Главный красавчик Академии

И всем он был хорош, этот Лирион Грейл, наследник герцога Гринбурзкого и племянник короля. Косая сажень в плечах, идеальное тело, тонкое породистое лицо и длинные, белые волосы. Лирион был воплощением мечты: умен, знатен, красив. Что еще нужно, чтобы сражать женские сердца на право и налево? В Академии ЗАП (западного побережья) не было ни одной адептки, преподавательницы или поварихи, которая тайно не вздыхала бы о первом красавчике Веданского королевства.

К сожалению, эта любовная лихорадка не прошла мимо серой мышки Эммы Дорн. Милой, пухленькой дочери ооочень удачливого торговца. Малышка Дорн появилась в ЗАП благодаря большим деньгам и связям родного отца, но всерьез никем не воспринималась.

Еще бы, какая дружба между породистыми скакунами и тяговой лошадкой. Где герцоги, маркизы, бароны, принцы наконец, а где горожанка Эмма. Насмешили.

И все же у юной госпожи Дорн, в отличие от остальной толпы влюбленных и знатных девиц, был секрет, который мог стать немаленьким преимуществом в борьбе за сердце "короля Лира"(такое прозвище, за спиной, дали Лириону Грейлу).

Девушка была настоящим уникумом в артефаткторике. Программу трех курсов Академии ЗАП она прошла еще дома самостоятельно, но предпочитала сильно об этом не распространяться, здраво решив, что такой туз в рукаве еще пригодится в жизни. И как показала практика, она была права.

Когда стало известно, что светловолосая графиня Карисса Лакруа, предмет зависти и ненависти всей женской половины академии, все же станет официальной пассией Лириона, Эмма решила действовать.

Ей очень повезло. Однажды, ставя эксперимент со специальным артефактом, жуком –прослушкой, адептка Дорн стала свидетелем интересного разговора. Артефакт в теории не могли засечь даже самые сильные чары, а где ж его проверять как не в самом защищенном месте Академии? Поэтому девушка стала обладательницей опасной, но такой нужной ей информации.

В тот вечер в кабинете ректора было людно. Декан факультета артефакторики - Бернард Сорисс, сам ректор ЗАП - Деметриус Орлан, и еще один персонаж. Услышав, кто решил проведать главу Академии, волоски на затылке адептки факультета артефакторики поднялись дыбом, и она в сотый раз пожалела, что решила поэкспериментировать с жуком именно сегодня. Ирвин Каллен - Главный дознаватель Его Величества Ортана Пятого, сильнейший некромант, гроза всех преступников и заговорщиков, и просто пренеприятнейший тип. Эмма забилась в уголочек своей спальни и приказала жуку не двигаться и не дышать (он, собственно, и так не дышал, но на всякий случай), сама же начала молиться всем богам, чтобы ее шалости не заметили.

- Я так понимаю, не желание проведать старика привело вас сюда глубокоуважаемый, лорд Каллен? – начал ректор свою речь, когда все присели.

- При всем уважении, ректор Орлан – в тягучем голосе некроманта послышалась усмешка – Сегодня меня к вам привело серьезное дело. Его Величество хочет, чтобы вы исследовали и разобрались в работе вот этого.

Дружный вздох пронесся по комнате, и девушка немного пожалела, что жук передает исключительно звук. Нужно доработать модель, чтобы показывала и изображение, если выживет сегодня, конечно же.

- Кулон Зибиллы – дрожащим от волнения голосом проговорил Бернард Сорисс, пораженный до глубины души. И Эмма была с ним абсолютно солидарна. Так солидарна, что даже забыла бояться.

Артефакт самой королевы-ведьмы, это же немыслимо. Последняя известная ведьма королевства, Зибилла, была не только сильной чародейкой, но еще и талантливым артефактором. Она создавала такие вещи, за которые любой маг продал бы душу, тело и дом в придачу.

Но королевская семья надежно скрыла все наследство ее величества. Оно и не удивительно, магия ведьм была очень опасна. Считалось, что Зибилла стала королевой именно благодаря своему дару. Приворожила короля так, что он был верен и любил только ее до самой смерти, и даже не смотрел в сторону других.

Именно артефакт под названием «Кулон Зибиллы» и винили в возникновении столь сильных чувств монарха. Будто бы создавала его ведьма из собственной крови и вложила туда немаленький запас магии. По легенде, тот, кто наденет кулон, будет верен его хозяйке до последнего вздоха. Ну как вам оружие? Ничего удивительного, что украшение сгинуло в глубинах тайников и сокровищниц королевской семьи до сего дня.

Как, впрочем, и пропали ведьмы из этого мира. Женщины с дивной, природной и непредсказуемой магией просто перестали рождаться. Маги пытались разобраться почему ведическая сила утекает из этого мира, но это так и осталось еще одной тайной, окружающей племя этих сильных чародеек.

Так что сокровище, которое Его Величество передал в академию, поистине бесценно.

- Для нас это великая честь, лорд Каллен, но я не уверен, сможет ли академия обеспечить достаточную защиту для такой ценности - ректор тоже был сражен, но все же здравый смысл, как всегда, преобладал в этом умудренном опытом и жизнью старце. Чего не скажешь о декане.

- Деметриус, мы бросим все силы на защиту кулона – от волнения Бернард Сорисс даже перешел на «ты» с ректором, чего никогда себе не позволял при посторонних – Поверьте, лорд Каллен, здесь артефакт будет не в меньшей безопасности, чем в сокровищнице Его Величества.

Старичок Сорисс, божий одуванчик в миру, превращался в настоящего маньяка-серийника, при виде интересного артефакта. Это была самая безумная и самая сильная страсть почтенного старца на протяжении всей его жизни. Никогда не был женат и не имея детей, Бернард Сорисс чувствовал себя абсолютно счастливим и цельным в окружении хитрых механизмов и бесчисленных магических игрушек. Эмма так и представляла, как дрожащие ручки декана сами собой тянутся к вожделенному украшению, но он сдерживается из последних сил при важном госте.

- Я знаю, иначе этого разговора не было бы. Но на всякий случай я пришлю вам завтра охрану из собственного управления, они наложат второй слой защиты на ту, что создадите вы.

- Да, конечно, в данном случае мы согласны на помощь. Позвольте?- похоже, ректор забрал кулон у некроманта – Я пока спрячу его в свой тайник и сегодня же наложим на него защиту.

- Прошу – любезно отозвался главный дознаватель королевства.

- Мы проводим вас, лорд Каллен – счастливый декан был рад не то, что проводить - расцеловать дорогого гостя.

Послышались шаги и стук закрывающейся двери, голоса отдалялись, а Эмма наконец-то смогла вздохнуть полной грудью.

Вот это новость!!! Голова девушки заработала со страшной скоростью. Безумная мысль пронзила насквозь, а что если… Кулон, вызывающий чувства и привязанность. Это ее шанс! Лирион станет ее навсегда. О чем еще можно мечтать? Эмма закусила губу и начала нервно ходить по комнате раздумывая. Послушный жук застыл, притаившись между полками, персональной библиотеки ректора, в ожидании приказов. Сейчас или никогда, но как же страшно. Это ведь преступление, государственная измена.

Перед глазами девушки встал образ надменного, будущего герцога. Его прекрасное, аристократическое лицо, манящие полные губы, точеный профиль. А его сапфировые глаза смотрят на нее с теплотой и обожанием. Все, горячая волна разлилась в груди юной адептки, сметая все доводы разума на своем пути. Девушка рискнет ради него всем.

Жук, получив приказ, плавно спикировал на стол ректора, нащупав кристалл-отмычку сейфа, что была завуалирована под безобидный сувенир. Влив еще немного заряда, насекомое-артефакт провел тонкую, энергетическую нить от ключа к самому сейфу, хитро вмурованному в стену под окном. Да, оригинальное место выбрал ректор, но все знают, что Деметриус Орлан совсем не дурак. Вот поэтому Эмма и возблагодарила богов, что не спешила кричать налево и направо о своих навыках и талантах. Вычислить в скромной адептке гениальную воровку будет нелегко.

Девушка сняла с руки браслет - змейку и бросила ее на пол. Та мгновенно расправилась, повинуясь мысленному импульсу хозяйки, и серебряной молнией бросилась из комнаты. Змейкой было легче управлять, Эмма создала ее в двенадцать лет, и с тех пор постоянно дорабатывала. Но как бы она быстро не летела, время утекало сквозь пальцы с ужасной скоростью. Вряд ли ректор и декан, спровадив гостя, оставят такой интересный предмет

лежать до завтра. Поэтому на все про все у девушки есть час, чтобы выкрасть предмет и нацепить его на любимого.

Ментально наблюдая за передвижениями своих творений, Эмма попутно собиралась. Так! Легкий костюм для тренировок на физ подготовке, удобный и не стесняющий движений, дальше жилетка артефактора, наполненная различными хитрыми штучками, плащ, чтобы скрыть лицо и специальные перчатки.

