Головоломка Империи драконов: охота на магию

Мирриэлла де Роттергран

– Папочка, ты просто обязан взять меня с собой! – я прыгала вокруг отца, собирающегося по приглашению Императора земель Драконов Нигалексиса III на встречу глав пограничных с его Империей государств. Тот мягко смеялся, но твердо отказывал мне в просьбе.

– Милая, я устал повторять тебе, что это не развлечение, что такие мероприятия проводятся с одной целью: разведки, изучения слабых мест и при необходимости устранения противника. Я не могу рисковать тобой, моё Сокровище! Мирри, пожалуйста, детка. – Он подошел ко мне, крепко прижал к себе и, гладя по голове и дыша в макушку, шептал: – Ты же всё понимаешь, моя хорошая. Ты всё понимаешь… Ты последняя из нас. Я очень боюсь тебя потерять, малышка. Ты единственная, ради кого я живу.

Я сильно сжала свои руки вокруг его талии, уткнувшись носом в грудь. Папа говорил так, словно прощался:

– Император хитёр, и мы не должны обнажать свои слабые места. Тем более МЫ.

Я молча кивала головой, слушая его, и понимала, что не могу подставлять отца. На нём слишком большой груз ответственности, и я должна быть опорой, а не обузой.

Наш род – де Роттергран – уже более 900 лет стоит во главе пограничного с Империей драконов государства Эрлладэн, а мой отец – Его Величество король Старддэн Гардарен де Роттергран – не только последний Архимаг на Континенте, но и хранитель уникальных родовых заклятий. Высокий, статный, очень красивый, он является угрозой тем, кто нас окружает или жаждет власти над нами. Добрый и отзывчивый с дорогими ему людьми, он не знает жалости к своим врагам. Победить его магически практически невозможно, а добраться до его тела нереально. Это злит и останавливает поток попыток недоброжелателей избавиться от нашего рода. Почему?

Вот, например, одним из самых страшных для всех является наше передаваемое из поколения в поколение умение запечатывать чужую магию как полностью, так и частично, потому что как мы использовали то, что получали в запечатанном виде, не знал никто, а предположения выдвигали одно ужаснее другого. Запугивали и запугивались, так сказать, как могли. Ещё мы умеем преобразовывать атакующие чары в защитные и использовать личную магию. Отец учил, что она имеет свой собственный узор, как на пальцах, уникальный и неповторимый, по которому можно сразу узнать её хозяина, род, которому принадлежит. Именно эту особенность мы и используем в защитных целях – обращаем оружие против его же создателя – но как именно мы это делаем, никто не знает. Поэтому наши враги вывели для себя Золотое правило – ни при каких условиях не магичить при Роттергранах!

Отец с детства вбивал в голову обязанность быть сильнее его: враги не пожалеют ни наше государство, ни его народ, ни нас самих, лишь бы уничтожить тех, кто внушает страх одним своим существованием, непредсказуемостью и таинственностью. А я девочка, я слабее физически, да и найти подход ко мне легче обманом или угрозами. Как, собственно, этим же и сломать…

Изначально и до сегодняшнего дня родовые знания передавались только по мужской линии. И только для того, чтобы защитить своих женщин от бремени ответственности и возможных угроз. Сейчас все изменилось. У папы родилась только дочь. Вернее, должны были родиться мы с братом – двойняшки – но мама не перенесла родов и умерла. С братом в чреве. Сколько маги и целители не бились, но помочь ничем не смогли. Так у папы от всей семьи осталась лишь я, но с избыточным резервом магии, словно брат передал мне свою часть, уходя с мамой за Грань...   

Папа сходил с ума от горя и не мог поверить, что «так случается», что подвело здоровье. Ведь мама светилась до последнего дня, никаких признаков плохого самочувствия не было. Отец носом землю рыл, искал причину, отмахиваясь от советчиков и сочувствующих. И нашёл… подкупленного Императором лекаря, участвовавшего в принятии родов.

Отец со своим близким другом, Верховным Советником герцогом Иддарианом ди Стэнройем – единственным, кому верит и доверяет папа, – сразу же провели жесткую чистку приближённых ко двору и семье. Кого-то изгнали, кого-то казнили, кого-то запечатали и лишили воспоминаний.

Страдал отец долго. Если бы не поддержка Иддариана и маленькая я на руках, папа бы отказался от короны, но я стала единственным глобальным смыслом его жизни и существования как короля.

Меня объявили также умершей якобы сразу после рождения, закрыли от всех в семейном крыле, куда сторонним доступ запрещён, и приставили охрану и слуг из самых надёжных воинов государства, принесших клятву Роду на крови.

Как я выгляжу, на сегодняшний день не знает никто, кроме папы и герцога, слывшего одним из величайших военных гениев Континента. С первого дня жизни на меня надели амулет, поддерживающий иллюзию образа мальчика, а потом и подростка. С этого момента для всех, кто меня окружает, я – племянник герцога, сирота, взятый под опеку и готовившийся стать великим воином, как его прославленный родственник.

Иддариан стал для меня вторым родным человеком, вторым отцом, дядей, а папа, видя мое отношение к герцогу, только улыбался и приговаривал: «На душе у меня легко, малышка, ведь мне есть, кому доверить тебя. Ты не останешься одна и без защиты, мое Сокровище!»

А с двух лет начали готовить ко взрослой жизни…

Сейчас я уверенная в себе 20-летняя несуществующая для мира принцесса Эрлладэна, способная дать отпор многим сильным магам и воинам Континента, ведь мои учителя – Архимаг и тот, от чьего имени дрожат полководцы всех соседних армий. Благодаря ежедневным 6-8-часовым тренировкам в специально выстроенном для этого корпусе, я отлично умею атаковать и защищаться как магически, так и физически, блестяще владею родовой и стихийными магиями, стараюсь во всём подражать отцу, а где-то и превзойти его, чем папа только восхищается и гордится. Про то, что меня не жалели, а наоборот, усложняли испытания и говорить не стоит! Я – женщина, значит, должна быть сильнее! Иначе смерть. Это в меня вбил дядя с детства, гоняя мечами и плетями по полигону. Сколько было пролито слез, пережито истерик и говорить не стоит. Как вспомню, вздрогну.

В свободное же время папа заставлял изучать историю мира, обычаи, порядки, законы и менталитет соседей и… готовиться морально, «неожиданно взять власть в свои руки».

Эхх… Не суждено нам, видимо, жить спокойно. Ну, почему нас постоянно пытаются если не победить, то, как минимум, подчинить себе? Глупый вопрос: наша родовая магия может дать безграничную власть над любыми врагами.

Сейчас стоя в обнимку с папой, я понимала, что если что-то случится в поездке с обоими, государство некому защищать: герцог не справится, я много что могу, но не имею оборонительного военного магического опыта. Личные желания должны стоять на последнем месте после обязанностей перед Родиной. Ответственность – тяжелейший груз. И терпима она, пока ее можно с кем-то делить. А значит, слушаемся отца и ждем его домой.

– Ты прав, папочка, я очень тебя люблю, и всегда буду делать так, как ты просишь. Главное, будь осторожен и обязательно возвращайся.

Мы ещё какое-то время постояли, обнявшись, потом отец отстранил меня, провел пальцем по кончику носа, словно вытирая его, поцеловал в лоб и произнес:

– Ты всё понимаешь, моя девочка! Береги себя. Всегда. Прежде всего, ради себя. Сбережёшь себя, сбережёшь всех. Я люблю тебя, моя Мирри!

И ушел. А мы с герцогом остались ждать.

Через 2 дня отец вернулся с тяжёлыми вестями: Император Нигалексис III пошел в атаку.

Верховный дракон выставил ему условие разместить на территории нашего государства свое посольство, на что папа ответил категорическим отказом под предлогом специфичности менталитета местного населения. Этот бой отец выдержал, понимая, что это только начало борьбы за наш трон. Императору заметно не понравился ответ, но он отступил, дабы не вызвать большего напряжения среди других глав государств. Вторым его шагом стало настойчивое предложение выпить за здоровье всех присутствующих, несмотря на то, что всем прекрасно известно, что мой отец никогда и ни при каких условиях не употребляет алкоголь. «Присутствующие» понимали происходящее и осторожно, но пристально наблюдали за разворачивающимся действом. Папа спокойно и твердо отказал Императору во второй раз, не прикоснувшись ни к еде, ни к напиткам. Фонящий недовольством и гневом Нигалексис сделал последний шаг: предложил моему отцу в знак особого расположения остаться на ночь в императорском дворце.

Все «присутствующие» прекрасно понимали, что происходит – Император открыто вышел на тропу войны: он знал, что устранив моего отца, противостоять ему больше некому – Эрлладэн падет. Ведь сильных наследников трона у короля нет, а значит, наконец, территория и все её секреты станут принадлежать ему.

Как и все разумные политики и просто люди, остальные приглашенные, понимали, что вмешиваться в этот конфликт не стоит, а потому сидели и дышали через раз, считая минуты, когда можно будет красиво откланяться и сбежать с места драки.

Папа их не осуждал, вмешиваться в бой сильнейших воинов будет только отчаянный пацифист или законченный идиот. А такие долго на своих тронах не задерживались.

И на третий раз отец отказал.

Гнев Императора Драконов всегда был смертельным. Для всех.

Кроме Архимага Гардарена де Роттерграна, уничтожить или подчинить которого Нигалексис считал себя обязанным.

Император тоже не был идиотом: использовать магию в присутствии моего отца означает подписать себе приговор, шансы убить сильнейшего мага Континента один на один фактически близки к нулю, а значит, придётся временно отступить. Чтобы потом сделать большой шаг вперед.

И отец это знал.

То есть нас ждет война.

Мы втроем – папа, дядя и я – сидели в Мраморном кабинете отца, абсолютно защищенном от любых магических прослушивалок и «жучков», и молчали.

Как же хотелось снять с плеч отца хотя бы часть этого груза ответственности за всех нас! Мало кто понимает, что находится у власти – это тяжелейший труд. Особенно у власти той страны, на которую зарятся ВСЕ твои соседи и соседи соседей, страны, территория которой является лакомым кусочком уже не одно, не два и не три столетия. Я восхищалась отцом и жалела его одновременно: сколько же в нем силы духа, воли! Круглые сутки ждать удара в спину, жить в недоверии, знать, что любой тебя может предать ради своих интересов или просто из страха перед тобой…  Никому не пожелаешь такой судьбы.

Я встала и тихо подошла к нему сзади, мягко обняла за шею и положила голову на тёмную с проседью макушку, дыша родным запахом. Отец в ответ накрыл ладонями мои предплечья и прижал их к груди, потеревшись головой о мою щёку.

– Я тоже сильно люблю тебя, доченька! – тихо произнес он. – Но времени у нас практически нет. Надо что-то решать. Дар, – обратился он к герцогу, – на тебе организация обороны. С советами к тебе не полезу, но прошу дать мне твой.

– Чем я могу помочь тебе, друг?

– Несмотря на все мои усилия, я не смог обнаружить магию Императора. Ещё одно доказательство того, что этот крылатый подонок готовится к войне. Он знал, кого зовет в гости, зал для встречи был практически стерилен, и когда нападёт, нам сложно будет держать оборону, мне нечего вложить в основание щита магической завесы. Поэтому проблема по большому счёту одна, как добыть и запечатать в большой накопитель образец его магии, при условии, что сделать это могу только я?

– И я! – возмущенно вмешалось мое эго.

– Нет, ребенок! – жестко осадил меня папа. – Это не обсуждается.

– Обсуждается! Пока ты говорил, у меня появилась идея, а вы, сильные этого мира, мне поможете!

– Дочь!

– Папа! – не повышая голоса, но вложив властные нотки, остановила его я. – Хотя бы просто послушайте. Дядя! – обратилась к герцогу. Иддариан с теплой улыбкой взглянул на меня, затем серьёзно на отца и неожиданно для него поддержал… меня:

– Говори, Мирри! Может твоя идея станет основой для чего-то действительно полезного.

Отец раздул от гнева ноздри и недвусмысленно посмотрел на герцога, но тот и ухом не повел, переключив на меня все свое внимание.

– Папа! Отправить тебя в стан врага, значит, обречь всю миссию на провал. Почему? Вы оба прекрасно знаете, что твою магию не сможет узнать только тот, у кого её вообще нет в крови. Она уникальна и поэтому легко угадываема, да и зачарованных лично тобой безделушек в мире немало, а мою не знает никто. Да, она имеет большое кровное сходство с твоей, но все же другая. Хотя бы потому, что женская. Иллюзию на себя наложу сама. Запах скрою. Защитные артефакты заряжу сама. Оденусь наемницей, и отправлюсь во дворец наниматься на службу, а там доберусь и до магии Императора.

– Дочь!

– Рэн! – тут же резко перебил его дядя, стараясь игнорировать адский гнев в глазах отца. – Подожди. Я понимаю твои эмоции, Мирри мне тоже очень дорога и ты это знаешь, но в её словах есть смысл, нравится тебе это или нет. О том, что Император и его магошавки вычислят тебя ещё на подходе, и говорить не стоит. Ты и так это знаешь. Над словами Мирри надо подумать. Хорошенько подумать, мой друг.

– Я не пущу её, Дар! – свистящим шепотом зло ответил папа. – Пусть погибну я, но не она. Она будет жить!

– Долго ли, папа? – Я не выдержала и опять вступила в их диалог, мой голос начал срываться от нахлынувших эмоций и боли. – Ты меня учил ответственности перед семьёй, короной, страной и людьми. А что я вижу сейчас? Заповедь «Личное всегда в списке – последнее» к себе ты применяешь выборочно? Я понимаю твое стремление сохранить мою жизнь, и благодарна, поверь! Но это желание даёт толчок к гибели всего, что у нас есть сейчас – для тебя шанс не выполнить миссию достаточно высок, а, что будет, если ты попадешь в руки к этим палачам, я даже боюсь представить! Мы с дядей останемся защищать границы без твоей магии, поддержки и опыта. Долго мы проживем? Да, наши воины – асы своего дела, но и они без твоей магподдержки долго не выстоят. Я сильна как маг, но опыта войны у меня нет, отец. Своим личным походом, ты не убережёшь ни меня ни страну, а лишь ненадолго продлишь нам жизнь. Подданные верят тебе и знают, что живы только потому, что ты – их защита. Ты так же дорог мне, как и я тебе. До боли, до безумия, но у нас другое от них всех предназначение – не будет нас, не будет их. Не будет мира. Если победят тебя, Императора ничто не остановит, он устроит кровавый ад всем. Да, я единственный твой родной человек, как и ты мой, НО! Папа, любовь ко мне и ответственность за мир – слишком разные весовые категории. Ты обязан жить. На твоих сильных плечах держится мир между государствами, и все это осознают, ты могущественен, но и тебе нужна помощь. У меня шансов выполнить задачу намного больше и это объективно. Вы с дядей – два признанных гения магии и военного искусства, и только вы сможете воплотить эту бредовую, на первый взгляд, идею в жизнь. Наш герцог – стратег и тактик от Бога. Неужто ты ему не доверяешь? Или мои 18 лет, проведенные на боевом полигоне, потрачены впустую и всё, чему вы так яростно меня учили, ничего не стоит??? – Я прямо смотрела ему в глаза. Я его не боялась! Я его любила. Больше своей жизни, больше всего в этом мире. – Папа, ты вложил в меня всё, что мог, всю свою жизнь, научил тому, что знаешь и умеешь сам и даже больше. Ты знаешь, что сделал всё, чтобы я выжила в любой ситуации. Вы оба учили меня, прежде всего, ВЫЖИВАТЬ. Так дайте же шанс, помочь выжить теперь всем нам. Прошу, отец. – Последние слова я уже тихо выдохнула и умоляюще посмотрела на папу. 

Дядя молча стоял в стороне, ошалело смотря на меня во все глаза. 

Папа подошёл ко мне, потом резко дернул и крепко прижал, надавив подбородком на макушку, а я сильно обняла его в ответ. Постояв так несколько минут, он слегка расслабил объятья и прошептал:

– Как же ты быстро выросла, моя девочка, как быстро… Помни одно, если ты не вернешься, я пойду на него открыто и уничтожу, а потом отдам кому-нибудь трон. Без смысла в жизни он мне не нужен. Как и этот сумасшедший мир. Весь мой смысл – это ты, ребенок!

Я тихо выдохнула. Отец согласился. Отстранившись, но продолжая держать папу за руку, я повела его к рабочему столу. Нужно было остыть от эмоций и начать разрабатывать план решения задачи, ведь времени у нас было совсем немного. А вот тут лезть с советами к этим Мастерам было бы уничижением их военного гения.

Поэтому я взяла на себя другую не менее важную миссию – накормить и напоить…

После долгих и порой излишне эмоциональных обсуждений от моей идеи осталось только то, что пойду «на дело» я в роли свободного наёмного воина, закончившего контракт и не горящего желанием заключать новый. Справлюсь ли я с ней, вопросов не было, ибо росла я в строго мужском обществе, воспитывалась им же, часами тренируясь в казарме под личиной подростка. Как вы понимаете, никто меня, как пацана, не стеснялся, так что опыта общения с вояками предостаточно.

Дядя Иддариан приказал приготовить для меня кожаный костюм, с высоким горлом, длинными рукавами и брюками до пят с вшитой внутрь тончайшей, но очень прочной кольчугой, и высокие сапоги с карманами для метательных ножей. На ладони должны будут изготовить кожаные митенки для сокрытия колец-артефактов.

Из оружия решено было взять только «звездочки», средние и укороченные кинжалы, ножи и мой любимый узкий меч с удлиненной гардой.

Так как я всё-таки дочь своего отца, дабы перестраховаться никакую магию решили не применять, включая иллюзию внешности: изменим её простейшими процедурами: перекрасим волосы в чёрный, цвет глаз изменим каплями, кожу затемним кремами. Всё равно меня никто не знает. Оставался вопрос с королевским родимым пятном на левом плече, но дядя предложил закрасить его тушью в цвет кожи. 

Амулеты зарядят королевские маги, разовые телепорты, в том числе экстренные, надену на себя в виде бижутерии, по виду которой никогда не догадаться о её предназначении, магию на них затрут, проявится она только при активации артефакта.

Единственной нескрываемой магической вещью, был металлический кулон в виде капли, внутри которого отец разместил негранёный девственно чистый аллавит – драгоценный камень, впитывающий прикоснувшуюся к нему магию, как губка, и самостоятельно не возвращающий её, даже если его разбить на самые мелкие кусочки. Отдавал содержимое он только при правильно проведённом ритуале опустошения. Именно этот бесценный природный минерал является ещё одним из главных секретов нашего рода: он добывается только на территории Эрлладэна и только мы знаем его «большую страшную тайну». И именно в этот камень я должна собрать магию Императора Драконов. На всякий случай, папа сделал дубликат, и его собрат был спрятан в недрах моей сумки со всякими нужными мелочами.

Разбудили меня на рассвете, я облачилась в приготовленную специально под меня кожаную броню, распределила оружие и артефакты, заплела сложную косу и подошла к зеркалу оценить свой образ. На меня смотрела высокая смуглая брюнетка с большими синими глазами и яркими полными губами. Кожаный темно-коричневый костюм с тонкими металлическими вставками эффектно облегал моё стройное тренированное тело, выразительно подчеркивая каждый его изгиб, красивую грудь второго размера, тонкую талию, упругую попу и длинные шикарные ноги. Была б мужиком, влюбилась бы!

Оценили мой образ и папа, и дядя, и покрасневший глава моей стражи Гергард – при моём появлении в кабинете отца несколько минут стояла гробовая тишина. В душе заиграли фанфары удовольствия и гордости, на мордашке засияла улыбка. Первым опомнился страж, быстро взяв себя в руки и склонив голову в приветствии:

– Ваше Высочество! – Гергард Ваннерт был единственным из приближенных, кто знал меня настоящую.

Я, сияя улыбкой, подошла к шокированным папе и дяде и приготовилась слушать последние наставления и советы.

– Дар, – сурово обратился отец к другу: – Тебе не кажется, что она выглядит… как бы сказать… излишне привлекательно?

Дядя смущенно поджал губы, натянул подобие улыбки и развёл руками:

– Я сам не ожидал, Рэн, честно. Я её кроме как в брючных балахонах, ни в чем другом, ни разу и не видел.

– Папа, – одернула я отца, – это даже хорошо, скорее познакомлюсь с Императором. Думаю, слухи обо мне до него дойдут быстро. Есть шанс сэкономить драгоценное время.

Дядя меня поддержал кивком и дал слово стражу:

– Гергард, тебе есть что сказать принцессе?

– Да, Ваша Светлость! – Ответил мужчина и обратился ко мне: – Ваше Высочество, Вы прекрасный воин, есть то, в чём вы превосходите даже некоторых моих лучших бойцов, я уверен в правильности выбранной Вами роли наемника, но если позволите, дам совет. – Я кивнула. – Мужчины ненавидят проигрывать, тем более женщине. Тем более красивой женщине. Поэтому будьте готовы к тому, что вы столкнетесь с презрением и попыткой унизить Вас и Ваши способности. Не слушайте их речи долго, не ждите, что выговорятся и отстанут. Бейте максимально неожиданно и резко, так как считаете нужным, можно даже не совсем честно, поверьте, там слова «честь» и «достоинство» даже во сне не слышали. Наказывайте за каждое произнесенное или сделанное зло. Вы знаете, что уважение нужно заслужить, среди военных и наемников – это закон. Чем больнее Вы поставите их на место, тем быстрее про Вас узнает Император, – Гергард поклонился, закончив свою речь, и я улыбнулась ему в ответ:

– Благодарю Вас, мой Учитель, я обязательно последую Вашему совету, как и делала всегда! Для меня честь учиться у Вас. Я очень признательна за всё, что Вы и Ваши воины сделали для меня и из меня. И то, что я превосхожу кого-то только Ваша заслуга. – Я слегка поклонилась ему в знак признания и уважения как ученик наставнику, и заметила, как страж смущенно сглотнул, сдерживая свои эмоции.

