Жестокий развод с драконом

– Боги, что же будет?! Хозяин вне себя от гнева!

Внезапно истеричный голос вырывает меня из объятий сна. В голове клубится густой туман, а в висках мучительно стучит. Боже, ну разве можно так кричать, да еще с самого утра пораньше?! 

– А как же иначе, Кара?! Наш хозяин велел немедленно доложить ему, как только госпожа очнется. Это ж надо было такому случиться на приеме во дворце? – продолжают надоедливые голоса. 

Я что, окно забыла на ночь закрыть? И сколько соседки еще будут обсуждать какой-то дурацкий сериал прямо под моими окнами?

С трудом заставляю себя подняться на локти и открыть глаза, чтобы "попросить" кумушек ворковать потише, но застываю на месте. 

Это... что... вообще такое?! 

В шоке пялюсь вовсе не на белоснежный натяжной потолок со старой советской люстрой, а на темно-серые камни с деревянными балками. 

Как?! 

– Госпожа! – опять выкрикивает голос, и я ловлю еще одну волну шока, ибо говорит вовсе не соседка на лавке, а незнакомая брюнетка в историческом темно-пышном платье. 

И судя по переднику, она, вроде как, служанка. 

Что за черт?! Это какая-то ролевая игра, или я еще не проснулась? 

– Ох, бедная-бедная наша госпожа-а-а! – драматично вздыхает девица, и госпожой почему-то называет меня. 

– Давайте мы поможем вам скорее собраться, сейчас ваш супруг придет!

Какой супруг? Мой единственный и любимый муж, царствие ему небесное, ушел в лучший мир без меня ровно пять лет и один день назад.

Потому я и проливала слезы, моля чтобы встретиться с ним в загробной жизни, но это... Это явно не она. Хотя.. а вдруг?! 

Тут же на глаза попадается портрет с привлекательной молодой блондинкой с аквамариновыми глазами и высоким темноволосым мужчиной, чей суровый взгляд синих глаз заставляет поежиться.

Нет, это не мой муж. Этот вообще на вид какой-то тиран, он даже жену свою как-то неохотно приобнимает.

Я на таких насмотрелась вокруг, "меня, слава богу, токсичные отношения не коснулись", – благодарностью вспоминаю мужа, и тут как молотком по голове. 

– Ай, – вскрикиваю я, а перед глазами протекают вспышки одна за другой.

– Вижу, госпожа очнулась! Почему не доложили? – раздается голос за спиной, да такой грозный, что мурашки строевым шагом проходят вдоль позвоночника, а тело само подпрыгивает в повороте. 

Натыкаюсь взглядом на того самого мужчину с портрета и застываю, напоровшись на лютую злость в его глазах... 

– Все. Вон, – чеканит он.. 

Ой-ой... 

Ну и громила! Широкоплечий, высокий, с руками, способными, кажется, переломать кости одним небрежным движением. От его присутствия воздух в комнате словно густеет, становится тяжелее дышать.

– Господин Дорн, госпожа только что пришла в себя! Ей очень плохо. Мутит ее, все верно, госпожа? – смотрит на меня брюнетка с такой мольбой в расширенных глазах.

Что здесь, черт возьми, происходит? 

“Не госпожа я ваша, Анна я! А-н-н-а!” – Хочется закричать, но что-то в напряженных плечах служанок заставляет меня промолчать.

А девушка все ждет моего ответа. Э, нет! Я не играю в ваши игры, так что это без меня.

Один короткий взгляд мужчины на девиц, и их будто ветром сдувает. Только и успеваю поймать сочувствующий взгляд рыжеволосой. 

– Как себя чувствуешь, дорогая? Голова цела? А ноги? – сквозь зубы цедит он. 

Разве так интересуются здоровьем дорогой супруги? Что за отношение неуважительное? Я бы никогда не позволила с собой так обращаться. 

Но почему он все смотрит на меня? 

На всякий случай тревожно оглядываюсь, вдруг позади меня на стене висит его жена. Тьфу ты. Или сидит где-то рядом. Но нет, там пусто, лишь шелковые обои с витиеватым узором. 

Да что такое? Я сплю? Мне снится кошмар, в котором я оказалась женой этого тирана?

Так я хочу проснуться и немедленно!

– Ты стала немой, любовь моя?

Ага, любовь моя! Сказал так, будто придушить готов.

Ну все, хватит! Я просыпаюсь!

Ущипнув себя за руку…

– Ой, не сон, – выдавливаю я.

– И все же голову ты повредила, как жаль, – сухо выдает верзила без капли сожаления. 

– В порядке я, и голова моя цела, – говорю я, затем спокойно добавляю. –  Я хочу немедленно покинуть эту комнату

Темные брови громилы мгновенно сходятся на переносице, образуя неглубокую вертикальную складку, а в глазах вспыхивает недобрый огонек.

Ох, плохо это… Не к добру.

Медленно приближаясь к кровати, он говорит:

– И куда же собирается моя жена? Вновь учинить скандал? Тебе оказалось мало вчерашнего позора? Хочешь продолжения? – с каждым брошенным словом взгляд мужчины темнеет

И вдруг в голове вновь стучит, а перед глазами пляшут искры. Затем я вижу это…

– Леди Арья, вы так прекрасно выглядите сегодня! Это платье просто создано для вас!

– Муж вас, наверное, на руках носит, с такой-то красотой!

– Ну а как иначе? Всем известно, что генерал Дорн по уши влюблен в свою супругу. Говорят, не может и часа прожить, не увидев ее лица!

Голоса придворных дам жужжат вокруг меня, как назойливые мухи. 

Я чувствую их фальшь. В каждом комплименте скрыта отравленная игла, каждая улыбка таит желание уколоть побольнее. 

Ага, на руках носит и по уши влюблен... 

Такое можно сказать о ком угодно, но только не о моем супруге, Эйгарде Дорне, генерале и правой руке короля. 

Никогда я не слышала от него нежного слова, не видела теплоты и любви в его глазах. Только спокойный, суховатый тон, будто он отдает приказы своим подчиненным, а не разговаривает с женой. 

– Да, леди Арья, вы, бесспорно, очаровательны, – с деланной заботой в голосе произносит дама с причудливыми павлиньими перьями в высокой прическе и странной мушкой над губой в форме сердечка.  – Но если быть откровенной, это платье немного... полнит вас. Вот моя Мадлен прекрасно разбирается в новейших веяниях моды. Думаю, она не откажется и вас преобразить. Вы ведь с ней знакомы? А вот, кстати, и она сама.

Унизанная перстнями рука указывает куда-то в сторону, и я невольно следую за ней взглядом. Музыка оркестра вдруг становится оглушительно громкой, а затем словно исчезает, оставляя звенящую пустоту.

Боги, лучше бы я никогда не поворачивала голову.

Боль острыми шипами впивается в самое сердце, перехватывая дыхание. У колонны, в окружении мягкого света канделябров, мой любимый муж так непринужденно беседует с молоденькой шатенкой. 

Ее изящное бледно-голубое платье идеально подчеркивает тонкую талию, а открытые плечи сияют подобно жемчугу. Она смотрит на Эйгарда с таким наивным восхищением, кокетливо приоткрывая розовые губки и игриво накручивая на тонкий пальчик каштановый локон.

И что же мой муж? Суровый, неприступный генерал?

Он смотрит ей в глаза и... весело смеется! 

Смеется так искренне, так открыто, как никогда не смеялся для меня. В мерцающем свете свечей я отчетливо вижу, что смотрит он на девушку совсем иначе – с теплотой и интересом, которых я никогда не видела ко мне.

И тут девица, покраснев, что-то шепчет ему, наклонившись ближе, и невесомо кладет свою изящную ладонь на локоть моего мужа. 

А он – о, боги! – так мило улыбается в ответ, что ямочки появляются на его щеках, и что-то тихо отвечает, склонившись к ее уху.

Как же так?

Яд предательства медленно растекается по венам, отравляя каждую клеточку моего тела, причиняя невыносимую боль. 

В горле застревает комок, и я хватаю воздух рваными вдохами. Корсет внезапно становится тесным, я задыхаюсь. 

Как он может? Да еще на виду у всего двора?

Глаза застилает горячая пелена, но я из последних сил сдерживаюсь. Только не здесь. Только не сейчас. 

– Ой, она как раз разговаривает с генералом Дорном, – с плохо скрываемым торжеством в голосе говорит мать этой девицы.

– А вы только посмотрите, как он смотрит на нее! Кажется, наш генерал влюбился, – шепчет какая-то дама, достаточно громко, чтобы я могла расслышать каждое слово.

– Тише ты! – шипит другая, толкая ее локтем и бросая в мою сторону взгляд, полный фальшивого сочувствия.

А я не могу не смотреть на них. Я словно онемела. Каждый удар сердца отдается болезненной пульсацией в висках. 

– А я, признаться, совсем не против такого зятя, – добивает меня мать девицы.

Зятя? Она действительно произнесла это слово?

Резко повернувшись к ней, я чувствую, как кровь приливает к лицу, а руки начинают дрожать от едва сдерживаемой ярости:

– Он уже женат, мадам! А еще...

Острая, пронзительная боль вновь вспыхивает в висках. 

Перед глазами все плывет, и я снова оказываюсь в этом кошмаре. 

Генерал Дорн стоит передо мной, его глаза с каждой секундой становятся все темнее, все злее.

Так вот значит какой скандал произошел. Муж изменял своей жене прямо на глазах у всех. 

Вот это подлость!

– Ты слышала, что я сказал? – грозно произносит он.

– Задумалась, можешь повторить?

Кошмар это или нет, но такое отношение к жене отвратительно. И сейчас этот предатель получит сполна.

– Ты… мне… надоела, …Арья! Это развод!

Дорогие читатели! Рада приветствовать вас в своей новой истории. Нас ждет бойкая героиня адвокат. Королева бракоразводных процессов. Дракон попал))) 

Буду очень рада вашей поддержке!) А так же подписке на автора. 

С любовью ваша Эйрена Космос.

А теперь давайте познакомимся с героями поближе.
Несравненная Арья Мун (Анна Минаева)

Генерал драконов
Эйгард Дорн

"Ты... мне... надоела, ...Арья! Это развод!" 

Эхом отдаются слова в моей голове. 

Ну каков мерзавец! Сначала унизил свою женщину на глазах у всего двора, а теперь еще и требует развода! Будто это его опозорили, а не его жену.

Внутри всё закипает от лютой злости. Кровь стучит в ушах, а пальцы непроизвольно сжимаются в кулаки так сильно, что ногти впиваются в ладони. 

