Жить в тени. Лишняя невеста

Лоуренс холл был наполнен огнями от светильников и голосами нервничающих и бегающих слуг — шёл прием в честь помолвки единственного сына графа Хэмптона и его невесты, графини Лоуренс.

Слухи об этом событии дошли даже до королевского двора. Два крупных землевладельца объединяли свои капиталы посредством свадьбы наследников. Даже сам король Георг прислал поздравление и подарил молодому жениху жеребца из своей конюшни.

Но мое настроение было далеким от праздничного.

Со вчерашнего вечера слёзы предательски прорывались и обильно смачивали белый платок с вышитыми инициалами “КХ”.

Уже пять лет всё свободное время я вышивала очередной подарок жениху — тому самому красивому светловолосому парню, который стоит посреди зала и принимает поздравления с помолвкой.

Только вот рядом с ним стою не я.

Хотя, если не знать нас с Мадлен, легко можно было бы спутать. Я такая же светловолосая и миловидная. Только, в отличие от сестры, мои глаза были необычного синего оттенка, как у матери, да и фигура досталась не столь утонченная. 

Но главным отличием была улыбка.

Мадлен улыбалась всегда и всем. Внутри неё, с самого детства, искрилась жизнь и магия. Старшей сестре досталось лишь по капле — и жизнерадостности, и магии. Именно по этой причине в Санней — столицу Асталии — на обучение отправили только младшую дочь графа Лоуренса. Малосилков в Академии не обучали.

Провожая радостную Мадлен на учёбу, я не подозревала, что с этого момента моя привычная, тихая и скучная жизнь встанет с ног на голову и вскоре окончательно разлетится на осколки.

*****

За неделю до помолвки.

— Быстрее, леди Вивьен, ваш жених вот-вот будет тут, — поторапливала служанка, пытаясь хоть как-то зафиксировать волосы в прическу, — Говорила вам, не сидеть до темна, вот и проспали, — продолжала причитать женщина.

Но я не слышала ее слов, прислушиваясь к звукам за окном. 

С минуты на минуту приедет тот, кого я ждала уже несколько лет. Кристиан наконец закончил проходить обязательную службу у короля и возвращается в родное поместье, чтобы помочь отцу и перенять навыки управления семейным делом.

 — Ай! — застонала я, когда острая шпилька впилась в голову, и Роуз громко охнула.

 — Простите, леди Вивьен, ох, дурная моя рука, не к добру это, — еще громче запричитала женщина.

Как и все слуги, она получила только базовое образование, что вполне компенсировала суевериями, легендами про духов сумрака и всякой прочей чепухой.

 — Все в порядке, Роуз, достаточно уже. Иначе я вообще не смогу спуститься вниз. Даже Маргарет уже вышла, судя по воплям во дворе, — строго сказала служанке, и она отступила.

Стоит поторопиться, если я не желаю, чтобы первое, что застанет Кристиан, были вопли графини. 

Маргарет была второй женой моего отца и родной матерью Мадлен. Хоть мы с сестрой были очень похожи, нас родили разные женщины, да и сходство было чисто внешнее. Спокойная и всегда сдержанная Вивьен и вспыльчивая и энергичная, словно открытый огонь на ветру, Мадлен.

Когда из двора послышались звуки подъезжающего экипажа, я чуть не слетела с лестницы, так спешила вниз. 

Под удивленными взглядами слуг, буквально вылетела из дома и застыла, как вкопанная. 

У экипажа стоял ОН, все такой же высокий и широкоплечий. Светлые волосы стали немного длиннее, а безупречную укладку растрепал ветер. Взгляд молодого мужчины блуждал по двору, пока не остановился на мне. 

Как только меня заметили, всегда строгий взгляд темных глаз потеплел, а губы коснулась едва заметная улыбка.

Кристиан Хэмптон, наследник графа Хэмптона и мой жених. 

Еще с детства мы с Крисом знали, что когда-то поженимся, и оба настолько свыклись с этой мыслью, что уже и не мыслили, что может быть как-то по-другому. По крайней мере, тогда мне так казалось. 

Я не верила, что может быть как-то иначе, и искренне верила, что жених считает так же. Как же я ошибалась.

Одарив меня улыбкой, мужчина, почему-то, все еще не отходил от экипажа, протягивая руку. Когда в проеме появилась цветастая юбка, сердце рухнуло вниз, грозясь разлететься на мелкие осколки, но знакомый голос позволил снова вдохнуть и расслабиться.

 — Сююююрприз! — со смехом закричала Мадлен и вихрем вылетела из кареты, направляясь к нам с графиней.

 — Оооо, милая! — тут же расплылась в улыбке Маргарет, раскрывая объятия.

Почти год мы не видели младшую графиню. 

Мадлен так увлеклась бальным сезоном в столице, что и на время каникул не собиралась возвращаться домой. Поселившись в столичном особняке, который когда-то принадлежал моей маме, девушка с головой нырнула в светскую жизнь и веселье. Все приемы и светские посиделки она устраивала в особняке моей почившей мамы. 

Первая графиня, еще до свадьбы с графом, страдала слабым здоровьем и мое появление не пережила. Отец при этом не особо горевал и, выдержав положенный срок траура, спустя год спешно женился на Маргарет, даже не объявляя о помолвке и не соблюдая установленные приличия. 

Почему именно Маргарет и почему без помолвки? 

Наверное, причиной тому стало скорое появление Мадлен. Со свадьбы казалось бы прошел целый год, хотя на самом деле никто не считал. А точнее, срок умалчивали. 

С детства мне внушали, что торопился отец, чтобы у малышки Вивьен была мать, точнее, рассказывали правильную версию того, что я должна отвечать, если вдруг столкнусь со слухами. 

Маргарет и слово “мать” это что-то вроде огонь и вода. Графиня и для Мадлен не была особо внимательной родительницей. Мое же присутствие просто терпели и вели себя, как и полагает графине: холодно и учтиво.

 — Что же, теперь понятно, почему граф решил посетить Лоуренс холл раньше, чем родное поместье, — тут же заявила графиня, все еще крепко сжимая свою дочь в объятиях.

 — О, ну бросьте, маменька. Это была моя идея, и Кристиан не смог отказать в небольшой шалости. Мы же почти родственники, — заявила Мадлен и, освободившись из объятий родительницы, посмотрела на меня, — Ты же не станешь ревновать меня к жениху, не так ли, Вивьен? — с улыбкой спросила меня сестра.

Натянув ответную улыбку, я покачала головой. 

— Что ты, Мадлен, кому как, не мне знать, что тебе невозможно в чем-либо отказать, — ответила, то и дело посматривая за спину девушки. 

Туда, где все еще стоял Кристиан, отдавая распоряжения своему кучеру.

Несмотря на мой спокойный вид, внутри все дрожало. То, как произносила имя графа сестра, резало слух. “Кристиан” будто они были хорошо знакомы. Но этого же не может быть.

Граф Хэмптон уехал в столицу уже давно, вначале он обучался в Академии, а потом был на службе у короля. Когда Кристиан покинул Равнины, Мадлен была еще ребенком, как и я. Мне тогда только исполнилось четырнадцать, а Мади всего двенадцать, и не виделись мы с Кристианом больше шести лет.

Всего год назад, когда Мадлен исполнилось семнадцать, отец добился для нее места в Академии. Диплом мага значительно увеличит шансы выйти замуж за состоятельного аристократа. Да и познакомиться с тем самым аристократом Мади планировала именно в Академии. И от того, что познакомилась сестра с моим женихом, по коже пробежался холодок, но я отогнала странное наваждение и посмотрела на Кристиана. Он возмужал и стал еще красивее.

Наконец, граф раздал приказы и с той же ослепительной улыбкой направился в сторону дома.

 — Вы изменились, Вивьен, — склонился мужчина и оставил на руке невесты горячий поцелуй.

Было желание приложить ладони к щекам, ведь от едва ощутимого касания горячих губ графа они предательски вспыхнули.

 — Кристиан, похоже, вы засмущали нашу невозмутимую Вивьен, — хохотнула Мадлен, и в ответ мужчина ласково улыбнулся.

 — Ну что вы, Мадлен, разве я бы посмел, — мягко ответил Кристиан и, прежде чем выровняться, подмигнул мне, тут же накидывая маску невозмутимости и подставляя локоть, — Надеюсь, вы пригласите меня на завтрак, графиня. Отец, наверняка, с утра снова на пастбище и будет только к обеду. А в компании столь прекрасных леди трапеза куда приятнее, чем в одиночестве, — заявил мужчина, и мы направились в столовую.

Пока за завтраком Мадлен трещала о столичной моде, еженедельных балах и модных салонах, я искоса посматривала на молодого графа. 

Забыл ли он о наших частых прогулках и детских шалостях? Помнит ли письма, которые я посылала, пока он учился в Академии? 

Только последний год наша переписка больше напоминала обмен новостями. До этого Кристиан часто писал о том, каково жить в столице, и даже обещал показать город и популярные таверны, если я приеду. Но я так и не приехала. 

Отец считал, что траты на содержание особняка ради короткой прогулки с графом — излишества. Зато для Мадлен не пожалел золота ни на особняк, ни на полный штат прислуги. 

Так было всегда. 

Маленькая Мади получала все лучшее и по первому требованию, в то время как Вивьен могла и обойтись. Я же старше и должна понимать, что золото дается не просто так и научиться считать и следить за личными тратами. И я училась. Но сейчас не об этом.

Кристиан все так же невозмутимо завтракал и лишь изредка улыбался, когда Мадлен просила подтвердить тот или иной слух. На меня за все время завтрака граф посмотрел всего несколько раз, одарив все той же ласковой улыбкой.

 — Что ж, надеюсь, во время конной прогулки вы удостоите меня больше, чем парой слов, Вивьен, — прощаясь сказал граф, и я снова покраснела.

 — Да что ж такое! Приди в себя, Вивьен! — мысленно отругала себя, но и это не помогло. Прежде чем я успела ответить, это сделала Мадлен. 

 — Оооо, она у нас такая молчунья. Вам повезет, если удастся вытянуть с нее десяток слов. Все, что не касается ее любимых псов, не достойно внимания нашей Виви, — пропела девушка, и я готова была дать ей пощечину. 

Смущение сменилось злостью, и такое случалось впервые. 

 — В Равнинах не проводят балы, Мадлен, и да, мои псы достойны того, чтобы о них говорить. Даже у короля имеется несколько молодых самцов с нашей псарни, — сказала уже увереннее, и Мадлен скривилась. 

Ее не интересовало ничего, кроме балов тканей и новых фасонов нарядов. Хотя нет, еще были сплетни. 

 — Как грубо, — ответила сестра, и тут же схватила руку Кристиана, который нахмурившись наблюдал за спектаклем, — Вы же и меня возьмете, правда? Уже давно я не сидела верхом. И тут так скучно. Боюсь, я стану бледной от скуки и угрюмой, — почти жалобно сказала она, поглаживая мужчину по плечу, и Крис аккуратно снял ее руку, буквально на секунду накрыв своей и сжимая. 

Если бы я не наблюдала, то жест не показался бы чем-то особенным, но я внимательно следила за Кристианом, а потому уловила то, что мелькнуло всего на мгновение. Прежде чем отстранить девушку, граф сжал ее руку, а после они переглянулись, словно вели бессловесный диалог. Что происходит? 

 — Если моя невеста не против, вы можете составить нам компанию, — почему-то с акцентом на “моя невеста” ответил мужчина. 

 — Виви? — тут же переключилась на меня девушка, и я вздохнула. 

При такой формулировке отказать было бы неприлично. 

 — Конечно, Мадлен. До встречи, Кристиан, — спокойно сказала графу, и он кивнул, направляясь к экипажу. 

Наверное, это была моя первая ошибка в общении с женихом. Тогда еще моим женихом. 

Соблюдая приличия, я не отказала Мадлен ни в этот раз, ни в следующий, ни потом. Сестра буквально стояла между мной и Кристианом, не позволяя ни поговорить, ни остаться наедине. Если вначале графа это напрягало, то после третьей прогулки он привык и расслабился.

Во время встреч Кристиан был неизменно галантным и учтивым, но мне хотелось не этого, совсем не этого.

С самого детства Кристиан был для меня почти семьей. Одно время я даже заявляла парню, что жаль, что он не мой старший брат, ведь в его доме времени я проводила больше, чем в своем. Парень только смеялся в ответ на мои детские глупости. Но все слишком быстро закончилось.

Граф вырос, и вместо прогулок к только что оягнившимся овцам, стал посещать столицу и готовиться к обучению в Академии. Но все же совместные завтраки по выходным все еще были нашей традицией. А потом граф уехал и вместо совместных чаепитий я довольствовалась редкими письмами с описанием Академии и столицы.

И вот, до приема в честь нашей официальной помолвки осталось всего два дня. Похоже, Крису надоело нянчиться с обоими графинями Лоуренс. 

А потому, проводив нас с Мадлен домой, он громко заявил:

 — Я хочу посмотреть на ваших питомцев, Вивьен. Завтра утром, если это удобно, — уверенно сказал Кристиан, почему-то то и дело бросая взгляд на Мадлен.

Только первые несколько дней меня напрягали их гляделки, а потом я привыкла. 

Если что-то и было в столице, пусть там и остается. Кристиан никак не намекал на разрыв нашей помолвки, а то, что как женщина яркая Мадлен привлекла его внимание больше, я бы не стала винить графа. Так было со всеми, кто появлялся в Лоуренс холле. Мадлен блистала и сияла, пока Вивьен терялась в ее тени, со своими манерами и занудством.

 — Удобно, Кристиан. До встречи, — радостно сказала, стараясь не подпрыгнуть.

Наконец, мы с Кристианом останемся одни. Мадлен как бы не желала на псарню не сунется, и похоже, именно по этой причине граф выбрал это место.

 — Чудно, тогда до завтра, невеста, — улыбнувшись, заявил мужчина и откланялся. Напоследок, еще раз смерив меня взглядом.

 — Ты прямо вся светишься от возможности остаться с ним наедине, — отчего-то зло прорычала Мадлен и развернулась ко входу в дом, — Ты только не переусердствуй. Мужчины часто играют, никому не нужна будет попорченная невеста, — прошипела она на прощание и громко хлопнула входной дверью.

Мадлен ревновала и даже не стала это скрывать. И тогда я еще не знала, насколько сильно она ревновала.

Два дня до приема.

 — Это наш любимчик – Блу, глаза словно небо, красивый и умный, но совершенно не поддается дрессировке, — показывала я своего любимого щенка Кристиану, и он протянул руку в вольер, потрепав малыша по голове.

