Гордая любовь

Закинув ноги в высоких кожаных сапогах на стол, Эдвард просматривал книгу счетов. Тусклое пламя свечи скудно освещало капитанскую каюту. В дверь постучали:

- Капитан! - в каюту просунулся главный помощник. Этот добродушный человек чем-то напоминал Санта Клауса, не хватало, пожалуй, очков и мешка с подарками.

- Да, Джем?

- Там с тобой хотят поговорить насчет груза.

- Груза? Но корабль заполнен. Мы отчаливаем с рассветом.

- Он настаивает на разговоре, Эдвард.

- Ну, хорошо, передай, что я сейчас поднимусь.

В этой вязкой душной ночи, наполненной запахом моря, Эдварда было не различить в его черном одеянии, обтягивающем стройное тело. Ветер развивал его каштановые кудри, лаская, как любовница, загорелое лицо. Он глубоко вдохнул соленый воздух, так любимый им с детства, и подошел к незнакомцу.

- Доброй ночи, капитан! - голос незнакомца был неприятно скрипуч, он был чуть ниже Эдварда, но многим старше, обезображенное шрамами лицо скрывала широкополая шляпа, сильное тело было закутано в плащ. Глядя на него, сразу можно было понять, что дело он предлагает темное и малоприятное.

- Доброй, мистер...?

- Обойдемся без мистеров, - неприятно усмехнулся гость, - я не буду торопиться называть себя.

- Тогда перейдем к делу? - нахмурившись, предложил капитан.

- Я хочу, чтобы Вы перевезли на своем судне рабов в Австралию.

- В Австралию?? Да Вы сума сошли! Из Америки в Австралию... Это невозможно.

- Возможно все, поверьте мне, капитан. 

- Ни мое судно, ни моя команда не осилят такого путешествия.

- Деньги делают способными людей на много, я предлагаю Вам целое состояние и оплачиваю все расходы в пути.

- Рабы не стоят столько, и нет никакой необходимости перевозить их так далеко. В чем подвох?

- Вы правы.... Дело в том, что рабы белые люди.

- Белые? Но зачем?

- Потребность рождает предложение... В Австралии люди баснословно разбогатели. Они хотят, чтобы их обслуживали и обрабатывали землю не привычные для всех чернокожие, а белые, такие же, как и они. Они готовы за это платить, а такие как я - готовы ради этого рисковать.

- Где Вы взяли этих людей?

- В разных местах, капитан, в самых разных, - загадочно ответил неприятный незнакомец.

- Вы хотите, чтобы я подверг риску себя, команду и корабль. К тому же, Ваш товар незаконен. Но такие деньги честным трудом не заработать. Мне нужно посоветоваться с командой.

- Пожалуйста, капитан.

Эдвард спустился к отдыхающей перед отплытием команде и рассказал о предложение незнакомца.

Через какое-то время, капитан снова появился на палубе и подошел к гостю.

- Мы согласны, но при двух условиях.

- Я весь во внимании. 

- Деньги вы даете нам до отплытия, мы хотим оставить их здесь, так как потерять в море то, из-за чего мы пошли на такой риск будет слишком большим разочарованием. 

- Я предвидел это. Деньги при мне, Вы можете их получить сразу, после погрузки. Второе условие?

- У нас много груза на борту, поэтому мы последуем ранее запланированному маршруту. Делая по пути многочисленные остановки. 

- Я не тороплюсь, - с улыбкой ответил работорговец.

- О том, что на корабле необходимо подчиняться капитану, я думаю, напоминать не стоит?

- Так точно, капитан, - засмеялся гость.

- Как мне Вас называть?

- Койот, так меня все называют. Позволите называть Вас просто Эдвард? - заметив удивление на лице капитана, он добавил, - да, я знаю о Вас достаточно и даже больше.

- Хм, хорошо Койот, - снова нахмурился капитан,  - мы отплываем с рассветом. До этого все рабы должны быть погружены на корабль.

