Гламурная кукла для лорда оборотня

— Ну, и что нам делать? – хмурая Маришка ходила из угла в угол. – Ничего не происходит уже который месяц! Никого из парней наш мир не принял. Портал их просто не пускает! Что это может значить?

— Что пока не время, - спокойно произнес Армиур, наблюдая за ее метаниями. На очередном витке он сгреб жену в охапку и посадил к себе на колени. – Не волнуйся ты так, родная. Богам виднее, как все должно быть. Возможно, Избранные просто еще не готовы, чтобы поменять свой мир на наш.

— Но сколько нам ждать? – спросила Маришка. – Парни уже извелись все. Кстати, все же первым жребий выпал Киссу, хоть после него попытались и все остальные. Думаю, надо именно ему уделить пристальное внимание. Давай к нему сходим? Вдруг, он уже что-то почувствовал?

— Я велел при любом малейшем предчувствии сразу бежать ко мне, - успокоил ее Армиур. – А может, тебе испечь для них что-нибудь этакое, волшебное?

— Я ведь уже пыталась, - вздохнула Маришка. – Но эффекта никакого.

— А ты на какой эффект рассчитывала? – уточнил ее муж.

— Хотела, чтобы они смогли почувствовать притяжение своей Избранной, - принялась объяснять Маришка, - и смогли определить, кто следующий должен пройти это испытание.

— А если поставить вопрос по-другому? – предложил Армиур. – Скажем, пусть твое печенье поможет им расслабиться и просто наслаждаться жизнью. Боюсь, из-за этого постоянного ожидания парни находятся в нешуточном стрессе. И это мешает открыться их чувствительности к происходящим изменениям.

— Думаешь? – нахмурилась Маришка. – Можно попробовать, - кивнула своим мыслям она. – Пойду, надо подумать над рецептом! Это должно быть что-то творожное, как мне кажется.

— Почему творожное? – попытался понять ее логику Армиур.

— Ну как же? Творожное, значит легкое, воздушное, - начала рассуждать Маришка. – К тому же все коты любят молочное, значит, это еще и удовольствие. Точно! Сделаю большой творожно – ягодный пирог. Теста там по минимуму, в основном одна начинка.

— Мне и самому захотелось этого пирога, - промурлыкал Ар, обнимая жену сильнее. – Ты же не оставишь мужа голодным?

— Какой ненасытный у меня кот, - хмыкнула девушка, обнимая мужа в ответ. – Для нас с тобой я сделаю отдельный пирог.

— Но с такой же начинкой, - уточнил Армиур.

— С точно такой же, - рассмеялась Маришка.

***

Настя отложила телефон и вздохнула, глядя на темный проем окна. Отец прислал сообщение, что ждет ее послезавтра вечером. И ведь не отвертишься. Но встречаться с этим стариком, которому отец собирается ее продать, ей вовсе не хотелось.

  Как же несправедлива жизнь! Она почти смогла добиться финансовой независимости. Да, певицей стать не получилось, но неожиданно у нее отлично пошли дела в одной из социальных сетей, где она общалась с подписчиками и просто рассказывала им о своей жизни и показывала ее буквально в прямом эфире. Людям нравится наблюдать за кем-то, кто может себе позволить дорогие салоны или внезапно сорваться в путешествие. В общем, жизнь Насти неожиданно наладилась благодаря этим эфирам. Число подписчиков росло, а рекламодатели все чаще обращались к ней за услугами.

  И ведь до недавних пор отцу и дела до нее не было. «С глаз долой, из сердца вон», как говорится. Сколько себя помнила Настя мечтала поскорее вырасти и сбежать из дома. А все потому, что ее отец был настоящим тираном. Он и маму изводил своими придирками, и дочери вечно доставалось. Пока мама была жива, отец Настю еще как-то терпел, но после ее смерти заявил, что дочь уже достаточно взрослая, чтобы жить отдельно.