План сам собой начал развиваться в голове девушки. Если… Когда, поправила себя Эмма, кулон будет у нее, нужно пробраться к мужскому общежитию, при этом не наткнувшись на грифонов, что сторожат академию. На крайний случай у нее есть энергетическая ловушка, способная удержать большую кису в плену ненадолго, но это очень рискованно. А если грифон будет не один? Или маг-след засекут? Эмма тряхнула головой отгоняя тревогу. Значит нужно пробираться очень тихо. Дальше... Заходить в саму общагу не стоит. Есть более надежное средство.

Скромные ботиночки и перчатки Эммы, которые не надела бы ни одна уважающая себя фифа, были настоящим произведением искусства. Они прилипали к поверхности как магнит, позволяя своему носителю взбираться на любую стену. А она еще думала, создавать их или нет. Вот уж действительно не знаешь, где найдешь…

А вот что делать с самим Лирионом, если он вдруг проснется, девушка предпочла не думать. Слишком много поставлено на карту, чтобы размышлять о поражении. Еще раз окинув себя внимательным взглядом, Эмма активировала перчатки и начала быстро спускаться по стене женского общежития. Жалея только об одном – придумала бы плащ невидимости, не пришлось бы заморачиваться. Вот, черт!

Увлекшись, угодила прямо в розарий комендантши, гномы, с нежным именем Адель и драконьим характером, что безумно любила свои растения. Надо убираться отсюда, так как королевский дознаватель покажется родной матушкой по сравнению с разъяренной Адель, увидевшей, что стало с ее клумбой.

Выпутавшись из колючих кустов, Эмма бросила клич артефактам. Змейка уже была на месте и готова к действиям. Повинуясь приказам хозяйки, жук начал аккуратно вливать в замок энергию, разбавленную со следами ауры самого ректора, собранного им в кабинете. Магия защиты еще раздумывала какое-то время, а потом неохотно щелкнула отдвижная панель, открывая взору старинный сейф гномьей работы.

Он был оснащен еще одним уровнем маг–защиты и вполне себе физическим, но очень хитрым замком. Да вот беда, маг-защита была настроена на живых существ, а таких в комнате не наблюдалось.

С гномьим замком змейка справилась в считанные минуты и нырнула в вожделенный мешочек. Дальше было еще проще. Змейка заглотнула кулон, как обыкновенную мышь, и обе "невиданные зверушки" поторопились покинуть место преступления.

Через минуты три артефакты легли у ног хозяйки, что пряталась у женского корпуса. Серебряная змейка послушно выплюнула кулон на руку Эммы и аккуратно обвилась вокруг запястья, а жук тихо опустился на воротник ученической рубашки, превратившись в безобидную запонку.

Пол дела сделано, а теперь самое важное. Бесшумной тенью Эмма рванула к мужскому корпусу молясь всем известным богам, чтобы ей никто не встретился по дороге, и те похоже услышали.

Лирион жил в самых шикарных покоях мужского общежития, окна которого выходили на парк. Сразу же под ними располагался огромный фонтан, вдоль и поперек исписанный «Лирион +С =Любовь», « Лирион + Н= Любовь», « Король Лир хочу от тебя ребенка»,« Пошли вон сучки, Лирион мой. С любовью Ррук».

Фуу, этот Ррук был здоровенным орком, работавшим разнорабочим на кухне. Этакая здоровенная, зеленокожая махина с огромным пузом и волосатой грудью. У орка были клыки и не существовало понятия "мыться". И этот тоже к Лириону… Фуууу.

Эмма очень примерно представляла, какое из окон принадлежит спальне Лира, но положившись на интуицию, выбрала самое большое, над фонтаном.

Аккуратно и тихо взбираясь по стене общаги, девушка попутно снимала защиту на окне, еще одним приспособлением из своих закромов. Охранка в комнате Лира была отличной, но не такой, как в кабинете ректора. Когда они поженятся, Эмма лично будет проверять защиту на их совместных покоях, а также в комнатах их троих детей. Нет, пятерых, трех мальчиков и двух девочек.

А имена у них будут… О, охранка поддалась и окна распахнулись. Легко, как забрать конфетку у ребенка, честное слово. Эмма постаралась максимально тихо залезть в комнату, при своих не очень скромных габаритах. Ей повезло и это действительно оказалась спальня. Стильно обставленная и с совершенно мужским характером. Кожаная мебель, красное дерево и шикарная кровать. На которой проглядывался силуэт, накрытый одеялом. Зажав в руках цепочку кулона, Эмма на цыпочках подобралась к кровати. Вот он момент истины, одно молниеносное движение, и Лирион навеки ее.

Вдруг, к вящему ужасу девушки, холм на кровати зашевелился. Страх сковал Эмму с ног до головы, она забыла, как дышать. В это время одеяло откинулось, являя на свет божий…. Голую грудь Кариссы Лакруа. Томный голос протянул:

- Лир это ты? Я тебя уже заждалась… А-а-а-а – Повернувшаяся на бок Карисса, попутно принявшая соблазнительную позу, вдруг увидела пред собой не сногсшибательного красавчика, а большую и мрачную тень.

Визгливый голос огласил стены мужского общежития и вывел Эмму из ступора. Она метнулась к окну, одновременно наматывая кулон на руку. Карисса, похоже, тоже пришла в себя, и помимо душераздирающего крика, начала атаковать девушку боевыми заклинаниями. Увернувшись от первого пульсара, Эмма вскочила на подоконник и приготовилась быстро спускаться вниз.

В это время открылись двери комнаты и на пороге, в просвете, показался Лирион. Такой красивый, в костюме для тренировок, с рассыпавшимися белыми волосами и горящими глазами цвета сапфир. Девушка задержалась на одну секунду, чтобы в последний раз посмотреть на любовь всей своей жизни, и это дорогого ей стоило. Пульсар Кариссы пролетел очень близко, зацепив руку и плечо Эммы. Сила удара была такова, что девушку выбросило из окна. Последние кадры, что запомнила несчастная, был полет в фонтан, под окнами мужской общаги, и «кулон Зибиллы», что плавно, как в замедленной съёмке, падал вслед за ней.

Я ржала как припадочная, периодически неприлично похрюкивая. Сидевшая напротив меня, на непонятной белой субстанции, Эмма надулась и скрестила руки на обширной груди.

- Прости… ик… Так что ты говоришь … ик… Увидела голую грудь, упала в центральный фонтан и утонула.

- Я не буду тебе больше ничего рассказывать, раз ты смеешься над чужим горем – обиженно сказала моя прозрачная соседка.

Собственно, не одна она была прозрачной, я тоже представляла собой героиню фильма «Охотники за привидениями». Только в роли привидения.

- Прости – еще раз извинилась перед девушкой – Можешь продолжать.

Но моя новая подруга смутилась.

- Да нечего собственно продолжать. Поднялся крик, моё тело достали из фонтана и попробовали привести в чувство, но сама понимаешь. Я разбилась на славу. Хорошо хоть к тому моменту Ирвин Каллен не успел уехать из Академии. Именно он и привязал меня к телу. А дальше не знаю, ведь я только чувствую магическую связь с телом, и на этом все.

Мдаа... У Эммы хотя бы история смерти интересна. А вот у меня все банально до зубного скрежета. Трасса, придурок со встречки, авария, кома. Все…

И плаваешь ты, Ирина Георгиевна, тридцати восьми лет отроду в непонятном, белом нечто. Красивая, прозрачная и совершенно не ориентирующаяся. Это правда по началу, потом пришло осознание (откуда пришло и зачем, я так и не поняла), что тело моё лежит в больнице, в коме, а я здесь. Где это здесь, я так и не разобралась, но подозреваю, что это именно тот свет в конце туннеля, к которому все так активно бегают, а потом рассказывают.

Сколько я тут пробыла, не знаю, так же как и пробуду. Больница будет поддерживать моё тельце еще долго. Я курица, решила себя побаловать иностранной медицинской страховкой. Бабла в нее вложила немерено, и сейчас больница будет меня держать в коме бесконечно. Денежка им капает, все расходы покрывает, а чтобы отключить меня, нужно разрешение единственного родственничка.

Моего младшего братца. Только искать им этого придурка до посинения. Уже полтора года, как Эдик заделался эко-активистом, и сейчас путешествует эта птичка по миру, гадя, где придется. Последний раз видела братца по телику, когда его и компанию таких же обиженных, снимали с нефтяной вышки в море, которую они собирались бойкотировать. Нет, я ничего не имею против защиты окружающей среды, и очень даже поддерживаю попытки сберечь природу, но зная Эдика, скажу сразу. Если планету защищает мой брат,

нам нужно срочно строить космические корабли и съезжать из этой Вселенной. Он ее доломает чисто с благих намерений. У нас всегда было так: умничка – Ирочка и оболтус – Эдик. Возможно, сердце папы не выдержало именно из-за очередной выходки брата. Шутка ли забирать голого сына из полицейского участка, куда его загребли за участие в акции «Фемен», по защите прав женщин.