Всё, надо заканчивать с прощаниями, время не ждет, а дорога долгая.

Следуя нашему плану, меня телепортом забросили максимально близко к нейтральной территории между Эрлладэном и землями Драконов. До врат их границы оставалось примерно два часа пути, которые я решила посвятить пониманию себя.

Настрой у меня был боевой, подогревало понимание цели и смысла наших действий. Я знала, на что шла и ради чего. И это – только одна сторона происходящего.

Вторая меня беспокоила. Я боялась. Чего? Да, я прекрасный боец, воспитанный в жестких мужских условиях, сильный и грамотный маг, порой не уступающий по умениям своему отцу, хитрый, умеющий выживать в различных полевых и жизненных условиях воин…, сейчас идущий на свое первое сложное и важное задание в одиночку. У меня нет права на ошибку, потому что не будет возможности начать сначала, у меня нет тыла, ибо устав, я не смогу обнять папу, дарящего большой прилив энергии своими объятиями, мне не у кого спросить совета и получить поддержку… Меня ждет мой самый первый настоящий бой. Бой с собой, своими страхами, представлениями и желаниями. Бой не за себя, а за тех, кто за моей спиной. За отца, дядю, Гергарда и его ребят, мой народ, мою землю…

Сейчас пришло глубокое осознание – страшная ты штука, власть, тяжёлая.

Я должна осуществить задуманное, чтобы папа продолжал править! Он – Король! Он все может! С ним рядом Иддариан, его друг и Верховный Советник. Я так хочу ещё и потому, что люблю их! Ну и править не хочу…

Уф. Улыбнувшись своим мыслям и тому, что разложила свои мысли и тревоги по полочкам, приняла их и определилась с мотивацией, оставшееся время в дороге провела, вспоминая выученную наизусть карту местности приграничного городка Иссар и прикидывая свои действия на его территории.


Мирриэлла де Роттергран
в образе наемницы Тиллы
Уважамые читатели и читательницы! Добро пожаловать в фантастический роман с разными тайнами и интересными приключениями. 
На его страницах Вы повстречаетесь с разными достойными и не очень личностями, узнаете, какие загадки прячут драконы, и сможет ли любовь победить в схватке с хитростью и обманом. 
Подписывайтесь на автора и добро пожаловать в Империю драконов!

Буду очень признательна за звездочки и комментарии!
Ваша Ана

Иссар опоясывала высокая серая каменная стена, в середине которой находились огромные кованые ворота, через которые сновал разный простой и торговый люд как пешком, так и с возами.

Зайдя в створ, бросила монету в магический ящик контроля новоприбывших, получила входящий билетик-браслетик и отправилась в таверну «Летучая мышь» (надеюсь, кормить там будут не ими), настоятельно рекомендованную Гергардом, в надежде спокойно поесть.

Городок представлял собой суетливый пыльный пейзаж, напичканный от души всевозможными объектами в виде разнообразных построек, мощенных неровных дорог и одно-двухэтажных домов. Я никогда не была ни в одном городе, потому этот вызвал хоть и унылый, но интерес.

Пристальное внимание я ощутила на себе сразу и с каждой минутой оно возрастало. Не могу сказать, что переживала по этому поводу, но всё же оно меня немного нервировало. Здесь наверняка нечасто можно встретить знойную красотку с дорогим оружием в великолепных ножнах за спиной и небольшими кинжалами из самой прочной данианской стали по бокам. Кто-то окликал, кто-то зубоскалил, кто-то приглашал провести время… Я же спокойным уверенным шагом опытного «убийцы», которому меня последние пару лет учил Гергард «на всякий (неожиданно наступивший) случай», шла к таверне.

Дверь пришлось открывать пинком ноги, но не потому, что так требует «этикет», а просто потому, что ручка была настолько грязной, что даже мысль о прикосновении к ней вызывала отвращение.

Сколько же тут любопытных собралось, а? Обведя зал взглядом, свободных мест не заметила, а потому дернула пробегающую мимо подносчицу, за золотой быстро «обнаружившую» свободный столик в самом углу у стены и принесшую свежую еду и травяной чай. На всякий случай, я попросила её подготовить мне тихий номер для отдыха, надеясь в душе, что он мне не пригодится.  

Есть начала сразу, прекрасно видя особое внимание к своей персоне среди присутствующих в зале. Судя по колкостям в мой адрес при громких разговорах между собой, «тот самый момент» был крайне близко.

– Эй, цыпа! – не успела доесть… Значит, бить морды надо подальше от моего стола. – Покажешь, как широко раздвигаешь свои шикарные ножки за такие красивые цацки? Или, может, ты просто их кому-то несёшь, как посылку? Порезаться-то не боишься? – В зале раздался дружный мужской хохот.

Не поднимая на шутника глаз, я едва незаметно вытащила из рукава небольшую звезду и метнула ему в область сердца. Как предупреждение. Хорошо вошла, точно в цель. Метать их едва уловимым движением я научилась уже к десяти годам. Это одна из тех способностей, в которых я на голову превосходила воинов Гергарда. Один совет в жизнь воплотила. 

– У меня есть побольше, – спокойно ответила я, взглядом показав говоруну на его грудь. В зале стало моментально тихо. Мужик ошалело посмотрел на звезду, на зал и взревел:

– Кто это сделал? Кто швырнул в меня эту гвырню?

Я продолжала кушать, максимально контролируя свои эмоции и тело.

В зале народ недоумевал:

– Кэл, успокойся, здесь самоубийц нет. Никто из нас этого не делал.

Пока местные выясняли отношения, я успела доесть и, налив себе чай, блаженно откинулась на стену за лавкой, дабы продолжить наблюдать за бесплатным представлением в мою честь.

В конце концов, круг подозреваемых в процессе ора и мата сузился до моей скромной персоны. Кто-то шутливо подзуживал, кто-то грозно хмурил брови, а вот этот… подошел к моему столику и, состроив страшное, по его мнению, выражение лица, наехал на мою тихую личность:

– Это твоя работа? Признавайся! Я тебя прямо здесь закопаю! И не посмотрю на смазливую морду, подправлю так её, что всю жизнь будешь помнить, как угрожать Киеру Могучему!

– Звезду отдай, – с небрежным спокойствием потребовала в ответ, продолжая пить чай.

Мужика аж трясло от гнева:

– Что??

– Звезду, говорю, отдай, – повторила спокойно, наблюдая за тем, как внимательно следит за мной и моими действиями зрительный зал. – Тебе всегда надо говорить дважды? С первого раза не слышишь или просто обычно не доходит? – Мирри, щас будут бить… Для закрепления качества беседы я грациозно встала, протянула руку к его груди и, томно проведя пальчиками по ней, мгновенно выдернула звездочку и спрятала в рукаве. Раз. Два. Три…

– Тыыыыы… – мужик бросился на меня, рассчитывая запугать габаритами, но промахнулся. Может, его и боятся из-за массы, которую он вкладывает в удар, но я не планировала под этот удар подставляться. В случае со мной, большие габариты Могучего играли против него. Я утекла под стол, ногами вперед, оттолкнувшись от лавки, и, вынырнув у него из-за спины, провела быструю серию ударов: ладонями по ушам, в основание шеи, кулаками по почкам, ногой под колени и локтем по затылку. Сила тут, как говориться, бессильна. Важнее скорость и точность.

Мужик громко лёг.

Я отряхнула руки, поправила выбившиеся волосы, и обратилась к присутствующим:

– Ещё неразумные вопросы есть?

Зал ответил минутной тишиной, а потом молча встали ещё трое самоубийц и двинулись в мою сторону. Я подпустила их максимально близко для удара и, мгновенно вытащив из ножен кинжалы, несколькими движениями вспорола их одежду в районе живота, одного приложила пяткой в кадык (мужик рухнул на колени и сильно закашлялся), нырнула за спину двум другим и приложила обоим лезвие оружия под горло. Агрессоры замерли на секунду, но и её хватило, чтобы понять, что одно лишнее движение и штаны сползут на пол, а зрители до смерти будут помнить их, больше, чем уверена, давно, нестиранное нижнее белье.

Да ребят, это вам не кулаками между собой махать. На тренировках выживала не только я, но и мои «соперники», на моей стороне были ловкость, изворотливость и маневренность. Наши бои становились последние годы произведением искусства, как говорили папа и дядя.

Я опустила оружие, вышла из-за спин, кивнула головой на брюки и ухмыльнулась:

– Штанишки придерживайте, не ровен час, потеряете, а тут вряд ли большое количество поклонников ваших труселей и их содержимого. Спасибо доесть почти успела, а то б весь аппетит отбили.

Мужики схватились за ремни, зло глядя в мою сторону, но больше не делая ни шага.

Я красиво поиграла кинжалами, демонстративно полюбовалась ими и, убирая в ножны, произнесла в никуда:

– Действительно, прекрасное оружие. Кстати, – обратилась я к залу с надменной улыбкой, – у меня есть ещё меч … Могу показать умение ноги раздвигать, когда им пользуюсь. Есть желающие посмотреть?

Ответа я не услышала. Умнеют.

– Отлично. Значит, можно пойти отдохнуть с дороги. Советую на это время про меня забыть, у не выспавшейся меня, рефлексы работают быстрее самоконтроля. Приляжете рядом с этим вашим Дремучим, и разойдемся до следующей встречи. – Я обвела взглядом молчащий зал, убедилась, что желающих проверить мою браваду нет, кивнула и, прихватив дорожную сумку, поднялась в номер.

Закрыв за собой дверь, я прислонилась к ней спиной и закрыла глаза. Нужно успокоиться. Первый экзамен пройден, сердце стучало в ушах, страх ещё сдавливал грудь, но я все же смогла его победить. Есть чем гордиться. На резко ставших ватными ногах подошла к кровати и завалилась на нее. Пусть хоть кто-то постучится в ближайшее время. Убью.

Сон сморил меня практически моментально, а проснулась я от аккуратного стука в дверь. Наверняка это девушка-прислуга, слишком аккуратный звук. Я открыла и убедилась в своей правоте. Она смущенно сообщила, что меня ждет внизу начальник Городской Стражи. Быстро они… Спускаться по первому зову не собиралась – ему нужна я, а не наоборот, значит, подождёт. Грехов за мной не водилось, то есть, угрожать и давить нечем. Пусть отдохнет.

– Передай ему, что меня не надо охранять, я прекрасно справляюсь с этим сама.

– Но, госпожа…

– Милая, – резко перебила я. – Я очень устала после долгой дороги, мне устроили жаркую встречу у вас внизу на полный желудок, не дали ни привести себя в порядок, ни выспаться, хотя я просила обо мне забыть на время. Поэтому у меня нет ни желания, ни настроения общаться с какими-либо местными выскочками. Вопросы? – Девушка покачала головой. – Прекрасно. Вот и передай ему, что его приглашение мне не интересно.

Я закрыла дверь перед её носом, прекрасно понимая, что это невежливо, но мое воспитание – последнее, что нужно тут демонстрировать. Забавно, я успею хотя бы переплести косу до того, как мне вынесут дверь? Почти успела.

Дверь содрогнулась от ударов, когда волосы были почти доплетены. Я не отказала себе в удовольствии открыть только после того, как закончила занятие. Откинув получившуюся красоту за плечи и осмотрев себя в зеркале, открыла дверь и пристально осмотрела на стоявших за ней очередных самоуверенных гостей. Четверо… Значит, про тех троих в курсе, и пришли напугать и спустить вниз принудительно. Четверо, кстати тоже не сильно страшно, но им об этом пока знать не надо.

– Ну?

– Слышь, девка, – рявкнул впередистоящий, грозно сдвинув брови, – тебе особое приглашение нужно или с ушами проблемы? Живо спустилась вниз!

Демонстративно осмотрев узкий коридор и оценив перспективы ведения боя в этих условиях, вложив по максимуму в голос отвращения, уточнила:

– Что из моих слов, что сия встреча мне не интересна и в услугах городской стражи не нуждаюсь, было непонятным? Свои страшилки и угрозы оставьте ворам и убийцам. Лично я могу и не сдержаться.

– И что ты сделаешь? – заржал стоящий слева стражник. – Топнешь ножкой?

– Спросите внизу то ли Могучего, то ли Дремучего. Он уже интересовался. Были ещё трое, но они пошли переодеваться, наверное, – брезгливо бросила в ответ.

Первый не выдержал и попытался схватить меня за косу, видимо, чтобы отволочь лично, но просчитался и получил одновременный удар в кадык основанием одной ладони, а под дых – второй. Остальные замерли. Оценили. Бросаться скопом не стали.

– Слышь, красотка, – со смешком обратился ко мне стоящий позади всех гость, выходя вперед и медленно приближаясь ко мне, – мы поняли, руками тебя не трогать. Больше не тронем.

Нашел дуру. Я оценила крадущийся шаг и боевую готовность тела к удару.

Уловить мой прыжок с опорой на дверь он не успел, но удар обеими ногами в грудь оценил уже лежа на задетых при падении товарищах. Тряхнув головой, попытался быстро встать и с ревом броситься на меня:

– Ах ты…

– Стоп! – гаркнул кто-то в конце коридора, и стражники замерли. – Остолопы! Быстро ушли отсюда.

Стоило злым и побитым мужикам спуститься вниз, неожиданно прервавший нашу почти светскую беседу «некто» подошел ближе и, внимательно меня оглядев, поцокал при этом языком. Фу, мерзость какая.

Начальник Стражи, а это, как я понимаю, он, оказался крепеньким невысоким мужичком с сальной улыбкой на лице и немаленьким пузом под сюртуком, из-под полы которого торчал длинный меч (видимо, больше для антуража, нежели реального использования, боюсь, с таким животом дядька и минуты боя не выдержит).

– Какая звезда осветила наш тихий городок! – противно растягивал слова этот выкидыш местной власти. –Интересно, и с какой же целью она сюда прибыла?

Я, демонстративно заломив левую бровь, свысока осмотрела его, и, копируя интонацию и растянув губы в улыбке, спросила.

– А Вы, стесняюсь спросить, с какой целью интересуетесь?

– Ну как же, милочка… За пару часов пребывания в нашем мирном городе Вы произвели фурор! – всплеснул он руками. – Как же не поприветствовать лично?

– Поприветствовали? – Мужик кивнул, делая ещё один шаг в мою сторону и раскрывая объятья. – Можете быть свободны! – И хлопнула дверью перед его носом.

Ну, надо же какой противный.

Настырный стук раздался вновь. Рука практически потянулась к мечу, но пришлось себя одернуть. Неприятности мне не нужны, а характер я показала достаточно. Перегибать палку тоже не стоит. Встреча с представителями Императора избитой и в тюрьме меня не прельщала.

Досчитав до пяти, я опять открыла дверь и холодно поинтересовалась у еле сдерживающего нетерпение и гнев визитера:

– Эммм, простите, не знаю, как вас зовут, да мне и особо неинтересно, но мы вроде все вопросы прояснили. Чего. Вам. От меня. Ещё. Надо?

– Дамочка, Вы видимо, не понимаете, с кем разговариваете? – прошипел сквозь зубы этот пузан. – Я – начальник городской стражи Но́сир Шаминэр. – Того и гляди у мужика дым из ушей повалит. А имя подходит, нос выдающийся, мысленно захихикала я.

– И? – Я привалилась плечом к двери, и, скрестив руки и ноги, сделала вид, что теряю терпение.

– Вы обязаны…

– Ничего я никому не обязана и поясню, почему, – хладнокровно прервала я. – Первое, этот тихий, как вы сказали, городок и его обитатели, уже познакомили меня с вашими дружелюбными, мирными нравами и ценностями, получив взамен новый опыт общения с женщинами. Второе, я не причинила никому никакого вреда, кроме пары синяков, из-за которых, я так понимаю, эти сопливые письконосцы побежали жаловаться вам и вашим подчиненным на причиненный ущерб. Счёт и претензии Я выставлять не собираюсь, и, надеюсь, зачатков мужской гордости у этих бегунов хватит, чтобы повести себя так же. Третье, я вас к себе не приглашала, но личное приветствие оценила. Угрожать и давить на меня не стоит, попробовать, конечно, можете, но последствия, боюсь, вам не понравятся. И позволю себе ответить на ваш последний вопрос: я здесь мимоходом. Это все.

От моего холодного жёсткого тона у мужика пропал дар речи. Быстро взяв себя в руки и вновь натянув улыбку на морду, гость выпятил пузо и, вернувшись к тошнотворной манере растягивать слова, словно заигрывая, продолжил общение, как ни в чем не бывало:

– Мы, видимо, как-то неправильно начали наше общение. Поймите, тут приграничный город, одни мужланы вокруг, опыта общения с милыми барышнями практически нет, как и самих барышень. Привычка командовать въелась в кровь, знаете ли. Может, начнем заново? Вы, кстати, не представились, и как же зовут столь удивительную девушку?

– Тилла, – решила представиться я своим вторым сокращенным именем и даже выдавила из себя подобие улыбки.

– Прекрасное имя! Может, продолжим общение в более подходящем месте, нежели коридор этой ночлежки?

Помедлив, словно нехотя, согласилась.

– Ждите внизу. Я спущусь сама.

В этот раз закрывать дверь перед носом этого жука я не стала, дождалась, когда он повернется в сторону лестницы. Свои вещи из комнаты забрала, вновь полностью облачившись, только меч повесила на бедро вместо спины.

Зал встретил меня неприязненной тишиной и легкими перешёптываниями. Найдя взглядом главного министража, плавной уверенной походкой подошла к его столу и села полубоком, прислонившись спиной к стене для лучшего обзора. Ненавижу оставлять ее открытой. Оценила ненавидящие высокомерные взгляды первых визитёров, мысленно похвалила себя и, попросив подносчицу принести травяной чай, повернула голову к своему визави:

– Так чем обязана такому пристальному вниманию к своей скромной персоне?

– Скромной? – слащаво фыркнул этот носатый. – Никогда бы не применил к Вам сего эпитета. Яркая, удивительная, опасная, – изливался этот проныра.

– Достаточно, господин стражник. Поняла, приняла, оценила, сделала выводы. Вы пришли сюда ради того, чтобы попрактиковаться в изящной словесности? Тогда это не по адресу. Я повторю свой предыдущий вопрос: чем обязана?

На лице этого гада (ну, не нравился он мне!) пробежала злость, но улыбку он все же удержал. А вот интонацию, слава Богам, изменил, убрав приторность и тягучесть из речи, но оставив высокомерие и заносчивость.

– Мы тут впервые встретили такую яркую представительницу женского пола, умеющую постоять за себя в схватке с дюжими мужиками, и обладающую уникальными образцами оружия. Кто Вы и откуда? Чем занимаетесь? Что Вы делаете у нас? Вы же должны понимать, что как начальник стражи, я не могу не обратить свое внимания на подобных гостей нашего города. – Вот тут я уже уловила в голосе нотки азарта. – Расскажите о себе, Тилла.

– Я – наёмный воин из Кирпа.

– Не слышал о таком, – хмыкнул Шаминэр.

– Это небольшое жаркое государство в ущелье Саринских гор. Наша страна не обладает никакими стратегическими ресурсами и территорией, чтобы быть на слуху, что мы собственно очень ценим, но воевать умеем, нанимаясь на службу в армии соседних государств. Мой контракт как одного из таких воинов, закончен, и я возвращаюсь домой через ваш городок. Знала бы, что здесь принимают гостей так тепло, – достаточно громко и с сарказмом бросила собеседнику, – прошла бы мимо.

– Ну-ну, милочка, – скривил губы главарь стражников, – мы не так плохи, как Вам видится. Я, например, всего лишь забочусь о безопасности своего города, в общем, и о гостях, в частности.

– И чем же для вас я так опасна? – рассмеялась в ответ.

– Непредсказуемостью…

– Даже так? И что же вы хотите? Чтобы я пообещала никого не трогать? Так я никого и не трогаю. Местные сами меня спровоцировали, за что и подверглись воспитательному подзатыльнику. Потом вы объявились с неоправданно пристальным вниманием к моей скромной и тихой личности. Может, всё-таки найдете в себе смелость и поясните мне его? – Поиграла вопросительно бровями. – Или же оставьте меня в покое. Терпением я особо не отличаюсь, как правило. И впустую тратить своё время, расшаркиваясь в пустой словесности, не люблю. Так что?

– Хорошо, скажу прямо. Вы мне понравились. И как боец, и как женщина. Разве пристало такой очаровательной девушке бродить по миру в поисках работы Предлагаю Вам работу и жизнь здесь в Иссаре, под моим крылом и опекой.

Не удивлена. Какая же гадость эта мерзкая сальная улыбка!!!  

Натянув подобие ответной и еле сдерживая рвущиеся наружу эпитеты, я слегка наклонилась к своему собеседнику и твердо сказала:

– Нет!

Видимо, мой ответ несколько обескуражил Шаминэра, но его реакция все-таки заставила меня мысленно рассмеяться.

– Вы не поняли меня, девушка. Я делаю вам очень хорошее предложение. И с вашей стороны было бы разумно подумать над ним. Я даже готов сделать вас своей помощницей. Поймите, в этом городе я - сила и правда. И выбор у вас крайне небольшой, – ухмыльнулся этот… моральный урод. Интересно…

– А что будет, если я не соглашусь на ваше столь щедрое предложение? – мда, наглости мне всё же не занимать.

