Женюсь! Но только ради кота

— Ну, Степан, мамка тебе задаст! — Спустилась девчонка в погреб.

Видок у неё довольный, значит, братцу и правда прилетит не по-детски. Мелкая потёрла ладошки, готовая сдать его местонахождение. Но пока что, она медлила. А Стёпка чесал репу, с чего бы это такую шумиху поднимать. Подумаешь, застукали его не за игрой в дурака. На раздевание он с новенькой решил игрануть. Красотка оказалась не против. Он парень видный и многие девки на него западали.

— А ты и рада! — Тихо, но укорительно буркнул Стёпа, запустив пятерню в свои светлые, не слишком коротко стриженные волосы.

— Ну-у-у-у-у… — Протянула девочка. — У меня вообще-то есть причина на тебя дуться. — Блеснули её глазки в темноте.

— Какая? Не припоминаю, чтобы мы ссорились. — Молодой оборотень и во тьме видел прекрасно. Желтые звериные зрачки подсвечивали собеседницу, подобно фонарям.

— Когда вспомнишь, тогда я во-о-о-о-озможно приму твои извинения, а пока… — Хотела крикнуть Пушистая, но крупная ладонь легла на её ротик, не позволяя и букве сорваться с уст.

Девчонка брыкалась, полоснула ногтями брата по руке, но он и не думал отпускать мелкую занозу. Сестру свою он любил. И наверное единственный знал её истинный характер. На само-то деле Ксюха не злюка. В последнее время испортилась. Но допытываться сейчас некогда.

— Не ори, дурында. И не вертись, а то шейку сама себе отвинтишь. Чего я потом мамке с батей скажу? — Подтрунивал над вертлявой егозой Степан. — Лучше промычи, что за переполох из-за обычной приезжей оборотницы? Она ж ничья! Метки нет и волка за ней тоже.

По одному он снимал пальцы с губ сестрицы, а та и освободившись не спешила заговаривать. И дёру не дала, что само по себе удивляло. У них минут десять есть, пока батя не просечёт, где заныкались. Мать-то звериным нюхом не обладает. Человечка. А папа —волк. Да ещё какой! Один из самых крупных в стае. И с вожаком дружен.

— Ты в следующий раз, когда вздумаешь играть на раздевание с новенькими, поспрашай не дочь ли Альфы, приехавшего на переговоры… — Выдала Ксения.

— Что? — Опешил от поступившей информации Пушистый. — Да ладно? Не может быть! — Нервно сглотнул он. Если испортил переговоры, кабзда ему! Батя шкуру спустит и Альфе Киру как коврик подарит.

— Может. Очень даже может. Ты её трогал и даже лобызал. Фу! — Высунула язык Ксюха, выказывая отвращение.

— Много ты понимаешь! Мелочь пузатая! Не доросла ещё. И смотри, если узнаю, что до церемонии выбора пустила кого в свой маленький ротик, мыло заставлю есть каждый день по утрам и вечерам.

— А сам-то! — Накуксилась сестрёнка.

— Я взрослый и я мужчина. А ты девочка, должна себя блюсти. Не как всякие там… — Вспомнил вообще не скромницу Стёпа.

— Вот твоя истинная-то обрадуется, что ты, до того как её встретил, пол земного шара на вкус попробовал! — Выплюнула Ксюша и как закричала: — Ма-а-а-ам, я его нашла!

— Ах ты ж, стукачка! — Метнулся он хоть по попе шлёпнуть за сдачу его персоны самой грозной человечке в Белом камне и по совместительству матери. Но Ксюха быстра и успела смыться.

Вместо неё наверху стояла Катерина со скалкой в руках. Она хоть и относилась к нему как к сыну, но была мачехой. Самой лучшей из возможных. Степан любил её и не хотел расстраивать. Но к сожалению, не получалось.

— Вылезай. — Короткое и ёмкое.

Спорить Стёпа не стал. Он поднялся по лестнице и встал перед женщиной. Всё ещё молодой и очень даже красивой. Когда-то он ей в пупок дышал, а теперь она ниже его ростом. Но если скалкой отходит, мало не покажется. Правда, всё это лишь фантазии, Катя никогда не поднимала на него руку.

— Мам, я накосячил, признаю. — Виновато опустил голову парень.

— Не мамкай! Твой отец краснел за тебя, Степан. И Альфа Кир тоже. Как ты превратился в самца, прыгающего на всё живое? Разве мы учили тебя совращать невинных дев? Представляешь, какие разговоры ходят теперь по стае? Ты опозорил нашу семью, девочку и всю стаю. Стыдись!

— Она-то невинная?! — Возмутился подобной характеристике Пушистый. — Да ты бы видела, как эта… глазки мне строила!

— Ты даже имя её не запомнил, а чуть ли не в трусы залез! — Едва ли не дымилась Катерина.

— Ма-а-а-а, ну перестань злиться. Я извинюсь, ок? — Подлизывался высоченный, молодой и очень видный оборотень как малый ребёнок.

— Стёп, сиди тише воды и ниже травы. Пока Альфа со своей дочуркой не уедет, из дома ни ногой. Он, если тебя увидит, шкуру спустит. И никто его не остановит. Отец не переживёт, а у меня сердце расколется. — Голос Катерины дрогнул и Степан подорвался к ней, да заключил в объятия.

— Ну прости! Ты только не плачь, мам. Ты ж знаешь, как я вас с батей люблю. И Ксюху тоже. — Чувствовал себя парень прескверно.

— Зачем ты к ней полез? Ну зачем?

— Понимаешь, у неё глаза такие… зелёные. Как у ведьм бывают. Вот я и подумал, а вдруг. Берту нужна магия, а если бы девчонка оказалась хоть немножко с магией в крови, ему бы стало гораздо лучше. — Пояснял свои мотивы Степан.

— Ну какая магия! Кто пустил бы в Белый камень магичку? Нет-нет, Альфа Кир не позволит. Он против. Территория тщательно охраняется. Будь ведьма трижды избранной волком, вожак подобного не допустит. Брось свою глупую затею, Стёп. Брось, слышишь?

— Ах ты ж пакостница мелкая! Вылезай, давай! — Тащили девчонку за ухо. Ну как девчонку… Уже получается нет. Ей сегодня официально стукнуло восемнадцать.

— Пусти! Ухо оторвёшь! — Пищала Эржи. Имя у неё такое, матерью подаренное. Полное — Эржабет Вальдемаровна Утюгова. Была у её предков традиция, давать детям чудные имена.

— Сама оторву, сама приделаю! — Ничуть не ослабила хватки худющая и высоченная женщина. Она в ковене не главная, но её слово тут имеет вес. — Ты какого лешего не пришла на церемонию инициации? Чертовка ты мелкая! Совсем страх потеряла?

Эржи таки вытащили из укрытия. А ведь она столько практиковала маскирующее заклинание! Но магия и стройненькая, да вполне симпатичная ведьмочка, будто бы не совместимы. Конечно же, колдовать полноценно и по всем правилам девушка сможет лишь после инициации, но уже сейчас ясно, проблем у неё ожидается превеликое множество.

Взять хотя бы инициацию. Кто придумал ужасный закон, по которому юная ведьма, достигнув совершеннолетия обязуется переспать со смертным мужчиной? С незнакомцем! Эржи не то, чтобы сильно дрожала над своей честью, но отдавать её первому встречному, считала чем-то неправильным и даже немножечко грешным. Как же чувства? Хотя бы симпатия?

Как только Утюгова прознала, кого ей избрали в партнёры на одну ночь, тут же дала дёру в лес. И не спешила возвращаться. Ничего, годик ещё проходит не магичкой. Ну а потом что-нибудь придумается. В конце-то концов 365 дней не так уж и мало. Вдруг многовековое правило возьмут и отменят только потому, что одна юная ведьмочка не желает проходить унизительное испытание инициацией.

— Я с тобой говорю, Эржабет! Оглохла? — Крикнули ей в многострадальное ухо. Благо, тощие длинные пальцы выпустили его из плена, но ухватились за тонкое девичье запястье.

— Мне потребовалось подышать свежим воздухом. — Пролепетала брюнетка. Её смолянистые волосы украшали разноцветные листики и сучки, которые как-то сами нашли себе место среди растрёпанных прядей.

