Голоса забытых птиц

— Леди Марион, вернитесь! — я скорее шипела, чем кричала, понимая, что с подопечными, пусть и такими взбалмошными, все же стоит разговаривать вежливо. Даже если порой хочется пристукнуть тростью. И посадить под замок без еды на пару дней. Ну, или хотя бы часов. Но без сладкого на весь день, это точно.

— Если догонишь — продолжим, — весело отозвалась наследница барона, уже карабкаясь по стене, безо всякого сомнения, собираясь через нее перемахнуть и скрыться в деревне. Потому как, «сколько можно тратить время на твое ворчание, все равно у меня не выходит». И ладно бы девочка ошибалась, тогда все это имело бы смысл, но у нее и правда был на редкость слабый дар.

— Леди Марион, это в высшей степени невежливо, сколько раз вам говорить? — моя злость и досада никакого смысла не имели, но я все равно не могла реагировать спокойно. Девице скоро семнадцать. Другие в ее возрасте уже не по первому ребятенку нянчат, а она все по стенам ползает, да в деревню сбегает, словно чернавка.

— Корнелия, но ты же знаешь, что на меня не подействуют твои попытки устыдить, — фыркнула подопечная, сидя как на лошади на гребне забора. Проказливое выражение лица сменилось на задумчивое. — По крайней мере до ужина, так точно. Так что давай каждая займется своим. Все равно никто не узнает.

Я в гневе подняла трость, намереваясь погрозить нахалке, но девушка соскользнула со стены умелым, доведенным до совершенства движением, оставив меня наедине с самой собой.

В чем-то она была права. Я ей не нянька, а только лишь наставница, так что тут меня не смогут даже упрекнуть. Но и так открыто пренебрегать всеми обязанностями, пользуясь отсутствием родителя… Это было несколько чересчур.

— Это не понравится барону, — тихо пробормотала себе под нос и, опираясь на трость сильнее, чем обычно, побрела в сторону поместья.

Строение было небольшим, в светлых тонах, словно бы сошло с картины, и мне нравилось тут жить. За несколькими, по сути нелепыми, исключениями.

Я почти доковыляла до больших дверей, распахнутых во двор, когда на пороге показался командир местной охраны.

— О, Римель. Девица сбежала. В деревню. Опять, — ничуть не таясь, тут же выдала тайну нашей подопечной, не собираясь отвечать за ее проделки. Свой урок я провела вчера и успею провести вечером, поймав вредину перед сном.

А вот гувернантке влетит. Вместо того чтобы присматривать за наследницей, она занималась личными делами. Не просто так у Римеля волосы торчат во все стороны и куртка не до конца застегнута.

— Что ж вы ее не поймали, госпожа ведьма? — мне показалось, что стражник хотел добавить что-то еще, но все же вовремя прикусил язык. Моя сила, пусть и была странной и искалеченной, но в лоб позволяла заехать и с десяти шагов. Да и на горшок усадила бы дня на три без особых усилий.

— Не мое это дело, за девицами по заборам скакать, — фыркнула, высоко вскинув голову, и прошла мимо мужчины. Он, конечно, видный, но не стоит того, чтобы терять подобное место. Да и из кухни тянуло свежей выпечкой, что интересовало меня куда больше, чем присутствие противоположного пола в досягаемой близости. — Это вы у нас за охрану и безопасность Марион отвечаете. Вам и бегать.

— Иногда мне кажется, что вы пострадали не из-за своей великой силы, как говорите, а просто за длинный язык, — я уже была в коридоре, почти у дверей вожделенной кухни, обещавшей завтрак, когда расслышала произнесенные шепотом слова. Можно было сделать вид, что не услышала. Римель едва шептал. Но я все же ведьма. Пусть и слегка покалеченная.

— Мне кажется, господин Римель, вы сами слишком много шевелите языком. И не только во время разговора, — задумчиво добавила, вспомнив, в какой интересной позе застукала его с гувернанткой нашей девочки пару дней назад. — Кажется, вам нужно немного передохнуть от забот.

Протянув тростью по полу, проследив за тем, как из каменных плит железный наконечник высекает искры, и тонкая змейка колдовства несется в сторону остолбеневшего капитана, я только фыркнула. Людям свойственно позволять себе лишнее, если им не напоминать о границах дозволенного.

— Ф… фто… — слова давались Римелю с трудом, видно язык едва ворочался, но я отнюдь не была довольна. Пусть чары и подействовали, но еще пару лет назад я могла бы сделать это куда лучше. И не с такими болями.

В кухню я почти ввалилась, чувствуя, как выворачивает ногу и бок. И тут же плюхнулась на табурет у двери, откинувшись на стенку, чтобы как-то снизить напряжение в теле.

Никакой лишней магии, Корнелия. Когда ты уже запомнишь?

__________________________________________
 Приветствую вас в  истории. Это продолжение  "И камни плачут по ночам", но история может читаться независимо, так как в ней другие герои по тому же миру.
Будет немного мистики, темной магии и настоящей глубокой любви. А еще тайны, старые проклятья и злобные враги. 
Надеюсь нам всем понравится история)

Лето выдалось раннее и теплое, позволяя проводить на улице много времени, наслаждаясь прелестями природы до того, как наступит настоящая жара. Пусть мы были далеко от восточной части империи, но иногда мне казалось, что ветер приносит сюда весь сухой зной пустыни Фасут, обжигая горло, как только выбирает нужное направление в середине лета. Тем приятнее были эти теплые, наполненные короткими дождями, спокойные дни. И даже поведение Марион не могло сильно расстроить, не выбиваясь из привычного шаблона.

Мы только закончили завтракать, успев перед этим разобрать часть сложных плетений, что по логике барона станут доступны девушке после замужества, как моя ученица, коротко кивнув мне и гувернантке, рассеянно размазывающей кашу по тарелке, направилась к выходу, даже не думая делать вид, что следует правилам.

— Куда? — я медленно потягивала чай, бросив вопрос через плечо исключительно для того, чтобы привлечь внимание Тианы к поведению подопечной.

Кажется, прием сработал. Гувернантка подскочила, со звоном уронив ложку.

— Марион, нам сегодня нужно заняться танцами. Вы, моя дорогая, пропустили вчерашний урок, а скоро начнутся сезоны выездов и охоты. Вы не сумеете привлечь достойного жениха без этих знаний!

Я едва не фыркнула на увещевания худой блондинки, что сидела напротив. До сезона охоты было еще не меньше месяца. А уж что касалось танцев… Самой Тиане они нисколько не помогли добиться достойного положения в жизни. Но все, же вмешиваться в чужие уроки я не планировала.

Марион, замершая на середине шага, резко развернулась к нам, спрятав руки за спину, словно ее поймали на воровстве булочек из печи, и чуть улыбнулась:

— Вы совершенно правы, Тиана. И мы с вами непременно займемся танцами после завтрака. Это же самое лучшее время, — восторг в голосе девушки был таким неподдельным, что я даже обернулась, чтобы лучше видеть эту актерскую игру и не упустить ни единого жеста. — Но вы же еще не закончили завтрак. А мне срочно нужно в уборную.

Маленькая ладонь легла на живот, а на лице, сменив воодушевление, появилась кислая гримаса.

— Что-то с животом, Марион? — я не могла упустить подобный момент. — Хочешь, могу поделиться мятным настоем.

— Ой, — лицо девушки вытянулось в неподдельном опасении. Еще чего не хватало. Моя помощь в ее планы не входила точно, — ну что вы, наставница. Я не могу вас беспокоить по таким пустякам.

— Что ты, хорошая моя. Никакого беспокойства. Заглянем ко мне, и я дам тебе капли, — в светлых глазах появилась паника.

— Я… я лучше немного полежу, а если не станет лучше, тогда уже приду к вам за каплями.

— Уверена? У Корнелии отличные лекарства, — заметила Тиана, словно сама ими хоть раз пользовалась. Почему-то в поместье считалось, что лучше перетерпеть, пока можно, и только в крайнем случае обратиться ко мне. Исключение составляли лишь противоожоговые мази для кухни.

— Конечно–конечно. Со мной все будет в порядке.

— Хорошо. Тогда, конечно, надо полежать, чтобы все прошло, — покивала гувернантка, соглашаясь. А я в который раз поразилась, что в разуме Тианы даже мысли не мелькнуло, что теперь девушку она не увидит до темноты.

