Жених с большим подвохом

Петербург, Комарово, середина июня.

– Вы на собеседование? Проходите в гостиную, милочка. Меня зовут Майя Викторовна, я здесь домработница. А как ваше имя?

– Даша.

– Прекрасное имя. Что вам принести, Дашенька: кофе или чай?

«Какое чудесное место и какие приятные люди», – подумала Даша.

И тотчас за этим до просторной прихожей с лестницей на второй этаж долетел разъяренный возглас:

– Влада, черт возьми! Ты меня решила убить? Ты кого мне приводишь третий день?! Чтоб я больше не видел этих постных рож в своем доме!!!

– Не обращайте внимания, – домработница втащила опешившую Дашу в гостиную – Это к вам не относится. Просто Александру Евгеньевичу не понравилась предыдущая кандидатка. Ну и нервы, конечно, разошлись. Он привык вести активную жизнь, а тут оказался временно прикован к постели. Понятно, что ему тяжко.

– Да, еще бы, – промолвила Даша, чтобы что-то сказать.

С предыдущей кандидаткой она столкнулась прямо на крыльце дома. И сразу мелькнула мысль: опоздала. Приятная, интеллигентная девушка, вот ее, наверное, и взяли на должность «сиделки не для ухода, а для интересных бесед». Но оказывается, та девушка вздорному старику не понравилась. А то, что он вздорный, было ясно. Дед все не хотел униматься, продолжая ругать свою дочь. Кстати, где его комната? Не рядом с гостиной, но близко, раз голос по-прежнему слышен.

– Я тебя лишу содержания, – долетела до Даши очередная реплика. – И посмотрим тогда, на кого ты станешь похожа и какие мужики будут на тебя западать. Любишь сладких красавчиков? А мне кого суешь?!

Даша грустно вздохнула, глянув на себя в зеркало. Зря тащилась в это Комарово! Только день убила и потратила деньги на проезд. Ведь уже понятно, что она старику не понравится.

– Есть там кто еще?! – рявкнул Александр Евгеньевич. – Подавай сюда!

В гостиную вошла девушка лет двадцати пяти. Посмотрела на Дашу и тоже грустно вздохнула.

– Вы, наверное, Дарья, которая записана на два? – спросила она. И получив утвердительный кивок, обреченно воскликнула: – Пойдемте!

Они миновали узкий коридор и попали в просторный кабинет. Вопреки ожиданиям Даши, Александр Евгеньевич оказался не дедом, а мужчиной лет за пятьдесят. Он лежал на специальной кровати с приподнятым верхом, позволявшей находиться в полусидячем положении. На нем была нарядная голубая рубашка, тело ниже пояса прикрывало легкое одеяло. Темные волосы с заметной сединой были слегка взъерошены, нарушая гармонию элегантной стрижки, из-под густых бровей поблескивали льдистые серые глаза.

– Добрый день, – мрачно процедил он. – Присаживайтесь. Иди, Влада, и закрой за собой плотно дверь, – приказал он дочери, сверкнув в ее сторону глазами.

Влада испарилась в мгновение. Даша села на стул рядом с кроватью, поставленный так, что она оказалась напротив Александра Евгеньевича, продолжавшего сверлить ее взглядом.

Внезапно Даше стало смешно, даже весело. Ну, попала она! Думала, что едет к приличным и культурным людям. А тут оказалось другое. Но чему удивляться? Комарово уже давно не является местом проживания интеллигенции, как было когда-то. Вот такие, небось, и скупили здесь все дома, а заодно и понастроили новых. Люди, разбогатевшие в девяностых и косящие сейчас под приличных.

– Как зовут? – спросил Александр Евгеньевич.

– Даша.

– Сколько лет?

– Двадцать два.

– Вы студентка?

– Да. Осталось последний год отучиться.

– Из провинции?

– Да.

Александр Евгеньевич приподнялся, рассматривая ее с удивлением и как будто с легким недоверием.

– Ну и ну, – усмехнулся он. – Не думал, что девочки из провинции, приехавшие покорять наш город, могут так уныло выглядеть. Или вы без денег совсем? Косметику не на что купить и нормальную оправу для очков? Ладно! Давайте по пунктам объявления. Я назвал темы, на которые хочу говорить. Книги, туризм, музыка, политика… Вы способны поддержать беседы на все эти темы?

– Надеюсь, что да.

– Даже о политике? – Александр Евгеньевич посмотрел на Дашу скептически, затем понимающе кивнул. – Верю, дорогая моя. С такой внешностью только читать книжки, ходить по музеям да интересоваться политикой. Мужа или бой-френда у вас, как я понимаю, нет?

– На данный момент нет, – Даша посмотрела на него с легким вызовом.

Александр Евгеньевич рассмеялся.

– Простите, но как же вы тогда собираетесь говорить на тему «отношения мужчины и женщины, секс»? Вы же в этом не петрите! Хотя… Рассказы о своем неудачном опыте – это тоже беседы. Но зачем вы так вырядились? – он недоуменно нахмурился. – Ваше лицо не кажется мне тупым. И взгляд смелый. Рассматриваете меня почти так же нагло, как я вас. Но этот ужасный костюм, скучная прическа… И оттенок помады вам совсем не идет! Это просто жесть.

Даша шумно вздохнула, возводя глаза к потолку.

– Оттенок помады, черт возьми. Я смотрю, вы в этом толк знаете. И любите хорошеньких девушек. Ну так и писали бы прямо! О том, что вам нужно. Мол, так и так, ищу сексапильную красотку, которая будет развлекать меня во время болезни. А вы написали – что?

– Что? – переспросил он.

Даша бросила на него колкий взгляд, рассудив, что терять уже нечего.

– В конце объявления написано: скромный внешний вид. По-вашему, это сочетается с броским макияжем и короткими юбками?

Александр Евгеньевич заморгал. Потом сделал движение, будто собираясь подняться, и отчаянно выругался: видимо, где-то кольнуло.

– Дайте посмотреть. Достаньте мобильник и покажите мне это объявление. У меня еще палец на правой руке сломан, а я совсем не левша.

Даша нашла объявление и подсунула телефон под нос деду. Он снова яростно выругался, стукнув кулаком по кровати.

– Проклятье! Я-то думаю: что такое творится? Одни клуши идут косяком. А оно вон что. Дочка приписала в конце эту гадость. Ну, зараза! Слов цензурных нет.

– Вероятно, она хотела оградить вас от искательниц легкой наживы, – заметила Даша, усиленно стараясь не ерничать. – Знает вас хорошо. Вы – известный бабник. А сейчас находитесь в уязвимом положении и…

– Ты мне что – нотации вздумала читать? – Александр Евгеньевич сверкнул на Дашу глазами и вдруг успокоился. – Да. Меня провели, как лоха! И винить, кроме себя, некого. Не нужно было ни о чем просить дочку. И объяву на сайте нужно было самому размещать. В общем, все понятно! Непонятно только, что делать.

Он снова оглядел Дашу, но уже не настолько придирчиво.

– Почему ты в очках? Плохо видишь? А линзы нельзя носить? Или хоть оправу красивую купить?

– Я могу обходиться без очков, – ответила Даша. – Они мне нужны для работы. А так я без них нормально вижу.

– Ясно, – хмыкнул дед. – Нацепила для скромного вида. И специально без макияжа пришла?

Даша покачала головой, дерзко усмехнувшись в ответ.

– Да вы прямо зациклены на макияже. Но сейчас не времена вашей молодости! Не девяностые годы. Боевая раскраска не в моде.

– Ну-ну! Не девяностые. И парням нужны унылые клуши в унисексе. Вот в таких мешках, как на тебе. Так, Дашуня, да?

Даша шумно вздохнула.

– Вот, чего придирается на ровном месте? – обронила она, глядя в сторону. – Сам же накосячил и еще предъявляет претензии. Или вы от скуки развлекаетесь?

Александр Евгеньевич опешил, потом рассмеялся.

– Ты попала в точку. Только не от скуки, а от тоски. Не объяснишь коротко, да и что мне тебе объяснять. Давай лучше ты переоденешься! Пойдешь в гостевую комнату и оденешься так, будто собралась в ресторан или на свидание с мужчиной, которого хочешь обольстить. Владка тебе поможет, даст косметику, платье и все прочее. Ну?!

– Александр Евгеньевич, – Даша смерила его строгим взглядом и встала, – я не понимаю. Вы себе любовницу ищете?

– Нет! – воскликнул он. – Успокойся, что ты напугалась? Ну какой из меня любовник сейчас. Не смешно. Просто… я тебя возьму на работу. И даже вперед за пару недель заплачу. Контракта не будет. Надоем – сбежишь, у меня охраны здесь нет. Понимаю, я кажусь тяжелым человеком. Но и ты пойми, – дед вдруг погрустнел. – Мне же надо чем-то заниматься, раз прикован к чертовой постели. Вот и буду… учить тебя нравиться мужчинам.

– О господи!

– Ну а что нам о скучном говорить? У меня такой опыт богатый, а передать некому. Ни дочке, ни сыну не нужно. Дочь – красивая, яркая, но так тупо ведет себя с парнями, что к ней одна дрянь липнет. Может, хоть тебя научу чему-то полезному. Посмотрим. Это будет занятно. Зови Владку!

Даша сходила в гостиную за Владой. Александр Евгеньевич выдал дочке инструкции и сказал, что будет ждать Дашу через час.

– Совсем спятил, – промолвила Влада, когда они вышли из комнаты. – Я б на вашем месте бежала. Хотя нет, не бегите! – опомнилась она. – Я сама сбегу. А вы… Ничего, привыкнете. Главное, не спорьте с ним и поддакивайте. Он не злой, просто вредный немного. Насчет приставаний не бойтесь, – Влада понизила голос. – У него не только нога сломана, но какой-то нерв ущемлен. Потому и приходится лежать, а то б он уже куда-нибудь поскакал на костылях. Но сейчас ему даже нельзя с женщиной, вот и бесится.

– Ясно, – кивнула Даша.

– Посидите в гостиной, – сказала Влада. – Сейчас скажу горничной подготовить вам комнату и вернусь.

Она стала подниматься по лестнице, а Даша прошла в гостиную – просторную угловую комнату с двумя огромными окнами, отделанную в бледных персиковых и бежевых тонах. Подошла к окну, любуясь красивым участком. Никаких огородов, только сосенки, ели, березки, цветущая сирень и кустарники в гроздьях белых цветов. Под окнами – ирисы с пионами. Прелесть! Но Даша не была удивлена. Она посмотрела фотографии поселка еще вчера. И была уверена, что едет к богатым, но культурным людям. А что оказалось на деле? Этот Александр Евгеньевич – истеричный хам. Как бы у нее самой не разошлись нервы от общения с ним. Нельзя брать зарплату вперед, разве что – за неделю. Больше Даша вряд ли здесь выдержит. И вдруг дед начнет приставать, несмотря на ущемленный нерв? Он не в форме сейчас, но как будет потом, неизвестно.

Вообще, эта подработка сразу показалась Даше сомнительной. Она позвонила по объявлению чисто из любопытства. Была заранее уверена, что ее в «сиделки для интересных бесед» не возьмут. Но ее попросили прислать фотографии, а потом пригласили приехать. Вот она и приехала. А теперь и не рада сама! Хотя, если она выдержит в этом сумасшедшем доме неделю, будет хорошо. В другом месте за такую сумму нужно пахать месяц.

В прихожей послышались голоса, а затем в гостиную вошел молодой мужчина. Или – парень, лет двадцать семь на вид.

– Добрый день, – произнес он, посмотрев на Дашу. Не так мрачно, как дед, но тоже без улыбки.

– Здравствуйте, – промолвила Даша.

Парень чуть заметно кивнул и отвернулся. Снял легкую куртку, оставшись в футболке и джинсах, бросил куртку на кресло и подошел к окну. Посмотрел в окно, затем повернулся к нему спиной, прислонившись к подоконнику и опершись о него руками. Застыл в неподвижной позе. Красивый! Только грустный какой-то. Не иначе, тоже ищет работу. Дед сказал, что здесь нет охраны. А ведь дом богатый, охрана, по идее, нужна. Наверное, охранник сбежал, и дед ищет нового. Этот парень, должно быть, и есть кандидат на вакансию. Он высокий и спортивного вида. Лицо слишком умное для охранника, но ведь дело – в размере зарплаты.

Парень вскинул на Дашу глаза. Улыбнулся ей едва заметно и снова устремил взгляд в одну точку. Немного изменил позу, постучал ладонью по подоконнику, будто в нетерпении. Нет кольца на правой руке… Черт!