— А на территории ковена великой Магдалены воздух уже недостаточно свеж? — Взирали на неё поистине ведьмовские глаза. Зелёные. Ярко поблёскивающие в почти темноте.

— Я… я…

— Хватит мямлить! С Магдаленой будешь объясняться. Возвращаемся в ковен. И только попробуй выдать очередную пакость в пути. Я ещё не забыла твою выходку с гадюкой. У бедной змеи до сих пор шок. Угораздило же ей повстречать самую бестолковую ведьму! И в целом мире не сыщется второй такой.

Эржи шла за старшей. А куда деваться! Есть законы ковена, которые требуется неукоснительно исполнять, иначе можно нарваться на великие неприятности. Утюгова прекрасно помнила случай с гадюкой. У кого был больший шок, надо ещё подумать. Та вздумала свалиться на опечаленную ведьмочку, за что и поплатилась.

Дело в том, что в тот день Эржи отвергли. Она была ещё соплячкой зелёной, но её сердце познало безответную влюблённость. Изредка в ковены прибывали гости. Один такой заявился к ним. Молодой и очень красивый ведьмак. Все девушки тут же принялись кокетничать, кто-то припоминал рецепт приворотного зелья, передаваемого из поколения в поколения по женской линии. В общем, красивый и интересный во всех отношениях парень привлёк внимание дам.

Вокруг молодого ведьмака с простым именем Николай, вились красотки всех возрастов. Он прибыл из другой части страны, да и в общем-то не совсем к ним направлялся. Так, заглянул проездом. На миг глаза Эржи и его встретились. Казалось, весь мир перестал существовать для неё.

Могла ли девушка рассчитывать на взаимную симпатию при столь огромной конкуренции? Нет, конечно же нет. Чувства её незрелые растоптались сами. Николай весело проводил время с другими, но не с ней, а потом уехал.

В тот день, Утюгова слышала его разговор с рыжей и очень красивой ведьмочкой. Та перебирала девушек ковена по именам. Просила поставить баллы каждой за красоту и прочие достоинства. Николай отвесил ей высший бал, а остальным, естественно пониже.

— А… а… Эржи? — Спросила Клара.

— Хм-м… Кто такая Эржи? — Переспросил парень и принялся целовать девушку. Та прекрасно знала, что их разговор слышат и оказалась удовлетворена ответом.

«Действительно, кто я такая? Никто. Совсем никто. Он меня даже и не заметил, и в толпе бы не узнал»

Брюнетка плелась по лесу, смакуя свою грусть печаль. Не все красивые — умные. Попадаются и круглые дураки. Есть те, кто не способен распознать сокровище. А другим на то требуется время. Но сейчас девушка конечно же не могла думать о себе как о стоящей, важной и самой-самой. Наоборот, она чувствовала свою угловатость, неприметность и всяческую не способность понравится кому-то взаимно.

Выбрав местечко для раздумывания о тщетности бытия, Эржи со вздохом присела на большой выпирающий из земли корень старого дерева. Она сунула руку в карман, где ещё оставалось немного орешков. Иногда подкармливала белочек, а иногда трескала сама. Сегодня делиться не с кем и ведьмочка зажёвывала тоску сердечную, когда на неё свалилась гадюка.

Говорят, ведьмы ничего не боятся. Будто бы пауки их лучшие друзья, а змеи сами уползают от них, лишь бы не стать ингредиентом для какого-нибудь снадобья.

Эржи не была обычной ведьмой. Она не любила пауков и до ужаса боялась змей. Собственно, потому и заколдовала последнюю. Но неудачливость сыграла злую шутку, гадюка тоже не из простых. Она принадлежала Магдалене — главе ковена и от простенького неумелого заклинания в пыль не рассыпалась. Однако, не значит, что не испугалась за свой хвост.

Степан и не представлял тяжести последствий своей выходки. Видно, нюх у него совсем отбит, раз не учуял Альфа-ген в крови девушки. Приезжий вожак крайне разгневался. О том парень узнал от Ксюхи. Девчонка рассказала ему о последних слухах.

Пусть сестра и дулась на него, но всё ж истинного зла ему не желала, как и грандиозного возмездия не пойми за что. Пушистый слушал и бледнел. Альфа Кир вынужден выйти на бой против того, с кем недавно собирался тесно сотрудничать. Отец девушки принял за оскорбление проделку молодого оборотня. Его дочь не обесчещена, но опозорена.

— Заварил ты кашу, братец! Разгребать нашему Альфе. Надеюсь, он хорошо дерётся. Если не так, то белых волков ждут очень непростые времена. — Уставилась Ксения куда-то вдаль.

— Сам наворотил, сам и отвечу! — Решительно заявил Степан.

Ему велели носу из дому не высовывать, но ни словом родители не обмолвились о предстоящем бое. Вообще, тему его проступка старались замять. Даже отец не устроил взбучку, когда вернулся домой. Посмотрел сердито, вздохнул и на этом всё. Но и смотреть Гордей умел многозначительно.

— Куда собрался? — Кинулась за братом к окну Ксюша. Коса её растрепалась, а глаза округлились то ли от недоумения, то ли от страха за близкого. — Я всё родителям расскажу!

— Ты их сначала найди. — Обернулся Стёпа и подмигнул. — Не дрейфь, прорвёмся! Или совсем за слабака считаешь?

— Он Альфа! В сто раз сильнее любого волка. Ты чокнулся, если собрался встретиться с ним и потрындеть. Не станет слушать. Как задаст! И мокрого места не останется. — Тараторила девочка.

— Я не собираюсь разговаривать, сестрёнка. Хочет драться — пусть. Но только со мной. Наш вожак не причём и стая тоже. Кто виноват, тот и ответит. — По-взрослому принимал на себя всю ответственность Степан.

Собственно, он и есть взрослый. Только родители о том забывают и сестра тоже. Потому что живёт с ними и истинную свою не повстречал. Да и поступки совершает дурацкие. Самому стыдно.

— Пригляди за Бертом. — Попросил Стёпа сестру, а та вцепилась в его руку, нагнав.

— Не пущу!

— Ксюх, ну ты чего? Я ж не прям сейчас стану с ним драться. Назначит дату, тогда и сойдёмся в поединке. Успеешь ещё за меня поболеть. — Потрепал её по волосам оборотень, окончательно испортив причёску. Заправил прядку за ушко и даже чмокнул девчонку в лоб. — Будь паинькой.

Парень не врал сестре. Скорее утаивал. В тот момент, когда говорил, старался и правда верить в сказанное, чтобы не учуяла ложь. Пусть Ксюха и не взрослая оборотница, но нюх звериный имеет. И ложь учуять способна.

Пушистый направился прямиком к дому собраний. Там всегда самая деятельность, а уж когда приезжают из других стай, то и подавно. Степан знал точно, родители выдадут ему на орехи за своеволие. Но на этот раз, он думал не о себе. Семью позорить — не дело. Батя и Катерина, заменившая ему родную мать не заслужили в свой адрес косых взглядов.

По пути оборотень видел, как встречные одаривали его многозначительными взглядами. Никто не злорадствовал, но укор читался. Виноват, ясен пень! И только поэтому не выпендривался, а тихо шёл дальше, снося неприятное внимание к своей персоне.

На подходе к дому собраний, Стёпа заметил Луну стаи — Юми. Девушка скрестила руки на груди и начала притопывать ножкой как недовольная крольчиха. А кто бы на её месте обрадовался? Её муж вынужден чужие косяки исправлять. Принял вызов на бой за вполне половозрелого волка. Стыдоба какая!

— Куда так спешишь? Не нацеловался? — Поддела оборотница.

— Луна… — Поморщился парень.

— Сейчас нет. Сейчас я обычная женщина, готовая тебя за уши оттаскать как сопляка-переростка! — Не стеснялась в выражениях японка. — Ты хоть понимаешь, какую кашу заварил?

— Понимаю.

— Раскаиваешься? — Сделала шаг к нему Юми.

— Угу.

— Вот и хорошо, вот и славно. Когда всё закончится, станешь исполнять всё, что скажу. — Прищурились и без того узкие глаза. Хотя и не как у чистокровной японки, каковой Юми не была. Наполовину. А другая половина — русская.