Когда у папы случился первый удар, я серьезно разругалась с братом, и с тех пор мы не разговаривали. Только периодически мне приходила смска с требованием прислать денег, так как я, цитирую: «И так все наследство родаков себе загребла». Собственно, до того, как я его оформила, это наследство, борца за права женщин, никак не интересовало. Но когда все налоги и нотариусы были уплачены, страдающий и любящий сын появился тут как тут. Я не стала с ним ругаться, а просто наняла адвоката, предложив неплохую суму и документы на подпись об отсутствии претензий. Эдуард ругался, но деньги взял, и документы подписал. С тех пор мы виделись только по телевизору и периодически появлялись смски «Ирка, дай денег».

Но жалеть этого засранца, как наша мама, я не собиралась. Несмотря на помощь и поддержку родителей, я все же добилась успеха в этом мире сама. Маленькая фирма по производству паллетов была совсем неженским делом, но два моих высших: экономическое и юридическое, помогали мне держать бизнес на плаву. Квартирка в пяти минутах от центра города, маленький красный Ситроен и отдых у моря. И вот вся моя жизнь соседскому коту Ваське под хвост.

Я проваляюсь в коме неведомо сколько, пока не приедет мой блудный братец и с радостным улюлюканьем не отключит меня от аппарата. Ну, может без радостного улюлюканья, но точно отключит. И останусь я тут, в этом белом нечто в компании страдающей Эммы. Кстати о ней,

- Ой, а у тебя тоже такая же нитка - связь, что и у меня.

- В смысле? – не поняла я

- Ну вот, смотри… О, извини, все время забываю, что у вас на земле нет магии. В общем и целом, нас с тобой держат привязанными к телам нитки-близнецы. Вернуться никак, но и отпустить тоже нельзя – и Эмма замолчала, задумавшись о чем-то серьезно. Я не мешала, думать иногда полезно. Правда до того, как стибришь редкий артефакт из кабинета ректора.

- Ира!!! Я, кажется, придумала – Я испугано подскочила на пушистом белом молоке от ее вопля. Была бы живая – получила бы инфаркт.

- Что? – спросила свою подругу по несчастью. Жутковато видеть, как ее глаза наливаются азартным блеском. Особенно, если это глаза привидения.

- Сейчас. Минутку. Мы это не совсем проходили, но теоретически – Эмма заметалась вокруг меня - Да, точно. Поэтому мы с тобой здесь вдвоем и сидим. Ведь остальные не смогли с нами поговорить, а мы можем.

Это была чистая правда. Периодически здесь появлялись другие люди и не только, но они не видели и не слышали нас. Просто шли по своим делам, исчезая в тумане, так же внезапно, как и появились. И только с Эммой мне удалось пообщаться.

Девушка пристально всматривалась в меня.

- Дааа – протянула зачарованно. Глаза Эммы снова сфокусировались - Ира у нас есть способ выбраться отсюда.

Я вся насторожилась. Выбраться из этого странного места очень хотелось, но не думаю, что все будет так просто.

- Я тебя слушаю – кивнула девушке.

- Видишь ли, те нити, что держат нас, попутно же и не пускают наши души в тела. Но насколько я понимаю привязка только на конкретную душу. Если нам удастся поменяться нитками, а это теоретически возможно, то мы сможем оказаться в телах друг друга.

- Эмма, это место на тебя плохо влияет? Или ты всегда была безумной?

Девушка растерянно посмотрела на меня, хлопая ресницами.

- А чем тебе не нравится мой план?

- Да всем - взорвалась я – начиная с того, что это может плохо кончиться, заканчивая тем, что я не хочу жить в твоем теле и жить твоей жизнью. Мне моя вполне нравится.

- О, за это не беспокойся, как только мы окажемся в телах друг друга, то обязательно найдем способ поменяться.

- Эммаа…- моя бровь скептически поползла вверх.

- Что? – Подружка по несчастью сделала невинное лицо – Я даже знаю, как это можно сделать.

- Ой ли…- я не верила этой сумасшедшей ни на йоту.

- Ну теоретически – смутилась эта прожженная лгунья – но ведь это лучше, чем ждать пока наши тела там скопытятся.

А вот это уже моё словечко, успела девчонка нахвататься, пока мы были вместе. Но в чем-то она права, ждать не вариант. Да и жить хотелось очень сильно, у меня ведь даже серьезных отношений не было. Так, от альфонса к альфонсу. Сначала училась, потом за родителями ухаживала, дальше бизнес на ноги ставила. Так что кроме непродолжительных встреч, и личной жизни как таковой не существовало.

А здесь я поняла, что хочу чего-то важного и фундаментального. Детей, семью, кота в дом. Я ведь даже своего собственного не заводила, времени не было. Так, соседского Ваську подкармливала. И вот теперь плаваю здесь и думаю, а была ли жизнь? И что после меня останется, какая память? Плакать по мне было не кому.

Так что не хочу я умирать, и, если для этого придется довериться безумной адептке из другого мира, ну что ж, наверное, я смогу. Перевела взгляд на застывшую в ожидании Эмму. Ох, чую, закончится это плохо, но вариантов больше нет.

- Ладно. Я согласна.

- Юхху - это чудо запрыгало по туману от радости. Белое марево даже начало опасливо обходить девушку стороной. Я тоскливо проводила его взглядом, наверное, боится

заразиться от Эммы бешенством. Я вот уже, немного общения и спокойная, взвешенная Ирина Георгиевна, идет на самую сумасшедшую в своей жизни авантюру. Ну, вот скажите мне, там, в этом мире все слепые, что считали Эмму Дорн тихоней? В этой милой, с виду, девушке кипели такие страсти и идеи, что становилось страшно.

- Но – погрозила я прозрачным пальцем этой вертихвостке – Я хочу знать все. Всю информацию, которая мне может пригодиться там. От твоего зачатия и по сегодняшний день. Ну и по миру ликбез. Ясно?

Эмма усиленно закивала. И потянулись часы обучения. Вот честно, я вроде призрачная и теоретически ничего болеть не должно, но после огромного потока информации, мне показалось, что моя голова скоро лопнет.

- Все, не могу – остановила своего гида по иному миру – Ты мне основное рассказала?

- Да. В принципе, ты знаешь почти все. Некоторые детали просто спишешь на травму после падения.

- Хорошо. Как будем держать связь?

- Ну, первое время я думаю, придется выкручиваться друг без друга. Мне повезло больше, ты одинока. Ну а дальше будем искать способы. Ты поройся в библиотеке Академии, а я прошвырнусь по вашим… Как ты их там называла?

- Сайтам… Интернет.

- Да, точно. А там, думаю удача нам улыбнется.

Мне бы ее оптимизм. Но ладно, будем решать проблемы по мере их наступления на нас.

- Ок. Что надо делать?

Еще несколько часов Эмма меня учила нащупывать собственную энергетическую нитку. Давалось это тяжело, ведь на йогу я никогда не ходила, но долгое время тренировок с закрытыми глазами дало результат. Я не только ее ощутила, но даже и смогла схватить.

- Теперь будь внимательна – наставляла меня Эмма, подойдя максимально близко – Мы хватаемся за нитки друг друга. Как только нащупываем обе, на счет три сразу отпускаем свои. Поняла?

- Да. Чего ж тут не понять. Но это только в теории легко.

- Не переживай – подбодрила меня, взрослую тетку, эта, по сути, девчушка – У нас все получится. Я верю, если мне и тебе дали одинаковые нитки, значит это не просто так.

Я улыбнулась этой оптимистке. И все же она светлая девушка, хоть иногда и вгоняет в ступор своими выходками.

- На счет три. Запомнила?

Я кивнула, и мы потянулись к ниткам друг друга. На удивление, чужая энергетическая нить далась очень легко, как будто сама ластилась и ждала, что ее возьмут. Я ухватилась за нее и услышала:

- Уже. На счет три. Раз, два, три…

Я разомкнула руки, отпуская свою нить, и в ту же секунду почувствовала, как чужая затягивает меня в черный водоворот. Даже не успев пискнуть и попрощаться с Эммой, я провалилась в темноту.

Меня куда-то везли на тракторе. Тот ритмично тарахтел, и моё тело колыхалось в такт. С трудом приоткрыла глаза. По ним до боли резануло белым пространством, но немного попривыкнув, я поняла, что это какая-то больничная палата. Тогда откуда здесь трактор? Со скрипом повернула голову немного в сторону и закричала от ужаса. Ну как закричала. С открытого рта вышел только писк задушенной мыши, связки тоже не хотели полностью подчиняться, как и все тело. Но испугаться у меня повод был. Рядом со мной стоял настоящий монстр, пристроив свою голову на кровать. Именно от его тарахтения та шла мелкой дрожью.