Даша ощутила досаду и злость на себя. Вот же дура – так уныло оделась! И волосы прилизала, собрав на затылке в пучок. Правильно ее дед отчитал. Выгляди она чуть получше, решилась бы заговорить с этим парнем. Подсказала бы, как держаться с дедом – прекрасная тема, не искусственная. Но в таком обличье – куда? Лишь сидеть и помалкивать. Может быть, потом. Если они оба будут в этом доме работать…

– Ромка! – в комнату вошла домработница. – Ну, мой милый, привет. Скажи сразу: ты надолго к нам?

– Здравствуй, Майя, – молодой человек улыбнулся и позволил ей обнять себя. – Нет. На часок всего.

– Боже! Ну как так?

– Я к тебе зайду поболтать, не волнуйся. Но задерживаться здесь не хочу.

Майя Викторовна сокрушенно вздохнула.

– Да сколько же можно! Ведь…

Ее взгляд упал на сидевшую в кресле Дашу. Ромка тоже взглянул на нее, и у Даши возникло ощущение, будто она сидит здесь нарочно, чтобы слушать чужие разговоры.

– Рома, это…

– Майя, дорогая, не нужно ничего объяснять, – внезапно перебил он ее. – Я в чужом доме, и это не мое дело, кто здесь находится. Доложи отцу, что я приехал. Мы на три договаривались, сейчас без пяти.

Майя Викторовна снова тяжко вздохнула и пошла в кабинет. Ромка вернулся к окну. А Даша иронично поздравила себя с тем, что совсем не разбирается в людях. Принять наследника деда за бедного работягу – м-да!

И они похожи на лицо. Наверное, дед был таким же красивым в молодости. Ничего удивительного, что бабник. Красивый, темпераментный, бойкий… А вот сын кажется другим.

Даша вдруг осознала, что бесстыдно пялится на Ромку. Позор! Хорошо, что он здесь ненадолго и в плохих отношениях с отцом. Не расскажет, что какая-то мымра проглядела на него все глаза. Хотя он не видит. Думает о чем-то своем. И мысли у него невеселые. Хотелось бы узнать, почему…

Майя Викторовна позвала Романа к отцу. А потом, наконец, пришла Влада и увела Дашу наверх.

– Ты ночуешь у нас?

– Нет. Я сейчас уеду.

– Понятно, – Александр Евгеньевич мрачно покивал. – Я другого не ждал. Но все же надеялся…

Ромка раздраженно вздохнул.

– Отец! Не начинай. Я приехал узнать, нужна ли тебе от меня какая-то конкретная помощь. А не разговоры вести.

– Не начинай, – проворчал Александр Евгеньевич. – Я еще и не начинал ничего! Ты мне сходу затыкаешь рот. Так теперь всегда будет?

Ромка не ответил, и Александр Евгеньевич продолжал:

– Ладно. Расскажи хоть немного про себя. Раз уж притащился сюда, – по его губам скользнула кривая усмешка. – Ты доволен тем, как прошел год?

– Да.

– Почему вернулся?

– Надоело там. Вечный холод и ветер, хуже, чем у нас в Питере. И пора уже свой бизнес открывать, а не на кого-то работать.

Александр Евгеньевич застыл. Затем покачал головой с таким выражением лица, будто просто не верил в то, что слышит.

– Рома, – произнес он медленно, – у тебя мозги перемерзли в этой Норвегии? Какой, нахрен, бизнес. У нас этого добра завались. Понимаю – заводом тебе заниматься скучно. А недвижимость? А мой южный отель?! Это же по твоему профилю, черт возьми. Не хочешь иметь со мной что-то общее, я тебе его подарю. Давно предлагал, – Александр Евгеньевич мрачно сверкнул глазами. – Скопил денег на свой? Не валяй дурака, а вложи в другое – я подскажу, как. А гостиничный бизнес нынче ненадежен. И нечего усмехаться! Ты работал в компании, у которой отельная сеть по всему миру. И ты лучше меня знаешь, почему они в шоколаде, когда другие в дерьме.

– Допустим, – кивнул Ромка. – Но ведь у тебя-то все идет хорошо? Только не ври нарочно, чтобы заманить меня и вынудить общаться. Я все быстро пойму.

Александр Евгеньевич нахмурился.

– Я тебя обманул лишь один раз в жизни. Да, по-крупному. Очень подло и грязно. Но если бы у вас с Евой родился здоровый ребенок…

– Отец!

– …Ты бы быстро развелся, и дальше бы у тебя все наладилось. Дело не только во мне, а в судьбе! Я сделал ошибку, но не мог и подумать, что она станет роковой.

Ромка подошел к окну, постоял там немного и вернулся к кровати.

– Что с отелем? В чем конкретно проблема?

– Я не знаю, – вздохнул Александр Евгеньевич. – Нужно разбираться на месте. Понять, как случилось, что мы вдруг оказались в убытках за последний год.

– Даже так?

– Да, вот так! – хмыкнул Александр Евгеньевич. – Я не в силах за всем уследить. На заводе тоже были проблемы, и пока я решал их, упустил из виду отель.

Ромка бесстрастно кивнул.

– Что ж, давай обсудим.

– Давай. Только попрошу Майю сделать кофе. А может, ты обедать останешься? С сестрой пообщаешься…

– Пообщаюсь. Но не здесь, а в Питере. Надеюсь, ты отпустишь ее со мной? – Ромка посмотрел на отца в упор. – Хватит ее мучить. В гостиной какая-то девица сидит. Новая секретарша?

– М-м-м… Да! Прекрасная девушка, кстати. Не из нашей среды, а из простых. Тонкая, образованная и умная.

– Рад за тебя. Значит, отпускаешь Владу?

– Да я никого не держу!

– Отлично. Ну, звони Майе. А я позвоню сестре, чтоб собралась.

Пять минут спустя Майя Викторовна вкатила в кабинет столик с кофе и сладким. И тут же удалилась, закрыв за собой плотно дверь.

– Итак, – произнес Ромка, опускаясь на стул возле кровати. – Что…

– Погоди, – поморщился Александр Евгеньевич. – Скажи мне сперва: как у тебя сейчас с личной жизнью? Новую любовь повстречал?

Он пытливо взглянул на сына и нахмурился, опустив глаза.

– Ромка, извини…

– Нет, не повстречал, – отозвался ледяным голосом Ромка. – Потому что мне это не нужно. Но женщин иногда трахаю, ведь совсем без этого скучно. Есть еще вопросы по теме?

– Нет.

– Тогда давай о делах. Я и так уже здесь засиделся, а мне еще нужно немного поболтать с Майей.

Когда этот Ромка уедет? Только б дед не позвал ее вниз, пока его сын тут. Конечно, ей плевать на какого-то незнакомого парня, а все-таки будет неприятно. Ведь ясно, что он подумает. Решит, что отец насмотрел новую любовницу. И что она, Даша, уже согласилась быть любовницей человека на тридцать лет старше. Радостно примеряет обновки и красится, чтоб сильнее его очаровать.

Точнее, не обновки. Это платье Ромкиной сестры. Не вечернее, а просто нарядное: ярко-голубое, с короткой и пышной юбкой и небольшим декольте. Ничего так, симпатичный вид. Но дед раскритикует, конечно. Скажет – не сексапильное. Хотя выбирать было не из чего. Влада оказалась выше и худей Даши, и в два ее вечерних наряда Даша просто не влезла. А больше вечерних платьев Влады здесь нет, потому что она, вообще-то, постоянно не здесь живет, а в своей городской квартире. Дед, видно, запамятовал – склероз.

Однако затиранил он дочку. Едва Владе позвонил брат и сказал, что ей можно уехать с ним, она мигом собралась. На Дашу уже не смотрела, сказав: «Ну, ты тут сама разберись. Покопайся в шкафах и что надо бери, не стесняйся». Вот как! Не боится за свое добро. Да и то сказать – здоровье дороже. Вдруг деду стукнет в башку, и он передумает? Решит, что Влада ему для чего-то еще здесь нужна? От такого самодура всего можно ждать. Неспроста родной сын с ним не хочет общаться. Где он был до сих пор? Неужели не навещал отца в больнице? Странно.

Даша вышла на лоджию. И сразу подалась назад, заметив внизу всю компанию: Ромку, Майю Викторовну и Владу. С ними – пожилой мужчина, который впустил Дашу на территорию коттеджа. Даша думала, что это охранник, но, наверное, его должность другая. Привратник или садовник – шут их разберет. Вообще, в доме три человека прислуги: две женщины и мужчина. За дедом, судя по всему, ухаживает Майя Викторовна. Она явно давно здесь работает и уже всем как родная. Опять обняла Ромку, когда они дошли до машины. Будто он ей племянник. А где же Ромкина мать? Наверное, с ней что-то случилось, и у Ромки и Владки остался только отец.

Ромка с Владой уехали. Минут через десять Дашу позвали вниз. Но не к деду, а обедать на кухню. За столом сидели привратник и горничная. Майя появилась, когда все уже пообедали, везя перед собой столик с едой.

– Совсем ничего не поел, – она посмотрела на коллег. – Даже не притронулся. Только кофе пьет, одну за другой чашку.

– Хорошо не водку, – задумчиво промолвил привратник.

– Молчи, – махнула рукой Майя Викторовна, – а то сглазишь. Даша, Александр Евгеньевич вас ждет. Не торопит, но если вы пообедали…

– Да, сейчас пойду.

Даша допила компот и поднялась. Дошла до дверей кабинета и помедлила, не решаясь сразу постучать. Ведь понятно, почему дед не обедал. Из-за сына. Расстроился после их разговора. Сейчас выплеснет свою злость на нее. Ну и ладно! Тогда она уедет и не будет вообще в это ввязываться.

Но Евгенич вел себя спокойно. Сделал Даше пару комплиментов и сказал, что ей лучше поехать домой.

– На такси, его сейчас вызовут. А завтра приезжай с вещами, где-то к часу дня. С утра у меня будут врач и массажистка. Не знаю точно, когда, но к часу должны умотать. Вот тогда мы получше познакомимся.

Он еще раз оглядел Дашу и прибавил:

– Я немного расклеился. Ничего, завтра буду в норме. Ну, пока!

«М-да! Только зря наряжалась и делала полный макияж», – подумала Даша, поднимаясь на второй этаж. Дед совсем раскис после встречи с наследником. Не до женщин, не до остроумия. Заморозил его этот красавчик со строгим лицом и печальными серыми глазами.

Но Дашу это все не касается. Ей бы продержаться здесь пару недель, чтоб потом не к себе в провинцию ехать, а рвануть с подружкой на отдых. Денег хватит, если она поладит со вздорным стариком.

Войдя на территорию Московского парка победы, Ромка огляделся. И сразу заметил Милану. Пришла раньше него, уже ждет. Плохой знак! Сейчас будет убеждать его начать все сначала. Рассказывать, что все эти шесть лет продолжала любить его. Развелась из-за этого с мужем, носившим ее на руках. Потому что никто не заменит для нее его, Ромку. Самого крутого, достойного. Хорошего, милого, доброго. И конечно, ей ни с кем не было так классно в постели. Даже с тем альфонсом, которого нанял его отец, чтобы разлучить их. Просто помутнение нашло. Ее обработали! Только в этом дело. А когда затменье прошло, было поздно.

Ромка ощутил, как в нем закипает куча негативных эмоций: боль, обида, злость. Но они быстро отхлынули, будто смыло волной. Потому что… нет уже сильных эмоций! Он давно разучился их испытывать. Может что-то вспыхнуть на мгновение, но не больше. И к Милане он давно равнодушен.

Или все же нет? Ромка сам не знал, что его побудило с ней встретиться. Не послать подальше, когда она ему позвонила. Наверное, банальное любопытство. Захотелось узнать, как она сейчас выглядит. Такая, как раньше, или изменилась. Посмотреть, шевельнется ли хоть что-то в душе. А если не в душе, то в штанах: ведь Милана – сексапильная женщина.

И он же скучает. А Милана устроит представление. Но главная причина не в этом. У него остался незавершенный гештальт с той поры, как она его бросила. И сейчас он, наверное, закроется. Вообще-то, нехорошо. Жестоко по отношению к Милане. Но чего он ее должен жалеть? Его самого никто никогда не жалел, кроме матери. И никто никогда не любил. Включая Милану! В принципе, батька был прав, что она не пара ему. И Ромка простил бы отца за то, что тот разбил его отношения с этой девушкой. За Милану простил бы. А за Еву не простит никогда…

– Ромка! – Милана устремилась к нему с взволнованным, просиявшим лицом. – А я тебя сразу не узнала. Таким стал красивым. Лучше, чем тогда. Только глаза грустные… Бедный мой!

«Начинается, – подумал Роман, заметив слезки на ее удлиненных ресницах. – Вот же, блин, актриса. Не любила ж ты меня никогда! Ты любила деньги моего отца. А я… просто не был противен тебе, вот и все».

– Привет, – кивнул он. – Ты тоже похорошела. Но зачем ты просила меня встретиться? Да еще настойчиво. Надеюсь, не затем, чтобы предложить закрутить по новой? Это глупо. Я сразу сказал тебе.