— П-почему твои приказы исполнять стану? — Не догонял логики Степан.

— А потому, что мои нервы сильнее всех измотаны! Нуждаюсь в антистрессе! И ты мне его обеспечишь. Скажу подснежников корзинку собрать, метнёшься и сделаешь! Звезду с неба достать потребую, тоже метнёшься! Вздумаешь перечить, я тебя сама вместо коврика к ногам оскорблённого отца, опозоренной тобой девушки кину. Мне и помощь не понадобится. Я зла как тысяча чертей! — Притопнула Луна.

Стёпа потёр затылок, понимая её негодование и в какой-то степени осознавая, что имеет Юми право требовать компенсации. Только не знает, что он сам на бой выйдет, а муж её и отец семейства пусть в сторонке постоит. Иначе век головы не сумеет Пушистый поднять.

— Ну что ты так разбушевалась, жена? — Раздалось грозное издалека, но и нежность проскальзывала в голосе вожака.

— Учу уму-разуму. — Бойко ответила Юми. — Чтобы иногда думал верхней головой.

— Луна, при всём уважении, я и думал! — Выпалил парень.

— Да-а-а-а? А я… Мы все… Не заметили. — Обвела пальчиком присутствующих японка. Позади неё уже собрались слушатели.

— Я выйду на бой с тем, кому нанесено оскорбление. Раз девушка считает себя опозоренной… — Припомнил Степан как сама с ним заигрывала эта «фиалка». Явно не в первый раз на раздевание играла, да и целовалась уже до него.

— То есть он ещё и сомневается, паршивец! — Громовым раскатом громыхнул голосина здоровяка, вышедшего из леса в вызверенном состоянии.

Около часа Эржи давала унизительные объяснения главе ковена по поводу своевольной отлучки. Магдалена в прямом смысле метала молнии, отчитывая юную ведьму за неподобающее поведение. Она была крайне возмущена пренебрежительным отношением Утюговой к такому важному для каждой ведьмы моменту как инициация.

— Сгинь! Глаза б мои тебя не видели, невозможная! — Ткнула длинным ногтем, покрытым чёрным глянцевым лаком Магдалена в дверной проём.

— Как прикажете поступить, Великая? — Лебезила перед нею дылда-помощница, которая и привела сюда беглянку. — Отправить собирать гадюк? Быть может, сметать листву по всей территории нашего леса? А!.. — Хотела предложить Фрида с десяток тысяч возможных наказаний.

— По-мол-чи! — Зыркнули на неё свирепо. — Выйди. Хочу подумать, а не слушать как что-то зудит над ухом. — Небрежно махнула Магдалена рукой, мол, выметайся.

Такого поворота Фрида не ожидала. Её выгоняли, а мелкая и провинившаяся соплячка осталась. И с места даже не сдвинулась на «сгинь». Значит, сама Магдалена не отпустила. Не совсем же чокнутая эта Утюгова, чтобы не слушаться главу ковена.

Деревянная дверь захлопнулась за дылдой порывом ветра. Вовсе не естественным. Один лёгкий кивок головы и Магдалена отрезала лишние уши снаружи от происходящего внутри. Ей не нравилась сегодняшняя погода, назойливость помощницы и не нравилась мелкая выскочка, от которой одни проблемы.

— Сядь. — Указала Магдалена на ветхое кресло и Эржи присела на самый краешек, будто брезговала. Вот и всегда она так. Будто не от мира сего, словно и не течёт в её жилах ведьмовская кровь. — Ты не умеешь правильно варить зелья, не прошла инициацию, наплевав на древний закон…

— Прошу простить, Великая. — Перебила Эржи.

— Но самое главное, ты не умеешь вовремя заткнуться! — Повысила тон женщина, поправляя дырявую шляпу на очень уж кудрявых и пышных волосах. — Целый год до следующей возможности посвятить тебя в ведьмы. Я надеялась избавиться от тебя в этом. Отправила бы куда подальше и все были бы довольны. Но ты собираешься ещё год мозолить мне глаза!

— Простите, Магдалена, но я…

— Заткнись, Эржабет! Даже твой голос меня бесит. Он… слишком чистый! Выметайся. Я не могу думать в твоём присутствии. Когда решу, что с тобой делать, явишься. А пока постарайся не выводит из себя Фриду и не наступить на хвост моей гадюке. Иди. Живо!

Эржи вылетела за дверь. Она терпеть не могла подобные выволочки. Не впервой, но судя по настроению Великой, очень может статься, ей поручат смертельно страшное задание в наказание. Девушка заранее боялась и дышала через раз.

Глава ковена никогда не была к ней особо добра. Да и вообще ведьмы народ ни разу не добрый. Иногда девушка предавалась размышлениям и они заводили не туда. Она думала могла бы жить иначе, если бы выпал шанс?

Эржи какая-то неправильная ведьма. Она не делала пакостей, не любила использовать живые ингредиенты для зелий, у неё не получались эликсиры, требующие особой степени раздражения и злобы во время приготовления. Как повару, ведьме важно настроение для хорошего результата. Утюгова не умела подолгу злиться.

Прошло долгих три дня прежде чем, девушка узнала свою дальнейшую судьбу. Мучительно ожидать чужого решения по себе. Пусть и известно, что возразить главной никак нельзя. Как она прикажет, так и будет.

И вот, спотыкаясь о сучки, да корни деревьев, торчащие из-под земли и присыпанные листвой, Эржи шла на аудиенцию к Магдалене. Она заранее убедила себя ни в коем случае не возражать. Отправят змеюк собирать, что ж, от страха поседеет, но придётся исполнить. Поручат пауков подавать во время варки зелий, и на это согласится. Внутри всё переворачивалось даже от мысли о подобном, но Утюгова крепилась.

Неловко застыв перед дверью, девушка сделала глубокий вдох. Вокруг никого, что обычно случалось редко. Будто и вовсе её не ждали. Но дверь отворилась сама, впуская гостью. Эржи сделала первый нерешительный шаг, а после ускорилась.

— Перо, пиши. — Приказала Великая, мазнув по вошедшей взглядом. Не лучшего вида перо ещё не заскользило по бумаге, но приготовилось, подпрыгнув в воздухе. — Глава ковена чёрных-пречёрных ведьм, Великая Магдалена, потомственная ведьма в тридесятом колене поручает Эржабет Утюговой покинуть территорию ковена.

У Эржи начался нервный тик. Глаз дёргался не переставая. Её изгоняют? И куда она пойдёт? Никогда ранее не случалось подобного прецедента, по крайней мере, на её памяти. Ведьму после инициации могли отправить куда подальше. После, но не до!

— В-в-великая? — Робко подала голос брюнетка.

— Не мямли. Я не изменю решения, можешь не умолять. Соберёшь свои вещи и отправишься в пункт назначения, указанный в свитке. Там тебя встретят. Год проведёшь вдали от ковена. Станешь следить за лесом. Возможно, придёшь в ум. Я очень на это надеюсь, девочка. Иначе, тебе не место среди нас. Я даю тебе ровно год. И если ты готова будешь пройти инициацию, так тому и быть, ну а нет… — И ведьма не стала заканчивать свою мысль, но Эржи и без того сделалось страшно.

— Магдалена… — Хотела ещё что-то спросить девушка, но её одарили очень недобрым взглядом. Она уже и позабыла чего ей там хотелось мгновение назад.

— Более не задерживаю! — Прилетел в Эржи свиток, а дверь со скрипом распахнулась. Вот и всё. Ковен избавился от неудачливой юной даже не совсем ведьмы…

Степан сидел дома и наглаживал кота. Берт, хоть и стар, но всё ещё любил ласку. А ещё магию, которой у дочери приезжего Альфы не оказалось. Парень расстроился. Его как щенка отгородили от вызверенного папаши девчонки. Отец утащил подальше, ну а потом пропесочил словно малое дитя.

— Я сам могу за себя постоять! — Бил себя в грудь Стёпа.

— Сам ты сможешь за себя полежать, когда Углёв тебя на лоскуты порвёт. У него ген особый, нечто не понимаешь! Да будь он обычным волком, никто б не держал. Но ты умудрился вожаку насолить. Да ещё какому! Кир разберётся, а ты не суйся. Вот тебе моё слово, сын. Попробуешь нарушить, я за себя не ручаюсь! — Едва ли не дымился Гордей.