Это чудище было ростом с теленка, со львиным телом и огромнейшими лапами, а голова у него была орлиной. Мать вашу, это же грифон. Я задергалась в попытке отползти от сказочной твари и взвыла уже сильнее, на фоне страха, наконец –то, совладав с противным голосом. Зверушка тоже встрепенулась и как–то встревоженно взглянула на меня. От избытка чувств, начав переступать с лапы на лапу и ходить вокруг моей кровати. Не знаю, сколько мы так провели времени. Я вереща, а монстр, бегая вокруг, но дверь моей палаты резко отворилась и в комнату вбежала высокая, красивая женщина в бледно-зеленом халате.

- Гаруд – прозвучал резкий окрик - Не пугай девочку.

Зверь рыкнул в ответ, но отступил на шаг от моей кровати при этом жалобно мне мурлыкнув.

В это время женщина выпустила из руки прозрачный шар, от чего я чуть не заорала еще раз, и обратилась в него.

- Мариус, Гаруд опять сбежал. Куда - куда, в лазарет к Эмме конечно же, немедленно забери его, девочка очнулась – если бы я не знала, что это магический мир, и если бы не шар, можно было бы подумать, что женщина - сумасшедшая и разговаривает сама с собой. Но нужно привыкать к магии, Ира. Вернее Эмма.

Пока я размышляла, лекарка, а это была именно она, прекратила разговор, и подошла ко мне.

- Как ты себя чувствуешь, милая? Мы уже и не надеялись, что ты очнешься - женщина смотрела на меня немного грустно, с затаенной жалостью. А где радость от моего пробуждения? Что-то тут не чисто.

- Чувствую себя как будто по мне грифоны потоптались – скосила глаза на Гаруда и тот обиженно фыркнул за поклеп – А так нормально.

- Хорошо. Ложись, я сейчас тебя проверю.

Я удобно устроилась на подушке, а целительница начала водить над моим телом руками. Там где ее руки задерживались, по телу пробегали теплые волны.

- Что ты последнее помнишь? – спросила меня женщина, и я смутилась. Что рассказать? Как Эмма лезла в окно мужского общежития? Или как воровала опасный артефакт из кабинета ректора? Кстати… Похолодела, вспомнив, что кулон был с этим телом, когда Эмма падала в фонтан. Черт, я затравлено оглянулась по сторонам в поисках… А, собственно, что я искала? Стражу? Кандалы? Палача? Ничего такого не было рядом. Как и артефакта, только грифон подобрался поближе и снова начал тихо мурлыкать. Странный он какой-то.

Лекарка по-своему истолковала моё молчание.

- Совсем ничего не помнишь? – я благодарно помотала головой и жалобно взглянула на женщину - Ничего удивительного. У тебя каша в ауре, я такого никогда не видела.

Вот тут я реально испугалась, а если меня раскроют?

- Это опасно? – мой голос дрожал.

- Думаю нет, милая – меня успокаивающе погладили по руке - Скорее всего это из-за вмешательства лорда Каллена. Правда остатков некро - магии я в тебе не вижу, но возможно именно она так повлияла. Не переживай, полежишь немного под моим наблюдением и все пройдет.

Хорошая женщина, добрая.

В это время двери в палату резко распахнулись, и на пороге оказался какой-то паренек. Новое действующее лицо напоминало подростка, лет шестнадцати. Невысокий рост, субтильное телосложение, шапка белокурых волос и острые ушки, как у эльфа. Парня можно было бы назвать симпатичным, если бы не истеричное выражение лица.

- Ты!!! – в меня обвиняющее тыкнули тонким пальцем - Что ты сделала с моим грифоном?

- Я? - удивилась не на шутку и растеряно взглянула на лекарку со зверюгой, в поисках поддержки – Я ему ничего не сделала. Я его вообще первый раз вижу.

- Не надо мне заливать. Почему тогда Гаруд сделал на тебя привязку? Такого не было последние сто пятьдесят лет? Ты не сильный маг и не ведьма, так что значит, что-то сделала.

- Мариус, успокойся немедленно и отстань от девочки. Она только очнулась и ничего не помнит. А насчет поведения грифона нужно спрашивать не ее, а тебя, главный зверолов.

В голосе лекарки прорезались железные нотки, и я с уважением покосилась на нее. Так ставить на место еще нужно уметь. Но зверолова похоже не проняло.

- Это все она, Делла, я знаю. С этой девчонкой что-то неладно.

- Мариус, поумерь немного свой пыл. Ты сейчас в моей больнице, а Эмма мой пациент. Поэтому забирай Гаруда и будь добр, проследи, чтобы он больше не сбегал.

Еще раз злобно зыркнув на меня, главный зверолов создал энергетическую удавку и набросил ее на шею грифону. Зверушка вздохнула совсем по-человечески, и бросив взгляд полный влюбленной тоски на меня, послушно пошла за Мариусом.

Когда двери за этой парочкой закрылись, Делла покачала головой и обратилась ко мне.

- Ему почти шестьсот лет, а иногда ведет себя как ребенок.

- Кому шестьсот лет? Грифону? – Спросила, чтобы забить неловкую паузу.

- Нет, что ты – засмеялась лекарка – Гаруд еще совсем молод. Ему всего лишь сто двадцать пять. Я про Мариуса говорила. Ты и это забыла, милая?

Я послушно закивала, соглашаясь с Деллой, а сама тихо офигевала. Шестьсот лет этому недорослику? Ему и шестнадцать с натяжкой не дашь.

- Плохо, очень плохо. Я надеялась, что амнезия касается только последнего вечера. Что ты вообще помнишь?

В следующие пол часа я рассказывала Делле о том, что поведала мне Эмма о своей жизни, и вдруг поняла, что это ничтожно мало.

Эмма Дорн, единственная дочь Балдорфа Дорна, торговца и владельца шахт редкого кристалла-накопителя севролита, жизненно необходимого для различных артефактов. Поэтому с таким «презренным буржуа» считаются и маги, и аристократы, и король. Но не принимают в свой круг. Фиии, какой-то горожанин. Правда, недавно, отец Эммы подсуетился, и сейчас прошение о присуждении дворянского титула, лежит на подписи у короля, о чем мне успели похвалиться еще в небытие.

Маму Эмма не знала, так как та умерла родами, кормилицы тоже недавно не стало. Новых подруг, девушка среди аристократов не завела, старые остались далеко, вот и вся личная жизнь Эммы Дорн. Папа и она.

Ну еще, конечно же, был ЛИРИОН!!!! Но только в рамках подростковых фантазий, а не в реальной жизни.

Что же касается знаний в артефакторике, то тут было вообще грустно. Нет, Эмма честно пыталась мне объяснить, но знаете, на пальцах как-то плохо получается. В конце концов, махнув рукой на бесталанную меня и сказала, что проучились они не долго, так что я быстро нагоню. Благо сама Эмма эту программу знает, чуть ли не с младенчества.

Результаты опроса расстроили Деллу еще больше, и она сочувственно погладила меня по голове при этом грустно резюмировав:

- Да, милая, заварила ты кашу. Но сейчас отдыхай, чувствую скоро у тебя такой возможности не будет. Как только узнают, что ты очнулась – налетят как коршуны.

Целительница как в воду глядела. Не успела я толком привести себя в порядок и поесть, как появился гроза всех преступников Веданского королевства- лорд Ирвин Каллен. Я тихо порадовалась, что до этого сходила в туалет. Нет, никаких черепов на поясе у него не висело, и на Кощея Бессмертного он не был похож.

Наоборот, красив классической красотою. Черные волосы до плеч, собранные в хвост, нос с благородной горбинкой, узкий рот, что его совсем не портил и черные глаза. Но в то же время, от уважаемого некроманта валил такой холод и что –то потустороннее, что

хотелось самому закопаться в могилку, метров так на сто и никогда оттуда не вылезать. И как только умертвия его терпят.

Во мне так вообще поднимался какой-то непонятный протест против присутствия мага рядом. Но пришлось затолкать его назад, ведь лорд и повелитель костяшек уходить явно не собирался.

Взяв стул, и с удобством расположившись на нем, Ирвин Каллен приказал:

- Рассказывай.

Мне очень захотелось спросить «Вам стих, частушку или сонет?», но я, как приличная девочка, что очень хочет жить, сдержала рвущиеся наружу язвительные слова. И скромно потупив глазки, спросила:

- Что именно, лорд Каллен?

Лорд хитро прищурился:

- А я тебе не представлялся, деточка.

Упс, не говорить же, что я в курсе кто он и что делает в академии. Но мы тоже не лыком шиты. Вскинула на него глаза полные преданного щенячьего восхищения, от чего мужик поморщился:

- А мне госпожа Делла рассказала о том, что вы меня спасли, лорд Каллен. За это я вам очень-очень благодарна. Я слишком молода, чтобы умирать.

Так, глазки наполняем слезами, губки дрожат. Может еще сопли пустить? Скосила глаза на мужика. Нет, наверное, этого эффекта хватит. Господин дознаватель считал так же.