- Вас понял, капитан, - засмеялся Койот, сверкнув зубами из-под шляпы, и направился на берег.

Там он издал три резких неприятных звука, похожих на лай койота. Через несколько секунд к нему подбежал человек. Они перемолвились несколькими словами, и тот скрылся. Не прошло и пяти минут, как из-за док показались заключенные в цепи люди и несколько погоняющих. В темноте ночи сложно было различить это шествие, их выдавало лишь позвякивание цепей и тихая ругань сопровождающих. Рабы брели неохотно, спотыкаясь и задевая мусор на причале: бочки, мешки, рваные сети и спящих на них пьяниц. Наконец, они дошли до трапа и стали подниматься на корабль. Капитан различал среди рабов и женщин и мужчин. Все были молоды и сильны, но усталость и отчаянье оставили свои следы на каждом из них. Вдруг внизу, у трапа, завязалась какая-то борьба. Кто-то из плененных предпринял последнюю попытку к бегству. Возня затихла сразу после раздавшегося приглушенного стона. Вскоре на борт поднялись последние три пассажира. Помощник и Койот тащили девчонку, устроившую переполох внизу. Из ее носа текла кровь, но она не перестала сопротивляться, даже ступив на борт корабля. Их глаза встретились, и мужчина почувствовал, что его что-то кольнуло. Капитан поспешно перевел взгляд на море.

- Мы готовы, капитан - сказал Койот, подойдя к Эдварду. - Вот Ваши деньги.

- Отлично, на рассвете отчалим, - ответил тот, принимая мешочек с деньгами.

Море вспыхнуло за горизонтом как подожженный ром, окрасив паруса корабля в алый цвет. Цепь якоря натянулась и с лязгом поползла в клюз, наконец, показался сам якорь, как некое морское чудовище, опутанное водорослями. Корабль, совершая аккуратные маневры, выбрался из порта и устремился в открытое море. Вся команда была занята делом, двое матросов, словно пауки, перебирались по такелажу. Койот подошел к капитану, гордо стоящему за штурвалом.

- Мы остановимся завтра в одном из ближайших портов, чтобы увеличить запасы пищи и воды. Делать это ночью здесь было рискованно. Могли появиться подозрения, - обратился Эдвард к нему.

- Хорошо, капитан. Погода, судя по всему, будет отличная. Надеюсь, нам повезет в нашем путешествии.

- Я полностью разделяю Ваши надежды.

Вскоре к капитану подошел Джем.

- Не совершаем ли мы ошибку ввязываясь в это? - со вздохом произнес он.

- Я не знаю, старина. Но стоит рискнуть. Не только ради денег. Я уже устал плавать из одного до боли знакомого порта в другой, перевозя всевозможные грузы. Я мечтал о море с детства, но мои мечты были наполнены приключениями, а не постоянными переправами из одного порта в другой. Возможно, во мне заговорил мальчишка, когда я принял это предложение.

- В этом ты прав, Эдвард. Но заскучал не только ты. Мы все немного расслабились за последнее время. Это путешествие нас встряхнет.

- Что ты будешь делать с деньгами?

- Думаю купить себе землю и домик. Моя Нина уже давно просит меня оставить море. Я понимаю ее. Столько лет бесконечного ожидания и волнения. Находясь в море, я пропустил все самое важное: рождение своих детей, их первые шаги, их женитьбу, рождение внуков. Мне пора узнать, что такое дом, теплый камин, утренние газеты, горячие пирожки, - с улыбкой ответил Джем, - а ты?

- Я куплю еще один корабль. Что-то среднее между Сиреной и Ведьмой. 

- Главное, что бы нас по возращению не ждали с наручниками, - засмеялся главный помощник, - уверен, этого Койота многие знают, и далеко не как законопослушную личность.

- Да, - вздохнул Эдвард, - нам понадобиться слишком много удачи. 