Отец ушёл, а Степан остался. В компании единственного понимающего его существа. Берт с ним не с самого детства, но стал самым верным и преданным другом. Пусть и маленьким, да пушистым. Парня тяготило, что он сам ничем не может ему помочь. Когда-то остаточная магия позволяла подпитывать кота, но то время прошло.

Дело в том, что Стёпа хоть и оборотень, но рождён в последствии обращения его настоящей матери к ведьме. Она очень хотела зачать ребёнка от Гордея, не будучи его истинной и прибегла к запрещённому методу. Собственно, за это и поплатилась жизнью. Умерла в родах, а ребёнок выжил. Он хранил в себе часть магии, но она исчезла. Кот съел.

— Берт, ты мурчишь успокаивающе, но кажется сегодня этого недостаточно. Я чувствую себя большим ребёнком. Меня поучают, оберегают и всячески ограждают. Не только от опасностей, но и от жизни. — Вздыхал Степан.

— Пер-р-р-рестань хандр-р-рить. Родители тебе зла не желают. Мр-р-р-р!

— Вот и ты туда же. Ну подрался бы я с Альфой и что? — Шлёпнул ладонью по колену Пушистый.

— И ничего. Пр-р-р-равильно Гордей говор-р-рит, остались бы от тебя одни пушистые клочки. А так жив, здоров, не кашляешь и кота за ушком почёсываешь. Не отвлекайся! — Давал инструкцию Берт. А то Стёпа вовсе не чешет, где надо, а пузо ему гладит. Чёрное такое пузо. Мягонькое и лысоватое. И немного седое.

Вечером того же дня у Пушистого состоялся ещё один разговор. Теперь Катерина явилась к нему в комнату и тяжко вздохнув, присела на краешек кровати. Там же недалеко растянулся котяра и дрых без задних лап.

— Что мам, дубль два? — Усмехнулся Степан, ожидая продолжения промывания ему мозгов.

— Я просто зашла пожелать тебе спокойной ночи. Не дуйся на нас с отцом. Мы тебя очень любим. Знаю, ты молод, горяч и хочешь проявить себя. Поверь, ещё появится миллион возможностей! Не стоит рисковать ради риска. Надеюсь, ты усвоил урок. Не каждая зеленоглазая — ведьма. — Тепло улыбнулась Катя.

— Ма, ты такая у нас хорошая! Бате очень повезло. — Был искренен Степан.

— А то! И тебе повезёт. Я хоть и не волчица, но чую. Сердцем! Зря по бабам шастаешь. Встретишь свою и вспомнишь каким балбесом был. — Потрепала его по макушке блондинка.

— Это девушкам нужно чистоту блюсти, а нам, мужчинам надо подготовиться к браку. — Гоготнул парень.

— Дуралей! Ладно, пилить не стану. Время всё расставит на свои места. Добрых снов, сынок. — Поднялась Катерина.

— Добрых, мам. Ты это, не злись.

— Я и не злюсь. Спи.

И Степан с большой радостью лёг бы, если б не одно обстоятельство. Одно белобрысое «обстоятельство», крадущееся от калитки к их дому. По запаху парень сразу признал человека. Снежин! Вот чего ему дома не сидится. Опять какую-то бяку его сестре приготовил. Дуралей, мелкий!

Как хороший брат, Стёпа выглянул в окно и пригрозил кулаком, оказавшемуся на подступах Тёмке. Тот накуксился. Не удалось ему остаться незамеченным. Но решимости у пацана не убавилось. Он продолжил путь под неодобрительным взглядом Пушистого. И чего неймётся-то!

Пришлось одному из хозяев дома вылезти из окна, да ухватить за ухо непослушного мальчугана. Тот даже не пищал. И не брыкался почти. Руки у него заняты. Не сразу в темноте Степан различил ношу. Пока она не квакнула.

— Твою ж… Жаба? Серьёзно? Тём, ну ты ж вроде нормальным был! Чего с тобой приключилось? Дружили вы с Ксюхой, а теперь… — Вздохнул Пушистый и глядел на мелкого, который нахмурился.

— Это наши с ней дела. Сами разберёмся. — Буркнул Тёма.

— Ваши. Тут вообще-то наша территория, на которую ты влез. Сечёшь? Давай-ка, уноси свою квакушку и завязывай с подобными подарками. Если нравится девчонка, так и скажи. Зачем радикальные методы используешь? — Недоумевал Степан. Вот где у пацана логика?

— Она твоя сестра. И ты как брат по ней судишь, а я её иначе вижу. Если с ней дружить, никогда моей не станет. Придёт какой-нибудь волк и уведёт. Так что, не учи учёного! — Не по-детски взглянул на него Тёмыч. И что-то в его взгляде убеждало, он будто знал Ксюшку лучше, чем её семья.

— Ла-а-а-адно. Всё равно ж дождёшься, когда засну и жабу ей подложишь?

— Угу.

— Упрямый ты человек, Тёма. Малой ещё, а упёртости на целого быка!

Степан оценил честность Снежина младшего и вернулся в комнату, оставляя детям разбираться самим. С одной стороны, не очень-то по-братски позволять Тёмке творить всякую дичь, а с другой, кто он такой, чтобы вмешиваться в чужие судьбы. До сих пор не забыл, как сестра назвала Тёмку своим волком. А потом… потом они рассорились в пух и прах.

Оборотень лёг в тёплую постельку и уснул блаженным сном. Котяра похрапывал неподалёку. И лапы его подрагивали, будто бегал во сне. И до самого рассвета в доме Пушистых было тихо и спокойно, пока Ксюха жабу не обнаружила. Визг подняла, мама не горюй! 

До конца текущих суток девушке предстояло покинуть ковен. Она складывала свои немногочисленные вещи в рюкзак, больше похожий на мешок. Он потёрся от старости, но всё ещё выполнял свою функцию, к тому же вместительный.

Внутрь отправилась одежда, пара книг, немного еды, которая не должна испортиться в пути, а ещё свиток, полученный от Магдалены. Развернуть его Великая разрешила лишь после того, как Утюгова выйдет за пределы территории ковена чёрных-пречёрных ведьм. Хотя, высылаемая догадывалась, что там координаты местности, куда ей надлежит отправиться, да пара-тройка фраз о деятельности, которой предстоит заняться.

Вздыхая, Эржи, с одной стороны порадовалась — ей не придётся разбираться с гадюками и терпеть насмешки. Но с другой, прекрасно понимала, от неё избавляются не очень-то деликатным способом. Мол, проваливай, и год без тебя пройдёт спокойно. Зелья варятся, заговоры работают и никаких перепуганных гадюк в округе не ползает.

— Даже жаль тебя, бедняжечку. Столько усилий пошло прахом. — Раздался поблизости елейный голосок. — Ведь ты так старалась. Но, что поделать… Не каждая, рождённая от ведьмы обладает истинным даром!

— Уйди, Клара. Не мешай собираться. — Отчеканила, Эржи, надеясь не встрять в склоку перед уходом.

— Жаль-жаль. Никчёмных недоведьм становится всё больше. Всю жизнь такие прикидываются своими, но для всех остаются чужими. — Продолжала зудеть Клара над ухом. — Ни таланта, ни умения, ровным счётом ни-че-го. Такие как ты — обуза для ковена.

— Слушай, ты! — Развернулась всем телом брюнетка. — Иди куда шла, а ко мне не лезь. Увидимся через год.

— Ага, как же! Думаешь, сможешь вернуться? Глупышка! Магдалена тебя изгнала. Она просто облекла это в красивые фразы, но факт остаётся фактом. Кому ты здесь упала? Одни только разочарования, да убытки. Пользы ноль. Мой тебе совет, проваливай и заройся в какую-нибудь норку до конца своих дней. — Продолжала нарываться рыжая бестия.

— Тебе, что до моей судьбы?

— На твою мне чихать! Но я беспокоюсь за ковен. Знаешь, я слышала, что и твоя мать была такой же. Бедовой никчёмой, которую терпели. Глава ковена славилась невероятным терпением по отношению к убогим. — Успела договорить Клара прежде, чем в её рыжие кудри вцепились цепкие пальчики Эржи и дёрнули со всей силы. — Ай!