Пусть я и не его настоящая супруга, но от такого подлого предательства меня буквально трясет. Ну каков подлец!

А что бы чувствовала бедняжка Арья? Это же невыносимо! Насколько я успела понять из видения, она мужа искренне любила, в отличие от него.

Генерал продолжает стоять, буравя меня холодным взглядом. Его широкая грудь мерно вздымается под роскошным мундиром, а желваки на скулах ходят ходуном. 

Он словно ждет какой-то определенной реакции, как будто уже написал в голове сценарий нашего разговора.

– Развод, говоришь, – задумчиво произношу я.

На мгновение я замолкаю, чтобы собраться с мыслями. Если это действительно не кошмар, а странная реальность, если я каким-то непостижимым образом стала Арьей, его женой, то сейчас сделаю то, что сделала бы Анна. Опытный юрист с десятилетним стажем, повидавшая сотни разводов и хорошо знающая, как защищать свои интересы.

– У тебя еще и слух испортился? – поджимает губы муж.. – Мне еще раз повторить?

Боги! Опять стучит в висках и эти искры…

Бегу, не разбирая от слез дороги. Подальше от этого позора. Подальше от него!

Вместо сердца у меня огромная зияющая дыра. Он отвернулся от меня… Предал! И это после всего, что я ему дала. Боги… Если бы можно было повернуть время вспять, я бы никогда не вышла замуж за генерала! 

Внезапно ногу сводит и, споткнувшись о невидимую преграду, я лечу головой вниз с широкой лестнице. 

Мгновенная вспышка боли в голове и темнота…

Вздрогнув, я выныриваю из видения. 

Что это было? Неужели я только что видела последние секунды жизни Арьи? 

А генерал все ждет ответа.

– Не стоит утруждаться, – как можно мягче отвечаю я. – Я всё прекрасно услышала с первого раза. Просто размышляла, как бы мне помягче сказать, чтобы не ранить твое... хрупкое сердце.

Ага, будто оно у него вообще есть. Нечто большее, чем кусок льда в груди.

Раз Арья умерла и я, то просто обязана отомстить за девочку. Понятия не имею как я оказалась здесь, но думаю, что это знак свыше. 

– Объяснись, – отрывисто бросает он.

Не просит – приказывает, словно я его подчиненный на плацу. Ну что ж, генерал, готовься к битве! Ты еще не знаешь, с кем связался.

Расправив плечи и невинно глядя на него, я говорю:

– Понимаешь ли, дорогой муж, – сладко тяну я, наслаждаясь каждым словом, – я тоже не люблю тебя. Уже давно. Я невыносимо устала от этого брака и всё не знала, как тебе об этом сказать...

С каждым моим словом лицо генерала мрачнеет. Морщина между бровей становится глубже, ноздри раздуваются, а грудь вздымается всё чаще – он дышит тяжело, будто после изнурительного боя. 

– Я ведь тоже хочу развода! – заканчиваю я, вздыхая.

Вот это поворот!

Никогда бы не подумала, что такого несокрушимого мужчину можно чем-то удивить, но я явно попала в цель! Одна его бровь медленно ползет вверх, а в глазах отражается такое чистое, неподдельное удивление, что на мгновение он даже кажется человечным.

– Ты? Хочешь развода? – произносит он эти слова так, словно я заявила, что собираюсь полететь на луну верхом на драконе. – Что за чушь, Арья?

О-о-о, так он из тех самовлюбленных нарциссов, кто не привык слышать отказа? Видали мы таких. Знаем их породу. Стоит чуть сильнее уколоть их раздутое эго, и всё – мужику конец. 

Но добивать его сейчас не стоит. Это нужно сделать позже.

– Почему же шутки? – невинно хлопаю ресницами. – Ничто не вечно под луной, дорогой. Так же и моя любовь к тебе. Она... как бы это помягче сказать... умерла. Так что я абсолютно не против развестись. Более того, – со вздохом замолкаю я, – я буду счастлива освободиться от этих... брачных уз.

Звенящая тишина повисает в воздухе. Он молчит, застыв, даже не дыша. Только тяжелый взгляд суровых глаз буравит меня насквозь, словно он мысленно разбирает мою душу на мелкие кусочки.

По позвоночнику пробегает холодок – этот мужчина определенно опасен. С ним нельзя играть. Если только осторожно и совсем чуть-чуть.

– Ты окончательно свихнулась. Я так и знал! – наконец произносит он. – Когда ударилась головой,  то потеряла последние крохи рассудка.

Не может принять простой факт, что он тоже не люб своей супруге? Что его можно не хотеть? Какая прелесть!

– Если тебе от этого будет легче, то думай так, – вздыхаю я, прикладывая руку к груди. – Так что там насчет нашего развода, милый? Когда приступим к делу?

Резко развернувшись, муж шагает к выходу. И, открыв дверь, велит:

– Лекаря в покои! Живо! 

Лекаря? А он еще зачем? И что этот генерал задумал? Да еще так смотрит на меня с недобрым прищуром. Будто ждет, когда я сорвусь и закачу ему скандал, а он это использует.

Так, стоп!

Сумасшедшая. Скандал и лекарь.

Ах вот что ты задумал, гад!

Выставить меня умалишенной, отправить в дурку – и вуаля! От ненавистной жены он избавился без лишних хлопот.

Старый как мир приём – объявить неугодную жену сумасшедшей. В моей практике таких дел было не меньше дюжины.

А если я не в коме, а каким-то невероятным образом в другом мире, и это все на самом деле... то дела мои не очень.

Да, в своем деле я хороша, но это в моем мире. Где я знаю каждую букву, каждую запятую в законах. Где мне ведомы разные лазейки и есть личные связи. А что здесь?

Да я понятия не имею, где это "здесь".

Мне никак нельзя сейчас покидать этот дом. Сначала нужно раздобыть информации, почитать книги, послушать, что говорят люди, а уж потом можно и воевать с мужем.

А так я просто проиграю. Причем довольно глупо.

Нет, нет, нет! Это не моя стратегия. Так рисковать – всё равно что с завязанными глазами идти по минному полю.

И раз уж этот гад падок на хлопанье ресницами и прочую ерунду, то я это использую. Мужчины всех миров одинаковы: стоит изобразить слабость, и они расслабляются, теряют бдительность.

Тяжело вздохнув, я опускаюсь на подушку, устало прикрыв глаза. Вот только я украдкой слежу за мужем сквозь опущенные ресницы.

Дверь спальни открывается, и в комнату входит низенький старичок, едва достающий генералу до плеча. Сухощавый, с белоснежной аккуратной бородкой и в темно-синем одеянии, расшитом серебряными нитями, складывающимися в узор из звезд и полумесяцев.

На вид может казаться безобидным, но его взгляд... Проницательные зеленые глаза смотрят цепко, словно сканируя каждую деталь вокруг. От такого ничего не скроешь.

Как же вовремя я приняла вид больной. Радует, что "чуйка" все еще со мной.

– Добрый вечер, генерал, – кланяется он мужу, и звенящие серебряные подвески на его поясе издают мелодичный звук. – Как услышал, что вашей супруге плохо, так сразу же к вам.

Ага, услышал он. Небось муженек постарался. Думает, что уже состряпал дельце и радуется свободе.

Муж стоит рядом с кроватью, скрестив руки на груди. Он даже не смотрит на меня. А оно и не требуется. Недовольством от него несет издалека.

– Леди Арья упала с лестницы и ушиблась головой, – говорит он, даже не пытается изобразить горе. – Кажется, она ее повредила, потому и бредит.

Ну-ну.

Вздохнув, я открываю глаза, когда лекарь касается моего лба сухой, но удивительно теплой ладонью. От его рук исходит слабый аромат трав.

– Как вы, леди? – его голос мягкий, успокаивающий.

А вот и мой звездный час. Пора блеснуть актерским талантом, но переигрывать нельзя.

Муж раскусит фальшь на раз-два.

– Не очень, господин... – позволяю я голосу слегка дрогнуть.

– Ракиль, – представляется он, и в уголках его глаз собираются морщинки. – Но мы с вами знакомы.

Вот же! Дальше надо быть поосторожнее. Чувствую, как между лопаток стекает холодная капля пота.

– Да-да, конечно, – киваю я и тут же морщусь от резкой боли в виске. – У меня просто перед глазами все плывет, господин Ракиль. И нога очень болит, а еще все тело ломит, – продолжаю жаловаться я, и это даже не ложь – тупая боль пульсирует в левой ноге, а при каждом вдохе в боку отдает тупой болью.

А вот с головой надо быть поосторожней. Нельзя дать повод, чтобы меня сочли сумасшедшей.

– А еще, – понижаю я голос до шепота, но достаточно громко, чтобы слышал муж, и замечаю, как он напрягся, подавшись чуть вперед. – Болит вот тут. – Указываю я пальцем на грудь, прямо на сердце, и с укором смотрю на генерала, позволяя глазам немного увлажниться. – Господин Ракиль, вы мне поможете?

Взглянув на старичка глазами кота из Шрека (спасибо актерскому кружку в университете!), я беру его за руку.

А лекарь расчувствовался. Вот как глазки заблестели от сочувствия, да и руку он мою мягко пожимает, словно говоря: "Я на вашей стороне".

– Господин Ракиль, приступайте к делу, будьте добры. Посмотрите, что с моей женой, – раздраженно бросает муж.

А где же уважение к старшему? Где почтение? Вот же, одним словом, генерал! Бескультурье и хамство.

– Конечно, господин Дорн, – кивает лекарь и недовольно поджимает губы, морщинки на его лбу становятся глубже. – Сейчас проведу магический осмотр. Посмотрим, какие у вас травмы, леди. Только не волнуйтесь, это не больно.

Он сказал "магический осмотр"? Мне не послышалось? Сердце подпрыгивает к горлу.

– Конечно, – киваю я и прикрываю веки, чувствуя, как ладони становятся влажными от волнения.

Нельзя подставляться. Ведь если я увижу что-то такое, что не должно существовать в реальном мире, то могу случайно выдать себя. Но ведь лекарь сейчас делает что-то магическое...

И все же, не удержавшись, я приоткрываю глаза и вижу, как из рук лекаря исходит серебристое сияние, которое окутывает мое тело подобно тонкой паутине.

Оно похоже на лунный свет, но ярче, концентрированнее, и сопровождается легким звоном, словно далекие колокольчики.

Что за черт? Это как? Сердце колотится так сильно, что я боюсь – оно выскочит из груди.

Вновь закрыв глаза, я стискиваю зубы, чтобы не закричать. Ощущение мягкого тепла распространяется по всему телу, словно я погружаюсь в теплую ванну.