Милана опустила глаза. Затем подняла их на Ромку и одарила его таким взглядом, что он только усилием воли не скривился. Столько любви и нежности, что аж тошно. Будто глотнул кофе, куда всыпали десять ложек сахара.

– Да, я знаю. Ты меня не простил, – Милана грустно вздохнула. – За такое мужчины не прощают. Но мне нужно хотя бы объяснить. Рассказать, как все случилось тогда. Просто облегчить душу, Ром. Ведь это сидит во мне.

– До сих пор? – спросил он, чтобы подыграть ей.

Милана опять вскинула на него нежный взгляд.

– А ты думал, я тебя забыла? Нет. Не забыла. И себя простить не могу! Да, я потом вышла замуж. Когда ты на Еве женился. Но любила мужа только по-дружески, за его хорошее отношение. Это совершенно не та любовь, что была у меня с тобой.

– Понимаю, – произнес Роман.

Милана покачала головой.

– Нет. Ты не понимаешь! Твой отец нанял профессионала, чтобы разлучить нас. И я не смогла устоять против его трюков, потому что была слишком молода и неопытна. А ты… смотришь на это так, будто я изменила тебе с обычным парнем.

– Ты не изменила мне, а ушла, – напомнил Роман. – Бросила меня. И я помню, что ты сказала, когда я до тебя дозвонился. Ты сказала, что повстречала мужчину, который во всем меня круче. И поэтому мне не нужно пытаться вернуть тебя. Без толку! От таких, как он, не уходят.

Милана опустила глаза с тяжким вздохом.

– Я все помню лучше тебя. Но он просто меня околдовал! Так красиво ухаживал…

– А я – не красиво? – Ромка ощутил, как в нем снова закипает злость. – Цветы, подарки, развлекательные поездки, рестораны с изысканной кухней, билеты на рок-концерты на самые лучшие места. В постель тащить не спешил, хотя ты была уже не девочка.

– Вот и зря не спешил! – на эмоциях крикнула Милана. – Этот Павел меня на втором свидании взял. Все умные мужчины так делают. Чем раньше возьмешь женщину, тем она сильнее привяжется.

– Да, я уже это понял, – усмехнулся Ромка. – Не нужно красиво ухаживать, нужно брать. И нельзя вкладываться в отношения больше, чем женщина. Нужно… строить отношения так, чтобы женщина всегда была снизу. Да, Милан?

– Ромка! – она посмотрела на него с отчаянием. – О боже, что же мы с тобой сделали. Я, твой батька и Ева. Ты же был совсем не таким.

Ромка рассмеялся.

– Да ладно. Что теперь! Просто осознай, что со мной связываться не стоит. Даже из-за денег.

Милана тотчас приняла оскорбленный вид.

– Мне не нужны деньги. Я теперь сама неплохо устроена. После развода мне осталась квартира. И бывший платит большие алименты на дочку. Так что я ни в чем не нуждаюсь.

– Рад за тебя.

– А я за себя – нет, – она всхлипнула. – Ромка! Я больше не могу без тебя! Давай попробуем снова. Ведь я знаю: у тебя нет женщины. Ты так никого и не полюбил. Ты несчастлив! Ну признай, что так.

Ромка саркастически усмехнулся.

– Так ты меня осчастливить решила? И каким же образом?

Милана положила руку ему на плечо.

– Я буду тебя крепко любить. И беречь! Рожу тебе нового ребенка…

– Что? – Ромка на мгновение застыл. – Какая же мерзость, о господи!

– Почему?

– Ты не понимаешь сама?!

Ромка шумно вздохнул и огляделся, с досадой осознав, что кричит. Вот не ожидал от себя! Но она умудрилась его вздернуть.

– Мне не нужен новый ребенок, – произнес он тихо. – Я того люблю, и никто мне его не заменит. И само слово «новый» звучит грязно, когда дело касается детей. Если ты не в силах понять, то нам точно с тобой не по пути.

– Ромка, извини. Ну, пусть будет «другого». И ты врешь, что тебе не нужен ребенок! Лукавишь с собой. Я следила за твоей жизнью. Знаю, каким прекрасным отцом ты был для того ребенка.

– У него есть имя. Но это хорошо, что ты не запомнила. И если ты следила за мной… Почему ты не пришла раньше? Пока мой сын был еще жив? Ты знала, какие у меня отношения с женой. И мне было так плохо, что, наверное, я б тебя простил. Да, пожалуй, простил бы, окажи ты мне вовремя поддержку.

– Но я была замужем!

– Ты гуляла от мужа. Я тоже интересовался твоей жизнью и знаю. Так могла бы со мной загулять, – он окинул ее насмешливым взглядом. – Хотя понимаю. Любовник с такими проблемами не нужен, даже если богат. Можно найти при деньгах и без проблем.

Он немного помолчал и прибавил:

– Я не упрекаю тебя. Просто надо было тебе это сказать, чтоб ты перестала за мной следить и охотиться. А то даже в Норвегию притащилась, да меня уже в другой отель перевели. И сюда не успел приехать, как ты сразу узнала. Прекрати, Милан. И ты зря думаешь, что я сейчас без проблем, – усмехнулся он. – Я с проблемами, да еще с какими.

Какое-то время они оба молчали. Потом Милана сказала:

– Ромка! Давай поедем к тебе. Хотя бы проведем вместе вечер. Хоть любовью займемся, черт возьми!

– Зачем?

– Просто так, – Милана растерялась. – Неужели ты совсем не хочешь?

– Нет.

– Но как? Почему?! Ты, вообще, живешь сексуальной жизнью? Или… ты имел в виду под проблемами вот это? Если так, я тебе помогу. Буду терпеливой, тактичной…

– О боже, – Ромка шумно вздохнул. – Все, давай прощаться. Удачи тебе, Милана! И прости, что не оправдал ожиданий.

– Ромка! – донеслось ему вслед.

Но он не обернулся. Торопился уйти, пока Милана в растерянности и не бросилась вдогонку за ним. Только бы домой не приперлась! Она знает адрес. Впрочем, если припрется, он ей просто не откроет дверь.

По пути домой Ромка вспоминал их разговор. Лицо, взгляды Миланы. И дивился самому себе. Они познакомились, когда ему было двадцать. Неужели он был совсем наивен и глуп? Связаться с такой поверхностной девушкой. За что он ее полюбил? За внешнюю красоту и за то, что давала хорошо? Выходит, что так, больше не за что.

А как убивался из-за нее, боже мой! Чуть с ума не сошел, когда она бросила его. Точнее – сошел. Иначе как объяснить, что он повелся на уговоры отца ближе познакомиться с Евой – дочкой человека, который был важен для отца. Ромка не любил Еву, даже не был нисколько влюблен. И она его тоже не любила. Но, однако, начали встречаться после обработки родителей, посчитавших их прекрасной парой.

Во многом они не сходились. Но в сексе сошлись, как назло. Ромка сдуру трахался без предохранения. И случилось то, что должно было случиться с лохом. Ева от него залетела. Очень подло, обманом. Врала, что пьет таблетки, а сама не пила их в тот месяц. Милана, при всех ее недостатках, оказалась в этом плане честной. А эта… Не просто дрянь, но и дура. Знала, что является носительницей гена гемофилии, и не отследила по УЗИ пол ребенка. Родила пацана с тяжелой формой болезни.

Потом она сама была в ужасе. И раньше истеричной была, а тут просто слетела с катушек. Слава Богу, они жили в достатке и могли позволить себе большую квартиру и прислугу. А то бы Роман сам с катушек слетел рядом с такой женой. Но большая жилплощадь позволяла мало контактировать, а наличие нянечек сводило участие Евы в жизни ребенка к минимуму.

Только развестись Ромка не мог. Не хотела жена разводиться и оставить Саньку ему. Но и так развестись, чтоб забрать ребенка себе, тоже не хотела. Ромка не отдал бы ей сына, но спросил однажды, выбрав подходящий момент. И услышал: нет. Это – если говорить коротко. На самом же деле Ева наговорила такого, что Ромка три ночи не спал. Понял, что конкретно попал. Что отделаться от жены будет сложно. Ребенка Ева не любит, он вызывает у нее только ужас и панический страх. Но расстаться с ним она пока не готова. И если они разведутся, и ребенок останется у мужа… Ей придется иногда брать сына к себе, как делают нормальные люди в таких случаях. И как она будет с ним одна?! А так – они как бы семья, и ребенок под присмотром Ромки. И дома с утра до ночи находится няня-медсестра. Когда Роман уезжал, приглашал к ним домой Майю Викторовну.

Постепенно Ромка привык жить с таким ребенком и не трястись за него каждый день и час. Наловчился делать внутривенные уколы, ампулы с которыми всегда держал под рукой на случай кровотечения у сына. Начал водить Саньку в бассейн, брал на море с собой. Там, в отеле, они прожили целых два лета. Ева с ними не ездила. И так хорошо было без нее, только с сыном и няней.

Жене Ромка дал полную свободу. Пусть гуляет. Может, встретит мужчину, к которому захочет уйти. Без «прицепа», конечно, ибо такой «прицеп» нафиг кому нужен. И у Евы были мужики. Но ни с кем не получалось серьезно. Ушла один раз. Но вернулась через пять недель. Ромка проклял тогда все на свете. Ведь казалось, в этот раз получится! Попался нищий красавчик, сексапильный, плюс – лентяй и халявщик. Должен был вцепиться в молодую богачку двумя лапами. Но опять – увы.

А потом у Евы закрутился новый бурный роман. И казалось, что вот, наконец-то. Ева даже познакомила своего кавалера с родителями, хотя еще с мужем не развелась. Ромка со дня на день ждал счастливой новости – что Ева разводится с ним и выходит замуж. Но жених вдруг смылся. И у Евы случился нервный срыв. Кончилось все тем, что она угробила Саньку. Повезла его на машине к своим предкам и попала в аварию. Сама целой осталась, а ребенок умер от кровотечения. «Скорая» ехала долго, а нужного укола не оказалось. Хотя рядом была куча аптек. А в супермаркете, возле которого произошло ДТП, наверняка нашелся бы человек, умеющий делать уколы. Но Ева об этом не подумала…

Ромка встрепенулся, услышав громкие звуки. Черт! Так задумался, что на светофоре застрял. Тормознул и не двинулся дальше, когда загорелся красный. Устроил затор на дороге, и теперь ему вокруг все сигналят. Так недолго заснуть за рулем, если уходить в свои мысли. Но куда деваться от них? Он третий день в Питере. И все мысли – только об одном. Нервы вздернуты, на душе – такая тоска, что хоть вешайся. Он знал, что так будет. Боялся возвращаться домой. В чужих краях было намного легче. Там он… просто спал!

То есть он работал. Общался с людьми, даже много в силу своей должности. Женщин иногда трахал, в заведения разные ходил, посещал бассейн для поддержки физической формы. Но все равно это было как во сне. Без чувств, без эмоций. А вот здесь эмоции понеслись. Пробудились, черт их побери. И конечно же, все негативные.

Интересно, а как будет на юге? Может, зря он согласился поехать, чтоб помочь отцу. Ведь отель тоже связан с Санькой. И с мамой, которая умерла восемь лет назад. Не задушат его воспоминания? Не будет ли больней, чем сейчас?

Но отказываться, в любом случае, поздно. Отца он, понятно, не простит. Но нельзя же бросать без поддержки. И обидно, если отель будет продан для спасения остального бизнеса.

Да и тянет его туда поехать. Будет больно – и пусть, он привык. Зато снова увидит места, по которым ужасно тоскует. Вспомнит, как когда-то отдыхал там с родителями, сестрой, сыном. Растравит душу, конечно. Но ничего страшного. Ведь все самое страшное с ним уже случилось.

И ему теперь только и остается жить воспоминаниями. Женщину он уже не полюбит, стать снова отцом не решится. Где гарантия, что с другим ребенком не случится беды? Нет ее, а раз так, то и рисковать незачем. Никаких детей никогда. И ребенку все же мать нужна, а Ромка и представить не мог, что он снова живет на одной территории с женщиной. Так что этот вопрос закрыт раз и навсегда.

– Привет, Даша. Как жизнь молодая? Евгенич не заел?

Красавчик с элегантной бородкой плюхнулся в соседнее кресло. «Опять черт принес», – подумала Даша с досадой. Это был Тимофей, сын делового партнера Александра Евгеньевича. Богатый мажор, но не скажешь, что совсем пустой. Вот только достал клеиться. И чем его Даша привлекла? Правда, выглядит она сейчас хорошо. Лучше, чем обычно. На пятый день службы дед отправил ее в модный бутик за нарядными платьями. И велит каждый день элегантно причесываться и краситься.

– Привет, Тима, – отозвалась она сдержанным тоном. – Спасибо, у меня все нормально.

– Какая сердитая, – улыбнулся он. – И такая серьезная вся! Даш, а в каком вузе ты учишься?