— Леди Марион! — подопечная уже почти выскочила во двор, когда я ее окрикнула совсем иным тоном. В нем больше не было ни иронии, ни насмешки.

— Да, наставница? — совершенно верно уловив смену настроения, девушка замерла, тревожно сведя брови. Прикажи я таким голосом остаться в поместье, Марион бы не посмела ослушаться. Вот только я не видела причин так ограничивать ее свободу. Пока она еще была доступна.

— Помнишь, о чем мы говорили два дня назад?

— Да. Я все помню, не стоит беспокоиться.

— Тогда иди.

Я не хотела ее останавливать, чтобы не губить доверительные отношения, что у нас сложились с девушкой, но предостеречь от глупостей все же была способна. Дочь барона должна была оставаться невинной до свадьбы, и ей не разрешено того, что позволено деревенским подружкам. Даже если очень хочется, а местные парни ведут себя напористо и убедительно.

***

Проведя полдня за книгами, то и дело разминая ногу, которая опять нещадно ныла, видно на скорый дождь, я едва не скатилась с кресла, когда раздался звук знакомого рога. Этого мы не ждали еще недели две.

Первым делом отослала магического вестника в деревню, надеясь, что он успеет вовремя, и с тяжелым вздохом взялась за трость. Пусть мои покои, против обыкновения, находились на первом этаже среди комнат слуг, ковылять до парадных дверей было прилично.

Я только добралась до входа, как гости уже въезжали в ворота, заполняя двор. Впереди, как и полагается хозяину, ехал сам барон. Уже в возрасте, коренастый и светлый, он еще был полон сил и мог дать фору в бою многим. Старшего сына и наследника я не увидела, видно, тот остался в столице следить за делами. Однако хозяин вернулся не один. Рядом с ним, прибыв на огромном сером коне, спешивался мужчина, от одного вида которого у меня по спине пробежала волна дрожи.

Гость был действительно высок. Широкие плечи не могли сгладить даже щегольской кафтан и накинутый на одну сторону бархатный плащ. Сомнений в том, что это великан способен голыми руками переломить приличное полено, у меня не возникало. Но не это было самым страшным. Куда сильнее меня поразила энергия, что накрыла весь двор, словно огромный темный купол.

К нам прибыл колдун. И я — не я, если этот экземпляр не был одним из ближайших помощников кого-то из великой тройки наших магов. А то и самого Ксеркса.

— Барон, — с неудовольствием обратив внимание, что ни Тианы, ни Риеля еще нет, я медленно спустилась по ступеням к старой экономке, что заведовала хозяйством в отсутствии владельца. — Рада вас приветствовать. Почему же вы нас не предупредили о том, что прибудете? Мы бы приготовили все для гостей.

Пожилая женщина говорила спокойно, словно ее вовсе не волновали те двенадцать человек, что будут теперь здесь столоваться. Не говоря уже о том, что гостя и его свиту нужно также где-то разместить.

— Фоса? Рад тебя видеть в добром здравии, — широко ухмыльнулся барон. Иногда мне казалось, что у этих двоих имеется своя старая, но весьма красивая тайная история, хотя никто и никогда не мог заподозрить хозяина в неверности давно почившей супруге. — Мы не планировали сейчас приезжать. Просто дела сложились таким образом. Сильно не переживай. Нам понадобится всего пара комнат для гостей. А где Марион? Я соскучился по девочке.

Этот вопрос не был напрямую адресован мне, но в отсутствие Тианы ответить было больше некому.

— Она, видно, зачиталась в саду, — стараясь не сильно опираться на трость и не дрожать от чужой, удушающе-сильной магии, отозвалась, чуть растянув губы в улыбке. — За ней уже послали. Будет с минуты на минуту.

Глядя на барона, я краем глаза заметила, как в распахнутых воротах показалась мордашка Марион, вытянувшись в удивлении, и тут же скрылась.

— Как ваши успехи? — мне показалось, что вопрос был задан не просто так, ибо барон чуть скосил глаза на гостя, не сводящего с меня черных глаз, от которых хотелось с головой укрыться плащом, только бы избежать внимания.

— Мы нашли некоторые чары, что даются ей лучше, чем ученицам из столицы, — упоминать, что это только одно заклинание, я не решилась. Не к месту расстраивать гордого родителя перед гостями.

— Я был в этом уверен, Корнелия.

Вскинутую в сомнениях бровь гостя барон не заметил, в отличие от меня. Кажется, маг не совсем доверял прозвучавшим словам.

— Папа! — со стороны дома, растрепанная и с торчащими травинками в волосах неслась Марион. Чуть черканув тростью по пыли под ногами, я, как могла, попыталась привести ее в порядок, пока родительское внимание отвлечено радостью встречи. Видно, перелезть через забор в этот раз удалось не так легко, как на ту сторону. Ну, хоть платье цело, и на том спасибо.

Едва заметной струйкой мои чары понеслись к Марион, растворив пару травинок и чуть поправив прическу, но до одежды так и не добравшись, словно кто-то впитал всю мою магию, как тряпка воду. От этого ощущения меня вдруг всю сдавило, сжав ребра. Я никак не могла пошевелиться или сделать вдох. Только сумела немного скосить глаза, не сомневаясь, кому обязана такими ощущениями.

Темный колдун смотрел на меня из-под полуопущенных век внимательно, без улыбки, и я не могла понять, что именно он пытается рассмотреть.

— Как твои успехи? Корнелия, кажется, вполне тобой довольна, — между тем радостный щебет Марион и барона звучал где-то вдали, фоном.

— Да, так и есть. Она замечательная наставница. Кто это с тобой?

— О, я почти забыл. Простите меня, — барон повернулся к гостю, чуть склонив голову, — Это моя дочь, Марион, как вы уже догадались. Мари, познакомься. Это Эльяз Нордеро. Твой жених.

Я едва не потерла сознание, сама не зная, чего испугавшись больше. Того, что к нам прибыл Щит Севера или что ему достанется эта, в сущности, почти бездарная девица, за которую я переживала больше, чем за саму себя.

***

— Фоса, няньку нашего гостя нужно поместить на первом этаже, — после того, как лошадей забрали в конюшни и пригласили всех в дом, приказал барон, протягивая черному во всех смыслах, магу стакан с чем-то обжигающим.

Я медленно доковыляла до гостиной одной из последних, с интересом и опасением поглядывая на пожилую женщину, укутанную в темную ткань едва ли не по самый кончик носа. Щит лично подал ей руку и помог занять самое престижное место в комнате, прежде чем сесть самому. Про этих женщин ходило много слухов, но мне не доводилось ни разу видеть няньку древней крови вживую так близко.

— Боюсь, из достойных комнат на первом этаже у нас только покои Корнелии. А в ее ситуации, — Фоса недоговорила, а я почувствовала, как вспыхнули щеки. Пусть в поместье все давно привыкли к моему корявому виду, поднимать этот вопрос перед гостями, тем более такими, было несколько неуместно.

— Ничего, Фоса. Если так нужно, я могу на время переехать в одну из комнат слуг. Думаю, это будет…

— Нет, — скрипучий, но полный силы голос старухи-няньки заставил замолчать, словно она сама обладала какой-то невероятной силой, — ее мы беспокоить не станем. Я вполне способна подняться на пару ступеней. Это не Гром-Гриан с его тысячей лестниц, чтобы я устала.

— Как пожелаете, — мне было интересно и само поведение барона. То, что Марион не попала под патронат нянек, видно, обошлось ему в свое время довольно дорого, и теперь этот смелый и умный мужчина опасался сделать что-то не так, чтобы не навлечь на себя гнев грозной старухи.

— Итак, — Эльяз Нордеро. Голос низкий, бархатный, чуть насмешливый, отчего кровь холодеет в жилах. Мне трудно находиться с ним в одной комнате, так велика его сила и так чужда. Но я не могу уйти, потому что меня тянет как бабочку на огонь эта мощь, — сколько тебе лет, Марион?

— Скоро восемнадцать, — хмурясь, отвечает это чудо, глядя с недовольством то на отца, то на гостя. Мы знали, что долго барон не станет прятать дочь и постарается как можно удачнее выдать замуж, но это все же было неожиданно. Особенно в том, что касалось выбора жениха.

— Прелестно. И как у тебя с магией? — я не могла понять, насмехаются сейчас надо мной или над моей ученицей. Щит Севера при его талантах, даже если о них рассказывали с невероятным преувеличением, за считанные мгновения был способен определить, насколько сильна девчонка, не подвергая такому позорному обсуждению.