– Нууу… Вы избили нескольких достойных граждан нашего славного города, жителей Империи Драконов. За такое у нас полагается смертная казнь для пришлых. Я, можно сказать, Вас от неё спасаю своим вниманием и покровительством. Иначе, мне придется Вас задержать и посадить в тюрьму, а охрана там ооочень жестокая... – закончил этот ублюдок, и, опёршись на стол локтями, приблизил свое мурло ко мне.

Я брезгливо отодвинулась и достаточно громко с презрением отчеканила:

– Жаль, что вы так меня и не услышали, господин начальник городской стражи! Я не приму предложенные условия ни при каких обстоятельствах и, тем более, угрозах. Вы пытаетесь меня заставить, а я предупреждала: это удовольствие очень дорого обойдётся тем, кто на меня нападет – их ждёт незавидная участь никому ненужного человеческого хлама. Почему? Работы у них больше не будет. Никакой. Калекам её не найти. Это не хвастовство, это предупреждение. Голос разума местным, вижу, недоступен, а посему жалеть не буду никого, в том числе и вас. Дураков надо учить! Ну и остальным наука будет. – Я осмотрела притихший и ошалевший от моей женской наглости и заносчивости зал, уже успевший несколько часов назад насладиться мордобоем, мужика за стойкой, молоденьких девушек-работниц, и, кивнув им на Шаминэра, нагло добавила: – Этот спектакль за его счёт.

Быстро поднялась, резким движением вынула из ножен меч и очень глубоко воткнула его в грудь под ключицу этого мерзкого пузана, так сильно, чтобы лезвие вошло в деревянную спинку лавки и пришпилило его к ней. Главнюк стражников, как и его прихвостни, потерял дар речи от неожиданности, глядя на меня выпученными до крайности глазами и, ловил воздух, как рыба; а вот я молчать не стала – теперь надо идти до конца, выбора мне, увы, не дали. Демонстративно достав кинжалы и положив их перед собой, я обвела взглядом помещение и холодно и презрительно обратилась к присутствующим, каждым выплюнутым словом, словно хлеща их по щекам:

– Я зашла сюда просто поесть и отдохнуть, никого не трогала, пока меня не задел ваш Могуче-дремучий идиот. Ну, думала, он тут один такой недалёкий, а оказывается здесь с мозгами проблемы у всех. Что ж, я много где бываю и кому служу, обязательно поделюсь своими впечатлениями от этих земель. Думаю, информация будет полезной и торговцам и главам других государств. А тебе, главный городской говнюк, – сплюнув, с шипением обратилась к этому уроду, – дотрагиваться до меча без моего разрешения, не рекомендую, сдохнешь. Сиди смирно, пока сама не вытащу. Кто попробует помочь, сдохнет с тобой. Вещи зачарованы ядом Рата.

Да, всё-таки многолетнее общение с воинами наложило свой отпечаток на мою тонкую девичью натуру…

– Да кто ты такая?? – визгливо сквозь еле сдерживаемую боль закричал этот идиот. – Ты не выйдешь отсюда, мразь! Взять её! Живой!

Стражники повставали со своих мест и почему-то медленно двинулись в мою сторону, словно давали время приготовиться к бою. Я застегнула защитный костюм под горло (хотя приказа меня убивать вроде и нет, но кто их, придурков, разберет), закрепила на спине косу, взяла кинжалы, покрутив их в руках и размяв запястья, и встала в боевую стойку, повернув рукояти таким образом, словно приготовилась воткнуть клинки в пол. Нападающие заухмылялись, но было заметно, что оценили: движения стали осторожнее, в глазах промелькивало нечто похожее на страх – видно, привыкли брать силой, массой и скопом и обычных хулиганов и пропоиц.

Посетители таверны поубирались со своих мест, давая простор для битья, но уходить из неё явно не собирались. Правильно, когда ж они ещё такое увидят: бой одной девки и шестерых мужиков! Тьфу.

Так, Мирри, лишние мысли вон.

Дав подойти к себе так близко насколько это возможно, в мгновение села на корточки и вывела троих ближайших из строя, сильно порезав им ноги и ступни. Сами виноваты, предупреждала. От неожиданности и боли стражники побросали оружие и рухнули на пол. Любоваться картиной мне было некогда, а вот их коллеги на несколько секунд подвисли, чего мне и хватило, чтобы двоим располосовать руки и выбить оружие. Один из них даже не сразу понял, что кровь льется из его почти отрезанной правой ладони. Крик стоял, хоть уши затыкай. Только шестой находился далековато и пришёл в себя, гад, очень быстро. Бросившись вперед, размахивая мечом, он рассчитывал задеть меня издалека. Правильный расчёт. Мои кинжалы коротковаты против его оружия, но я успела, пригнувшись, увернуться от ударов, доставая метательные ножи из голени сапогов, и в последний момент швырнуть их ему в горло. Жалости не было. Он вряд ли бежал с целью пленить. Мужик рухнул, захлёбываясь кровью. На бой у меня ушло не больше 5 минут. Левое плечо отозвалось жгучей болью. Всё-таки задел. Проморгала… Обидно.

В таверне стояла такая тишина, что при желании можно было расслышать жужжание насекомых.

Поморщившись, я выпрямилась, под тяжёлыми взглядами зрительного зала подняла меч погибшего стражника и заменила им свой в шокированном и не шевелящемся по моему совету Носире. Только вонзила его с другой стороны грудины. Вой стоял, мёртвого бы поднял. Заслужил. Теперь он калека на обе руки.

Собрав свои вещи, молча пошла на выход. Кажется, я заявила о себе громче, чем планировала.

Не успела пройти и пары десятков метров, успокаивая расшалившиеся нервы, сердце и местами совесть, меня окликнул девичий голос:

– Госпожа Тилла! Госпожа Тилла!

Обернувшись, увидела спешащую ко мне девушку – работницу из таверны:

– Сейчас сюда набегут стражники! Нельзя, чтобы Вас схватили! – зачастила она, было видно, что говорит искренне, переживает.

– Что ты предлагаешь? – абсолютно спокойно поинтересовалась в ответ.

Она потянула меня в переулок и негромко начала объяснять:

– Идите прямо по этой дорожке до самого выхода из города. В конце улицы увидите небольшой зелёный дом с коричневой крышей и жёлтым забором. Там живет моя сестра. Скажите ей, что Вы от Риммы, и слово «Анастас». Это пароль. Торопитесь, госпожа! Хозяин послал за стражей.

Я кивнула, сунула в руку серебряную монету, но девушка с возмущением отдала её мне обратно:

– Это помощь от души, а не ради денег! Бегите, пожалуйста! И спасибо за всё.

– За что? – настороженно уточнила, пытаясь остановиться.

– Лисса расскажет. Бегите.

– Тебя не накажут? – спросила я напоследок.

– Нет, там им не до меня… – Покрутив головой и убедившись, что её не заметили, девушка вернулась в таверну, а мне нужно было спешить по указанному адресу.

Сзади раздался топот бегущих людей, и я, прижавшись к стене, аккуратно выглянула наружу, дабы убедиться, что официантка сказала правду – табун прискакал по мою душу. Достав из рюкзака длинный плащ с капюшоном и укутавшись в него, направилась в сторону зелёного дома. Надо торопиться.

За спиной были слышны крики и ругань, грохот проезжающих по дорогам телег, возмущения населения на грозные окрики стражников, но вся эта суета только помогла мне тихо скрыться от глаз и незаметно дойти до нужного места.

Максиэр эт Ноттервил

Я сидел в рабочем кабинете отца и разбирал его магпочту, когда двери без стука открылись, и в них нарисовался мой вконец обнаглевший двоюродный брат Грэйстон, возглавляющий Службу Безопасности Империи.

– Грейс, тебе не говорили, что воспитанные люди, прежде чем войти, предупреждают о своём появлении, например, стучат? – Задал риторический вопрос, кивнув на место за столом рядом с собой, разрешая тем самым присесть. В принципе, моё разрешение ему не требовалось, но так получалось поддерживать хотя бы видимость субординации.

– А при чём тут я и кто должен был мне об этом сказать, учитывая, что вежливых и воспитанных тут отродясь не водилось? – Удивился он, разваливаясь в предложенном кресле. – Не на себя ли мой принц намекает? – Изображая испуг, округлил глаза этот шут.

– Так, я понял, – перебил его словесный поток, зная, что если этого не сделать, закончится тем, что я как обычно брошу в него чем-нибудь тяжёлым. – Ты опять принес интересную информацию, которую хочешь подороже мне втюхать, правильно? – Грейс осклабился. – Цена.

– Бой с той, о ком я тебе сейчас расскажу.

– Бой? – опешил я. – «С той»? Это с женщиной что ли?

Брат растянул на лице хитрющую улыбку и кивнул, поигрывая бровями, но я тут же отзеркалил его выражение лица, чем подвигнул принять мое условие:

– Вначале рассказ, а потом - решение. Ты меня заинтриговал.

– Договорились! Но информация, и правда, занимательная, брат! Так вот, мне тут птичка на хвосте принесла, что на окраине Империи, в Иссаре, появилась очень интересная особа – молодая наёмница, уложившая разом семь здоровых мужиков. Причем порезала грамотно: троим изувечила ноги, двум – руки, один из них остался без кисти, а шестому ножами вскрыла горло. Наблюдавший за дракой агент отметил, что, например, момент броска «звезды» в местного известного наемника был неуловим для глаз. Её манерой ведения боя он потрясен. С его слов, она не сделала ни одного лишнего движения. На бой ушло не больше пары минут. Стражники вообще ничего не успели предпринять. Их местный глава теперь после личного визита к ней, везде кричит, что она исчадье тьмы.

– Шаминэр что ли? – скривился я.

– Он самый.

– Видать, не дала, – задумчиво произнёс я, и мы заржали в голос, зная повадки этой местной гниды. 

– Не только не дала, но и практически лишила его обеих рук, грамотно вспоров связки, он, кстати, тот самый седьмой, – всё ещё смеясь, ответил Грейс. – Я удивляюсь, как ты эту мразь ещё не убил.

– Ты же знаешь, что он пользуется расположением отца, – брезгливо поморщился я. – Была б МОЯ воля, давно б четвертовал гада. Девчонку поймали? – вернулся я к теме.

Грейс отрицательно покачал головой и, вмиг став серьезнее, начал рассказывать то, от чего мои глаза становились всё шире и шире:

– А вот тут начинаются загадки, одна интереснее другой. С её слов, она – кирпианка и уже давно зарабатывает наёмным трудом у богатых представителей разных стран. Вопрос: сколько же она зарабатывает благодаря своим умениям, что может себе позволить зачарование магическим ядом Рата всех своих вещей и оружия?? Да, Рат был на всех её вещах! Стоимость я даже не берусь озвучить. Всё оружие при ней из данианской стали, включая метательные звёзды! Такое может позволить себе не каждый из наших аристократов. Далее. Маги, осмотревшие всё после её исчезновения, включая раны на Шаминэре, не нашли ни одного отголоска магии. Либо у неё нет таковой, либо так мощно маскирует, но в драке она ее не применяла. Отсюда второй вопрос: если не она сама, то кто зачаровывал её вещи? А если всё-таки магию она маскирует, то у меня третий вопрос: какова же её сила? Всё это возвращает к началу рассказа: не просто так она зарабатывает очень много. И последнее, в продолжение третьего вопроса. Она исчезла так грамотно, что вычислить её следы так и не смогли. Словно растворилась в воздухе, но и следов телепортации нигде нет! Было что-то отдаленное похожее в доме дочерей Шадденэ́ра, но местный маг говорит, что на доме стоит запрет на любую магию, кроме бытовой и целительской, поэтому применить в нём что-то подобное не получится. И как думаешь, что обнаружили внутри? – Он сделал загадочную паузу, приподняв вопросительно бровь. Я молча развел руками. – Телепорт был открыт в доме, но поняли это только по остаточным слабейшим эманациям пространства. Причём их еле уловил мой агент, а он профессионал с большой буквы.

– Она ушла им? – Признаться, информация меня сильно озадачила.

Грейс откинулся на спинку кресла и, помолчав немного, добил:

– Она увела из закрытого для применения такой магии дома сестер Шадденэр. А нам только оставила записку.

– Записку?? – окончательно ошалел я.

– Угу, – он перебросил её мне, и я понял, что от наглости этой девицы, в теле проснулся охотничий азарт. Я должен её найти! Если она и вправду такая уникальная, то её место в моей Империи.

«Всё лучшее принадлежит только драконам», как любит талдычить папочка.

Записка же гласила следующее: «Славу гостеприимству Драконов понесу я в мир на своих хрупких плечах, пройдя длинным пешим путем по дорогам Империи, а, покинув её, направлюсь в другие страны, прославляя доброту и сердечность Императора и его подданных» …

– Вот же бесстрашная! – захохотал я. Умная девочка, интереснее будет охота. – Значит, сама она осталась и предлагает нам поиграть. Поиграем, милая… – мысленно обращаясь к ней, вслух рассуждал я, предвкушая захватывающее приключение в компании дорогого сердцу братца. Кстати о нём… – Я все уяснил, но не понял только одного, а бой-то с ней тебе зачем?

– Хочу узнать, кто она, Макс, – серьезно ответил Грейс. – Уверен, понять мы это сможем только при личном сражении. Слишком уж много в ней загадок. Если она и впрямь такая шикарная воительница, то прекрасно подойдёт нам для нашего совсекретного плана, – тут он прав. – Но этот бой должен быть моим, это мое условие!

– Я подумаю, – серьезно ответил я, но тут же, начиная давиться смехом, с наигранным пафосом добавил: – Если она так опасна, как её описали, я не смогу пожертвовать любимым братом и приму удар на себя!

 – Это нечестно! – Возмутился Грейс, но быстро решил подыграть: – Защищать жизнь наследника трона – моя прямая обязанность! Я должен обеспечивать Вашу безопасность, мой принц! – с надрывом взмолился этот шут. – Я приму боль этого боя за Вас! Кстати, – прекратил паясничать брат, – забыл, сообщить тебе ещё одну немаловажную деталь: мой агент сказал, что она шикарно выглядит, именно с приставаний к ней всё и началось.

– Описание есть? – к азарту тут же добавился интерес иного свойства.

– Дааа, – мечтательная морда Грейса стала схожа с мордой кота, обожравшегося сладкого молока. – Высокая смуглая темноглазая молодая девушка примерно 20 лет, с правильными чертами лица, чёрной толстой косой, длинными ногами, тонкой талией, шикарной попкой и грудью среднего размера. Ммммм… Поймать бы и справедливо наказать за все её злодеяния…

– Грейс, ты так описал, что боюсь, при удачном улове, перепутаешь наши цели со своими личными. Хотя, конечно, теперь приз ещё желаннее, – задумался я. – А имя и особые приметы есть?

Брат пожал плечами.

– Назвалась Тиллой. Была одета в коричневый кожаный костюм, причём тоже очень интересный: он её обтягивал как бронированная кожа, при этом не сковывал движений; местами видны вшитые тонкие металлические вставки для защиты от рубящих ударов; в бою ей порезали только плечо, это доказывает, что пробить его все-таки можно, но лишь в неопасных для жизни местах. На руках тёмные перчатки без пальцев, возможно, она под ними что-то скрывает. Высокие сапоги, в них метательные ножи. Никаких татуировок, шрамов, родинок.

Не густо…

– Кстати, Макс, может, победим её вдвоем? – подмигнул мне этот гад. – Только не как в прошлый раз с твоей Луччи, когда ты промахнулся плеткой по её заднице, и прилетело по моей. Мое аристократическое чувство собственного достоинства долго ждало извинений, но твоя будущая Императорская морда…

Договорить он не успел, в него резко полетела мраморная статуэтка бога плодородия, но Грейс сумел от неё увернуться. Жаль.

– Кем ты бросаешься?? С ума сошёл? Он обидится и удобрять население тебе будет нечем! – возмутился моим отношением этот балабол. – С богами надо поуважительнее! – Он поднял, поставил идол бога на место и, весело подмигнув, направился к двери. Уже перед тем, как покинуть кабинет, повернулся и серьезно спросил: – Императору сообщать?

– Нет!

– Я почему-то так и подумал, – ухмыльнулся Грейс.

Я кивнул в ответ. Да, это только наша охота.

– Жду тебя через полчаса в моей комнате.

Брат повернулся с ехидной улыбкой, намереваясь ляпнуть очередную скабрёзность, но заметив, что я опять потянулся к статуэтке, быстро исчез за дверями.

После долгого и детального составления плана действий, мы раздали указания подчинённым (Грейс запретил любое распространение информации о наёмнице), доложили Императору о выходе на тропу войны с его оппозицией, и, получив добро, телепортнулись в Иссар.

Принцев в провинциях в лицо знали единицы, и этим единицам на глаза попадаться мы не собирались. Облачившись в костюмы обычных наёмников и из оружия прихватив только мечи и короткие клинки, двинулись в таверну «Летучая мышь» – весьма «гостеприимное», как теперь выяснилось, заведение. Проведя там некоторое время, не услышав ничего интересного, направились прямиком к дому сестёр Шадденэр.

Внутри ничего подозрительного обнаружить тоже не удалось – лёгкий беспорядок в спальне при идеальном в остальной части дома говорил о том, что собирались быстро, и маловероятно, что с возвратом. Грейс пытался найти точку открытия телепорта, но пространство уже успокоилось, и сделать это сейчас было уже нереально. Я присоединился к поискам, но результат остался нулевым.

– Я догадываюсь, что она применила, но не знаю, откуда это у неё… – задумчиво произнёс брат.

– Ты о чем?

– Об амулете экстренной телепортации, чтоб её!

– Ты уверен, Грейс? – Брат мрачно кивнул. Я ему верил. Он один из сильнейших магов Империи, практически не уступающий мне ни в чем, а в вопросах розыска и безопасности вообще ас, несмотря на идиотскую привычку дурачиться. Меня же всё больше наполнял азарт от наглых проделок этой беглянки. – Как тогда ловить эту лису, мать её? Она же не оставляет следов!

Но внимательно осматривающий в это время комнату Грейстон, загадочно улыбаясь, кивнул на кресло у дальней стены:

– Зато оставляет подсказки, – на покрывале лежало небольшое чёрное зеркальце.

– Ты уверен, что это ее? – с сомнением спросил я.

– Предмет энергетически слишком отличается от общего фона по дому, – презрительно скривившись, он взял в руки зеркало и запустил снятие слепка ауры. Прислушиваясь к себе и восхищенно улыбаясь, постепенно выдавал информацию: – И даже яд не активировала, хотя он есть по всей поверхности. Знала, что придем сюда и… разрешила. Магии нет. Только Рат, наложенный явно не её руками. Её собственный след практически не ощущается, но у него есть какой-то своеобразный запах, размытый, еле уловимый, но не похожий на другие.

Я отобрал зеркальце и поднес его к носу. В мозг ударил яркий букет нероли и сандала, дополненный нотками послегрозовой свежести. Молча отдав зеркало Грейсу, я, продышавшись, грозно спросил:

– И это, по-твоему, слабый запах? У меня голова чуть не взорвалась от него! – В носу ещё свербел аромат девушки, и я пытался «выдышать» его из полости носа. Сейчас мне казалось, что, попадись она мне, учую издалека.

Грейс вытаращил на меня глаза:

– В смысле? Я вообще его практически не слышу! – Полюбовавшись моими дыхательными упражнениями, брат расхохотался: – Наш принц вновь превзошёл Императора и теперь может стать элитной дворцовой собакой-ищейкой, способной взять любой, даже ничтожно маленький, след! Поздравляю, Ваше Высочество! – Поклонился мне согласно этикету этот шут, но видя, что моя рука тянется к вазочке на столе, быстро скрылся в кухне и уже оттуда прокричал: – Но я предлагаю Вам всё же не гневить нашего Родителя своим превосходством!

Гадёныш…

– Выходи! Бить не буду, – пробурчал я. – Времени нет играться.

Грейстон вынырнул из укрытия и, сияя скабрёзной улыбкой, осторожненько сел на стул. Испытывать судьбу не стал, хотя по выражению лица, очень хотел что-то добавить, поэтому только ехидно спросил:

– Чем я могу помочь своему неподражаемому брату?

Препирательства с ним всегда слишком дорого обходятся моей нервной системе, поэтому я просто задал прямой вопрос:

– Почему я слышу её аромат, а ты нет, если учесть, что склонности к подобным умениям у меня никогда не было?

Грейс изобразил бурную мыслительную работу, долго думал и… в итоге только развёл руками:

– Я не знаю, Макс, но могу сказать только одно: нам это сейчас только на руку. Поэтому время терять не будем и двинемся в Аррижан, где нас должны, если не ждать, то уж точно оставить очередную подсказку

– Почему Аррижан, Грейс? – недоуменно спросил я.

– Ваше Высочество, – рявкнул в ответ брат, – кажется, ароматный удар пришелся по самому центру Вашего светлого мозга и начисто вывел его из строя. А куда она по-твоему должна пойти, исходя из оставленной нам записки и большой буквы А на крышечке зеркальца?

Мне стало почти стыдно, так тормозить и глупить мне не свойственно, но Грейс быстро переключился на свои потаённые желания и, поиграв бровями, спросил:

– Мне одному кажется, что девочка не против пойматься?

Или поймать нас, мгновенно родилось в голове, но серьёзно я эту мысль не воспринял, ведь она не знает, кто идет по её следу, а значит, просто играет в месть, будучи уверена, что в последний момент уйдет. Не уйдет, или я не Принц Драконов, сильнейший маг Империи (правда, отец думает, что после него). 