– Не важно.

– Еще как важно, – весело возразил Тимофей. – Надо же знать места, где тусуются такие девчонки. Красивые, сексапильные, но ужасно скромные. Прямо неприступные! А то уже надоели такие, что четко соблюдают правило трех свиданий. Понимаешь, о чем я?

Даша посмотрела на него с легким вызовом.

– Нет. И понимать не хочу!

– То есть ты на третьем свидании не даешь, – с улыбкой уточнил Тимофей. – Так я и подумал. Ну что ж. Пожалуй, это не минус, а плюс. Чего ты смеешься? Я тебе забавным кажусь? Или глупым?

– Нет. Просто самонадеянным, – ответила Даша. – Тима, я уже поняла, что ты хочешь со мной закрутить. И уверен, что легко получится, потому что с другими было так. Но дело не в моей неприступности, а в том, что мне отношения с тобой не нужны.

– То есть? – нахмурился он. – Почему так категорично?

Даша потянулась, расправляя чуть затекшие плечи.

– Мне нужны серьезные отношения, а с тобой таких не получится. И зачем мне тогда вестись на твои пикаперские уловки? Конечно, ты при деньгах, и за счет тебя можно и развлечься, и приодеться, и куда-то на море прокатиться. Но мне это не нужно. А ты никак не поймешь и теряешь время.

Тимофей поднялся и принялся кружить по гостиной.

– Даша, – обернулся он к ней, – ну ты прелесть! Так изящно приложила меня мордой об стол. То есть я из тех, кто не годен для долгих отношений? Со мной можно развлечься и, если повести себя тонко, то еще и подоить хорошо. Это типа мой потолок? А серьезно любить меня не за что?

– Да зачем же тебя любить, если ты не подходишь в женихи, – рассмеялась Даша. – Во всяком случае, не подходишь мне. Ты крутой и богатый, я – из бедной семьи и простая. Когда придет время жениться, отец тебе выберет невесту из своего круга. Или сам найдешь. К тому же, ты кобель, тебе постоянно разные девчонки звонят. А у меня вообще еще не было мужчин. Ну и получается, что вступать в отношения нелепо.

Даша посмотрела на Тиму, застывшего с озадаченным лицом, и снова рассмеялась.

– Вот так, Тимофей, – весело сказала она. – Или к Александру Евгеньевичу и займись делами.

Тима покачал головой и усмехнулся.

– М-да! Ты меня сейчас на обе лопатки положила. Особенно этим «нелепо». Какое словечко! И вся фраза прекрасна. «Нелепо вступать в отношения»… Вот же ты загнула, Дашунь! Слушай, – он шагнул к ней, глядя с легким волнением. – А ты правда до сих пор еще девственница? Или ты нарочно соврала, чтобы от меня отвязаться?

– Не соврала.

– Верю. Только не могу понять, в чем проблема. Тебе как раз нужен…

– Мне не нужен опытный партнер, – ответила Даша.

Тима вспыхнул.

– Да, фигню сказал. Даша, извини! И пожалуйста, давай мы с тобой все же встретимся. Дай мне свой телефон. И когда у тебя выходной?

– У меня их нет.

– Ты здесь постоянно живешь? – он задумался. – Нужно что-то придумать, чтобы вырваться хоть на денек…

Дверь гостиной с шумом распахнулась.

– Александр Евгеньевич вас зовет, – объявила сердитым голосом Майя Викторовна. – Уже злится, что все не идете.

Тимофей бросил выразительный взгляд на Дашу и заспешил в дедов кабинет.

– Тима, – долетел до Даши через приоткрытые двери голос деда, – тебе кто разрешил так себя вести в моем доме? Я сейчас разорву контракт с твоим отцом. Вот получишь ты тогда от него.

– Александр Евгеньевич, я…

– Чтоб не смел больше к Даше подходить! Не для тебя девка, закатай губу, мудозвон!

Даша приложила ладони ко рту, чтоб не рассмеяться. Закрыла дверь в коридор и вернулась в кресло перед столиком, на котором были разложены роскошные книги с фотографиями питерских дворцов. Бедный Тима! Вот же достается ему. Не задался день.

Но как дед узнал, что Тимофей к Даше клеится? Он в постели лежит, ему массаж делают сейчас. Неужели Майя под дверями подслушивала по его указке? Или здесь прослушка установлена?! Да, пожалуй, почему бы нет. Ведь хозяину нужно держать дом под контролем. Слушать, о чем болтают в гостиной, по какому-нибудь устройству, похожему внешне на мобильник.

Только почему дед рассвирепел? Ох. Не нравится ей это все. Мучает подозрение, что дед на нее сам запал. Ведет себя с ней слишком кротко. Даже на подколки не сердится. А Дашу так и тянет его иногда подколоть.

А чего бояться? Она не зависит от него. На постоянную работу к нему бы никогда не устроилась. Да ну, к черту! Привыкнешь к большим деньгам и будешь унижения терпеть, чтоб не потерять высокий уровень жизни. Нет. Лучше жить скромней, но чувствовать себя независимой…

Дед так напугал Тимофея, что тот не зашел перед уходом в гостиную, как позавчера и вчера. Вскоре после того, как его машина отъехала, Дашу позвали к деду.

– Садись, – он кивнул на кресло, которое принесли сюда специально для Даши. – Хотя нет, постой. Дай я посмотрю на тебя. Ух ты, красота! Стиль и шик. Умеешь ты, Дашка, выбирать.

– Ну еще бы – за такие деньги.

– Дело не только в деньгах, – заметил Александр Евгеньевич. – Другие и за приличные бабки накупят сплошного говна. А у тебя вкус есть. Оттенок желтого цвета подобран идеально. Но чего ты опять в этом платье? Надо было розовое надеть, для разнообразия.

Даша посмотрела на шефа с колкой иронией.

– Розовое! Вы же его видели. Точнее, вы и насмотрели розовый наряд в каталоге. Он роскошнее этого. И что бы подумал Тимофей, увидев меня в нем? Что я изо всех сил завлекаю вас, решив стать любовницей. Или для него так оделась, чтоб его завлечь.

– А тебе не хочется его завлечь? – Александр Евгеньевич устремил на нее пытливый взгляд. – Он красивый, богатый, молодой. Сексапильный и опытный. Чем для тебя плох?

– Напротив, слишком хорош. А нужно по себе выбирать. Не того, кто лучше, а равного.

– То есть ты боишься, что не сможешь такого удержать. Да?

Даша помолчала, обдумывая ответ.

– Нет. Просто… Он чужой! Чуждый для меня человек. И такого бой-френда нужно будет удерживать. Я не знаю, как, и мне от одной этой мысли противно.

– Но ведь всех мужчин нужно удерживать.

– Не всех. Того, кто тебе идеально подходит и способен глубоко любить, не нужно удерживать.

Александр Евгеньевич усмехнулся.

– То-то ты никак сексуальную жизнь не начнешь. Максималистка!

Даша подошла ближе и уперла руки в бока.

– Так! Подслушали весь наш разговор, да?

– Ну, подслушал, – смутился Александр Евгеньевич. – Любопытно ж было. Только не читай мне нотаций! Ты, вообще-то, на службе у меня, я тебе хорошие деньги плачу.

Даша села в кресло перед столиком и принялась пить ароматный дорогой кофе.

– Даша! – Александр Евгеньевич приподнялся. – Ты обиделась?

– Нет, – она посмотрела на него без эмоций. – За что обижаться, это ж так и есть. Я работаю у вас за весьма приличные деньги.

– На начальство тоже обижаются. И начальники часто самодуры.

– Далеко не все.

– Да, конечно! – вскричал дед с сарказмом. – Если фирма нищая, к сотрудникам относятся трепетно. Ты, наверное, в такую и мечтаешь устроиться после института.

Он опять приподнялся и спросил:

– Даша! А если я предложу постоянную работу? Пойдешь? Нет, молчи, зараза! Не доводи меня. У меня и так этот чертов нерв не оживает. А тут ты еще взялась нервы трепать. Вот же умудрился связаться! – рассмеялся он. – И главное – ты совсем не боишься, что я тебя выгоню. Вот что бесит.

– Александр Евгеньевич, – Даша осторожно поставила чашку на стол. – Что я не так делаю?

Дед задумался, потом улыбнулся.

– Все нормально. Мне с тобой интересно. И ты на мою жену чем-то похожа! На такую, какой она была в юности. Только не пугайся. Даша, у меня две любовницы есть. Я привык к ним, новой мне не нужно. Тем более такой молодой.

– Почему их нет здесь? – не сдержала любопытства Даша.

Александр Евгеньевич посмотрел на нее с удивлением.

– Почему… Да просто потому, что я не хочу, чтоб они меня видели таким. Это для тебя я старик, с которым можно трахаться только за большие деньги. Но я-то себя таким не считаю! Мне всего пятьдесят шесть лет, это еще не старость.

– Да, – кивнула Даша, – конечно, не старость. Но тогда почему вы спустили собак на Тимофея? Ведь из-за меня, других причин нет.

Александр Евгеньевич помолчал.

– Налей еще кофе, – попросил он. – И дай мне сигареты и пепельницу. Только без нотаций! Я курю с молодых лет и скорее сдохну, чем брошу.

– Знаю, – улыбнулась Даша. – Мой отец так же говорил.

Она выполнила его просьбы и попутно приоткрыла окно. Потом налила кофе себе и вернулась в кресло.

– Почему я на Тимку накричал? – заговорил Александр Евгеньевич. – Да с досады просто. Я уже понял, что ты на него не повелась. Но все равно выбесил, козел. Видишь ли, Дашунь, – он помедлил, будто набираясь решимости, – у меня есть к тебе предложение, подкупающее своей необычностью.

– Пугающее начало, – скептически заметила Даша.

Александр Евгеньевич кашлянул.

– Да я даже не знаю, как начать. Боюсь, что сбежишь сейчас. Наплевав на деньги и бросив все обновки.

Даша рассмеялась.

– Да вы мастер нагнетать обстановку. Ума не приложу, как вы стали таким крутым бизнесменом. Вы же просто артист!

– Я был смелым и безбашенным в молодости, – сказал Александр Евгеньевич. – Не боялся идти напролом и рисковать. Но бог с ним! Давай лучше о деле.

Он достал вторую сигарету и закурил.

– В общем, так, – он взглянул на Дашу. – Я хочу, чтобы ты закрутила роман с моим сыном…

Даша резко поднялась, чуть не завалив столик.

– Александр Евгеньевич! Вы с ума сошли?

– Сядь на место, – усмехнулся он. – Что ты завелась сразу? Да, я хочу, чтобы ты закрутила с ним. Чтобы он влюбился в тебя и начал нормально жить. Если женится на тебе – прекрасно. Если залетишь от него, буду рад…

– Что? – опешила Даша. – Вы мне предлагаете залететь от Ромки по-хитрому? Как бывшей невестке, которую вы сейчас проклинаете?!

– Успокойся, – Александр Евгеньевич от волнения даже сел, наплевав на ущемленный нерв. – Я не говорил о таком! Я имел в виду – случайный залет. Пожалуйста, не горячись, выслушай меня до конца.

Даша шумно вздохнула, пытаясь успокоиться. Сделала большой глоток кофе, устремила на деда хмурый взгляд. Сердце гулко стучит… Что за черт?! Будто ей и впрямь нужен этот Ромка, и ее могли взволновать слова его отца. Но такого не может быть. Она видела Ромку только раз и уже забыла, как он выглядит.

– Мы знакомы с тобой десять дней, – заговорил Александр Евгеньевич после паузы. – За такой срок нельзя узнать человека. Но мы много друг другу рассказали. Ты знаешь, что я умудрился сделать сына несчастным. Я знаю, как ты потеряла родителей и о чем горько сожалеешь. И вот я подумал, что ты меня можешь с Ромкой помирить. Хотя бы помирить, если у вас не сложится. Понимаешь, как?

– Да, – Даша стиснула руки. – Вы хотите, чтоб я ему рассказала о себе.

Александр Евгеньевич кивнул.

– Хочу. И надеюсь, это на него повлияет. Но чтобы такое рассказать, с человеком нужно сойтись. Мне ты рассказала, потому что я тебе в отцы гожусь. И у нас как-то вечером возник доверительный разговор. Молодому мужчине о таком сложней рассказать. Как раз потому, что… сперва нужно сойтись! Познакомиться и подружиться. Ну а как вы подружитесь, если ты ему не понравишься? Не заинтересуешь как женщина? Это нереально.

– Почему же? – возразила Даша. – Бывает и обычная дружба.

Александр Евгеньевич поморщился.

– Бывает. Только Ромке подруги не нужны. Ему нужна новая любовь. Или хоть влюбленность нормальная, а не просто секс.

Даша снова вздохнула и нахмурилась.