 — Почему именно псарня? — спросил удивленный мужчина и, когда я сложила руки на груди, засмеялся и объяснил, — Весьма нетипичное увлечение для леди. Обычно все предпочитают музыку, рисование, танцы, вышивку. 

Вздохнув, я погладила своего пса, словно невзначай касаясь руки Кристиана. 

Без Мадлен и среди своих любимцев стеснительная и молчаливая Вивьен исчезла, показывая меня настоящую. 

Если раньше Кристиан смотрел на меня ласково, почти с сочувствием, то сегодня впервые в его взгляде был заметен огонь интереса.

— Они живые и настоящие. А еще отец как-то сказал, что мне стоит учится рассчитывать свои траты, а потом подарил двух щенков. С этого все и началось, — пожала плечами, и внезапно Кристиан перехватил мою руку, накрывая своей.

— Вивьен, теперь вы еще более завидная невеста, — низким голосом заявил граф, извлекая наши руки из вольера. 

От его неожиданного прикосновения я снова растерялась и даже задышала чаще. Неужели, вот он тот самый момент, о котором я мечтала столько лет.

И это был именно он. 

Слегка подавшись вперед и не выпуская руку из своей обжигающей ладони, Кристиан слишком близко приблизился к моему лицу, словно вот-вот поцелует. Давая понять, что вовсе не против небольшой вольности жениха, я прикрыла глаза, и слегка приподняла голову. 

Кажется, все вокруг замерло в ожидании волшебного поцелуя, первого и такого долгожданного. Даже псы в вольере притихли, или мне так казалось, потому что сердце слишком громко стучало, отдаваясь гулом в ушах.

 — Одна небольшая вольность, невеста. Я хочу кое что проверить, — все же спросил мужчина, и я кивнула, не осмеливаясь открыть глаза.

За тихим смехом Кристиана последовало обжигающее касание к моим губам. Легкое, словно перышко, оно обожгло, словно жар из камина, и так же быстро прекратилось. Как летний ливень, раздразнив, но не напитав долгожданной прохладой.

Только громкий вздох мужчины немного привел в чувства и дал понять, что это и был тот самый первый поцелуй. 

Мой первый поцелуй.

— Открой глаза, Вив, это все, — прозвучал, почему-то грустный голос Кристиана. 

Осмотрев, кажется, разочарованного мужчину, я потерла внезапно вспотевшие ладони. 

— Прости, я не умею, но потом, если подскажешь. Или можем попробовать снова, — пыталась оправдаться, видя, что, в отличие от меня, мужчине это касание не принесло никаких эмоций. 

Точнее, принесло, но это больше напоминало досаду и разочарование. 

Чувствуя себя виноватой, я опустила голову, все еще теребя подол юбки. 

 — Прости, Крис, — едва слышно сказала, и наконец мужчина отмер, выныривая из своих мыслей.

— Ну что, ты, малыш. Ты замечательная. Просто… — сочувствующим тоном сказал он и запнулся, наверное, подбирая менее обидные слова.

— Ты влюбился в другую? — спросила у графа. 

Уж больно виноватый взгляд был у моего жениха, хоть он и отводил его, но дурой я не была. 

Кристиан снова тихо засмеялся и в этот раз не отворачивался, он обхватил мое лицо руками и погладил по щеке. 

— Вив, малыш, нет, конечно нет. Другая женщина не имеет к этому никакого отношения, — сказал он, продолжая смотреть в глаза.

— Тогда что? Тебе не нравлюсь именно я? Мы выросли и изменились, — спросила, и улыбка графа снова стала ласковой.

— Ты стала прекрасной молодой женщиной, Вивьен. Но я все еще вижу в тебе младшую сестренку. И только что пытался убедить себя в том, что это не страшно. Но я просто не могу, Вив. Целовать тебя это так же неестественно, как если бы мы были родственниками, — коснувшись моего лба губами, Кристиан убрал руки и поднялся. 

От его слов все внутри сжалось в тугую пружину, грозясь вот-вот хлынуть наружу слезами, но я выдавила улыбку и позволила графу помочь мне подняться. 

— И что же делать, Крис? Ты ты… — начала я, но не смогла вытолкнуть из себя нужную фразу. 

Слова Кристиана не оставляли шансов на то, что помолвка все же состоится.

— Мне нужно подумать, Вивьен. Мы встретимся завтра у тебя дома, ладно? Прости, малыш, — еще раз он погладил меня по голове, как делал в детстве.

Кто бы мог подумать, что детская привязанность сыграет с нами злую шутку теперь. 

*****

До самого особняка мы шли молча. Кристиан о чем-то размышлял, а я старалась сдержать слезы. 

И когда уже на подходе в дверях появилась Мадлен, слезы напрочь застилали глаза. 

На младшую сестру граф смотрел совсем по-другому. Как ни пытался Кристиан скрыть свой интерес, ему это не удалось. Не от меня.

Буквально подбежав к нам, Мади принялась тараторить про какие-то новости из столицы, буквально уводя мужчину подальше от меня. 

Она вцепилась в графа двумя руками и потянула в сторону столовой, повторяя, что если Кристиан не останется на обед, то отец очень расстроится. 

И правда, за столом уже сидели графиня и граф. Отец смерил взглядом меня и младшего графа Хэмптона, и указал гостю на место за столом. 

Все было как обычно, только Маргарет с загадочной улыбкой осматривала Кристиана, словно это ее новое платье. Примерно так же смотрела на молодого графа и моя сестра. И о причинах я узнала только вечером. 

Видеть никого не хотелось, любезничать просто не было сил. Поливая подушку слезами, я и не подозревала, что это только начало. 

Сразу после ужина, от которого я отказалась, отец вызвал к себе в кабинет.

— Присядь, Вивьен, — строго заявил граф, и я удивилась, заметив в соседнем кресле Маргарет.

— Что случилось? — настороженно спросила. 

Вместо ответа он посмотрел на свою жену, а потом сухо спросил:

— Какие отношения у тебя с Кристианом Хэмптоном?

От странного вопроса я даже растерялась.

— Мы помолвлены, разве нет? Ты же сам приказал готовить прием в честь официального объявления.

— Помимо этого, он что-то тебе обещал. У вас была близость? — почти рычал отец, и я даже подскочила с кресла, как ошпаренная.

— Нет, ты что! Я по вашему кто? Кристиан только вернулся, и я что, по твоему, сразу прыгнула к нему в постель? — кричала на отца, и он с облегчением выдохнул, указав мне сесть.

— Ну, прости, прости. Просто Мадлен заметила, как ты рвешься остаться с ним наедине, и я занервничал. Но если ничего не было, это облегчает задачу, — сказал он.

Как ни пыталась, но игнорировать слова про Мадлен в этот раз не вышло. 

Судя по всему, младшая сестра настолько привыкла к столичным сплетням, что и сама стала одной из тех дам, с которых мы смеялись когда-то. 

Да, до отъезда Мади в столицу наши отношения были по-настоящему близкими. 

Когда Кристиан уехал, а сестра подросла, ближе нее у меня никого не было. И секретов у нас друг от друга не было. Мадлен знала, что я не просто невеста Кристиана по договору. Я была влюблена в жениха и все эти годы преданно ждала его, даже не думая о других мужчинах.

Мечтала о нашем первом поцелуе, который и поцелуем назвать было сложно. Мечтала о том, как наконец мы будем вместе. Мечтала, что он посмотрит на меня, как те герои в книжных романах, которыми так увлекалась Мадлен. Что мое сердце будет биться чаще от одного взгляда, а по телу будут бежать мелкие мурашки от невинного прикосновения. Мечтала о нашей свадьбе, о первой ночи. 

И по глупости делилась всем этим с Мади. Она слушала, кивала и завидовала. 

Завидовала до скрипа зубов, потому что Кристиан — это единственное, что не могла получить Мадлен из того, что было у меня. 

Единственное, до этого самого дня.

— Какую задачу, отец? — спросила еще не подозревая, какой нож мне в спину уже воткнула сестра.

— Мадлен много общалась с Кристианом в Санней и утверждает, что эта симпатия взаимна. На самом деле, нам с графом Хэмптоном нет разницы, на ком женится Кристиан. Я так и так подумывал сделать Мадлен своей наследницей. У нее больше магии, и она легко заводит новые знакомства. А тебе, кроме псарни, больше ни до чего нет дела, — объяснил отец, и кулаки сами невольно сжались.

Мадлен отбирает не только жениха, но и семейное дело, и особняк, которые мои по праву рождения. 

Годами отец обучал меня особенностям своего дела, а теперь стоило Мади пожелать, мне и псарни хватит. Но спорить с графом не стала. 

Когда его любимая дочурка пустит по миру успешное дело, которое он строил десятилетиями, тут-то он и вспомнит про ту, которой ‘нет дела’. 

В голове возник совсем другой вопрос.

— А ты уверен, что Кристиану нет разницы, на ком женится? Мы уже не дети, чтобы отцы принимали такое решение в последний момент. Молодой граф согласился на замену невесты? — спросила я, и сбоку прозвучал тихий смешок.

— Ты правда думаешь, что он откажется от Мадлен и предпочтет такую серую мышь, как ты? — ехидно заявила Маргарет.

Впервые я готова была заставить змею проглотить свой яд обратно, но не успела.

— Умолкни, Маргарет, Вивьен права. Они с Кристианом помолвлены с детства, и я видел, что парень о ней заботится. Графу Хэмптону я написал, он сам все обсудит с сыном, — строго сказал граф Лоуренс и посмотрел на меня, вынося вердикт, — Как решит Кристиан, так и будет. В конце концов, он единственный наследник, и уже не мальчик. Если он откажется, послезавтра будет твоя помолвка, согласится, помолвка Мадлен, это все, — строго сказал мужчина и встал, показывая, что решение принято. 

Точнее показывая, что решение примет Кристиан.

Еще вчера, я бы ни секунды не сомневалась в Кристиане и том, что выберет он меня. Но после того, что сказал граф сегодня… 

Я знала, что завтра Мадлен очередной раз получит то, чего желает — наследника Хэмптона и поместье Лоуренс.

Всю ночь я смотрела в белоснежный потолок. 

Спустя час рыданий, слезы закончились, и внутри образовалась пустота. 

Пытаясь понять, как пережить завтрашний день, я вспоминала детство в поместье Хэмптон и ласковую улыбку пока еще своего жениха. 

Жениха, который утром, вероятнее всего, станет чужим. 

Но больше всего угнетало то, что кроме поместья и Кристиана, я потеряла еще и сестру. Мадлен знала о моих чувствах к графу и с легкостью переступила через них, в угоду своим желаниям.

Как дальше жить в этом доме, наблюдая, как счастливые молодожены будут навещать отца? 

Как родится их первый ребенок. Как с любовью будет смотреть мой Кристиан на мою сестру. 

Сердце рвалось на части, превращаясь в красные ошметки. Казалось, вот-вот оно разлетится прямо внутри, и наконец я смогу обрести покой, но оно только билось и болело все больше.

Утром шторы раздвинула необычно притихшая Роуз. 

С самого детства она была моей служанкой и почти заменила мне мать.

— Вставай, девочка, если он выберет ее, значит, медный цена такому жениху. Мадлен подлая змея, как и ее мать. Я давно говорила тебе, что стоит держаться подальше. Но ты наивная душа так желала иметь настоящую сестру, — спокойно сказала женщина, вставая у кровати.

Только иногда Роуз могла позволить себе отступить от приличий, когда мне было особенно плохо. И именно так это и было. 

Бледная и словно в тумане, я позволила ей скрыть следы бессонной ночи и натянуть на меня платье. 

После завтрака приедет Кристиан, и еще один нож воткнется в мое кровоточащее сердце.

Поместье все так же готовилось к великому приему в честь помолвки. Только слуги были уже не радостными, то и дело одаривая меня сочувствующими взглядами. 

Слухи о смене невесты разлетелись далеко за пределы отцовского кабинета, и разве могла я винить их за любопытство? 

Могла, но не стала. Это уже неважно. Через несколько часов все и так узнают.

Когда на пороге дома возник необычно хмурый Кристиан, Мадлен даже не стала утруждать себя приличиями, тут же нырнув в объятия будущего жениха.

— Не сейчас, — холодно отстранил ее граф и осмотрев гостиную, уперся в меня настороженным взглядом.

— Вивьен, вы позволите? — протянул мне руку мужчина, обходя приветствующего его отца и мачеху.

Молча кивнув, я вложила свою холодную ладонь в руку Кристиана и позволила увести в сад.

— Мне жаль, Вивьен, — заговорил граф, и я остановилась у небольшого фонтана, который запустили в честь будущего приема.

— Я не нуждаюсь в вашей жалости, граф Хэмптон, — холодно ответила мужчине, рассматривая растущие на клумбе цветы.

— Не нужно так, Вив, мои чувства к тебе не изменились. В этом проблема. Я люблю тебя как сестру, — сказал он, подходя неприлично близко и сжимая мои плечи.

— Полагаю, мою сестру вы любите как-то иначе? — спросила графа, улыбнувшись.

Конечно, от Мадлен все были в восторге, Кристиан не стал исключением. 

Пока я ждала свадьбы в особняке, сестра использовала свои чары не только на столичных аристократах, но и на моем женихе.

— Все не так. Я не стану отрицать, что хочу твою сестру как женщину. Но это не любовь, Вив, совсем не она, — подняв мой подбородок, Кристиан заставил посмотреть в глаза, — Я бы отказался и женился на тебе. Но не могу представить, как провести с тобой ночь, малыш, когда даже поцеловать не вышло. Помоги мне, просто помоги, Вив. Сделать тебе больно, как воткнуть кинжал в собственное сердце, но я просто не вижу другого выхода, — вздохнул мужчина и, когда я закрыла глаза, чтобы скрыть подступающие слезы, отпустил и отошел на шаг.

— Мне нечем помочь вам, граф, — тихо сказала, снова переводя взгляд на цветы.

Кристиан бродил вокруг, словно искал выход, которого нет. 

Он любил меня как сестру, а я просто любила того, кто хотел мою сестру. 

Мысленно повторив несколько раз эту фразу, не сдержала грустную улыбку.

— Нам стоит вернуться, решение вы приняли, не стоит волновать новую невесту. Вы и так заставили ее ревновать вчера, когда увели меня на псарню, — зачем-то сказала и граф перегородил мне путь, не позволяя вернуться в дом.

— Ничего не было, Вивьен. Я хочу, чтобы ты знала это, — твердо заявил он, и я, улыбнувшись, удивленно подняла бровь. 

Граф объяснил: 

— Не буду врать, что хранил тебе верность все эти годы. Это было бы глупо для договорной помолвки. Ты была ребенком, а я все же мужчина. Но с Мадлен – никогда. И пальцем я не касался ее, слышишь? — излишне громко сказал Кристиан.