  Купил ей квартиру и отправил во взрослую жизнь, чтобы не мешала ему развлекаться с любовницами. Но денег на житье давал, не жалел, а Настя и рада была избавиться от ненавистной опеки. Правда отец поставил ей жесткое условие, чтобы она не смела позорить его имя. Ее стремление стать певицей он никогда не поддерживал и был даже рад, когда у Насти ничего не вышло.

  А ведь так удачно все начиналось. Она попала к знаменитому продюсеру, ему понравился ее голос и Настю взяли в одну из множества музыкальных девичьих групп. Но изнанка шоу-бизнеса оказалась настолько неприглядной, что долго там девушка не выдержала. Ради своей мечты она была готова на многое. Подправить лицо у знаменитого пластического хирурга, увеличить губы, бюст и ягодицы, перекрасить волосы, выщипать свои брови и нарисовать новые.

  Все это она проделала, лишь бы ей позволили петь. Но однажды, подойдя к зеркалу, она себя не узнала. В результате всех этих манипуляций Настя стала клоном других девушек из группы, теперь они отличались лишь цветом волос. Поначалу ей это казалось даже забавным, но она быстро поняла, что петь то, что хочется ей самой, никто ей не позволит. Из девушек слепили что-то среднее между стриптизершей и оперной дивой.

  Предел наступил, когда их стали возить с концертами на закрытые вечеринки, где подразумевалось, что они будут не только петь, но еще и клиентов обслуживать. Вот тогда у Насти и открылись глаза, но было уже поздно. Ее внешность претерпела такие изменения, что родной отец при встрече с ней не сразу ее опознал.

  А еще ей пришлось стать стервой. И поспособствовала этому новая мачеха, которая всячески унижала девушку в те редкие дни, когда Настя вынуждена была посещать семейные обеды. Исполнения дочернего долга отец требовал неукоснительно, иначе сразу же перекрывал доступ к деньгам, а без них Настя не смогла бы нормально жить в большом городе.

  Вылезти из болота под названием шоу-бизнес оказалось не так и легко. Контракт связывал по рукам и ногам, но становиться проституткой девушка не желала. Пришлось обращаться за помощью к отцу, который на удивление быстро решил эту проблему. Спорить с его авторитетом мало, кто осмеливался.

  Раньше Настя искренне верила, что ее отец крутой и удачливый бизнесмен. Собственно, так это и было. Только о том, чем именно он занимается, она понятия не имела. И лишь когда выросла, она поняла, что скорее всего ее отец связан с криминалом, потому что обеспечить такую шикарную жизнь честным трудом было весьма проблематично. Но она старалась не задумываться об этом и общаться с ним лишь по необходимости. Никаких теплых чувств между ними не было.

  И вот теперь он вдруг решил озаботится ее будущим и выдать замуж. Средневековье какое-то! Решил слить капиталы с одним из партнеров по бизнесу, и для этого им нужно породниться. Сложно поверить, что такое может происходить в двадцать первом веке, но вот оно сообщение. И как теперь быть? Кому пожаловаться на родного отца? Да, Настя уже давно совершеннолетняя, ей исполнилось двадцать два года, но спорить с отцом бессмысленно. Она, конечно, может заявить, что не пойдет замуж, но тогда ее жизнь станет невыносимой, она прекрасно это понимала. Отец перекроет ей все источники дохода и все равно вынудит сделать так, как ему нужно.

  И сынок еще у этого старика-жениха мерзкий. Настя передернула плечами, вспомнив его сальные взгляды и наглые руки, пытавшиеся ее облапать при каждом удобном случае. Теперь понятно, для чего были все «семейные» обеды, на которых неизменно присутствовали эти гости. Присматривались к невесте. А она еще так старалась быть любезной. Дура!

  Девушка металась по квартире, лихорадочно ища выход из сложившейся ситуации. Может, поговорить с этим Арсеном? Вдруг ей удастся отговорить его от брака? Зачем ему такая жена? Надежды мало, конечно, но стоит попытаться.