Я и правда в другом мире!

Вот проклятье!

"Так, тише. Все нормально и под контролем!" – мысленно успокаиваю я себя, пытаясь дышать размеренно, хотя в груди все сжимается от ужаса и неизвестности.

– Не волнуйтесь, леди. Я уже все, – доносится мягкий голос лекаря, и серебристое свечение медленно угасает, оставляя после себя легкое покалывание на коже.

– Что там? – спрашивает генерал, и мне кажется, что он стал ближе. Так и есть. Муж нависает надо мной.

– Ничего опасного, но леди нужен постельный режим как минимум две недели, – голос лекаря звучит уверенно. – У нее действительно сотрясение мозга, вывих левой ноги и трещины в двух ребрах.

Ох, не слабо так! Теперь понятно, почему каждый вдох отдается болью.

"И это все из-за тебя, кобель!" – едва не выпаливаю я, но вовремя прикусываю язык. Хвала небесам за остатки самоконтроля!

Я смотрю на мужа. Недобро так, со злостью, едва сдерживая желание вцепиться ногтями в его самодовольное лицо.

Пусть знает, мерзавец, что он натворил.

– Понял, – отвечает он сухо, даже не смотрит на меня, но я замечаю, как его челюсть слегка напрягается.

– Я выпишу снадобья, утром доставят, – продолжает лекарь, собирая свои инструменты в кожаную сумку, украшенную серебряными символами. – Леди станет легче. Еще нужен душевный покой, – он бросает многозначительный взгляд на генерала. – Вам нельзя волноваться, леди Арья, – улыбается мне лекарь.

Ах вы мой хороший!

Даже не представляете, как только что мне помогли. Две недели постельного режима – это ровно то, что мне нужно, чтобы собрать информацию и разработать план.

– Спасибо вам, господин Ракиль, – отвечаю я с искренней благодарностью.

– Благодарю, – сухо кивает генерал. – Вас проводят.

Воздух в комнате становится холоднее, когда лекарь покидает спальню, тихо закрывая за собой дверь. Его шаги постепенно затихают в коридоре, и мы остаемся наедине с мужем.

Тишина давит на уши. Что задумал муж? Он ведь слышал лекаря? Никакого стресса!

– Ты довольна, дорогая?

***

Дорогие читатели! Эта история выходит в рамках литмоба: "Списанная со счетов".

Знакомлю вас с первой историей.

— Я больше тебя не люблю, — сказал мне после десяти лет брака тот, кто украл меня из отчего дома, чтобы жениться, невзирая на все “но”. Тот, кто заставил поверить, что любовь никогда не умрет. Мой муж, дракон Элас Эргорн.
И он же раскромсал мое сердце, убил словами и взглядом, посвященным своей молоденькой беременной любовнице, которая вот-вот займет мое место жены и… может стать еще и матерью моего дитя…
Нет, по-вашему не будет, господа!

Довольна ли я?

Конечно, милый! И была бы счастлива, если бы растолковал мне, что здесь и к чему. А еще подсказал, как "опрокинуть тебя на спину". Но об этом можно только мечтать.

В реальности же я смотрю на генерала, чувствуя, как каждый удар сердца отдаётся болью в треснувших рёбрах.

Не собираюсь притворяться умирающей и давить на жалость. С ним этот номер не пройдет.

– А ты хотел выгнать меня из дома в таком состоянии? – мой голос звучит ровно, без истерики, но каждое слово пропитано укором.

Да, сейчас мне нужно быть осторожной. Одно неверное действие или слово – и все может полететь к пропасть.

Но черт возьми, как же этот мужик бесит! Вот до трясучки. До покалывания кончиков пальцев. Его невозмутимость, вседозволенность и невероятных размеров эго выводят меня из себя.

– Выгнать? Нет, конечно. Но ты могла отправиться в Забытые земли. Там бы и поправила свое здоровье, – говорит он и хмуро смотрит, скрестив руки на груди.

Ну каков чурбан!

“Забытые земли”

А это что еще такое? Место для списанных со счетов жен? Или какая-нибудь каторга? Ну явно не курорт. Вижу это по его глазам – холодным и расчетливым.

– А ты так жаждешь поскорей избавиться? – усмехаюсь я. – Не волнуйся, на твое сердце и тело я не претендую. А из-за пары тарелок супа, думаю, ты не обнищаешь. Но если тебе жалко, то можешь выставить мне счет. Я оплачу, да еще чаевых добавлю.

Проклятье, а ведь я хотела мирно поговорить. Хотела стать неприметной. Но этот самодовольный блеск в его глазах, надменная улыбка на тонких губах... Так и хотелось стереть ее на его лице. Чего я и добилась.

Вот как глазища заполыхали. Стали почти черными. И дышит муженек с трудом, словно пытаясь сдержать рычание. На висках вены вздулись, того гляди тут крякнет. Это бы пошло мне на руку, но ведь я не зверь.

– Что с тобой, милый? – елейным голосочком спрашиваю я.

Эффект обратный. Генерала так перекосило, что вот-вот огнем будет дышать. Как же мне приятно и на душе так хорошо.

– Может, стоит вернуть лекаря? Ты же не хочешь сделать меня вдовой? – и так нежно улыбаюсь.

Проклятье! Тушите свет! Ибо генерал на взводе.

Эх, сколько раз пыталась я себя исправить? Но нет, ну нравится мне доводить гадов. Чтоб неповадно было. Чтоб знали, женщина, не равно слабость.

– Твоими молитвами, родная, я буду жив и здоров, – цедит муж сквозь стиснутые зубы. – Драконы так легко не умирают. Неужели ты забыла?

Драконы? А они тут при чем?

Хотя постойте...

В этом мире лечат магией, тогда почему крылатых зверушек не может быть? Генерал и есть... дракон? Ох, святые небеса!

Так, Аня. Отставить панику.

Дракон, еще не значит умный. Так что посмотрим кто кого, родной.

– А теперь слушай и запоминай! – бьет холодом генерал. – Учти, если ты что-нибудь выкинешь в своем духе, то тотчас отправишься в Забытые земли.

– Угрожаешь?

Даже боль отступает перед яростью, разгорающейся внутри.

– Предупреждаю! – рявкает муж. – Так что выздоравливай потише.

– Как скажешь, сладкий, – на последнем слове мужа передергивает.

А вот и мое любимое обращение к нему нашлось.

И вот я думаю, что генерал соизволит убраться из моей комнаты, как не тут-то было. Этот гад подходит ближе и наклоняется, заглядывая в мои глаза.

Я даже перестаю дышать. Просто смотрю и жду, ощущая, как по спине бежит холодок.

– Кто ты? Что за демон в тебя вселился? – с тихой угрозой произносит он.

“Этот демон – адвокат!” – хочу крикнуть я, но благоразумно помалкиваю.

– И какую ты игру затеяла? А, впрочем, мне неважно. Мое решение не изменить.

А как будто я об этом мечтаю! Ага, сплю и вижу, как вернуть тебя, блудливого кобеля! Да скоро ты сам будешь убегать от меня, сверкая пятками, вот увидишь.

Я всю душу из тебя вытрясу, не говоря уже про деньги. Хотя дело не в них.

Меня бесит, что мужики себя считают властелинами мира, а женщина создана лишь для его услады.

Вот уж ты обломаешься, когда поймешь, что и мы не лыком шиты. Что и женщина может дать такой отпор, что неповадно будет.

Ты только подожди, и все случится. Слово свое даю.

Ну вот не знаю, что муж увидел в моих глазах, но он медленно выпрямляется. Молча повернувшись, он выходит из комнаты, и тяжелая дверь закрывается с глухим стуком.

Воздух сразу становится легче дышать.

А мне вот некогда лежать. Ведь столько всего надо сделать, что нужно начинать уже сейчас. И начну я с этой комнаты.

Чтобы не выдать себя, мне надо в первую очередь узнать, чем жила хозяйка этого тела. Каким человеком она была. Я не должна вести себя иначе, чем она, чтобы не подставиться.

Поднявшись с кровати, я шумно выдыхаю от пронзившей тело боли. Каждый шаг отдается пульсацией в ушибленной ноге, но я стискиваю зубы и продолжаю движение.

Медленно подойдя к высокому резному шкафу из темного дерева, я поворачиваю ручку и смотрю, что внутри.

Хм...

Спокойных тонов платья – преимущественно синие, зеленые и серые. Скромные, но ткань качественная – шелк, бархат, тонкая шерсть.

Нет ничего кричащего или вызывающего. Каждый наряд аккуратно висит на деревянной вешалке.

Открыв комод с бронзовыми ручками в виде драконьих голов, я обнаруживаю ту же картину. Аккуратно сложенные нижние юбки, чулки, платки – все высокого качества, но без излишеств.

И тут я открываю нижнюю полку, а там…

– Боги-и-и! Госпожа, зачем вы вновь берете этот срам?

***

Дорогие читатели! Знакомлю вас со второй историей моба.

БЕСПЛАТНО В ПРОЦЕССЕ НАПИСАНИЯ!
— С тобой скучно.
Вот что сказал мне муж после 8 лет брака. Я хотела быть для него хорошей женой, но оказалась «предсказуемой».
Что ж, теперь начну удивлять! Я больше не буду делать так, как хочет он. Соберу сердце по кусочкам и начну новую жизнь.
Но зачем бывший муж ищет со мной встречи? Стало интересно, милый? Поздно.

Срам? О чем это она?

– Ты об этом? – размахиваю я кружевной, полупрозрачной сорочкой нежно-розового цвета. Наконец-то я отыскала в гардеробе девушки что-то интересное. 

Тонкая, почти невесомая ткань струится между пальцами как вода, искусное кружево по краям смотрится эффектно. Вещь явно дорогая.

– Конечно, – расширяются от шока глаза Кары, вроде так зовут эту рыжеволосую девушку, что я видела ранее. – Вам же господин приказал это выбросить, – уже шепотом добавляет девица, нервно теребя край своего передника.

Интересненько, однако. 

Разве мужчина не должен визжать от счастья, увидев сие великолепие? Генерал у нас другой? 

Но учитывая, как он строил глазки той юной красотке, то что-то тут не вяжется.

– Кара, у меня вре́менные проблемы с памятью. Ты же знаешь, что я ударилась головой, – тяжело вздыхаю я и начинаю "обрабатывать" своего будущего информатора. 

– Ох, госпожа-а! Пусть все наладится и станет все как раньше, – всхлипывает девица со слезами на глазах. – Хотя как раньше не надо. Вы и так разбили свое сердце в который раз. Генерал неприступен.

Затем, поняв, что сболтнула лишнее, Кара прикрывает рот ладошкой и со страхом смотрит на меня.