Корабль шел запланированным курсом, останавливаясь в привычных для него портах и выгружая грузы. Он не привлекал к себе внимание и не вызывал подозрение. В одном из портов Эдвард взял еще несколько моряков, необходимых при таком далеком путешествии. Там же он связался с другими четырьмя своими кораблями, сообщая о том, куда они направляются, и по какому курсу нужно будет начинать поиски в случае, если от них длительное время не будет приходить вестей. 

Когда корабль покинул очередной порт, Эдвард спустился в трюм, где расположились рабы и их надсмотрщики. Эдвард старался забыть, о грузе, который перевозил и крайне редко спускался вниз. Но сегодня сами ноги направили его туда. Едва спустившись с крутой лестницы на пол трюма, он услышал свист плетки и последовавший за ним приглушенный вскрик.

- Что здесь происходит? - с негодованием воскликнул капитан.

- Мы наказываем одну из рабынь за попытку бегства, - сказал Койот, отделившись от стены. Он стоял в месте, куда слабая свеча не могла протянуть свой лучик, и капитан не заметил его присутствие.

Эдвард подошел к месту, где происходило наказание. На балке потолка была закреплена веревка, к которой были привязаны руки жертвы. Из-под копны длинных черных, слегка вьющихся волос, на него взглянули зеленые глаза, - словно чиркнули ножом. Он узнал ту девчонку, которая устроила возню перед трапом.

- Я хочу поговорить с Вами, - обратился капитан к Койоту. 

Они вышли из трюма, и капитан сказал:

- Я покупаю эту девчонку, - такое решение родилось у него само собой.

- Я не советую Вам этого делать. Это настоящая дьяволица. Я даже не уверен, что смогу довести ее до нужного пункта, - Койот, как всегда, был очень осторожен, и не называл места продажи рабов. Эдвард был уверен, что от порта, к которому он их доставит, им еще придется проделать длинный путь.

- И все же, - настоял капитан.

- Ну что ж... Если Вы действительно хотите получить от нее нож в спину, то я не в праве Вам мешать. Но я этого не хочу, в связи с этим вынужден потребовать от Вас выполнения одного условия.

- Какого? - напрягся Эдвард.

- Я прошу не отпускать ее и не снимать с нее наручники и цепь пока я на судне. Вообще держать ее под присмотром. Эта девчонка не упустит случая прикончить меня и освободить остальных. Я надеюсь, Вы понимаете, к чему это может привести. Все те люди озлобленны, - они нападут на Вашу команду после того, как расправятся с надсмотрщиками. Они погубят Вас. 

- Я понимаю Ваши опасения. Я не отпущу ее.

- Вот и отлично. Честно сказать, я пожалел, что связался с ней. И уже не надеялся, что сумею ее продать. Кому захочется подвергать себя опасности? Все равно, что купить себе тигрицу. Я продам Вам ее за коробочку табака и бутылку рома. Большего эта чертовка не стоит. Да и мои ребята будут только рады избавиться от нее.

- Через пять минут все будет лежать у Вас в каюте, - Эдвард был сильно, но не менее приятно, удивлен цене за эту женщину.

- Тоже самое могу сказать о рабыне.

Когда через пять минут Эдвард спустился к себе, у двери в его каюту стоял один из надсмотрщиков, держа дерзкую девушку. Эдвард поблагодарил его и провел рабыню в каюту. Там он попросил ее сесть на стул и выслушать его. Он не знал, как сказать то, что следует и как вообще с ней обращаться. Девушка же приметила на конце стола неосмотрительно брошенный нож. Резким и точным движение она схватила его, и в туже секунду, не разворачиваясь, как бы падая на противника с выставленным ножом, набросилась на капитана. Эдвард чудом успел увернуться, и тигрица упала на пол каюты, лишь разорвав его белую рубашку. Из-за наручников на руках ей не удалось смягчить свое падение. Понимая, что сейчас у него есть несколько секунд до следующего броска девчонки, капитан бросился в бой за нож. Цепкая и ловкая, девушка извивалась в его руках, пряча нож и норовя воткнуть его в Эдварда. Он сам не понял, как оказался крепко сжат ее смуглыми коленями, в то время как она сидела на нем, и уже готовилась нанести удар. Он схватил цепь, свисающую с ее шеи, и резко рванул в сторону. Девушка потеряла равновесие и при падении выронила нож. Капитан схватил его и резко встал. Нож он запер в ящик стола, туда же в срочном порядке отправились все острые предметы, находящиеся в каюте. Потом капитан выдохнул и сказал:

- Выслушай меня сначала! 