Не выдержав, я все же посмотрела на мужчину. 

— Простите за то, что не поверю вам, Кристиан. Со стороны все выглядит весьма однозначно. Это, я вам, как лишняя невеста, говорю.

Вздохнув, граф запустил руку в волосы. 

— Мы флиртовали, несколько раз гуляли по городу, это все, Вивьен. Поверь, мне искренне жаль, что лишился твоего доверия, — строго сказал мужчина и, обходя меня, направился в особняк.

Следовать за бывшим женихом я не спешила. 

Прекрасно знала, какую картину увижу. 

Радостная Мадлен, Маргарет с торжествующей улыбкой, и довольный таким раскладом отец. 

Магия Мадлен была сильнее, и граф Лоуренс наивно полагал, что брак с Хэмптоном удержит его дочурку в Равнине.

*****

На следующий день. Вечер после помолвки. 

Музыка наполнила зал, и приглашенные пары закружились в танце. 

Все получили желаемое. Все были довольны. Я же чувствовала себя лишней на этом празднике жизни.

Кристиана и его новую невесту я уже давно потеряла из виду. Спустя час после того, как объявили про их скорую свадьбу. 

Ходили слухи, что у побережья поймали вражеского разведчика с соседнего континента, а потому со свадьбой решили не затягивать. 

Если огненные маги нападут, Кристиана могут вызвать на службу. Как прошедший обучение маг, он не мог отказаться и обязан явиться по первому зову короля.

Наблюдая за счастливыми гостями, я ощутила, что воздуха не хватает, а музыка словно лишает равновесия, отдаваясь эхом в ушах. Не хватало еще лишиться чувств. 

За мной и так все внимательно наблюдали, выискивая повод для сплетен. Нет уж, я не доставлю им такого удовольствия, грохнувшись в обморок в самый разгар приема.

Все равно “Магический вестник” наверняка опишет, насколько несчастной выглядела бывшая невеста графа, когда он заключал помолвку с ее сестрой. 

Интересно, как меня будут называть? 

“Брошенная невеста”? А может быть, “Лишняя невеста”? 

Лишняя, пожалуй, подошло бы больше. 

Один завидный жених и две невесты, граф Хэмптон выбрал лучшую.

Выходя на веранду, я прокручивала в голове фразы, которые уже утром будут украшать столичный сборник сплетен под гордым названием “Магический вестник” . 

Обычно они печатали новости королевской семьи и описывали новомодные салоны Санней. Но когда случалось что-то настолько скандальное, как замена невесты перед свадьбой, выделялось целых два листа, чтобы в подробностях описать поведение униженной и оскорбленной аристократки. 

Хотя нет, раньше такого, кажется, никто не делал. 

Измены были, брошенные женихи и невесты тоже, а вот лишней буду только я.

Тихий шорох у колонны отвлек от рассуждений про грядущие сплетни, и не желая, чтобы меня увидели, почти что запрыгнула в растущий около лестницы куст.

 — Кристиан, — раздался тихий стон.

Присмотревшись, я заметила, как мой такой “заботливый” и “честный” жених, приподняв за бедра, прижал к колонне Мадлен.

Нет, они не целовались. Уже не целовались. 

То, что делал Кристиан, можно назвать репетицией к постельным утехам, или прелюдией, как писали в романах сестры. Той самой сестры, которая обхватила мужчину ногами и не стесняясь терлась о него, как возбужденная самка гончей.

Может, я и была невинной, но не была дурой. 

Все слова Кристиана днем были жалкой попыткой сохранить подобие достоинства. Они уже давно зашли дальше простого флирта. Сейчас, граф практически поедал Мадлен, покрывая ее декольте весьма нецеломудренными поцелуями.

Первой мыслью было тихо уйти и сделать вид, что я ничего не видела, но потом внутри проснулась злость. 

Я, то как раз, не делаю ничего постыдного, в отличие от этих подлецов. 

Как давно они все решили? 

Как давно договорились, что Мадлен займет мое место? 

К чему были все эти прогулки и лживые слова? 

Любит он меня как сестру, как же.

— Лживый, похотливый пес! — хотела я подумать, но не сдержалась и, похоже, почти прокричала эту фразу.

Парочка замерла и принялась осматриваться, скрываться смысла больше не было.

— Вивьен! — пискнула Мадлен, спешно поправляя платье.

В то время, как Кристиан ошарашенно смотрел на то, как из тени выходит его бывшая глупая невеста.

— Она самая. Вам повезло, что стоны услышала я, сестренка, а не кто-то из гостей. Иначе, твой портрет с задранной юбкой и весьма красочным заголовком, утром украшал бы все новостные листовки, — тихо, но твердо сказала девушке и перевела взгляд на графа.

— Вам недостаточно было времени в столице, граф Хэмптон? Или мало продажных девок? — холодно спросила и хотела уйти, но меня окликнули.

— Вивьен! Как ты смеешь? — возмущенно сказала Мадлен, уже придя в чувства, но все еще часто дыша. 

Вцепившись в руку все еще ошарашенного Кристиана, она изображала оскорбленное достоинство. Но его не было, как я успела убедиться несколько минут назад.

А потому, я вздернула подбородок и громко сказала. 

— Смею! В отличие от тебя, мне еще только предстоит найти достойного мужа. И похоже, сегодня я избежала весьма печальной участи. Прими мои соболезнования, Мадлен. И не приходи плакаться, когда портрет, как твой муж поедает чужую грудь, будет красоваться в “Магическом вестнике”.

Не слушая визги сестры, я с гордо поднятой головой направилась в темный сад. 

Мадлен повезло, что громкая музыка заглушала ее стоны. 

А мне кажется, повезло, что сестра показала, кого именно я любила все это время. 

*****

А вот действительно, кого? 

Мальчика, отец которого разводил овец? 

Мальчика, который помогал сбегать от холодной и вечно недовольной мачехи? 

Мальчика, которого больше нет. 

Вместо него есть лживый и подлый мужчина, который предал меня еще до того, как вернулся в Равнины. 

Предал так же, как и сестра, и они стоят друг друга.

Пока злость кипела внутри, я уверенно шагала вперед. Все равно куда, лишь бы вперед. 

Ноги сами привели в то единственное место, которое осталось. Которое не отнимет ни отец, ни сестра, ни мачеха.

Тихий храп успокаивал, и наплевав на нарядное платье, я села у каменной стены псарни. Будить животных не хотелось, а тишина и их громкое сопение успокаивали. 

По щекам снова потекли предательские слезы.

Летняя жара уже сменилась ночной прохладой, и после жаркого и душного зала по коже пробежали мурашки. Холод я могла вынести, в отличие от предательства. 

В голове снова и снова звучали лживые слова Кристиана, а я все больше ощущала их горький привкус.

Опустив голову на колени, испортила платье. Все хитрости, которыми Роуз скрывала последствия бессонных ночей, смылись слезами. В носу защипало, и я достала то, что зачем-то взяла с собой. 

Теперь, вышитый платок с инициалами Кристиана Хэмптона будет всегда со мной, как напоминание о собственной глупости и наивности.

Две бессонные ночи не прошли даром. 

Несмотря на холод и влажную землю, я, похоже, уснула. И проснулась, ощутив, что плечи накрыли чем-то теплым и тяжелым. 

— Простудишься, — сказал мужской голос, и рядом со мной сел граф. 

Он скинул свой пиджак и накинул его на мои голые плечи. 

Часто поморгав и вытирая размазавшуюся под глазами краску, я посмотрела на мужчину. 

— Пришли просить не распускать слухи? Или не сообщать отцу, что брак вы уже консумировали? Рискуете, граф. Мадлен сама родилась при весьма интересных обстоятельствах. Второго скандала наша семья не переживет. Милость короля не вечна, особенно к тем, кто испытывает его терпение, — хрипло сказала я и чихнула, прикрывая нос платком. 

Кристиан посмотрел на меня, а потом прищурился и поднял пальцем вышитый край ткани. 

— Полагаю, это предназначалось мне? — спросил мужчина, игнорируя мой выпад. 

— Неважно, — сказала я и снова чихнула. 

Бывший жених коснулся рукой лба и цокнул языком.

— Прикажи слугам утром послать за лекарем. У тебя жар, Вив. Не стоило сбегать. Тебя уже ищут. Прием уже несколько часов как закончился.

Улыбнувшись, я покачала головой. 

Вот тебе и избежала слухов.

— Как мило. Не дождетесь. Я просто уснула, — попыталась встать, но тут же упала назад. 

Если бы не пиджак, на спине наверняка остались бы ссадины. 

— Да стой ты, убьешься же. Злишься, как ребенок. Накричала, нагрубила. Безосновательно, между прочим, — сказал граф и попытался поднять меня на руки. 

Но Кристиан переоценил мою беспомощность, и, как только коснулся ноги, тут же получил звонкую пощечину. 

— Не смейте, граф! Поставьте немедленно, — холодным тоном, полным ярости, сказала я. 

Снисходительный тон этого предателя пробудил уснувшую ярость. 

Прикосновения Криса обжигали, как и раньше, только вместо ласкового огня, это была раскаленная стихия, обжигающая, болезненная и опасная. 

Больше я не попадусь на его улыбки и слова. Девочка выросла, пора бы этому подлецу осознать, что играть моими чувствами не позволено никому, и тем более ему.

Мужские руки разжались, и под моими ногами снова оказалась прелая трава, но гнев не утих. 

Удивленный взгляд Кристиана питал мою злость, как магия артефакт.

— Никогда больше не смейте ко мне прикасаться, граф Хэмптон. Никогда, пока я сама не попрошу и не позволю. Это понятно? — шипела прямо в лицо бывшему жениху, и его глаза все больше округлялись, но едва заметный кивок я все же рассмотрела. — Хорошо, а теперь идите в дом. Вас ждет невеста. Слухи мне ни к чему, и вашу вещицу прихватите, — протянула графу пиджак.

Но выхватил мужчина не только его. 

В протянутой руке был зажат еще и мой заплаканный платок, который Кристиан тут же спрятал в карман.

— Не спорьте, Вивьен. Мне интересно, что еще умеет будущая родственница, кроме того, чтобы приручать зверей. Должен заметить, он и так предназначался мне, судя по инициалам, — тихо сказал мужчина, отряхивая одежду и не глядя в глаза.

В голове уже почти сложились нужные слова, но прежде, чем я успела что-либо произнести, вдалеке послышался тихий гул, который нарастал с каждой секундой. 

Кристиан поднял голову и внимательно смотрел в небо. 

Проследив за взглядом графа, я пыталась понять, что именно он рассматривает, но кроме темного неба ничего не увидела.

Несколько минут маг сосредоточенно смотрел вверх, даже черные глаза, казалось, вспыхнули голубым, выдавая то, что он не просто смотрит — что-то ищет.

— В дом, Вив, быстро! — приказал он и игнорируя мои попытки задать вопрос, схватил руку и почти побежал в сторону особняка.

Когда показалась крыша дома, Кристиан резко замер, и только сейчас я услышала, как гул сменился писком, и проследила за его взглядом. 

Лучше бы я этого не делала.

Еще несколько мгновений назад темное небо теперь было усеяно летящими огнями, которые стремительно приближались. 

От больших огней начали отделяться маленькие светящиеся шары, что заставило Кристиана ругнулся и снять пиджак.

— Надень, не спорь, молчи и слушай. Это вражеские артефакты. Равнину будут атаковать первой. Нам нужен склеп или схрон. Каменный, обязательно каменный, Вив. До особняка мы не успеем, — быстро говорил он, обхватив руками мое лицо.

— Склеп пустой, — выдавила я, пытаясь осознать услышанное.

Рыкнув мне, “Веди,” Кристиан слегка встряхнул за плечи и подтолкнул в спину.

Мы побежали в сторону новой каменной постройки. 

Повезло, что отец заранее позаботился о месте для своего вечного отдыха. Только несколько лет назад он закончил сооружение семейного склепа для себя и жены. 

Решетку, запирающую помещение, граф просто вынес, неизвестно каким способом, но с одного удара. 

Понимая, сколько силы в этом маге, стало немного жутко, особенно учитывая все еще красную щеку от моей пощечины.

— В угол, прикрой голову руками, — снова прорычал Крис, рассматривая огни в небе.

Воздух наполнился запахом серы, после чего начали слышаться тихие всплески. 

Прежде чем я поняла, что это взрывы от столкновения магического огня и земли, Кристиан повалил нас на землю, прикрывая меня собой.

— Дыши, Вив, просто дыши и не сопротивляйся. Они реагируют на движение. По крайней мере, нас так обучали, — прошептал граф и склонился к моему лицу, прикрывая рот рукой.

Помогало это слабо. Чем ближе становились звуки, тем ощутимее я вздрагивала. Просто не могла это контролировать.

— Вив, малыш, прошу, прекрати подпрыгивать после каждого удара, — снова зашептал Кристиан, и я отодвинула его руку.

— Не могу я, это неосознанно, кажется, вот-вот прямо к нам прилетит. Страшно, — прошипела в ответ. 

Мужчина вздохнул, посмотрел на меня, а потом поднял голову и взглянул в сторону летящих огней.

— Следующие пять будут совсем близко. И если ты будешь попискивать, то шестой прилетит прямо сюда. Очень удобно, все на месте. Думай о чем-то другом, злись на меня – это лучше, чем дрожать от страха, — сказал граф, периодически оглядываясь в сторону выхода.

— Согласна, поделишься еще одним поводом? Что там насчет пальцем не трогал? Может, мне уже список имен для племянника составлять. М? — прошептала прямо в лицо наглецу, и он улыбнулся, покачав головой.

— Ты ревнуешь, Вив, — прошептал Кристиан. 

Как только я открыла рот, чтобы плюнуть в него ядом, моих губ тут же коснулась рука наглого графа, не позволяя издать ни звука.

Зафиксировав затылок, чтобы не смогла отстраниться, меня прижали к поджарой мужской груди, внимательно всматриваясь в глаза. И если легкое касание несколько дней назад вызывало во мне бурю эмоций, то эта отнюдь не невинная близость будила ураган злости. 

Почти зарычав на подлеца, я замерла, когда совсем рядом один за одним начали звучать громкие взрывы. После каждого запах серы усиливался.

Осознав, что вот-вот начну взвизгивать, а не только попискивать, я вцепилась в рубашку Кристиана и совсем передумала сопротивляться. 

Граф не ошибся: злость отвлекала, и это было лучше, чем страх. 

А еще мужчина слишком часто и глубоко дышал, при каждом выдохе обдавая мое лицо теплым и терпким дыханием. От графа Хэмптона пахло крепким алкоголем, но при этом не похоже, что он сильно захмелел. 