"Ну чего ты, милая. Ты продолжай, а я записываю" – так и хочется мне сказать, но на деле тяжело вздыхаю, ибо так поступила бы женщина с разбитым сердцем. 

– Ты права, Кара. Как раньше мне не надо. Но освежи мне память, пожалуйста. А то, кто знает, когда она ко мне вернется или вернется ли вообще.

– Госпожа, так это… Простите, я ведь не знаю наверняка. Просто… Среди слуг ходят слухи. Я не сплетница. Я не т…

– Ну что ты, конечно, нет. Я так не думаю, дорогая, – улыбаюсь я как можно мягче, отчего у девушки левый глаз дергается.

А это что еще такое? Служанка ведет себя так, словно боится получить нагоняй от госпожи или того хуже. Хм… В этом тоже нужно разобраться.

– Я краем уха слышала, что на вашу годовщину свадьбы вы пробрались в подобном одеянии в покои генерала, а он вас взял и выставил, а затем приказал сжечь эту срамоту, – полушепотом сообщает мне служанка. 

– Это генерал назвал сорочку срамотой?

– Нет, не он. А ваша матушка, когда приехала вас навестить. Говорили, что вам посоветовала это безобразие одна вдова, которая славится сомнительной репутацией.

Как интересно. 

Получается, Арья пыталась соблазнить мужа, а он ни в какую? Но они женаты! У них ведь должна была быть близость, в конце концов. Что не так с этим мужиком? Или что не так с самой Арьей?

– Я вспомнила, Кара, – обхватываю я себя руками и продолжаю. – Вспомнила эту боль. Скажи, а мама часто приезжает?

Этого мне еще не хватает.

– Нечасто, госпожа. Она же у вас слабого здоровья. Неужели и этого не помните?

– Как же это можно забыть, Кара? – произношу я с горечью, а сама мысленно выдыхаю.

Значит, встреча с родственницей Арьи мне пока не светит. Чудно.

Положив обратно "срамоту", я поворачиваюсь к служанке и с тоской в голосе сообщаю ей, что не знаю, во что мне облачиться. 

Кара услужливо мне помогает, да еще и рассказывает, что я люблю в разные дни недели определенные цвета.

Сегодня понедельник, а это значит синий цвет. Как глаза нашего генерала. Арья в принципе все связывала со своим мужем.

Вот этот дубовый стол понравился Эйгарду, так зовут уже моего мужа, а вот те бордовые занавески похожи на его семейный перстень с рубином.

Очевидно одно. Арья по уши была влюблена в своего мужа, а вот он, видимо, не питал романтических чувств к супруге. Тогда как так вышло, что они поженились? Договорной брак? В прошлые времена это было обычное дело.

С помощью Кары я одеваюсь в платье из тонкой шерсти глубокого синего цвета, простое и элегантное. 

Высокий воротник скромно закрывает шею, длинные рукава с узкими манжетами плотно облегают руки. Подол доходит до самых щиколоток, не оставляя ни малейшего шанса разглядеть даже носки туфель. 

Единственным украшением служит тонкая серебряная вышивка на манжетах и воротнике – замысловатый узор из переплетенных драконов. 

Простая прическа с гладко зачесанными волосами, собранными в тугой пучок на затылке, дополняет образ безупречной благопристойности.

Глядя в зеркало, я едва сдерживаю разочарованный вздох. Женщина, смотрящая на меня, выглядит как учительница воскресной школы – строгая, сдержанная, без тени кокетства или намека на сексуальность. Неужели Арья действительно так одевалась? По своей воле? Ужас-то какой!

– Госпожа, вам ужин подать в покои? – уточняет служанка, когда я полностью одетая гляжу на свое отражение.

– Отчего же? Я сама спущусь к столу, – и это будет прекрасная возможность рассмотреть дом, в котором я оказалась. – Ты же мне поможешь?

– Конечно, но госпожа. Генерал в отъезде, а вы не обедаете в столовой без него, – ошарашенно хлопает ресницами служанка.

– И часто он в отъезде?

– Почти всегда.

Вот те раз!

Муж у нас воюет или кто его там знает, чем он занимается, а женушка без супруга горюет. Даже покоев не покидает? Беспредел! 

Нет, так не пойдет.

– Кара, с сегодняшнего дня я меняю свои привычки, – уверенно произношу я, выпрямляя спину, и тихо ойкаю. А ребра-то болят.

Особняк генерала оказался настоящим лабиринтом из коридоров, лестниц и комнат. Кара ведет меня вниз по широкой мраморной лестнице.

Высокие потолки с лепниной, тяжелые бархатные портьеры, картины в массивных рамах – все кричало о богатстве и древности рода. 

На стенах висели портреты – мужчины с суровыми лицами и прямыми спинами, все как один в военной форме с многочисленными наградами. 

Женщины же выглядели бледными тенями рядом с ними – скромные платья, потупленные взоры. 

– Великие предки у генерала. – произношу я, замедляя шаг у особенно внушительного портрета мужчины, сидящего на троне

– Да, госпожа. Род Дорн – один из древнейших драконьих родов Империи, – с гордостью ответила Кара. – Это дед нашего генерала, император Ворган Второй.

Ну надо же! Целый император? Так вот, в кого пошел внучок. 

– Простите, госпожа, я забываю, что вы не помните, – спохватилась Кара. – Ваш супруг – племянник нынешнего императора, третий в очереди на престол.

А вот это уже плохая новость. Хуже некуда! Но разве это повод сдаться? Никогда! Тем интереснее будет война.

Широкий коридор нижнего этажа освещен хрустальными шарами, в которых пульсирует теплый золотистый свет. Толстые ковры приглушают шаги, а воздух наполнен ароматами свежих цветов и каких-то экзотических специй.

– Столовая здесь, госпожа, – Кара остановилась перед высокими дубовыми дверями с бронзовыми ручками в виде драконьих голов.

Сделав глубокий вдох, я кивнула служанке, и она открыла двери.

Столовая невероятных размеров. Массивный стол из темного дерева, рассчитанный не меньше чем на двадцать персон, стоит в центре. 

Но поражает меня совсем другое…

Этот ледяной взгляд.

– Дорогая, а ты разве уже здорова?

А ты-то и ждешь, чтобы скорее избавиться. Зубы обломаешь, милый!

– Твоими молитвами, любовь моя, я чувствую себя сносно. Не могла ужинать без тебя. Так хотелось увидеть пока что своего мужа. – говорю так мило, что желваки “любимого” ходят ходуном.

Каждой клеточкой кожи чувствую раздражение “милого”. Всего на мгновение я подумала, что он гордо встанет и как обиженная дева покинет столовую. Но нет, мне попался тот еще ко… В общем упертый дракон.

Ну я ведь тоже не кисейная барышня.

Поэтому с гордой походкой императрицы я прохожу вперед и сажусь напротив мужа. Служанки суетятся и сервируют для меня стол.

А вот и первый выговор своей служанке. Кара сказала, что генерала нет, а он, оказывается, уже трапезничает.

Жду, пока девушки закончат и принимаюсь за еду, не обращая внимания на мужа. А он тот еще невежа. Так и пялится. Наверное, желает мне подавиться прямо за столом. Спит и видит, гад, как становится свободным.

Не дождется!

Вернее, дождется, но свободным он станет с изрядно потрепанными нервами и прохудившимся кошельком. Зуб даю!

Еда в этом мире оказалась весьма недурна. Жаркое из какого-то мяса – определить не могу, но вкус напоминает телятину с экзотическими специями – просто тает во рту. Овощи, приготовленные на пару, сохранили свежесть и хрустящую текстуру. А хлеб с травами...

Ах, я готова съесть всю корзинку!

Муженек наблюдает за мной, скрестив руки на груди. Его тарелка почти не тронута. Синие глаза следят за каждым моим движением. Думает смутить?

Ага, уже дрожу!

Выдержка у меня отменная. И не через такое проходила.

С достоинством промокаю губы салфеткой я продолжаю трапезу.

– Ты ешь, словно неделю голодала, – наконец произносит он, барабаня пальцами по столу.

– А ты смотришь, словно у тебя отбирают последний кусок, – парирую я, не поднимая глаз от тарелки. – Твое гостеприимство не знает границ, муженек.

Его пальцы замирают. Я чувствую, как напряжение в комнате сгущается, а генерала вот-вот бомбанет.

Интересно, драконы умеют дышать огнем?

– Не припомню, чтобы ты когда-либо называла меня "муженьком", – медленно произносит он, прищуриваясь.

– Не припомню, чтобы ты когда-либо замечал, как я тебя называю, – улыбаюсь я самой сладкой улыбкой, в которой только яд. – Или что я ем. Или как я одеваюсь. Или вообще что я существую.

Лицо генерала каменеет.

Есть! Попала в цель!

Один ноль, “милый”!

Тем временем служанки приносят десерт – какой-то пышный пирог с фиолетовыми ягодами, от которого исходит пьянящий аромат корицы и ванили. Не раздумывая, я тянусь за ним.

– Что с тобой сегодня? – генерал наклоняется вперед, его взгляд пронизывает насквозь. – Ты никогда не ешь чернитовый пирог. Говоришь, что у тебя от него зудит все тело.

Вот это промах!

– Вкусы меняются, Эйгард, – говорю я, отправляя кусочек пирога в рот. Ммм, действительно вкусно, хотя немного покалывает язык. – Ведь раньше я и тебя любила.

Генерал застывает, но не говорит ни слова.

– Даже платья выбирала в тон твоих глаз. Даже соблазнить пыталась, а что муж? – я делаю паузу, наслаждаясь его недовольным видом. – Выставил меня не возжелав.

Пальцы генерала сжимаются в кулаки так сильно, что костяшки белеют. Но я не останавливаюсь. Меня несет нанести еще удар.

– Любовь моя, а здоров ли ты? Может, тебе стоит обратиться к лекарю? С этим ведь не шутят, – произношу я почти шепотом, но каждое слово, как отравленная стрела, летит точно в цель. – Может, в этом все дело? Может, дракон в тебе спит не только днем?

Все. Это нокаут…

Взгляд генерала меняется мгновенно. Зрачки сужаются до тонких вертикальных щелей. По щеке и шее Эйгарда пробегает странная рябь, а затем появляется чешуя.

Кажется, я немного перегнула.

Дальше бесить мужа нельзя – это может закончиться очень плохо для меня. Уколола его самолюбие, и хватит. Продолжу завтра доводить “любимого”.

– Что ж, благодарю за ужин, – говорю я, поднимаясь из-за стола. – Спокойной ночи, муж.