Словно почувствовав мое недовольство, Марион повернула голову в сторону дверного проема, где я стояла, опираясь о дверной косяк, ища поддержку.

— Уровень у нее слабый, так что конфликта сил можно не опасаться. Остается только вопрос, как именно она перенесет тип вашей магии.

— В ней нет ни капли некромантии, госпожа наставница, — все с той же насмешкой, окинув меня взглядом с ног до головы, отозвался Щит Севера, — так что ваши опасения напрасны.

— Я бы не была так уверена. В вас бурлит такая смесь, что…

— Корнелия! Давайте мы не будем обсуждать это прямо сейчас, — мне показалось, что барон сам не уверен в правильности решения, но его что-то сдерживало, не позволяя высказать всего. Так что мне оставалось только кивнуть.

— Что ж, как прикажете. Если позволите, я отправлюсь заниматься своими делами, — мне не хотелось находиться здесь. Сила черного мага подавляла, угнетала и не давала дышать. Но уйти без разрешения, служа в этом доме, было также невозможно.

— Да, можете идти. Но я жду вашего присутствия на ужине, Корнелия.

Еще бы. Кто бы сомневался, что мне предстоит на нем присутствовать. Единственная ведьма в этом поместье, помимо гостей, просто не имеет права быть где-то еще. Удивительно, что меня все же оставили в доме на время присутствия Щита. Либо он считал себя достаточно сильным, чтобы не опасаться никого, либо я выглядела слишком безобидной и бесполезной, раз меня даже не изволили проверить на лояльность и силу, опасную для некроманта.

Впрочем, ничего необычного.

Я похожа на развалину, которая разлетится на сотню частей, стоит только чуть сильнее подтолкнуть или выбить трость из рук.

Чувствуя, что еще немного, и могу свалиться без посторонней помощи, я едва доковыляла до собственной комнаты. Почему-то дико болели ноги и крутило все тело, словно я пробежала до деревни и обратно. Такого поганого самочувствия не было давно. За прошедшую пару лет я вполне освоилась и могла большую часть времени ходить, даже не хромая, опираясь на трость просто на всякий случай.

Но сегодняшний день был исключением.

____________________________________

Эльяз

Несколькими неделями ранее

Я не ждал ничего хорошего от этого незапланированного вызова в столицу. Только неприятностей, на которые всегда была щедра моя жизнь. Но я так давно в этой игре, что смотрел на письма от Сафиры больше с иронией, не чувствуя страха. Не впервой. В какой-то степени было даже немного интересно, как наша наследная принцесса все это повернет.

Больше удивило желание Хельват отправиться со мной. Я не помнил, когда последний раз нянька покидала крепость, предпочитая держаться подальше от столицы. Да и вообще, подальше от всего. На мои вопросы старуха только ворчала, что по горло сыта столичными играми и тем, что они вытворяют. Кто именно эти «они», и в чем их подозревала Хельват, я так и не сумел выяснить, нянька держалась непреклонно, отказываясь мне все рассказывать. И запретила пускать своих сестер по ордену в Гром-Гриан.

Не то, чтобы я так уж рвался. Иногда и одной Хельват было много для такой небольшой крепости, но все же это озадачивало. Не будь у меня столько собственных дел, непременно попытался бы выяснить, что к чему.

Теперь же она собиралась в столицу. «Посмотреть, как сильно разошелся ветер, и в какую сторону он дует». Безмятежная и сдержанная, ироничная, как все обитатели Гром-Гриан, старуха оказалась на крыльце еще до того, как подали лошадей, наплевав на все мои увещевания и просьбы остаться в крепости. Пришлось немного пересмотреть план и добавить карету, так как, несмотря на все уверения, моя совесть не позволяла лишний раз подвергать эти старые кости испытаниям верховой ездой. Одно дело — короткая прогулка от скуки, и совсем другое, путешествие в столицу через два тоннеля и сотни лиг дорог.

Упрямая ведьма.

Нас ждали. Ворота распахнулись еще до того, как я смог нормально рассмотреть лица стражей. Склонившись, словно прибыл какой-то плешивый королек как минимум, охрана ворот не поднимала глаз и не требовала никаких бумаг, позволяя нам беспрепятственно проехать на территорию дворца.

Втянув носом воздух, я невольно выдохнул с облегчением. Ксеркса не было в городе, что не могло не радовать. Над столицей гулял свежий, летний бриз, неиспорченный сильнейшей магией, что, как мантия, тянулась за нашим повелителем повсюду. Значит, ничего фатального меня не ожидает, и даже выговор за чрезмерное самоуправство будет исходить от принцессы. Все, как я предполагал.

— Я повидаюсь с сестрами. Думаю, мое присутствие на аудиенции будет излишним,  — выползая из кареты с тихим кряхтением, блеснула глазами из прорезей одеяния Хельват, закутанная в тонкие темные газовые ткани от макушки до самых пяток. Тонкие нити бусин тянулись из множества складок, позвякивая и качаясь на ветру и от движения. Мне было интересно, почему она оделась столь необычно сейчас, предпочитая куда менее формальные и удобные наряды, но времени на расспросы не было совсем.

— Как хочешь. Только возьми собой кого-нибудь, чтоб потом не искать, — я махнул рукой одному из сопровождающих, поручая заботы о самом близком мне человеке.

— Я бы попробовала возразить, если бы думала, что ты послушаешь, — нянька фыркнула и поманила пару носильщиков с паланкином, что замерли у парадной лестницы дворца. — Эй вы, двое. Мне нужно в капеллу Древней Крови.

Каретам или верховым не позволялось двигаться по внутренним помещениям и садам дворца, так что вариант был либо идти своими ногами, либо воспользоваться помощью носильщиков.

— Увидимся вечером.

— Если царственная Сафира не выклюет весь твой мозг, Эльяз, — почему-то мне казалось, что происходящее забавляет Хельват. Или наоборот. Что-то беспокоит мою няньку так сильно, что она не может сдержать собственного яда. И с этим стоит разобраться. Позже.

Список важных дел становился с каждым днем все больше, а между тем еще  только весна. Такими темпами, к зиме меня погребет под завалами бумаг и задач.

Оставив оружие своей страже, я быстро поднялся по широкой лестнице, отмахнувшись от распорядителя, прекрасно зная куда следовать. Но добраться до приемной перед кабинетом принцессы, мне было не суждено. Стоило только завернуть за угол, мимо тронного зала, как я увидел ее собственной персоной.

Навстречу, высоко держа голову, шла опора и надежда Кесарии, наследная принцесса Сафира, облаченная полноправной и практически неоспоримой властью. Темное одеяние, украшенное серебряной вышивкой, черные косы почти до колен, венец на голове. И судя по тому, как в такт резким шагам подрагивали в ушах крупные серьги, ее высочество была весьма не в духе.

— Устал? — вместо приветствия бросили мне, когда между нами оставалось не менее двадцати шагов.

— Нет, моя принцесса.

— Хорошо. Тогда идем в сад. Одни! Если у кого-то нет срочных дел, можете обратиться, я помогу скрасить досуг! — чуть повернув голову, Сафира удостоилась нескольких десятков поклонов и могла наблюдать за тактическим отступлением придворных, что толпой семенили за ней до этого.

Проследив за тем, чтобы все отправились восвояси, принцесса подошла ко мне, протянув чуть светящуюся ладонь.

— Идем, прогуляемся, — провозгласила наследница, ухватив меня за локоть. Кожу даже через ткань опалило холодом от магических перчаток, но я был готов. Не касаясь друг друга, не повесить защитный полог на нас обоих, а дотронуться до меня без перчаток Сафира не могла. Конфликт нашей магии был слишком сильным.

* Я забыла сказать об этом в «Камнях». Поправлюсь, потому что это важно, но в Кесарии год длится дольше, примерно 18 месяцев.

***

— Я был уверен, что ты вызвала меня для публичной порки за произошедшее полтора месяца назад.

— Если ты о том, что вздернул трех магов за границами своих владений, то в целом я согласна с решением, хотя можно было действовать и аккуратнее, — Сафира повела меня узкими коридорами прочь из дворца. — Но официально трон недоволен, и да, вечером я буду ругаться. Громко и с воодушевлением. Будь готов.