Черные глаза смотрели в самую душу, а взгляд мага горел. Похоже, его уже не волновали взрывы за пределами склепа, черные глаза излишне внимательно изучали мое лицо.

Сосредоточившись на взгляде Кристиана, я запустила руку под его рубашку, касаясь оголенной груди. Мужчина замер, а потом медленно выдохнул прямо в мои губы. 

Такая реакция озадачила и удивила, а ладонь уже намеренно поползла вниз, желая проверить, что сделает этот двуличный предатель. 

Крис снова склонился, почти касаясь губами собственной руки. Это было очень неприлично и порочно, но отвлекало от того, что творилось снаружи.

Кристиан нарочно медленно выдохнул, обдавая мое лицо горячим дыханием. 

Странная игра, которую мы с графом затеяли, отвлекала. Пытаясь забыть о ярких вспышках, которые озаряли небо, я видела только черные глаза, а рукой ощущала частое сердцебиение мужчины, с любопытством отмечая, что после каждого выдоха его сердце стучит чаще.

“Да уж, любит он меня, как сестру,” — очередной раз вспомнила лживые слова и, несмотря на то, что мужчина снова отстранился, так и не убрала руку с его груди. 

Эта небольшая вольность была совсем не для того, чтобы отвлечься, скорее, чтобы доказать самой себе, насколько лживым оказался тот, кого я любила.

Странная реакция Кристиана на мои прикосновения явно отличалась от того, как реагируют на сестру. 

Мужчина больше не отстранялся. Напротив, он убрал руку с затылка и сильнее вжимал меня в свое тело, то и дело шумно выдыхая. 

Рука, разделявшая наши лица, была слабым подобием соблюдения приличий. 

Я отчетливо ощущала дыхание Кристиана на своих губах, и это волновало и злило одновременно.

— Вивьен, нам пора, — тихо сказал Кристиан, убирая мою руку с груди и свою от моего лица.

Сосредоточившись на его частом дыхании и учащенном сердцебиении, я не заметила, как гул начал отдаляться, а взрывы становились все тише. 

Не дожидаясь ответа, Кристиан поднялся и подал руку.

Было желание подколоть мужчину, что он излишне бурно реагировал на касания сестры, но я не стала. 

Это ничего не изменит. Для себя я все поняла. А лживый граф наверняка придумает очередное вранье, чтобы оправдать совершенную подлость. 

Интересно, они все спланировали: после свадьбы получат сразу два поместья, еще и глупую Вивьен на псарню отправят. 

Живи, радуйся.

Приняв руку Кристиана, я встала и поправила наряд.

— Вас будут искать, Кристиан. Думаю, теперь можно вернуться вместе. Сейчас будут заботы важнее грязных слухов, — сухо сказала, и мужчина молча кивнул.

— Ты права, Вив. Прости, что позволил себе лишнее, но тебе нужно было успокоиться, — холодно сказал чужой жених.

Слова мужчины неприятно кольнули внутри. 

Пришлось выдохнуть, чтобы подавить яд, который так и рвался наружу. Ни единому слову или взгляду этого похотливого пса не верила. 

Эта вольность была моим маленьким возмездием.

Пусть Мадлен зашла дальше, но в день помолвки, во время атаки Кристиан не успокаивал свою будущую жену, а весьма неприлично зажимал свою бывшую невесту. 

Пожалуй, моя странная месть свершилась. Никакие объяснения и попытки оправдать недопустимое поведение не отнимут у меня слабое чувство удовлетворения. 

Жаль, что про это никто так и не узнает.

Все же, улыбнувшись и рассматривая этого горе-ловеласа, я пошла к выходу. 

*****

Все время до дома хмурый и помятый граф молча шел рядом, заложив руки за спину.

— Кристиан!! — послышались голоса из особняка, и на улицу выбежала графиня Хэмптон. 

Похоже, как будущие родственники, они задержались до времени, пока не найдут пропавшую лишнюю невесту.

— Все хорошо, маменька. Мне повезло встретить Вивьен в саду. Леди Маргарет зря подняла панику. Вивьен всего лишь уснула и уже возвращалась, когда мы встретились. Но до дома добежать не успели, — тут же выдал версию происходящего Кристиан.

Потом были быстрые нотации от моего отца, под тихое шипение мачехи. 

Всхлипы недовольной Мадлен, которая повисла на шее у теперь уже своего жениха, и отчего-то зло посматривала в мою сторону. 

Когда нотации и истерики оскорбленной невесты закончились, все вернулись в дом.

Почти до утра мужчины совещались прямо в столовой, где соорудили укрытие на время атаки огненных артефактов.

— Их было слишком много. Будет война, — очередной раз повторял граф Хэмптон, почесывая бороду.

— Не думаю, они наверняка уже уничтожены. Как обычно. Всего лишь очередная сезонная попытка ослабить наш флот и перекрыть доступ к ловле рыбы за рифами, — возразил граф Лоуренс.

— В этот раз я согласен с отцом, граф Лоуренс. Атака была слишком массовой, раньше они не залетали так далеко вглубь континента, — поддержал отца Кристиан.

Слушая слова мужчин, я даже не пыталась скрыть скуку, и после очередного круга бессмысленных обсуждений громко зевнула.

— Вив, малыш, иди спать. Сегодня они уже не вернутся, — неожиданно громко сказал мне Кристиан, все так же потирая виски, явно устав от громких споров отца и графа.

Вольность молодого наследника не осталась незамеченной. 

На несколько мгновений в комнате повисла тишина. Кажется, замерли даже слуги, которые наливали мужчинам крепкое пойло.

Осмотрев ошарашенных мужчин, а потом оценив вытянувшееся лицо Мадлен и Маргарет, я тихо и едва заметно улыбнулась. 

Змеям пора спрятать клыки и понять, что кусаться тут могут не только они.

Встав и нарушив всеобщее замешательство от подобной фамильярности, я так же громко сказала: 

— Спасибо за заботу, Кристиан. Вы настоящий старший брат. Пожалуй, я и правда устала.

Оставляя аристократов дальше изображать статуи, с довольной улыбкой пошла в свою комнату. 

Вот казалось бы, я ничего не делала, но самодовольные маски Мадлен и Маргарет мигом слетели. 

Несколько часов Кристиан старательно игнорировал тихое постанывание Мадлен. А потом, мгновенно отреагировал на мой едва слышный зевок. Это определенно задело его новую невесту, и не укрылось от внимания остальных.

Что сказать? Похоже, серая мышка, потеряв всё, превратилась в гончую, а змеи вскоре станут моей добычей. 

Улыбнувшись отражению, я медленно выплетала острые шпильки из прически.

— Ох и дела, Вивьен. Теперь все только и судачат, что у вас с графом что-то произошло во время атаки на Равнины, — обеспокоенно сказала Роуз, готовя горячую ванну.

— Ничего более неприличного, чем у моей сестры и моего тогда еще жениха в столице, Роуз. Но им об этом знать не стоит, — с улыбкой ответила служанке и забралась в обжигающе приятную воду, — Слишком долго я жила в тени Мадлен. Самое время избавиться от этой дурной привычки. Хватит отдавать младшей графине все, что принадлежит мне и приглянулось ей. Она и так отобрала всё, что могла, — почти прошептала, прикрывая глаза и ощутила ласковое прикосновение к волосам.

— Ох и опасную игру ты затеяла, моя девочка. И ведь опыта у тебя совсем нет. Лучше поезжай в столицу, найди мужа и покинь это змеиное кубло, — тихо сказала служанка, и я только хмыкнула в ответ.

Да уж, о том, чтобы у меня был свой дом, мама позаботилась. 

Когда поняла, что, скорее всего, не переживет роды, отписала столичный дом будущему ребёнку. 

Знал бы отец, что и на него однажды положит глаз его любимая младшая дочурка, ни за что бы не согласился. Но увы. Столичный особняк — единственное, что не смогут отобрать у меня ни Мадлен, ни её мать, ни даже сам граф Лоуренс.

Наслаждаясь своей небольшой местью змеям и предателям, я и не подозревала, что этот вечер будет последним для подобных игр.

*****

Утро принесло новый день и неутешительные новости. 

У нашего побережья собирался вражеский флот. 

Огненные драконы, которые атаковали континент ночью, были только разведкой. Основные войска прибудут по воде. По воде, которая со всех сторон окружала королевство Асталию.

Окружить весь континент сил противника, конечно, не хватит, да и зачем. Большую часть королевства составляла пустыня, отделенная почти непроходимыми горами от Лесов, Равнины и Полей.

Каждый регион имел своих местных аристократов. 

Граф Лоуренс и граф Хэмптон правили Равниной. И большую часть их владений занимали пастбища Хэмптон и земли Лоуренс, на которых выращивался корм для овец Хэмптон. Два связанных дела, две семьи. А еще наши земли были ближе всего к побережью.

Выгоднее, чем через Равнину, вражеским войскам идти было только через земли, которые назывались Полями. Полями владел герцог Оливер Уесли, Лесами — герцог Генри Ашмор. И через Леса войска будут долго пробираться, а вот через Поля — довольно быстро. Не так быстро, как через Равнину, но зато не требовалось дополнительное обеспечение.

На землях герцога Уесли поселились многие мелкие аристократы и помещики, утратившие титул. Плодородная почва позволяла им выращивать различные овощи и фрукты, которые потом оказывались на столе у короля и столичных аристократов. А еще там выращивали редкие пряности, которые пользовались особым спросом у гурманов.

Мы же выращивали овес и другие неприхотливые культуры, которые были устойчивы к проливным дождям и холодным ветрам побережья. Большую часть передавали в соседние поместья на корм животным, остальное покупал граф Хэмптон для своих овец.

Наверное, только пустые поля и отсутствие возможности грабить и разорять имения спасли Лоуренс Холл от разрушения. Но об этом позже. 

Сейчас же я спускалась вниз, еще не подозревая, что привычный мир уже рухнул, оставляя острые осколки от так и несбывшихся надежд. Воспоминания о размеренной жизни, которые будут только ранить, но не приносить утешение.

 — Собери запасы провизии на три дня, неизвестно, что с путями в столицу. Всех лошадей и повозки король приказал доставить в Санней, — звучал голос графа Лоуренса.

Наблюдая за тем, как суетятся слуги, носясь с мешками и корзинами, я поняла, почему даже Роуз не пришла утром, чтобы собрать меня к завтраку.

 — Отец, что происходит? — спросила родителя.

 — В кабинет, Вивьен. Мачеха и сестра уже там. Я оставлю завещание, и тайным оно не будет. Душеприказчик уже ждет, — прорычал граф, указав рукой направление.

У входа я заметила старого мага, который занимался бумагами отца, и рыдающих Маргарет и Мадлен, без слов стало ясно — дела плохи.

 — Нет времени на расшаркивания. Моя воля, — заявил граф, становясь за стол и отталкивая стул, который, неудачно подвернувшись под руку, еще больше раздражал родителя.

 — Пока меня не будет, управление землями и поместьем переходит к моей старшей дочери Вивьен Лоуренс, графине Лоуренс, — громко сказал граф, и я оперлась на стену, чтобы не упасть от такого заявления.

 — Как же я? Как же Мадлен? Она наследница, ты обещал, Люк, — тут же взвизгнула Маргарет, но взгляд отца снова заставил ее замолчать и тихо заскулить в платок.

 — Ты и твоя дочь только тканями и платьями заняты. Я обещал оставить Мадлен поместье после свадьбы с графом Хэмптоном. В отличие от глупых женщин, он способен не только транжирить заработанное мной золото. Хватит выть! — впервые накричал на женщин отец и посмотрел на меня.

 — Виви, только ты справишься с управлением. Неизвестно, как надолго затянется война и как далеко продвинутся вражеские войска. Запасы. Запасы зерна на посев. Распредели урожай так, чтобы хватило на несколько лет посевной, — раздавал указы отец, и я кивала. 

Как бы ни любил граф младшую дочь, но он прекрасно осознавал, что вручив поместье в руки жены и Мадлен, он застанет разоренное имение. Хорошо, если сокровищница останеться наполненной хоть на треть, после того как Маргарет запустит в нее свои цепкие пальчики. 

Меня же, с детства обучали правилам управления и особенностям того дела, которое так любил отец. Похоже, не зря.

 — Хэмптон будет тут с минуты на минуту. Леди Анна и ее слуги теперь будут жить тут. Помощь тебе пригодится, большинство наших мужчин отправляются в столицу. Воевать они не будут, но строить лагеря и укрепительные сооружения много навыков не нужно. Только домашние остаются, с них пока толку никакого. Они займутся посевной, если не хотят пухнуть с голоду через несколько месяцев, — закончил он и посмотрел на душеприказчика.

 — Ваша воля, милорд. До вашего возвращения или заключения брака между графиней Мадлен Лоуренс и графом Кристианом Хемптоном, поместье Лоуренс холл и все примыкающие земли передаются в управление молодой графине Вивьен Лоуренс. Пункт про обязательное содержание леди Маргарет и леди Мадлен вносить будем? — уточнил пожилой маг, и отец отрицательно покачал головой.

 — Нет, это глупости, учитывая ситуацию. Вивьен слишком порядочная и не позволит голодать сестре и мачехе, как и всем, кто будет под ее присмотром. Это позволит им протянуть дольше, если прогнозы, которые пришли из столицы, окажутся хотя бы в половину правдивыми, — нахмурившись сказал граф, и Душеприказчик откланялся, забрал документ и спешно удалился, оставляя нас одних.

 — Что же это, папенька? Как же моя свадьба? — пискнула Мадлен, утирая слезы.

 — Проси духов, чтобы твой жених остался жив, Мадлен. Я бы настоял на обряде, но с Кристианом может произойти все, что угодно; это война. Или ты желаешь быть вдовой в свои восемнадцать, или, того лучше, быть привязанной к калеке? — спросил граф Лоуренс, и Мадлен притихла, перестав картинно всхлипывать.

От описанной отцом картины я похолодела. 

Как бы не презирала Кристиана за его выходку, но такой участи ему не желала.

 — О каких прогнозах ты говорил? Неужели все настолько серьезно? — уточнила у отца, чтобы отогнать хмурые мысли.

 — Очень серьезно. Уже утром, у побережья Полей будет целое войско огненных. В этот раз они всерьез настроены захватить континент, а наших слабых магов сделать рабами или уничтожить, — почти рычал старый граф, и Маргарет снова громко зарыдала.

 — Откажись, Люк, ты же граф, не служивый. Откажись, — просипела она, и бровь отца поползла вверх. 

Судя по тому, что он проигнорировал выпад мачехи, эта просьба звучала уже не впервые этим утром.

За окнами послышались звуки подъезжающих экипажей и повозок, и отец вздохнул. 