Не дожидаясь ответа, я разворачиваюсь и направляюсь к двери. Как слышу…

– А ну, стоять!

***

Дорогие читатели! Приглашаю в следующую историю нашего моба.

🎀БЕСПЛАТНО В ПРОЦЕССЕ🎀
По воле семьи я вышла замуж за мужчину, который видел во мне лишь жалкое ничтожество. Он избегал близости со мной, а ведь я должна родить от него ребёнка. По законам нашего мира, если в первый год брака молодая супруга не понесёт, на всю её семью ляжет несмываемая тень позора. Чтобы избежать этого, свекровь по доброте душевной предлагает мне сделку – она закроет глаза на мою "бракованность", если я отдам её обожаемому сыну всю свою магическую энергию, без которой моя дракайна уснёт навсегда…

Что? Стоять? Тогда, когда муженек едва огнем не дышит? Ну уж нет! Еще и правда испепелит. 

Приподняв юбки, я резво иду к двери. Да так резво, что в какой-то момент неудачно ставлю ступню и подворачиваю ее. 

Острая боль пронзает лодыжку, и я со свистом втягиваю воздух, но не поворачиваюсь к генералу. Бежать надо, бежать!

Делаю шаг, морщась от боли, затем еще один. И вдруг чувствую, как земля уходит из-под ног. В следующий миг я оказываюсь в крепких руках мужа, который поднимает меня так легко, словно я вешу не больше пушинки.

– Как же ты мне надоела, – тихо говорит он, вынося меня из столовой.

Голос его звучит устало. Бедняга, его нужно пожалеть?

– Ты уже это говорил, милый, – произношу я, но уже без яда в голосе. Я-то знаю меру. – Придумай что-то пооригинальнее.

Тяжелый вздох и… тишина. 

– Я тебя к храмовнику отведу. В тебе точно злой дух сидит, – наконец-то произносит муж. 

И это немного приостанавливает мой пыл. А что, если этот храмовник сможет увидеть, что я и не Арья вовсе? Как тут местные относятся к переселенцам? Надо тоже выяснить это. 

А то вдруг по их обычаям попаданок на костер отправляют? Это в мои планы не входит. 

– Любовь моя, ну чего сразу злой дух? Ты не рассматриваешь вариант, в котором я просто тебя разлюбила? И ты мне действуешь на нервы. Разве так не может? – миролюбиво произношу я.

– Ты? Разлюбила? Невозможно! – самодовольно заявляет генерал и вмиг теряет балл в моих глазах. 

Хотя куда там больше? 

– Ты совсем сошла с ума, “милая”. Когда успела забыть главный пункт нашего договора? Я ведь просил несколько раз его перечитать, прежде чем соглашаться на брак, – продолжает говорить муж, двигаясь вперед. – Ты его еще хоть помнишь?

Так. Так. Так.

Договор и правда есть. И мне его нужно достать уже сегодня. 

– Не совсем, – вздыхаю я. – И как-то в тебя не влюбиться? Ты же такой сильный, воинственный. А я слабая. Мое сердце сразу дрогнуло, – подлизываюсь я.

И кто говорит, что мужчины не любят лесть? Еще как любят. Вот назови их самыми-самыми, и все, котик поплывет и начнет мяукать. Так и тут.

– Дрогнуло, говоришь? – останавливается муж и сверлит меня взглядом. – Ты чем думала, прежде чем соглашалась на брак? Я ведь не думал, что ты настолько глупа, что не осознавала всей ответственности. 

Ой, кажется, в системе сбой. Номер не прошел.

Я морщусь, когда генерал крепче прижимает меня к груди. 

– Да осознавала я. Просто так вышло, – говорю я без прежнего жара, – Ты прав. Мне просто нужно перечитать договор. Освежить память, так сказать.

Эйгард останавливается посреди коридора и смотрит на меня так, будто я только что сообщила, что собираюсь завести дракона в качестве домашнего питомца.

– Перечитать договор? – правая бровь мужа взлетает вверх. – Ну что ж, возьми свой, если сможешь. И заодно прихвати Красный Кристалл, он должен был напомнить тебе о нашем соглашении.

Красный Кристалл? Что еще за кристалл? Вот тебе и новость. Но виду подавать нельзя, что я не понимаю о чем говорит мне муж.

– Конечно, – улыбаюсь я. – Именно так и сделаю.

Посмотрев долгим, изучающим взглядом, генерал поднимается по широкой мраморной лестнице. 

– Любовь моя, – нежно пропеваю я, – не мог бы ты отнести меня в библиотеку?

Эйгард вновь впечатлен мной. Ну не может же мне показаться, что генерал едва не споткнулся на ровном месте. А если бы он уронил меня? Он дает себе отчет? 

С тихим укором смотрю в глаза мужа в ожидании ответа. 

– В библиотеку? – голос его звучит так, будто я попросила отнести меня в логово демонов. – Ты ногу подвернула. Тебе лекарь нужен, а не книги.

Ну какая забота! Я даже прослезилась. Наверное.

– Согласна насчет лекаря, – киваю я. – Но в покоях слишком скучно ждать. Пусть лекарь придет в библиотеку. Я хотя бы время с пользой проведу.

Лицо генерала на мгновение застывает. В глазах мелькает вроде: “Эта женщина совсем обезумела. Нужно вызвать экзорциста!”

Но муженек молчит, хвала ему и честь. Затем он молча меняет направление, поворачивая в противоположную от покоев сторону.

Библиотека оказывается просторной комнатой с высокими потолками и стенами, полностью заставленными книгами. Огромные окна пропускают солнечный свет, мягко ложащийся на кожаные переплеты и деревянные полки. 

В центре – несколько удобных диванов и кресел.

Эйгард, я бы сказала, бережно усаживает меня на широкий диван у окна. Я даже расчувствовалась от такой заботы. 

– Устраивайся поудобнее, дорогая, – голос мягок, вот только меня не проведешь.

Подобные ему “невинные ягнята” женам шеи сворачивают или ножом по горлу. Генерал опасен, и этого не стоит забывать. Но до чего велик соблазн дергать дракона за хвост. Мне же надо проверить степень его сдержанности и нащупать грань, через которую лучше не переступать.

– Уже устроилась, милый. Ты можешь идти, – киваю я словно госпожа лакею.

Уххх… Какой взгляд! Истинный. Драконий. Вот и зрачки стали вертикальными. Сейчас муж выдохнет, то все. Можно попрощаться с жизнью. Может, тогда я отправлюсь прямиком к своему мужу?  

– Ну что ты. Как можно? Я принесу твою любимую книгу. Зачитала ты ее до дыр. 

Генерал скрывается за стеллажами. Надеюсь, он принесет что-нибудь по истории этого мира или о местных традициях. Мне так не хватает этой информации.

Эйгард возвращается с тонкой книгой в бархатном переплете насыщенного розового цвета. 

Что за ерунда?!

На обложке золотыми буквами выведено: «Пламя страсти в объятиях ночи».

– Твоя любимая, – протягивает он мне книгу, а в глазах его столько снисходительности, что аж бесит. Вид его так и говорит: “ну на что глупая женщина еще способна? Только сплетничать, да наряды выбирать”. – На какой странице ты остановилась в прошлый раз?

Ах на какой странице… Ну я тебе сейчас скажу. 

Я принимаю книгу, я коварно улыбаюсь.

Невозмутимо открываю книгу где-то в середине.

– Примерно здесь, – указываю на случайную страницу.

Эйгард скрещивает руки на груди.

– Знаешь, вместо этих пустых книжонок лучше бы ты что-то полезное прочитала. Историю нашего королевства, например, или трактат о целебных травах. Или о том, как быть благопристойной женой.

И тут меня прорывает. Нет, ну каков наглец!

– Дорогой, тогда отыщи и себе учебник про то, как стать хорошим мужем, а не коз… – замолкаю я. Это, пожалуй, лишнее. Он не простит такое хамство. – Чем же эта книга не полезна? – выпрямляюсь я, насколько позволяет подвернутая нога. – Вот, послушай.

Опустив взгляд, я придумываю на ходу. 

– «Лорд Райнхольд нервно теребил край своего камзола, пока лекарь внимательно его осматривал. 'Понимаете, мастер Оливиус, моя... мужская сила совсем угасла,' – прошептал он, стыдливо опуская взгляд. – 'Моя молодая жена смотрит на юных пажей с таким восхищением, что я боюсь... боюсь она найдет утешение в чужих объятиях. А я... я даже не могу поднять свой меч, не то что...' – Лорд Райнхольд горестно всхлипнул».

Я отрываю взгляд от книги. Лицо генерала застыло, левый глаз заметно дергается. Вены на его шее вздулись, а дышит-то как! Но я наношу последний на сегодня удар.

– Видишь, – говорю я с самой невинной улыбкой, – очень познавательно. Надеюсь, у тебя не так все плохо? – наклоняю я голову набок. – Мужская сила не окончательно угасла? Дракона еще можно пробудить? А то, знаешь, вторую жену будет сложно удержать только деньгами. Ну или тогда нанимай прислугу за шестьдесят. 

Все! Дракон сражен!

В комнате словно температура подскакивает на десяток градусов. Эйгард делает глубокий вдох, еще один. 

Его глаза темнеют, превращаясь в грозовые тучи. Он медленно наклоняется, упираясь руками в подлокотники дивана по обе стороны от меня, нависая скалой.

А, может, повержена и я…

Ой, ёй, ёй…

Дракон не просто в гневе, он горит в яростью! Вот это я подергала за хвост. 

– С драконом, – произносит он так тихо, что я едва слышу, – все в полном порядке.

Его дыхание обжигает мое лицо. А по спине бегут мурашки.

– Просто ты его пробудить не можешь, – каждое слово он произносит отчетливо, почти по слогам, и каждое слово бьёт, как плеть. Не меня, а настоящую Арью. 

– Ну раз так, тогда я рада, – отвечаю я с улыбкой.

Вот только что-то неприятное скребётся внутри. Женское самолюбие? Наверное. Кому понравится услышать, что ты не пробуждаешь желание в мужчине.

Всем нам хочется быть привлекательными. 

Выпрямившись, Эйгард уходит, громко хлопнув дверью. Да так, что каменная крошка сыпется с потолка. 

Я выдыхаю и откидываюсь на диванные подушки. Вот это я его задела! Кажется, у генерала серьезные проблемы с самолюбием. Или с женой. Или и то, и другое.

Нога все еще болит, но любопытство сильнее. Поднявшись, я опираюсь на подлокотник дивана, и, прихрамывая, направляюсь к книжным стеллажам. 

Нужно найти что-нибудь полезное, пока лекарь не пришел.