— Замолчи! Не смей своим поганым языком произносить имя моей матери и вообще упоминать её! — Выпалила Утюгова зло. Она едва ли не дымилась от гнева. Хотя почему, едва ли? В воздухе как раз запахло палёным.

— Что-о-о-о здесь происходит?! — Раздалось громкое и спустя мгновение между девушками стояла Фрида. — Ты ещё здесь Эржабет? Не стоит оттягивать неизбежное. Вещички собрала, дуй отсюда. А ты Клара, причешись. Выглядишь будто на сеновале ночевала! Разошлись!

Напоследок двое прожгли друг друга ненавидящими взглядами. Эржи закинула рюкзак на плечо и пошла прочь, скидывая с пальцев клок выдранных рыжих волос. Клара уже не такая идеальная, как пятью минутами ранее. И всё же, это слишком мелкая пакость и никак не улучшила настроение изгнанницы.

Как любая порядочная ведьма, пусть и не инициированная, Утюгова не чуралась способами достижения цели. Ей необходимо попасть в Тёмный лес, который так и называется Тёмным. Расстояние до него приличное, а летала на метле девушка очень дурно. С нею частенько приключались различные неприятности. То в дупло влетит и лбом стукнется, едва ли не выколов себе глаз, то метлу сломает на крутом вираже. В общем, как и с зельями, с полётами у Эржи не ладилось.

Потому, девушка избрала наиболее безопасный способ добраться до места назначения. Территорию ковена она покидала пешком. Ноги гудели спустя пару часов пешей ходьбы, но Утюгова любила долгие прогулки и потому не ныла, не стонала не жаловалась. Последнее и вовсе бесполезно, так как слушателей кроме лесных жителей в округе не наблюдалось. А какое дело дятлу или ежу до её усталости! Вот именно, никакого. Им бы со своими заботами справиться.

Лес жил своей жизнью. Он и не знал, как грустно было юной ведьмочке покидать его. Впереди дорога, а в конце её ничего приятного не ожидалось. Ссылка длинною в год, но кажется, Клара на сей раз не врала. Магдалена отправила некудышную ученицу от греха. И плевать ей, если приключиться с Эржи беда.

Добравшись до ближайшего поселения, брюнетка села на междугородний автобус. Билет ей продавать не хотели, хотя бы из-за отсутствия денег. Вот люди! Без бумажек, видите ли, не готовы пустить на борт! А Эржи плевать с высокой колокольни. Ей очень надо в Тёмный лес, потому что… потому что… она ещё не придумала почему.

Пришлось ей сделать внушение кассиру автовокзала. Эржи нацепила жалостливое-прежалостливое выражение лица и сказала, что ей очень-очень надо отбыть из Лесного куда подальше. Ведьмочка не забыла урока внушения. Нужно вызвать в объекте жалость, тогда есть все шансы, что он, а в её случае она — тощая, усталая женщина, поддастся и исполнит всё необходимое. Так и случилось.

— А говорят, никудышняя! — Пробормотала себе под нос Утюгова, присев у окошка. — Сработало же!

Автобус тронулся, ведьма покинула территорию ковена в указанный в свитке срок. Магдалена разделила послание на два листа. В первом значилось, не открывать второе до прибытия на место назначения. И при всё желании, Эржабет не сумела бы ослушаться. Свиток запечатан магией. 

Прошло около недели с того дня, как Степан прибавил стае проблем. Бой между Альфами всё ж состоялся. Как пояснил Гордей так было нужно, чтобы защитить девичью честь. Теперь приезжий вожак и его дочурка могли спокойно вернуться в свою стаю. Никто косо не посмотрит и слабаком визитёра не назовёт даже за глаза. Он все кости Киру пересчитал, но и тот в долгу не остался. В общем, волки померялись силой, да загладили конфликт.

Стёпа ощущал на себе косые взгляды, однако, возможно он слишком преувеличивал и неправильно их понимал. Но молод ещё, горячая кровь, а ум далеко не холодный. Каждый волк в его возрасте творил дела, за которые немножко или конкретно стыдно.

Сегодняшнее утро отличалось от предыдущих. Парень заметил, что Берт совсем притих. Будто силы его на исходе. Как бы Стёпа не жаждал помочь, пока что не видел решения. Он думал, искал варианты, но будто натыкался на стену. И потом, никому так не дорог старый кот, как ему. Меж ними особая связь.

— Берти-и-и, ты может хочешь сметанки? — Гладанул Стёпа кота, беспокоясь. И голос его выдавал.

— Перестань, мальчик. У всех свой срок. Твоей вины нет в том, что старый Берт нашёл тебя поздно. Магия в тебе продлила мои дни, а доброе сердце сделало их приятными. — Устало произнёс кот.

— Я что-нибудь придумаю, слышишь? — Горячо отозвался Пушистый.

— Только не зови некроманта, если перестану дышать. Я хочу спокойно уйти в котячий рай и чтобы в моих костях не копались стервятники. — Промурчал Берт.

— Никакого котячьего рая! Отменяется! Сейчас я тебя покормлю и… я не знаю. Поеду искать ведьму. — Решительно заявил Степан.

— Где? Где ты её найдёшь? Они прячутся и ни за что не станут помогать оборотню. К тому же, весьма опасная затея. В лучшем случае, лишишься хвоста, а в худшем проклянут до десятого колена. Угомонись, мой юный друг. Дай старику дожить свои деньки, не переживая за твоё будущее. — Прикрыл глаза котяра.

Берт слишком хорош знал Стёпу. И нисколько не сомневался в его к себе отношении. Молодой оборотень, если ему вожжа попала под хвост, не откажется от навязчивой идеи. И сколько усилий не прилагай — всё бесполезно. Кот надеялся на одно, что помрёт раньше, чем Стёпка наворотит дел. Только котячий бог его совершенно не желал услышать и забрать девятую жизнь.

Степан знал, что ведьмы — народ несговорчивый и злой. Он терпеть не мог их уже по той причине, что одна из них повинна в смерти его матери. Пусть та и сама обратилась за услугой, только платой оказалась её жизнь. Нет, Степан совершенно не любил обладательниц магии.

Однако, при всей его нелюбви к сим особам, он вынужден засунуть чувства куда поглубже и приступить к поиску одной, которую заставит всеми правдами и неправдами помочь его коту. Берту нужна магия, значит, Степану требуется ведьма. И хошь, не хошь, вынь да положь!

Беда в том, что нет у парня союзников в столь нелёгком деле. Он давненько подумывал покинуть стаю и отправиться на поиски, только ему каждый раз родители мозги промывали. Катерина пилила его и отца, а Гордей за шкирку обратно ворачивал.

На сей раз Степан, естественно, делиться своими соображениями не станет. Отправится без всяческого предупреждения. А кота… Он бы взял его с собой, только Берти совсем ослаб. И тащить его не пойми куда вялого, да болезного — неразумно.

Оборотень принял решение поставить в известность единственного обитателя дома, который как-никак может его понять. Ксюха и сама душой болела за кота. По дурости, думала даже обратиться в ведьмы, коль возьмут и снабжать Берта магией. Но дурилка мелкая от чистого сердца хотела на подобную жертву пойти, а знаний не имела. Не у каждого потенциал есть ведьмачить.

Собственно, закончились её думки, когда уши девчонке надрали знатно. Ксюшка губы дула, но всё поняла. Не быть ей ведьмой. Родители не позволят. Ещё и стая потешаться станет. Пушинка отложила оккультные книги, добытые тайком и теперь они пылились на шкафу. Умудрилась от родителей спрятать.

— Ксюх, я войду? — Стукнул два раза в дверь Степан, готовый к холодному приёму.

— Жабу себе в трусы засунь, а потом входи, если хочешь! — Раздалось в ответ. Нда-а… Нехорошо у них диалог начинается.

— Ксю, ну не дуйся. Не я ж её принёс! — В своё оправдание произнёс Стёпа и начал открывать дверь. В него прилетело подушкой. Меткая, зараза!

— Ты мог остановить! Мог разбудить меня, в конце концов! Но ты! Ты… Просто нет слов. — Пыхтела девчонка. — А ещё брат, называется!