Девушка сидела на полу, гневно смотря на него своими зелеными кошачьими глазами.

- Прошу тебя, сядь на стул и послушай.

Тигрица тихо поднялась и села на указанный стул. За каждым ее движением с напряжением следил капитан.

- Хорошо, - выдохнул он, когда она села, - я купил тебя, чтобы отпустить, - Эдвард заметил, как глаза девушки расширились от удивления, - я видел, как ты любишь свободу, это достойно уважения, и я решил, что освобожу тебя. Я сниму с тебя наручники и цепь сразу же, как мы покинем порт, в котором высадим Койота и остальных пленников, - на этих словах глаза девушки сузились, и капитан понял, что можно ждать новой атаки, он торопливо продолжил - я понимаю, что тебя это не совсем устраивает, но иначе ты погубишь всех на корабле. Я понимаю, что ты хочешь отомстить Койоту и освободить остальных. Но я не могу допустить этого. Освободившиеся пленные нападут на мою команду и перебьют ее, в связи с этим останутся в океане без людей способных вести судно. Пойми, что я не могу освободить всех, но я могу освободить тебя. Их судьба зависит от них. И предоставь им самим решать ее. Вообще не факт, что мы сможем добраться до Австралии живыми. Ты понимаешь меня? 

- Да, - тихо ответила пленница.

- Ты понимаешь, что я хочу помочь тебе, и не стоит на меня нападать?

- Да, я понимаю, - у нее был приятный бархатистый голос. Но говорила она с небольшим акцентом.

- Это хорошо, как тебя зовут? - выдохнул Эдвард и, наконец-то, сел.

- У меня нет имени, пока я не свободна, - с вызовом ответила девушка.

- Ясно, - устало ответил капитан, - а меня называй Эдвардом.

Мужчина встал и прикрепил цепь от рабского ошейника к специальной петле замком, так чтобы девушка не смогла дотянуться до дивана, на котором он спит. Потом устроил ей кровать из матрасов.   

- Я распоряжусь, чтобы тебе принесли еды, ты, наверное, голодна? - спросил Эдвард, стоя на пороге.

- Да, спасибо, - девушка не была уверена, что может доверять ему.

Эдвард нашел кока и попросил отнести еды пленнице, но при этом запретил давать ей что-либо кроме ложки. После встал у штурвала, заменив одного из помощников. К нему подошел Джем.

- Зачем тебе эта девица?

- Я хочу отпустить ее, - Эдвард рассказал обо всем другу.

- Хорошие намерения. Но вот команда думает иначе, - с грустью сказал Джем, - матросы истосковались по женщинам, а тут ты покупаешь себе рабыню... ты понимаешь, о чем они думают?

- Да, но я уверен, что справлюсь с их недовольством. В следующем порту мы остановимся на два дня, там они отдохнут.

- Ну, как знаешь, дружище, - похлопав по плечу Эдварда, сказал старый моряк. 

Эдвард вернулся в каюту поздней ночью. Пленница лежала на своей импровизированной кровати, в свете свечи поблескивали ее глаза. 

- Я хочу подышать свежим воздухом, капитан, - сказала она.

- Но тебе нельзя выходить.

- Я не буду вырываться. Прогуляйтесь со мной, я столько времени просидела в душном трюме, - настаивала девушка.

- Ну, хорошо, - нехотя согласился Эдвард.

Они поднялись на палубу. В руках Эдвард держал цепь, от чего чувствовал себя крайне неловко, но другого выхода не было. К ним подошел Джем.