Книги аккуратно расставлены по темам. Военное дело, магия, политика, история... Вот оно! Нахожу внушительный том в темно-синем переплете с золотым тиснением: «Королевство Вертания: тысячелетняя история».

С трудом вытаскиваю тяжелую книгу и, прижимая ее к груди, ковыляю обратно к дивану. Устроившись поудобнее, я открываю первую страницу.

«Славное королевство Вертания берет свое начало в темные времена Разлома, когда древние боги покинули наш мир, оставив людям силу Кристаллов...»

Красный Кристалл. Эйгард упоминал его. Перелистываю несколько страниц, ища информацию о кристаллах.

«...В отличие от соседних земель, где женщины почитаются наравне с мужчинами благодаря своей магической силе, Вертания пошла другим путем. 

После Войны Разделения король Адриан II постановил, что женская магия слишком нестабильна и опасна, и ограничил ее использование. С тех пор прошло триста лет, но законы остаются неизменными.

Женщины Вертании получают образование в специальных академиях, где их обучают искусству ведения домашнего хозяйства, основам целительства, музыке и языкам. 

Некоторым особо одаренным девушкам разрешается изучать историю, право и даже начальную магию, но после окончания академии им редко предоставляются должности выше, чем помощница архивариуса или младшая лекарка.

Истинное предназначение женщины, как гласит Кодекс Вертании, – быть хранительницей домашнего очага, воспитывать детей в традициях королевства и поддерживать мужа в его начинаниях...»

– Ну конечно! Кто бы сомневался, – фыркаю я.

Ничего нового. Классический патриархат с легким налетом прогрессивности. «Учитесь, милые дамы, но знайте свое место». А как же магия? Переворачиваю страницы дальше.

«...Особое место в истории Вертании занимают Брачные Кристаллы. Эти редкие артефакты, оставшиеся со времен Разлома, используются для скрепления важных династических союзов. 

Красный Кристалл символизирует страсть и преданность, но также и обязательство. Договор, скрепленный Красным Кристаллом, невозможно нарушить без тяжелых последствий для обеих сторон...»

Так вот оно что! Брачный договор, скрепленный магическим артефактом. Неудивительно, что Эйгард так озабочен его соблюдением. Интересно, какие там условия?

«...В последнее столетие появилось движение "Дочери Астрейи", названное в честь древней богини справедливости. 

Его последовательницы выступают за расширение прав женщин, особенно в области магического образования и доступа к государственным должностям.

Несмотря на растущую популярность в столице, движение встречает сопротивление среди консервативной знати...»

Зачатки феминизма, как и следовало ожидать. Всегда найдутся те, кто будет бороться с несправедливостью.

«...Особый интерес представляет феномен "Пробужденных" – редких женщин, чья магическая сила проявляется спонтанно, часто после сильных эмоциональных потрясений. 

Таких женщин забирают под опеку Королевского Магического Совета, и дальнейшая их судьба покрыта тайной...»

Я так увлекаюсь чтением, что не замечаю, как за окном начинает темнеть. Нога почти перестала болеть, и я полностью погружаюсь в историю этого странного мира.

«...Последний известный случай "Великого Перехода" был зафиксирован двести лет назад, когда сознание знатной дамы из рода Эльмарских было предположительно замещено сознанием существа из другого мира. Хотя многие историки считают это лишь легендой, свидетельства очевидцев...»

Стоп. Великий Переход? Замещение сознания? Это же точно про меня! Я наклоняюсь ближе к страницам, жадно вчитываясь в каждое слово.

Скрип двери заставляет меня вздрогнуть. Я так погружена в чтение, что не слышала шагов. Медленно поднимаю голову.

И…

Кто это?!

***

Дорогие читатели! Приглашаю в следующую историю нашего моба от 

Я была счастлива. Жена влиятельного, богатого и красивого дракона — что может быть лучше? Оказалось, быть единственной.
Муж вернулся с границы не один. С ним сестры-близнецы в статусе новых жен. Всё потому, что я за пять лет не подарила ему сына.
Но он не знает что я уже ношу его ребенка. Наследника, ради появления которого... он предал меня?
Делиться радостью после такого? Смотреть, как эти женщины хозяйничают в моем доме? Нет уж.
Я сбегу. Тихо. Навсегда.
Пусть нянчит детей от своих новых избранниц, он не заслужил знать правду. Тем более — не заслужил нас.

В библиотеку входит мужчина лет тридцати – его светло-русые волосы растрепаны, на лбу блестят капельки пота, а левый рукав порван.

Что за вид? Его будто монстр пожевал и выплюнул.

Несмотря на то что мужчина помятый, все в нем выдает лекаря. Странный, должна заметить, служитель Гиппократа.

– Госпожа… – находит меня взглядом лекарь.

– Да, а вы?

– Я Лансон Гарисон, ученик лекаря Ракиля, – представляется он.

– Господин Гарисон, – откладываю я книгу в сторону. – Вам нужна помощь?

Молодой лекарь останавливается и смотрит на меня так, словно я сказала величайшую глупость.

– Помощь? – он почти задыхается от возмущения. – Это вам нужна помощь, госпожа! Что вы делаете на ногах? В вашем состоянии нужно лежать!

Что? Да что с ним не так? Разговаривает со мной так, будто мы с ним друзья.

Пока лекарь приближается, я украдкой захлопываю книгу о Великом Переходе и прикрываю ее подушкой. Почему-то мне кажется, что видеть о чем я читаю, никому не стоит.

– Я чувствую себя вполне сносно, – пожимаю плечами, но тут же морщусь от пронзившей ребра боли.

– Конечно, сносно! – фыркает Гарисон, ставя на столик кожаную сумку. Несмотря на молодость, в его манерах чувствуется профессиональная уверенность. – Трещины в ребрах, сотрясение головы, ушибы, вывихнутая лодыжка – сущие пустяки! Куда только муж смотрит?

Ну и вспыльчив этот лекарь. Да и не позволит себе незнакомец так общаться с леди, которую видит впервые. Арья определенно с ним знакома. Но насколько близко?

– Арья, ну сколько можно так себя мучить? – внезапно хватает меня за руки лекарь. Да так шустро, что я не успеваю вовремя среагировать. – Я давно просил тебя уйти от этого… Он не любит, да пойми же ты это!

Вот это поворот! Значит, этот Лансон влюблен в Арью? А генерал в курсе? И это очень опасный момент. Что будет, если нас застукают в этом двусмысленной ситуации?

Осторожно высвободив свои руки из захвата, я строго смотрю на лекаря.

– Благодарю за заботу, господин Гарисон. Но со своей личной жизнью я разберусь сама. Мне уже гораздо лучше. Мне жаль, что вас напрасно потревожили.

Нельзя допустить, чтобы он ко мне прикасался. Я же не знаю какие отношения связывают этого лекаря с той Арьей и кто вообще в курсе о их знакомстве. Это на мужские измены в этом мире смотрят сквозь пальцы, но никак не на женские. А мне проблемы ни к чему.

– Уверены? – уточняет Гарисон, вновь переходя на деловой тон.

– Да!

– Хорошо, но я настоятельно советую наложить тугую повязку, но сначала нужно снять отек. Вот намажьте этой мазью – достает он из сумки глиняный горшочек. – И на ребра тоже нужно нанести. И прошу, не нарушайте постельный режим.

– Хорошо. Я буду следовать вашим рекомендациям.

– И еще…

Дверь библиотеки распахивается, и на пороге появляется Кара. Лекарь вмиг замолкает. Лицо служанки бледно, как полотно, а руки заметно дрожат.

– Госпожа, я...

– Я закончил, – говорит Гарисон, направляясь к двери. – Помогите госпоже дойти до спальни и нанесите мазь. Повязку наложите завтра, когда спадет отек. И никаких прогулок!

Он кланяется и выходит, оставляя нас с Карой наедине. Как только дверь закрывается, я спрашиваю:

– Что случилось? На тебе лица нет.

Кара сжимает пальцы так сильно, что костяшки белеют.

– На крайние границы королевства напали дикие хайны, – говорит она едва слышно, словно боится, что стены могут подслушать. – Говорят, они сожгли две деревни и движутся к форту Северный.

Хайны? Кто это такие? Судя по реакции Кары, какие-то весьма опасные враги. Если поинтересуюсь, кто это такие, то вызову ли подозрения?

– Хайны? И генерал отправился туда? – спрашиваю я, хотя ответ очевиден.

Кара кивает, помогая мне подняться с дивана.

– Да, госпожа. Он всегда в центре битвы. Первым бросается в пекло, – в голосе ее звучит нескрываемое восхищение. – Даже женитьба его не изменила...

Она внезапно замолкает и прикрывает рот рукой, испугано глядя на меня.

– Ой! Простите, госпожа, я не хотела...

– Все в порядке, Кара, – улыбаюсь я. – Я не обижаюсь на правду. Скажи, а долго генерал обычно отсутствует в таких... поездках?

Мы медленно движемся по коридору, и я опираюсь на руку служанки. Каждый шаг отдается болью в лодыжке, но терпимо.

– По-разному, госпожа. Иногда неделю, иногда месяц, – Кара помогает мне подниматься по лестнице.

– А он... не оставил для меня какой-нибудь записки перед отъездом? – спрашиваю как бы между прочим.

– Нет, госпожа. Он никогда не оставляет писем, – Кара качает головой. – Говорит, что слова – это ветер, а поступки – камень. Вы сами это мне говорили. Неужели и этого не помните?

Какая глубокая философия. Прямо мудрец, а не генерал.

– Помню. И спасибо, Кара. Ты можешь идти. Я немного отдохну, – говорю я, когда мы оказываемся в моих покоях.

Служанка кланяется и выходит. Как только дверь закрывается, я со стоном облегчения откидываюсь на подушки. Все тело ноет, а голова кружится от избытка информации.

Генерал уехал. Надеюсь, надолго. Это и плохо, и хорошо одновременно. Плохо, потому что я так и не получила ответы на свои вопросы. Хорошо, потому что теперь у меня есть время все разузнать самостоятельно.

Подойдя к окну, я смотрю на раскинувшийся внизу сад. Яркие цветы, аккуратно подстриженные кусты, извилистые дорожки... Внезапно со стороны стола раздается странный щелчок.

Я резко оборачиваюсь. На письменном столе, которого я почти не рассматривала, стоит небольшая резная шкатулка из темного дерева. Кажется, раньше она была закрыта, а теперь крышка приоткрыта.

Хромая, подхожу к ней и осторожно заглядываю внутрь. Там лежит свернутый пергамент, запечатанный красной восковой печатью с изображением дракона. Я аккуратно беру его, и, ломая печать, разворачиваю.