Эти узкие коридоры вели в сад, достаточно большой, чтобы в нем можно было заблудиться на пару часов и никого не встретить, кроме стражи, расставленной под деревьями.

Мы спустились по узкой лестнице, и вышли через узкую резную дверь под сень зеленого купола. Я каждый раз восхищался тем, как аккуратно сформированы кроны деревьев в дворцовом парке.

— Отдашь мне своего садовника?

— Ты уже просил. И я опять же отвечу, в твоих горах и долинах ничего из этого расти не будет.

— Знаю. Но может, он достаточно искусен, чтобы справиться с тем, что есть?

Сафира только фыркнула, покачав головой, отчего косы плавно заколыхались. Это была наша дежурная шутка, повторяющаяся год от года.

— Так вот. Я думала все решить письмом, как обычно, но так уж получилось, что твоя власть и самостоятельность пугает баронов и прочих, так что придется тебе поприсутствовать в городе лично. Эльяз, — принцесса остановилась, внимательно посмотрев на меня, — вопрос наследия встает с каждым годом все острее. Надо как-то это решать.

— Софи, ты же знаешь, как я к этому отношусь. Никогда не отказывался участвовать в твоих играх, но не надо делать из меня идиота.

— Никто не делает, но няньки отказываются посылать к тебе девушек после последних двух раз. Чем ты так их напугал, что бедняжки согласились выйти за первого попавшегося сквайра, только бы не быть в числе твоих невест?

— Ничего я не делал, — совершенно честно пожав плечами, я потянул Сафиру дальше по садовой тропинке, — просто показал все прелести Гром-Гриана. Обитателей, соседей, скажем так. Эти твои одаренные и благородные невесты почему-то не оценили моего гостеприимства и прелести жизни в горах.

— Знаешь, я, конечно, тебе друг, тут без сомнений, но предупреждаю, еще одна такая выходка, и женишься на той, кого сама выберу. Или займись уже вопросом всерьез.

— Ладно-ладно, постараюсь уделить этому время. Только не понимаю, к чему такая спешка.

— Я и сама не знаю, — принцесса задумчиво рассматривала цветущий сад. Темные брови сошлись над переносицей, придавая ее лицу весьма тревожное выражение. — Что-то происходит, Эльяз. Мой отец, да продлятся его дни, замышляет что-то, что мне пока неясно, но я чувствую движение энергии. Пока взор Ксеркса направлен на Восток, в вотчине Измира тоже какие-то неполадки, но это ненадолго. Если уже пошла волна, то и до тебя, и до Клинка дойдет. Так что будь осторожен.

— Я всегда осторожен, — кивнул, все же отмечая для себя новую информацию. То, что у Измира что-то не в порядке, меня удивило. Стратег всегда отличался куда больше аккуратностью, чем я.

— Знаю. Но что-то мне подсказывает, что этого может быть недостаточно.

***

Показательную порку принцесса провела виртуозно. С одной стороны, Сафира вроде бы как и повышала голос, и даже один раз стукнула ладонью по столу, но с другой — и у меня, и скорее всего у присутствующих, сложилось впечатление, что меня хвалят. Причем весьма основательно и с одобрением, но при этом, просят в следующий раз быть аккуратнее.

Начав с меня, принцесса потом еще несколько часов выслушивала отчеты придворных и государственных деятелей, то и дело хмуря свои черные брови.

— Плохо, господа. Плохо. У нас весна, а дороги в таком состоянии, что ни один караван не пройдет. Мы не должны полагаться только на тоннели. Они не выдержат нагрузок, да и далеко не каждый купец способен провести свои телеги по магическому переходу, а вы все сидите без дела. Эльяз, что скажешь?

— Последние лиги перед столицей разительно отличаются от всего, что я видел в провинциях, — я покачал головой, вспомнив, по каким колдобинам и рытвинам нам пришлось путешествовать, и как была недовольна этим Хельват, страдающая от тряски. — В порядке только земли барона Васиона и барона Шиваль. Дороги подсыпаны мелким камнем и выровнены, так что карета шла по ним вполне ровно. Думаю, даже караван вполне выдержат.

Оба названных барона с благодарностью кивнули.

— Господа, это никуда не годится, — тихо подвела итоги Сафира, переплетя пальцы. — Если вы желаете устроить мне поездку по Кесарии, то вы этого дождетесь. Но поверьте, полетят и головы, и титулы, если я покину столицу из-за того, что вы не можете организовать ваших людей.

Я только усмехнулся. Уж что-что, а расстраивать принцессу никто бы не рискнул.

— Следующий вопрос…

Дальше я не слушал, раздумывая о своем. Искать жену — дело непростое и небыстрое, но как-то отвлечь Сафиру и уж тем более Ксеркса от этого было необходимо. Только в голову ничего путного не лезло.

Барон Шиваль со своим предложением-просьбой подвернулся как раз вовремя…

— Ваша светлость? — я поморщился, глядя в окно. Еще бы Щитом назвал. Словно не знает, что благородства мне для этого титула никак не хватит.

—Просто, Эльяз, — поворачиваясь к обратившемуся, тихо проговорил.

Барона я знал только по редким заседаниям, отмечая весьма цепкий ум этого мужчины, между тем не пересекаясь и не имея общих дел ранее.

— Барон Шиваль, Леве, — представился крепко сбитый мужчина, лет пятидесяти. Коротко кивнув, рассматривая меня внимательным взглядам, барон, видно, сразу решил перейти к делу, не став рассыпаться в излишних любезностях. — Прошу простить за беспокойство, но я бы хотел обсудить с вами одно весьма любопытное, но спорное дело.

— Я вас знаю, барон. И думается мне, ваше дело достаточно важное и обдуманное, раз вы о нем упомянули. Не припомню за все годы, чтобы вы открывали рот, сотрясая воздух по пустякам.

— Смею принять это за комплимент, — мне понравилось то сдержанное и спокойное поведение, которое демонстрировал барон, хотя ему явно было немного не по себе разговаривать со мной. И все же, он удерживался от раболепия или какой-то нервной дрожи, оставаясь с собеседником на равных. Это не часто удавалось людям, даже благородным, практически лишенным магии.

— Это просто факт. Но да, он вам на руку. Только по этой причине, я готов вас выслушать. Итак?
______________________________________________
Мои хорошие, если вам по вкусу история, пожалуйста, не забывайте ставить лайк (сердечко). Вам не трудно, а автору приятно. 
И подписывайтесь на , чтобы не пропустить новинки, скидки, новости и блоги с визуалами от автора!)

Корнелия

Ужин был больше похож на изысканную медленную пытку. Эльяз, этот пугающий человек, наделенный редким типом магии, не давал расслабиться ни на мгновение. Даже когда он смотрел в сторону, мне казалось, что все мои мысли каким-то образом выставлены перед ним на обозрение. Еда, несмотря на все старания кухни, не лезла в горло, то и дело норовя застрять, перекрывая дыхание.

— Вы не голодны, госпожа наставница? — от насмешки в голосе хотелось скривиться, но все же статус… я сдержалась, отпив немного разбавленного вина из бокала, чтобы дать себе время собраться с силами.

— Ваше присутствие подействовало на меня благотворно. Кажется, я могу вернуться к своей диете, — это было несколько невежливо, но после травмы я никак не могла реагировать спокойно на магов, глядящих на меня с жалостью и снисхождением. А того, что мелькала в глазах некроманта, понять никак не удавалось, что сердило ничуть не меньше.

— Разве она вам нужна? Диета? — меня окинули оценивающим взглядом, словно до этого не видели мои слегка раздувшиеся после травмы  формы. — Мне кажется, вы и без того недоедаете. Сколько вам лет?

— Весьма невежливый вопрос, должна заметить. Если вас волнует, то я давно совершеннолетняя и сама могу распоряжаться своей судьбой, получив на это все положенные разрешения от опекунов, — некромант чуть улыбнулся, отчего-то самодовольно хмыкнув.

Я не сразу заметила, что в столовой повисла тишина. Даже барон с его прекрасной дочерью, с которой так давно не виделся, не разговаривали, прислушиваясь к нашему иронично-язвительному диалогу.

— В этом я не сомневаюсь, — прожевав кусок оленины, добытой бароном пару недель назад, кивнул Эльяз. — Мне просто любопытно, ваша язвительность и непреклонность — это врожденные качества, или их все же со временем можно приобрести?