Ещё раз бегло осмотрев дом и убедившись, что ничего не упустили, мы пешком отправились в соседний городок.
Визуализация

Максиэр эт Ноттервил

Мирриэлла де Роттегран

Затягивать прятки я не планировала, но и сидеть, ждать, когда за мной придет усиленный желанием мести гарнизон во главе с ловящим меня магом, тоже желания нет. Упрячут в тюрьму, и накроется весь план большим котелком.

Поэтому прятаться мы будем на самом открытом месте, элегантно выглядывая из укрытия.

Пересёкши границу Иссара и Аррижана, я направилась к ближайшему рынку и купила там платье простой горожанки с подолом почти до пят и длинными рукавами с воланами до середины кисти. На голову приобрела элегантный серенький чепец, из-под которого красиво выпадала моя шикарная чёрная коса. Надела всю эту красоту поверх боевого облачения и улыбнулась: милашка!

А где лучше прятаться, как не в толпе. Дойдя до ближайшей таверны, скромно присела пообедать в уголочке, натянув чепчик по самые брови.

Поев и расслабившись, прикрыла глаза, решив потратить время отдыха на то, чтобы ещё раз мысленно пробежаться по деталям вызубренной наизусть внешности тех, на кого веду охоту.

Сейчас самих драконов на Континенте осталось всего четверо: Император, его сын и два племянника, отпрыски родного брата, погибшего в последней большой войне Империи со всеми. Драконов тогда было и так немного, но, по рассказам герцога и папы, нынешний Император своим стремлением к абсолютной власти сократил их поголовье до минимума, используя как военную силу, то есть, отправив фактически на убой. Оставшиеся в живых последние крылатые менее опасными не стали: любой из них во второй ипостаси один может легко расправиться с небольшой армией любого королевства. Магии и силы, как говорит дядя, у них даже больше, чем дурости и амбиций.

Дракониц на землях уже давно нет, а, соответственно, масштабные планы Драконоимператора могут положить конец существованию этих когда-то мудрых, могущественных и очень красивых существ на земле. А жаль…

Закрыла глаза и, так сказать, погрузилась в себя.

Первым вспомнила лицо Императора: хищное, жёсткое, я бы даже сказала, жестокое. Тёмные короткие волосы с элегантными седыми прядями по бокам, широкие брови, крупный нос, глубокий длинный шрам на правой щеке. Высокий, крупный. Вторым прокрутила в памяти лицо его сына. Тёмные волосы и глаза, хищный и властный пронизывающий взгляд, средняя небритость, придающая его лицу ещё бо́льшую опасность, элегантно уложенная причёска, красивой формы нос, чуть полноватые губы… Высокий, мощный, широкоплечий надо признать красивый какой-то особенной мужской красотой. Эххх, не был бы врагом...

Так, эти мысли явно лишние.

Открыла глаза и… ошалела: в таверну входил тот самый сын Императора Эстердан Лассер Максиэр эт Ноттервил и, судя по сильной с ним схожести, его двоюродный брат Идари Ласснер Грэйстон эт Ноттервил (родословную всех наших соседей и, тем более, врагов я выучила уже годам к восьми). Кто из вошедших кто, и гадать не надо: оригинал в разы привлекательнее и интереснее имеющихся визуальных образов – не широченный неповоротливый шкаф, а подтянутый, по-хищнически гибкий, плавный в движениях красивый монстр. Его аура кричала об опасности и силе и тянула к себе, как магнит.

Встреча «в любой момент» неожиданно практически состоялась…

Такого я никак не ожидала: в моем продуманном до мелочей плане, местные охотники должны были доставить к нему меня, а не он сам ко мне придёт. Надо быстро менять план.

Дождавшись, когда мимо будет пробегать служанка, я расплатилась за обед, прицепила к поясу меч (горожанка с мечом, что может быть более неприметным!?) и аккуратно вышла из заведения, направившись не очень-то торопясь через весь город, в сторону пограничного лесного массива.

Пока шла, ускоренно разрабатывала новый план ловушки.  

По дороге, в нескольких сотнях метров от таверны, сняла чепчик и повесила его на ветку ближайшего к дороге дерева, запаха моим преследователям хватит, если только они не страдают насморком. Пройдя последний дом поселения, у забора стянула платье и запихнула его глубоко под ближайший куст. Заметят.

А теперь основная часть игры. Перед тем, как приступить к ней, убедилась, что артефакт экстренного переноса исправен (если что меня или амулет с образцом встретят в тренировочном зале дворца), и начала подготовку к действу.

Недалеко от подхода к реке повесила маячок, оповещающий о приближении посторонних, который дракончики, конечно, почувствуют.

Пусть решат, что купаюсь, это собьёт их боевой настрой. Раздеваться для этого полностью не стала, только намочила волосы, заплетя их в другую мокрую косу, сняла куртку и положила её рядом с собой. На шею повесила амулет-накопитель, ментально активировала Рат.

Теперь можно ждать.

Соблазнять сегодня кого-то неопытная я буду впервые, мысленно хихикнула, обдумывая свои действия.

Теперь их ход…

Максиэр эт Ноттервил

Шли мы достаточно быстро. Могли бы ещё быстрее, но решили зайти перекусить, заодно послушать местные разговоры, может, эта красотка и здесь успела произвести фурор, но нас ждало разочарование: посетители спокойно общались каждый о своём. Значит, либо её тут не было, либо её не заметили, что весьма странно, учитывая то, как она умеет привлекать к себе внимание.

Уставший и голодный Грейстон не располагал к душещипательным беседам, но тоже обратил внимание на полное отсутствие информации о беглянке в таком заведении как таверна.

– Странно, может, она пошла в обход города? Но даже если и так, должна же она где-то есть!? – возмущенно рассуждал Грейс.

– Что именно тебя так злит? – саркастически спросил я.

– Поиски вслепую! Ни одной зацепки. Поймаю, отшлепаю! А потом уже проучу на арене, – обоснованно, надо сказать, злился этот сыщик – его профессионализму брошен неслабый вызов. Найти наёмницу для нас сейчас было делом принципа. Некрасиво водить за нос лучших магов Империи, невежливо.

Усевшись за дальний столик, освобожденный для нас работницей за звонкую монету, мы едва успели сделать заказ, как в нос ударил уже знакомый нам запах…

– Грейс, – зарычал я. – Она здесь.

Брат не стал задавать лишних вопросов, и мы принялись в зале выискивать нашу жертву, но никого даже отдаленно похожую на неё, не нашли. Подозвав служанку, я поинтересовался обо всех девушках и женщинах, посетивших заведение за последние пару часов. Она сморщила лоб, но быстро вспомнила двух: крупную габаритную местную торговку (не наш объект) и молодую высокую девушку в простом сером платье и светлом чепце, вышедшую из зала буквально недавно.

– Вы можете её описать или рассказать какие-либо запомнившиеся детали? – попросил ее Грейстон.

Девушка кивнула – её работа обязывала запоминать посетителей – и выдала интересную информацию, над которой я крепко задумался:

– Высокая, кожа тёмная, как ваша, господа, чёрная коса, глубокие синие глаза. Я бы сказала, очень красивая. Одета, как я уже сказала, в простое длинное платье и светлый чепчик. У нас многие такие носят. Их продают на рынке при входе в город. Единственное, что резко бросалось в глаза – кожаный пояс и висящие на нем тонкие ножны по виду с очень дорогим мечом. Я еще подумала, странно на такое оружие деньги есть, а на приличное платье – нет. И чаевые оставила хорошие. Сидела скромно в углу, ушла сразу после вашего прихода. Это всё, – поклонилась служанка. Грейс кивнул и положил на стол пару серебряных монет. Мы какое-то время молчали, осмысливая услышанное.

– Макс, – протянул брат, – мне это не нравится. Надо идти за ней. Если вышла совсем недавно, пойдем в прямом смысле по запаху. Так что, быстро доедаем и в путь.

Я кивнул, анализируя слова работницы про дорогой меч на поясе гостьи: переоделась в неброскую одежду, сидела в углу, но оружие прятать не стала. Подумала, что его не заметят, зная, что работники подобных заведений видят абсолютно всё? Сомневаюсь. Вышла при нашем появлении – совпадение или очередная подсказка? Носит на себе ощущаемый (хотя пока только для меня) аромат эфирных масел, который опытный маг всё равно услышит. Очччень интересная дамочка.

Выйдя из таверны, я поделился соображениями с Грейсом. Тот, оказалось, думал о том же:

– Мне кажется, она не просто знает об охоте на себя, но и пытается вести её по своим правилам. Вот меня смущает, что слишком открыто она скрывается. Вопрос: какова её цель, куда она нас ведет? – Грейстон помолчал и гневно выдал: – Бесит, когда в игре я – ведомый. Я сейчас чувствую себя собакой, которую насильно тащат на поводке!

Я согласно рассмеялся.

– Надо сходить на рынок и проверить информацию. Вдруг эта… загадочная особа заплатила девчонке-прислуге, чтобы та рассказала именно так? Вот не удивлюсь.

Мы направились к лавочнику, в беседе с которым выяснилось, что да, наёмница приобрела его товар – он запомнил её яркую броскую внешность и очень выразительную фигуру.

– Я понимаю, что моя просьба может показаться странной, – обратился к нему я, – но не могли бы вы отыскать те монеты, которыми она свами расплатилась?

Грейс понял смысл моей просьбы, и задавать глупых вопросов не стал. На наше удивление торговец потянул нам искомое и на наши удивленные глаза с хитрой улыбкой ответил:

– Слишком новая…

Ещё одна загадка в нашу копилку. Если она давно путешествует, откуда у неё новые монеты? Опять совпадение? Что-то многовато их накапливается. Я вдохнул запах металла и чётко ощутил нужный аромат. Торговец не солгал. Обменяв эту монету на равнозначную и добавив дополнительную, мы ускоренно двинулись обратно. Что-то подсказывало, что гулять она не будет, а продолжит свой путь в сторону противоположного выхода из города.

Самым внимательным из нас двоих оказался Грейс, но его и служба обязывала: на ветке висел серый чепец. Кому он принадлежал, даже гадать не стали. Сомневаюсь, что горожанки разбрасываются направо-налево своими вещами. Покрутив в руках, я вынес вердикт – её.

Грейс начинал злиться, и я испытывал аналогичные чувства. Всё-таки ведет она. Куда?

– Макс, она знает, что делает! И издевается. У меня складывается ощущение, что ловим не мы её, а она нас! Ладно, заноза! Думаешь ты хитрее Ноттервилов? Ошибаешься! И признание этого будет очень болезненным, крошка! – Шипел он, больше общаясь с собой, успокаивая своё задетое профессиональное самолюбие. Я его понимал, как никто, и сказать, какого чувства во мне сейчас было больше – азарта или здоровой злости – я бы не смог.

На выходе из города, меня привлек знакомый аромат откуда-то из-за кустов палисадника. Кивнув Грейстону головой в «зовущую» сторону, дал указание осмотреть кусты. Долго искать не пришлось: под третьим нашли спрятанное в глубине скомканное серое платье и окончательно убедились в своём предположении: мы на поводке. Переглянувшись, пришли к выводу, что нас обоих с головой накрывает бешеный азарт.

Места поиска у нас сейчас два: ворота и лес слева от них. В том, что она пошла по первому пути, мы сомневались: оставлять подсказки и убегать в другой город глупо. Но дабы убедиться в предположении, мы всё-таки дошли до ворот, выяснили, что такая не проходила.

Значит, всё-таки лес. Что же нас там, милая, ждет?

– Грейс, если это ловушка, то попасться в неё будет верхом тупости, – грозно, но спокойно предупредил его я, хотя он и так все понимал.

Пока мы шли, каждый обдумывая идеи отлова, я поймал себя на мысли, что мы за последнее столетие сильно расслабились, отлавливая только отцовскую оппозицию, по привычке делая это быстро и однообразно. Мы именно привыкли быть умнее и сильнее, что нас боялись, а что ждет нас здесь, предсказуемым не было. Впервые вели не мы, а это, и правда, неслабо разжигало азарт погони.

Зайдя вглубь, я немного потерял среди запахов леса её аромат, поэтому пришлось принюхиваться, но через какое-то время услышал речные запахи, смешанные с активно искомым. А вот и наша добыча!

– Грейс, она у реки, – мы развернулись в нужную сторону, но пройдя десяток шагов, оба почувствовали маячок.

Таиться нам смысла не было, она ждала. Решив зайти с разных сторон, я пошёл слева, а Грейстон напрямик. Выйти на берег должны были одновременно, чтобы сбить концентрацию.

Дойдя до места выхода, я увидел её. Сказать, что дракон внутри меня взревел от желания её получить, это ничего не сказать. На берегу с прямой, слегка прогнутой в пояснице спиной, сидела шикарная молодая девушка. Каждое движение её рук было мягким, словно ласкающим, а я уже «видел» эти руки на своей груди. На ней были только кожаные брюки и сапожки, куртка лежала рядом. Бюст прикрывали какие-то тонкие кружева. Размер её груди успел оценить, когда она лениво подбросила камушек в воду – будто созданы для моей немаленькой ладони. Что со мной происходит? Справиться с нахлынувшим желанием я смог не сразу. Дракон рычал и тянулся к ней.

Аккуратно поискав глазами Грейстона, убедился, что он практически в таком же состоянии: похотливый заинтересованный взгляд, и ладони, потираемые друг о друга. Надо выходить, а то этот демон всё испортит, начав заигрывать. А то, что девочка нас откровенно соблазняет, сомнения не было. Все это ради секса в лесу?? Не хочу верить.

Я внимательно понаблюдал за её движениями и убедился, она знает, что мы за спиной. Тряхнув головой, наёмница эротично перекинула косу через плечо и томно потянулась за курточкой. Медленно поднялась, стоя лицом к реке, надела её и грациозно повернулась к нам. Именно сразу к обоим: практически развернувшись лицом в Грейсу, она недовернула корпус так, чтобы я понял, что моё местонахождение ей известно.

Демонстративно элегантно застегивая куртку, она остановила молнию у основания привлекающей внимание ложбинки между грудей, подалась вперед, поднимая свои вещи и красиво их надевая, и, отряхнув руки от песка, с усмешкой произнесла:

– Наконец-то, господа ловцы. Можете больше не прятаться.

Первым сделал шаг Грейстон, за ним вышел я.

Любуясь ею и твердо решив, что уйду отсюда только с ней, параллельно внимательно осматривал её безделушки: серьги, кольца и интересный металлический кулон на шее. Без применения магии понять их предназначение не удавалось. А запускать магическое сканирование я не торопился. Думаю, Грейс тоже не сделает такой глупости.

– Доброго дня, милая девушка, – включился в беседу брат, оставляя за мной обязанность наблюдать и анализировать происходящее.

Она слегка кивнула в ответ и прямо спросила:

– Зачем вы меня искали? – Её стойка с упором на обе ноги говорила о боевой готовности, а, значит, нужно включить дипломатию на максимум, иначе поединок может состояться сейчас, а это нам не нужно, и ей, думаю, тоже, хотя она к нему уже подготовилась. Всё-таки не пустышка, профессиональный боец.

Я изобразил максимальную расслабленность тела, перекинул меч за спину, показывая тем самым, что к бою сейчас не готов. Грейс последовал моему примеру (в таких случаях мы действовали слажено – годы совместной работы приучили доверять друг другу и понимать с полужеста) и вальяжно направился к девушке. Его мгновенно встретило острие меча. Шустрая! Невероятная ловкость и скорость! Учтём.

– Я жду ответа на свой вопрос, господа.

– После вашего фееричного появления в Иссаре, только ленивый о Вас там не говорит, – медленно, хищно растягивая слова, отвечал брат, стараясь практически незаметно обходить красотку. Но и она глупой не была – резко сделала шаг в сторону, увеличивая расстояние между ними. Грейстон остановился, правильно поняв её маневр. – От такого обилия восхвалений и восхищения Вашими умениями и бесстрашием, захотели познакомиться, так сказать, лично. Убедиться, что это не болтовня народа от скуки, а реальная история про потрясающую девушку-наёмницу с невероятными способностями.

В ответ на его обольстительную речь, она насмешливо скривила свои пухленькие губки, словно ничего из сказанного её не проняло, и как само собой разумеющееся, усмехнулась в ответ:

– Один уже лично поприветствовал. Теперь кроме вас меня ищут ещё и другие ваши люди. А вы здесь только убедиться? С какой целью за мной пошли именно вы?

«Ваши люди», «именно вы»? То есть, она понимает, что мы не просто охотники на неё. Уже интереснее.

Грейс неоднозначно, пожал плечами.

– Спасибо за честность! – холодно сказала наша собеседница. – В чём-то уже убедились или пришли сюда за демонстрацией?

– Не во всем, пока только в том, что Вы действительно потрясающе красивы, – по-кошачьи улыбнулся Грейс и задал очередной вопрос: – Скажите, если Вы знали, что, как выразились, именно мы идём за вами, почему не скрылись, ведь возможностей было не мало? Даже подсказки оставили, чтобы легче искать было.

– Честность за честность? – девушка оценивающе посмотрела на меня, и я кивнул. – Хочу, чтобы вы меня отпустили и забыли, а догонялки этому не способствуют. После того, что произошло в Иссаре, шансы на это крайне малы: по-вашему, меня надо либо найти и наказать, либо нанять, но ни то ни другое в мои планы, увы, не входит. Ведь отправленные по моему следу охотники не прекратят преследование, пока не выполнят приказ, так? – И правда, не глупая. Опять кивнул. – У меня небольшой выбор: либо они меня приведут к вам, что грозит мне большими сложностями, либо к вам приду я сама, что для меня проще, и мы постараемся договориться.

Молодец, всё продумала.

– Вот только не ожидала, по правде говоря, что вы сами ко мне придете, – на лице только лёгкое разочарование. Ага, значит, не всё! Есть шанс повернуть игру под наши правила.

Я молча снял с плеч свой походный плащ, постелил его на травяную полянку, отстегнул меч и бросил его недалеко от себя. Элегантным жестом пригласил присесть, но наемница отрицательно покачала головой. Пришлось присесть самому, подав Грейсу нужный намек. Тот понял намек и расстелил свой, на котором уселись мы оба, мой отдав только девушке. Пришлось взять слово:

– Давайте поговорим, как взрослые люди. Вы действительно совершили наказуемый проступок на территории нашего государства. Мы в курсе тех обстоятельств, которые Вас к нему подвигли, но последствий это не умаляет. Пострадал начальник городской стражи Иссара, второй человек в городе и это весомая причина Вас казнить, вы же понимаете? – Девушка с достоинством кивнула. – И, да, я всё-таки настойчиво прошу Вас присесть. Смотреть снизу вверх крайне неудобно, а причинять Вам вред мы не желаем. – Ещё раз внимательно нас осмотрев и недолго подумав, она всё же опустилась на плащ, но оружие положила рядом, чтобы удобно было воспользоваться при необходимости. Отлично, прогресс есть. Продолжим: – Мы бы хотели получить ответы на некоторые наши вопросы, если позволите.

– Ничего не обещаю, но постараюсь. И при условии, что вы оба представитесь.

Я кивнул.

Мирриэлла де Роттергран

А вот и мои дракончики. Ха! Вот же ж два брата-близнеца, одинаковых с лица!

На поляну с разных сторон вышли два очень похожих друг на друга и статью и внешностью мужчины: высокие, крупные, подтянутые. Отличия, конечно же, присутствовали, в виде более тёмного цвета волос и кожи у одного из них, но по первому впечатлению могло показаться, что они родные братья. Красивы оба, надо признать…

Быстро они, молодцы. А попытка окружить меня забавна, уважим старания.

Вложив в свои движения максимум женственности, я постаралась сбить их боевой настрой, откровенно эротично застегивая курточку до середины груди, стоя к ним лицом. Челюсти у мужиков отвисли. Отлично, теперь разговор жёстким уже не получится.

Я оценила поведение и того и другого гостя и пришла к выводу, что сын Императора внушал большую опаску, нежели его похотливый братец. Второй не менее опасен, но сейчас ему полноценно проявить свои умственные способности слегка мешает «младший» в штанах. Наследник же выглядит более серьёзным и собранным, словно готов к последнему прыжку за выслеженной добычей.

Несмотря на разное поведение, в тандеме они очень опасны: оба сильные маги, отличные воины, грамотные стратеги. Выиграть и уйти от них можно только благодаря женской хитрости. 

Для начала нужно убрать с лица эмоции, засунуть страх поглубже (только полная идиотка на моём месте не боялась бы визитёров!), не реагировать на словесную патоку этого слащавого обольстителя – приятно, конечно, сразу видно, дамский угодник, но вот то, что говорит это мне именно он, почему-то вызывало отторжение. Хотя если бы так общался принц, я разочаровалась – подобное уронило бы его в моих глазах.

Мне совершенно не понравилась их «почти честная» манера отвечать на мои вопросы, значит, и у меня есть моральное право недоговаривать. Это же не обман?... Главное, всё делать с холодной головой и грамотным расчётом. Мне очень хотелось, чтобы они сами признались в том, кем являются на самом деле, открывать карты, показывать, что я их знаю, не стану. Пока. Пусть помучаются.

Единственное, что раздражало, так это то, что, судя по всему, отпускать они меня не намерены от слова совсем. Почему такой вывод? Да потому что если бы я не была так сильно им нужна, их бы здесь не было. А раз они пришли за мной лично, значит, и мои условия примут.

По настоятельной просьбе гостей, я села напротив них.

Поза наследника только на первый взгляд выглядела безобидной, но если присмотреться, то сам он был максимально подобран: согнутые в коленях ноги, прикрывающие корпус, лежащие на них руки, скрещенные в немного сжатых ладонях, чуть поданный в мою сторону корпус, говорящий о неслабом интересе к моей скромной персоне…

Ну что ж, начнём.