 — Пора. Мадлен, не устраивай сцен перед Хэмптонами. Вивьен, не подведи, — строго сказал он, обняв свою взвывшую жену, и направился к выходу.

У главного входа стояли наряженные в форму графья Хэмптон и рыдающая леди Анна. Она по очереди жалась то к мужу, то к сыну, и громко всхлипывала, повторяя всего одну фразу, ”Не оставляйте меня, прошу, не оставляйте.” 

Только кинувшаяся на шею к жениху Мадлен немного привела женщину в чувства. Или она просто оглохла от визга и рыданий молодой невесты наследника. 

Было чувство, что только я все еще не осознала новости. Или напротив, осознала, но понимала, что не могу позволить себе впасть в истерику, тем более при слугах, которыми теперь буду командовать. 

Не просто будет двадцатилетней девушке управиться с поместьем. Наш мир принадлежал мужчинам, и вопреки тому, как растил меня отец, удел женщины был прост: рожай, танцуй, музицируй и рисуй. 

Воспитание графа Лоуренса даже сам Хэмптон считал блажью. 

Даже при статусе наследницы, все равно поместьем управлял бы мой муж, и никак иначе. Но эти условности стерлись, как только на континент пришла война, и до самого ее конца. 

Повезло тем, у кого был управляющий. Таким же, как граф Хэмптон, повезло меньше. Леди Анна ничего не смыслила в семейном деле, а потому его поместье оставили на милость времени.

 — Стада я отогнал на пастбище. Несколько десятков гонят на ваши земли. Вы соорудили загон? — наконец заговорил Антуан Хэмптон, отстраняя жену.

 — Да, документы для Вивьен готовы. Все указания я раздал. Можем ехать, — холодно ответил Люк Лоуренс.

 — Достаточно, Мадлен. Все будет в порядке. Матушка, нет никого, кому я мог бы доверять больше, чем Вивьен. — неожиданно сказал Кристиан и, обходя мать и невесту, направился ко мне.

 — Удачи, Кристиан, — тихо сказала, рассматривая мундир графа. 

Ему шла форма. 

В форменной одежде Кристиан Хэмптон казался старше и мужественнее. Пришлось тряхнуть головой, чтобы отогнать недостойные мысли.

“Он жених твоей сестры и предатель,” — повторила себе, стараясь прекратить разглядывать чужого жениха.

— Вивьен, посмотри на меня, — пальцем граф поднял мой подбородок, заставляя смотреть в глаза. 

Неприличный жест, слишком неподобающий и почти интимный.

— Не волнуйтесь, граф, я сделаю все, чтобы ваша матушка чувствовала себя комфортно в Лоуренс холл. Уверена, ваша невеста мне в этом поспособствует. В той мере, насколько это позволят обстоятельства, — тихо сказала, всматриваясь в темные и слишком серьезные глаза Криса, и он неожиданно улыбнулся.

— Я в этом не сомневаюсь. Но пообещай беречь не только других, но и себя, Вив. А я пообещаю вернуться, — тихо сказал Кристиан и, обхватив руками лицо, поцеловал в лоб.

Так по родственному, почти по родному. 

Только вот его пальцы, которые растрепали мою прическу, поглаживая затылок, заставили ощутить этот поцелуй как нечто интимное и более значимое, чем родственная забота.

Отстранившись, Кристиан также поцеловал свою маму, только более быстро и молча, а потом что-то сказал Мадлен, также мазнув губами по ее лбу. 

Невеста наследника Хэмптона была разочарована. Ведь уверенно подставила губы и уже даже прикрыла глаза. 

Когда вместо желаемого Мадлен получила только легкое касание ко лбу, она нахмурилась и, почему-то зло, кинула в меня взглядом, обещающим скорую месть.

Видимо, мне не показалось, что со стороны прощание Кристиана со мной больше напоминало разговор влюбленных перед долгой разлукой. В отличии от того, как простился граф со своей новой невестой. 

И едва заметная улыбка леди Анны подтвердила мои подозрения.

— Вив, дорогая, я едва стою на ногах. Будешь так любезна, прикажи провести меня в комнату, — ласково сказала женщина, и я улыбнулась в ответ.

Графиня Хэмптон всегда благоволила мне больше, чем Мадлен, и еще с детства обращалась почти как с родной. 

Кто же знал, что такая близость в итоге сыграет со мной и Кристианом злую шутку.

Отослав женщину со слугами, я посмотрела на прибывших людей графа Хэмптона. 

Пока мужчины копошились в экипажах, проверяя, все ли готово, я громко приказала новым слугам выстроиться в два ряда вдоль подъездной дороги.

— Отец еще даже не уехал, а ты уже нос задрала, — зло прошипела Мадлен, проходя мимо.

Но я проигнорировала ее плевок ядом и пошла к воротам. 

Как и полагается, ближе к въезду стали те, кто был ниже по рангу.

— Вы называете свое имя и какую работу делали в Хэмптон холл. После чего ожидаете распределения и расселения. Каждый новый служащий будет приставлен к тому, кто уже работает в поместье Лоуренс. Вам покажут комнату, место для личных вещей и новое место работы. Старший над слугами – Лукаш, выдаст все, что необходимо для обустройства. Завтра утром у него же получите все, что необходимо для работы. Сегодня только расселение и изучение территории поместья! — строго сказала, и последние слова эхом пронеслись по двору.

Переводя взгляд на мужчин за воротами стало понятно, почему возникла внезапная тишина. 

Аристократы, которые собирались в столицу и планировали, как будет ехать вереница повозок, также как и слуги, замерли и внимательно наблюдали за не растерявшейся молодой графиней Лоуренс.

Прочистив горло, граф Хэмптон что-то сказал отцу, и тот похлопал его по плечу, после чего посмотрел на свою старшую дочь, одобрительно кивнув. 

— Если вы ждете, что Вивьен вот-вот убежит рыдать в свои покои, мы до завтра не сдвинемся с места. Несмотря на то, что она женщина, хватка у нее крепкая, а чуйка, как и у ее гончих, — излишне громко сказал отец, и слуги еще больше выровнялись.

Похоже, только что граф Лоуренс отдал какой-то приказ, который поняли все, кроме меня. 

Спустя час вереница повозок, направляющихся в столицу, скрылась из виду. Слуги разошлись по новым местам, а я направилась в кабинет отца. 

Теперь мне понадобится место для встречи со слугами. 

Комната или стол в гостиной больше не будут завалены бумажками с псарни, ведь вместе с псами теперь у меня еще несколько десятков слуг и рабочих.

— Не думай, что ты тут главная девочка. Я все еще жена графа и не позволю какой-то девке командовать или стеснять меня в средствах, — следующим же утром Маргарет перестала лить слезы. 

Под тихое поддакивание Мадлен, она решила поставить выскочку на место.

Меня, то есть законную наследницу того самого графа. 

В один момент из леди Вивьен я превратилась в ‘девку’, стоило только отцу отлучиться на неопределенный срок. 

Не скажу, что от мачехи я ждала чего-то другого. Но слишком хорошо выучила повадки графини. Ей определенно что-то было нужно. И как обычно, когда ей что-то от меня нужно, она впадала в гнев и пыталась угрожать. 

Раньше это работало.

Не стала отказывать ей и сегодня. 

 — Чего желаете, Маргарет? — спросила я, подпирая рукой голову. 

Угрозы беззубой змеи утомляли, но вовсе не пугали.

 — Нам нужны новые платья. Скоро война закончится и встречать мужчин в обносках – верх неприличия, — сказала графиня, вздернув подбородок.

 — Без проблем. Найдите швею, пусть выпишет мне накладную для векселя. Свободного золота нет, отец все забрал, — спокойно ответила женщине, возвращаясь к списку, который составил Лукаш: имена и новые должности слуг из Хэмптона.

Видимо, Маргарет не ожидала так просто получить желаемое и гневно сопела, пока Мадлен растерянно хлопала глазами, удивленная моей внезапной щедростью. 

Но щедрости не было. Просто они не знали того, что знала управляющая поместьем. 

Еще вчера Лукаш сообщил то, что удалось подслушать слугам в поместье Хэмптон. Дорога к поселку Равнины перекрыта войсками короля, направляющимися к побережью, как и дорога в столицу. 

Пропускают только телеги и экипажи аристократов с приказом распорядителя его Величества Георга.

Так что пусть займут себя на несколько дней попытками найти швею. И даже если в поселке есть свободные руки, то уж ткани, которые обычно завозили со столицы, никто доставлять не станет. 

Маргарет, как и Мадлен, не станут шить наряд из оставшихся обрезков. Наверняка они пожелают что-то дорогое и только из лучших салонов Санней. Что ж, удачи.

Подняв голову, я удивленно осмотрела женщин. Явно учуяв подвох, они не собирались отступать. 

 — Леди Анне тоже понадобится платье, — наконец выдала Мадлен, придумав, как раскусить мою хитрость и не попасться.

 — Хорошо, его мы тоже оплатим, — также невозмутимо ответила сестре. 

Все еще посматривая с недоверием, змеи уползли в свой террариум, позволяя сосредоточиться на делах.

Но не надолго.

Скандала и обвинений избежать все же не удалось. 

Спустя неделю война не закончилась, и как я и предполагала, ни швеи и ни тканей Маргарет так и не нашла. Раскусив мою уловку, графиня устроила грандиозный скандал. Даже присутствие леди Анны не смогло остудить пыл разгневанной, разочарованной и озлобленной женщины.

Пожалуй, столько комплиментов ее нерадивая родственница не слышала за все двадцать лет. 

Но спустя час, маленькая и беззащитная Виви устала слушать гневные речи мачехи.

 — Если вы не прекратите истерить, прикажу запереть в покоях, — спокойно сказала, направляясь к выходу из гостиной, — Я достаточно терпела ваше хамство. Хозяйка в этом доме Я и требую уважения. Если вас что-то не устраивает, Маргарет, дверь открыта. До столицы около трех суток пешего хода. Прошу, — сказала и громко хлопнув дверью, вернулась в кабинет.

Помимо кучи бумаг и постоянной ругани новых слуг со старыми, выслушивать еще и причитания мачехи просто не было сил. И я решила, что не стану.

Следующим же утром за столом царила мнимая идиллия. Пешком в столицу графиня не ушла, и судя по тишине, в покоях сидеть на желала. Также спокойно прошли и обед и ужин.

Ужин, который стал прощальной трапезой в этой комнате.

Ночью в Равнину снова прилетели огненные драконы. 

Почему драконы, я так и не узнала, по крайней мере, не сразу. В темноте летающие артефакты были просто темными тенями с огненными шарами, и такими же шарами поливали Равнину.

Громкие взрывы, звуки скрежета и рвущегося наружу пламени отчетливо были слышны даже в подвале, куда я увела домашних слуг и графинь. Каменные стены периодически вздрагивали, подсказывая, что в этот раз подобрался огненный монстр достаточно близко, если не впритык.

Маргарет, Анна и Мадлен жались к друг другу, тихо поливая слезами и всхлипывая. Роуз с другими слугами призывала каких-то своих духов, а я стояла у входа и пыталась понять, будет куда возвращаться, или Лоуренс холл пал под очередной атакой огненных.

Почему огненных? 

Да потому что мы даже не знали, как называют себя маги, живущие за глубокими водами. В отличие от них, у нас не было артефактов, способных перелететь море. Кораблей со слабой защитой едва хватало, чтобы заплыть за риф и порыбачить. В основном они ходили по безопасным водам от Санней до гор или в пустыню.

Как назло, именно в непроходимых горах, со стороны пустыни, были необходимые для артефактов камни и другие ценные дары континента. Все рудники находились с той дикой стороны, и только по большой воде можно было до них добраться, не растеряв половину команды в процессе.

Корабли огненных были больше и состояли из металла. По крайней мере, так говорили те, кто столкнулся с жестокими монстрами и выжил. Их магия была агрессивной, как и они сами, в отличие от жителей Асталии.

Наши маги были ближе к земле, и даже самые талантливые не могли управлять огнем без артефактов. У каждого был свой дар. Кто-то чувствовал землю, как Мадлен, отец и Кристиан. Они знали оптимальное время для посадки и сбора урожая, а также могли обнаруживать источники воды под землей, ценные металлы или подходящее место для рудника. 

Другие могли ощущать зверей, как я и моя мама. Маги животных обладали даром взаимодействия с различной живностью, что делало нас полезными при укрощении лошадей, обучении собак или поиске потерявшихся овец.

Особым считался дар лекаря. Такие маги знали все про всех. Они способны были находить целебные травы и растения, а также лечить других магов усиливая эффекты снадобий и зелий. 

Были и такие, как Маргарет, не зря ее настроение было столь переменчивым. Такие, как она, ощущали смену погоды, приближение засухи или периода затяжных дождей.

Не самый выгодный дар для девушки. 

Парни с погодной магией чаще всего шли служить на флот, а вот девушки считались бесполезными, как и те, у кого магии были капли. Может быть, поэтому мачеха так невзлюбила кроху Виви, я была такой же ущербной, как и она. Зато магией Мадлен графиня гордилась, считая, что именно это ее ключ к успешному браку.

Что ж, как покажут ближайшие несколько лет, много магии необученной неженки Мадлен окажутся более бесполезными, чем мои крохи, при наличии упрямства, упорства и готовности терпеть лишения и замарать руки.

*****

Четыре года спустя.

 — Хозяйка еще идут, много, около двадцати. Много раненых, — сообщил запыхавшийся Пьер.

Мужчина оперся руками в колени и пытался не рухнуть в обморок от истощения быстрого бега и недостатка воды.

 — Иди, попей, Пьер. На кухне у Франсуа должна была остаться твоя порция каши. Ты молодец, — сказала конюху и пошла в дом.

Блу жалостливо заскулил, понимая, что прогулка в поиске мелкой живности откладывается. И он не ошибся, двадцать это много служащих, очень много. 

Раньше в Лоуренс Холл приходили только небольшие группы по пять человек. Точнее, так случалось уже два года. 

Наши маги медленно, но уверенно отступали, а огненные захватывали все больше прибрежных поселков.

Если верить сплетням, которые тихо пересказывали друг другу слуги, Поля уже почти полностью захватили. Имения разорили, магов убили, а землю выжгли, превратив в черную пустыню из пепла. 

Собственно, верить этому были все основания.

Лоуренс Холл едва выживал, и уже второй год мы были на грани голода. Спасала только неприхотливая культура, которой кормили овец. Как оказалось, если к овсу добавить белого песка, придающего сладкий или соленый привкус, и для магов такая пища вполне сгодится.

За четыре года стерлись условности и приличия, а еще границы и порядки. Но и об этом позже.

