкой кожи и заглянул в распахнутые глаза. На дне озер разверзлась самая настоящая синяя бездна.

– Ты меня с кем-то путаешь, – в ее ярости было что-то удушающе-огненное. Показалось, что даже радужки Тесс изменили цвет с синего на оранжевый, чтобы пропустить наружу настоящее пламя. – Я не твоя комнатная игрушка! Сейчас же, – зашипела и дернулась, – убери. От. Меня. Руки!

– Уверена в своем желании? – спросил еле слышно и покорно отстранился, но вовсе не потому, что она так сказала. Похоть внутри достигла своего апогея, и я понял, что не сдержусь, если продолжу. – Все еще хочешь вернуться домой?

– Больше жизни, – ответила Тесс обреченно, обняла себя за плечи и больше не проронила и слова.

Ее сильно потряхивало, и я не сразу понял, что происходит. В синих глазах появилось что-то мрачное, затягивающее, и букашка вдруг юркнула перышком мне под ноги, а когда я потянулся и коснулся ее руки, тело девушки показалось мертвенно-холодным.

– Тесс, – на секунду мной овладел страх, что она умерла. В панике подхватил девушку на руки и начал тормошить. Она дышала, но не приходила в себя. Странный холодок вырвался из ее приоткрытого рта, и я машинально разорвал верхнюю часть платья, чтобы добраться до метки. Прижал ладонь к алому цветку и опалил жаром магического огня. Почувствовал почти нестерпимую боль, когда ее грудь начала часто вздыматься, но глаза оставались закрытыми.

Не соображая, что нужно делать в подобной ситуации, ринулся в сторону, чтобы поскорее отнести Тесс жрецу на осмотр, но в суматохе не заметил торчащую из ближайшей живой изгороди ветку. Ее острый край вспорол мою шею до глубокой раны, и капли крови брызнули девушке на лицо.

Я замер на месте, увидев, что Тесс облизывает окропленные губы, словно это сладкое лакомство. Девушка распахнула глаза и вцепилась в мою шею мертвой хваткой. Со странным блеском в широких зрачках припала ртом к порезу и начала жадно пить мою кровь. Совсем так же, как в тот раз, когда я нагнал её у выхода из Цитадели.

Я заозирался по сторонам и прижал Тесс к себе плотнее. Чтобы не попасться никому на глаза, двинулся прямиком к раскидистому дереву и укрылся под его густой кроной. Тесс оторвалась от пореза, облизнула пухлые губки и вдруг встрепенулась. Глубоко вдохнула и слабо дернулась в моих руках.

Я ошеломленно смотрел на девушку. Ее щеки вновь налились румянцем, кожа нагрелась до приятной теплоты, а в глазах появились знакомые дерзкие искорки.

Тесс осторожно сползла на пол, прикасаясь ко мне всем телом и держась за плечи, вызывая бурю в моей крови. Ее близость оказалась мучительнее, чем я думал. Девушка встала на сильные ноги, выпрямилась и закусила губу. Она смотрела на меня с жадностью и любопытством, а потом отвела взгляд и наклонила голову, словно нашкодивший ребенок.

– Я… не знаю, что на меня нашло, – облизнула юрким языком губы, что окрасились моей кровью. – Я… н-не хотела, – сжалась, обняла себя руками, прикрыв ладонями обнаженную грудь, и отстранилась от меня, как от ядовитой змеи. – Асад, что происходит?

Я скинул с себя рубашку и набросил ей на плечи. Запахнул, чтобы прикрыть её прелести.

– Разберемся, – протянул, пытаясь связать в логическую цепочку все, что произошло. – Сейчас иди в свои покои и переоденься. Скажешь, что случайно порвала платье. Встретимся в зале. Дорогу помнишь? – Она кивнула в ответ. – Надо завершить церемонию. А потом жди меня у себя в комнате.

Направил Тесс в сторону коридора, который вёл мимо зала прямо в холл к нужной лестнице, а сам пошёл другим путем. Поднялся на второй этаж и ворвался в свои апартаменты. Выудил новую рубашку из шкафа, надел её и пошёл в торжественный зал, чтобы выслушать последнюю на сегодня речь распорядителя.

Тессианна

Я вернулась в свою комнату быстро. Бежала по коридору, как испуганная косуля от хищного зверя. Только внутри знакомого помещения, припав спиной к холодной стене, облегченно выдохнула.

Я не выдержу здесь. Не смогу. Не хочу ничего этого!

От Асада так пахло… Чем-то запретным и диким, и я не могла, даже расставшись с ним, нормально дышать. Он будил во мне странные животные инстинкты, спину пробирало когтями жара, все тело сжималось от напряжения, и я тянулась, тянулась прикоснуться к мерзкому дракону.