– Мы бы хотели получить ответы на некоторые наши вопросы, если позволите. – Вежливо начал «допрос» принц. Вот повезло мужику, не только мордой вышел, но и от голоса в животе бабочки порхают.

Мирри, соберись! Одна ошибка и всё псу под хвост.

– Ничего не обещаю, но постараюсь. И при условии, что вы оба представитесь, – по душе разлилось ехидство: не вы одни такие хитромордые.

Беседа с сыном Императора подтянула дополнительные ресурсы моего организма для самоконтроля – каждое слово здесь нужно продумывать.

Он кивнул:

– Меня зовут Макс, а это мой брат Грейс, – кивнув в сторону своей почти копии, назвался дракон. В глубине души мне стало смешно: свои имена Ноттервилы сократили. Считают меня не настолько образованной, чтобы знать, как зовут принцев драконьих Земель, так мне же это только на руку – будем иногда включать дуру.

– Тилла, но уверена, вы уже в курсе.

– Первый: Вы сказали, что не ждали именно нас. Вы знаете, кто мы? – Я пристально посмотрела его лицо и взяла паузу перед ответом, надев на лицо холодную маску со слегка искривлённым в надменной улыбке выражением лица.

– А есть те, кто вас не знает?

– Это не ответ, – резко парировал он. Не нравится? Взаимно.

– Возможно только для вас, – отбила подачу и услышала следующий интересный вопрос:

– Вы нас боитесь?

– Разумно опасаюсь. Вас здесь двое и вы сильные маги, – честно ответила я.

– С чего вы взяли, что мы маги? – Прекрасно владея собой, уточнил Максиэр.

– Я ошиблась? Мне это обычно не свойственно, – усмехнулась я ответ.

– Забавная у Вас манера отвечать, Тилла, – ухмыльнулся дракон. – Нет, не ошиблись. Но может, расскажете, как Вы это поняли? Магию мы не использовали, надписей о ней на себе не носим.

– Ваши вещи.

– Что наши вещи?

– Они зачарованы Вами лично, – я блефовала, но и мне тоже нужны ответы.

– Очччень интересно, дорогая Тилла. А откуда Вы знаете нашу магию?

– Знакома! – нагло заявила я, и мужчины практически одновременно наморщили лбы и задумались.

Словно параллельно что-то решая для себя, Максиэр озвучил просьбу:

– А могу я Вас попросить открыть нам чуть больше подробностей о таком Вашем таланте?

– Каком?

– Узнавать магию.

– У меня нет такого таланта. Это всего лишь, логичное предположение.

– И из чего вы его сделали, позвольте спросить?

– Если вы внимательно посмотрите друг на друга, то всё поймете, – неискренне улыбнулась я. Сидите и гадайте теперь, умники. Грамотный блеф – значительно повышает шансы на успех.

Мужики повелись и буквально пару секунд разглядывали друг друга, а я – наслаждалась своей маленькой победой. Попались. И по моему негромкому смеху они это поняли.

– А вы, я смотрю, та ещё хитрая девушка! – рассмеялся Грейс, толкнув хмурящегося Максиэра локтем. – Учтём, госпожа Тилла, учтём! – подмигнул мне и красиво потянулся. Кошак, мысленно фыркнула я, но меня этим не пробьёшь, вот не вызывает он во мне приятных эмоций, в отличие от брата, слишком слащавый. В ответ я с улыбкой поиграла бровями.

– Что ещё вы хотите узнать, господа охотники?

Но тут Грейстон лег на живот, опершись на локти и создавая видимость легкой дружеской беседы, и игриво спросил:

– Почему вы убили только одного и оставили в живых Шаминэра?

Подобный вопрос был ожидаем, и ответить на него решила честно:

– Я никого не хотела убивать, скажу больше, приложила все усилия, чтобы травмы были заживляемыми. Предупредила о последствиях, но достучаться до здравого смысла так и не смогла. Даже бросок звезды не заставил их задуматься, а только дал толчок идти напролом. Этот дубовый первопроходец вообще не отличается наличием хоть каких-то зачатков разума, видно, привык брать силой и агрессией. По мужскому мнению, драка с женщинами, считающими себя воинами, вообще для вас, мужчин, нечто унизительное – ведь мы созданы для иных развлечений, – и таких, как я, надо стразу ставить на место или в позу. Вот только жаль, что навыков для подобного в случае со мной не хватило, – презрительно усмехнулась воспоминаниям. – Ваш Шаминэр, простите за прямолинейность, фееричный засранец, не считающийся ни с какими потерями ради достижения своих целей. Смерть для него слишком простое наказание за мерзкий характер и злодеяния. Теперь он сам среди тех, кого считал отбросами. – На лицах внимательно слушающих меня драконов я заметила некое уважение и согласие с моим мнением. – Мужиков даже жалко немного, но, как говорится, дураков надо учить. Я и того одного убила только потому, что несмотря на приказ начальника взять меня живой, он не собирался этого делать, слишком поглотили его злоба и чувство мести. У меня не было выбора.

– Ха! Заживляемые раны! – дослушав меня до конца, воскликнул Грейстон. – Да их там латать и латать, а целителей такого уровня в Иссаре давно нет. Если Вы считаете, что это называется «приложили все усилия», то я бы оспорил это утверждение, ведь порезали Вы их таким образом, что конечности теперь практически недееспособны. Да, и почему именно таким способом Вы решили обезвредить стражников? – тут же спросил он.

Я горько улыбнулась.

– Все просто. При нанесении ударов в жизненно важные части тела, я повышала риск смертельного исхода – кирасы и кольчуга бы их не спасли – их мощь и опыт работы в страже никак бы им не помогли. Наши навыки и умения слишком разные. То, что в городе нет целителей, уже проблемы руководства города. Принимая решение сразиться именно так, я поставила перед собой две цели: первую уже озвучила, а вторая – заставить пользоваться мозгами хотя бы тех, кто наблюдал, и делать выводы, а в идеале учиться на ошибках других. Судя по тому, что в драку они не вмешались – соображать всё-таки могут.

Максиэр сидел и внимательно слушал всё, что говорю и делаю, впитывая каждое слово и жест. Значит, у Грейстона роль отвлекающего. Оценила. Изменим правила.

– Макс, а у Вас есть ко мне вопросы? – томным голосом, причём неожиданно даже для себя самой, обратилась к принцу.

Тот кивнул и очень строгим тоном, словно на допросе, поинтересовался:

– Куда Вы дели сестер Шадденэр?

– Вы о ком? – удивилась я широко открытыми честными глазами: умение смотреть чистым невинным взглядом выработалось годами постоянных тренировок для сокрытия последствий неудачных боёв или экспериментов с бойцами моей охраны. Училась, как могла, всему и изо всех сил!

Макс постарался отзеркалить моё выражение лица и с такой же интонацией спросил:

– О девушках из зелёного дома, исчезнувших благодаря Вашему телепорту, – глазками хлоп-хлоп. Какой милашка!

– Зелёный дом… Девушки… Телепорт… Вы уверены, что вопрос по адресу? – изобразила искреннее непонимание я.

– Более чем, – ухмыляясь и давая понять, что правила игры приняты, ответил принц. Рядом старался не ржать Грейстон, зажав в кулаке нос и рот разом.

– Не знаю, о чём вы говорите, но если вы о тех молодых особах, чьих родителей Шаминэр прилюдно казнил на площади, то я рада узнать об их исчезновении, может, их жизнь станет легче. Предвосхищу вопрос, откуда я об этом знаю: этот говнюк, сам похвастался, показывая на одну из служанок таверны, коей являлась одна из сестер, – в наглую и с удовольствием врала я. Удивительно, но Максиэр изо всех сил, хотя и с трудом, пытался делать вид, что верит. – Следующий вопрос, господа? – уже откровенно развлекалась я.

Тут, открыто смеясь в голос, высказался Грейс:

– Не знаю, как ты, Макс, а я думаю, что это пустая трата времени. Ваши интеллектуальные способности, Тилла, мы оценили.

Принц недовольно на него посмотрел, но перечить не стал.

– Если все вопросы, выяснены, господа, предлагаю, разойтись с миром, – я поднялась с плаща, мужчины последовали моему примеру, подобрала оружие и саркастически добавила: – Если только вы не собираетесь со мной сражаться, но что-то мне подсказывает, что я ошибаюсь.

– Почему Вы так решили, Тилла? – загадочно улыбнулся Максиэр.

– Вряд ли вы шли бы просто поболтать. Цель должна быть более существенной: например, нанять или заставить расплатиться каким-либо образом за совершённое. Ваша экипировка говорит о том, что сразиться со мной в ваши планы точно входит.

Принц уважительно на меня посмотрел и дипломатично уточнил:

– Не сражаться, Тилла, а расширить свои познания и усовершенствовать нашу технику боя. Если, конечно, Вы нам позволите?

– Это теперь так называется? – рассмеялась я. – Ну-ну. Выбора, я так понимаю, у меня нет?

Я осознавала, что перед боем мои противники постараются обезопасить себя, обследовав меня на предмет магии и магических амулетов. На мне было несколько небольших, но броских украшений, которые должны вызвать к себе интерес, а это для моей главной цели – получение образцов – уже немало. Стоило мне, потянувшись рукой к вороту куртки, незаметно его расстегнуть, открыв доступ к висящему на шее камню, как по телу прошла обволакивающая теплая волна – проверяют. Я стояла неподвижно, открыто улыбаясь, давая понять, что знаю об их проверке.

– На Вас очень интересные артефакты, Тилла: то ли они защищают Вас, то ли Вы их, – уважительно произнес Грейс. – Не расскажете о них?

– А должна? – ухмыльнулась я.

– Конечно же, нет. Это была только просьба, не больше, – и опять этот улыбчивый змеиный взгляд. – Мы лишь не хотим причинить Вам боль от нашего неведения, поверьте, и надеемся, что ваши украшения не доставят её нам.

– Не доставят, если вы не будете пытаться до них дотронуться, – я почувствовала, как кулон на шее начал нагреваться, значит, работает, что не может не радовать. В идеале в него бы вложить образец их боевой магии, но пока это не вариант. – Снимать я их не стану, опасности для вас они не представляют.

Посмотрев на Максиэра, я замерла: он сосредоточенно смотрел на кулон, а пальцы на руках от внутреннего напряжения шевелились. Что он делает? Кулон становился всё теплее и теплее. С одной стороны, это хорошо, а с другой – нельзя было акцентировать внимание на том, что именно он «изучает». Постаравшись привлечь внимание легким покашливанием, я, приподняв левую бровь, задала немой вопрос мужчине. Он лишь на миг смутился, но взяв себя в руки, строго спросил:

– Что за украшение на Вашей шее?

– Личная защита, – спокойно, почти не солгав, ответила я. Она была вплетена в цепочку кулона.

– Странная вещица…

– Я бы сказала, уникальная, – улыбнулась в ответ.

– Возможно. Я попросил бы Вас снять его перед спаррингом. Оно не внушает мне доверия, – жесткий и властный тон этого принца и забавлял, и внушал опасение одновременно, но, что удивительно, не страшил. Зато безумно захотелось поддеть этого наглого драконишку.

– Если мое украшение для защиты от ментального воздействия внушает Вам такой сильный страх, я, конечно же, его сниму, – растянув от уха до уха улыбку фальшивую, я потянулась к кулону. Вся соль была в том, что, убрав его с тела, ничего, по сути, не изменится.

– Не переживайте, мы не планируем как-то влиять на Ваш разум.

«Не планируем», хорошо сказал, хитро. Учтём…

– Не имею привычки переживать на пустом месте, предпочитая защищать себя от лишней головной боли. – Отстегнув украшение, подкинула его в руке. И тут в голову пришла сумасшедшая идея! А вдруг?? – Снятый с тела, этот артефакт не меняет своего назначения. Создатель обещал, что разрушить его оружием нельзя, только магией, и то, только если она мощнее его собственной. А я уже успела убедиться, что Ниварр всё-таки лучший маг Горнолесья, чью магию победить всё так же невозможно.

– Ниварр? – очень удивился Грейс (ну да, вспомнила наобум имя одного из известных магов – правду всё равно не узнают, а проверить и сличить, если все получится, не успеют). – Друид из Кагирра? Он же давно отошёл от мирских дел! И он далеко не лучший! При желании его арт несложно разрушить. Кстати, откуда он у Вас?

– Это его прощальный подарок мне за оказанную услугу, – загадочно ответила я и изобразила легкую растерянность и грусть на лице.

– Что-то случилось? – осторожно спросил Грейс. – Вы расстроились?

– Ваши слова посеяли в моей душе сомнение – мой наниматель уверял, что его подарок достоин оказанной услуги и всегда будет со мной, потому что нерушим. Вы же уверяете, что его магия не так уж и хороша.

Я раскрыла ладонь и посмотрела на лежащий на ней искрящийся амулет, а затем, словно испытывала боль, сжала его в ладонях.

– Получается, друид меня обманул?

Драконы смущенно переглянулись, но что ответить не нашлись, чем я бессовестно и воспользовалась:

– Могу я попросить вас о небольшой услуге господа?

– О какой именно? – недоверчиво уточнил принц.

– Моё женское любопытство не даст мне теперь покоя, пока я не найду доказательств правды или лжи друида. Попробуйте разбить амулет. Я, увы, не маг, и сама не смогу, да и вряд ли такая возможность предусмотрена.

Разрушить металлический саркофаг арта при всем своем желании драконы не смогут, а вот напитать камень вполне.

– Странное у Вас желание, Тилла, – усмехнулся Максиэр. – Для чего Вам это? – Не дурак, а, как говорится, зря, так мечталось... Ну, в принципе, я и не рассчитывала на легкое согласие.

– Смогу понять, честно ли со мной расплатились, – спокойно произнесла в ответ.

Мужчины явно мысленно сомневались в моих словах, но азарт в их глазах боролся со здравым смыслом, осталось подтолкнуть. Выдержав приличествующую для раздумий паузу, словно поняв свою ошибку, качая головой, с грустью в голосе произнесла:

– Я не хотела вас задеть или, тем более, оскорбить, простите за столь неразумную просьбу, – с максимально печальной моськой повинилась я.

На лице Грейса мелькнуло возмущение, быстро сменившееся недовольством. Отлично, азартный дракончик, слабое место нащупано.

– Лично я, что естественно, не собираюсь мериться силами с Ниварром, это было бы проявлением неуважения к великому мастеру, но уверен, что разрушить этот артефакт всё же возможно, я немного успел его рассмотреть. – Отлично, значит, в моей копилочке уже есть магия и этого дракончика! И, возможно, будет ещё! Потрясающе! Как всё-таки бывает порой полезна мужская болезнь, мериться своими достоинствами. – Но, может, сначала всё же попробуем оружием, мало ли что обещал старый друид, проверять, так проверять?

Я пожала плечами. Уверенность в неразрушимости саркофага кулона была стопроцентной – основу защиты на него разрабатывал мой отец, а ставили два самых сильных артефактора нашего королевства – ни оружием, ни магией он не уничтожался. Открыть его могут только те, кто эту защиту накладывал или тот, под кого он создавался. Помню, на спор один из послов соседнего государства ударил мечом по камню, окутанному в папин «щит». Меч в хлам, руки посла стали похожи на плети, а сам он несколько минут без сознания лежал под ближайшим кустом ограды общей тренировочной арены (дальше уехать то ли грузность не позвонила, то ли папа сжалился и силу «ответки» занизил). После горячего дядьку подняли, подлечили, и… он подписал контракт с папиной артефакторной мастерской.

– Может, не делать это руками, а на всякий случай бросить камнем? – осторожно намекнула драконам.

– Почему? – Удивился Грейс. – Вам что-то известно?

– Точно, нет, это лишь предложение, – отошла подальше и ухмылялась уже оттуда.

Как и ожидалось, попавший в контролируемую защитой зону камень разлетелся в мелкую крошку, осыпав стоящих слишком близко к нему драконов, изучающих происходящее широко раскрытыми глазами.

– Что-то знакомое, – отряхиваясь, негромко заговорил Максиэр. – Про такую защиту я слышал, но пока не сталкивался. Ниварр, конечно, очень сильный маг, но его ли это работа...? – Задав «в никуда» свой вопрос, он повернулся и пристально посмотрел мне в глаза.

Я внимательно слушала, делая выводы: Максиэр менее импульсивен, нежели Грейстон, а, значит, более разумен и опасен, и надо заставить его действовать, а не рассуждать. Мне нужна их боевая магия.

– Ух, ничего себе! – «восхитилась» я, выйдя из кустов. – Мне кажется, друид не солгал и испытание можно закачивать, – обратилась с довольной улыбкой к рассматривающим издалека результат мужчинам, отвлекая их от ненужных мне размышлений.

Грейс задумчиво отрицательно показал головой:

– Макс, смотри, узлы заклинания в третьей и седьмой плоскости. Если одновременно их развязывать с вплетением разрыва связки, то по идее защита должна развеяться.

– Знаешь, то же самое будет, если магическим ломиком по нему долбануть, – ухмыльнулся Максиэр.

– Ага, и эффект такой же, как и с камнем, только более красочный и эпичный, – заржал Грейс.

Я стояла сзади и не дышала, боясь спугнуть удачу. Неужто, они преподнесут мне такой сказочный подарок, как сплетённое заклинание? Решайтесь, дракончики, решайтесь!

Принц замер, подозрительно вглядываясь мне в глаза. Умён, зараза.

Но азарт Грейса взял верх и убедил Максиэра поучаствовать в этой авантюре.

Ещё немного поспорив и посчитав, они всё же остановились на двойном ударе по кулону, направив на него мощные волны сжигания чужой магии, но металл выдержал. А вот камень внутри сиял непередаваемым ярким светом, показывая, что наполнен содержимым под завяз. Даааа!!!

Еле сдерживая поглощающее меня ликование, я медленно подошла к своему лежащему на полянке украшению, взяла в руки, покрутила в ладонях, чтобы дать им убедиться в своем бессилии, и, улыбаясь, убрала в нагрудный карман.

– Благодарю за помощь, господа! Вы развеяли все мои надуманные сомнения.

Ноттервиллы пребывали в ступоре. Грейстон же никак не хотел мириться с тем, что, по его мнению, их практически божественная по силе магия не смогла справиться с магией какого-то старого друида – Его Светлость фонил бешенством. Я же была счастлива. Главное, осталось быстро переправить артефакт отцу.

– Этого не может быть, Макс! – возмущался Грейс. – С каких это пор друиды стали сильнее др… других магов? – Быстро поправился он, но его запинку я уловила.

Пока Грейстон возмущался, Максиэр пристально смотрел на меня, словно давая понять, что обо всём догадался и ждет, когда я сама ему всё расскажу, но в ответ получил лишь только лёгкую с прищуром для загадочности победную улыбку. Оценив моё молчание, принц вновь серьёзным тоном прямолинейно обратился ко мне:

– Во всем ли Вас интересующим Вы смогли убедиться, Тилла?

Я слегка кивнула. И не только убедиться: я смогла получить желаемое, не раскрыв себя, скрыть свои магические возможности и… обхитрить двух драконов! Да я просто умница-папина дочка!

– А в чём именно, если не секрет? – его до крайности спокойный голос обдавал холодной опасностью: происходящее ему не нравится.

– В том, что друиды не обманывают, отдавая свои долги. Ниварр заслуживает того почтения, которым овеяно его имя, – тактично ответила я (знали бы сами друиды, какую славу я им сейчас создала своим наглым враньём!).

– И всё? – Я успела заметить его еле уловимое движение корпусом в мою сторону, словно он в любую секунду готов совершить рывок в мою сторону.

– Ну и поняла, что бить вы меня будете сразу оба.

Брови Грейстона взлетели вверх от удивления:

– С чего вы сделали такой вывод, позвольте спросить?

– С того, что с самого начала обсуждения вы даже не подумали решать проблему поодиночке, а сразу решили нанести совместный удар. Этого вполне достаточно, чтобы сделать определённые выводы о ваших методах борьбы с неприятелем, – прямолинейно с победной улыбкой ответила я. – Ну так что, можно готовиться к бою? – заломила вопросительно бровь.

Раздутые ноздри принца говорили о старательно контролируемом гневе. На что же ты так злишься, дракончик? Только на то, что не справился с защитной магией кулона? Понимаю, болезненно получать тому, кто приравнивает себя к богам, такой щелчок по носу. Что ж, будете умнее. Жаль, что теперь они будут в разы осторожнее, понимая, что я далеко не так глупа, как им показалось вначале.

– Кстати, – подойдя к практически в прямом смысле огнедышащему Максиэру, провела пальчиком по груди, и, глядя в глаза, почти шепотом спросила: – Может, тогда озвучите условия ведения боя и победы? И кто и что за нее получит. – Отведя взгляд, слегка толкнула принца пальцем, и сделала два шага назад.

Ух, какой темперамент! Была б его воля, придушил на месте, но ничего, думаю, сейчас отомстит.

– До первой крови, и только оружием, без магии. – Таким тоном и заморозить можно, господин дракон! – Победитель получает исполнение желания.

– То есть вы согласны отпустить меня домой? – удивленно воскликнула я, давая понять, что в своей победе не сомневаюсь.

– Ты ещё не победила, девочка! – прошипел он. Вот это его кроет! А где же хваленный драконий контроль? – Твои условия.

– Только одна услуга, исходящая из моих профессиональных умений. И вы не тронете меня как женщину и не заставите вам служить. Никак.

Мужчины кивнули.