— Ксюнь, важный разговор есть. Давай, все разборки потом?

— А это, значит, не важное, да? Позволил надо мной издеваться! И кому? Человеку! Тьфу на тебя! — Сыпала возмущением сестрица.

— Ксю, ты его волком называла. Своим. Али забыла?

— Да, чтоб мне бревно на голову упало и память отшибло! Не в себе была. — Скрестила руки на груди девочка и демонстративно отвернулась к окну.

Стёпа прошёл внутрь и присел на край кровати. Выдержал паузу, чтобы сестра немного остыла. Ну а потом озвучил суть вопроса, по которому он к ней нагрянул. Девичье личико моментально оживилось, а обида отступила на задний план. Ещё успеют поквитаться. Вот встретит он свою истинную, Ксюшка по полной оторвётся.

— Ладно. Берт мне как родной. Я за ним пригляжу. А ты не лыбься. Не прощён. Но домой, чтоб целым вернулся, а не по частям. Мамка всыплет по пятое число, батя добавит, а я… Там видно будет. Вали уже за ведьмой и помни, смерть не является уважительной причиной для расплаты со мной. Тут в блокнотике всё-ё-ё записано. Жабу приплюсую. — Деловито заявила Ксюша.

— Спасибо, сеструль. Ты лучшая! — Чмокнул её в щёку Степан и был таков. 

Единственным успехом юной ведьмы было то, что она сумела без денег добраться до нужного места. Вроде бы. Лес выглядел достаточно тёмным, а вот какое название носил — неизвестно. Девушка следовала согласно маршруту, но её никто не встретил. А ведь Магдалена точно говорила о том, что её тут ждут.

Прошла неделя с того дня, как она покинула ковен. Чертовски уставшая и желающая лишь отдохнуть, да отоспаться как следует, Утюгова собиралась развернуть второй свиток. Вдруг там ответы на её вопросы? Но как бы не вертела капризную бумажку, та не хотела поведать свои тайны.

— Да чтоб тебя! — Выругалась брюнетка и топнула ногой.

Полдня девушка бродила по краю леса, всё же надеясь, что встречающий опоздал, но непременно отыщет гостью и тогда, она сможет устроиться на ночлег со всеми удобствами. Однако, никто не явился и Эржи догадалась, её просто-напросто обманули. Выслали и точка. С глаз долой, из сердца вон!

Условием возвращения в ковен значилось прохождение инициации и год, проведённый вдали. Что ж, выхода у девушки нет. Придётся ей самостоятельно обустраиваться в Тёмном лесу и следить за ним как велела Великая. А через год вернётся, отчитается о проделанной работе и… жуть какая, пройдёт инициацию.

Она с ужасом думала о потери девичьей чести не пойми с кем. Ну что за напасть такая! Почему нельзя стать ведьмой без всяких там утрат… Нет, Утюгова решительно не понимала этого условия.

— Вот тебе лес, вот тебе — ничего. — Ворчала Эржи, приглядывая подходящее место на ночлег.

Выбрав огромный дуб с раскидистыми ветвями как центр своей деятельности, Утюгова бросила свой рюкзак у торчащих из-под земли корней и осмотрела припасы. Еду она почти всю стрескала в дороге. Остались крошки. Такими темпами она станет грызть кору, чтобы утолить голод и отбирать у белок орехи.

Сегодня у неё не осталось сил. Дорога изрядно вымотала как и длительная гульба по лесу. Бесполезная ко всему прочему. И как бы желудок не намекал на необходимость его наполнить, девушка поджала губы и улеглась, едва солнце окончательно село.

Лёжа посреди тёмного-претёмного леса, Эржи пыталась уснуть. Организм просил отдыха, но мозг вёл активную деятельность. Да и вообще как-то не по себе ей одной в кромешной тьме, но отнюдь не тишине. То сова ухнет, то ветка скрипнет. В общем, никакого спокойствия и безмятежности.

Будь она полноценной ведьмой, сумела бы наколдовать себе минимальный уют. Но даже для ученицы Эржи обладала слишком маленьким набором умений. Знания теоретические имелись, но отсутствовала успешная практика. Не зря в ковене над девушкой посмеивались. Неумехой называли за глаза, а порой и открыто. Обидно, досадно, но ладно.

Стараясь добиться успеха и доказать обратное, Эржи чуть ли не ела книги по основам колдовства, бытовой магии и зельеварения. Всё безуспешно. Одни и те же ингредиенты использовала, что и другие юные ведьмочки. У них получалось требуемое, у неё взрывался котёл.

Впереди нелёгкие временя. Утюгова не отдавала себе отчёта в том, как проживёт целый год вдали от ковена и без его маломальского содержания. Конечно, она может на подножном корме перебиваться, с голоду, наверное, не помрёт, но… От неё ожидали другого. Вот явится обратно без прогресса и та же Клара высмеет её перед всеми. Чего уж про Великую говорить!

Время дали не для праздного ничегонеделания. Велено следить за Тёмным лесом, а стало быть, есть обязанности и ответственность. Да и питаться одними грибочками, которые ближе к зиме отойдут не прельщало.

Любая уважающая себя ведьма, даже скитаясь в одиночку не пойми где, умела заработать себе на хлеб. Эржи вертелась с боку на бок и размышляла, чем же она может заработать. Поблизости не приметила людских поселений. Да и предлагать неработающие зелья, значит, обрести дурную репутацию. Кто ж станет к ней обращаться в таком случае?

В муках и бесконечных думках, Утюгова провалилась в тревожный сон. Она очень надеялась, что гадюки не приблизятся к ней и волки не загрызут. Звери должны чуять магию. Должны, но… Эржи неправильная ведьма и магия у неё сбоит. Потому, открыв поутру сначала один глаз, а потом другой смачно зевнув, девушка заметила незваного гостя.

— Мамочки! — Вскрикнула брюнетка, когда до неё дошло, волк ей вовсе не снится.

Огромная зверюга стояла довольно близко, высунув язык. Волчара таращился на Эржи, а она на него. Заспанная и лохматая, вовсе не готовая ни к каким неожиданностям ведьмочка почти представила, как её сейчас попросту сожрут и имя не спросят. Бесславная ожидается смерть! И искать никто не станет. Она ведь как кость в горле ковену. Пропала и прекрасно. Даже немного грустно от столь пренебрежительного к ней отношения.

Волк как-то странно проскулил, будто ему на нос нацепили прищёпку. Сделал шаг в её сторону, но замер, стоило девушке чуть отползти назад. Спиной она упёрлась в мощный ствол дерева. Бежать от хищника — плохая идея, но оставаться с ним наедине не прельщало.

Ах, если бы метла слушалась Эржи, она бы незамедлительно её оседлала. Но уроки полётов показали как далека девушка от совершенства в этой дисциплине. Скорее прямо в пасть волку свалится, нежели успешно сумеет улететь. Нет, нельзя полагаться на случай…

Степан ушёл из дому, чтобы спасти кота. Но кажется, в лесу обнаружился кое-кто, кому тоже требуется помощь. В зверином обличии оборотень мчался на поиски ведьмы. Лапы бились оземь, несли непонятно куда. Он и представления не имел, где искать ведьм. Одно ясно, уж точно не поблизости с поселением оборотней. Рядом с Белым камнем ковен не осмелился бы расположиться. Да и ведьмы-отшельницы сюда давненько не заглядывали.

Когда волк начал принюхиваться и вести себя странно, двуликий насторожился. Чего ещё решил учудить его зверь? Не время для игр! Берту нужна магия. И чем скорее, тем лучше. Кот совсем зачах.

Оставив доброго пушистого друга под присмотр младшей сестры, Степан нервничал. Он любил всё контролировать, а тут приходится положиться на девчонку, у которой ветер в голове. И пусть Ксю тоже любит Берта, она ещё несмышлёная. Скорее всего сразу родителям разболтает о том, что их сын ушёл и разрешения не спрашивал. Вообще-то взрослый и давно уже не мальчик.

Как бы парень не желал продолжить путь в выбранном направлении, зверь тащил не туда. Пришлось временно подчиниться. Когда же перед глазами оборотня возникло припорошенное листьями нечто, он малость обалдел.