  В это время раздался звонок домофона, и Настя пошла смотреть, кто к ней пожаловал так поздно. 

Прозвучавшее слово «доставка» ее ничуть не насторожило. Ей часто привозили доставкой различные товары для рекламы. Впустив курьера, она открыла дверь, ожидая, когда он поднимется на лифте.

  Но, когда створки лифта раскрылись, у Насти появилось дикое желание захлопнуть дверь перед носом незваного гостя. Это оказался Алик, сын Арсена. Наглый прожигатель жизни, самоуверенный мажор, сорящий папочкиными деньгами. Невысокого роста, черноволосый, волосатый и худощавый, если не сказать тощий, но с таким самомнением, что Настя только диву давалась.

— Анастейша, радость моя! – преувеличенно громко воскликнул Алик, не позволяя Насте захлопнуть дверь у него перед носом. – Что же ты такая неприветливая с будущим родственником?

  Он нажал посильнее, оттесняя Настю и проходя в квартиру. Девушка не спешила отходить от дверей, собираясь в случае чего выбежать на лестничную клетку и звать на помощь. Ожидать от этого парня можно было всего.

— Не угостишь меня даже чаем? – наигранно огорчился Алик, насмешливо глядя на насторожившуюся девушку.

— Я не ждала гостей, - отрезала Настя. – И я очень занята.

— А в родительском доме ты покладистая и послушная, - кривая ухмылка исказила лицо Алика. – Нехорошо так притворяться. Впрочем, так даже интереснее будет тебя воспитывать.

— Да кто ты такой, чтобы меня воспитывать? – возмутилась Настя. – Убирайся из моей квартиры, воспитатель!

— Ты что, еще не в курсе? – удивленно поднял брови Алик. – Наши отцы заключили сделку, и ты достаешься нам в качестве гарантии этой сделки. Мы тебя купили, Анастейша. Причем, не слишком-то и дорого. Но нам нужна гарантия того, что твой отец не нарушит договоренности. Здорово, правда?

  Настя смотрела на Алика и еле сдерживала гримасу отвращения. Его лицо с резкими чертами красивым не назовешь, а вечно презрительное выражение на этом лице отталкивало и вызывало неприязнь. И теперь ей предстоит стать женой его отца, такого же волосатого коротышки, только отрастившего себе довольно внушительный живот. Господи, за что ей это?

— Убирайся! – повторила она. На большее сил просто не было. Настя боялась позорно разреветься от отчаяния. – Еще ничего не решено, я поговорю с отцом и, возможно, он передумает.

— И не надейся, - довольно оскалился Алик, подходя к ней ближе. Девушка тут же практически выскочила за дверь, отшатнувшись от него. – Ты станешь женой отца уже на этой неделе. Затягивать с этим нет смысла. Сделка должна состояться до Нового года. Правда, зачем ему молодая жена, я понятия не имею. Ведь, все свое время он проводит на работе. Так что, у нас с тобой будет достаточно времени, чтобы познакомиться поближе.

— А твой отец знает о твоих планах? – попыталась усмехнуться Настя, но улыбка получилась жалкой, и она закусила губы, чтобы они не дрожали.

— Пока нет, но я уверен, он не будет против, - усмехнулся Алик, прекрасно видя состояние девушки. – Ему для меня ничего не жалко, а ты всего лишь часть сделки. И раз уж ему придется жениться на тебе, то супружеский долг надо отдавать регулярно, верно? А то как-то даже не солидно. Вот я ему и помогу с этим, он будет только рад. Может даже будет наблюдать за нашими играми, он любитель посмотреть. Так что готовься к бурной семейной жизни, - подмигнул он Насте.

— Ты - больной придурок! – выплюнула девушка, - пошел вон из моего дома!