- Это все ерунда - махнул он рукой – ты мне лучше расскажи, Эмма, что ты делала в комнате наследника герцога Гринбурзкого и как сняла защиту?

Ох, и на зыбкую почву мы ступили. И взгляд у некроманта такой внимательный и колючий. Нужно врать, Ира, врать в захлеб и очень аккуратно.

- Ну, видите ли, Лирион такой красивый – придурковатый взгляд и мечтательный вздох - Я … У меня есть чувства к нему, и я решилась. Понимаете?

- Понимаю, что сопляку Грейлу везет на такое. Но меня не это интересует. Как ты прошла защиту, адептка Дорн?

Два раза упс. Что делать, что делать? Паника затопила мозги. Как правдоподобно соврать про защиту. Не выкладывать же лорду дознавателю все как было.

И тут меня осенило… Захотелось стукнуть себя по лбу. Конечно, у меня ж амнезия. Сделала удивленное лицо:

- Я… Я не знаю, лорд. Не помню. Все как в тумане, леди Делла считает, что у меня амнезия.

Некромант недоверчиво хмыкнул и наклонился ко мне поближе.

- А я считаю, что ты врешь, Эмма, и врешь не очень умело. Предлагаю тебе рассказать все по-хорошему, иначе, я заставлю тебя рассказать по – плохому. Что ты делала в комнате Лириона и где была до этого?

И вот тут, девочки, взбрыкнуло моё эго. Это ты сейчас кого колоть пытаешься, некрофил. Меня? Юриста с постсоветского пространства? Да после общения с нашими ментами, ни один иномирный дознаватель, даже самый главный, и рядом не стоит. Вот кто умел колоть по-настоящему.

Я расслабленно откинулась на постели и прикрыла глаза.

- Я устала. Вы меня совсем вымотали, но если хотите меня допросить, думаю лучше это делать в присутствии папы. Ведь он мой опекун, а я еще не совершеннолетняя.

Я била на обум. Если размышлять логически, опираясь на рассказы Эммы, в этом мире люди живут намного дольше, особенно маги, значит и совершеннолетие наступает позже. Кроме того, девушка описывала свою жизнь в таком ключе, что создалось впечатление, полной ответственности отца за Эмму перед законом. И похоже я не прогадала.

- Думаешь самая умная? – Некромант разозлился, это было видно. Хотя бы потому, что в палате резко похолодало – Ты кое-что забрала, Эмма. Кое-что очень важное и я тебе рекомендую это вернуть.

Мурашки побежали по коже уже не от холода, а от страха. Они догадались, он догадался! Мне конец, лучше бы мы, Эмма, лежали в отключке скромными трупиками и не отсвечивали тут. А теперь придётся отвечать за преступления, которого не совершала. Паника начала поглощать, и я рисковала в ней потонуть.

Но вдруг, изнутри, поднялось умиротворение, теплая волна прошла по телу, выгоняя холод, и выталкивая его за пределы моего пространства. Дознаватель посмотрел с удивлением. А я, успокоившись, четко поняла, если бы знал наверняка, сидела бы я сейчас в казематах и рассказывала палачу все. И как в семь лет дедов самосад курить попробовала, и как дневник утопила, чтобы первую в жизни двойку спрятать, и как чашку разбила и на Эдьку сперла. Все-все бы ему честно, как на духу, поведала. Так что ничего ты, лорд не знаешь, а просто меня на дурочку берешь.

Вот дурочкой я и прикинусь.

- Я ничего и ни кого не забирала – твердым голосом сказала, гневно смотря на Ирвина - Лирион еще не объявил свой выбор, так что никакой Кариссе я его возвращать не собираюсь. Тем более, что я его пока не завоевала. Но будьте уверенны - завоюю. Стыдно, лорд Каллен, такие вещи предлагать девушкам. Тем более распоряжаться Лирионом как вещью.

И сложив руки на груди, воинственно выдвинула подбородок. Ну, прямо сама решительность. Глаз некроманта дернулся.

- Ты издеваешься?

- Нисколько. И я абсолютно серьезна – Хмм, а вот это зря, похоже, некромант разозлился не на шутку. Но от быстрой и мучительной кончины, от рук главного дознавателя меня спасла Делла, вовремя появившаяся в комнате.

- Эмма, твой отец скоро прибудет сюда, я уже отправила сообщение. Прошу прощения, лорд Каллен, что вас прерываю - Не сомневаюсь, что Делла специально вызвала родственника, чтобы вызволить меня. Я уже люблю эту женщину.

Суровым взглядом Ирвин прошелся по целительнице, но та выдержала напор, и поднялся со стула.

- Ну что ж, пусть будет так. Пока что. Я не прощаюсь, Эмма Дорн, мы еще увидимся.

Вот ни капельки не сомневаюсь, что он от меня не отстанет, но главное правило в нашем деле: Отрицай вину до последнего, даже если она очевидна.

Не говоря больше ни слова, некромант покинул палату, а Делла сочувственно потрепала меня по руке.

- Отдыхай, детка - и тоже вышла.

Я и правда почувствовала - тело Эммы еще слабо и нуждается в восстановлении. Так что вполне закономерно провалилась в сон, как только мне перестали мешать нежеланные посетители.

Чьи-то теплые ладони приятно гладили мою руку. Но спать мешало не это, а противный бубнеж, который неимоверно раздражал. Рядом прозвучал густой, мужской баритон:

- Вы уверенны, ректор Орлан?

Распахнув глаза, я с любопытством уставилась на мужчину, что сидел рядом, и держал мою руку в своей. Небольшого роста, классический колобочек с залысиной и седыми бакенбардами. Нос картошкой и пухлые щеки. Мужчину можно назвать не привлекательным, если бы не красивые, голубые глаза. Они светились живым умом с небольшой долей хитринки. Точно такие же глаза были у моей призрачной подруги по несчастью. А нежность, с которой этот человек держал мою руку говорила о том, что передо мною Балдорф Дорн, отец Эммы.

- Я в высшей степени возмущен таким поведением, не достойным адептки нашей Академии. Здесь учатся благороднейшие отпрыски благороднейших семейств, а ваша дочь…- Взвинченный старик с которым господин Дорн вел явно нелегкий разговор скорее всего был ректором академии, Деметриусом Орланом. Правда никакого благородства, присущего такому высокому посту, я в нем не рассмотрела. Сухопарый мужчина далеко за… С острым носом и седыми космами, чем-то, неуловимо, напоминал петуха. А противный, высокий голос дополнял неприятную картину. Ректор мне сразу не понравился. Я ему, впрочем, тоже.

- Ну что же вы замолчали – этот ласковый тон моего иномирного родителя, заставил насторожиться даже меня – Вы хотели что-то сказать о происхождении моей дочери.

- Ну знаете!!- Ректор понял, что ступил на опасную почву, но сдаваться не собирался –Я вынужден просить вас забрать документы и вашу дочь из ЗАПа. После этих событий госпоже Дорн здесь не место.

- Хорошо - с ласковой улыбкой, напоминающей оскал акулы, сказал господин Дорн.

Ректор, ожидавший хотя бы возражений, опешил.

- Я могу надеяться, что вы сделаете это как можно скорее? – осторожно поинтересовался он у отца.

- Конечно – все так же добродушно продолжил торговец - Как только моя девочка очнется, ноги нашей не будет в этой академии.

- Хорошо. Я рад, что мы с вами пришли к консенсусу – облегченно вздохнул Деметриус Орлан - Я конечно не вправе советовать, но все же рекомендую вам и вашей дочери, принести глубочайшие извинения герцогу Гринбурзкому и его наследнику.

Я шумно втянула воздух от такой наглости. Эмма чуть не погибла, вернее почти погибла из-за Лириона и его пассии, а почему-то извинятся должны мы.

Мой невольный вздох привлек внимание обоих мужчин. Балдорф сразу же наклонился ко мне, взгляд его наполнился тревогой и нежностью.

- Эмма, доченька, ты проснулась. Как ты, зайчонок? – Спросил торговец. А мне стало неловко. Пусть в сговоре с его дочерью и для благих целей, но мне придется обманывать этого любящего отца, души не чающего в своей кровиночке. Я отвела взгляд и прокаркала.

- Я уже нормально чувствую себя, папа.

После моих слов, ректор ожил.

- Ну что, думаю, мне больше нет смысла здесь оставаться. Все что нужно, Эмма, вам расскажет отец. Прощайте.

Слегка кивнув, ректор пошел на выход.

- Одну секундочку, достопочтенный ректор Орлан - Деметриус без особого интереса повернулся к нам с отцом, всем своим видом показывая, что устал возиться с недостойными – Мне буквально только что стало известно о крупной аварии на моей шахте. Нет на всех моих шахтах и мы, к сожалению, не сможем поставлять вам севролит в ближайшее время. Как, впрочем, и обслуживать предыдущие кристаллы. Сами понимаете, в мастерских тоже возникли проблемы. Это все, что я хотел сказать. До свиданья, ректор.