– Для влюбленности химия нужна. Вы лучше меня знаете. И как вы себе представляете наше знакомство? Ромка уже на море. Предлагаете мне лететь следом и снять номер в отеле, что принадлежит вам? А дальше? Надевать красивые платья и крутиться перед носом Ромки? Нет, спасибо, не буду я так позориться.

Александр Евгеньевич чертыхнулся

– Даша. Ты меня не дослушала, а уже начинаешь фантазировать. Но как раз фантазировать и не нужно! Нужно следовать моим указаниям. Быть на связи со мной каждый день. Для начала у меня есть план. Я придумал, как вы познакомитесь. Ну а дальше посмотрим. По ходу будем решать.

– Нет, – Даша покачала головой. – Ничего не выйдет. Затея изначально провальная.

– Бли-ин! – Александр Евгеньевич стукнул кулаком по кровати. – Да если бы я так рассуждал, до сих пор бы жил в нищете! Ты еще не подняла задницы от кресла, а уже говоришь: не получится. Да, с таким настроем – конечно.

Он отхлебнул кофе и продолжал:

– Но откуда вообще такой настрой? Ведь нельзя сказать, что у тебя никогда ничего не получалось. Смотри, какая ты умница. В семнадцать-восемнадцать лет сумела исправить свои подростковые ошибки. Наладила учебу, поступила в хороший институт. Не у себя дома, а в Питере! Учишься хорошо, подработки постоянно находишь. Причем, подработки нормальные, а не полы мыть. Ты даже ко мне сюда сумела пробиться! – он сделал красноречивую паузу. – Знаешь, сколько девок до тебя приходило? Девять! Ты – десятая. Сумела повести себя так, что я тебя взял. Хотел сразу отшить, как других, но ты чем-то меня зацепила.

– Да вы просто устали перебирать, – заметила Даша.

– Кто тебе сказал? – вскинулся Александр Евгеньевич. – Ничего не устал, меня это все развлекало. Да, тебе подфартило изрядно. Не сделай мне дочка подлянки с этим объявлением, ты бы опоздала. Ну, так значит, у тебя есть везение! И вот, с Ромкой тоже может повезти. Точнее, уже повезло! Я тебе готов помогать. Буду думать, как к нему подъехать. Раскрою секреты, которые помогут тебе. Расскажу, чего нельзя делать, чтоб он не сбежал. Даже платья тебе буду подбирать для каждого случая.

– Платья!

Даша возвела глаза к потолку. Потом встала, не в силах больше сидеть, и принялась возбужденно кружить по кабинету.

– Да, вы купили мне красивые платья. Точнее, я сама их купила по вашим указаниям. Но при чем здесь Ромка? У него может быть совсем другой вкус, чем у вас.

– Ерунда, – Александр Евгеньевич отбросил одеяло и спустил ноги с кровати. – Ему пофиг, как одета баба. Он вообще этого не видит. Разучился видеть и оценивать. Но может научиться опять.

– Благодаря мне, – иронично усмехнулась Даша.

Александр Евгеньевич сделал такое движение, будто хотел встать. Но вспомнил про свои травмы и досадливо выматерился.

– Даша, – произнес он, закуривая, – знаешь выражение: «оказаться в нужное время в нужном месте»? Ну так вот. Объективно ты моему сыну не пара. Тут ты себя верно оцениваешь, да. А вот субъективно… Несколько лет назад Ромка поставил крест на своем личном счастье и решил принести себя в жертву больному ребенку. Но ребенок погиб. И это его так пришибло, что он за полтора года не пришел в себя. Его сейчас можно взять голыми руками, если постараться. Сейчас, Даша! – Александр Евгеньевич выразительно посмотрел ей в глаза. – Потом будет поздно.

Даша вернулась в кресло и отпила остывшего кофе.

– Почему вы не хотите, чтобы все шло естественно? Привыкли все контролировать?

– Нет, – Александр Евгеньевич засопел. – Сейчас дело не в этом. Я просто боюсь за него! Он не бережет себя. Гоняет по горным дорогам, заплывает слишком далеко в море. И еще я боюсь, что его окрутит какая-нибудь аферистка. Только не говори, что мы с тобой тоже аферисты, – он бросил на нее грозный взгляд. – Это – совершенно другое. И нечего усмехаться! Ведет себя, как слабачка, а еще усмешечки.

– Вот, опять придирается на ровном месте, – усмехнулась Даша. – Я еще не сказала, что отказываюсь! Просто… Я не верю, что Ромка на меня западет. Он и правда не пара мне. Даже чисто по внешности. Я – обычная, он – такой красивый…

Она замолчала под пронзительным взглядом Евгенича.

– Ромка не красавец, – проговорил он. – Красавцы – это вот такие, как Тима. Но тебе понравился Ромка. Я сразу это просек! Иначе бы и не предложил ничего. Зачем моему сыну дура, которая западает на смазливых мажоров?

Он передохнул и прибавил:

– И ты проболталась, когда я показывал фотки. Ты сказала, что успела рассмотреть Ромку в гостиной, и он тебе приглянулся. Сразу, когда ты еще не знала, кто он.

– Мне всего лишь понравился его тип внешности.

– Это уже много, – заметил Александр Евгеньевич. – Кстати! Я нарочно пригласил Тимофея обедать, когда он первый раз приезжал. Знал, что он начнет к тебе клеиться. И хотел посмотреть, как ты себя поведешь.

– Господи! Да как вам…

– Мне не стыдно, – произнес Александр Евгеньевич с вызовом. – Я плохого ничего не делаю. А тебе так вообще предлагаю сказочный подарок. Отдых класса «люкс» на халяву.

– Вот люксов как раз и не нужно, – возразила Даша. – Я из бедной семьи и притворяться богатой не смогу.

Александр Евгеньевич задумался.

– Дешевых номеров нет. Их в высокий сезон не бывает. Нужно скидки поставить и сразу забронировать номер. Сделаем!

Он чуть-чуть помолчал и прибавил:

– Да. Под богатую не нужно косить. И не строй из себя сильную женщину, из тех, кто в мужской заботе не нуждается. Но и прогибаться не нужно. Вообще, будь такой, как есть! Вот со мной ты такая языкастая. С ним такой же будь. Главное – не вздумай его жалеть.

– Почему?

Александр Евгеньевич посмотрел на нее, как на дуру.

– Даша! Ты же не должна знать о его проблемах. Я тебе рассказал. Но ведь встретитесь вы как бы случайно! Ты летишь на юг и встречаешь незнакомого парня. Не знаешь о нем ничего. Понимаешь?

– Да, – кивнула она. И печально прибавила: – Вот теперь я уверена, что не выгорит.

Александр Евгеньевич чертыхнулся. Потом вдруг сказал:

– Ну, допустим, не выгорит. И что? Ты теряешь что-то? Нет. Тебя ждет интересное приключение. И вот так это нужно рассматривать, – он взглянул на нее с победной улыбкой. – Как веселое приключение и игру. Согласна?

– Не знаю, – Даша издала нервный смешок. – У меня уже голова пухнет от таких разговоров.

– Давай-ка обедать, – сказал Александр Евгеньевич. – Сделаем перерыв в разговорах. Скажи Майе, чтобы все несла. И сходи за паспортом. Сейчас буду решать с отелем и билетами.

Проводив Дашу взглядом, Александр Евгеньевич отдышался. Достал из-под подушки платок, вытер пот со лба.

Вымотала его эта девка! Семь потов сошло, пока уломал. И дальше расслабляться нельзя. Нужно не давать ей опомниться, пока не запихнет в самолет с чемоданом дорогих обновок. Есть принцип: главное ввязаться в драку, а там посмотрим. Когда Дашка окажется на курорте, она осмелеет. Да и выбора у нее не будет после романтического знакомства, которое будет подстроено. Ибо Ромке придется самому уделить ей внимание, и Даше останется лишь не растеряться и не сплоховать.

Вспомнив, к какой уловке он собрался прибегнуть, Александр Евгеньевич поморщился. Банально до неприличия. Но ведь сказано: в банальностях сила. Есть приемы, которые работают всегда или почти всегда. И сейчас сработать должно. Должно, черт возьми!

Конечно, в таком деле ничего не предскажешь заранее. Дашка верно сказала: для влюбленности химия нужна. Не возникнет ее, и тогда хоть в лепешку разбейся. Но, по крайней мере, Ромка с Дашей подружатся и будут разговоры вести. Вот это должно получиться! А ведь это и есть то главное, ради чего все затеяно. А не ради того, чтоб какой-то нищебродке с улицы достался его сын.

Александр Евгеньевич ощутил досаду на себя. Вот дурак, опять за свои понты взялся. Ведь ему же нравится Дашка! Зачем ее тогда так называть? И он сам… На ком он женился тридцать лет назад? Не на нищей? Не на девушке с улицы?

Да. Но он тогда был простым. А нужно по себе выбирать. Из своей среды…

Ну, вот он и выбрал для сына шесть лет назад. Такую «прекрасную» невесту, что, будь его жена Ленка жива, она бы его прокляла. Может, проклинает с небес…

«Так, не хнычь! – приказал себе Александр Евгеньевич. – Что, как тряпка, расклеился? Тебе еще Дашку нужно продолжать обрабатывать. Держать под контролем до момента посадки в самолет. А то вдруг зассыт в последний момент? Вот она как раз понимает, что нужно по себе выбирать. Молодец. Благоразумная девочка. Но твоя-то цель с нее благоразумие сбить! Толкнуть в авантюру, на которую она бы сама не решилась. Так что соберись. Потом будешь грустить»…

– Ничего себе. Вот это местечко! Прямо рай под солнцем.

Даша восхищенно застыла, выскочив на балкон. Точнее, на лоджию, куда выходили две комнаты ее номера. Казалось, что она приехала в тропики, хотя это была Адриатика. Отель утопал в буйной зелени. Кипарисы, разлапистые кедры, магнолии. И мелькавшие тут и там пальмы с широкими листьями в виде вееров. Стены и опоры балконов обвивал плющ и какой-то вьюнок с нежными листочками: светло-зеленые, местами – красноватыми. Чудо!

Моря из номера Даши, расположенного на втором этаже, было не видать. Но это не важно, ведь она и так будет видеть море каждый день. Сейчас быстро позавтракает – и на пляж. Знакомство с Романом намечено только на вечер, так что можно расслабиться и спокойно наслаждаться отдыхом.

Даша быстро умылась. Достала купальник и красивый прикид для похода на пляж: ярко-голубого цвета в мелкий белый горошек, с летящей пышной юбкой. Потом положила на кровать романтичную белую шляпку с букетиком желтых цветов с одного боку. Не слишком современно, но дед выбрал эту. Потащился с ней вчера в модный салон! В своем гипсе и на костылях. То сидеть не мог, а то вдруг поскакал, позабыв про ущемленный нерв. Как будто поздоровел от задуманной им авантюры. Еще и купил Даше белые босоножки для пляжа: удобные, но слишком нарядные. Ну кто ходит на море в таких?! Наверное, женщины, за которых западает дед.

Перейдя в гостиную, Даша достала мобильник из брошенной на диван сумки. Комнаты были смежными и выходили на одну сторону. Дед пытался навязать Даше другой номер, побольше, где спальня и гостиная выходили на разные стороны. Но Даша жестко уперлась, посмотрев фотографии.

– Это слишком шикарно и дорого, – сказала она. – Никакие скидки не объяснят, почему я сняла такой номер. Приехав на море одна! А то, что этот номер на одном этаже с Ромкиным, минус, а не плюс. Наводит на подозрения, понимаете?

Александр Евгеньевич подумал и согласился с ней. Потом предложил хотя бы этаж выше.

– Нет, – возразила Даша опять. – Иначе вам придется ставить скидки на все номера второго этажа.

– Почему? – нахмурился дед.

– Да по простой логике, – рассмеялась Даша. – Большинство людей не любят номера на низких этажах, потому что из них обзор хуже. И нельзя пускать номера на третьем этаже по скидкам, если на такие же номера на втором скидок нет.

Дед вспыхнул, осознав, что и правда чуть не накосячил.

– Вот же развелось умников, – проворчал он. – Смотри, рядом с Ромкой язык не проглоти…

Даша открыла на телефоне ютуб. Нашла видео с песней диснеевской принцессы Моаны «Что меня ждет» в мужском исполнении, которое нравилось ей больше, чем женское. Поставила хорошую громкость и начала одеваться под музыку. Потом подхватила пляжную сумку и в приподнятом настроении покинула свой уютный номер.

– Доброе утро, – поздоровалась она с парнем на ресепшен. – Подскажите, а где тут столовая? Или правильней говорить – «ресторан»?

– Правильней говорить «ресторан», – улыбнулся он. – Только он не здесь, в этом здании, а возле большого корпуса.

– То есть? – не поняла Даша. – А здесь разве не один отель?

Молодой человек на несколько секунд растерялся.