Я прикрыла пылающее лицо ладонями и глухо закричала. И холода как не бывало, я натурально горела после Асада и не могла понять, что со мной. Воспоминания о Ливерие были неприятны, они вызывали тошноту. Это было больно. Все метка виновата... и ящер!

Я оторвалась от стены и на ходу сорвала остатки платья, швырнула его на пол. Бросила взгляд в ростовое зеркало и ужаснулась. Морозные цветы с локтя расползлись дальше, забрались на плечо, легли лепестками на ключицу и тонкими завитками украсили грудь.

Что это? Оно значительно увеличилось, будто собиралось украсть у меня каждую клеточку тела.

Повернулась немного вполоборота, чтобы увидеть на спине метку. Она мерцала алым среди неоново-синих веточек. И от нее шел пульсирующий жар, вливающий в кровь невыносимое желание вернуться к ненавистному мужчине. Чтоб его тьма съела!

Я должна попытаться избавиться от этой связи. Схватила со столика небольшую брошь в виде серебристой стрелы, расстегнула и, вернувшись к зеркалу, царапнула иглой по метке, пытаясь ее срезать.

Дикая боль охватила рану и лопатки, кровавым льдом покрыла пальцы, приморозила меня до каменных мышц. Не удержавшись, я упала на колени, руки плетьми рухнули вдоль тела.

Дверь открылась, мерзлый сквозняк ошпарил оголенную кожу. Сквозь мутные слезы я смогла рассмотреть мужской силуэт.

– Что ты со мной сделал? – прошептала, падая без сил.

– Почему ты еще… – речь Асада резко оборвалась и стала последними словами, что я услышала перед тем, как полностью провалиться в пустоту.

– И что это может значить? – очнулась от неприятного прикосновения чьей-то холодной руки, но не спешила открывать глаза, когда узнала знакомый тембр мужского голоса.

– Никогда ничего подобного не видел, – раздалось над моим ухом. Еще не приходилось слышать этот тихий и приятный голос. Даже захотелось посмотреть, кто так отчаянно очерчивал пальцами рисунок моей метки. – Буду изучать.

– Когда дашь ответ? – воздух сгустился от напряжения, когда дракон прорычал вопрос.

– Сейчас же отправлюсь в магическую лабораторию. Всю ночь буду работать. Надеюсь, к утру получится понять ее происхождение, но мне нужно взять материал девушки…

– Моего не достаточно?

– Увы.

Я вскрикнула и подскочила в кровати, когда почувствовала, как этот изверг отщипнул от меня кусок.

Темноволосый мужчина смотрел на меня теплыми черными глазами и улыбался. А потом я окинула его более внимательным взглядом и по особой мантии узнала магического жреца Ароны – Хаэля. Моим догадкам вторил алый блеск в драконьих глазах, который сначала не заметила. В тонких пальцах он сжимал колбу с моей кровью и плотью. Скривилась, и он тут же убрал материал в черный мешочек.

– Вам стоит отдохнуть, выспаться, – погладил меня по волосам и метнул взгляд в Асада, что восковой статуей застыл у спинки кровати, а потом вновь одарил меня приятной улыбкой. – Старайтесь не трогать метку. Я во всем разберусь, и мы найдем выход, – заверил уверенным тоном.

– Благодарю, Хаэль, я позже к тебе зайду.

Стало тоскливо. Этот пожилой дракон вдруг напомнил мне отца, поддержки и доброго слова которого так сейчас не хватало.

Я закуталась в простынь и, накрывшись с головой, отвернулась от Асада. Сжала зубы и кулаки, чтобы выдержать эмоции и не расплакаться при нем.

Снова стало холодно, тонкая хлопковая ткань не согревала, меня прилично потряхивало, но я со всех сил терпела и пыталась не выдать себя.

Как же я хочу домой... Вернуться в теплую комнату с потрескивающим камином, шерстяным пледом на плечах, парным молоком на ужин и веселой компанией подружки. Или… вкусить поцелуи жениха, такие… пресные и… о нет! Я отравлена меткой, испорчена страной драконов, порабощена воеводой. Он даже в мои мысли и желания пробрался!

– Ненавижу…

Тяжелая рука дракона опустилась на плечо и пронзила теплом через ткань. Содрогнувшись в ознобе, я закуталась сильнее в ткань. Хотела воспротивиться, пресечь его прикосновение, но было так холодно, а теплая рука дракона такая приятная… Не смогла преодолеть тягу, лишь судорожно выдохнула.

Над головой пролетел тихий голос:

– Тебе опять холодно?

Я ничего не ответила, потому что не могла признать, что без него погибаю. Не понимала причин, не знала, что буду делать дальше.