И повернувшись ко мне Балдорф подмигнул. Я чуть не пырснула, увидев, как лицо ректора- петуха, сначала бледнеет, а потом краснеет.

- Но как же… Помилуйте, это остановит роботу целой Академии. Вы не можете!!! Это же шантаж - Орлан не мог подобрать слов, чтобы выразить свое возмущение.

- Ну что вы, дорогой ректор, это в благородных кругах называется шантаж. В наших, это деловой подход. Моя особая забота об Академии была исключительно заботой о собственном ребенке. Теперь же, когда моя девочка здесь больше не учится, мы отдадим предпочтение более выгодным заказам и сделкам.

Глотая воздух от возмущения, ректор силился справиться с рвущими наружу проклятиями, и ему все-таки удалось взять себя в руки. Уже более спокойным тоном он заявил.

- Думаю, мы несколько поторопились отчислять адептку Дорн. Ваша дочь сможет приступить к учебе, как только выздоровеет.

- Мы, с моей дочерью, подумаем над вашим заманчивым предложением. А сейчас я бы хотел побыть с моей девочкой наедине.

Ай да папенька, ай да молодец. Так спокойно и изящно отомстить ректору за моё унижение. Я прям горжусь тобой, Балдорф Дорн.

Деметриус Орлан моего восторга не разделял. Он явно пылал от гнева, но все что оставалось горе-переговорщику, это буркнуть:

-Я надеюсь вы позже ко мне зайдете – и хлопнуть дверью. Не сильно, но, чтобы хоть немного полегчало.

Балдорф лишь иронично хмыкнул и повернулся ко мне.

- Эти благородные слишком много о себе думают. Без простых людей, обеспечивающих их жизнь всем необходимым, это благородство было бы простым пшиком. А для некоторых и сейчас так. Но все это неважно – Он снова взял меня за руку – Милая, как ты?

- Неплохо. Правда чувствую себя уставшей и клонит все время в сон. Но вот с памятью… Госпожа Делла разве тебе не рассказывала? - Возможно это тело Эммы дает о себе знать, но я ощущала особую связь и симпатию к Балдорфу Дорну и мне совсем не хотелось ему врать лично. Как будто действительно предаю собственного отца.

- Да, милая, Делла меня предупредила и это может быть проблемой для твоей учебы. Но тут уже решать тебе. Выбор идти именно в ЗАП был исключительно за тобой, и я готов забрать тебя отсюда в любой момент. - Балдорф внимательно на меня посмотрел, но я не спешила с ответом. Тяжко вздохнув, отец Эммы продолжил.

- Эмма, я не буду тебя ругать за то, что произошло, думаю, ты и так понимаешь всю глупость своего поступка – Я покраснела и кивнула. Это было, правда, форменное безумие, но ты себе даже не представляешь, какое, папа – Ты можешь продолжать здесь учиться, я от своего слова не отказываюсь, но подумай вот о чем. Нас и так не жаловали аристократы, а сейчас тебе проходу не дадут. Так что хорошенько все взвесь, доченька, стоит ли продолжать учиться здесь. А я готов забрать тебя домой хоть сейчас.

Это было очень заманчивое предложение. Я видела, господин Дорн очень любит свою дочь и спрятаться под его крылышком в богатстве и неге было большим искушением, но…

Во – первых там меня все хорошо знают и сколько я смогу прятаться за амнезией пока подмену раскроют? Во-вторых, Эмма дала четкие указания оставаться в Академии, так что я не могу потерять шанс вернуться домой. И в –третьих, мне было любопытно посмотреть на магию и на устройство этого мира. Всегда любила грызть гранит науки, и она давалась мне легко, а тут целый вызов: смогу или нет?

Конечно, разъяренная толпа фанатов Лириона Грейла беспокоила, но не настолько, чтобы забиться в норку и носа оттуда не показывать. Поэтому ответ мой был очевиден:

- Нет. Папа, я очень благодарна тебе за беспокойство и заботу, и мне очень стыдно за тот безумный поступок, но я хочу остаться в Академии.

Отец Эммы с грустной улыбкой покачал головой:

- Ты такая же упрямая, как мать – По-моему это был комплимент – Хорошо, милая, я знаю, что, если ты что-то решила, тебя не остановить. Но если вдруг передумаешь, ты всегда можешь связаться со мной по кристаллу, и я заберу тебя в тот же день. Договорились?

Я кивнула. Это прекрасная новость, у меня будет запасной вариант на случай, если в Академии, что-то пойдет не так.

- Тогда я тебя оставлю, солнышко, отдыхай, вижу, что устала. Мы еще успеем поговорить.

Господин Дорн поцеловал меня в лоб и, поправив одеяло, вышел. А я откинулась на подушки и подумала, что это очень приятно, когда папа заботится о тебе. Мой отец был таким же любящим. Непроизвольно набежали слезы на глаза от воспоминаний о своих родных. Когда все покатилось к черту? Наверное, когда мамы не стало, папа ее очень любил и не смог смириться, а потом еще и Эдик вышел на новый уровень своих чудачеств.

Вот так сердце моего дорогого и близкого человечка перестало биться. И для меня папина смерть навсегда останется кровоточащей раной в сердце. Так что Эмме повезло, ее отец всегда рядом и поддержит в любой момент. Надеюсь она это понимает и ценит.

Я устало закрыла глаза и погрузилась в тревожный сон, слишком много потрясений для одного дня, и не полностью выздоровевшего тела Эммы.

Последующие пять дней я провела в больнице медленно восстанавливаясь и мучаясь от безделья. Думаю, Делла хотела, как можно дольше уберечь меня от жестокой реальности, но я уже начала сходить с ума от этих белых стен и монотонности.

Балдорф выкраивал часик, чтобы проведывать меня каждый день. Мы много разговаривали, и я чувствовала себя на удивление спокойно и комфортно рядом с ним. Единственный раз, когда он меня испугал, был в предпоследний день моего заключения, в целительском корпусе.

Внимательно наблюдая за тем, как я ем (была у него такая привычка, видать лично контролировал, чтобы дите точно не осталось голодное) Балдорф вдруг выдал:

- Ты как будто враз повзрослела, малютка Эмма - Я честно подавилась от таких слов и, сквозь кашель и слезы, посмотрела на торговца, пытаясь понять, это он просто так сказал или что-то подозревает.

Похоже, что просто так, ведь откачав мне тогда испуг, господин Дорн больше никогда не возвращался к этой теме и вел себя как обычно. С любовью и заботой о малышке Эмме.

Пару раз ко мне пытался пробраться грифон, но его все время заворачивала Делла или взбешенный Мариус. Думаю, он просто ревновал Гаруда ко мне. Понятия не имею, что во мне нашла эта животина, но от моей палаты его отгоняли постоянно. А в общем и целом это были самые тихие и мирные дни, которые мне довелось провести в Академии ЗАП.

Вы знаете, какая на вкус ненависть? Я вам скажу: она холодная и горчит. А еще жжет спину не хуже раскаленного железа. Как я об этом узнала? Да запросто, вышла из целительского корпуса.

Странности заметила после того, как заселилась в свою комнату и решила прогуляться до столовой.

Кстати, комнатка оказалась довольно милой и имела два помещения, одно из которых было ванной. Я долго провозилась с аналогом местного туалета, пока в отчаянье не села на него, и не зацепила локтем какой-то кристаллик в стене. Вода шумно спустилась, а я подскочила как ужаленная, хватаясь за сердце.

С ванной было попроще - я уже знала где искать. Методом тыка, понажимав на разноцветные кристаллы на стене, я определила, что желтый – теплая вода, а зеленый – холодная. Решила поплескаться позже, после того как проверю еще один важный пункт – столовую.

Вот тут-то меня и ждало неприятное открытие. В этой академии меня ненавидели все. Первая же девушка, встреченная в коридоре, шарахнулась от меня в сторону, окинув брезгливым взглядом, и даже не соизволила ответить на вопрос. Дальше было хуже, чем больше я блуждала по ЗАП в поисках харчей, тем сильнее жгли спину ненавидящие взгляды, а шум пересудов нарастал в геометрической прогрессии. Один парень, проходя мимо, даже задел плечом.

А вот это уже плохо, слова это всего лишь звук, вот он есть, а вот его уже нет, но если адепты перейдут к физической расправе, тогда не поможет, ни папино влияние, ни иномирный криминальный кодекс.

И все же я постаралась взять себя в руки, не будут же они меня убивать у всех на глазах?

Столовая наконец-то нашлась и именно там мне и объяснили, за что будут чмерить всем заведением.