— Боюсь, это как с талантом, либо он есть, либо нет. А там уже, исходя из начальных данных, можно усилить какие-то показатели. Но из ничего сделать что-то… вы сами знаете законы магии.

— Очень жаль. Было бы весьма кстати, если бы помимо владения магией, вы научили свою подопечную так резво и смело пользоваться языком…

Делая глоток, я подавилась от такой неожиданной и двусмысленной реплики. Не знаю почему, но у меня возникло стойкое ощущение, что Эльяз сейчас говорил не только о разговорах, хотя это казалось невозможным и до крайности неуместным.

— Простите, — откашлявшись, я медленно поднялась со стула, намереваясь уйти, — боюсь, столь серьезные разговоры меня утомили, а вы несколько переоценили мои таланты, господин Эльяз. Так что…

— Сядьте, Корнелия, — барон произнес тихо, но весьма резко. — Мы здесь не только для пикировок и развлечения беседой, но и по важному делу. И твое присутствие сейчас необходимо. Это не займет много времени.

Тяжело вздохнув, но не видя объективных причин для ссоры с работодателем, я все же опустилась на место, откинувшись на спинку в ожидании продолжения. Подняв бокал, сквозь тонкое розовое стекло посмотрела на некроманта. Произведенное из песка пустыни Фасут это стекло вынималось из шкафа только по очень важным поводам, так что я впервые имела удовольствие его подержать в руке. И сейчас, рассматривая мужчину, что сидел рядом с хозяином дома, наискось от меня, я заметила странное свечение, что окружало колдуна.

Может, все дело было в игре света, но сколько бы раз я ни слушала про пылающий город Нам-Кивас, рассказы были всегда полны тайн. Казалось, каждый камень, каждая песчинка, лежащая в глубине пустыни, были покрыты налетом прошлых событий. И вот сейчас напротив меня сидел представитель другой группы легенд. Мрачных и темных, как и его глаза.

Гром-Гриан. Место, покрытое тайнами так же сильно, как туманом. Сколько же их в самом хозяине?

— Вы так на меня смотрите, госпожа ведьма, словно готовы препарировать как учебную лягушку, — губы изогнулись кривой усмешкой.

— Что?! — Марион испуганно вскрикнула. Ничего удивительного. Это светлое создание благодаря слабости дара, было избавлено от большей части необходимых уроков. Но я сейчас не слишком заботилась о ее душевном здоровье. Как бы свое удержать в равновесии.

— Что вы. И не думала об этом, — голос чуть подрагивал, но прозвучал вполне уверенно.

— Тогда что же?

— Вы меня пугаете, — тихо и прямо произнесла, глядя на некроманта все так же, через бокал.

— Не удивили, — Эльяз скривился. Совсем не так, как до этого. С лица пропала вся ирония, оставив только досаду. Несколько мгновений, и его облик стал непроницаем, словно скрытый маской.

Это было и странно, и непонятно. До этого все мои колкости не вызывали в маге ничего, помимо усмешки, а эта простая и вполне очевидная фраза, кажется, зацепила за живое.

В повисшей тишине барон откашлялся, чтобы хоть немного снизить напряжение.

— Итак. Пока мы с его сиятельством ехали из столицы, успели обсудить твое будущее Марион. В связи с ситуацией в Кесарии и с тем, что, хм, одаренные девы сейчас привлекают к себе слишком много внимания… было решено отправить тебя в поместье будущего супруга.

— Что? — девушка побледнела, и мне показалось, что едва не рухнула без чувств. Похоже, в ее маленькой головке так и не уложилась мысль, что все это может быть серьезно. — На Север? В горы?!

— Именно. Там ты сможешь продолжить обучение, находясь в безопасности и вне политических игр.

— Но, папа! Почему я не могу остаться?

— Потому, моя милая, что невесте надлежит быт рядом с супругом.

— Но он мне не муж!

— Это так, — барон медленно кивнул. Сделал глоток из своего бокала, видно собираясь с мыслями, и продолжил. — Ты права, до свадьбы ты не обязана жить в доме мужа, но Эльяз благородно согласился принять тебя на время вместе со всей свитой. Тиана, Риель и твоя нежно любимая наставница так же отправляются в Гром-Гриан.

— Что? — я не подпрыгнула, не облилась и не уронила бокал, но мне показалось, что еще немного, и я случайно могу переломить стеклянную ножку, так сильно сжались пальцы на ней. — Мой контракт действует только до достижения девушкой двадцати одного года или до ее замужества. Я не обязана никуда ехать.

— Все верно, госпожа ведьма, — некромант оскалился. Мне показалось, что будь у него клыки, как у волка, мне было бы и то чуть менее страшно. — Но свадьбы ведь не было.

Задохнувшись от возмущения, не зная, что ответить, я все же поставила бокал на стол и медленно, тщательно выверяя каждый шаг, чтобы ненароком не споткнуться, покинула столовую. Я уже не в том возрасте чтобы показательно хлопать дверьми, но выказать свое отношение к ситуации все же имела полное право.

***

Почему-то я оказалась в одной карете с нянькой древней крови, тогда как Марион и Тиана ехали в другой. С огромным удовольствием предпочла бы провести дорогу в их компании, опасаясь старой, но явно полной сил, ведьмы, только выбрать мне не позволили. Снова.

Однако старуха почти весь путь дремала, прижавшись головой к мягкой обивке стены и укрыв ноги покрывалом, несмотря на теплую погоду. Это давало мне возможность немного почитать, если трясло не очень, или же поразмыслить о будущем, что теперь вырисовывалось несколько туманно.

Логику барона я понять могла. Наследство Марион от матери, что девушка получит после свадьбы — весьма лакомый кусок. Если сюда прибавить еще и шанс на одаренных, пусть и не сильно, детей, то за девушкой скоро выстроится очередь из желающих прибрать к рукам. Но почему было не отыскать среди предполагаемых женихов подходящего? Зачем все эти игры со Щитом Севера, который явно не собирается заключать брак на полном серьезе?

Этого я не понимала. Как и того, зачем тащить в Гром-Гриан меня. Эльяз точно знал, что девчонка практически лишена магии, и все мое обучение сводится к тому, чтобы научить ее самым элементарным чарам и как не навредить себе или окружающим. Но если говорить серьезно, азы мы уже прошли и все остальное — просто отработка контракта. Который я вполне была бы согласна сейчас разорвать.

Но этого мне не позволили, весьма ясно намекнув, что отказ не принимается.

Выругавшись сквозь зубы, я закрыла книгу, которую не могла читать из-за тряски и бардака в мыслях.

— Не стоит так расстраиваться, госпожа Корнелия. Гром-Гриан — весьма интересное место. Отчего-то мне кажется, что он вам придется по вкусу. Примерно так же, как когда-то пришелся мне, — я даже немного вздрогнула, услыхав голос старухи. Казалось, Хельват спит, но та поглядывала на меня из-под полуприкрытых век, улыбаясь.

— Я слышала, что это место описывают как довольно мрачное, так что не уверена, что сумею оценить его по достоинству. Как-то я предпочитаю более светлые и простые дома.

— Это вам только кажется, уважаемая. В вас что-то есть такое, что очень сильно выделяет среди обычной прислуги или гувернантки. Сущность не скрыть.

— Боюсь, вся моя сущность умещается вот в этом предмете, — криво улыбнувшись, я пнула здоровой ногой трость, отчего та едва не упала на пол кареты.

— Вы отождествляете себя со своей травмой? Не стоит. Неоспоримо, старые шрамы формируют личность, но не только они одни.

— Я ведьма, почти лишенная доступа к собственным силам. Что еще может определять меня? — разговор казался каким-то нелепым, и все же не покидало чувство, что я понимаю не все, что мне хочет сказать нянька. Намеки, намеки — и ничего толком. Это сердило еще больше.

— Не торопитесь с выводами. Я вижу, что ваша прежняя жизнь вас утомляла и разочаровывала. Так стоит ли расстраиваться тому, что она меняется? Вдруг новая дорога выведет в более подходящее место.

— Сомневаюсь. Но так как выбора мне не предоставили, придется работать с тем, что есть, — тяжело вздохнув, стараясь, таким образом, немного отвлечься от мрачного настроения, я уже с улыбкой, пусть еще не очень искренней, посмотрела на Хельват. — Могли бы вы мне немного рассказать о том месте, куда мы направляемся? Или о его обитателях? Что угодно, что, на ваш взгляд, будет полезно или интересно.