"Арья,

Меня не будет несколько дней. Оставайся дома до моего возвращения. Никаких выездов в город, никаких визитов. Предупрежу стражу – никто не войдет и не выйдет без моего разрешения."

Короткий, сухой приказ. Ни "береги себя", ни "скучаю". Просто домашний арест.

– Как романтично, – фыркаю я, сминая послание от муженька.

Но вместо того, чтобы обидеться, я довольно улыбаюсь.

Генерала не будет несколько дней или даже недель, это шикарная возможность пробраться в его кабинет! Наверняка там можно найти брачной договор.

Вот только соваться туда наобум нельзя. Очевидно, что генерал не оставил кабинет с распахнутой дверью.

Там должна быть какая-то защита – магическая или механическая. Нужно выяснить, какая именно, и для этого мне понадобится Кара.

Я прячу записку обратно в шкатулку и закрываю крышку. Щелчок – и она снова запечатана. Интересная вещица, надо будет изучить ее поближе.

Когда Кара возвращается с подносом, на котором дымится чашка травяного отвара, я улыбаюсь.

– Кара, завтра утром мы отправимся на небольшую прогулку по саду. Мне нужен свежий воздух.

– Но лекарь сказал...

– Я буду очень осторожна, – перебиваю ее. – И недолго. Это поможет мне быстрее восстановиться.

Кара колеблется, но затем кивает:

– Как скажете, госпожа.

Значит, прислуге генерал не давал указания держать меня под замком. Отлично. В моей голове уже начинает вырисовываться план.

Одевшись утром в простое зеленое платье – оно позволяет двигаться свободнее, чем вчерашний синий наряд. Кара помогает заплести мне косу и подает шаль.

– Готовы, госпожа?

Я киваю, опираясь на трость, которую мне принесли по приказу лекаря. Мы выходим из комнаты и неспешно движемся по коридору. Почти у самого выхода в сад я внезапно хлопаю себя по лбу и издаю возглас досады.

– Ох, ну как же так?! – вскрикиваю я, чем сильно пугаю служанку. – Совсем забыла!

– Что забыли? – оглядывается по сторонам Кара.

– Деньги.

– Деньги? – хлопает ресницами служанка. – Зачем они вам для прогулки по саду?

– Я хотела дать садовнику на новые розовые кусты, – быстро придумываю я. – Кажется, я оставила кошелек в кабинете мужа, когда заходила туда... недавно.

Лицо Кары мгновенно бледнеет. Её глаза расширяются от ужаса.

– В кабинет генерала? – шепчет она. – Но госпожа, вы же знаете, что нам туда нельзя.

– Нельзя? Почему?

– Госпожа…

***

Дорогие читатели! Приглашаю в заключительную историю нашего моба. 

⚜️– Она родит мне наследника, которого ты не смогла. Смирись, жена...
***
У меня была семья, положение в обществе и любовь. А потом в жизни моего мужа появилась она – женщина, способная сделать то, чего не удалось мне.
Родить ребенка императору драконов.
Но что, если ради власти и места рядом с ним она готова пойти еще дальше? И как далеко зайду я, когда мой мир рушится на глазах? 
Меня предали все, кого я любила. Вот только они не знают, что у лишней жены тоже есть козырь в рукаве. 
То, без чего император не сможет жить...

“Да говори ты уже. Почему молчишь на самом важном моменте?” – хочется крикнуть мне. 

Мне во что бы то ни стало нужно проникнуть в этот кабинет. 

– В кабинет генерала никто не может войти, госпожа, – шепчет Кара с таким ужасом, словно я предлагаю ей что-то невозможное. – Никто. Даже вы.

Мда. Приплыли. Но ведь сколько раз в своей жизни я слышала “невозможно”, “куда лезешь”, “тебя раздавят”. И ничего. Не раздавали. Я всегда находила выход. Вот и в этот раз не сдамся. 

– Даже жена генерала? Это странно, не находишь?

– Там защита, госпожа, – Кара нервно оглядывается по сторонам. – Дверь зачарована кровной магией. Открывается только от прикосновения руки самого генерала.

– Кровная магия? – переспрашиваю я. 

Интересно.

– Да. А еще там есть замок с тремя ключами. Один генерал всегда носит с собой. Говорят, если кто-то попытается войти без разрешения, сработают охранные руны. Одна служанка пыталась...

Кара замолкает и бледнеет еще сильнее.

– И что случилось с той служанкой? – спрашиваю я, чувствуя, как внутри все сжимается от волнения или… предвкушения?

– Никто не знает, – Кара опускает голос до едва слышного шепота. – Она просто исчезла.

По спине бегут мурашки. Неужели генерал избавляется от тех, кто посмел посягнуть на святые святых? 

Я по себе знаю, что в кабинете, скорее всего, хранятся вещи не для любопытных глаз. Но прибегать к столь радикальным методам охраны… Должно быть, там хранится действительно что-то важное для муженька.  

Но вот чтобы из-за этого убивать… Дракон настолько чудовищен? Но что-то мне подсказывает, что это скорее страшилка для прислуги, чем реальная история.

– Понятно, – киваю я. – Что ж, тогда придется обойтись без монет. Пойдем в сад?

Кара с облегчением кивает, и мы выходим из дома.

Солнце приятно согревает кожу. Медленно спускаюсь по широким каменным ступеням, опираясь на руку Кары. Боль в лодыжке притупилась, но все еще дает о себе знать.

Я ведь не могу отлеживаться. Нет у меня на это времени. Нужно как можно скорее разобраться, в каком месте я оказалась. 

Вот это да!

Дом генерала впечатляет не меньше снаружи, чем изнутри. Трехэтажное каменное здание с высокими окнами и остроконечной крышей. По фасаду вьется дикий виноград, придавая строгому строению нотку живописности. 

Вокруг дома – ухоженный сад с извилистыми дорожками, аккуратно подстриженными кустами и яркими цветочными клумбами.

Высоченный каменный забор окружает территорию. За ним виднеются крыши соседних домов – таких же внушительных и богатых. Видимо, это район для знати.

– Красиво, – говорю я, вдыхая аромат цветущих роз.

– Генерал очень любит сад, – отвечает Кара, бережно поддерживая меня под локоть. – Сам выбирал каждое растение.

А жена? Арья не выбирала разве? 

Молчу. Глупо ведь будет и об этом спрашивать. 

Мы идем по аллее, обсаженной высокими деревьями, чьи ветви переплетаются над головой, создавая живой туннель. В конце аллеи видна изящная беседка, увитая глицинией.

– Давай присядем там, – показываю я на беседку.

Кара помогает мне дойти и устроиться на деревянной скамье. Отсюда открывается чудесный вид на весь сад и дом.

– Кара, не принесешь мне лимонад? – прошу я, устраиваясь поудобнее. – День обещает быть жарким.

– Конечно, госпожа. Я мигом, – она торопливо кланяется и спешит обратно к дому.

Оставшись одна, я закрываю глаза и подставляю лицо солнцу. Как же хорошо! После всех потрясений этот момент покоя особенно ценен.

Но мысли о кабинете генерала не дают мне расслабиться. Кровная магия и три ключа... Сложно, но не невозможно. У меня уже начинает формироваться план. Очень надеюсь, что он будет удачным.

Во-первых, кровная магия. Если она настроена на мужа, то должна реагировать и на меня. Ведь по всем документам я – его жена. А если брак скреплен магическим артефактом, Красным Кристаллом, то наверняка существует магическая связь.

Ну звучит логично.

Во-вторых, ключи. Один с собой у генерала. А где остальные два? Разумно предположить, что они где-то в доме. Может, у управляющего? Или в каком-то тайнике?

Женские голоса за забором не дают сконцентрироваться на своих мыслях. Будто рой пчел, ну честное слово!  

И что мне делать? Конечно, я невольно прислушиваюсь.

– Ты слышала последние новости? – говорит звонкий голос. – Черный Дракон привел в свой дом какую-то девицу!

Так, так, так.

А вот и местная сплетня. Их я терпеть не могу, но вот почерпнуть кое-какие сведения вполне возможно.

– Да что ты! – отвечает второй голос, более зрелый. – А как же его жена?

– А что жена? Терпит, бедняжка. А что ей остается? Ты же знаешь, что развод на руку только мужчине. Мы должны терпеть все эти унижения, если не хотим оказаться на улице.

– Эти законы! – фыркает второй голос. – Якобы защищают женщин, а на деле всегда на стороне мужчин. Будто женщина – вещь, которую можно выбросить, когда надоест.

– А разве это не так? Особенно если муж – влиятельный человек, близкий к королю. Говорят, его жена ничего не знала о его похождениях, пока не увидела своими глазами...

Голоса удаляются, и я больше не могу разобрать слов. Но сказанного достаточно, чтобы трясло от злости.

Женщины этого мира – терпилы. Без права голоса и возможности себя защитить. Но вот что это за законы такие? Мне обязательно нужно их прочитать и как можно скорее. Вот с кабинетом генерала разберусь, а там и в законодательную систему можно углубиться. 

Кара возвращается с подносом, на котором стоит запотевший графин с лимонадом и хрустальный бокал.

– Ваш лимонад, госпожа, – она ставит поднос на небольшой столик рядом со скамьей. – Вам нехорошо? Вы очень бледная.

– Все в порядке, – заставляю я себя улыбнуться. – Просто задумалась.

Да, задумалась. О том, как попасть в кабинет генерала и узнать правду. Потому что теперь это вопрос выживания.

– Доча-а-а! – внезапно раздается позади меня.

Что… за?!

Что это?

Кто? 

Мать Арьи? Боги…

***
Дорогие читатели! У вышла потрясающая новинка
Из тела вечно усталой студентки медвуза, подрабатывающей в морге, я попала… в сказку. В мире, полном золота, солнца и драконов, у меня богатый отец, высокий статус и любимый, при взгляде на которого обрывается сердце. Я самая красивая и высокопоставленная дебютантка брачного сезона столицы.
Была.
Не прошло и полугода, как я оказалась в монастыре. Лишенная статуса, имени, с выскобленным чревом и вынутым до последней крупицы даром. Любимая графская дочь выбросилась бы в окно от позора. А я… буду жить.
И я решила, что буду жить хорошо!

– Доча-а-а! – раздается за спиной такой знакомый и одновременно чужой голос.

Вздрогнув, я медленно поворачиваюсь.

Что… за?!

Что это?

Кто?