— Мадлен, нам не хватит воды. Нужно найти новое место для скважины. Перенесем артефакт, старая совсем истощилась, и дождей не предвидится, — сказала я сестре, которая уже привычно, каждое утро, крутилась у зеркала и недовольно кривилась.

— Когда-то я была первой красавицей в Академии. А что сейчас? Этому платью больше четырех лет. Цвет стал тусклым, как и я, — снова запричитала девушка, и я устало оперлась на дверь и осмотрела свое платье, которое перешила для меня Роуз.

Один из нарядов служанки. 

Из-за постоянных вылазок в посадку и брожения по полям в попытке поймать хоть что-то съедобное, мои платья быстро приходили в негодность. 

Последнее было выброшено несколько месяцев назад. 

Звери забирались все глубже в посадки кустарников, выманить их становилось все сложнее. Хищники, при отсутствии ежегодной королевской охоты в Лесах, успешно размножились, и остатки домашнего скота пали под зубами тех, кто оказался быстрее уставшей графини и ее верного пса.

— Мадлен, я в наряде служанки. И поверь, если ты не найдешь воду, то савану будет все равно в старом платье тебя закопают или в новом, — повторила свою любимую фразу, которая как всегда оторвала Мадлен от самолюбования.

— Вода? — очнувшись спросила девушка, и я кивнула.

Не знаю, сумеем ли накормить отряд королевских служащих, но хоть воды предложить обязаны.

Спустя час, артефакт стоял на новом месте, а Мадлен стонала от усталости, так словно обошла несколько участков в поисках места под рудники.

— Это недостойно, леди, — сказала сестра и, приложив руку к голове, направилась обратно в дом.

За все эти годы я привыкла к ее нытью. Иногда это даже помогало держаться и не ныть самой. 

Мади справлялась за нас обоих.

Раздав приказы слугам, я встала у двери и посмотрела на приближающихся мужчин. Впереди ехал, очевидно, кто-то из старшего командования. 

Как я определила? Наверное, потому что он ехал.

Лошадь, как оказалось, весьма капризное и прихотливое животное, а еще они много пьют и много едят. 

Для королевства, в котором царил голод, это была роскошь наравне с искусными украшениями популярных некогда ювелирных салонов столицы. 

Хотя нет, украшений сейчас было много, но никому не было дела до пустого блеска. Золото с легкостью меняли на флягу чистой воды и лепешку.

Хотя были и такие, как Мадлен. 

Наверняка, сестра побежала надевать другое платье и украшения. Она никак не желала принимать, что старый уклад рухнул и неизвестно, когда появится хотя бы призрак того, что было раньше и появится ли. В любом случае, этого дождались не все. Многие так и не узнают, чем закончится эта бойня.

Когда рядом на пороге возникла разряженная и сияющая Мадлен, я грустно улыбнулась. 

По крайней мере, пока у нас гости, она перестанет ныть и причитать. Уже ради этого я готова была пожертвовать несколькими мешками овса и водой.

Черноволосый командир быстро скакал в нашу сторону и даже не притормозил у ворот. Приличия стерлись, а правила этикета старательно игнорировались. 

Спрыгнув со своего коня, он поклонился Мадлен и кинул мне брезгливым тоном.

— Напои коня и поживей. Накорми, если есть чем, — сказал мужчина.

Осмотрев наглеца, я вздернула бровь, понимая, что высокомерие сохранила не только моя младшая сестра. Но мужчина не смотрел на меня, он внимательно осматривал Мадлен.

— Прелестное создание, я хочу переговорить с хозяином поместья, — уже более учтиво завил незнакомец, не сводя взгляда с сестры.

Судя по тому, как расплылась в улыбке Мади и даже забывала моргать, слова мужчины она не услышала. И не удивительно. 

Наши слуги давно стали неопределенного пола. И это не странно. Во время атак на Равнину, мы часто проводили ночи в столовой, где заколотили окна и оборудовали подобие лекарского крыла. 

Когда ты жмешься к первому, кто оказался рядом, в надежде согреться или успокоиться, становится все равно, мужчина это или женщина, графиня или повар. Мы все выживали в Лоуренс холле и все работали для того, чтобы прожить на несколько дней дольше. Одна большая семья.

Но незнакомец, как и Мадлен, не разделял моих взглядов и улыбнувшись, повторил вопрос, поцеловав ее руку. 

В его взгляде мелькнуло что-то хищное, словно перед охотником стоит добыча. 

Понимая, что гляделки затянулись, пришлось прокашляться и немного склониться к гостю.

— Вы только что приказали ей напоить коня, милорд. Я хозяйка. Представьтесь и, будьте добры, перестаньте поедать мою младшую сестру глазами, она помолвлена, — тихо сказала у самого уха мужчины и он почти отскочил от Мади, ошарашенно рассматривая меня.

— Как хозяйка? — спросил незнакомец, а потом все же удостоил и меня легкого поклона и все же представился, — Оливер Уэсли, герцог Полей, — отчеканил мужчина, и я вздохнула и не позволила ему задать вопрос.

— Значит, слухи не врут. Поля пали, как и все побережье красного рифа, — сказала, снимая платок с головы, и волосы водопадом рассыпались по спине.

Герцог кивнул и замер, словно впервые увидел. 

Да, моя золотистая копна, все что осталось от прежней Вивьен. 

Кожа была как у служанки, сухой и смуглой, руки как у простого рабочего с поля, только глаза и волосы остались такими же. Зато Мадлен ничуть не изменилась, неудивительно, что на ее фоне меня приняли за служанку.

Но Оливера это больше не смущало. 

Поняв, что с младшей графиней ему ничего не светит, он принялся внимательно рассматривать меня, словно оценивал, стоит ли заигрывать или побрезгует. 

От взгляда серых и холодных глаз герцога по коже прошелся холодок, и я решила переключить внимание мужчины на более важные вопросы.

— Сколько людей в вашем отряде, герцог? Лекаря у нас нет, но воду и овса можем предоставить. Ну и кров. Несколько складов пустуют, обычно служащие, которые к нам забредают, останавливаются там. Если желаете, могу выделить вам покои как командиру. Одни еще более-менее в нормальном состоянии, остальные используются для хранения зерна от голодных зверей, — монотонно повторяла я заученную за годы речь, уставившись на начищенные ботинки командира, и когда закончила, он все еще молчал.

— Значит, слухи не врут. Граф Лоуренс погиб от лихорадки, и в поместье теперь руководит его старшая дочь. О вас ходят слухи, миледи, но я не верил. Все еще не верю, — задумчиво сказал мужчина, и я кивнула.

— Так все говорят. Добро пожаловать в Лоуренс холл, герцог Уэсли. Старший над слугами Лукаш, просто перечислите все, что необходимо, мы постараемся помочь, — сказала, собираясь уйти, но герцог поймал мою руку.

— Что вас так расстроило, графиня Лоуренс? Простите, я был груб, — спросил Оливер, все еще внимательно изучая меня, как гончую перед охотой.

— Прошу, просто леди Вивьен. Поля пали, мы едва сводим концы с концами, в королевстве голод. Не знаю, как в столице, но тут мы просто выживаем уже несколько лет. Я надеялась, что все не так плохо. А еще там, кажется, служили граф Хэмптон и его сын. Кристиан Хэмптон – жених Мадлен, — сказала герцогу, и он прищурился, а потом посмотрел на сестру, которая наконец перестала глупо улыбаться.

— Тебе писал Кристиан? — возмутилась она, и оба они вопросительно уставились на меня, словно я сказала что-то преступное.

— Нет, Мадлен. Отец же говорил, что король запретил любую переписку, чтобы враг не мог отслеживать наши войска. Один из солдат рассказал, его брат служил там же. Он и сказал, что не стоит даже надеяться, и не только мне. Почему по твоему слегла леди Анна? Она слышала наш разговор. Тебе я не говорила. Ведь мы не уверены точно, — объяснила я, и нижняя губа Мади задрожала, как в детстве, когда отец отказывал в чем-то своей любимой дочке.

— Я вдова! — завопила она и кинулась в дом.

— Поэтому и не говорила, — прошептала и посмотрела на Оливера.

— Хм, мне жаль леди Вивьен. Но вашей сестре и правда лучше пережить эту потерю как и графине Хэмптон. На побережье была бойня. Даже раненых почти не осталось. — сказал герцог, а потом осмотрев своих людей которые были у ворот добавил, — Если каким то образом молодой граф и выжил то скорее всего тяжело ранен или в плену. В моем отряде есть несколько служивых с побережья, подобрали по дороге но все тяжело ранены. Мы не надеемся что кто то выживет, просто решили похоронить как следует. — сказал он и я кивнула.

Осмотрев отряд герцога, я снова замотала голову косынкой. 

Раненых было больше половины, и с этим предстояло что-то сделать. 

Лекарей в поместье и окрестностях не осталось, зато знания и капли магии Роуз пришлись как раз кстати.

Пока герцог отдавал приказы своим людям, а Мадлен рыдала в комнате, я помогала готовить места в одном из складов для зерна. 

Тепло, сухо и не на виду. 

Хоть склад был сооружен из дерева, но сохранял тепло, а пол был приподнят и установлен на высокие сваи. 

Еще несколько лет назад мы заложили пространство соломой, и теперь тут было временное пристанище для солдат или тех, кто забредал на земли Лоуренс.

— Тяжело раненые. Куда их, леди? Подальше бы от входа. Если прилетят огненные, чтобы остальные могли выбраться, эти точно не жильцы, — сказал молодой служащий, и я указала место у стены посередине склада.

— Тут два выхода, милорд, — сказала служащему, и он улыбнулся.

— Виконт Лукас Кент, леди Вивьен. Помощник командира, — представился молодой виконт и одарил меня очаровательной улыбкой.

Молодой и русоволосый мужчина, такие как он, как раз были во вкусе Мадлен. Внезапно мелькнувшая мысль заставила внимательнее присмотреться к виконту. 

Идея о том, как восстановить тишину в доме, пришла неожиданно и весьма кстати. Хоть она была не совсем приличной, но усталость заставила замолчать сонную и поскуливающую совесть. 

Этот по-женски красивый Лукас Кент как раз то, что мне нужно, чтобы отвлечь Мадлен от истерики по поводу утраченного поместья. Или почему она там еще рыдала. 

Ну уж, явно не из-за Кристиана.

Сестра вертела хвостом с каждым симпатичным служащим, который останавливался в Лоуренс холле и имел титул аристократа. К счастью, таких было немного. Или к несчастью.

Стыдно признаться, но пока Мадлен была увлечена беседами с приглянувшимся мужчиной, я наслаждалась тишиной и отсутствием истерик. А потом ругала себя за то, что не следила за репутацией младшей сестры. 

Рано или поздно война закончится, и слух о графине, которая была излишне приветлива со многими, кто посещал поместье, быстро затмит счастье от победы. Но до этого еще далеко.

Очередной раз, ругая себя за слабость, я натянула кривую улыбку и сказала: 

— Виконт, составите нам компанию за ужином. Вы еще не знакомы с моей сестрой. Она скучает без светских бесед, возможно, вы сможете нас порадовать.

В горле остался вкус пепла от того, что я сделала, но сил успокаивать Мадлен просто не было. И мужчина улыбнулся еще шире.

— С радостью, леди Вивьен, до вечера, — сказал он и ушел.

Загнав постанывающую голосом Мади совесть поглубже, я вернулась к своим заботам. Раненых заносили и заносили, а я развешивала светильники, чтобы склад не казался склепом.

Мельком осматривая служащих, отметила, что больше всех досталось тем, кого положили у стены. Пока остальные сидели или полу лежали, пять магов только хрипло сопели, словно вот-вот отправятся в лучшее место.

Стало жаль бедолаг. 

Я понимала, что никто не станет с ними носиться, поэтому сделала то, что считала правильным.

Взяв тряпку, ведро и таз, я подошла к первому мужчине и, смочив чистую ткань водой, начала обтирать его лицо. 

— Держись, служивый, неужели тебя никто не ждет. У нас много земли, но лишь один склеп. Не смей погибать в моем хлеву, — говорила мужчине, и, кажется, он тихо застонал.

Влив в рот магу какое-то зелье, приготовленное Роуз, погладила уже более чистые волосы. 

Следующий служивый оказался еще совсем ребенком. И вместо того чтобы убеждать, я рассказывала ему про то, как у нас красиво, и какие симпатичные девушки, а вот парней совсем нет.

Сложнее всего будет с пятым, и его я оставила напоследок, принося сразу два ведра. 

Остальные маги в хлеву опасливо поглядывали и качали головой, шепча, что я только зря трачу воду. 

Может и зря, но они люди, а мы не звери, хоть и на грани.

— Ну что, ж, ты самый грязный. Сможешь рассказывать, что тебя сама графиня отмывала от песка и болота, — даже улыбнулась я мужчине, понимая, что он все равно не слышит. 

Этот маг дышал сложнее остальных, а судя по ветке, привязанной к ноге, был еще и серьезно ранен.

— Что ж, ты под ноги не смотришь. Вот как тебя отмыть, а? — водила по сбитым рукам мужчины, пытаясь найти хоть один целый участок кожи. 

Но это было просто бесполезно, тогда я намочила ткань и аккуратно приложила к лицу. 

Неожиданно мужчина издал тихий стон, то ли боли, то ли облегчения.

— Вот и ты не так уж плох. Кто ждет тебя дома? Очнешься и обязательно расскажешь, правда, — склонилась и почти прошептала мужчине. 

Неожиданно, маг едва слышно прохрипел в ответ: “Вив”. 

Сердце упало, а на глаза навернулись слезы. 

Только первое мгновение я пыталась убедить себя, что все это не может быть правдой, и мне просто послышалось. 

Но, когда буквально полила водой волосы служивого и слегка оттерла израненное лицо, пришлось прикрыть рот руками, чтобы не закричать.

До особняка я не шла — летела. 

Собрав слуг, приказала молча следовать за мной и освободить соседнюю комнату в моих покоях. Как и во всех остальных, там хранилось зерно. 

Спала я редко и в кабинете, а спальню использовала, чтобы переодеться и побыть в тишине, ну или порыдать. 

Но не в этот раз.

Словно воры в собственном доме, мы крались на этаж, и только когда дверь закрылась, я смогла выдохнуть. 

Никому знать нельзя. 

Леди Анна не выдержит, если увидит сына в таком состоянии. Когда все решится, она сможет или увидеться, или проститься.

— Что ж, Кристиан, ты все же вернулся, как обещал. Но следующий раз я пожалуй потребую уточнить в каком состоянии, — шептала графу, отмывая его от грязи и пыли.

— Ты что, удумала? А ну брысь отсюда. Сама помою, — тут же влетела в комнату Роуз и буквально вырвала у меня ткань.