Кровать мягко прогнулась под его весом, а я задержала дыхание.

Какое-то время Асад молчал, а потом настойчивым движением развернул меня к себе и неожиданно вспорол когтями кожу на своем запястье. Прожигая пламенем алых глаз, схватил меня за затылок.

– Пей! – скомандовал и поднес порез с сочащейся кровью к моим губам.

Аромат сладости ударил в нос, меня потянуло к мужчине, будто за нить. Я желала вкусить жар его крови снова… хотя это и казалось безумным.

Не смогла удержаться, жадно впилась в ранку, чувствуя, как с каждым глотком холод отступает, а по телу разливается приятное тепло. Его кровь была вкуснее, чем самое дорогое вино, и мне хотелось вкушать ее еще и еще. Озноб почти сразу отступил, дыхание восстановилось, мне стало жарко и я только тогда оторвалась от ранки, лизнула капельку сорвавшейся крови.

В глазах Асада вспыхнуло и погасло пламя, а по его телу прошла заметная дрожь. Я с трудом смогла отпустить его руку.

– Отдыхай, я все решу, – прошептал дракон, наспех перематывая запястье платком. Поднялся во весь рост, бросил на меня последний взгляд и быстро покинул комнату.

Асад

Сидя в кресле у распахнутого окна, я любовался кровавым рассветом Ароны и думал о Тесс. Взглянул на рану, из которой она пила кровь, и снова удивился, что та за ночь едва затянулась.

Все происходящее калейдоскопом прокручивалось в голове. Церемонию знакомства мы завершали без шестой претендентки. Пришлось доложить Даэрону, что Тесс не здоровится и ее лечением займется Хаэль, которому я всецело доверял и знал, что эта тайна не выйдет за пределы его лаборатории.

Так и стояла перед глазами картина, как девчонка дрожит в духоте покоев, а потом, испив моей крови, розовеет ее кожа. Снова поймал себя на мысли, что безумно желаю прямо сейчас пойти к ней и заключить в объятия. Коснуться черных шелковистых волос, провести пальцем по алым чувственным губам и заглянуть в бездонные штормовые глаза. Даже воспоминания о тембре ее голоса будоражили и будили во мне странные чувства, граничащие с безумием и дикой похотью.

– А думать сейчас надо о метке, а не о том в каких позах, – улыбнулся собственным мыслям. Замотал головой, прогоняя наваждение, но твердое намерение дало о себе знать, откликаясь острым желанием. Я поднялся на ноги и начал ходить по комнате, меряя ее длинными шагами.

Хаэль обещал разобраться за ночь, но миасс уже согрел первыми лучами дворец, а от мага так и нет вестей. Из лаборатории меня выгнал, не позволив наблюдать за процессом работы, и я остался в полном неведении. Пару раз за ночь тайком пробирался в покои Тесс, проверяя ее дыхание. Она спала, как убитая, и я не понимал хорошо это или плохо.

Тревога нарастала с каждой минутой, что вторили верещанию птиц за окном. Я все еще не мог понять от чего именно столь противное чувство бушует внутри ураганом. То ли за себя боялся и разоблачение пугало, то ли за жизнь Тесс.

Благо стук в дверь отвлек, когда я собрался снова пойти в комнату девчонки.

– Кирдан! – удивился увидеть помощника так скоро и жестом пригласил его к столу.

Устроился в кресле напротив помощника.

– Я выполнил ваш приказ. Это не заняло много времени, – положил передо мной бумаги, в которых сейчас не было желания копаться и изучать их содержание.

– Расскажи, что тут? – вздохнул и посмотрел на дракона.

Кирдан коротко кивнул, сложил руки на столе и заговорил привычным ему докладным тоном:

– Ливерий и правда обручен с шестой претенденткой. Он всего лишь молодой парнишка, которому недавно исполнилось восемнадцать. Сын кузнеца и доярки. Чистокровный хенс. Единственный ребенок. Служит при дворе, как и его родные, – когда помощник о нем заговорил, я почувствовал укол ревности, который ни с чем не спутать. Сразу вспомнились речи Тесс о том, как она любит своего жениха и жаждет к нему вернуться.

Интересно, чем сопляк простолюдин мог так сильно зацепить эту дикую фурию с таким скверным характером?