Здесь практически не было студентов, и я смогла спокойно разобраться, как все работает. Обыкновенный шведский стол и вполне себе знакомая пища. Вздохнула над объемными боками Эммы и выбрала салатик. Во время болезни тело девушки похудело, но явно не достаточно. Моя работа очень быстро научила, что внешний вид самое главное оружие при первой встрече, да и при второй тоже. Поэтому за своей фигурой я следила не хуже

чем кгбешники за американским шпионом. Выглядела, кстати, я при этом на все сто. И хотя тело Эммы временное пристанище, но я все, же постараюсь сделать эту обертку максимально привлекательной.

Прихватив свой скромный ужин, я села за отдаленный столик в надежде, что там не буду привлекать внимание. Но это не помогло. Двери столовой распахнулись, и на пороге показалась очень красивая и очень разозленная девушка в окружении подруг.

Светло-зеленые глаза обвели помещения и остановились на мне. В них сразу загорелся нехороший мстительный огонек, и девушка решительно пошла к моему столику. Припевалы, ой извините, подружки, двинулись следом за ней.

Подойдя к месту, где расположилась я, незнакомка окунула меня во взгляд полный ненависти и зашипела:

- Как ты смеешь здесь находиться, отребье? После всего, что натворила… – Похоже, она сейчас реально закипит. А до меня вдруг дошло, кто же это такая.

Любительница голышом прыгать по чужим постелям, мисс Убийственная Грудь, Карисса Лакруа. Не знаю, может это и глупо, но я ее совершенно не боялась. Немного откинувшись на стул, я спокойно ответила.

- Я еще ничего не успела натворить, только собралась ужинать – Злить девицу было чистым удовольствием. Будто я кошка, которая следит за возмущенным писком пойманной мышки.

- Да ты мерзавка хоть знаешь, что из-за тебя Лириона сослали из Академии…- вмешалась, не выдержав, одна из припевал. Интересная брюнетка с необычными, бордовыми глазами. Явно, влюблена в первого красавчика ЗАП и похоже держится поближе к Кариссе, чтобы быть на виду у герцогского сынка. Мило, ничего не скажешь.

- Темпа, помолчи – оборвала «подружку» Карисса, и снова обратила свое внимание на меня - Лучше бы ты издохла в том фонтане, Эмма Дорн. Потому что я тебе обещаю устроить такую сладкую жизнь в этой Академии, что ты пожалеешь о том, что всплыла в тот вечер.

И перевернув на меня поднос с салатом и соком, графиня со своей свитой развернулась, чтобы уйти. Не знаю, что на меня нашло в тот момент, я всегда была исключительно спокойной и рассудительной, а тут с языка само сорвалось…

- Красивая родинка, Карисса.

Ее академское величество повернулось в недоумением:

- Что ты сказала, чернота?

- Говорю у тебя очень красивая родинка на груди. Где же я ее могла увидеть? - Постучала пальчиком по губам, делая вид, что пытаюсь вспомнить – Ах, да, в тот вечер…

Вперила в нее насмешливый взгляд и увидела страх, мелькнувший на лице девушки, который сразу же сменился яростью.

- Заткнись!!! – зарычала она и начала формировать в руках боевой файербол.

Что я там говорила, не будут убивать на виду у всех?

Еле успела увернуться от магического снаряда, что впечатался в стену и сделал дырку, сразу же за тем местом, где сидела я.

Подружки графини испугано разбежались в стороны, и только Темпа попробовала достучаться до затуманенного мозга Кариссы.

- Карисса, остановись, она того не стоит.

Но та не слушала, второй заряд полетел в меня, и я почти ушла от него спрятавшись за соседним столом. Почти.

Часть магии больно обожгла руку, но мне было не до рассматривания повреждений. Эта сумасшедшая собиралась меня добить, и я уже рассчитывала путь до спасительных дверей. Откатившись за следующий столик планировала зайцем петлять к свободе, но тут что-то изменилось. Помещение наполнилось знакомым холодом, а Карисса застыла с почти сформированным зарядом огненной магии в руках.

Двери распахнулись, и в столовую зашел Ирвин Каллен. Вот теперь все присутствующие испугались по-настоящему, но убежать никто не мог. Некромант заморозил всех кроме меня.

- Адептка Лакруа, я разочарован - протянул главный дознаватель – Вы подающая надежды боевой маг и не могли попасть в цель с трех раз.

Что????!!!! Он ее ругает за то, что она меня не убила? Что это за мир такой, ненормальный.

- Вы будете отрабатывать удары на полигоне, после пар, в ближайший месяц. И если ваши результаты не улучшатся, путь в моё управление будет для вас закрыт. Вам все ясно, адептка Лакруа?

- Да, лорд Каллен - проговорила отмершая Карисса.

- Тогда я вас не задерживаю - Сказал некромант и повернулся в мою сторону.

Бросив на меня последний взгляд, обещающий все муки ада, Карисса со своими подружками убралась восвояси. Оставив нас наедине с главным дознавателем.

Под его внимательным взглядом стало так неуютно, что захотелось сбежать вслед Кариссе, даже если она меня добьет.

- Не успели вы выйти из целительского корпуса, как уже приносите проблемы и разрушения, адептка Дорн. Что вы тут устроили? - рявкнул он последнее предложение так, что я подпрыгнула.

И удивленно уставилась на него. Кто устроил? Я устроила?

- Я ничего не устраивала, лорд. Наоборот, покушались на мою жизнь.

- Не брала, не была, не устраивала. Вы как заправский преступник отрицаете очевидное. Хотите сказать, что не провоцировали Кариссу Лакруа?- Я смутилась. Интуитивно чувствовала, что врать в открытую некроманту бесполезно, поэтому решила помолчать, опустив глазки.

- Поднимайтесь с пола, адептка Дорн. Вас уже заждалось наказание. После того как уберете последствие ваших действий здесь, в столовой, будете месяц отрабатывать в зверинце, под чутким руководством Мариуса.

Я застонал вслух. Нет уборки не боялась, в отличие от здешних барышень, мы земные женщины, к работе привычные. Но вот месяц пробыть на побегушках у истеричного ловчего никак не хотелось. По уровню ненависти ко мне, он обскачет даже Кариссу.

Но тут, внутри меня, голову поднял юрист.

- При всем уважении, лорд Каллен, но насколько я помню, наказание могут назначать только преподаватели и ректор Академии. Ну а вы… - Я запнулась, увидев чересчур доброжелательную улыбку на лице дознавателя.

- Я счастлив, адептка Дорн, что могу лично сообщить вам замечательную новость. Его Величество решил намного больше уделить внимания подрастающему поколению. И ввиду последних событий – обратно этот обвиняющий взгляд в мою сторону - Я преподаю в этой Академии некромантию для боевиков, но поверьте, ознакомительный курс будет и для артефакторов.

Пипец. Приехали. Теперь ко всем проблемам добавилось и постоянное присутствие некроманта. Я просто в окружении врагов.

- Так что, адептка Дорн, хватит прохлаждаться, у вас еще море работы – Махнул в сторону кухни, теперь уже магистр Каллен - А после уборки, соизвольте явиться к Мариусу в зверинец.

- Но я не знаю куда…

- Не знаете куда идти? Бросьте, Эмма, вы умненькая девушка, найдете. У вас это хорошо получается.

И бросив очередной намек, главный дознаватель покинул разрушенную столовую. Вздохнула, делать нечего, наказание так наказание.

Швабру, тряпки и ведро, мне выдал на кухне здоровенный, волосатый орк. Он долго и мрачно сверлил меня взглядом, а потом, отдав инструменты, плюнул мне под ноги. А этому то, что я сделала? Хотя, вспомнила!!! Это же тот самый верный поклонник Лириона, рабочий кухни Ррук.

И здесь мне главный красавчик жизнь подпортил.

Чтобы не мозолить лишний раз глаза студентам и персоналу, постаралась максимально быстро справиться с копотью и осколками, проклиная, на чем свет стоит придурка со встречки.

На все у меня ушло полтора часа. Грязная и уставшая я сдала инструменты, под не добрым взглядом орка и сбежала в комнату переодеваться. Еще нужно было обрадовать милого Мариуса с пополнением в его зверинце. Ох, чувствую, встретит он меня с распростертыми объятиями.

Так и было, поблуждав добрых полчаса и наконец, о, удача, натолкнувшись на карту Академии, смогла найти зверинец.

Мариус лютовал и хватался за сердце от новости, что я теперь вся его на месяц.

- За что?!!! За что небеса, вы так наказываете меня?!! – театрально возведя очи к хмурому небу, стонал этот актер погорелого театра. Но тут его глаза вцепились в меня, полные какой-то маниакальной решимости

- Ни-за-что - По слогам отчеканил ловчий – Ни за что и никогда, ни при каких обстоятельствах, я не подпущу тебя к моим зверям. Даже не надейся.

Ну я как бы не сильно рвалась.

- Но ведь лорд Каллен…

- Вон!!! – прорычал Мариус, не хуже своих зверушек - Я сам с ним поговорю. Подлой похитительнице грифонов не будет места в моем зверинце.

- Ну как хотите - радостно пропела я и устремилась подальше, пока Мариус не передумал.