— О, мне кажется, не стоит портить сюрприз. Он определенно будет приятен. Давайте лучше поговорим о вас. Как так получилась, что столь одаренная ведьма не попала к моим сестрам на обучение? Как вас проглядели?

— Во мне нет древней крови, — пожав плечами, призналась я. — Как для дочери простого купца, что водил караваны по всей Южной части Кесарии, мой дар оказался неожиданностью. И не самой приятной. К счастью, родители сумели отыскать наставницу вовремя и беды не случилось. Имея шестерых детей, они были даже рады тому, что я сумею обеспечить себя сама, когда вырасту.

— И вас оставили у нее, у наставницы.

— Как полагается, заплатив за несколько лет обучения и проживания. Наставница была умной, хоть и слабоодаренной ведьмой, так что у нее было нас несколько, девочек на обучении. — Я чуть улыбнулась воспоминания. Эти годы были веселыми, не лишенными курьезов и сложностей, но скучно точно не было. — Не подумайте, мои родители никогда обо мне не забывали. Я часто получала послания, а раз-два в год виделась с семьей. Да и теперь, бывает, встречаемся.

— Но девочки, с которыми училась, всегда были ближе, — понимающе кивнула Хельват, растянув бледные губы в улыбке. — И все же, кто вас учил, госпожа Корнелия? Как ее имя, ведьмы, что справилась с вашим, так неожиданно проявившимся талантом?

— Ее звали госпожа Накилуон. К сожалению, ее сил оказалось недостаточно, несмотря на все знания. Она погибла от того же заклятия, что покалечило меня.

— Вот как? Удивительно, как же ей все это удалось?

— О чем вы? — я вновь чего-то не понимала.

Намеки и недосказанность в словах Хельват беспокоили, словно старая рана, давно затянувшаяся, но ноющая при плохой погоде. Вот только старуха не собиралась мне ничего пояснять. По крайней мере, не сейчас.

***

Мы словно пересекли какую-то черту. Стоило посмотреть за спину, там поля, зеленеющие свежей травой, освещало яркое солнце. Тут же все укрывала тень, заставляя ежиться и плотнее накинуть на плечи шаль, которую я вовсе не намеревалась брать с собой.

Трава росла и здесь, но была словно покрыта налетом, не имея той яркости, что раньше. Она будто выгорела в тени, если такое было возможно.

Наш небольшой караван из двух карет и десятка всадников выехал из тоннеля у самого подножия гор. Переход прошел легко, так как этим путем пользовались часто, и плотно сплетенные стены тоннеля почти не давили ни на людей, ни на лошадей. И все же по телу растекалась слабость и вялость, слово из него вытянули все силы.

— Расслабьтесь. Это земли некромантов, здесь все наполнено их силой. Но вам она не повредит, если вы не станете сопротивляться, — тихо посоветовала Хельват, накидывая на плечи куртку с коротким мехом. — Если ваша наставница была так хороша, как вы говорили, она должна была объяснить, что некромантия, это не только смерть, но и жизнь. Просто иная.

— Одно дело слышать о ней, и совсем другое — ощущать, — мне было тяжело даже говорить, так сильно клонило в какой-то странный сон. Но при этом, впервые с начала поездки, перестала болеть нога.

— Да, в первый раз это вводит в замешательство. И все же, позвольте всему идти своим чередом. Не сопротивляйтесь.

— Если бы я только могла… — глаза закрылись, и я больше никак не могла поднять веки, проваливаясь в глубокий сон без сновидений.

— Сколько я спала?

— Часа четыре, не больше, — тут же отозвалась Хельват, отодвинув с окна плотную штору. В карету пробрался слабый, серый свет дня, больше подходящий зиме, нежели лету. — Еще немного и мы достигнем замка.

— Так быстро? Мне казалось, что Гром-Гриан должен быть где-то выше, — чувствуя себя хорошо отдохнувшей, почти бодрой, я сунула нос в окно, слегка поежившись от холода. Здесь было совсем не так тепло, как в поместье барона. Интересно, как здесь при такой погоде выносят зиму?

— Все верно. Но сегодня нам не попасть в крепость. Только в Симеш, нижний замок. Он служит перевалочным пунктом, так как горная дорога частенько опасна. Из Симеша ведет тоннель, но им, к сожалению, не все могут воспользоваться. И, конечно, лошадей не провести.

— Мы останемся в замке на ночь, я верно поняла?

— Да. И сменим транспорт. Эти кареты слишком широкие, а лошади неуклюжи. Гром-Гриан не просто так зовется крепостью.

— И кому принадлежит Симеш?

—Конечно, Эльязу, — Хельват хмыкнула, явно не ожидая такого вопроса. — У него во владении довольно обширные территории, хотя тут проживает мало людей, и большую часть составляют горы и нагорья, но все, что сейчас можно увидеть из окна — его княжество.

— Небывалая щедрость, — тихо пробормотала себе под нос, представляя, какого действительно размера должны быть владения некроманта.

— Дело не в доброте Ксеркса, да продлятся его дни. Вся суть в том, что помимо Эльяза и его свиты никто не может тут жить, не говоря уже о прочем. Возможно, кто-то еще бы и хотел быть Щитом Севера, да как-то не срослось.

Я только фыркнула. Старуха то и дело вводила меня в ступор своими словами. Впрочем, от нее в то же время веяло чем-то знакомым, хотя пока не удавалось понять, где я могла встречать настолько необычное видение мира и жизни в целом.

— Я знаю, что в Гром-Гриан огромный гарнизон, но, мне кажется, его не так просто содержать столь высоко в горах. Продукты доставляют по тоннелю из Симеша?

— Бывает и так. Что-то привозят из ближайших горных деревень. Тут есть две или три в паре дневных переходов, но путь знают только местные. Во всем же остальном Гром-Гриан вполне себе самостоятелен.

Хельват вновь усмехнулась, словно в ее словах была какая-то шутка, пока мне недоступная, что ее весьма забавляло.

____________________________-
Кажется, это замок где-то в Словении. Примерно так я вижу Симеш

Нас встретили распахнутые ворота и мужчина в возрасте, недовольно поглядывающий на процессию, словно мы помешали его послеобеденному сну. Во дворе крутилось несколько парней-подростков, а из самого замка, который оказался вовсе не таким и большим, вышла широкая женщина лет сорока пяти, закрывшая собой весь проем, ведущий, кажется, в кухню.

— Вы задержались, — с каким-то дружелюбным ворчанием, протянув вперед обе руки, женщина подошла к Эльязу, уже спустившемуся с лошади.

— Дел оказалось больше, чем предполагали, — обнимая толстуху и целуя ее в обе щеки, с улыбкой отозвался некромант. — Кроме того, мы привезли тебе новых постояльцев.

— Хм, тебе кажется, что в этом месте недостает молодых некромантов? По мне, так уже бы и хватило.

— Тунка заберем собой. Он уже достаточно подрос…

— Ура! — радостный вопль раздался от одного из парней, что занимались лошадьми, пока мы все выползали из карет, устало потягиваясь. Юноша запрыгал, радостно вскидывая руки, отчего кони опасливо попятились, недовольно всхрапывая.

— Или недостаточно, — сведя темные брови и недовольно глянув на нарушителя спокойствия, тут же сменил решения Эльяз, отчего парень мгновенно сник, втянув голову в плечи.

Дородная женщина покачала головой, так же сурово глядя на подростка, пока Эльяз сверлил того взглядом.

— Ладно, с ним потом решим. И привез я тебе не некромантов, а одну девицу, которой некуда деваться, и ее свиту.

— Благородную деву в наше захолустье? — кухарка, а скорее и экономка, с сомнением посмотрела на меня, пройдясь цепким взглядом от носков туфель, по трости и до самой макушки. В ее взгляде явно читалось сомнение.

— Она скорее непоседливый щенок, сбегающий из дома то и дело, а не благородная дама. Не эта, — сообразив, на кого смотрит экономка, Эльяз указал на Марион, нерешительно переступающую с ноги на ногу. — Вон та. Одарена слабо, к некромантии талантов нет, так что можешь спокойно привлекать и в кухне, и в других делах. Чтобы от скуки наша гостья не вляпалась в какие-то неприятности. И пусть Клод приглядывает за ней.

— Но ты сказал, что с ней свита, — недовольное бурчание донеслось со стороны другого парня, что уже распрягал нашу карету. Кажется, Щит намеренно говорил так, чтобы его слышал весь двор.