- Доброй ночи... - моряк растерялся, не зная как обращаться к девушке, свою помощь она не предоставила, - как Вы позволите называть Вас?

- Никак, - сухо ответила та.

Девушка встала, облокотившись на леер. Ветер развивал ее красную юбку и белую кофту, под которыми угадывалась прекрасная фигура. Лунный свет тихо падал на нее, оба моряка загляделись на молодую красавицу. 

- Ты уверен, что сможешь держать себя в руках, ночуя в одной каюте с такой девушкой?

- Я ни в чем не уверен, Джем... - тихо сказал Эдвард, старый моряк улыбнулся.

- Красавица, а меня зовут Джем, и я, к Вашим услугам, - настоял на знакомстве главный помощник.

- Тогда освободите меня от оков, - ответила пленница.

- Э-ээ, я не могу, - смутился Джем.

- В таком случае, не предлагайте то, что не в силах сделать, - закончила разговор девица.

- Ладно, пойдем, - вмешался Эдвард, и они направились в каюту.

В каюте оба были напряжены. Пленница не знала, как поведет себя капитан, Эдвард же не мог уснуть по двум причинам. Он не доверял ей после дневной схватки, и теперь ему отчетливо вспоминались все ее движения, горячее дыхание, гладкие колени, красивая шея, горящие глаза,  упругая грудь, все, что в момент схватки блокировало его сознание в целях самовыживания. С первыми лучами рассвета капитан поспешил покинуть душную каюту. На борту его встретили насмешливые взгляды матросов. Каждый из них думал о том, как он развлекался ночью со своей рабыней. Эдварду стало противно от осознания этого. Капитан нахмурился и встал у штурвала.                

После обещанной двухдневной остановки в порту, команда без происшествий, пьяные драки в расчет не брались, собралась на корабле и стала готовить его к отплытию. Эдвард принес своей пленнице несколько платьев, чем глубоко изумил ее. Все платья оказались впору, что выдало в капитане знатока женщин. Следующей же ночью она одела одно из них, под цвет ее глаз, на их, ставшую обязательной, прогулку. У нее было хорошее настроение, и девушка была разговорчивее обычного, видимо соскучилась, просидев двое суток одна в каюте. 

- Откуда ты родом? - спросил Эдвард.

- Из Андалузии, но разве это имеет значение?

- Даже не знаю, - удивился ее вопросу капитан, - а что ты делала в Америке?

- Жила, - просто ответила девушка.

- А как ты жила?

- Свободно.

- Я понимаю это, я хочу узнать, кто ты...

- А знаешь ли, кто ты сам? 

- Да, - ответил Эдвард, а потом задумался, - а может, и нет.

- Сначала познай себя, тогда поймешь других, - засмеялась красавица.

- Ты права, но ты понимаешь, что я пытаюсь про тебя узнать.

- Да, - со вздохом ответила пленница, - я жила в Америке свободно и честно. Таких как я часто обвиняют в воровстве и убийствах. Но я не совершала ничего противозаконного, и мои друзья тоже, но это не мешало нам встречаться с непониманием и недоверием. Но мы не держали злобы или обиды. Вечерами мы разводили костры, танцевали под гитары и пели. Был день - была пища. Когда попадалась какая-нибудь подработка, когда гадала, когда танцевала и показывала фокусы, когда продавала ручные поделки. Я была счастлива. А ты? Ты всегда плавал?

- Да... я стремился к этому с детства. Сейчас у меня несколько кораблей. Все они перевозят грузы. Это, мой первый корабль, Сирена. Хороший, но капризный корабль. Она уже старушка. Перевозит много тяжелого груза на уверенной скорости, но не сравнить с Афиной, та перевозит огромные тяжести, но не особо торопиться, или с Ведьмой, она самая быстрая, но летает налегке. Скоро я построю еще один корабль, такой же быстрый как Ведьма и такой же выносливый как Сирена, - лицо капитана освещала улыбка.