– И да, – включив тоном будущую королеву, вложила в голос холодную властность и жёсткость, – соглашение мы скрепим клятвой крови. Зачитывать её будете вслух. Заключённой она будет считаться только после трех слов «Принимаю». Если же в ней окажется хоть что-то, позволяющее дать вам преимущество или оставить лазейку, я уйду. Я надеюсь, вы вспомните мои поиски и поймёте, что найти меня можно, только если я сама этого захочу.

Грейс встал между мной и принцем, частично плечом отгораживая его от меня – видимо, понял, что с эмоциями Максиэр не справляется – и молча кивнул. Впечатлился. Это хорошо.

А теперь последний самый важный и серьёзный момент, ради которого я через всё это прошла: перекинуть отцу образцы драконьей магии. А бой – это так, не убьют же на самом деле, остальное ерунда, выкручусь…

Я кивнула в сторону дальних кустиков и попросила дать мне несколько минут привести себя в порядок. Отойдя на несколько метров, достала из кармана кулон с заполненным под завязку магией аллавитом и артефакт не отслеживаемого экстренного переноса в виде тонкого невзрачного серенького колечка, практически не оставляющий после себя магический след. Добавив к посылке слова: «Здесь магия двух принцев. Иду за Императором. Вернусь живой, обещаю! Люблю, твоя Мирри», открыла совсем маленький телепорт и швырнула в него кулончик. Всё.

Телепорт мгновенно закрылся, а я прислонилась спиной к ближайшему дереву и от облегчения закрыла глаза, одновременно пытаясь сама себе ответить на вопрос, зачем осталась?

Подумать, как следует, мне не дали – ко мне, не скрываясь, быстрым шагом направлялись эти два… дракона. Что они тут забыли? Неужто, почувствовали магию переноса, испугалась я, но этого быть не должно, она практически не слышима! Я отстранилась от дерева и вышла им навстречу, спокойно поинтересовавшись:

– Что-то случилось?

– Мы это и хотели узнать, – рыкнул принц, но Грейс более мягко, но без словесных изворотов, спросил:

– Тилла, вы сейчас использовали телепорт?

– Оставшись здесь? – удивленно вскинула брови я.

– Это был бы второй наш вопрос, если бы Вы прямо ответили на первый, – с наигранной улыбкой, намекнул на моё увиливание Грейстон.

– Если бы я его использовала, то вы вряд ли беседовали сейчас здесь со мной, а я как видите, перед вами, – подняв голову и стараясь унять подрагивающие от лёгкой паники колени, я гордо прошествовала мимо мужчин на поляну, красиво покачивая бёдрами.

Максиэр эт Ноттервил

– Макс, ты совсем себя не контролируешь, что с тобой происходит? – Рявкнул на меня брат.

Я не мог ответить на этот вопрос. Носом чую, что все её действия хорошо продуманы и имеют только ей ведомую цель. Даже эта детская игра «разбей магическую игрушку» точно не для того, чтобы проверить, как мы будем вести бой или мальчишки ли мы перед друидом. Это всё какое-то мелкое, особенно если внимательно проанализировать её реакцию! После нашего проигрыша в этом глупом споре, она была вне себя от счастья! Почему?? Где мы просчитались и ей подыграли? Меня накрывали гнев и злость на самого себя.

– Грейс, она опять играет с нами вслепую. Ты, правда, думаешь, что это представление со снятием защиты с якобы друидского амулета, было устроено лишь для того, чтобы понять, что бить мы её будем оба и сразу? Ей нужно было заставить нас проявить магию, я это понял по тому, как она светилась после этого представления. Что она проверяла? Чего добивалась? В чем мы ей помогли, пытаясь разбить артефакт? Что она получила?? – Брат слушал меня, замерев и соглашаясь с каждым моим словом – нас развели, как двух неопытных юнцов. Вдруг Грейстон резко поднял голову и, повернув её в ту сторону, куда ушла наемница, шокировано произнес:

– Телепорт.

Мы бросились в том направлении, будучи уверенными, что уже никого там не найдём. Надо же так снова сглупить?! Ушла! Неужто я оказался прав, и мы больше её не увидим? Дракон внутри меня рвал и метал, я практически рычал от ярости и осознания собственной глупости.

Дойти до того места, где она скрылась, мы не успели. Девушка сама вышла нам на встречу. Увидев её, я еле сдержался, чтобы не схватить и не прижать её к себе, убедиться, что она рядом. Да что со мной творится?

Дракон, почуяв её, успокоился, а вот у меня не получалось.

– Что-то случилось? – удивленно спросила она, делая вид, что ничего не происходит.

– Это мы и хотели узнать, – еле сдерживаясь, зарычал я, но Грейстон поступил разумнее и переключил внимание на себя, тем самым давая понять, чтобы я ненадолго заткнулся и взял себя в руки:

– Тилла, вы сейчас использовали телепорт?

– Оставшись здесь? – опять включив глупенькую девочку, ответила вопросом на вопрос! Как же она меня злит!

– Это был бы второй наш вопрос, если бы Вы прямо ответили на первый, – продолжал мягкий допрос тактичный, когда надо, Грейстон.

– Если бы я его использовала, то вы вряд ли беседовали сейчас здесь со мной, а я как видите, перед вами, – покачивая своей шикарной попкой, эта бестия, прошла между нами, давая понять, что продолжать эту тему не намерена. Вот как хочешь, так и понимай её. И эта зараза ещё выставляла условия содержания клятвы?! Я тебе его сформулирую, девочка. Я – будущий Император, искусству риторики и игры со словами, мне равных нет. Даже отец это иногда признает. Она хочет унизить меня, самого сильного дракона Империи? Ну что ж, сама напросилась. Уложу и накажу. Сам! И выясню, открывала ли она телепорт в этих кустах и куда!

– Макс, – тихо одернул меня брат, – у тебя сейчас дым из ушей пойдёт. Возьми себя в руки. Я никогда не видел тебя таким. Как ты будешь биться с ней? Убьёшь ненароком! А она нам ещё пригодится, когда победим.

Я посмотрел на Грейса и тряхнул головой, скидывая эмоциональное возбуждение и приходя в себя. Да, она вызывает во мне какую-то неведомую эмоциональную бурю. Даже мой внутренний дракон просыпаться стал сам, а не когда я его пробуждаю. Только сейчас я вычленил главную мысль: пытаясь её превзойти, я становлюсь ей же подконтрольным. И именно это мне не нравится и приводит в бешенство.

Так, всё. Успокоится, взять себя в руки, вспомнить, что я всё тот же Максиэр эт Ноттервилл, беспринципный и жесткий наследник Империи Драконов, которого никто не заставит жить не по его личным правилам. И эта наёмница с аппетитной, напрашивающейся на десяток шлепков, попой тем более.

Дойдя до середины поляны, она бросила на землю свои вещи, оставив только кинжалы на поясе, убрала свою чёрную косу, застегнула под горло куртку и встала так ровно, что сама напоминала готовый к бою клинок. Я невольно восхитился её выдержкой и опасной красотой. Скрестив руки на груди, она холодно обратилась к нам:

– Готовы? – И, получив кивок, напомнила: – Клятва!

Будет тебе клятва, девочка, мстительно подумал я. Прервать ритуал на крови нельзя – откат будет крайне болезненным, поэтому взвешиваем и правильно формулируем каждое слово. Мысленно предвкушая получение нужного результата, я, сделав надрез на запястье, начал говорить:

– Я – Лэсс Максиэр, клянусь собственной кровью и честью предков провести сегодняшний спарринг без применения магии и имеющих к ней отношение артефактов и амулетов, используя только холодное оружие и свою физическую силу. В случае победы, которая определится первой кровью, клянусь не прикасаться к моей сопернице Тилле как к женщине и ни при каких условиях не заставлять её мне служить до тех пор, пока действуют условия клятвы, а только взять долг одной услугой как профессионального воина. В случае проигрыша, я обязуюсь выполнить одно желание Тиллы, при условии, что оно не несет угрозы моей безопасности и тем, чьи интересы я представляю, а также не противоречит законам земель Империи Драконов. С выполнением условий договора, клятва становится исполненной. До её окончания я не имею права причинять физический и магический вред здоровью и безопасности своей сопернице. В случае неисполнения Тиллой условий клятвы, я имею право причинить ей небольшой физический вред в качестве наказания. – Я замолчал и, пристально посмотрев ей в глаза, с улыбкой-предвкушением спросил: – Я ничего не забыл и не перепутал?

Девушка задумалась, но всё же отрицательно покачала головой (я возликовал) и произнесла:

– Принимаю.

Клятву следом за мной произнес Грейс с тем же результатом. А вот теперь наступила её очередь, и что созрело в её светлой головке, нам предстояло сейчас узнать. Верить, что всё будет просто, я бы не стал.

– Я – Эс Тилла Горденни́, – без эмоционально начала говорить эта воинственная красавица, надрезав предплечье близко к кисти руки, – клянусь собственной кровью и честью предков провести сегодняшний бой без применения магии и имеющих к ней отношение артефактов и амулетов, используя только холодное оружие и личные боевые и профессиональные навыки. В случае победы, я получаю снятие всех обвинений с моей персоны в нанесении увечий и причинении смерти в таверне «Летучая мышь» и возможность свободно покинуть территорию земель драконов без преследования со стороны их самих и подчиненных лиц. В случае проигрыша, обязуюсь выполнить только одно желание из сферы профессиональной деятельности обоих своих соперников по бою, при условии, что оно не будет нести угрозы моей личной физической неприкосновенности и безопасности. В случае нарушения клятвы, имею право на любое наказание Лэсса Максиэра и Лэсса Грейстона по своему усмотрению, ограниченное правом на нанесение вреда и увечий. С выполнением условий договора, клятва становится исполненной. До её окончания я не имею права причинять физический и магический вред здоровью и безопасности своих соперников. – Произнеся клятву, она с вызовом посмотрела на меня: – Принимаете?

Мне совсем не понравились последние слова наемницы.

– Уточните, о каком именно виде наказания Вы говорите, Тилла.

Девушка сделала милое личико и, хлопая глазками, ответила:

– Не переживайте, убивать вас не буду, только воспитаю. Обещаю, больно не будет.

Продолжать торговаться я не стал. Потому что не сомневаюсь в своей победе. Посмотрел на стоящего чуть в стороне и серьезно что-то обдумывающего Грейса, и четко произнес:

– Принимаю. – Окликнул брата и тот повторил за мной. Формальности соблюдены. – А теперь несколько минут на подготовку и приступим.

Она кивнула и отошла на пару метров, чтобы размяться, а мы, как два идиота, старались не смотреть в её сторону. Я подозвал Грейстона и тихо озвучил ему свою просьбу:

– Брат, я помню наш разговор в моем кабинете и твою личную просьбу перед походом, но сейчас, я прошу разрешения изменить твои условия и даю тебе двойное обязательство.

– Почему? Только честно, Макс, – прямо спросил Грейс.

Потому что я никогда не проигрывал. Потому что я чувствовал себя сейчас дураком.

– Я хочу её… наказать. За всё. Сам. Один, – и, помолчав пару секунд, глядя умоляюще ему в глаза, добавил: – она моя, Грейс. Проси, что хочешь, но этот бой должен быть только моим. Как и её долг.

Грейстон, хорошо знающий мою натуру, сделав страшные глаза, хохотнул:

– Но твой долг мне будет страшен! Мою фантазию ты знаешь!

– Спасибо, брат! – Тот тепло кивнул мне и отошел в сторону.

Грейс – единственный из моего окружения, кому я доверяю как себе самому. Мы выросли вместе, взрослели и набирались опыта вместе, дрались и даже девок иногда делили на двоих. И я отдам ему любой долг, но не эту девочку.

Глубоко вздохнув и приведя себя в уравновешенное состояние, я взглянул на наёмницу и немного удивился, увидев её, прислонившуюся к ближайшему дереву и ожидающую схватки. Вытащив из походного костюма всё лишнее, проверил, чтобы на теле не осталось открытых зон, кроме головы, даже натянул кожаные перчатки (уже зная её манеру бить по незакрытым местам) и взял в руки длинные ножи, чем-то схожие с клинками Тиллы. Это немного уравнивает наше начальное положение за счет примерно одинакового оружия. А в остальном… шансов у наёмницы нет.

Кивком показав ей, что готов, занял позицию в центре поляны. Девушка криво улыбнулась, оттолкнулась от дерева и медленно пошла в мою сторону, параллельно изучая позицию Грейса. Тот, чтобы сразу было всё понятно, поднял руки, показывая, мол, сдался, и сел на травку под большим кустом на краю поляны.

Тилла приподняла удивленно бровь, но я в пригласительном жесте раскрыл руки, давая понять, что жду её только я. Усмехнувшись, она продолжила путь, уже внимательно присматриваясь ко мне.

А я же невольно ею наслаждался: грациозная, мягкая походка, плавные движения рук и головы, цепкий профессиональный взгляд, кинжалы в её ладонях смотрелись естественным продолжением рук. Не дойдя до меня пары метров, она остановилась, как вкопанная, без малейшего страха глядя мне прямо в глаза. Достойная соперница, интригующая. Главное, не уложить её сразу, дабы успеть насладиться этой безумной и острой игрой.

Раскрутив в руках кинжалы, она начала движение в сторону, имитируя обход, но я не двигался, только с улыбкой следил за ней. Затем сделала пару обманных рывков в мою сторону, вынуждая отбиваться. Я подыгрывал с удовольствием, и звон нашего оружия красиво звучал по лесу. Её отточенные грациозные движения меня восхищали, их скорость была немыслимой, мне казалось, потеряй я на долю секунду концентрацию и она меня сделает, я банально, не успею остановить лезвие клинка. Она не билась оружием, она с ним танцевала, кружась и с лёгкостью уходя от моих ударов. Она будто не уставала. Увороты, уклоны, прогибы, вертушки…  

Сейчас мне казалось, что если бы существовала богиня войны, Тилла была бы её истинным воплощением.

При всем этом божественно красивом действе, она лишь изредка отрывала взгляд от моих глаз, словно ждала чего-то, а потом неуловимо быстрым движением рук воткнула кинжалы в землю, махнула в мою сторону пальцами (я даже не понял, что она сделала), кувыркнулась через голову, схватив при этом клинки, и пролетела мне за спину. Среагировать я успел, как получилось: на рефлексах взмахнул лезвием по пролетающему мимо меня клубку.

Резко развернувшись, я лицезрел стоящую, как натянутая струна, серьёзную и строгую Тиллу, по красивому лицу этой удивительной девушки стекала небольшая струйка крови. Я победил? Улыбка вышла сама собой, но её пристальный, быстро перетекающий в триумфальный, взгляд на мои плечи быстро её погасил. Опустив глаза, я увидел торчащую из правого плеча куртки небольшую тонкую металлическую звёздочку, из-под которой струилась тонко… моя кровь.

Откуда они там? Как пробили кольчугу под курткой? Как она вообще смогла это сделать?

И тут перед глазами вспыхнул тот самый еле уловимый взмах кистей. Я мог поклясться, что в руках ничего не было! Как?? Значит, она успела задеть меня первой!?

В тишине раздались негромкие, но оттого не менее слышимые в полной тишине аплодисменты Грейса. Надеюсь, нам обоим, иначе я его загрызу.

Я поднял на неё ошарашенные глаза, и натолкнулся со смеющимся взглядом.

– Вы проиграли, Эстердан Лассер Максиэр эт Ноттервил, теперь я свободна, – гордо произнесла эта… зараза. Так она ещё и знала с самого начала, кто я?? Я чувствовал, что близок к тому, чтобы взреветь на весь лес или кого-нибудь убить.

– Не так быстро, Тилла! – с насмешкой раздался сбоку голос Грейса, как всегда вовремя, чтобы дать мне взять себя в руки. – Несмотря на то, что вы, скорее всего, обвините меня в предвзятости, я всё же выскажусь. Причем максимально беспристрастно. – Девушка, вернула лицу хладнокровное выражение и повернула голову к брату, не меняя позу и даже не пытаясь вытереть кровь со щеки. Она невольно внушала большое уважение, но ещё больше вызывала бешенство и гнев. – Во-первых, позвольте Вам помочь для начала и вытереть кровь. – Тилла отрицательно качнула головой с таким выражением лица, что Грейстон решил не искушать судьбу и не совершать подобного подвига. – Понял. Во-вторых, хочу выразить искреннее восхищение Вашими умениями – ничего более красивого в жизни не видел! Говорю абсолютно честно, я в восторге! У парней в таверне, действительно, не было ни единого шанса. И в третьих, о победе. Вся проблема в том, что определить, кто из вас первым нанес победный удар невозможно, и это правда, Тилла. Вы совершили бросок и молниеносный кувырок, при котором Вас Макс и задел. И то, что звезда попала только в одно плечо, говорит о том, что тело он успел развернуть, то есть очень вероятно, что ваша игрушка прилетела в него именно в момент нанесения Вам ранения, увы, в лицо. – Грейс включил безопасника и профессионально разложил произошедшее по полочкам, выставив произошедшее так, что победителей здесь не оказалось.

По лицу Тиллы промелькнула тень недовольства, но она быстро сменилась надменным выражением.

– Ну, раз так, господа, наши договоренности теряют свой смысл. Я всё равно свободна. И ухожу.

– Нет! – не выдержал и зарычал я. – Не уходишь!

– Почему? – удивилась девушка.

– Я отвечу Вам, милая Тилла, – снова влез Грейстон. – Вам победа принесла бы свободу, а Максу – выполнение Вами желания или услуги. Если Вы уйдете, то это будет неправильно и нечестно, Вам так не кажется? Вы получаете всё, а мы ничего, – усмехнулся брат.

– Нет, не кажется. Я смыла кровью все обвинения в свой адрес, и вы ничего не можете…

– Можем! – перебил я. – Игры закончились, девочка! – Наёмница отшатнулась от меня, в глазах промелькнул испуг. Видимо, выглядел я не лучше, чем себя ощущал, а был я сейчас в бешенстве. – Кто ты такая и откуда знаешь, кто мы? – Я двинулся в её сторону, она же пятилась от меня.

– Я уже говорила, кто я, – стараясь сохранять хладнокровие и держать ситуацию на контроле, отвечала девушка. – Вы, правда, считали, что я про вас ничего не знаю? Да про двух неразлучных, как две капли воды похожих друг на друга, братьев-драконов на Континенте не знает только слепо-глухо-немой идиот! А таких в охрану первых лиц и их приближенных не берут. Лично о Вашем темпераменте, господин наследник, вообще легенды ходят, даже гадать не пришлось при встрече, кто из вас кто. – Краем уха я слышал тихий хохот Грейса, но отпинаю его потом, не до него. – То, что вы недооценили противника – ваши проблемы, а не его. Делайте выводы, главные лица Империи.

Сделал. И теперь пощады не будет.

– Куда ты открывала телепорт??

Она продолжала пятиться, не давая возможности себя схватить.

– Отправила записку родным, что меня задержали две большие и самовлюбленные ящерицы, и, если не появлюсь в ближайшее время дома, то я в их казематах! – Заносчиво и нагло ответила эта зараза. Ящерицы?? Хохот сзади усиливался, и в глазах Тиллы тоже заплясали смешинки. – И не надо нервничать на пустом месте. Я вас не звала меня ловить, сидели бы дома и попивали любимый когнак, а наказать меня за проступок, если б поймали, смогли бы и ваши служебные шавки. – Ещё и про когнак откуда-то знает!! Нет больше у неё шансов быть отпущенной на свободу по моей доброй воле. Я взял себя в руки, остановился и жестко сказал:

– Значит так. Первое, по условиям нашего боя ты должна мне желание и я его получу. Второе, ты идёшь с нами, и мы продолжаем увлекательную беседу в другой обстановке. Третье. Если ты будешь сопротивляться, я тебя схвачу и понесу, получу магический ожог, и клятва тебя убьет, поэтому деактивируй Рат. И четвёртое. Запомни, девочка, в твоем тяжёлом случае наказывать могу только я. 

В её огромных красивых глазах промелькнула паника, но наёмница быстро взяла себя в руки. Её самоконтроль восхищал. Она молча деактивировала яд по костюму, оставив его рабочим на украшениях и сумке.

– Я сказал, сними его! – вновь рявкнул на неё, но в ответ получил гордо вскинутый подбородок и презрение в глазах.

– Нет. Только по костюму. Свои вещи я трогать не позволю никому.

Думаешь, ты всё же хитрее? Посмотрим.

– Грейстон, будь добр свяжи её руки сзади так, чтобы она не могла двигать кистями и дотянуться до своих украшений. – Брат кивнул и…мгновенно бросил магическое лассо, спеленав руки нитями вдоль тела. В её глазах страх боролся с гневом и бессилием. Огонь-девка! Нагнуть бы её и… наказать так, чтобы ни ходить не могла, ни сидеть.

Бежать она даже не попыталась, видимо, понимала всю глупость затеи. Сжала в ладони рюкзак и застыла, как изваяние. Сделала вид, что сдалась. Мы сделали вид, что поверили.

Я поднял её, положил на плечо, открыл телепорт и шагнул… в свой кабинет.

Мирриэлла де Роттергран

Сработало. Старая, как мир уловка – если не можешь попасть в какое-то место сам, сделай так, чтобы тебя туда привели – работает и по сей день.

Выбора у меня, честно говоря, и не было. Мне нужно добраться до Императора, и никакого иного способа попасть в его Дворец, кроме как на руках принцев, я не себе не представляла. Сейчас, наконец, я здесь, но мне страшно: я не знаю, что дальше. Планировать что-либо бесполезно и глупо – драконы увидели во мне достойного противника, а, значит, и их действия будут максимально продуманными и осторожными.