Только на секундочку остановилась от тоскливого воя, пробегая мимо вольеров с грифонами. В одном из них я увидела своего знакомого, грифона Гаруда. Помахав ему ручкой и губами сказав «Привет», я побежала назад в общагу.

За почти неделю в целительском корпусе, я успела немного привыкнуть к этому зверю и даже перестала его бояться. А все-таки интересно, чего же он так ко мне привязался?

Первый учебный день в этом мире вызывал мандраж. Проблемы росли, как снежный ком, от элементарного «Как найти аудиторию?» до « А не убьют ли меня родные одногруппники?».

С ориентированием в академии помог отец. Пока я мылась в ванной и собиралась с духом, чтобы выползти из своей комнаты на свет божий, в окно постучали. Что было очень-очень странно учитывая третий этаж. Выглянув, к своему удивлению обнаружила, что в стекло стучится коробочка на небольших крылышках стрекозы. Я, разинув рот, смотрела на это чудо, а посылка все больше бесновалась, пытаясь прорваться в комнату. Логика говорила, что не стоит пускать неизвестный магический предмет к себе в комнату, но ребенок внутри вопил, требуя праздника волшебства. Решительно отодвинув логику в сторону, я открыла окно, впуская коробочку.

Та мгновенно влетела внутрь и зависла посреди комнаты. Что-то щелкнуло внутри, крышка раскрылась, и послышался голос Балдорфа Дорна.

- Милая, я знаю, что ты у меня сильная и самостоятельная девочка, но ввиду последних событий и частичной амнезии, я приобрел маг-браслет для тебя. Надень его, и сразу поймешь, как им пользоваться. Он поможет в учебе и будет маяком для меня, если что-то случится. Люблю тебя, солнышко.

После этих слов коробочка подлетела ко мне и села на ладонь. Там действительно был браслет. Простой и неприметный, с бусинами темно-зеленого и коричневого цвета, хитро переплетенные черным шнурком.

Я с опаской достала его и осторожно надела на правую руку. Ничего особенного не почувствовала, только пришло осознание, что если задамся каким-то вопросом, в рамках учебы, ответ придет сам собой.

Отлично, какая первая пара. История Ведана? Супер, то, что нужно. Быстренько упаковала все писчие принадлежности, попутно сверяясь с браслетом, и поспешила на пару.

Одногруппники встретили меня прохладно, но, по крайней мере, не слишком агрессивно. Я возблагодарила бога, что не учусь на боевом, как Карисса и Лирион. Вот где бы меня размазали.

А артефакторы по своей натуре, обычно, люди спокойные, вдумчивые. Еще раз задаюсь вопросом: Эмма, что ты забыла среди этих ягнят? Поэтому ни больших гонений, ни сильной поддержки от группы я не получила. Флегматичный игнор, да и только.

Но меня все устраивало, лучше не придумаешь. В друзья не лезут, учиться не мешают, конфетка, а не группа.

Пара по истории Веданского королевства, тянулась долго и нудно. Щуплый преподаватель, не определенного возраста, страдал вместе с нами, но как учитель обязан был впихнуть в наши головы все фамилии, битвы и даты. Выходило у него это жутко монотонно и неинтересно.

Сначала я пыталась вслушиваться, а потом плюнула на это и начала рисовать в тетради гномиков. Историю подтяну сама, в библиотеке, эффекта будет больше.

Когда пара закончилась, все вздохнули с облегчением, включая самого магистра. Следующей у меня стояла артефакторика. А вот это уже важно. Я прихватила вещи и вышла в коридор. Под шепотки и косые взгляды мне предстояло дойти до нужной аудитории, но тут меня ждал сюрприз. Рядом околачивался Мариус, и только я возникла на горизонте, главный ловчий сразу же направился в мою сторону. Не очень хотелось общаться с этим истериком, но выбора не было.

Мариус подошел и отводя глаза в сторону сказал:

- Отработка в силе. Жду тебя после пар в зверинце.

- Но вы же говорили… - Мариуса перекосило от моих слов.

- А теперь передумал. После пар в зверинце, и ни каких опозданий.

Развернувшись на каблуках, ловчий ушел, бормоча под нос какие-то проклятия. Вот гарантирую, что это некромант его запугал до такой степени, что он даже готов терпеть меня в «святая святых», но не идти против главного дознавателя.

Я тоже тихонечко выругалась, поминая моральные принципы матушки лорда Каллена, и побрела на следующую пару. Настроение было испорчено, возиться месяц с навозом иномирных зверюшек, не хотелось от слова «совсем». Но кто меня будет спрашивать? Даже артефакторика настроения не улучшила, хотя предмет, признаюсь, меня зацепил.

Создавать что-то маленькое и неприметное, что может сделать важное и грандиозное, было очень приятно. Возможно, это любовь Эммы к предмету во мне сыграла, а возможно и сама имела к этому дарование, но профессора Бернарда Сорисса я слушала с удовольствием.

Правда, нужно сказать, что бедняга выглядел не лучшим образом, как - будто долго болел. Я догадывалась о причинах такого состояния. Держать в руках вожделенный артефакт, кулон Зибиллы, и в тот же вечер потерять, было ударом для страстно влюбленного в свое дело профессора.

После пар быстренько забежала в столовую перекусить. Не обращая внимание на косые взгляды, похоже вырабатываю иммунитет, я в одно мгновение поглотила скромный обед и отправилась в комнату переодеваться. Не в ученическом же платье возиться с животными, да и Мариус меня вряд ли будет щадить.

Так и случилось, ловчий нагрузил меня самой противной работой, вывозить глад из зверинца на мусорную кучу. Глад это специальная сухая трава, что стелется грифонам в гнездо. Она полезна малышам и жууутко вонючая. У меня от нее звездочки в глазах прыгали пока нос немного не пообвык. Мариус, скотина, с огромным удовольствием наблюдал, как я мучаюсь, тягая на тачанке эту гадость, но потом его кто-то отвлек, и я смогла хоть немножко расслабиться. Силы заканчивались, нос распух, и я решила сделать

привал. Достали! Если хотят, пусть выгоняют, а я не встану пока не сделаю двадцатиминутный перерыв.

Присела рядом с клеткой старого знакомого – Гаруда. Животинка была счастлива стоило мне появиться в зверинце, а теперь просто мурлыкала от восторга, что я присела рядом с его клеткой.

А все-таки он красивый. Я на самом деле кошатница и грифон, несмотря на орлиную голову, воспринимался мною, как большой котик. Да и вел себя так же. Вот прям сейчас мурлыкал и терся об прутья клетки, рядом с тем местом, где сидела я. Со смехом, наблюдала за этими потугами огромного кошака, и тут заметила нечто интересное. В шерстке, на груди Гаруда, что-то заманчиво блестело.

- Гаруд, малыш, иди сюда – позвала грифона и осторожно протянула руку сквозь прутья.

Зверь моментально сдвинулся, подставляя грудь под ласку. Я провела рукой по удивительно мягкой шерстке животного и нащупала на нем какой-то предмет. Что-то продолговатое и на цепочке. Потянула за вещицу, чтобы достать на свет божий и рассмотреть поближе, но цепочка поддалась и упала с шеи грифона, оставляя украшение у меня в руках. Гаруд нисколько не расстроился потере и спокойно лег рядом.

Вытянула руку из клетки и начала рассматривать кулон. Серебряная цепочка и очень красивая капелька фиолетового кристалла. Если я правильно поняла, это аметист. Интересненько, у нас на земле этот камень считается ведьминским. Хмыкнула своим мыслям. И придет же такое в голову, просто красивый кулон. Только кто его повесил на шею грифону? Возможно это какой –то артефакт для питомцев зверинца.

Решила позже вернуть его Мариусу, а пока спрятать. Уже собиралась закинуть безделушку в карман, но в то же мгновение стало происходить нечто странное и пугающее. Цепочка вдруг зашевелилась, как живая, и обвила мою руку удавом. Я испугано взвизгнула и попробовала сбросить взбесившееся украшение, но все было бесполезно.

Застыв всего лишь на секундочку, кулон начал очень быстро двигаться по моей руке, несмотря на сопротивление, и остановился на шее, повиснув как простое украшение. Это все? Он просто хотел, чтобы я его поносила? О как я ошибалась, считая, что все закончилось.

В один момент меня пронзила такая боль, что не было сил даже кричать. Только беззвучно открывала рот. Кулон начал просто вгрызаться в ложбинку груди, оставляя после себя огненный след. Гаруд беспокойно зарычал, видя, как меня выкручивает, но, ни я, ни он, не могли ничего сделать. Перед тем как потерять сознание я как на яву увидела: летящую в фонтан Эмму и кулон, что как в замедленной съёмке падал вслед за ней. Но когда девушка полностью скрылась под водой, крылатая тень перехватила украшение у самой кромки воды.

Ну, вот мы и встретились, кулон Зибиллы, очень неприятно познакомиться.