Морской ветер играл волосами собеседников, они смотрели на лунную дорожку, облокотившись на леер. 

- Почему ты согласился плыть в Австралию?

- Мне захотелось приключений, во мне проснулся мальчишка.

- Но эти люди! - с негодованием воскликнула девушка.

- От моего решения их судьба не зависела, не я, так кто-то другой отвез бы их.

- Но ты мог бы попытаться их освободить, мог бы задержать Койота и вызвать какого-нибудь шерифа.

- Каждый сам делает свою судьбу.

- Но ты же решил помочь мне?

- Да, потому что я видел, как ты борешься. Я видел, что тебе не безразлична твоя судьба. Но тебе нужна была помощь, ты не могла справиться одна с несколькими смотрителями. Эти люди не понимают, что могут изменить происходящее, их больше чем смотрителей и все вместе они могут справиться с ними, но кто-то боится, а кому-то может, будет лучше там, куда он попадет. Мы же не знаем, кто эти люди и чем они занимались. Я не хочу помогать тем, кто не хочет помочь себе сам.

- В чем-то ты прав, - после паузы сказала пленница, - просто так странно чувствовать рядом пленных людей. Видимо свобода у меня в крови.

После этой прогулки девушка и капитан стали больше доверять друг другу. Вскоре красавица подружилась и с Джемом. Когда у него было ночное дежурство, капитан оставлял ему пленницу и старый моряк рассказывал ей морские истории про пиратов, сокровища, роковых красавиц и морских чудовищ. Часто ночами пленница пела на своем языке. Ее красивый голос разливался в ночи и сжимал сердца тоской по дому, хотя слова ее песен были и непонятны морякам. 

- О чем ты поешь? - спросил однажды ее капитан.

Я доверю свой путь коню,

Поводья из рук отпустив.

Я свободу как жизнь люблю,

Про очаг погасший забыв.

А по небу плывет луна

Словно лодка в просторе морей

На коня не одену седла -

Он свободен как ветер полей.

Моя жизнь как изгиб крыла,

Как пронзительный чаек крик,

Загорится как искра костра

И иссохнет как слабый родник.   

Пленница перевела ему последнюю песню. Капитан слушал ее, не отрывая взгляда. Он чувствовал, что влюблен в эту девушку, но не знал как повести себя в сложившихся обстоятельствах. Поверит ли? Простит ли ему свое заточение? 

Эдвард сидел на бочке, погруженный в свои раздумья, и бесцельно крутил в руках кусок каната, когда до него донесся разговор двух матросов: 

- Капитану-то хорошо, завел себе рабыню.

- Да, сначала выгуливает ее, а потом за дело.

- Я такую конфетку угощал бы почаще... - засмеялся матрос и тут же, неожиданно для себя, получил кулаком в челюсть.

Капитан развернулся и занес кулак на второго, но его дернул за ногу первый, завязалась потасовка. Собрались матросы, никто не решался разнять дерущихся. Подбежали Джем и Стив, - второй помощник капитана. Стив выстрелил в воздух и приказал двум морякам встать. Джем помог подняться Эдварду. Капитан рукавом протер кровь, струящуюся из разбитой губы, сплюнул и сказал:

- За нападение на капитана и оскорбление женщины, - 15 ударов плеткой каждому, - со злобой сказал Эдвард, - отныне наказание понесет каждый, кто осквернит словом или взглядом женщину, находящуюся у меня в каюте, - сказал капитан, обведя всех свирепым взором, резко развернулся и ушел. 

Среди моряков раздался удивленный шепот.

- Тихо! - выкрикнул Стив, - Вы, двое, за мной. Остальным разойтись. И запомнить слова капитана!

- Что случилось? - спросила пленница, когда капитан зашел в каюту и стал умываться, - Капитан?

- Я просил называть меня Эдвард! И может, скажешь, наконец, как тебя зовут? - набросился он на девушку, которая игнорировала все просьбы называть его по имени.