Словно лесная нимфа решила прикорнуть в корнях могучего дуба и под его пристальным вниманием очнулась ото сна. Девушка приподнялась и открыла глаза. Зелёные! Ведьмовские! Распахнула хорошенький ротик буковкой «о» и уставилась на волчару.

«Не каждая обладательница зелёных глаз — ведьма». — Вспомнил Степан слова матери. Ну да, не каждая. Однако, эта что-то забыла одна в лесу. Кто спит на голой земле? Так ведь и почки можно отморозить! Ночи уже холодные…

Волк мог мимо пробегать. Обычный волк. Ничего сверхъестественного. Но отчего-то оборотень медлил. Не спешил он отправиться куда подальше, а именно, за ведьмой. Лапы как вросли в землю. Он чуял беспокойство своего зверя. Его интерес. И вовсе не утолить голод собирался. Людей-то двуликие не едят. Сами наполовину люди. Тут что-то другое.

Обращаться, чтобы расспросить было неразумно. Так и тянул Пушистый кота за хвост в нерешительности. Не слишком ли подозрительно, если он где-нибудь за кустиками перекинется и выйдет к зеленоглазке весь из себя такой раскрасивый? Показывать людям свой оборот без особых причин нельзя. Строго запрещено! Тайну надобно хранить и лишь истинность является уважительным поводом, чтобы явить свою настоящую природу зрителю, не обладающему такими способностями.

Брюнетистое лохматое чудо, отползло. Девушка поправила полосатые чёрно-малиновые гетры, шмыгнула носиком и не сводила с него глаз. Худенькая и опасливо рыскающая руками меж листьев незнакомка, всё больше приковывала к себе взгляд. Внутри что-то ёкнуло, но Степан пока ничего не понял. Ни о своей на неё реакции, ни звериного упрямства, которое велело забить на поиски ведьмы и заняться кое-кем странненьким и тощеньким.

— Твой предок плохо кончил! — Выдала девушка, пытаясь несграбно подняться на ноги. Удалось ей не с первой попытки.

Волк вопросительно проскулил в ответ. Какой там его предок плохо кончил? Вроде не было таких. Чего-то брешет странненькая девчонка. Ей от силы лет девятнадцать на вид. Но по запаху, вполне совершеннолетняя. Лёгкая угловатость не портила брюнетку. Даже добавляла какой-то особенности. Будто сама себя стеснялась девушка.

— Вряд ли ты знаешь сказку про Красную Шапочку. Но я тебе расскажу. — Продолжила незнакомка. Волк так и стоял, не приближаясь и всячески показывая свою адекватность. — Девочка шла через лес. Она несла пирожки своей бабушке. Так во-о-о-от… — Протянула брюнетка.

На голову её упал листик и она как подпрыгнула от испуга, что на ветке оказалась сидящей. Гимнастка, что ли? Но судя по вытаращенным удивлённым глазам, сама от себя в шоке. Волк малость прифигел от подобных манёвров и присел, не понимая чего дальше ожидать от встреченной прибабахнутой девушки. Кто нормальный станет хищнику сказку рассказывать? Чудинка!

— На чём я остановилась? Ах, да… Волк хотел есть. Даже не так. Жрать он хотел! Сильно! От голода у него сводило живот, из пасти капала слюна, когда глядел на свою будущую добычу. Он почти чувствовал вкус её крови. — Покрепче обхватила ствол руками брюнетка, в надежде не свалиться прямо зверю в пасть. — Но удача оказалась не на его стороне. Бабушку он конечно отведал, но внучка ему боком вышла. В каждом лесу есть звери, но существует также вероятность и не маленькая встретить охотников. Рассказать, что стало с тем волком? — Зловеще блеснули зелёные глаза.

Степан бы расхохотался, но мог только фыркнуть. Вот же балбесина! Вздумала угрожать волку. Да ещё какому! Охотников тут днём с огнём не сыщешь. И лучше бы им не попадаться ему на глаза, если всё же найдутся такие смельчаки, чтобы на оборотня переть с обычными охотничьими ружьями. Там пули, словно комарики для его шкуры. Он и не заметит, ежели выстрелят. А вот наказать, накажет вполне.

Будь Стёпа в своём человеческом обличье, непременно, отвесил бы шуточку насчёт костлявости одной перепуганной, но храбрящейся худышки. Но возможности подковырнуть словом у него не было. Оборотень завис, не готовый остаться и не знающий, как уйти. Его беспокоила зеленоглазка, волновала. Нет, даже не так… Она его тревожила. Как неопознанный летающий объект, возникший из неоткуда, как пирожок с неизвестной начинкой. 

Эржи дрожала как листочек на ветру. Большой и красивый зверь обладал разумным взглядом. А ещё шерсть его белоснежная, словно шкурку постирали в машинке удивила Утюгову не по-детски. Никогда она не видела столь чистых зверей. Вообще, волк мало походил на обычного зверя. Сказочный какой-то! И слушает её сидит, будто решает сожрать или всё же не сожрать.

Когда зверюга склонила голову на бок, девушке и вовсе показалось, будто никакой это не зверь. Она даже моргнула разок, другой. Вдруг спросонья привиделось? У ведьм всякое случается, даже реалистичные галлюцинации. Но волчара никуда не исчез. А жаль! Сидеть на ветке, будто птичка можно долго, но кушать хочется и пить.

Желудок девушки урчал, наверное, на весь лес. И сидящий под деревом волк прекрасно слышал рёв организма его возможной жертвы. Эржи тяжко вздохнула и зажмурилась, а когда открыла глаза, зверюгу ветром сдуло. Аж не верилось! Пощадил? Но слезать брюнетка не спешила. Как знать, может, у него тактика такая… Ждёт, что добыча сама свалится к нему в лапы.

Прошло минут десять прежде, чем ведьмочка заёрзала на своей жёрдочке и предприняла осторожную попытку спуска. Как она так взлетела и сама не поняла. На приливе адреналина, вероятно. И сейчас как очень неумелая кошка слезала, обдирая коленки.

— Откуда ж ты такая взялась, малохольная! — Раздалось совсем рядом. А потом подмышек её коснулись мужские руки. Огромные!

Эржи пискнула, но вскоре оказалась стоящей на своих двоих. Помощь не помешала. Её сняли как ту самую кошку-неумеху, которая сама бы не справилась. И теперь девушка могла рассмотреть спасителя. Высокий и красивый молодой мужчина смотрел на неё с высоты своего роста.

«Во вымахал-то! Чем его кормили?»  — Подумала Утюгова, но вслух не произнесла. Только ротик удивлённо распахнула.

Про таких как незнакомец, говорят, видный. Девки западают на подобные экземпляры пачками, а парень, небось, топчется по их сердцам. Эржи невольно вспомнила свою глупую влюблённость. Николай тоже не обращал внимания на нескладную молодую ведьмочку, тогда как она успела в него втюриться. Любовь зла!

— Как звать тебя, красивая? — Спросил парень.

Голос его девушке очень понравился. В нём присутствовала лёгкая хрипотца, отчего волосёнки на её теле приподнялись, а внутри что-то задрожало. Но услышав «красивая», Утюгова огляделась по сторонам. Может, тут ещё кто-то есть?

— Кого-то потеряла? Мы здесь одни. — Смешливо произнёс незнакомец.

— Эржи. — Опустив смущённо глаза и покрывшись румянцем, ответила девушка.

— Хм-м… — Неопределённо промычал парень. — Никогда не слышал такого имени.

— Эржабет! — Назвалась официально брюнетка. — А вы как здесь? Случайно, не вы ли должны меня встретить? — Спешила разузнать ведьмочка.

— Ещё интереснее. Это ж кто тебе здесь встречу назначил? — Будто бы недоволен сим фактом, поинтересовался проходимец. Ну а как ещё назвать того, кто вероятно мимо проходил и к судьбе её никак непричастен?

— Неважно. Спасибо, что сняли с дерева. Ну я вас не задерживаю. Будьте осторожны, тут водятся волки. — Уже по-хозяйски добавила девушка, словно, она тут госпожа и всё-всё знает. Велено присматривать за лесом, значит, отчасти он ей принадлежит.

— Я волков не боюсь. А вот тебе следовало бы.