Мать Арьи? Боги…

По саду к беседке идет высокая, статная женщина в дорогом ядовито-жёлтом платье. Ее каштановые волосы, тронутые сединой, уложены в сложную прическу, украшенную жемчужными шпильками. Острые черты лица, тонкие губы, крючковатый нос. Мать Арьи.

А взгляд-то какой! Милая снаружи, а хищница внутри! С такой будет непросто.

Как вести себя с ней? Что говорить? Я ведь понятия не имею, какие у нее с дочерью отношения.

Мне нужна ее помощь, а никак не вражда.

Женщина приближается, а Кара приседает и склоняет голову.

– Матушка, – произношу я осторожно, поднимаясь навстречу. – Какой сюрприз.

Да уж. Сюрприз так сюрприз. Припослал Бог родственничков, как говорится.

– Сиди-сиди, – она делает пренебрежительный жест и окидывает меня оценивающим взглядом. – Я слышала, ты снова чудишь.

Кара стоит рядом с подносом, явно не зная, что делать. Женщина замечает ее и морщится, будто перед ней какой-то таракан, а не человек.

– Ты еще здесь? – бросает она служанке. – Неужели не видишь, что мы с дочерью хотим поговорить наедине?

– Но госпожа просила лимонад... – начинает Кара, нервно теребя передник.

Видно же, что девушка не хочет нас оставлять. Почему это?

– Вон! – отрезает мать Арьи. – И чтобы до обеда глаза мои тебя не видели.

Вот так поведение. Будто в этом доме хозяйка не ее дочь, а она сама. Надо к мамочке присмотреться основательно.

Бедная Кара бледнеет, делает неуклюжий реверанс и торопливо уходит. Было бы хорошо поставить мать на место, вот только вдруг этим подставлю себя? Еще не время. Вот разберусь, что к чему, тогда и покажу мамуле кто здесь кто.

А перед Карой я извинюсь, но чуть позже.

Женщина садится напротив меня, расправляя юбки так медленно, что аж начинает действовать мне на нервы. Затем мамуля наклоняется вперед и как зашипит:

– Что за скандал ты устроила во дворце?

Вот мы и перешли к главному. Я молчу. Пусть мать выговорится, вернее, проговорится.

– Ты посмела расстроить мужа? – продолжает она. – Дала ему повод для развода? Ты что, все мозги растеряла?

Сколько же яда в ее голосе. Глаза сверкают гневом, а пальцы впиваются в подлокотники скамьи. А она точно моя мать?

– Мы столько сил приложили, чтобы заполучить генерала! Столько интриг, столько денег потрачено! А ты своей глупостью все разрушаешь!

Даже так? Неужели генерал угодил в хорошо спланированную ловушку? Вот не похоже на него.

Итак, генерала женили насильно. А семья Арьи, судя по всему, приложила к этому руку. Интересно, каким образом?

– Матушка, – осторожно начинаю я, – я вовсе не хотела его расстраивать. Просто... Так вышло. Хорошо, что ты приехала. Я сильно расстроилась из-за случившегося и получила травму. Я забыла некоторые моменты, а теперь генерал хочет развестись, говорит, что я нарушила пункт нашего договора…

– Развестись?! – вскакивает мать. Затем вновь садится. – Из-за скандала? Бездна, Арья! Что ты натворила?

– Я смутно помню. Мам, а ты читала договор?

Глаза ее сужаются, превращаясь в щелочки.

– Какой еще договор?

– Брачный, – невинно отвечаю я. – Хотела его перечитать, но не нашла копию.

– А зачем тебе его перечитывать? – подозрительно спрашивает она. – Ты и так прекрасно знаешь условия.

– Просто хотела освежить память, – пожимаю плечами. – Ты не помнишь, что там говорилось о...

– Я лично его не читала, – резко перебивает она. – Твой отец занимался этим. И тебе, между прочим, запрещено обсуждать его с кем бы то ни было. Неужели не помнишь?

А это скользкий путь. Кто, как не мать, может догадаться о подмене?

– Прости, матушка, – я притворно морщусь от боли. – У меня голова кружится. Ушиблась сильно, когда упала.

Мать закатив глаза, фыркает:

– Прекрати этот спектакль. Мужа все равно рядом нет, некого впечатлять своими страданиями.

Вот это черствость! Да еще к родной дочери. Ничего не скажешь, мать что надо.

– Лучше подумай, как заполучить его любовь, – продолжает она, понизив голос. – За три года брака он так и не полюбил тебя. А нам нужен наследник, Арья. Наследник, чтобы надежно привязать к себе дракона.

Дети, ага. С таким-то мужем. Так и хочется сказать: “Хочешь наследника, то роди его сама!”

– Я стараюсь, матушка, – шепчу я, опустив голову.

– Я вижу! Жаль, что дракона нельзя привязать к себе магией, – вздыхает мать. – Так бы у нас давно уже был наследник.

Мечтай, мамуля. Будет у тебя наследник. Особенно сейчас, когда в теле твоей дочи я.

А что, если…

– Матушка, – спрашиваю я, стараясь, чтобы голос звучал непринужденно, – Ты ведь у меня все знаешь. А есть ли способ открыть дверь, если она запечатана кровной магией?

Наступает тишина. Мать застывает, ее глаза впиваются в мое лицо, изучая каждую черточку. Воздух между нами словно густеет от напряжения. Не перегнула ли я палку?

Наконец, уголки ее губ медленно поднимаются в хитром оскале.

– Неужели ты решилась на это?

***

Дорогие читатели! Все истории нашего взрывного моба уже на сайте. 

Решилась? Интересно на что?

Оо, будь моя воля и возможность, я бы уже перевернула дом вверх дном, но нашла бы этот проклятый договор. Но нельзя. С этим драконом так нельзя. А вот применить хитрость нужно. Вот маменька мне и поможет.

– Это должно когда-то произойти, – осторожно говорю я.

Я же не знаю что там придумала маман Арьи. Вдруг она имеет в виду не то, о чем думаю я?

– А я тебе что говорила? Давно нужно было пробраться в спальню к мужу. А то где это видано, три года женаты, а жена и не была в постели мужа. Ну и что, что брак фиктивный? Его всегда можно сделать настоящим. Это ты все время глупила. А вот послушала бы маму… – тараторит мадам.

У меня аж голова начинает болеть от этого жужжания. Но мать подтвердила, что Арья с мужем были только на бумаге. И дракон что, свою спальню от жены запирает магией? Боится, что ли? Или были прецеденты?

Интересно же как!

– Ты права, мам. Зря я тебя не слушала, – поддакиваю я, придвигаясь ближе к даме. – Но что мне делать?

Очень надеюсь, что сейчас я узнаю способ как открыть запечатанную дверь этой магией.

– Доча, не все так просто. Ты бы открыла эту дверь, будь по-настоящему женой дракона, – доверительно шепчет мать. – У тебя два выхода. Либо достать кровь дракона, либо…

Мадам замолкает на самом интересном.

Проклятье, я ведь понятия не имею как добуду кровь мужа. Ну не с ножом на него бросаться? Хотя идея, должна признать, неплохая. Вдовой этого гада приятнее быть, чем разводиться.

Хотя, если подумать…

– Ну? – наклоняюсь я еще ближе.

– Что ну? – гаркает мать. – Консумировать брак надо. – тихо добавляет она.

Вот же…

Значит кровь.

– Мама…

– Что мама? Тебя научить надо? Раз в спальню не можешь пройти, то хоть в саду соблазни его. Не железный же он. Обычный мужчина, падкий на женские прелести. Или ты думаешь, что твой все три года целомудрие хранит? – жестко усмехается мать. – Не глупи! Все они одинаковые. Женщине приходится только склонить голову. Пока муж обеспечивает, то все хорошо.

Мда…

Ну и мать!

А если бы на моем месте была настоящая Арья? Каково бы было ей это слышать? В этой женщине нет ни капли материнской любви. Ни капли заботы.

Если бы у меня была дочь и попала в подобную ситуацию, я бы этого недо-муженька размазала по асфальту. Что бы мою малышку так унижать? Придушила бы!

– Я поняла, мам, – спокойно отвечаю я, поднимаясь. – Ты к нам надолго?

– Что за вопрос? – удивленно смотрит на меня мадам. – Разве моя комната не готова?

Значит, придется потерпеть.

– Готова, конечно, – улыбаюсь я. – Но я пойду проверю.

Резко повернувшись, не рассчитав силу, я со свистом втягиваю воздух. Больно-то как!

– Ты что, не притворялась? – безразлично интересуется мать.

Она будто не о здоровье дочери спрашивает, а о том, напоили ли лошадей. Вот это любовь.

– Разве о таком врут? – едва бросаю я.

– Проклятье! Осторожнее надо быть, Ари. Вдруг на теле шрамы останутся. Мужчинам это не нравится.

Она это серьезно? Мужчинам не нравится?

Спокойно! С мамашей надо дружить. Нельзя злиться, но запомнить можно!

Посмотрев на мать, и мило улыбнувшись, я говорю:

– Знаю мам. Ты не волнуйся. Со мной все в порядке. Драгоценное тело не повреждено. Эйгард будет доволен.

Видят боги, как мне хочется поставить на место эту женщину. Вместо любви и поддержки, она продает свою дочь. Разве так можно?

Ну ничего, матушка. Ты подожди. Скоро я во всем разберусь, и придет твоя очередь получить все по заслугам.

– Ну и хорошо. Ты же знаешь, что будет, если генерал с тобой разведется. Это будет крах для нашей семьи. Ты же так не поступишь, да, милая?

Ах вот оно что. Вот истинная причина появления “заботливой” мамули. Убедиться, что дочурка не взбрыкнет и не пошлет гулящего мужа на все четыре стороны.

Ох, семейку Арьи ждет сюрприз.

– Конечно, мам, – улыбаюсь я настолько искренне, что аде сама себе поверила. – Я все-таки проверю, готова ли твоя комната.

Быстрее бы уйти и не видеть эту женщину. А то она действует на нервы. А мне волноваться нельзя. Мне расследование вести надо.

– Хорошо, доченька, – кивает мать и отворачивается, любуясь садом.

– Дорогу-у-у! Генерал ранен!

Что?

Как ранен?!

***

Дорогие читатели! У вышла шикарная история

❤️🔥Читаем бесплатно🔥❤️
Возмутительно! Вместо положенной награды за мое изобретение король отправил меня… учиться! И ладно это, но почему на боевой факультет?! Я, на минуточку, артефактор.
Столичная академия элитная со всех сторон, адепты — высокомерные снобы, а самый главный из них мой наставник. Наследник престола, который совсем не рад свалившемуся счастью. Он уверен, что мне не место на курсе. Что ж, господин куратор, я покажу, как сильно ты ошибся!