Я пыталась убедить себя, что всё смогу и со всем справлюсь, но самовнушение не особо помогало – чувство самосохранения и разум были сильнее. Все мои жизненные знания и опыт набраны под крылом и с заботой дорогих людей, тех, кто никогда в жизни и не мыслил причинить мне вред. Это в какой-то степени расхолаживало, и только сейчас это стало очевидным. Я всегда знаю, чего мне ждать от окружающих. А что ждёт меня здесь, большой вопрос…

Агрессивность и сильная давящая аура принца пугали больше всего. Он чётко дал понять, что отпускать меня не намерен, а для чего я ему, нужно выяснить и использовать в своих целях – мне нужна встреча с Императором. Теперь моя охотничья игра «в кошки-мышки» перешла на высший и самый опасный уровень, где любая ошибка однозначно приведет к фатальным последствиям. Соберись, Мирри, эмоции вглубь себя, работают только мозги и интуиция! А страх – плохой помощник в поддержании тонуса.

Выйдя из портала в просторный с высокими потолками кабинет, Максиэр небрежным движением бросил меня на стоящий у стены мягкий диван и, убедившись, что Грейс вышел за нами, покинул помещение, бросив тому напоследок:

– Я сейчас вернусь. Глаз не спускай с этой заразы.

Всё же приятно, когда признают твои заслуги, с умилением констатировала я и не стала сдерживать улыбку. Грейстон её заметил и, подсев ко мне, заигрывающим тоном спросил:

– Что Вас так порадовало, милая Тилла?

И что ему ответить? Несдержанность вашего брата, позволяющая мне играть на его слабости? Или то, что я для него «зараза», а значит, легко справиться со мной у него не получается? Решив выбрать путь дипломатии, а не подростковой обидчивости и максимализма, я сделала вид, что не понимаю намёка собеседника, поэтому с присущим достоинством, всё с той же улыбкой, ответила:

– Как я могу не радоваться тому, что нанесла, хоть и не по своей воле, визит во дворец Императора земель Драконов? Это большая честь для простого наёмного воина из небольшой и скромной страны. Особенно в обездвиженном виде. Моему мастерству ещё никогда ТАК не выражали признание. Я польщена!

Грейстон расхохотался, откинувшись на спинку диванчика.

– Вы удивительная, Тилла. В вашем семейном древе точно нет аристократов? Уж больно подходит Вам этот образ.

Ооо, аристократы… Да один на одном и третьим погоняет! Это для вас, уважаемый, Лэсс, я никто и звать меня никак. Но играть, так играть!

– Первые наниматели были так восхищены моими профессиональными умениями, что брали на службу без оглядки на манеры и знание этикета. Я же не могла ответить им неблагодарностью и обратилась с просьбой научить всему необходимому, чтобы достойно защищать интересы своих подопечных, не оскорбляя своим неподобающим поведением. Как видите, наши совместные труды дали неплохие плоды, а время нахождения среди знати и высших вельмож только закрепило мои познания, – красиво получилось. Судя по всему, мои слова вызвали у него невольное положительное ко мне отношение: Грейстон смотрел удивленным, полным уважения то ли ко мне самой, то ли к моему опыту, взглядом, а потом прищурился и наклонился к моему лицу своим почти вплотную, словно изучая каждую деталь.

– Тилла, скажите, а как давно Вы… – Его вопрос оборвался приходом недовольного принца.

Максиэр прошел мимо нас, словно не замечая, сел в кресло во главе огромного чёрного рабочего стола, повернул его в сторону окна и молча уставился в проём. В окружении тёмной массивной мебели кабинета, принц, так сказать, вписывался в интерьер. Мы с Грейсом так же безмолвно проводили его взглядом и практически замерли, ожидая следующих действий или хотя бы слов, но тот молчал. Мы тоже. И тут Грейстон еле слышным шепотом спросил меня прямо в ухо, от чего я даже слегка подскочила:

– Тилла, а как Ваше полное имя?

От неожиданности я чуть не ляпнула честный ответ, но разум каким-то непостижимым образом успел побороть испуг и я, закусив язык, дабы не высказать всё, что думаю об этом манипуляторе, так же тихо задала уточняющий вопрос:

– А Вы, стесняюсь спросить, с какой целью интересуетесь?

На лице Грейса на доли секунды проскользнули разочарование и обида, но он очень быстро вернул лицу нужное выражение, а я не удержалась и еле слышно спросила:

– Не получилось?

Грейс на секунду задумался и успел начать отрицательно качать головой, слегка развернув её влево, а потом сообразил, что делает, дёрнулся и, взглянув в мои хитрые глаза, громко захохотал. Я же соорудила наивное выражение лица и по-детски мило похлопала ресничками.

Принц резко повернул голову в нашу сторону и грозно вопросительно поднял бровь, пристально смотря на ржущего брата.

Отсмеявшись, Грейстон кивнул на меня и пояснил:

– Тилла очень незаурядный собеседник. Давно я не испытывал удовольствия от общения с теми, кого поймал с весьма опрёделенными целями.

– То есть от допросов? – не удержалась от невинного подначивания я.

Грейс загадочно улыбнулся и уточнил:

– Ну почему сразу допросов, милая Тилла. Я бы сказал, от бесед по душам.

– Или телам… – тихо буркнула я, прекрасно понимая, что меня услышали. И только спустя пару секунд, видя масленый взгляд и плотоядную улыбочку Грейса, до меня дошло, что он вложил иной смысл в мои слова.

– Такие беседы тоже приносят ни с чем несравнимое удовольствие и прекрасный результат…

– Грейстон! – резко оборвал словесную патоку брата принц и мой собеседник в еле различимом наклоне головы и опущенном взгляде отдал дань статусу Максиэра, признавая свой промах. Макс сделал едва уловимый жест головой в сторону кресел у своего стола и Грейс молча прошёл к ним и сел в то, что находилось ближе ко мне.

Я с удовольствием следила за общением братьев и делала нужные мне выводы, чтобы грамотно использовать для достижения своей главной цели.

Принц развернулся к столу и, опершись руками на столешницу и строго глядя на меня, спросил:

– Тилла, Вам удобно в таком положении?

– В каком? – Включила дурочку и начала размышлять вслух: – мягкий диван, интересный собеседник, впечатляющий интерьер… Я бы сказала, комфортно.

Было видно, что Грейс, приняв удобную для себя свободную позу, приготовился наслаждаться спектаклем, а потому, не особо скрывая, внаглую хихикал над теперь начинающейся уже нашей с принцем перепалкой.

– Настолько, что связанные руки никак не мешают Вашему комфорту? – Ух, гроза Континента: брови свел, желваки играют, ладони сжал в один кулак, налёг на стол. Я взглянула под столешницу и убедилась в своем мнении: даже в щиколотках не скрестил ноги, чувствует свою силу, ничего не боится и пытается давить.

А меня же, как назло, пробрал азарт, и чувство самосохранения уступило ему первенство. А вот это зря! Сколько помню, подобное никогда ничем хорошим не заканчивалось. Мирри, отец, дядя, Эрлладэн! Возьми себя в руки! Но руки были связаны, и брать в себя ничего не желали…

– О, не переживайте, Ваше Высочество! Кто я такая, чтобы уговаривать Вас меня не бояться? Вы в своем праве отстаивать свою безопасность и безопасность Ваших приближенных. Так что ради Вашего спокойствия, я приму более удобную позу и постараюсь получить от неё некое подобие удовольствия. Вам не о чем переживать! – Надеюсь, мои широко открытые глаза сейчас излучают искренность, а не желание уединиться в индивидуальной гигиенической комнате.

На лице принца во всей красе на несколько секунд проявилась борьба гнева и самоконтроля, в которой быстро победил последний.

– А вы, я смотрю, бесстрашная, – с иронией заметил принц.

– А чего мне бояться? – пожала плечами в ответ.

– Вы совсем ничего не боитесь, Тилла? – заинтригованно спросил Максиэр.

Вот странная же драконоличность… Я совсем на идиотку похожа? Только полный безбашенный отморозок без груза за плечами не будет ничего бояться. Боюсь, конечно. Но ты, ящерица, об этом не узнаешь.

– Ваше Высочество, давайте начистоту, – вложив голос немного усталости и апатии, начала я: – Есть страх, а есть опасение. Страха перед вами обоими у меня нет, есть второе. Почему? Ну, хотя бы потому, что, притащив меня сюда, вы дали понять, что я зачем-то вам нужна. И это вряд ли празднование в моем присутствии моей поимки, подобное попахивает детством. Далее, вы зачем-то проверяли мою боеспособность, и это тоже для чего-то вам было нужно, а закончили договором, по условию которого я должна вам услугу, исходя из своих профессиональных умений. Так что, подводя краткий итог, сейчас мне ничего не угрожает, а, значит, и бояться мне нечего. Другой вопрос, чего вы хотите от меня? А вот тут начинаются вполне закономерные опасения. Вряд ли вы бились со мной, чтобы доказать себе, что можете победить девчонку, это уж слишком низко, вам нужны именно мои руки. Или подобные. Поэтому повторю свой главный вопрос, заданный ещё на поляне: зачем вы меня искали?

Грейстон смотрел на меня так, будто сейчас вскочит и зааплодирует, но при этом не произносил ни звука и не вмешивался в наш диалог.

Максиэр откинулся на спинку кресла и продолжил меня изучать, выражая при этом свое превосходство. Ну, кто бы сомневался! Господин на своей территории.

Помолчав несколько минут (мы с его братом тоже притворились немыми), принц решил высказать и своё мнение:

– Интересное у Вас видение картины, Тилла, но я внесу некоторые штрихи с Вашего позволения. Вы верно догадались, на Вас у нас есть планы. Бился я не с девчонкой, как Вы выразились, а с нестандартным по своей технике бойцом. И надо сказать, получил очень полезный опыт. И сюда я Вас переместил не только по озвученной причине, но и потому, что умеете скрываться, как никто, а верить и доверять Вам, даже несмотря на клятву, неразумно. Отсюда уйти вы не сможете, как бы ни старались. Я бы назвал это небольшой перестраховкой для соблюдения условий договоренностей. Это если вкратце. Я надеюсь, что ответил на Ваш вопрос?

Ответил, но от этого только сложнее…

– Кого надо убить? – прямолинейно спросила я.

– А вот об этом мы с Вами и будем говорить после того, как убедимся, что Вы не выкинете какой-нибудь номер и не ускользнете от нас, – облокотившись на руки и с прищуром глядя на меня, ответил Максиэр. – Вы ведь уже думали об этом, не так ли?

– Что Вы! – максимально искреннее изобразила возмущение. – Даже в мыслях не было совершить столь неблагородный поступок!

Грейстон, развалившись на своем кресле, откровенно наслаждался происходящим фарсом, а принц своими подыгрываниями в этом спектакле только подливал масла в огонь моего буйного авантюризма и мне с большим трудом удавалось сдерживать себя и не увлечься этой игрой «кто кого».

– Рад это слышать, Тилла, – с легкой улыбкой и холодным взглядом произнес Максиэр. – Кстати, по правилам гостеприимства, как хозяин, я должен, прежде всего, Вас накормить. Вести переговоры на пустой желудок – дурная манера, Вы так не считаете?

– Я бы согласилась, конечно, господа, но у меня животрепещущий вопрос: каковы правила проведения трапезы, каким образом и кто будет меня кормить? – с нотками язвительности уточнила я, мило хлопая глазками пристально глядя на принца. Красив, всё-таки, подлец: густые короткие тёмно-каштановые волосы, карие глаза, прямой нос, чётко очерченные губы, по которым хочется провести пальчиком, высокий, широкоплечий. Его словно ваял искусный скульптор. Я невольно облизнула нижнюю губу и закусила её на секунду, но тут же одернула себя и натянула на лицо вежливое выражение.

Эти движения не ускользнули от его внимания: Максиэр чуть опустил подбородок и сильно прищурил глаза, его ноздри расширились, а губы слегка искривились в надменной улыбке. Вот блин. Сейчас он сделал вот совсем неправильные выводы! И я сама их спровоцировала, дала повод думать, что он мне понравился. Понравился, но как нравится обычная красивая вещь, предмет, не более. Надо что-то делать, но я не успела ничего придумать…

– Обед подадут сюда, – вклинился в наш молчаливый диалог улыбающийся Грейстон, – А покушать Вы сможете самостоятельно, если пообещаете вести себя разумно, как взрослый человек, и не совершать глупости до конца нашей совместной беседы.

Я повернула голову в его сторону и кивнула. В моем положении было бы, действительно, глупо бежать, не достигнув своей цели. Если для того, чтобы добраться до Императора мне понадобится выполнить их условия, я пойду на это. Да, и интересно же, зачем они меня лично ловили…

– Можете не переживать, господа драконы. Я обещаю выслушать вас и выполнить свою часть договора, если, напомню, это не противоречит моей безопасности, – серьезным прохладным тоном произнесла я. – Совершать детские поступки наподобие побега или уклонения от взятого на себя долга, я не собираюсь. Это всё негативно скажется на моей репутации, а подобное для меня неприемлемо, чтобы вы оба себе ни надумали.

Братья переглянулись и Грейстон, немного помедлив, снял с меня магическое лассо.

Я ощутила небывалое облегчение, ибо долго быть в обездвиженном состоянии мне не приходилось никогда. Максимально элегантно в своем полузатёкшем состоянии поднялась с диванчика и размяла руки, плечи и шею. А затем, соединив пальцы рук «в замке», грациозно потянулась на носочках вверх.

Закончив разминать скованные мышцы, я повернулась к своим пленителям и не смогла сдержать улыбки: они оба смотрели на меня с широко раскрытыми глазами и явно не на лицо.

Я тактично кашлянула в кулак и, убедившись, что со мной готовы продолжать общение, с улыбкой поинтересовалась:

– Так кормить здесь будут или мы кого-то ещё ждем?

Мужчины сделали вид, что ничего не произошло, и они полностью контролируют происходящее. Грейстон с помощью телепорта за два захода принес еду и напитки на троих, устроил меня между собой и принцем, сев справа, и с печальной мордашкой обратился ко мне:

– Простите, милая Тилла, ничего изысканного в данный момент не нашлось, – и тут же вселенская скорбь на лице быстро сменилась выражением предвкушения и заигрывания: – но если по окончанию выполнения всех договорённостей, Вы решите остаться с нами, я обещаю, что Ваш рацион будет просто великолепен.

Вот кошак. Сразу видно, дамский угодник. Был бы настоящим котом, лёгким пинком под хвост выпроводила бы из зала. Жаль, что не кот. А пнуть все равно очень хочется…

Натянув вежливую улыбку, и, выдержав приличествующую паузу, с достоинством ответила:

– Уважаемый Лэсс Грейстон, моя работа не приучила меня к изыскам, я к ним равнодушна, но Ваша забота мне льстит. По поводу того, что будет «после»…, давайте сначала покушаем, а потом поговорим. И хочу напомнить, господа, что по окончании наших договоренностей я всё-таки хочу попасть домой, куда, собственно, и направлялась до того как попала на ваши гостеприимные земли.

По лицу Грейса в доли секунды пробежала волна неудовольствия, но, взяв себя в руки, он всё же решил оставить последнее слово за собой:

– Вы правы, госпожа Тилла, все нужно решать поэтапно, но, думаю, мы приложим все усилия для того чтобы Вы назвали наш замок своим домом и больше никуда не стремились. А сейчас всем приятного аппетита! – Он быстро приступил к еде, зная, что я не стану нарушать этикет и пикироваться с ним.

Я, в общем-то, и не собиралась. Пусть считает, что этот раунд за ним. Сейчас всё это вмиг стало неважным. В голове звенел тревожный для меня звонок – отпускать меня в их планы не входит даже после завершения сделки. Радовало, что намёки были на позитивное продолжение отношений, а не на тюрьму или смерть, но надо заранее прикинуть свои действия, пока все заняты поглощением мяса с пряностями и тушеных в каком-то душистом соусе овощей.

Что у меня есть для побега? Три экстренных телепорта и два маскировочных артефакта «Теневой шаг», позволяющие передвигаться под пологом невидимости, и то и другое на мне в виде малюсеньких украшений, так что их использование не проблема. Главное, осуществить задуманное и попасть домой. Отец уже, наверное, совсем седой от переживаний. Кстати, если действо затянется, надо будет отправить ему магического вестника через магистра из Кирпа, я же как-никак «оттуда».

Из раздумий меня вывел по-королевски вежливый вопрос Максиэра:

– Госпожа Тилла, Вам травяной чай или сушэ?

– Чай, – кивком поблагодарила его за заботу. Меня слегка удивил тот факт, что принц лично решил поухаживать за мной, гостьей неблагородных кровей. Видимо, ему очень нужно моё расположение… и этот реверанс в мою сторону, скорее всего, первый шаг к разговору.

Буквально через пару секунд из моей чашки исходил божественный аромат разнотравья, от наслаждения которым я, не удержавшись, прикрыла глаза.

– Горные травы Ильмароса, восточного города Империи, – улыбаясь, тихо пояснил справа Грейс.

Я позволила себе молча кивнуть, не открывая глаз и упиваясь восхитительными запахами, но долго наслаждаться мне не позволили, вернув на бренную землю.

– Может, вернетесь на диван, госпожа Тилла? Там будет комфортнее, – предложил с предвкушающим выражением Грейстон, но я знала об этой тонкой ловушке: дядя учил, что чем комфортнее телу, тем более податлив в переговорах мозг. Если нужна его качественная работа, сиди на твёрдом!

– Нет благодарю, – улыбнулась в ответ, – мне кажется обстановка за столом более располагает к ведению переговоров.

Грейстон кивком согласился с моим решением, но во взгляде сквозило неудовольствие. Увы, мальчики, да, меня всему этому научили.

Мужчины, убедившись в очередной раз, что я далеко не так проста, как им хочется, мельком переглянувшись, что-то между собой решили и Грейстон, словно давая время брату настроиться на разговор, унес грязную посуду из кабинета. Максиэр при этом ненавязчиво осматривал меня, то ли исследуя мою внешность, то ли то, что на мне надето. Причины спрашивать я не видела, всё по ходу разговора само даст ответы, лишь оперлась подбородком на согнутые в локтях и сцепленные в кулак руки, и смотрела перед собой, не мешая хозяину кабинета в его исследовании. Ничего важного он всё равно не увидит без моего разрешения, так что пусть развлекается.

Буквально через пару минут вернулся Грейстон и, заняв кресло напротив меня, слегка кивнул принцу, что готов к диалогу – двое против одной.

Я вопросительно приподняла бровь, подталкивая к началу разговора, чем не преминул воспользоваться Максиэр:

– Что ж, госпожа Тилла, прежде чем приступить к обсуждению основной цели Вашего нахождения здесь, я бы хотел задать Вам несколько вопросов, для понимания общей картины. Вы не против? – Увидев мое отрицательное покачивание головой, он продолжил: – Скажите, с представителями каких государств Вы сотрудничали и какую работу выполняли?

– Это конфиденциальная информация и по кодексу наемного воина я не имею права её разглашать. При особом желании вы сами можете её найти. – Я демонстративно посмотрела на Грейстона, дав понять, что в курсе рода его занятий. Пусть сидит и думает, как много я о нём знаю. – Следующий вопрос.

Ответ Максиэру не понравился.

– Эта информация мне нужна для того, чтобы понять, сможете ли выполнить ту миссию, которую мы на Вас хотим возложить. Я задам вопрос по-другому: выполняли ли Вы задания, связанные с решением межличностных конфликтов?

– Устраняла или наказывала ли я конкурентов нанимателя? – Рассмеялась в ответ и максимально честно ответила: – Нет, на мне нет убийств и наказанных моими руками за чьи-то профессиональные интересы. Могу только сказать, что моя работа заключалась в охране объектов и выполнении некоторых личных поручений, связанных с моей профессией. Но, как вы уже поняли, я не прощаю тех, кто обидел лично меня.

Грейстон негромко усмехнулся, признавая мои слова, а принц слегка искривил губы в презрительной улыбке. Не нравится, понимаю, но это не мои проблемы, господа.

– Я Вас услышал. Тогда задам такой вопрос: а если бы Вам дали такой заказ, какие инструменты бы Вы использовали: оружие, артефакты, магию?

– Я не могу ответить на этот вопрос, он некорректный. Вы сами понимаете, что всё зависит от ситуации.

– А у Вас есть артефакты, для того чтобы подобное совершить? – Тут же вклинился в «беседу» Грейстон.

Я пристально посмотрела в глаза своему визави, и с загадочной немного змеиной улыбкой ответила:

– Первое правило наемника «Не раскрывать своих секретов». Говорю честно, что ваши вопросы и мои ответы на них ничего вам не дадут. Все, что у меня есть, вас не касается, поэтому говорите прямо, что вы от меня хотите. Ставьте задачу, а я сама определюсь, каким образом её решу. Хождение же вокруг да около только затянет время.

Мои собеседники взяли небольшую паузу, а я сидела и изучала, на мой взгляд, излишне темный интерьер кабинета. Вокруг было столько чёрного и серого, что в душу закрадывалась какая-то грусть. Даже картины и различные предметы декора были выполнены в тёмных холодных оттенках. В голову пришла мысль, что теперь понятно, почему принц вечно такой хмурый: ну а какой он должен быть, постоянно находясь в такой гнетущей атмосфере? Единственное, что хоть как-то разбавляло этот тёмный кошмар – это белые стены помещения. Вот на них я и сосредоточила взгляд, чтобы не впасть в уныние.

По окончании молчаливых раздумий драконы переглянулись между собой, и принц утвердительно, едва заметно, кивнул брату. Что они решили между собой, осталось для меня загадкой, но задавать свои вопросы я пока не стала, смысла в них нет – эти, судя по всему, ещё сами не определились в своих планах.