Вместо ответа девушка затихла и отвела взгляд. Тогда Эдвард не выдержал и заключил ее в свои объятья, обжигая горячими поцелуями. Девушка сдавленно вскрикнула и попыталась отстраниться. Когда голова капитана немного просветлела от нахлынувшей волны страсти, он почувствовал, что красавица не отвечает на его поцелуи, и ослабил свои объятья.

- Вы, конечно, можете делать со мной все что угодно, ведь я Ваша рабыня, капитан, - с гневным блеском в глазах бросила та.

- Имя, имя! - заорал Эдвард и встряхнул пленницу за плечи. Потом оттолкнул ее от себя и вышел из каюты, хлопнув дверью. Ночью он не вернулся. 

Эдвард распахнул дверь каюты только на рассвете. Он был сильно пьян. Подойдя к кровати замершей в испуге пленницы, он постоял, глядя на нее какое-то время, то и дело норовя упасть, потом выругался и завалился на свой диван. Проснулся он уже к вечеру в дурном настроении, поднялся и молча, не взглянув на пленницу, покинул каюту.

В небе собирались тучи. Ветер все сильнее трепал паруса. Вода потемнела. Надвигалась буря. Эдвард зашел в каюту взглянуть на карту. Они с девушкой почти не разговаривали последнее время.

- Что там происходит? - с беспокойством спросила пленница.

- Надвигается буря, - угрюмо ответил капитан.

- Судно в опасности?

- Еще не известно.

- Если мы начнем тонуть, что будет с пленными?

- Ничего, - попытался проигнорировать вопрос капитан.

- Ты освободишь их?

- Нет.

- Как нет?! - в ужасе воскликнула девушка и вскочила с кровати, если бы цепь позволила, она бы уже накинулась на Эдварда, - Ты оставишь их умирать в трюме? 

- У них нет шансов.

- Почему ты решаешь за них? - закричала девушка.

- У нас нет такого количества шлюпок. 

- Но они могут плыть.

- Мы находимся в океане! Куда они могут плыть? Если они доплывут до шлюпок, то перевернут их, пытаясь забраться, так погибнут те, кто смог спастись. Многих затянет за кораблем на дно, остальные утонут от усталости, менее счастливых съедят акулы. Любое из принятых решений принесет им гибель, только если они останутся в трюме смерть будет быстрая и менее мучительная.

- Но должен быть выход, - тихо сказала девушка, опустившись обратно на кровать.

Капитан сердито взглянул на нее и вышел.

Волны кидали корабль как щепку, норовя смыть с его палубы моряков. Ветер усиливался, нападая на паруса, стараясь оборвать тросы.

-Укоротить топселя до самых рифов! - приказал команде капитан.

Тут раздался треск: один из стакселей оторвался. Через несколько мгновений его уже поглотили волны. Это зрелище напоминало белый флаг, растоптанный неумолимой вражеской конницей.

- Опустить верхние реи! - раздался приказа капитана, - опустить брам-стеньги!

Какое-то время Сирена держалась достаточно уверено на волнах, но ветер усиливался, и, наконец, бизань-мачта не выдержала его напора и с ужасающим треском рухнула на палубу. Капитан выругался, но надежда еще была. 

- Капитан, капитан! В грузовом трюме пожар! - подбежал один из матросов.

- Черт побери! Готовь шлюпки! - в гневном отчаянье сказал Эдвард.

- Возьми все самое необходимое и садись в шлюпку, - сказал капитан пленнице, снимая с крючка цепь.

- Освободите меня от всего этого! - указала девушка на наручники и цепь на шее.

- У меня нет  ключей, вообще сомневаюсь, что они существуют в природе. Не тяни время, судно в огне, - капитан выскочил из каюты и продолжил распоряжения на корабле. 

Все шлюпки были заполнены. Они отплыли на безопасное расстояние от гибнувшего в двух противоположных стихиях судна. Последняя, с Джемом, Стивом и еще несколькими матросами ожидала капитана. 

- Джем! Девчонка точно села в шлюпку? - в волнение выкрикнул Эдвард.