— Ах ты, - парень резко преодолел расстояние между ними и, схватив ее за горло, прижал к стене. – Скоро тебе некогда будет болтать, я найду, чем занять твой рот. Ты у меня станешь шелковой. Запомни, Анастейша, я всегда добиваюсь своего. Зря ты мне не дала сразу, теперь все будет гораздо сложнее для тебя. Но мне так даже больше нравится. Подумай о своем поведении. Я ведь могу и наказать тебя, и тебе не понравится, обещаю.

— Отпусти, а то закричу, - прохрипела Настя, пытаясь отодрать его руку от своего горла.

— Глупая гусыня, - Алик резко ее отпустил и вышел из квартиры. – А могла бы принять меня ласково и тогда бы избежала многих проблем. Но, нет так нет, - он пожал плечами и направился к лифту. – С нетерпением буду ждать нашей следующей встречи.

  Когда двери лифта закрылись за Аликом, Настя без сил сползла по стене, уткнув лицо в колени и накрыв голову руками. Что же ей делать? Потом решительно поднялась, захлопнула дверь и направилась в спальню. Нельзя сдаваться. Может, сбежать? Но отец отыщет ее где угодно. Надо попытаться поговорить с ним, ведь не может же он быть настолько жесток с ней. Рассказать ему об угрозах Алика, вдруг его заденет, что с его дочерью будут так плохо обращаться?

  Настя вытащила из комода шкатулку с драгоценностями и села на кровать, вывалив содержимое шкатулки прямо на покрывало. Когда она нервничала, то начинала перебирать свои сокровища и это ее успокаивало. Большинство из этих украшений были мамиными. Отец отдал их ей, не желая никаких напоминаний о потерянной жене.

  Украшения приятно поблескивали и радовали глаз цветовой палитрой. Но Настя целенаправленно выудила из этой кучи одно, самое непритязательное, но самое любимое. Это был мамин подарок. Она никогда не рассказывала, откуда взялась эта подвеска, но говорила, что этот кошачий глаз когда-нибудь принесет Настеньке счастье. А глупая маленькая девочка верила маме и любовалась голубым кулоном, который посередине разрезала черная полоска, напоминающая зрачок кошки.

  Вот и сейчас Настя взяла кулон, сжала его ладонями и зашептала:

— Если в тебе действительно есть какая-то магия, то самое время ей проявиться. Сейчас мне очень нужна поддержка и счастье бы не помешало уж точно. Мамочка, почему ты так рано оставила меня? Отец не посмел бы поступить так со мной, если бы ты была жива. Если ты меня видишь сейчас, помоги, спаси меня от этого брака, я просто этого не выдержу.

  И вдруг Насте послышался какой-то странный писк. Девушка прислушалась, и мгновенно ее тело покрыли мурашки испуга. В ее квартире был кто-то живой и пищал. Мышь? Настя очень боялась мышей. Неужели забежала, пока дверь была открыта? Но откуда в их элитной многоэтажке мыши? Не может быть! Тогда кто?

  Девушка осторожно выглянула в коридор и пошла на звук, который доносился с кухни. Заглянув туда, она так и обомлела. Посреди кухни сидел маленький белоснежный пушистый котенок и громко пищал.

— Вот так чудеса! – воскликнула Настя, подходя ближе и присаживаясь на корточки рядом с котенком. Кулон она по-прежнему сжимала в руке. – Ты откуда тут взялся? Забежал, пока дверь была открыта? Тебя, наверное, хозяева ищут. Что же мне с тобой делать? У меня и корма кошачьего нет. А впрочем…

  Настя подошла к холодильнику и достала бутылку молока, которую всегда держала там, потому что очень любила делать по утрам омлет. Взяв самое маленькое блюдце, она налила туда молока и поставила рядом с котенком. Тот принюхался, смешно переваливаясь подошел ближе и с упоением начал лакать предложенное угощение. Мордочка его тут же перепачкалась молоком, но на белом это было не сильно заметно.