– Нет, отель один. Просто у него три корпуса и пять небольших семейных вилл. Территория довольно просторная. В вашем номере не оказалось плана? Вот, возьмите, пожалуйста.

Он протянул Даше буклет с планом территории, подсказал, в каком направлении ей сейчас идти. Поблагодарив его, Даша вышла на улицу. Отошла от своего корпуса подальше и развернула план.

– Черт! – вырвалось у нее.

Ну зараза дед. Не сказал, что отель такой большой. Даша была уверена, что это одно здание. Вокруг – небольшая территория с бассейном, столовой и баром. То есть все компактно. А тут – целый комплекс. И как она будет ловить на такой территории Ромку? Да, они живут в одном корпусе, под названием «Вилла номер три». Но Ромка же не сидит в номере. Он сюда работать приехал, а не отдыхать. Рано утром уходит, к ночи возвращается.

И здесь столько женщин, которые жаждут приключений. Есть в кого влюбляться и с кем развлекаться. Чего Ромке на Дашу западать? Будто она лучше других.

И теперь понятно, насколько она не пара ему. До сегодняшнего дня Даша не подозревала, что Александр Евгеньевич так богат. Его дача под Питером шикарна, но все же не дворец, а обычный двухэтажный особняк. Сам – с понтами, но в то же время простой. Про свое предприятие всегда говорит «мой заводик», будто речь идет о средненьком бизнесе. Но вот этот отель никак не назовешь средним. И раз Ромкин отец смог его купить…

«Так, все, хватит, – велела себе Даша. – Что такое, ты чего раскисла? Ты не влюблена в Ромку. И не знаешь, какой он. Может, он тебе вообще не понравится, как начнешь общаться. Смотри на все это, как на приключение! Как на новый, интересный опыт».

Встряхнув головой, Даша зашагала к ресторану с верандами, стоявшему недалеко от огромного бассейна изогнутой формы. Поднялась на веранду, прошла в зал. И растерянно застыла, поняв, что опоздала на завтрак.

– Ну, писец! – вскричала она в досаде. – Это ж надо – проворонить завтрак!

– Первый день здесь?

Даша обернулась на голос. И ощутила спазм в горле, дрожь в коленках и гулкий стук сердца. То есть все то самое, что казалось смешным в сценах из любовных романов. Но сейчас почему-то было не смешно.

Еще красивей, чем тогда, потому что успел подзагореть. Взгляд не грустный, а слегка озорной и любопытный. Даже пристальный. Будто в самую душу проникает…

– Да, – сказала она, ибо нужно было что-то сказать.

– Сейчас попрошу, чтобы вам принесли завтрак, – улыбнулся Ромка. – Садитесь за столик.

– А… можно на веранде? – робко спросила Даша. И почувствовала себя совсем глупо.

– Да, конечно, – Ромка опять улыбнулся, скользнул по ней взглядом и ушел.

Даша перешла на веранду, с которой открывался обзор на бассейн, окруженный лежаками, зонтами, лужайками с цветочными клумбами и высокими хвойными деревьями. Положила сумку на стул, уселась за столик. Не прошло пяти минут, как ей принесли завтрак: яичницу с ветчиной, овощной салат и блины в ягодном сиропе. Еще – чай, лимон на отдельном блюдце и сахарницу. Извинились за отсутствие выбора, что, по мнению Даши, было лишним, так как опоздала она. Но она лишь мило улыбнулась, решив ничего не говорить. И так уже показала себя на ресепшене дурочкой, которая выбирает отели, не узнав, как они устроены.

Но самое скверное, что она и Ромке показалась глупой. Неуверенной в себе и вульгарной. Прекрасное начало знакомства, нечего сказать.

Вообще-то, ей следовало быть готовой к неожиданной встрече с ним. С чего она взяла, что он должен сидеть в кабинете? Ему нужно понять, почему отель вдруг начал работать в убыток. Может, он уже понял, и теперь наводит порядок. Ходит и вникает во все. Он учился по этому профилю и работал в заграничном отеле – крупном и престижном, знает в этом толк.

Но Даша не подумала, что в любой момент может с ним столкнуться. И столкнувшись, растерялась полностью. Черт бы все побрал!

Торопливо позавтракав, Даша поспешила уйти. Вышла из ресторана и встала в теньке под кедром. Посмотрела план территории, чтобы сообразить, как идти на пляж. Хотя топать туда расхотелось. Может, у бассейна залечь? Не один ли черт, где купаться…

– Ну, что вы такая грустная? Все нормально, или есть проблемы?

Даша чуть не выругалась вслух, но каким-то чудом удержалась. Балда! Не могла отойти подальше от входа в ресторан. Стоит тут, будто караулит Ромку, поджидает, когда он выйдет на улицу.

– Да нет, все в порядке, – она благодарно улыбнулась. – Я просто не выспалась, вот и торможу. Другие как-то спят в самолетах, а я не могу.

– Я тоже не сплю в самолетах. Так что понимаю. Вы здесь первый раз, да? – Роман покосился на злополучный план территории, который Даша до сих пор держала в руках.

– Первый, – кивнула она. – И пока еще не разобралась…

– Пойдемте на море, – предложил мужчина, который вышел из ресторана вместе с Ромкой: лет пятидесяти на вид, худощавый, седой и с усами. – Я как раз туда. По дороге расскажу вам все.

– Спасибо, – промолвила Даша.

– Ну, пока, – пожилой мужчина посмотрел на Ромку. – За обедом увидимся. Ты сегодня купаться не идешь?

Ромка покачал головой. Снова глянул на Дашу.

– Хорошего дня. И пусть настроение поднимется! – пожелал он ей.

– Спасибо, – Даша в очередной раз улыбнулась.

Мужчину, позвавшего ее на пляж, звали Сергеем Петровичем. Он оказался общительным и за короткую дорогу до пляжа успел рассказать Даше многое. Потом они остановились на перекур, в специальном месте под навесом, окруженном кустами олеандров.

– Не могу бросить эту дрянь, – усмехнулся Петрович, закуривая. – Дозу могу снизить, могу пару недель не курить. Но потом – опять. Привычка с молодых лет. Скорее загнешься, чем бросишь.

«Прямо как Евгенич», – подумала Даша.

– Красотища, да? – спросил он, заметив, что Даша оглядывается. – Море, зеленые горы… и песчаный пляж! Такое редко встречается, но у нас вот так. Дальше идет смесь песка и гальки или чисто галечные пляжи, – он махнул рукой в правую сторону.

– А почему отель считается на второй линии, если он выходит на море? – спросила Даша.

Петрович усмехнулся.

– Так по евростандартам. Первая линия – это когда территорию отеля и пляж не разделяет дорога или набережная. А у нас разделяет. Но, по мне, так гораздо веселей. Местный колорит ощущается, а не то что ты в уединении засел. Вон там есть поселок большой. Из него автобусы постоянно курсируют в город. А вон там… – он стал лицом к морю и указал в левую сторону. – Видишь ту скалу?

– Да.

– Она в море заходит. И гора крутая. Там проезда нет, только объезжать поверху. Это для нас выгодно. Догадайся сама, почему.

Даша рассмеялась.

– Да что тут гадать? Если был бы проезд, то здесь бы машины шныряли, и творилось бы черт знает что. А так некуда ехать, и набережная почти пешеходная.

– Верно, – улыбнулся Петрович. – А так только нудисты заезжают. У них пляж возле самой скалы. Только туда, Даш, прогуливаться не нужно, – прибавил он с хитрой улыбкой. – Это не стриптиз-клуб. Люди отдыхать приезжают и не любят, когда на них ходят смотреть, будто в цирке.

Даша посмотрела на него с веселой улыбкой.

– Да вы прямо по-европейски мыслите.

– Как иначе – месту нужно соответствовать, – усмехнулся он. – У нас ведь и иностранцы отдыхают, а не только наши. Сейчас еще не все номера заняты, а вот с первого июля начнется.

«А как же случилось, что отель стал работать в убыток»? – вертелось на языке Даши, но, конечно, она не спросила. Надо быть осторожной, а то, к черту, запалишься.

– Даша, запиши-ка ты мой телефон, – предложил Петрович. – Как вопросы возникнут – звони. Я здесь менеджер, помогу. И насчет экскурсий подскажу. А то ты одна, без подружки, – он окинул ее сочувственным взглядом. – Или с парнем поссорилась? Ничего, все наладится. Нужно только правильно настроиться.

– Вы правы, – улыбнулась она. И не удержавшись, спросила: – Сергей Петрович, а вы уже давно здесь работаете?

На губах Петровича появилась странная усмешка.

– Вообще да. Но последний год не работал. Разругался с владельцем отеля. Он – мой бывший друг. Бывший – потому что обиделся на меня за правду, и дружба закончилась. В молодости он нормальным был, но потом его деньги испортили. Это часто случается. Но что я тебя начал грузить? – спохватился Петрович. – Охота молодой красавице стоять и болтать со старпером. Кстати, у нас отдыхают весьма приличные парни, – произнес он заговорщицким тоном. – Старше двадцати, а все ездят отдыхать с предками, потому что не могут найти хорошей девушки. Ты имей в виду.

Он лукаво подмигнул ей. Подождал, пока Даша запишет его номер, и они вошли на территорию просторного пляжа, где расстались.

Выбрав место под большим зонтом. Даша принялась раздеваться. Нужно поскорей искупаться. А то кажется, что ей голову солнцем напекло, хотя сейчас переменная облачность.

Бывший друг Евгенича. Этого еще не хватало! Как бы не раскусил, что Даша – «казачок засланный». Ведь Петрович знает своего дружка как облупленного. Все его замашки и трюки.

А еще здесь есть человек, который помогает Евгеничу. Тоже менеджер, кажется. Теоретически он не должен никому сболтнуть о замыслах шефа. А практически… Люди по натуре болтливы. Если человек знает чей-то секрет, ему хочется с кем-то поделиться. Так что можно всего, конечно, ждать.

Вечер.

 Даша оглядела себя в огромное зеркало и поморщилась. Вырядилась, словно на смотрины. Так, по сути, и было. Но все же не стоило надевать такое роскошное платье. Розовое! С пышной шелковой юбкой длиной ниже колена и облегающим лифом, который покрывал итальянский гипюр с крупными цветами. Вырез в форме сердечка был не слишком глубок, плечи прикрывали кружевные «крылышки». Скромно. Но все равно вызывающе.

На шее нет украшений. Лишь в ушах серебрятся сережки. Белые босоножки на квадратном среднем каблуке тоже с серебристыми пряжками. Типа Золушка – просто смех и грех! Даша хотела одеться попроще, но Евгенич рогом уперся. Такое впечатление, что он воплощает какие-то свои мечты и фантазии. Представляет, как сидит в ресторане возле моря, и вдруг входит девушка в романтичном розовом наряде. Он взирает на нее с изумлением, затем чувствует, как в душе расцветают розовые сады. Эмоции ожили, в штанах щевельнулось, ну и понеслось.

Даша усмехнулась своему отражению в зеркале. И вышла из холла отеля на крыльцо. Вдохнула аромат кипарисов для поднятия настроения и неспешно двинулась к бассейну, чтобы выйти оттуда на набережную.

Спектакль намечался не на территории отеля, а в ресторане, который находился за ней. Он тоже относился к отелю, но его главный вход был на набережной. Можно было войти с парка отеля, а можно и с набережной. Даше предложили второе. Типа она отправилась вечером на набережную, а потом решила заглянуть в ресторан.

Было еще светло, и Даша любовалась парком, видневшимся за деревьями морем, горами. Хорошо здесь, что ни говори! И бассейн красивый. Даша хотела поплавать в нем после обеда, но испугалась обгореть на солнце. Да и некогда было. Даша закончила обедать только в три. А ей предстояло помыться, завить волосы в красивые локоны, сделать макияж и одеться. Еще ногти накрасить на ногах. Она как-то забыла про педикюр. Евгенич напомнил. Удивился, как Даша сама не подумала, просто стыд-позор. В ответ Даша упрекнула его за обман.

– Вы мне показали фотки моего корпуса. И сказали: «Вот он, мой отельчик. Милый и уютный». А что оказалось на деле?

– Да я просто боялся, что ты зассышь, – ответил Евгенич. – Ведь уже наложила в штаны, признавайся?

– Слушайте, Алек…

– Хотя для этого нет никаких причин. Ромка к тебе подошел на улице не потому, что он здесь управляющий. Просто ты ему показалась интересной.

– Ему просто стало меня жалко. Вот и весь интерес.

Александр Евгеньевич рассмеялся.