– Ничего достойного вашего внимания в его личности и происхождении найти не удалось, а вот Тессианна… – помощник помедлил и указал пальцем на самый верхний в стопке документ. – Никакая она не хенса! Более того! Она одна из детей короля. Посмотрите на дату и время ее рождения, – я вчитался в цифры и нахмурился. – Она бы никак не избежала участия в этом отборе, оставшись в родной семье. И в брак вступить до совершеннолетия по законам не могла. Поэтому король проявил хитрость и отдал дитя на воспитание в семью хенсов, что служат при дворе. Вот Тессианна и не знала, что является чистокровной дарвийкой и принцессой. Эту тайну ей как раз собирались поведать после предварительного отбора в Цитадели, а потом расторгнуть помолвку с Ливерием и вернуть в королевскую семью, – пока Кирдан все это говорил, ухмылка сама собой расползалась на моем лице.

Вот теперь все понятно! А я все гадал, откуда у Тесс эта грация и стать дарвийки? А тут еще и королевская кровь в довесок. Глупышка до сих пор думает, что попала на отбор случайно. Что ж, пусть пока так и думает!

– Благодарю за службу, Кирдан. Можешь идти, – и, взглядом указав дракону на дверь, спрятал документы в шкаф стола. Могут еще пригодиться.

Как только сиэн с поклоном удалился, я не стал дожидаться вердикта мага и отправился к Тесс.

Стучать и спрашивать разрешения войти не в моих правилах, поэтому первым делом жестом прогнал Оми из покоев и посмотрел на букашку, что сидела у зеркала трюмо и расчесывала длинные волосы. Даже не обернулась, когда увидела меня в отражении.

– Как самочувствие? Сегодня ты нужна отбору в полном здравии. Полетаем? – подмигнул и улыбнулся.

– Не хочется тебя разочаровывать, Ваше Рептильество, но я боюсь высоты, – она посмотрела в мои глаза сквозь отражение, но тут же отвела взгляд и отложила расческу.

– Кровушки моей напьешься, пиявка, – подошел ближе и положил ладони на ее плечи, наклонился к ушку и заправил за него черную прядь. – И полетим над Аронским морем! Покажу тебе самое красивое место ненавистной тебе страны, – шепнул и едва коснулся шеи губами. Девушка тут же откликнулась заметной дрожью. – Это условие распорядителя. Нельзя невестам высоты бояться.

– И что ты сделаешь, сладкий Асадик, если не соглашусь? – Тесс туго сплела руки на груди и непокорно вздернула подбородок.

– А тебя никто не спросит. Невесты просто выберут себе дракона, на котором полетят. Не со мной, так с другим, – пожал плечами и развел руками, давая понять, что у нее есть право выбора. – Вот только, когда будешь выбирать, учитывай то, что если тебе станет плохо в полете, куснуть меня ты не сможешь, – уселся в первое попавшееся кресло и сложил ногу на ногу.

– Обойдусь, подумаешь.

Тесс отвернулась, зябко потерла плечи.

– Как знаешь. Свалишься, спасать не буду, – грубо отрезал, не желая больше с ней спорить. – Готовься. Не буду отвлекать.

– К чему?! – резко поднявшись, Тесс крикнула мне в лицо, но тут же подобралась и поджала губы. – Ты отравил меня! А теперь насмехаешься?! Иди-иди, – показала на дверь тонким пальчиком, и я заметил, как дрожат ее руки. – Не нужно мне ничего, видеть тебя не хочу. Лучше уж с рыжим полетаю, чем… унижаться перед тобой.

– Как знаешь, Тесс. Летай, с кем хочешь, – мне стоило неимоверных усилий произнести эти слова насмешливо. В груди же случилось извержение вулкана. Видимо, пора серьезно поговорить с Хартом.

– Я… – девчонка вдруг умерила пыл и заломила руки, – домой хочу. Не должна я здесь быть. Значит, и слушаться не должна. Тем более, какого-то ящера, – глядя на меня в упор, скривилась, будто горький корень проглотила. – Чего ждешь тогда, Асад? Иди к своей медноволосой показушнице. Она покорная, обученная, а какая красавица. Чего ты мой порог обиваешь? Если тебе все равно, – девушка подступила ближе и, вцепившись пальцами в подлокотники, наклонилась, – почему твои глаза наливаются кровью, стоит Харта упомянуть?

– По той же причине, что и твои при разговорах об Элоре, – схватил ее за запястья и откинул от кресла, чтобы подняться и уйти.

Прошел по ковровой дорожке к двери и застыл на пороге, когда не удержался и обернулся.

– Это все шелуха, Тесс. Меньшее из наших бед.

– Вот и жри свою шелуху, а меня верни домой, – на последних словах ее голос сорвался, и Тесс почти прошептала: – Мне здесь не место.

Девушка повернулась ко мне спиной, черные волосы хлопнули по ее плечам и легли густой копной вдоль стройной фигурки. Тесс больше не проронила и слова, явно показывая, что видеть меня не желает.

– Вернешься, обещаю, – бросил я и вышел в коридор.