— Какой же ты забавный, - улыбнулась Настя, наблюдая, как котенок вылизывается после еды. – А знаешь, оставлю-ка я тебя себе. Если твои хозяева не отыщутся будешь жить со мной. Что скажешь, Снежок?

  Котенок внимательно посмотрел на нее своими невозможно голубыми глазами и фыркнул. А Настя перевела взгляд на кулон, зажатый в ладони.

— Не может быть, - прошептала она. – Так не бывает. Стоило мне только попросить, как ты появился. Разве бывают такие совпадения? И глаза у тебя точь-в-точь, как этот кулон. И ты такой милашка, очень фотогеничный. Будешь прекрасно смотреться в моих сторис. Соберем с тобой кучу лайков и подписок, а значит, и больше денежек нам заплатят рекламодатели. Жаль только, что от навязанного жениха и его сыночка ты меня избавить не сможешь. Вот бы ты был огромным, как тигр, тогда бы никто из них ко мне и подойти не посмел.

  Котенок внимательно слушал и сидел неподвижно, словно пушистая статуэтка. Даже вылизываться перестал. Настя осторожно взяла его на руки и прижала к груди, поглаживая по головке. И наткнулась на свое отражение в зеркальной дверце холодильника.

  На нее смотрела бледная девушка со светлыми волосами, разбавленными розовыми и голубыми прядями. Большие голубые глаза с длиннющими нарощенными ресницами и пухлые накаченные губы с ярко-красной помадой выделялись на бледном лице двумя яркими пятнами. Тонкие нарисованные брови были словно постоянно приподняты в удивлении. Она уже настолько привыкла к этой своей новой кукольной внешности, что с трудом помнила, а какой она была изначально.

  Котенок, пригревшись в ее руках начал мурлыкать, да так громко, словно внутри него включился генератор. Этот звук и вибрация, исходящая от котенка, успокаивающе подействовали на девушку. И Настя решила, что утро вечера мудренее.

  Но сначала она решила добежать до круглосуточного магазина в соседнем доме, где можно было найти все, что угодно. Ее питомцу требовалось много разных бытовых мелочей. Нужно сразу приучать котенка к порядку. Но как оставить его тут одного? Взгляд Насти упал на большую пляжную сумку из хлопчатобумажной ткани, которая висела рядом с кухонным фартуком. Она уже и не помнила, почему до сих пор не убрала ее, ведь на улице давно зима, но сейчас эта сумка оказалась очень кстати.

— Смотри, Снежок, - обратилась она к котенку. – Сейчас мы с тобой пойдем в магазин. Я посажу тебя в эту сумку, и мы отправимся за покупками, чтобы у тебя было все необходимое. А потом я представлю тебя своим подписчикам. Уверена, ты очень им всем понравишься, и нас ждет успех. Да, так и поступим!

***

  Лорд Киссендюй задумчиво смотрел в окно, наблюдая за кружащимися в воздухе снежинками. Прошло уже несколько месяцев, а новых Избранных так и не появилось. И что бы это значило? Неужели никто из них не заслужил появление своей Избранной?

  Раньше, глядя на друзей и те испытания, которые им пришлось пройти, чтобы стать счастливыми и обрести своих Избранных, Кисс примерял на себя ситуации, в которые они попадали. И решал, как бы он поступил, если бы с его Избранной случилось что-то подобное.

  Эти испытания казались ему ужасными. Ему сложно было даже представить, каково это обнаружить, что твоя Избранная – обычная кошка или, что она парализованная девушка, которая никогда не сможет ходить. И он не понимал, почему Боги так жестоки и посылают им такие испытания.

К тому же, он вовсе не был уверен, что готов и достоин найти свою Избранную. Но если поначалу ему было все равно, и он не спешил связывать себя какими-то обязательствами, то теперь он все чаще задумывался о том, каково это, когда все твои помыслы лишь об одной – единственной девушке. И эти мысли его пугали, лорду казалось, что это будет конец его свободной жизни, что он будет связан по рукам и ногам.