– Ну и что? Это разве плохо? Плохо, когда не жалко. Когда не возникает желания пожалеть. Конечно, на одном этом не уедешь. Но сегодня можно. И нужно! Ромка уже давно никаких баб не жалел. Так что, Дашка, вперед! Давай, наряжайся принцессой. Ведь и дураку ясно, что такую приятней жалеть, чем серую мышку…

Даша усмехнулась, вспомнив недавний разговор с отцом Ромки. Потом огляделась. И почувствовала желание провалиться сквозь землю. Она уже находилась на набережной, оживленной в это время суток. И на нее пялилась добрая половина гуляющих. Не совсем понятно, почему, ведь она не одна нарядно одета. Наверное, все дело в цвете ее платья. Красный или малиновый выглядят не так вызывающе.

– Привет, – раздался рядом с ней мужской голос. – Только не улыбайся! Помни: я противный. Наглый и развязный абрек, от которого хочется бежать.

Даша посмотрела на Тиграна. И с трудом смогла не рассмеяться. Ну и вид у него! Совершенно не тот человек, который приезжал вчера в Комарово, чтобы познакомиться с Дашей и отрепетировать сцену спектакля. Вместо элегантной бородки – дурацкие «брутальные» заросли. Ярко-синяя рубашка с красными цветами и пальмами, белоснежные шорты в облипон и пляжные шлепанцы поверх белых носков.

– Привет, Тигран. Ну ты и артист! Так преобразился за сутки.

– Я и есть артист, – улыбнулся он в тридцать два зуба. – По профессии, а не просто так.

– А где раздобыл такой прикид?

Тигран усмехнулся.

– Не поверишь, но купил в магазине. В Питере! Это гавайский стиль, – он оправил с гордым видом рубашку. – Продвинутые курортники носят.

– Обалдеть, – покачала головой Даша. – А ведь правда кто-то покупает, если продают.

Мобильник Тиграна запищал. Посмотрев сообщение, Тигран взял Дашу за руку и подтащил к ограждению набережной. Даша слегка поморщилась, уловив запах перегара, смешанный с чем-то острым.

– Пора, – произнес Тигран. – Когда я тебя обниму, это будет сигнал. Вырываешься и идешь к ресторану. Там – второй этаж, на веранде. Столик помнишь? За который тебе нужно сесть?

– Да.

– Ну, начнем.

Его рука легла Даше на талию. Тихо вскрикнув, Даша оттолкнула Тиграна и двинулась дальше по набережной.

– Куда ты?! – крикнул Тигран. – Подожди! Да ты что, обиделась? Зайка, ну постой! Не бойся…

– Так, отстань, – Даша уклонилась от попытки схватить ее за руку. – Отвали, я сказала, от меня!

Она бросила на него гневный взгляд и еще быстрее пошла. Замедлила шаг, обернулась. Увидела, что Тигран чешет следом. Прошла немного вперед, шагнула к дороге, по которой катила машина.

– Да постой же ты! – Тигран подбежал к ней. – Давай поговорим…

– Иди к черту! – рявкнула Даша, замахнувшись на него рукой, и быстро перешла проезжую часть, на которой как раз в этом месте был пешеходный переход.

Прямо перед ней оказался тот самый ресторан. Не оборачиваясь, Даша вошла внутрь. Поднялась на второй этаж, представлявший собой обвитую зеленью террасу. Замедлила шаг, отдышалась, положив руку на стул свободного столика. Потом выпрямилась, посмотрела на себя в зеркало.

Ромкин столик не отражался там. И видит ли ее Ромка, неизвестно. Может, он сидит, уткнувшись в телефон или в ноут. Глупая затея! Не только с наглым абреком, а вообще. Пытаться завлечь парня, которого она даже не знает и которому нафиг не нужна. Она спятила, раз ввязалась в такое. То есть спятил Ромкин отец, а она повелась на манипуляции.

Даша огляделась. Прошла к столику, стоявшему не возле перил, а у стены. Сняла с плеча сумочку, бросила на стул. Села на соседний, так, чтобы находиться к Ромке лицом. Вздохнула и поправила волосы. Подняла глаза.

Ромка не сидел, уткнувшись в мобильник, а смотрел прямо на нее. С таким видом, будто он давно за ней наблюдает. Заметил, как вошла, или еще раньше? Он сидит у перилл, с его места набережная видна.

Даша отвела взгляд, чувствуя, как становится жарко. И тревожно, и страшно, и неловко.

Перед глазами мелькнуло ярко-синее с красным. Тигран…

– Вот ты где! – воскликнул Тигран, подходя к Дашиному столику. – Отличное место, чтобы посидеть-пообщаться. Я за все плачу, ты не думай. Заказывай все самое лучшее. Вино подороже, еду. Не стесняйся!

– О господи, – Даша посмотрела на него с ужасом. – И сюда притащился за мной. Я вам ясно сказала, чтоб вы отвалили! Непонятно?

Тигран развел руками с озадаченным выражением лица.

– Да в чем дело-то, зай? Неужели так сильно не понравился? Или ты боишься, что в постель сразу потащу? Девочка еще, что ли?

Он положил руку на спинку ее стула и наклонился, чтоб всмотреться в лицо. Но вдруг выпрямился, будто его толкнули под бок.

– Так, пошел отсюда, – услышала Даша ледяной голос Ромки. – И чтоб больше тебя здесь не видали.

– Ты что, охренел, парень?! – заорал Тигран. – Да я тебя щас…

Он резко замолк, так как Ромка скрутил его руки за спиной и потащил к лестнице. Точнее, повел, потому что прифигевший Тигран не так уж сопротивлялся, только морщился от боли и тихо матерился.

– Роман Александрович! – донеслось до Даши издалека.

– Очень вовремя, – раздался в ответ голос Ромки, полный ледяного сарказма. – Замолчите! Этого на улицу, все разборки – завтра.

– Что за заведение паскудное?! – завопил Тигран, переданный в руки охранника. – Козлы! Я вас на весь интернет опозорю…

Посетители переговаривались, весело обсуждая случившееся. Ромка куда-то исчез. Но скоро вернулся, вытирая руки салфеткой. Бросил ее на свой стол, подошел к Даше, сел напротив нее.

– Кошмарное завершение первого денька, да? – спросил он с улыбкой: такой обаятельной, что у Даши опять началась дрожь в коленках. – Но ведь день еще не закончился. Еще только восемь, – он бросил взгляд на часы на своей руке. – И все можно переиграть и исправить. Так вот! Предлагаю сейчас пойти вниз и провести вечер вместе.

– А почему вниз? – растерянно вымолвила Даша.

– Там теплее. А ты вся дрожишь. Напугал тебя этот придурок.

Даша шумно вздохнула и поежилась.

– Честно говоря, напугал. Он на набережной ко мне привязался. Я не думала, что припрется сюда. Так неловко!

– Ну еще не хватало – чувствовать себя неловко по чужой вине. Как тебя зовут, кстати?

– Даша.

– А меня – Роман. Ну, пойдем? – он поднялся и протянул ей руку.

Даша стиснула сумочку и встала. Вложила дрожащую руку в Ромкину ладонь.

– Спасибо тебе огромное, – она вскинула на него признательный взгляд. – Я не знаю, как бы я сама…

– Забудь об этой истории, – Ромка нежно сжал ее ладонь. – И не нужно меня благодарить. Но ведь, правда, не за что!

Он улыбнулся скромно, но довольно, как отметила Даша. Даже щеки слегка покраснели. И какой красивый, как он элегантно одет. Вроде просто – обычные темно-синие джинсы и бежевая рубашка с короткими рукавами и карманами, но Даше все нравилось. И так здорово, что он совсем рядом, держит ее руку в своей.

Даша ощутила, как опять становится страшно. И словно услышала голос Александра Евгеньевича: «Возьми себя в руки, не позорь меня! Да что ж это такое. Все условия создали ей, а она»…

Даша так отчетливо представила себе лицо деда, что едва удержалась от смешка. Страх ушел, на душе стало спокойней. Нет причин бояться, все идет хорошо. И не просто хорошо, а прекрасно.

– Давай сядем здесь, – Ромка подвел ее к столику в середине зала. – Я больше возле окна люблю, но сейчас не стоит. А то будешь туда глядеть и тревожиться.

– Высматривать мерзкого абрека? – Даша усмехнулась. – Он, конечно, может меня караулить на улице, но не думаю, что он такой идиот.

– Я тоже не думаю, – Ромка успокаивающе улыбнулся. – И на улице охрана дежурит, если что. Хотя тот абрек уже устремился за новой добычей. И теперь будет избегать красивых девушек в розовом.

Даша рассмеялась и вспыхнула. Хотела ответить, но Ромка вдруг встал и шагнул навстречу официанту. Что-то тихо сказал ему и вернулся на место.

– Давай делать заказ, – он взглянул на Дашу. – Ну, шампанское однозначно нужно взять, да? А насчет еды… Можно подсказать?

Даша кивнула, и вскоре Ромка продиктовал официанту заказ. При этом шампанское, какой-то замысловатый салат и закуски им принесли сразу. Ничего странного, учитывая статус Ромки и то, что он всегда ужинает здесь.

– Я заметил тебя еще с веранды, – сказал Ромка, когда они выпили за знакомство. – Обратил внимание на платье, потом присмотрелся и узнал. Думал уже бежать выручать. Но тут ты свернула к ресторану. А вот как абрек пошел за тобой, я, честно говоря, просмотрел. Иначе бы сразу пошел вниз. Знаю я таких типов и как от них трудно отделаться. К счастью, здесь их мало. Этот не живет в нашем отеле.

– Надеюсь, что так, – Даша слегка поежилась.

Ромка сделал успокаивающий жест.

– Я бы заприметил его. Он слишком колоритный и шумный.

– А другие отели здесь есть?

– В поселке есть мини-отели. Ну и просто домик можно снять.

Ромка помолчал и вдруг с любопытством спросил:

– Даш, а как ты сама сюда попала? Как узнала про этот отель?

– От подруги, – выдала она заготовленный ответ. – Она отдыхала здесь с предками и позвала этим летом меня. Но мы ничего не бронировали, потому что начались проблемы с деньгами. Я свои решила. Но так поздно, что уже было не с кем ехать отдыхать. И я решилась одна. Заглянула на сайт отеля, который хвалила подруга. Сперва ужаснулась от цен, а потом увидела скидки. Номера в зелененьком корпусе, «Вилла номер три».

– Угу, – кивнул Ромка. – Ну что ж, молодец, что все-таки решилась поехать. Даш, а я… – он немного помедлил, – я здесь не совсем отдыхаю. Я на стажировке. Набираюсь опыта под началом Сергея Петровича, который провожал тебя сегодня на пляж. Не очень хотелось говорить, но ты все равно догадаешься.

«Вот и обменялись враньем», – весело подумала Даша.

– Ясно, – улыбнулась она. – А почему не хотелось говорить?

– Потому что тебе было бы приятней подружиться с курортником. А не с человеком, который часть времени занят.

Даша на секунду задумалась. Потом покачала головой с озорным выражением лица.

– Нет! Мне не хочется болтать о пустяках с теми, кому нечем заняться. Мне приятно общаться с людьми интересными и умными.

Ромка бросил на нее пристальный взгляд.

– А я тебе кажусь умным? Черт. Как бы не опозориться, заведя пустой разговор.

– Это я боюсь показаться занудой, – усмехнулась Даша. – Мы все-таки на курорте. И о чем-то серьезном здесь не очень уместно говорить.

Ромка снова оглядел ее пристальным, как бы изучающим взглядом.

– Ты студентка? Где учишься?

– В институте культуры. На последний курс перешла.

– В Питере?

– Да. Хотя я сама из провинции.

– Родители там?

Даша на секунду замялась.

– Дед с бабушкой. Родителей нет, они погибли. Но давай не об этом!

– Да, конечно, – быстро кивнул Ромка. – Даш, ты к прогулкам по морю как относишься?

Даша снова задумалась.

– Не знаю. Они кажутся мне интересными. Но я так давно на них была, что не помню.

– Значит, покатаемся.

Ромка улыбнулся и подлил в бокалы шампанского.

– За удачный отдых! – он поднял бокал.

На сцену у барной стойки вышел ансамбль. Даша испугалась, что сейчас загрохочет музыка. Но исполняли только романтичные медляки, а в перерывах негромко звучал саксофон. Так что разговор не прерывался. Не считая того, что Ромка пару раз звал Дашу танцевать – под одну и ту же красивую песню, которую она раньше не слышала. Было очень неловко, потому что они танцевали одни, привлекая любопытные взгляды. Но Ромке это было до лампочки.

– Песня старая, еще из советских времен, – пояснил он Даше. – Но ее любили мои мама и бабушка, и тянет под нее танцевать.

Даша улыбнулась и в очередной раз удивилась. По рассказам Евгенича она представляла Ромку не таким. Он – в глубокой депрессии. Должен быть молчалив и печален. Как тогда, когда Даша увидела его первый раз. Но сегодня Ромка был другим. Не особо веселый, но не грустный. Видимо, приезд на курорт благотворно на него повлиял. Он встряхнулся здесь за десять дней. И к приезду Даши дозрел до курортного романа. Вовремя она прикатила! Еще пара деньков – и ей было бы нечего ловить.