Диалог у них не клеился. Громила смотрел на Эржи странно, будто что-то для себя решал. Молчание затянулось. Она не знала как выйти из щекотливой ситуации, в которой оказалась. Вообще-то, попадаться людям на глаза в её планы не входило. А этот человек какого-то лешего шастал по Тёмному лесу. Значит, не один он здесь, есть и другие.

По спортивному телосложению парня Утюгова прикинула, что вряд ли он грибник. Оружия не имел, стало быть, не охотник, не браконьер. И потом, думать о нём плохо девушке категорически не нравилось. Возможно, любитель дикого отдыха? Тогда в этот лес водят группы туристов, которым надоело сидеть в городе и хочется вдохнуть свежего воздуха. Неплохо бы разузнать, где расположился их лагерь.

Но только брюнетка собиралась спросить, как её опередили. Парень представился. Степаном звать. Имя его Эржи очень даже пришлось по душе, хотя и не должно. Ей вообще не до него и всяких там шур-мур. Задача иная — выжить в лесу. Продержаться год. А ещё… как-то удивить ковен своими успехами. Сущие пустяки!

— Эржабет… Нет, Эржи мне нравится больше! — Улыбнулся голубоглазый. — Как думаешь решать проблему?

— Какую из? — Встала в позу «руки в боки» девушка.

— Ключевую в настоящий момент. От голода можно умереть и очень быстро. — Напомнил Степан.

— Что ж, я займусь решением этой проблемы. — Кивнула Утюгова. — Ну, всего доброго! — Развернулась она, но и шагу сделать не успела. Её схватили за талию и крутанули обратно. — Эй! Вы что себе позволяете? — Возмутилась юная ведьмочка.

— Кто ж спиной к собеседнику поворачивается? Некультурно это! — Задорно выдал парень, явно довольный собой.

— Слушайте, у меня очень много дел, а вы время отнимаете. Идите, куда шли! — Послала Эржи, но никуда этот детина не собирался уходить. По лицу его наглому видно, на котором застыло самоуверенное выражение. А ещё хитрый прищур говорил сам за себя.

— Необщительная ты, Чудинка. Но мы сей момент исправим. — Шагнул к ней парень, а девушка нервно сглотнула. Чего удумал, ирод? 

Степан почувствовал крупную удачу и поблагодарил своего зверя. Кажется, зеленоглазка повстречалась ему не случайно. Сейчас перед парнем встала дилемма и разрешения её он пока не видел.

Оборотень представлял себе долгие скитания в поисках ведьмы. Он никак не планировал задерживаться там, где его легко догнать и вернуть обратно в Белый камень. Если Ксюха проговорилась раньше времени, то отец его уже ищет. А как найдёт, воротит домой. И плакали попытки Стёпы раздобыть магию для кота.

Если бы не юный возраст и не невинные глаза, стоящей перед ним особы, Пушистый заподозрил бы её в ведьмачестве. Дочь Альфы, из-за которой ему пришлось краснеть перед всей стаей, тоже молодая, но какая-то искушённая. Тут же совершеннейшая девчонка! Перепуганная к тому же до чёртиков. И голодная. Какая из неё ведьма?

Первое, закравшееся подозрение на сей счёт Степан отмёл. Хотя и не исключал возможности, что перед ним совсем не обычная человечка. Нормальные по лесам в одиночку не шастают. Искала чего-то или кого-то? Парень припомнил, как она сказала про встречающего. Возможно, её заманили в лес. Но кто? На многие километры ни одной живой разумной души оборотень не чуял.

Эржи понравилась его зверю. И человеческая часть тоже симпатизировала хорошенькой чудаковатой девушке. Бросить её одну парень не мог. Да и вообще испытывал странное. Ему не хотелось её отпускать. Будто без него она потеряется или в беду попадёт. А с ним вполне безопасно. Правда, если отправится за настоящей ведьмой, там уж как лунная богиня даст.

Можно конечно отправить новую знакомую прямиком в Белый камень. Это ближайший населённый пункт. Но далековато. Не дойдёт она сама. Потеряется или звери её сожрут. Тут вообще-то не санаторий! И медведи водятся, и волки. Нет, всё же очень странно было повстречать красотулю вдали от цивилизации.

— Вот как мы поступим… — Начал Степан, готовый к препирательствам с её стороны. — Со мной пойдёшь.

— К-куда? — Захлопало густыми ресничками маленькое чудо. — Нет-нет! Я здесь останусь. Вы не переживайте. Я никому не расскажу, что видела вас здесь.

— Хватит «выкать»! Я не старый дед! — Бросил парень раздражённо. Ему не нравилась искусственная дистанция, которую старалась сохранить девушка. — Можешь рассказать всем ежам, ужам и лисам о нашей встрече, я не против. Больше нет никого. — Сделал он паузу, чтобы до девчонки дошло — реально никого нет. Вообще. Только они двое на весь лес из разумных существ. — Кушать хочешь? Еды у нас нет. Пойдём во-о-о-о-он туда. Там речка. Я рыбы наловлю, мы её пожарим на огне. А уж на сытый желудок продолжим нашу занимательную беседу.

— Скажите… — Промямлила Эржи, пятясь. Стёпа дал ей немного свободы и зеленоглазка поспешила ею воспользоваться. Но грозный взгляд заставил исправить ошибку. — Скажи, что тебе от меня надо? Сижу себе тихо, никого не трогаю. Ты иди, а я не пропаду. — Убеждала брюнетка.

— Ну уж нет! Не пропадёт она, как же… Так и висела бы на дереве, не пройди я мимо. Забирай свой рюкзак и потопали. Я тоже жуть какой голодный. Позавтракать не успел. — Поторапливал Пушистый.

Девушка на удивление послушно склонилась за рюкзаком. Послушно вернулась на место, когда Стёпа поманил её жестом. Только чуял он подвох. Перед ним вовсе не покладистая и на всё согласная. Не-е-е-ет… Замышляет чего-то. Выжидает и пытается усыпить его бдительность. Зверь порыкивал. Ему не нравилось, что Эржи противится усугублению их знакомства.

Пока Степан и сам не понимал, чего его так на ней перемкнуло. Много на него вешалось девчонок. Самых разных! Красивых, фигуристых, умеющих флиртовать и знающих себе цену. Парень не лишал себя удовольствий. Когда всё по обоюдному согласию, почему бы и нет? С дочкой Альфы накосячил. Но тут уж наперёд трудно догадаться было. Выглядела совершенно обычно и непримечательно. Одни глаза и зацепили.

Эржи не походила на предыдущих его пассий. Другая. Маленькая и трогательная. Ножки худенькие, одета чудно. Гетры эти её полосатые… Юбчонка коротенькая, но всё прикрывающая. Словно школьница, сбежавшая выглядит и ведёт себя. Но возраст оборотень мог определить безошибочно. Определённо точно, совершеннолетняя. Откуда она такая появилась в его жизни?

— Скажи, а ты в лес-то как попала? — Закинул удочку Степан. Спросил он как можно небрежнее, но ухо навострил в ожидании ответа.

— Так вышло. — Буркнула девушка, не собираясь детально обсказать как вышло и почему. Неразговорчивая какая!

— Хм-м… А сама откуда? — Не успокоился оборотень и продолжил допрос.

— Издалека. — Расплывчатое и вообще не информативное.

— Слушай, чего ты скрытничаешь? Поддержи беседу, что ль? Идти нам долго. — Глянул на неё исподлобья Степан.

— Я не хочу откровенничать с первым встречным! Мне вот всё равно откуда ты и куда потом денешься! Рубиново пофиг! — Выдала брюнетка, шагая с ним в ногу.

— Невежливо, между прочим. Некрасиво! — Надулся Стёпа. Никто ему так грубо ещё не отказывал в общении. Будто он ей совсем-совсем неинтересен.

— А я здесь не для красоты. Лесу фиолетово, страшненькая за ним приглядывает или красотка неземная. Главное, чтобы дело своё делала и всё. — Проворчала Эржи, выдав толику правды о себе.

Значит, она решила лесничеством заняться? Смешно, ей богу! Ведь и хлипенького домишки нет, чтобы от стихии укрыться. Да и ружья, чтобы хоть вспугнуть зверя дикого в случае опасности. С голыми руками она сунулась в чащу? На дуру не похожа, но ведёт себя не умно.