  Правда, глядя на счастливых друзей, у него закрадывались сомнения на этот счет. Они вовсе не выглядели угнетенными и о свободе своей не жалели. В самом начале, когда появилась Маришка, и они все пытались увлечь ее и выяснить, кому же она предназначена, Кисс почувствовал азарт соревнования. Девушка не сильно его интересовала, но он должен был показать ей свой клан. И даже обрадовался, когда понял, что Маришке не сильно понравилось гостить в землях Полярного клана Снежных котов.

  Теперь же, когда жребий выпал ему, Кисс снова втайне радовался, что портал почему-то не пропускает его на Землю. Эта своеобразная отсрочка обнадеживала его. А вдруг Боги передумали и решили, что его судьба будет из этого мира? Ведь разве может быть кто-то красивее, чем женщины его клана? Положа руку на сердце, Киссу не особо нравились Избранные друзей. Они были симпатичные, но далеко не красавицы, как например его Сона.

— Кисс, любовь моя, - дверь приоткрылась и в комнату вошла стройная красавица с белоснежными волосами. Девушка была прекрасна, с тонкими чертами аристократического лица, с большими ярко-голубыми глазами и милой улыбкой на чувственных губах. – Что ты тут делаешь совсем один? Опять грустишь?

— Сона, - лорд взглянул на нее и залюбовался, как всегда, забывая о том, что собирался сказать. – Зачем ты меня искала?

— Хотела скрасить твое одиночество, - обольстительно улыбнулась девушка. – Ты совсем про меня забыл, - она капризно надула свои губки и похлопала ресничками. – Зачем так переживать? Пусть все идет своим чередом. Возможно, глядя на нашу любовь, Боги сжалятся и не станут посылать тебе другую или вообще сделают меня твоей Избранной.

— Ну что ты говоришь такое? – вздохнул Кисс. – Все Избранные должны быть из другого мира, Сона. Ты с самого начала знала, что нам не быть вместе.

— Но нам же так хорошо вдвоем, - Сона прикусила нижнюю губу и взгляд лорда невольно проследил за этим действием. – Подумай сам, почему Боги до сих пор не позволяют тебе попасть в тот мир? Думаю, это потому, что тебе там нечего делать, некого искать. Твоя судьба в этом мире. Давай сходим в горы, к Небесному камню. Там мы сможем призвать Богов в свидетели нашей любви.

— Сона, ты не понимаешь, - покачал головой Кисс. – Я не принадлежу себе. У меня есть долг перед моим родом и перед всем этим миром. Прошу, не начинай снова этот разговор, он не имеет смысла. Именно поэтому нам не стоит больше видеться. Ты никак не можешь смириться с неизбежным.

— Я стараюсь, но видеть, как ты страдаешь выше моих сил, - девушка подошла к нему ближе и села на колени, обнимая лорда за шею. – Мне так хочется успокоить тебя, видеть тебя снова счастливым и беззаботным, - она потянулась к его губам за поцелуем и Кисс не смог ей отказать.

— Я чувствую себя предателем, - вздохнул он, прервав сводящий с ума поцелуй. – Друзья надеются на меня, а я даже не уверен, что готов к тем испытаниям, которые приготовили для меня Боги. Ты слишком большое искушения для меня, Сона.

— Это же хорошо, милый, - промурлыкала девушка, прижимаясь к широкой груди еще сильнее.

— Не уверен, - вздохнул лорд. – Прошу, Сона, дай мне время разобраться в своих чувствах. Я должен принять правильное решение, но в твоем присутствии я могу думать лишь об одном.

— И о чем же? – игриво прикусила его за мочку уха Сона.

— Ты и сама знаешь, - рыкнул лорд, подхватывая ее на руки и направляясь в спальню. – Ты – моя слабость.

— Не отказывай себе, мой лорд, - довольная улыбка заиграла на губах девушки. – Я вся твоя.