– Тилла, – вывел меня из раздумий мягкий голос Грейстона, – может, расскажете, что Вас подвигло стать воином? Такая очаровательная молодая девушка и с мечом за плечами… Разве в на Вашей земле нет достойных для женщин занятий?

И тут я обратила внимание на броские движения в его руках: он пытался и прятать, и одновременно держать открытым небольшой предмет, пульсирующий слабым голубым светом. Артефакт правды! Да ты ж мой хороший! Так, глядишь, эти два уникума разовьют во мне любовь к словесным играм. Ну что ж, ничего не подозреваем…

– У меня не было выбора, Лэс Грейстон. Мне нужно думать о благополучии моей семьи, в которой я, увы, единственный ребёнок. А занятий много, поверьте, но они не пришлись мне по душе, – честно ответила я.

Дракон слегка сжал арт в руках, словно проверяя его реакцию на мои слова, и убедившись в моей искренности, продолжил диалог, за которым внимательно наблюдал принц:

– Вы могли выбрать достойного кандидата в мужья и благополучно выйти замуж, разве на Кирпе так не принято?

– Везде свои традиции, пары часто заключают взаимовыгодные союзы, но я не ставлю целью всю жизнь молча повиноваться супругу. Характер, знаете ли, не тот. Да и детство прошло среди воинов, так как дядя один из них, так что выбор стать кем-то другим передо мной не стоял. Я не видела ничего иного, кроме оружия и тренировок, поэтому стала тем, кем стала. Поверьте, мне это приносит только пользу, – вежливо и правдиво вновь ответила Грейсу, опять убедившемуся, что я честна.

– И со скольких лет Вы изучали воинское искусство, если не секрет?

– С двух, – просто ответила я, насладившись шокированными лицами своих собеседников. Да, вот так, большие и страшные! И думайте, что хотите.

– А сколько Вам лет, Тилла, позволите узнать? – с нескрываемым интересом в голосе спросил Максиэр.

– Разве Вы не знаете, господин Дракон, что такие вопросы некрасиво задавать женщине, а женщине-воину еще и опасно? – вопросительно подняла бровь в ответ.

Тот ухмыльнулся, но вопрос не снял:

– Знаю, и готов рискнуть. Так сколько?

Я долго и пристально молча изучала его красивое лицо, что он при этом себе надумал, не знаю, но ответ дала явно неожидаемый:

– Риск – дело благородное, но с моей стороны будет разумно свести его к минимуму, проигнорировав Вашу невежливость. Если же Вам очень хочется получить ответ, можете поиграть в угадайку, правда, времени убьете немало, но если оно у вас есть и занять его больше нечем, можете приступать, – заигравшие на лице желваки сказали за принца все, поэтому я все так же вежливо и мило продолжила смотреть ему в глаза.

Он меня понял.

– Откуда у вас Рат? – Вернул беседу в свои руки обманчиво-улыбчивый Грейс. – И что такого ценного в Ваших вещах, что Вы не поскупились обработать им всё?

– Ваш вопрос мне кажется необдуманным, Лэсс Грейстон, не знаю как Вам, а мне вполне достаточно, что это мои вещи. Но если хотите подробностей, то сообщаю, что все они сделаны на заказ, с учетом моих личных требований. Стоимость всего обмундирования, оружия и украшений, поверьте, настолько велика, что расставаться даже с одним предметом из своей уникальной собственности по глупости и жадности не собираюсь. Достаточная причина?

Наше общение с ним сейчас напоминало общение двух змей. Со стороны точно: ядовитые взгляды и улыбки говорили о диалоге соперников, примеряющихся друг к другу перед броском.

На лице Грейса то и дело мимоходом мелькали злость и раздражение, видимо, потому, что ожидаемых ответов он так и не получил, а меня его реакция только раззадоривала:

– Да и какое ко мне будет уважение, если я позволю себе что-то потерять или, тем более, что-то у себя украсть?

– Вы правы, Тилла, но всё же я хочу понять, неужто, Вы настолько уникальны в своих умениях, что Вам готовы платить баснословные гонорары, и Вы можете позволить себе и самое элитное оружие, и весьма дорогостоящий ментальный яд?

– Вы ещё в этом не убедились, Лесс Грейстон? – Холодным тоном осведомилась я, приподняв бровь на мгновенно ставшим бесстрастным лице.

– Не хочу Вас обидеть, Тилла, но справедливости ради, стоит отметить, что среди наёмников наверняка есть более опытные и умелые воины, но приоритет отдают Вам, так почему?

– У мужчин-воинов есть полный нужный для этой работы набор: сила, отвага, логика, стратегическое и тактическое мышление. Этого чаще всего достаточно, но некоторые задачи предполагают деликатное решение, а поэтому тут уже требуются хитрость и обаяние, а с этим у вас, господа, как правило, часто бывают проблемы, – саркастически бросила в ответ.

– Мы заметили, – таким же тоном ответил мне принц. – Хитрости и изворотливости Вам, Тилла, не занимать.

Я пожала плечами:

– По-другому нам, женщинам сложно выжить, да, вы сильнее, но мы разумнее.

– Возможно, Вы правы.

В разговоре опять повисла некая пауза, и я напомнила об их цели моего появления в замке:

– Так какую услугу взамен на освобождение вы, господа, хотите от меня получить?

Принц поморщился, и, словно нехотя, произнес:

– Императору для осуществления определенной миссии нужен хороший воин, которому можно доверить выполнение крайне важной задачи, настолько важной, что больше, чем умения, тут требуются мозги и хитрость. Как мы смогли убедиться, ни в том, ни в другом Вам не откажешь. Помимо этого Вы умны, красивы, прекрасно владеете оружием и различными загадочными артефактами.

– Повторяю вопрос: кого надо убить?

– Скорее, кое-чего лишить…

Скрестив руки на груди и откинувшись на спинку кресла, я сурово посмотрела на Максиэра:

– Мне не нравится подобный долг. Я не буду ничего воровать.

– Нам это и не требуется, – «успокоил» принц.

– Тогда жажду более точной формулировки и оставляю за собой право отказаться, если это задание противоречит моим ценностям.

– Не получится, дорогая Тилла, – откровенно ухмыляясь, вмешался в разговор Грейстон. – Вы дали клятву оказать услугу, связанную с Вашей работой. Мы четко соблюдаем условие. Магия не примет отказа.

Мне начинало не нравится происходящее: драконы задумали что-то глобально нехорошее, раз решили действовать чужими руками и исподтишка. Сейчас я начала понимать, что эта клятва может мне выйти боком. Я совершила непростительную ошибку, дав нерушимое обещание магии, не прояснив все детали. Какая несусветная глупость с моей стороны! Заигралась… Боже, сама попрошу папу меня наказать.

Стараясь сохранить максимально бесстрастное выражение лица, я сжала кулаки до такой силы, что коготки до боли впились к ладони. Игры закончились. Азарт погашен. Каждое слово на вес золота.

– Я не буду никого убивать. Это не входит в мои профессиональные обязанности, – безапелляционно заявила Грейстону. – И воровать тоже ничего не буду. Моя работа – защищать и помогать. Марать свою честь не позволю.  

Грейстон уважительно посмотрел на меня. Максиэр неосознанно слегка морщился своим мыслям, видимо, думая о чем-то крайне неприятном для себя.

– Озвучьте уже эту вашу миссию. Не в моих интересах тратить большое количество своего личного времени на пустую болтовню, – резко бросила собеседникам, надеясь подстегнуть их к хоть к каким-то действиям.

– Сначала клятва, – откликнулся принц.

– Что на этот раз я должна клятвенно вам пообещать? – снисходительно уточнила.

– Что этот разговор останется между нами и никакие детали озвучены ни перед кем другим не будут. Любая попытка в любой форме предупредить того, о ком пойдет речь, будет считаться нарушением клятвы, – что в его взгляде, что в голосе сквозила угроза, но меня почему-то охватила такая злость, что на страх места в душе уже не осталось. Я кивнула принцу в знак согласия.

После принесения стандартной клятвы о неразглашении, драконы, глядя на моё недовольное от усталости и нетерпения лицо, всё-таки решили начать откровенный разговор. Слово, что удивительно, взял Грейстон:

– Раз Вы столь категорично не хотите провести в нашем обществе больше времени, что нас весьма огорчает, придётся пойти Вам на встречу, милая Тилла, и рассказать о сути того задания, которое Вам предстоит выполнить в нашу пользу. Император поставил перед собой и перед нами задачу объединить некоторые земли Континента под своим мудрым руководством, дабы пресечь всевозможные войны и столкновения между государствами. Это всегда было высшей миссией драконов, – как красиво сказано, мысленно фыркнула от отвращения. Лицемерные ящерицы! – Самой большой угрозой для установления окончательного мира на Континенте является правитель Эрлладэна – Старддэн Гардарен де Роттергран. – Что?? Папа – угроза миру?? Да он последняя его надежда! Если Император победит отца, остальные не продержатся и дня. Кто бы знал, каких усилий мне сейчас стоит сдержать свой гнев, удержать на лице подобие заинтересованности, когда хочется убить! Дыши медленно, Мирри! – Он последний Архимаг Континента, его сила велика и она должна быть подчинена системе, служить на благо всех. Император не раз мирными способами пытался уговорить Роттерграна принять его условия и встать на защиту общих интересов, но король Эрлладэна каждый раз категорически отказывался. – Грейстон печально покачал головой, показывая, как глубоко его ранило происходящее. Какой фарс. – Вы должны понимать, Тилла, что могущественный маг, не желающий подчиняться, опасен для всех. Мы много работали над тем, чтобы выяснить, что может представлять наибольшую опасность для нас, и пришли к плачевному выводу – всё, что связано с его возможностью магичить. – Я смотрела на Грейстона и никак не могла понять, это красивый спектакль для меня как особы женского пола, или они и правда в это верят?

Пересилив свою злость и отвращение, я взяла себя в руки и ледяным тоном спросила:

– Чем же он так опасен для вас, как вы говорите? За время своей работы и ни разу не слышала о нем ничего предосудительного.

Грейстон попытался состроить выражение лица, полное тёмной загадочности, но я не выдержала и криво усмехнулась.

– Понимаете, Тилла, любая сила, а тем более такая мощная, не должна жить самостоятельно, она должна быть подконтрольна. – Как интересно! Вот вы… Слова не находились! – А еще страшнее, что никто не знает, что на уме у Архимага! – Да уж…, как же до смешного мерзко это все выглядит в моих глазах, еле сдерживала накатившее презрение. – До нас дошли сведения, что он проводит секретные разработки боевых магических заклинаний. Для чего, дорогая Тилла? – Хочешь своей пафосной игрой убедить меня в опасности существования моего отца, дракончик? Продолжай! Теперь уже мне важно знать всё! – Но его окружают слишком преданные люди, – неосознанно поморщился Грейстон, что несказанно меня порадовало, – и все наши попытки за последние пять лет подобраться к нему ничего не дали. Каждая крупинка информации о происходящем в королевстве дорого нам обходится. Мы знаем только одно: он что-то затевает. И мы боимся что это «что-то» – война, Тилла.

В интонации Грейса было столько трагичности и скорби, что я едва не зааплодировала его игре. Талант! Правда, на меня впечатления не произвел. Одна вода, много громких, но лишённых смысла слов. Да и сказанное меня больше порадовало, чем озадачило. Ничего важного или нужного им неизвестно, может на кого-то другого их давление и оказало бы воздействие, но слава богам, таких тут нет. Внимаем дальше!

– И как же вы хотите её предотвратить, господа миротворцы? – как смогла интонацией изобразила солидарность.

– Нам нужно лишить его возможности магичить, – неожиданно и абсолютно спокойно вклинился в разговор Максиэр.

Я шокировано посмотрела на принца. Мне известны только два способа лишить мага силы – это выжечь его магию и вытянуть её в артефакт-накопитель, но данный процесс долгий и болезненный, то бишь осуществить задумку без ведома самого мага невозможно. Ничего себе у них планы! Как же прекрасно, что всё сложилось именно так в моем походе, и я сейчас сижу здесь, раскрывая очень интересные тайны бытия.

– Как вы себе это представляете? – ошарашенно спрашиваю этих крылатых монстров.

– Достаточно просто, госпожа Тилла. Правда, только после того, как определенный арт окажется на Роттергране. – Пристальный взгляд принца мне не нравился: он, словно, высматривал во мне что-то, сомневался. Надо подыграть! Нельзя упускать шанс предотвратить нападение на отца и донести до него информацию. – Вот тут, нам кажется, вы лучшая кандидатура для того, чтобы надеть артефакт на короля.

– Насколько я знаю, процесс откачивания магии достаточно чувствительный, – с сомнением смотрю на Максиэра.

– Не в этот раз. Наша разработка уникальна в своем роде. Магия уходит безболезненно, неощутимо. Так что если Вы убедите короля проносить подвеску хотя бы несколько часов, то этого будет достаточно. Металл поглотит силу Архимага безвозвратно и запечатает каналы её восполнения. – Вот это подлянка континентального масштаба! Папа будет очень заинтересован. Надо рассмотреть эту игрушку поближе. От скольких же конкурентов они избавились благодаря своим «разработкам»? Хотя, чего я возмущаюсь? Мы тоже для других далеко не подарки, про себя ехидно улыбнулась своим мыслям. Единственное наше отличие от остальных – всё, что мы делаем, носит оборонительных характер. Но пакости тоже устраивать умеем!

– А как вы предполагаете, я уговорю Архимага надеть вашу разработку и щеголять с ней несколько часов? – изобразив коварную улыбку, спросила своих визави. – По-вашему, он не только враг Континента и его жителей, но ещё и идиот? Наденет магическую подвеску из рук малознакомого человека? – Еле сдержалась, чтобы не рассмеяться им в морды. Обидятся ещё…

Драконы откровенно смутились…

Прочистив горло, Грейстон быстро протараторил:

– Вы очень красивая девушка, соблазните его, и когда он уставший уснет, наденете на него накопитель.

Сказать, что я потеряла дар речи, ничего не сказать. Моя челюсть против воли почти упала, широко открытые глаза забыли, как моргать, а мозг от ступора забыл командовать дышать. В общем, я сидела, как каменное изваяние с офигевшим выражением лица.

– Кхм… – негромко произнес принц, пытаясь вывести меня из шокового состояния и сгладить конфуз. – Тилла, мой брат излишне прямолинеен, извините его, но мы подумали, что Ваша внешность может сыграть большую роль. Насколько нам известно, Роттергран – одинок и дамы сердца у него нет, и Вы вполне можете привлечь его внимание.

Я перевела взгляд на Максиэра, и поймала себя на том, что моё оцепенение сейчас перетечет в громкий смех – мужики они всегда мужики: видя красивую девушку или женщину, всегда подключают к решению проблемы голову! Правда, не всегда верхнюю. А эти ещё и стратеги от бога! Представила себе реакцию папы на неожиданное представление и поняла, что мой словарный запас значительно пополнится.

Совсем погасить накатившее веселье не смогла, и драконы заметили мои смеющиеся глаза. Принц нахмурился, а потом зло бросил:

– Что Вас так рассмешило, госпожа Тилла?

– Представила себе процесс соблазнения в красках, – со смехом честно ответила я.

– И что же именно Вы представили? – с нескрываемым любопытством спросил Грейстон, даже слегка наклонившись в мою сторону, что почему-то явно не понравилось принцу, негромко, но слышно, рыкнувшему на брата.

– Ничего, – опять правдиво ответила, а смех против воли набирал обороты. – Приду, и скажу: «Вот и я! Простите, опыта в соблазнении мужчин у меня нет, но мне очень надо, войдите в мое положение, соблазнитесь, пожалуйста, по-быстренькому, а то домой очень хочется». – Я откровенно уже хохотала над их задумкой. – Кстати, специалисты тактического и стратегического планирования, а вы часом не продумали, как мне к нему подобраться, если, по вашим словам, предателей вокруг него нет? Судя по всему, ваши предыдущие идеи были так себе, коли не сработали ни разу, а исходя из идеи с соблазнением, я даже понимаю, почему.

Разозлила. Из носов аж дым валит. Ну, ничего, пусть подумают адекватно, а не ерунду предлагают.

Кстати, идея «с соблазнением» может прокатить: папа спит чутко, если я прокрадусь к нему ночью, он, скорее всего, «причинит мне вред», что является отрицательным условием первой клятвы, а значит, я смогу выйти из этой ситуации возможно с минимальными потерями. Теперь надо продумывать каждое слово, когда буду подписываться под окончательным соглашением…

Драконы, переглядываясь между собой, с некоей ненавистью смотрели в мою сторону, понимая, что крыть мои слова нечем. Пусть позлятся, а потом я им предложу свой вариант.

Принц крутил в руках магическое перо для письма, Грейстон – белую маленькую статуэтку. Видимо, идей не было. Рассчитывали, что я опытна не только в бою, но и в постели? Надо же так… ошибиться. Начинаю, переставать их опасаться, как профессионалов. То ли опыта у них не много, то ли и правда, уже все идеи исчерпали. Даже на миг стало их жалко. Сидят, печалятся…

– Кстати, а почему вы не обратитесь к приближенным короля? Неужто среди них не найдётся ни одного желающего помочь вам устранить ненавистного агрессора? – Заодно и почву прозондирую на предмет предателей и крамольников.

Грейстон замялся, но всё же нехотя ответил:

– К сожалению, мы не нашли среди близких Роттерграну тех, кто хотел бы его смещения. Окружение короля максимально лояльно ему и готово при малейшей угрозе встать на его защиту. Поэтому этот вариант мы не рассматриваем.

Я кивнула в ответ, едва сдерживая радость от такой новости! Значит, мы можем жить относительно спокойно, хотя это, конечно, не повод расслабляться.

Так, а пока надо думать. Сколько у меня, интересно времени на исполнение их затеи? Если артефакт вытягивает магию, не тронет ли он мою? Как применить заклятие «неконтакта», если для них я не маг? Стоп! Вытягивать любую силу из источника можно только с помощью темной магии! Значит, их артефакт создан с её помощью! У нас в королевстве нет Темных, и драконы это знают, то есть, по их мнению, отец не сможет сам деактивировать накопитель, и в любом случае ему будет причинен большой вред.

Если они проговорят в условии конкретно «надеть артефакт», то я буду вынуждена это сделать, не имея возможности помочь. Мне надо где-то найти сильного Тёмного, чтобы… И тут меня осенило: у нас же есть Римма и Лисси! Драконы просчитались, злорадно подумала я, теперь всё будет проще!

– У вас такое выражение лица, словно, Вы придумали пакость мирового масштаба… – выдернул меня из размышлений недовольный голос Грейстона. – Поделитесь?

– Нет, – самодовольно усмехнулась в ответ. Натолкнувшись на два грозных взгляда, решила не испытывать судьбу и не провоцировать врага, так сказать. Хитро подмигнув, «успокоила»: – Нечем, это были всего лишь воспоминания, правда, они подкинули мне идею. А вот ею могу поделиться.

Взгляды сменились на заинтересованные:

– Но сначала мне нужны детали. Какой срок у меня на выполнение задачи?

– Это сложный вопрос, – тяжело вздохнул Максиэр. – Император последнее время крайне недоволен отсутствием результата и его недовольство в любой момент может перейти в нежелание ждать. Вот тут будет сложно что-то предсказать. Поэтому я бы дал Вам не более двух недель. Это, на мой взгляд, максимальный срок.

Грейстон кивнул.

Несмотря на то, что Император агрессивен, судя по всему, мне очень нужна встреча с ним.

– Так какая у Вас идея, Тилла?

– Единственная возможность попасть на глаза королю – это попасть в ряды его безопасников. Мне нужна информация о том, как в Эрлладэне нанимают в армию пришлых воинов. Как попасть на отбор? – Заодно проверю, как много вы о нас знаете, хвостатые. Видя готовое решение в глазах собеседников, отмела его на корню: – Я немало слышала об этом государстве, и как строго там следят за порядком. – (За него же личную ответственность несет дядя – строем не ходят, уже хорошо). И чтобы предупредить напрашивающийся вопрос, тут же пояснила: – Я когда-то мечтала туда попасть, но для меня это недосягаемый уровень, хотя и училась у выходца из воинов этого королевства. Положа руку на сердце, признаюсь, что я и до его коленки не дотягиваюсь своими умениями, – грустно усмехнулась, краем глаза следя за реакцией драконов: нахмурились, не нравится. Будем добивать! – Мне нужно время обдумать план, господа, поэтому прошу предоставить мне такую возможность через отдельные покои.

Максиэр мельком глянул на брата и тот еле заметно кивнул в ответ. Я встала и отправилась к выходу из кабинета, но по дороге «неожиданно вспомнила» кое-что:

– Кстати, Император вам дал в этом деле полный карт-бланш? – Замешкавшиеся движения и переглядывания мужчин стали мне достаточным ответом. Я резко повернулась и с вызовом произнесла: – Нет, господа, так не пойдет! Я должна знать всё или буду действовать сама, без вашего участия. Что вы скрываете?

– Ничего, госпожа Тилла, – с милой улыбкой быстро ответил Грейстон. – Мы рассказали всё, что Вам необходимо знать, правда. Остальное – наши внутренние дела, которые никак не влияют на саму миссию. Просто дядя нетерпелив и предлагаемые им методы порой радикальны. Мы же заинтересованы в иных способах достижения целей. Вот и всё.

Значит, в отличие от Императора эти двое не хотят вступать в открытую конфронтацию, оттягивая начало войны, а Императору не терпится стереть нас с лица Континента. Ну что ж, нетерпеливый ты наш, будем играть по твоим правилам…

Окинув драконов оценивающим высокомерным взглядом и дав понять, что почти поверила, повернулась к двери, ожидая, когда меня проводят в выделенную мне комнату.