— Ты что, боишься, что я испачкаюсь? — удивленно посмотрела на свою охранницу, и женщина заворчала.

— Еще чего. Пачкайся хоть по уши, а разглядывать голого мужика невинной леди не положено. Тем более чужого, — сказала она с нажимом, и я не стала спорить.

Слово “чужого” напомнило то, о чем я совсем забыла за попытками выжить. 

Кристиан, чужой жених, жених моей сестры, больше не мой, а еще он предатель. Повторяла я одну и ту же фразу, пока картинки раненого графа немного не потускнели. 

Отойдя от шока и сообщив герцогу, что жду его на ужин, побрела к остаткам псарни. Неплохо было бы добыть мяса этим воякам. Да и своим людям тоже.

Нас с Блу ждет прогулка, и иногда для меня это было спасением. 

Остаться одной и на мгновение забыть об ответственности, только я, пес и тишина.

*****

Два кровавых следа тянулись за бледной, словно тенью, девушкой, но несмотря на кромешную тьму, она знала, куда идет. Знала ради чего ее руки были такими же красными, как капающая с них кровь. 

Только подходя к особняку Вивьен, поняла, насколько печально выглядела. Слуги замирали и начинали вспоминать духов, а служащие, которые бродили во дворе, инстинктивно тянулись к месту, где обычно вешалось оружие.

Но графине было все равно до их осуждающих и ошарашенных взглядов. 

Кинув на порог две утки, она посмотрела в сторону веранды, где разинув рты стояли герцог Уэсли, виконт Кент и шокированная Мадлен.

— В часе ходьбы туша волка, кажется. Если ваши люди желают чего-то более сытного, чем пресная каша. Мой пес покажет дорогу, он обучен. Сама я его не унесу, — сказала командиру.

Прочистив горло, герцог все же посмел возразить. 

— Простите, леди Вивьен, но мои люди сейчас не в состоянии охотиться на волка. 

Закатив глаза, Вивьен кинула к ногам герцога сломанный охотничий клинок отца, который всегда брала с собой, чтобы выпутывать платье из колючего кустарника.

— Надеюсь, разделать уже убитого, они все же в состоянии. Я бы послала слуг утром, но до рассвета от туши останутся только кости, — сказала и, прежде чем войти в дом, добавила, — Если чары моей сестры ухудшили ваш слух, я повторю, милорд. Я УБИЛА ВОЛКА. Вашим людям осталось забрать тушу. 

— Гуси. Разделайте и разделите на несколько дней, — приказала слугам графиня и поплелась наверх.

Бедная Роуз, сегодня ей пришлось не только греть воду, но и менять ее три раза. Но выбора не было. 

На одном овсе долго не протянешь, а глупый волк сам попал в расставленные в зарослях капканы. 

Видимо, он был стар или ранен, раз не смог сбежать. Но убить даже слабого хищника это не гусей или кроликов. Руки девушки до сих пор дрожали.

Выбравшись из ванны, Вив открыла дверь в слабо освещенную комнату.

— Что скажешь? — спросила женщину, и Роуз вздохнула.

— Ногу я перевязала, но ходить он сможет не скоро. На лице возможно останутся шрамы, вся грудь точно будет исполосана, как и спина. Непонятно, что с одной рукой, сильный ушиб или сломана, как и нога. Скорее всего, будет хромать, даже когда сможет ходить, — перечисляла служанка, и Вивьен не знала, обнять ее или обругать.

— Мне плевать на увечья! Ты скажи, жить он будет или нет, — спросила она, и Роуз грустно улыбнулась.

— Вот поэтому граф сделал неправильный выбор. Потому что для Мадлен лучше, чтобы не выжил, чем хромой со шрамами. А ты глупая, поэтому он будет жить. Оклемается. Больше грязи, чем страшных ранений. У короля видимо людей много, раз вполне живых списывают. Водой пои. Все равно ведь будешь тут сидеть, — повторила Роуз и вышла.

Устало упав на кровать рядом с Кристианом, посмотрела на уже чистого графа.

— Ну вот, а если бы я не стала отмывать тех, кого списали со счетов, — вздохнув, Вив положила голову на руки и прикрыла глаза.

Кристиан жив, как минимум леди Анне станет лучше, и это уже проще. Но сообщать графине, что ее сын нашелся, она не спешила. 

Прежде чем Кристиан пришел в себя, прошло еще три дня.

Три долгих и сложных дня. 

*****

Я и не догадывалась, как просто было раньше, пока не прибыл отряд герцога Уэсли. 

Да и раньше служащие так долго у нас не гостили, что немного напрягало. 

Помогали они не слишком охотно, а продукты уничтожали стабильно и в больших количествах. 

За ужином герцог очередной раз сообщил, что скоро они нас покинут, и я снова не стала уточнять, как скоро наступит это “скоро”.

Как обычно, завалившись на кровать рядом с Кристианом, начала рассказывать своему спящему графу, как прошел день. 

Но в этот раз вместо тихого сопения на мои жалобы, в ответ прохрипели тихое: 

— Ублюдок. 

Буквально вскочив с кровати, я обнаружила, что молчаливый сосед все еще молчаливый, но вовсе не спящий, как было прежде.

— Крис, ты очнулся. Позвать маму? Я не говорила, пока не будем знать наверняка, — говорила, изучая лицо графа. 

Бледный и весь израненный, один глаз еще был слегка припухшим, но Кристиан уверенно моргнул. 

Расценив это жест как знак, что ответить мне не могут, села рядом и взяла мужчину за руку.

— Послушай, давай на 'нет' ты прикрываешь глаза, а если не против или 'да' просто ничего не делай. Договорились? — спросила и реакции не последовало, — Что ж, приму это за 'да', — сказала мужчине и мою руку слегка сжали подтверждая.

— Давай с простого. Тебе что-то нужно. Пить? — спросила я, и Кристиан снова сжал руку. 

Когда часть стакана все же попала в рот графа от того, что мои руки все еще дрожали, я пыталась вспомнить, какие еще вопросы стоит задать.

— Позвать твою маму? — снова спросила, и Кристиан закрыл глаза, — Правильно, такое состояние повергнет ее в истерику. Начнешь хотя бы сидеть и говорить, тогда и порадуем, — сказала наиграно весело, не решаясь задать следующий вопрос.

— Мадлен. Позвать Мадлен? — едва выдавила, и когда Крис снова моргнул, выдохнула. 

Почему-то все внутри противилось тому, чтобы звать ее сюда. 

Хоть Кристиан не знал, но он принял правильное решение. Понимая, как мерзко это звучит, опустила взгляд.

— Я ужасный человек, Крис, иногда самой противно от собственных мыслей, особенно когда речь идет про Мади. Ей тоже непросто, а я просто ужасная сестра, — уже по привычке вылила на Кристиана поток мыслей и когда он слегка погладил руку вместо того, чтобы сжать, улыбнулась.

— Не знаю, как много и как давно ты слышишь мои мысли, но это лучше, чем рыдать, спрятавшись от Роуз. Благодаря тебе, я не рыдала уже больше трех дней, — сказала мужчине, и кажется, в его взгляде было сочувствие.

— Да, иногда я могу быть не только гадкой, но еще и жалкой. Ты хочешь спать? Я бы поспала, — спросила своего молчаливого соседа, и он часто заморгал.

— Хорошо, я не буду тушить светильники. Последнее время я могу спать даже стоя, так что слабый свет не раздражает, — попыталась объяснить, и Кристиан снова часто заморгал. 

Не понимая, почему мужчина протестует против того, чтобы я просто легла, подвинулась ближе и, ощутив причину, провела рукой по волосам графа.

— Думаю, лучше позвать Роуз, — тихо встала с кровати, и граф заметно расслабился, даже задышал более ровно, — Не поверишь, но несмотря на все, что мы пережили, она тщательно блюдет мою репутацию. Это при том, что возле дома около десятка вполне здоровых холостых мужчин, — посмеиваясь, я натягивала теплые туфли.

— Жених, — прохрипел Кристиан, и я обернулась. 

— Ну, прости, но других комнат нет, в соседней зерно. Через пару недель его посеем, и я выделю тебе комнату. Так что да, чужой жених в моей постели. Все же это лучше, чем склад, согласись. И ты ведь никому не расскажешь, правда, — отчитывала я Кристиана. 

Напоминание о глупых приличиях злило и уж от кого, а от Криса такого я никак не ждала.

Услышав громкий вздох или стон, посмотрела на своего невольного соседа по кровати. 

— Где твой жених? — все же выдавил граф, и я нахмурилась, понимая, что мужчина скорее всего бредит. 

Положив руку на лоб, обтерла его лицо влажной тканью.

— Странно, жара нет. Крис, ты забыл, у меня нет жениха. Отдохни, ладно, — погладила я мужчину по волосам, и его лицо немного расслабилось.

Спустя час, мой сонный гость снова спал, и я устроилась рядом, уже на чистой постели. 

Обхватив руку графа, как делала с того дня, как он вернулся, позволила себе немного отдохнуть.

Прошла еще одна неделя, а отряд герцога Полей все так же пользовался гостеприимством поместья Лоуренс Холл. 

Во время очередного скудного ужина, я все же решила напомнить Оливеру Уесли, что ресурсы имеют свойство исчерпываться. 

Поле было засажено, а люди высокомерного аристократа вполне освоились, но все так же не спешили ни покидать мои земли, ни помогать в собственном содержании, и это раздражало.

— Милорд, сколько еще вы планируете гостить на землях Лоуренс? — спросила я мужчину, и он нахмурился, хотя еще мгновение назад вел светскую беседу с ожившей и необычно веселой Мадлен.

— Вы гоните нас, графиня? — строго спросил герцог. 

Было желание сообщить, что работать на содержание не только поместья, но и небольшого войска мы не в состоянии. Но я не успела. 

Вдалеке послышался уже знакомый гул, и вместо того чтобы поставить мужчину на место, я побежала раздавать приказы кому и где укрыться.

Когда небо озарили летящие огни и послышались первые звуки взрывов, у столовой меня перехватила Роуз.

— У твоего гостя проблемы, я не справлюсь, — сообщила служанка, и выдохнув, я отправила ее к остальным, вихрем врываясь в хозяйскую спальню.

Открывшаяся картина заставила замереть. 

Кристиан сидел привязанный к кровати и то и дело пытался удариться головой о деревянный подголовник.

— Крис, ты что, Крис? — кинулась я к мужчине, буквально запрыгнув сверху и подставляя подушку, чтобы граф не ушибся в странном приступе ярости. 

Но Кристиан словно не слышал, продолжая пытаться вырваться или разломать кровать, к которой был привязан.

За последние дни графу Хэмптону стало лучше. 

Вместо нескольких слов, он уже нормально мог выдать предложение, хоть и давалось оно с трудом. Сорванный голос возвращался, но медленнее, чем ожидалось. 

Вставать мужчина все еще не мог, зато уже сидел и даже ел самостоятельно, что не могло не радовать.

Новость о том, что молодой граф жив и в относительном порядке, леди Анне мы собирались сообщить, как только герцог покинет земли Лоуренс. 

Непонятно, как отреагирует командир отряда на новость о том, что раненые с Полей выжили. 

Опасаясь, что Кристиану устроят допрос, мы с Роуз решили скрывать эту новость. Но не только из-за графини Хэмптон и герцога мы прятали Кристиана. Скорее, из-за Мадлен.

Молодой виконт Кент, как я и предполагала, пришелся сестре по вкусу. Позволив виконту покинуть отведенное для отряда место, я допустила ошибку, недооценив Мадлен и возможные последствия. 

Герцог, к сожалению Мадлен, был женат и не мог предложить ей ничего больше, чем роль любовницы, а вот молодой виконт был свободен. Оба они весьма откровенно заигрывали с Мади, но роль жены виконта была для нее предпочтительнее, чем роль любовницы герцога.

Первые несколько дней я выдохнула, заметив, что вместо регулярных истерик, все свое мастерство сестра направила на холостого виконта. Но, застав их целующимися возле кухни, поняла, что невинным флиртом дело не ограничилось. 

Все попытки приструнить молодую вертихвостку разбивались о ее “не твое дело”. И я понимала, что новость о том, что Кристиан жив, придется объявить, как только согласится он сам. 

Но Крис, как назло, не соглашался. 

Признаваться ему о причинах спешки не могла, а позволить развиваться отношениям Мади и виконта не желала.

И вот мой тайный гость весьма не вовремя грозился раскрыть свое присутствие, пытаясь разгромить единственную приличную спальню в поместье.

 — Крис, прошу, успокойся. Ты в Лоуренс Холле, ну же, посмотри на меня, прекрати, — прижимая графа кровати, я обхватила его голову, заставляя смотреть прямо в лицо. 

Несмотря на то что Кристиан весь высох, он все еще был сильнее, и если ткань не выдержит, сложно представить, что сделает мужчина.

— Крис, видишь, это всего лишь я – Вивьен, я тут все хорошо, — почти шептала, поглаживая мужчину по голове, и взгляд графа наконец снова стал осознанным.

— Вив, — отозвался Кристиан и прекратил сопротивляться.

Гул за окном нарастал, и пришлось рискнуть и отвязать буйного гостя, тут же выдавая ему инструкции.

— Времени идти вниз нет, мы просто укроемся от стекла, если прилетит слишком близко. Ладно? — сказала, собирая несколько одеял и накидывая их на наблюдающего за мной графа.

— Ты успеешь. Иди, — сказал Кристиан, растирая руки.

— Конечно, нет. Мне тебя еще леди Анне показывать, так что простите, граф, но одного тебя я не оставлю, — уверенно сказала, и толкнув мага в грудь, забралась под покрывала.

— Глупая, — тихо сказал Крис, но, похоже, за прошедшее время понял, что спорить с хозяйкой бесполезно. 

Я бы не выжила тут четыре года, не умея отстаивать себя и позволяя спорить или перечить. 

Устроившись рядом с Кристианом, накрыла нас покрывалами и замерла, в ожидании того, что поместье или уничтожат, или как обычно, пролетят мимо, просто напугав. 

За несколько лет мы смирились с периодическими налетами, но каждый раз сердце билось чаще в ожидании возможной скорой гибели.

— Ты уже не дрожишь, как тогда в склепе, — тихо сказал Кристиан и, запустив руку за мою спину, притянул к себе и крепко прижал к груди, — Все будет в порядке, если за столько лет они не разрушили Лоуренс Холл, значит, вы им не мешаете. Но отряд нужно убрать. Рано или поздно разведчики заметят служащих, тогда от поместья камня на камне не останется, — прошептал граф, поглаживая меня по спине.