— Да, только им я доверяю не так уж сильно, — выражение презрения на лице мага показалось мне обидным. — Да и тебе будет наука.

— Думаю, что сумею справиться с Марион своими силами, — слегка опираясь на трость, которая сегодня почти не требовалась, заметила я, беззастенчиво встревая в разговор. — Незачем нагружать этим парня.

— Боюсь, что не сумеете, госпожа ведьма, — мне показалось, что еще немного, и изо рта Эльяза повалит дым, столько в словах было яда и какой-то чрезмерно язвительности, — с вашей нарушенной магией вам нечего делать среди необученной мелочи в Симеше. Для вас приготовили покои в Гром-Гриан.

И опять я не знала, что ему ответить. Да и что тут скажешь. Даже мои слова возмущения, что я должна обучать Марион, рассыпались еще до того, как я их сумела произнести. Мы оба знали, что я девчонке не нужна. Но от этого треснуть Эльяза по голове тростью мне хотелось ничуть не меньше.

— Мы так не договаривались, — прошипела я, пытаясь ответить хоть что-то, чтобы в собственных глазах не быть столь жалкой.

— А с вами мы никак не договаривались, — Щит чему-то усмехнулся, словно выиграл партию в какой-то ему одному понятной игре. — Я просто сказал, что забираю вас в Гром-Гриан.

А вот это был уже перебор для моего терпения. Протянув наконечником трости по утоптанной земле под ногами, я тихо пробормотала проклятье. Простенькое, но коварное. Обычно от него пытались закрыться сложными щитами, которые его не брали, так что оно оставалось неизменным в моем арсенале последние пару лет.

Но в этот раз все вышло не так. Щит даже не пытался его отбить! Он, наоборот, сделал шаг навстречу тонкой серебрящейся змейке заклинания, закрывая экономку собой, и просто поймал мои чары и поглотив их без видимого усилия!

— Вы всегда отвечаете на слова магией, госпожа ведьма?

Знал бы ты, с каким удовольствием я бы просто треснула тебя этой прекрасной крепкой тростью…

— Что вы. Только когда противник этого достоин, — справиться с очередной неудачей было непросто. Хорошо, что в этом деле у меня было довольно опыта.

— Корнелия со мной не останется? — взволнованный голос Марион прозвучал как звон колокольчика среди шума прибоя.

— Вам не нужна ее помощь в обучении больше, насколько я понял. А вот ей немного поддержки не помешает, — совсем другим куда более дружелюбным тоном отозвался Эльяз, заставив меня закусить губу от досады и непонимания происходящего. — Кроме того, у вас, наконец, будет компания соответствующего возраста и уровня. И мои ученики, куда больше подходят в качестве общества для молодой девушки, наподобие вас, чем деревенские парни.

Эльяз

Подав руку Хельват, я помог няньке подняться в замок. Не то, чтоб ей моя поддержка была так уж необходима, но судя по лицу старухи, ей определенно и немедленно, нужно было высказать мне свое весомое мнение.

— Ну, давай, — мысленно кривясь, поторопил я самого близкого мне человека. — Выпусти то, что там вертится на твоем колючем языке, Хельват.

— Шутишь все? — нянька была явно не в духе, и я был готов поклясться, что у нее внутри бурлило жгучее желание оттаскать меня за уши, как это бывало в детстве.

— А что же? Плакать? Ты бы определилась, а то я для тебя, то слишком хмур, то слишком весел.

— Зачем на нее наседаешь? — кажется, бессмысленная перепалка сегодня не подходила под настроение Хельват, так что пока мы поднимались, был шанс все же поговорить о действительной проблеме.

— А ты не чувствуешь? Ничего?

— Я все вижу. Но не понимаю, зачем так грубо.

— Иначе она не очнется. Не знаю, чем ее потчевали в детстве, но древняя кровь едва звучит в ее жилах. Да еще это заклятье…

— Сумеешь исправить? — кажется, няньку это волновало больше остального. Даже сильнее того, что кто-то нашел способ глушить кровь.

— Если она очнется от того транса, в котором находится. И я не только о крови. А о ней самой. Посмотри, ведьма поистине великолепна, — у меня вдруг перехватило дыхание и пришлось замолчать и взять себя в руки, но это было непросто.

— Тебе ее жаль? Или ты влюбился?

— Ни то ни другое, Хельват. Просто она — одно из самых ярких и красивых существ, что я видел. В ней столько жажды жизни и ощущения реальности… и все это загнанно так глубоко в недра души, что едва можно рассмотреть. Меня просто до зубного скрежета разбирает злость, что кто-то испортил такую красоту.

— А, теперь я тебя поняла. Починить сломанное чудо. Но не слишком ли резкие меры ты предпринимаешь?

— Предлагаешь ее просто соблазнить?  — я вскинул бровь, удивляясь собственному предположению. Но Хельват, неожиданно кивнула, оставаясь вполне серьезной. Но я тут согласен не был. — Она не оценит. Может, кровь это и разбудит, но загонит ее в еще более глубокие рамки. Нет. Придется ведьме потерпеть мое мерзкое поведение.

— Не переборщи, Эльяз.

— Да здесь уже некуда. Посмотрим, что с ней будет, когда мы начнем лечение. И поверь, мы все будем рады, что в это время она будет в Гром-Гриан, а не где-то в поместье барона.

— И все же, — Хельват остановилась, дернув меня за руку, привлекая внимание, — помни, что она живая. Не чета твоим обычным играм.

— За это и ценю, — фыркнул я, совсем не желая быть серьезным.

Нянька угадала, но все ли? Интересный эксперимент? Игрушка ли? Я пока не мог, да и не хотел отвечать на это сам себе. Знал только одно, я хочу и, скорее всего, могу ее «починить». Но это будет болезненно. Для нас обоих.

Оставив старуху отдыхать, вытянувшись на постели после долгой дороги в тряской карете, я пробежался по замку, проверяя, в каком все состоянии, хватает ли провианта и не требуется ли где ремонта.

Визит в учебные классы, где разложенные, косточка к косточке лежали пособия, оставил хорошее впечатление. Мальчишки учились. Пробелы были, но прогресс так же присутствовал, так что, скоро их можно будет на несколько дней взять в крепость, показать гарнизон. И может, даже вывести в поле?

— Эльяз? Можно спросить? — Клод, еще более длинный и нескладный, чем раньше, мялся в дверях, не решаясь нарушить тишину не самым важным, как ему казалось, вопросом. Парню еще придется многому научиться, прежде чем получится избавиться от этого ощущения собственной ненужности и незначительности.

— Говори.

— Девушка, которую мне оставляют на попечение? Что с ней делать? Я с благородными дамами как-то не очень умею…

— Да она, мне кажется, сама не знает, что ей надо. Дите сущее, — пробормотал я себе под нос, выправляя одно из ошибочных плетений на учебном пособии, чтобы парни потом посмотрели. Подумав с минуту, повернулся к юноше. — Просто присматривай, чтобы в неприятности не вляпалась. Есть у нее страсть сбегать из дома. Да и вообще, ко всему приобщайте.

— Кости на макеты вываривать? — с сомнением спросил Клод, явно представив Марион в кружевах перед котлом, в котором кипят послеобеденные остатки зайца, из которого нужно собрать цельный и правильный скелет.

— Чем не вариант? Пусть посмотрит, как люди живут, — мне и самому это показалось забавным. Но Марион не казалась столь чопорной, чтобы сильно уж испугаться подобного зрелища.

— Смеешься, наставник, — Клод скривился, словно зубы свело.

— Если только совсем немного. И не над тобой. У меня, если ты не заметил, тоже та еще задачка теперь поселится в доме…

— Твоя хоть умная и недурашливая, — тоскливо выдал подросток.

— Все равно ты пока не знаешь, что с такой делать. Учись… — выходя из комнаты, я похлопал по плечу опечаленного хмурого подростка. Хороший некромант выйдет со временем.

Корнелия

Несмотря на довольно мягкую постель, меня всю ночь крутило, словно на углях. Внутри будто булькало варево, не давая успокоиться и грозя вот-вот выплеснуться наружу, шипя и пузырясь. Сама не понимая почему, я окончательно проснулась среди ночи, сев на кровати и глядя в стену. На полу, словно нарисованные, светились пятна по форме окон.