– Пойдем в парк, – сказал Ромка, когда они все доели. – Погуляем там.

Они поднялись на второй этаж, чтобы перейти оттуда по мостику на территорию своего отеля. Поднялись по лесенке и оказались в освещенном парке. Огромный бассейн тоже был подсвечен и переливался оттенками лазури, словно шелковистый муар. На берегу бассейна находился бар. Еще один бар прятался в глубине парка, за деревьями.

– Как красиво, – промолвила Даша. – Сказочное место!

– А ты – сказочная принцесса. Красивая и душистая, – Ромка обнял ее сзади и прижался лицом к волосам. – Что за духи, Даш? Знакомое, но не могу вспомнить.

Даша сказала ему название духов.

– Так я и подумал, – Ромка снова понюхал ее волосы. – Мать такие любила. Не вот эти, но такой же марки. Какая ж ты милая! – он легонько стиснул ее талию. – Солнышко мое. Пойдем в бар! Возьмем по коктейлю.

– Мне без алкоголя, – сказала Даша, когда они вошли в бар.

– Хорошо. Хотя без алкоголя – это не совсем то. Два «дайкири», – сказал Ромка бармену. – Клубничных. Девушке – безалкогольный. Из еды что-то брать, Даша?

– Нет, – отозвалась она удивленно. – Мы же только наелись.

Ромка улыбнулся и игриво чмокнул ее в щеку. Потянул к свободному столику возле бассейна. Посидев там немного, они пошли дальше. Обогнули бассейн и остановились, любуясь ночным парком. Ромка снова обнял Дашу сзади. Опять нюхает волосы! Вдыхает их аромат с явным наслаждением. И так хищно вздыхает, будто собирается съесть.

– Какие холодные ручки. Ты замерзла?

– Нет…

– А я вижу, что да. Просто признаваться не хочешь. Пошли в дом! Посидим у меня. Будем есть мороженое, пить кофе и знакомиться дальше.

Он взял ее за руку и двинулся в сторону их корпуса. «Что мне делать?» – подумала Даша, начиная все сильнее тревожиться. Идти к нему в номер опасно – вдруг начнет приставать? Ведь уже начал ее трогать. Но и отказаться рискованно. Ромка пьяный! Вроде бы не сильно, но все-таки. Если сейчас расстаться, он может о ней завтра не вспомнить. Нужно, чтобы он протрезвел. Кофе должен помочь. Будут пить и беседовать. На темы, интересные Ромке. Про его отель, про экскурсии, местные красоты.

– Твой номер на каком этаже? – спросил Ромка.

– На втором.

– А мой на четвертом. Окна на две стороны. Утром видно, как солнце встает из-за гор, а вечером – как садится в море. Но закатом лучше любоваться на пляже. С нашего не все видно. А вот если заплыть за скалу… – он замедлил шаг и лукаво посмотрел на Дашу. – Но что говорить? Это нужно показать тебе. Такую картину, как в песне, под которую мы танцевали. «Заколдованный залив открылся на заре»… Помнишь эти слова?

– Да, – ответила Даша.

– Так вот. Рассвет на берегу моря… Блин! Я же про закат говорил, – Ромка рассмеялся, хлопнув себя по лбу. – Но не важно. Все равно красиво.

«Кажется, он изрядно поддал, – подумала Даша. – Ну конечно! Я старалась не пить. Ромка все шампанское выдул. Да еще коктейли»…

На ресепшен дежурил тот же паренек, что и утром. При виде Даши и Ромки он застыл с приоткрытым ртом. Ну еще бы. Кто бы мог ожидать. Не успела приехать, а уже…

Войдя в лифт, Ромка нажал кнопку четвертого этажа. Даша нервно сглотнула, чувствуя, как волнение растет.

– Все хорошо, зайка, – улыбнулся Роман. – Не волнуйся.

Даша ощутила, как волнение переходит в панику. Какой у него сейчас хищный взгляд. Да еще это «зайка» – прямо как Тигран в образе плотоядного абрека! Но ведь Ромка не может начать приставать в первый вечер. Он культурный…

– Идем.

Ромка потянул ее к номеру. Открыл дверь. Чувствуя себя в полной растерянности, Даша вошла внутрь. Большая прихожая с четырьмя дверями. Как в квартире...

Не разуваясь, Ромка прошел в комнату. Включил пару светильников над диваном и торшер. Комната оказалась розовой, с темно-коричневой мебелью, обтянутой полосатой тканью. Шторы над огромным окном от пола до потолка, с дверью на балкон, тоже были в коричнево-розовую полоску. Наверху – темный ламбрекен, из-под него свисал пышным облаком тюль. Только на кровати, стоявшей возле окна, покрывало было золотистым.

Кровать… Это спальня! Даша не поняла сразу, так как в комнате был еще диван и два кресла. Но ведь номер двухкомнатный. Даша видела фотки, ей показывал Ромкин отец. Не этого номера, а свободного, но отделаны они одинаково. На той стороне должна быть зеленая гостиная…

– Даша! Ты чего? – Ромка нежно обнял ее за плечи. – Боишься меня? Ну что ты! Я хороший. Поедем завтра с тобой… Не знаю, куда. Я подумаю.

– Ромка, – Даша изо всех сил пыталась собраться с мыслями, – давай перейдем в другую комнату. Пожалуйста! Мне здесь неуютно. И ты говорил, что мы будем пить кофе…

– Будем. Только позже. Какая ты сладкая! – он начал целовать ее волосы. – И такая красивая, нежная. Сто лет не встречал таких. Или – никогда.

– Ромка, перестань! Что ты делаешь?

Даша замерла, чувствуя, как его ладони скользят по ее спине. А Ромкины поцелуи становились все горячей и настойчивей.

– Девочка моя, – Ромка заглянул ей в глаза. – Обними. Ну давай. Смелее!

Даша положила руки ему на плечи. Ромка тотчас приник к ее губам. Поцелуй был таким чудесным, но Даша потерялась совсем. Ощутила, как по телу пробежала дрожь. Так приятно и сладко, о господи!

– Ромка, – выдохнула она с тихим стоном.

Он прервал ненадолго поцелуй. Прижал Дашу к себе, осыпая поцелуями волосы. Снова потянулся к губам. И вдруг начал так страстно целовать, что Даша ощутила яркий всплеск желания. Такой сильный, что даже не поверила. Мысли путались, Ромкины поцелуи дурманили…

– Пошли, – Ромка потянул ее за руку, в ту часть комнаты, что была в тени. – Хочу тебя – прямо в этом наряде! Чудесную, как принцесса из сказки…

Он обнял ее и снова поцеловал. Повернул к кровати лицом.

– Становись. Туфли не снимай.

– Что? – пискнула ошеломленная Даша.

– Я так больше люблю – видеть женскую попку. У тебя она очень красивая, – Ромка обнял Дашу, целуя в плечи и в шею. – Наклоняйся, солнышко. Покажи мне себя во всей красе.

Даша была в таком шоке, что позволила Ромке наклонить себя над кроватью и поставить в подобие коленно-локтевой позы. Ромка приподнял ее юбку, задрав высоко на спину, стянул резко трусы. Потом Даша услышала треск ткани, не сразу сообразив, что произошло. Ромка разорвал ее трусики! Без усилий, одним легким движением. Дорогое белье, а качество оказалось фиговым.

– Ты прекрасна, – его руки легли на ягодицы, – как я ожидал.

Он немного погладил ее и прекратил. Затем позади что-то звякнуло. Расстегивает ремень, мля-а-а!

– Не волнуйся, – мягко произнес Ромка. – Я буду в средстве защиты. Смазка тоже есть…

Издав сдавленный крик, Даша перекатилась на спину. Резко села, подтянув ноги к животу, а затем соскочила с кровати, выпрямившись, словно на пружине. Натолкнулась на Ромку, взвизгнула и шарахнулась в сторону.

– Только тронь, скотина! – крикнула она, взмахнув кулаками и топнув для устрашения ногой. – Я не дамся так!.. Вот же гад какой, – бросила она, оказавшись на другом конце комнаты. – Чем ты лучше придурка, от которого меня защитил?! Манеры приличней, а внутри – такой же!

Схватив свою сумочку с дивана, Даша выбежала в прихожую. Начала открывать замок, оглядываясь назад. И вдруг с ужасом поняла, что не может. Ромка замкнул дверь на ключ. Она здесь в ловушке!

– Возьми ключи с тумбочки, приложи к замку, – раздался позади нее голос Ромки.

Даша обернулась, испуганно прижавшись к двери и боясь сделать пару шагов к тумбочке. Ромка вышел из спальни. Сейчас бросится к ней…

– Даша, успокойся, пожалуйста, – Ромка шумно вздохнул, откидывая  со лба волосы. – Черт! Я не собирался… Все, я далеко, – он скрылся из виду Даши. – Бери спокойно ключи и открывай дверь.

Не отводя глаз от дверного проема, Даша подошла к тумбочке. Схватила ключи, осторожно вернулась к дверям. Приложила ключи к замку и облегченно вздохнула, услышав щелчок. Бросила ключи на пол и выскочила за дверь. Не заходя в лифт, слетела по лестнице вниз, чуть не сбив пожилых соседок по номеру, которые возвращались домой.

– Что случилось?! – вскричала одна из них. – На вас лица нет!

– Нет-нет, ничего, – Даша выдавила из себя улыбку. – Просто я ошиблась этажом, а мне должны срочно звонить, – она вытащила из сумки ключи и поспешно заскочила в номер.

Включив свет, Даша возбужденно прошлась по небольшой гостиной и спальне. Потом начала снимать платье, стараясь не сломать молнию. Все эти наряды нужно будет вернуть Ромкиному отцу. Хочет – пусть выбрасывает, если лень куда-то пристраивать. Ей они не нужны. Да и не заработала она на эти тряпки! Нужно было дать Ромке, тогда можно было оставлять себе. Но она ему не дала. Провалила все дело, которое началось так успешно.

Дашу охватил нервный смех, а затем пробило на слезы. Ведь все получилось, черт возьми! Ромка на нее клюнул. И, наверное, не расстался бы с ней прямо завтра. Ему хочется с кем-то закрутить. От нее, правда, мало толку, как от сексуальной партнерши. Но главное – слушаться его. Может, у него давно не было девственниц, и было бы интересно повозиться с ней. Новые впечатления, романтика… Вот такая, как ему нужна! А не та, что в голове Даши – взрослой дурочки, отставшей от жизни.

Надев белье и халатик, Даша прошла в гостиную и включила чайник. Огляделась. И пришла к заключению, что ее номер приятнее Ромкиного. Кремовые стены, мебель светлого дерева, ярко-желтые шторы и веселый малиновый ковер на полу. А благодаря тому, что за окнами полно зелени, обстановка не кажется скучной.

А у Ромки все совсем не так. Неуютно, даже как-то мрачно. Ну, кому что нравится! Если человек занимается сексом, не снимая одежды и обуви, ему никакая уютность не нужна. Странно, что он еще Дашу целовал. Мог бы сразу нагнуть. Наверное, испугался, что сбежит. А слить сперму хотелось – не на пол, а во что-то теплое. По идее, с этим не должно быть проблем, ведь Ромка богат. Но он осторожен и брезглив, а раскрепощенные дамы могут наградить страшной болезнью.

Вот он и насмотрел поскромней. Пообщался вечерок и решил, что большого риска не будет. И он же не собирался ее интимно ласкать! Нафиг это ему. Да и раздеваться… Зачем? Барышня может подумать, что ее тут ночевать оставляют. А так все понятно. После секса – домой.

А какие он говорил пошлые слова. Даже вспоминать стыдно. И за себя стыдно. За то, что не ушла вовремя, а зачем-то поперлась в его номер. Там себя, как дура, вела. Хорошо, что опомнилась вовремя! А то было бы визгу на весь корпус. Вдруг бы Ромка с размаху член всадил? Она ж не предупредила, что девственница…

Даша услышала странный протяжный звук. И вдруг поняла, что это подвывает она. Сидит на полу перед диваном и тихонько воет – от обиды и злости на судьбу. А на Ромку… Ну что обижаться? Он – такой, как есть. И не виноват, что Даша создала в своем воображении другой образ.

Нужно выбираться отсюда. Созвониться с Евгеничем, рассказать, что их авантюра потерпела крах. Пусть думает, что ей теперь делать. Если Даша просто уедет, это будет выглядеть странно. Она заплатила большие деньги за отдых. И должна просить, чтобы ей вернули хоть часть. Спросить кого-то об этом, а не просто собрать чемодан и умотать. Но кого? Ведь не Ромку же, черт его дери. Петровича? Это будет логично. Он, конечно, сильно удивится и сочтет ее чокнутой. Но иначе нельзя, все должно смотреться естественно.