— Знаю, но почему-то герцог Уесли не спешит уходить, точнее не планирует. Сегодня видела это во взгляде, когда спросила. И я не знаю, что делать. Еще месяц, и нам самим даже овса не останется, — уткнувшись носом в грудь Кристиана, позволила себе на мгновение забыться, согреваясь в мужских объятиях. 

Рука графа поднялась и пригладила волосы. 

— Разберемся, Вив, мне нужно еще пару дней, и со всем разберемся. Я помогу, малыш, ты только не плачь, — прошептал он в волосы, и словно назло, я шмыгнула носом.

— Мне не позволено плакать, Крис. Моя слабость разрушит то, что и так работает с трудом. Сам знаешь, без хозяина-мужчины мы легкая добыча. Особенно учитывая условия отца. Если Мади выйдет замуж за такого как герцог, нам конец, — тихо сказала я и поняла, что сболтнула лишнего только когда граф ощутимо напрягся.

— Если твоя сестра выйдет замуж за кого-то другого, она не получит поместье. Правда, ей видимо об этом не известно. Люк Лоуренс не был глупым, хоть никогда и не показывал, как сильно ценит тебя и доверяет, — едва слышно сказал Кристиан, и как только я хотела возразить, неподалеку раздался громкий взрыв, и яркая вспышка озарила комнату.

— Крис, — прошептала я в грудь мужчине, и он снова погладил мою спину, успокаивая, хотя сам напрягся и едва заметно вздрогнул.

— Это со стороны Хэмптон Холла. Еще в самом начале, отец дал разрешение разбить там временный лагерь, для войск, которые направлялись к побережью. Без хозяина поместья, служащие не считали нужным скрывать свое присутствие. Хэмптон Холла уже нет больше трех лет. Сплошные руины, — так же спокойно говорил Крис, словно это не его дом разрушили огненные. 

Вероятно, Кристиан уже давно смирился с тем, что поместья Хэмптон больше нет. Но я не верила его наигранному безразличию и жалела, что не могу видеть лицо. 

Глаза Кристиана не соврали бы, и уверена, что при воспоминании о разрушенном доме в них была печаль, хорошо скрытая за холодным тоном.

Несколько бесконечно долгих мгновений мужчина держал меня в объятиях, и с каждым новым взрывом крепче прижимал и едва ощутимо касался волос, что-то шепча. 

Я знала, что Кристиану страшно, только моё присутствие заставляло его храбриться и изображать ледяное спокойствие.

Гул снова отдалялся, и я выдохнула, пытаясь отстраниться, но мужчина не позволил.

— Уже поздно, Вив, тебе стоит поспать. Не стоит спускаться вниз. Герцог пожелает продолжить разговор. Ты к этому не готова, дождемся утра, — объяснил свое поведение Кристиан и ослабил хватку.

Мне стоило уйти, ну или как минимум отстраниться, но слишком тепло было в объятиях графа, и игнорируя голос внутри, который шипел о приличиях и о том, что это жених сестры, я закрыла глаза и уже сама его обняла. 

Тихий смешок и легкий поцелуй в волосы давали понять, что отталкивать меня Крис не намерен. 

— Пригрелась, — объяснил он мое поведение и, стягивая плед с головы, уткнулся носом в волосы, — Поспи, моя храбрая хозяйка, завтра будет сложный день.

*****

Кристиан не ошибся: с рассветом в спальню ворвалась взъерошенная Роуз и буквально стянула с меня одеяло. 

— Что творится? Все проспала. Что творится? — повторяла служанка. 

Но я выспалась впервые за долгое время, по-настоящему выспалась. 

Потому довольно потянулась и даже улыбнулась взволнованной женщине. 

— Что творится, Роуз? Под воротами отряд огненных. Других причин для паники я не нахожу.

— Хуже! От этих убийц ничего кроме смерти не ждешь. Хуже, когда нож в спину готовят свои же. Собирайся, Вивьен, может, успеешь как раз к представлению нового хозяина, — сказала служанка, и сон улетучился, как и хорошее настроение.

— Как хозяина? Кристиан спустился? — спросила на ходу, скидывая платье и рубашку. 

Осмотрев пустую постель, сердце рухнуло вниз. 

Неужели он меня предал? Снова? И снова сделал это за спиной.

Расчесывая волосы, я смотрела в отражение бледной девушки, в глазах которой блестели слезы. 

Жаль, в отражении не было видно, как горит все внутри от ощущения, что меня снова предал тот, кому доверяла, тот, которого спасла. 

Ведь если бы я не нашла Кристиана на складе, его бы закопали заживо. А как они собирались поступить с остальными, пока я не приказала слугам унести раненых в дом и разместить их в столовой. 

Роуз выхаживала четверых магов, списанных со счетов. 

Люди Оскара не желали тратить на них ни время, ни воду. Вопреки всем их прогнозам, все четверо уже встали на ноги. 

Только Уесли этот факт больше злил, чем радовал, ведь вместо него — великого спасителя, маги благодарили моих слуг и Роуз, которая не позволила им отправиться к духам. 

Высокомерный герцог скрипел зубами, каждый раз наблюдая, как аристократы, спасенные моими людьми, пытались помочь в доме, едва стоя на ногах, в то время как здоровые солдаты только выпрашивали овес, чтобы сварить какое-то крепкое пойло. 

Вся работа и обхаживание отряда служащих легли на мои плечи и плечи моих слуг, без того уставших и полуголодных. 

Единственное, до чего снизошли служащие Оскара, все-таки притащили тушу волка в тот день. Но после, никто даже не думал повторить подвиг и хотя бы проверить ловушки в кустарнике.

Когда волосы были уложены, а платье надето, дверь ведущая в ванну тихо открылась, и, опираясь на дверной косяк, в проходе стоял Кристиан. 

Мы с Роуз озадаченно переглянулись. 

— Леди Мадлен сказала, что ждет всех в теперь уже своем кабинете. Новый хозяин решил заявить свои права на поместье и отдать распоряжения, — оправдываясь сказала Роуз.

Еще раз осмотрев Кристиана, все так же опирающегося на косяк, я едва не растрепала прическу. 

Вряд ли граф успел все выяснить с Мадлен, а потом решил принять ванну и явиться ко мне в одних портках. 

— Не похоже, что Кристиан покидал комнату. Ты уверена? — спросила я у Роуз, и женщина быстро закивала. 

— Новый хозяин, значит, — наконец заговорил граф, и Роуз виновато опустила голову, а я все так же озадаченно рассматривала мужчину.

— Тебя не было. Прости, но это было бы закономерно. Ведь после свадьбы ты все равно получишь поместье, так зачем позволять мне командовать, — пыталась я оправдать себя и свою Роуз, и Крис выгнул бровь, словно большей глупости не слышал. 

— Вив, малыш, если бы я и решил перенять управление, то уж точно не за твоей спиной и ставя перед фактом. Неужели ты считаешь меня таким подлым? — возмущенно спросил Кристиан и делая шаг вперед, покачнулся. 

Но я успела подхватить мужчину, снова утыкаясь носом в обнаженную грудь. 

— Мне жаль, что тебя это задело, Крис. Но согласись, то, как вы Мадлен обручились, и то, что было до этого, дают весьма веский повод усомниться в твоей порядочности, — сказала, помогая графу дойти до кровати. 

Вместо того чтобы отпустить, он сел и прижал меня к себе, смыкая руки на талии.

— Первое, сейчас не время это обсуждать. Второе, я не врал тебе, Вивьен, ни тогда, ни сейчас. До объявления о помолвке я и пальцем не касался твоей сестры. Все, что ты видела, предназначалось не тебе. Я ждал другого свидетеля, но так даже лучше. Одной ошибкой меньше, — строго прорычал граф. 

Роуз многозначительно покашляла, а он отпустил и посмотрел на служанку. 

— Помогите мне перевязать ногу Роуз и найдите трость, у Люка Лоуренса их должно быть много. Сама Вивьен в кабинет не пойдет. Какую бы игру ни задумала Мадлен, додумалась она не сама, и мы уравняем шансы, — уже спокойнее скомандовал он. 

Меня, как ребенка, выставили за дверь и приказали ждать.

Наглость графа поражала, но если признаться честно, то от его поддержки я бы не отказалась, и хорошо, что не пришлось просить. 

В одном Кристиан точно прав: Мадлен не сама додумалась до такого. Сестру не особо интересовало все, что не было связано с баллами, украшениями и новыми нарядами.

Когда мы спускались вниз, сразу стало понятно, что что-то происходит — поместье словно вымерло. 

Роуз не соврала. Такое бывало крайне нечасто, только когда после долгого отсутствия приезжал граф, и служащие в доме маги выстраивались вдоль дорожки, чтобы поприветствовать хозяина.

И когда на первом этаже не встретилось ни одного слуги, я показала Роуз и Кристиану ждать и направилась к входу. 

Через распахнутую дверь можно было оценить всю абсурдность ситуации.

Вдоль дорожки выстроились все слуги, работающие в особняке. По обе стороны, они стояли и озадаченно переглядывались. Едва не дрожащий от страха или волнения Лукаш указывал на каждого, называя имя и должность. 

И еще абсурднее ситуация была от того, кому мой старший над слугами представлял наших людей.

Герцог Оливер Уесли кивал в ответ на слова Лукаша и делал шаг к следующему слуге. 

С другой стороны от наглого командира шла сияющая Мадлен, которая держала под руку своего возлюбленного — Виконта Лукаса Кента.

— Граф Хэмптон попросил вас выйти и ждать Мадлен и герцога у двери. Он желает услышать объяснение того, что происходит, до того как объявит о своем присутствии, — прошептала Роуз, и я молча кивнула, поворачиваясь к Кристиану.

Опираясь на трость, он был мрачнее грозовой тучи, и в черных глазах плясал огонь ярости. 

Не знаю, состояние графа было вызвано тем, как легко и подло пытались отобрать поместье или тем, как улыбалась новому кавалеру его невеста.

Замирая у входа, я молча наблюдала, как представляют герцогу оставшихся слуг. И когда последний склонился перед Оливером, веселая компания направилась к поместью.

— Рад, что вы уже спустились, графиня. У нас есть новости, — с оскалом заявил Оливер и кивнул в сторону Мадлен.

— Лукас сделал мне предложение! — почти взвизгнула сестра, прижимаясь к своему новому жениху. 

— Это не объясняет то, что тут происходит, — холодно ответила я, и Мади обиженно надула губы. 

Явно другой реакции ожидала радостная невеста виконта. 

— Если позволите, я объясню, леди Мадлен, — все так же скалясь, сказал герцог, и молодая графиня кивнула, одарив меня недовольным взглядом обиженного ребенка.

Выступая вперед, герцог встал рядом и осматривая новые владения, строго сказал: — Мы с вашей сестрой заключили сделку. Воля покойного графа такова, что после свадьбы младшей дочери поместье переходит во владения ее и ее нового мужа. Но молодой паре скучно прозябать в глуши, а мое имение разрушено, — начал герцог.

Не скрывая своего отношения к словам Оливера, я задала вопрос: 

— Откуда вам известна воля моего отца?

— От леди Мадлен, конечно. Документы, полагаю, в столице у душеприказчика. Я уже отправил своего служащего за бумагами. Как только он доставит документы, и виконт с графиней поженятся, поместье перейдет ко мне. Молодая пара взамен получит поместье в столице. Вашу сестру не особо интересует владение таким участком. Так же я выкуплю земли Хэмптона, леди Анна уже дала согласие. Наследников у нее нет, а разрушенный дом и пастбища старой графине ни к чему, — сказал герцог и, повернувшись ко мне лицом, добавил: — Так что, отвечая на ваш вчерашний вопрос, Вивьен. Я планирую тут задержаться, вместе со своими людьми. У вас есть выбор: скрасить мое одиночество и остаться тут, разводить своих псов, либо покинуть эти земли сразу после подписания договора о передаче имения Лоуренс. Бывший Лоуренс вскоре оно будет именоваться Уесли холл.

— Скрасить одиночество? — спросила я у герцога, пытаясь прояснить, на что именно намекал этот подлец. 

— Я женат, Вивьен, вам это известно, и признаюсь, кандидатура Мадлен в роли любовницы была бы предпочтительнее. Но так уж и быть, если отмыть и одеть, то вы вполне способны будете согревать мое ложе. Правда, есть нюанс, от которого зависит, насколько щедрым я буду, — сказал мужчина, смерив меня взглядом, словно кобылу перед покупкой на аукционе.

— Удивите меня, герцог, — почти прошептала, чувствуя, как начали дрожать руки. 

Хорошую судьбу приготовила мне сестра. Продала и поместье, и меня в придачу. 

Но герцог воспринял мой вопрос как скорую победу и снова улыбнулся.

Протягивая руку, мужчина коснулся щеки и провел пальцем, опускаясь ниже к шее, а потом обводя кромку декольте. Пришлось приложить усилие, чтобы не влепить ему пощечину в ответ на неподобающую вольность.

— Все зависит от того, познали ли вы мужчину, Вивьен, или я буду первым. Девственницы – моя слабость. Подарив мне невинность, вы обретете многое, в том числе и положение негласной хозяйки Уесли холла. Моя жена никогда не покидает столицу и не побеспокоит нас в этой глуши. Так что ты скажешь мне, Вивьен? Ты будешь моей хозяйкой или очередной девкой, изредка согревающей ложе? — спросил он, все еще водя пальцем по моей груди.

— Мне жаль, герцог, но я не подарю вам ни невинность, ни свое поместье. Лучше пешком идти до Санней, чем позволить прикоснуться ко мне еще хоть раз, — тихо сказала, убирая руку наглеца, а потом, вздернув подбородок, посмотрела на ухмыляющуюся Мадлен.

— Ой, ну ты всегда была дурой, Виви. Лучше, чем предложение герцога, тебе ждать не стоит. Ни один даже престарелый аристократ не женится на графине-служанке, еще и почти без магии, — попела змея, которую я пригрела на груди.

Игнорируя слова так называемой сестры, я обошла эту компанию подлецов и направилась к Лукашу. 

— Идите и приступайте к работе, Лоуренс холл пока что принадлежит мне. Если вы не желаете пухнуть с голоду, хватит топтать пыль, — громко сказала, растерянным слугам, а потом повернулась к двери.

К тому, кто стоял и наблюдал за представлением, не скрывая кривую улыбку.

Постучав тростью по откосу, Кристиан громко сказал. 

— Вы слышали приказ своей хозяйки, за работу! Кто желает служить герцогу, пусть собирает вещи, скоро отряд Оливера Уесли покинет земли Лоуренс.

Лица довольной компании предателей стоило видеть, но к сожалению, они уже стояли ко мне спиной, рассматривая внезапно ожившего графа Хэмптона.