Медленно поднявшись, чуть пошатываясь на неустойчивой со сна ноге, я подошла к окну. На небе не было видно ни единого облачка, но и звезд я не могла рассмотреть. Только желтая как золотая монета и абсолютно круглая луна, сияющая с такой силой, что хотелось зажмуриться, висела над головой. От этого зрелища, от того насколько близко было это ночное светило, стало немного жутко. Как и от осознания, куда именно я направляюсь.

Сомнений у меня не было. Чем дальше, тем сильнее я чувствовала, что должна попасть в Гром-Гриан, даже если не понимала пока зачем, но то, каким образом все это происходило, как меня лишили даже самой видимости принять решение, сердило. А уж то, что я не понимала мотивов Эльяза и его странно-улыбчивой и дружелюбной няньки, не могло не волновать.

Чувствуя, что мне нечем дышать, я дернула задвижку на окне, распахивая тяжелую, разбухшую ставню. В лицо ударил прохладный ночной ветер, освежая и тут же вызывая толпу мурашек на коже. Тонкая рубаха не могла согреть, но это было и хорошо. Я окончательно проснулась, яснее различая контуры предметов.

Со двора донесся какой-то скрежет, а затем тихие голоса.

Пришлось привстать на носочки над высоким подоконником, чтобы рассмотреть происходящее внизу. Несколько человек в серебристом свете луны, кажется, собирали нашу карету. Если я верно помнила слова Хельват, в дорогу мы не собирались раньше завтрака, принятого в замке довольно поздно, но сейчас я видела другое. Либо мне изначально не сказали всего, либо наши планы каким-то образом изменились, о чем я пока тоже не знаю.

Словно в подтверждение этой мысли, внизу послышался чуть скрипучий голос няньки, раздающей команды, а через мгновение, заставив меня подскочить на месте, раздался стук в мою дверь.

— Корнелия, проснитесь. Нам нужно выехать как можно раньше… — чувствуя, что еще немного, и я опять потеряюсь между сном и явью этого странного, залитого лунным светом, места, хромая подошла к двери, дернув ее на себя.

Занеся руку для очередного удара, в коридоре стоял хмурый Эльяз, безукоризненно одетый, и без единого намека на сон во взгляде. Взволнованная всем происходящим, да и собственными переживаниями я смотрела на некроманта, вцепившись в дверь и ожидая очередной порции колких и грубых высказываний, но маг слегка склонил голову в приветствии, сведя брови.

— Мне жаль, — и судя по голосу, так оно и было, — но мы должны отправиться незамедлительно.

— Что-то случилось? — голос почему-то прозвучал до смешного высоко, словно у подростка, как мне показалось, тут же выдав все мои сомнения.

— Из Гром-Гриана пришел вызов. Мне нужно в крепость.

— Но…

— Я знаю, Корнелия, что вы хотите сказать, — Эльяз скривился на мгновение, явно чувствуя досаду. Но, кажется, виновником этих чувств был он сам! — Я мог бы оставить вас на время здесь, и разобраться с делами в крепости, но теперь это невозможно. Понадеявшись на собственный талант и рассчитывая на свободное время, я сделал так, что вам теперь небезопасно находиться вдали от меня… Точнее, небезопасно для всех остальных. Это ставит нас в несколько неловкое положение и вынуждает сейчас отправляться вместе.

— Что вы сделали? — мне показалось, что ветер, подувший из окна, стал холоднее. Или же просто мой неподобающий вид, наконец, потревожил внутреннюю скромность, но я зябко поежилась, глядя на некроманта во все глаза.

— Я позвал вашу древнюю кровь, Корнелия, — темные глаза блеснули чем-то опасным, пугающим сильнее, чем все демоны, что могли обитать в этих проклятых нагорьях. — Мне было так интересно, что я поторопился, не дожидаясь прибытия в крепость…

— Что вы сделали? Вы бредите, во мне нет древней крови! — я отступила на полшага, запнулась о какую-то из холодных плит пола и едва не упала, сумев только в последний момент восстановить равновесие.

— Есть. Но кто-то очень постарался, чтобы заглушить ее голос и скрыть от нянек. Я не знаю, как это возможно, но сомнений в собственной правоте у меня нет.

— Глупости, — перед глазами возникли какие-то вспышки, делая меня почти слепой. — Я знаю своих родителей. В них нет и капли древней крови. Это просто невозможно, все то, что вы говорите. Не может быть так, что в них древняя кровь. Тогда все мои братья и сестры были бы носителями этого дара.

— Вы все говорите верно, Корнелия, но забываете одну вполне очевидную возможность — если ваша мать может быть вам родной кровью, то кто приходится настоящим отцом — нам неизвестно. И если вы подумаете…

Я не слышала. Меня все это оглушило и ноги подогнулись…

Я ехала, завернувшись в плащ и плед, и все равно меня слегка знобило.

После того как даже попытка упасть в обморок у меня не удалась, я чувствовала себя вовсе прескверно. Некромант поймал меня каким-то хитрым заклинанием на расстоянии ладони от пола, не дав стукнуться головой, но я не была ему благодарна. Человек, который умудрился одной фразой разрушить всю мою прежнюю реальность, сейчас вызывал во мне только злость. И страх.

Не тот, что испытывала ранее, благоговея от имен трех величайших колдунов нашего мира, нет. Это был безотчетный ужас перед человеком, который, даже не используя собственных сил, способен разрушить все вокруг себя.

— Выпейте, — Хельват, сверкая своими цепкими глазами, открутила какую-то особую флягу, из которой тут же пошел дым, наполнив карету ароматом трав.

— Благодарю, но что-то нет желания, — огрызаться со старшими было не в моих привычках, но тот факт, что эти двое влезли в мою жизнь и, играючи, перевернули все с ног на голову, был сильнее воспитания.

— Напрасно. Это хороший сбор. Согревает.

— Не жаловалась, — фыркнула я, отворачиваясь к окну. Слева от кареты шел практический вертикальный обрыв, и я видела отсюда большую часть нагорий.

Мы ехали по крутому серпантину, взбираясь все выше, так что казалось скоро утонем в облаках, а крепости все еще не было видно. И все же, я иногда ловила себя на мысли, что как-то уж резко меняются пейзажи. Только что кособокая вершина с хилыми, кривыми елями была впереди, а теперь — где-то справа.

— Здесь смятое пространство? — я только слышала о таком от наставницы. Места, где реальность, как куски смятой карты, могут соприкасаться друг с другом, значительно сокращая путь. Вот только если не знать, где точка выхода таких стыков, можно оказаться внутри скалы, или же там, где вовсе нет ничего, рухнув в пропасть с высоты птичьего полета. Особенно в таком месте, как вотчина Щита.

— Не совсем. Скорее просто небольшие стыки тоннелей, — чуть улыбнувшись, отозвалась Хельват. — Без них в Гром-Гриан не попасть.

— Совсем? Хотите сказать, что крепость недосягаема для простого человека?

— Именно так. Она не место для случайных путников.

— Но вы же говорили, что часть продуктов доставляют жители местных деревень? Как?

— Не в саму крепость. Там слишком много всего, что не должно попасть в случайные руки.

— И вы везете туда меня, совсем не зная, — мне хотелось фыркнуть от такой абсурдности.

— На все есть причина, госпожа Корнелия.

О да, любопытство и нетерпение Эльяза? Я так и не поняла, что именно ему было нужно от моей крови, и зачем он ее потревожил. Даже если все сказанное им… Да как так?! Мой отец?

Вокруг вдруг все затрещало, по стенам кареты помчались искры.

— Держите себя в руках, Корнелия! Вы почти на вершине мира! Небо никогда не было к вам так близко, чтоб столь легко и безрассудно позволять своим силам выходить из-под контроля.

—Я не просила меня сюда везти! — голос почти сорвался, столько во мне было злости и возмущения.

— Хельват, если ведьма не успокоится, я буду вынужден забраться к вам и взять ее на руки! Иначе мы все окажемся у подножия этих гор, когда дорога обвалится! — голос некроманта раздался словно бы внутри кареты, оглушая. Мне словно бы в очередной раз напомнили, что я имею дело не с рядовым колдуном, а все же с одним из тех столпов, на которых держится наш мир.

Втянув голову в плечи, чувствуя, что вот-вот разревусь от обиды и шквала нахлынувших эмоций, плотнее завернулась в плед, надеясь, что это сделает меня менее заметной.