- Я не знаю, капитан. Я ее не видел.

Остальные шлюпки были слишком далеко, различить кто в них находиться было невозможно. Подзорная труба же каталась по палубе с разбитым стеклом. В сотый раз выругавшись за этот день, Эдвард бросился искать девушку. Он предположил, что она решила освободить пленников. Спустившись к трюму, он увидел запертую дверь и услышал крики. Девушки не было. Тогда капитан направился в каюту. Дверь каюты была распахнута и моталась в такт раскачивания корабля. В самой каюте был погром. Под завалами он различил руку. Капитан принялся поднимать тяжелый шкаф, освобождая пленницу. Девушка лежала без сознания. Эдвард наклонился и встряхнул ее.

- Капитан... - прошептала пленница, приходя в себя.

- Поднимайся, нам надо торопиться! - Эдвард попытался помочь ей встать, но цепь за что-то зацепилась.

- Уходите, капитан, Вы теряете время, - не глядя на мужчину, сказала пленница, тот проигнорировал ее слова, - для таких, как я, нет места в шлюпке, - припомнила недавний разговор девушка.

- На борту корабля все обязаны подчиняться капитану. Прекрати разговоры и помоги мне вытащить цепь.

Девушка повиновалась. Цепь долго сопротивлялась, но вскоре что-то под завалом хрустнуло, и она вытянулась. Эдвард помог подняться девушке, но оказалось, что у нее повреждена нога и он подхватил ее на руки. Наконец, они выбрались на палубу. Капитан поставил девушку, переступил через леер, укрепив ногу на веревочной лестнице ведущей к шлюпке, и сказал Стиву принять пленницу.

- Поторопись! - выкрикнул он девушке, протягивая руки.

- Не так быстро! - раздался грубый голос, один из надсмотрщиков схватил девчонку, - только после нас!

На палубу стали подниматься пленные и надсмотрщики, они выломали дверь в трюме.

- Джем! Отчаливайте! Быстро! - выкрикнул капитан, понимая, что надо спасать моряков в шлюпке.

- Стойте! - закричал надсмотрщик, отшвырнул девчонку и бросился спускаться к шлюпке. Эдвард ухватил его.  Надсмотрщику уже почти удалось выкинуть Эдварда за борт, тем самым, освободившись от него, когда девчонка вцепилась в капитана, удерживая его на борту. Мотаемый на веревочной лестнице штормом, надсмотрщик потерял равновесие и полетел вниз, но зацепился ногой за лестницу, - теперь ему точно было не спастись. Вися вниз головой, он захлебывался соленой водой и бился об обшивку корабля. Тем временем на палубе шла ожесточенная борьба за плавающие предметы. Кто-то отдирал обшивку, кто-то боролся за пустые бочки, но все безвозвратно теряли время.

- Нам придется плыть! - сказал капитан, понимая, что шлюпка с Джемом еще достаточно близко.

- Как Вы себе это представляете? - с иронией спросила девушка, указывая на закованный руки и тяжелую цепь на шее.

- Чертовщина! Тогда не теряем время. Под капитанским мостиком есть маленькая каюта. Мы используем ее как кладовую. Там есть бочки и веревки, - капитан подхватил пленницу и быстро, стараясь быть не замеченным остальными, направился туда.

В кладовой было четыре пустых бочки. Эдвард крепко связал их между собой. Быстро оглянулся вокруг, схватил несколько предметов, засунул их в маленький мешочек, вытряхнув из него какой-то мусор, и привязал на шею. Потом попросил девушку выглянуть на палубу и описать происходящее.

- Все бросаются за борт... 

Капитан удивился и сам подошел к двери. Паникующие люди бегали по палубе и сбрасывали в воду все, что, по их мнению, могло удержаться на плаву, затем прыгали сами в воду и пытались ухватиться за что-нибудь. Один из пленных выскочил на палубу с оторванной дверью, на нем горела рубашка. Он пронесся по палубе, звеня цепью, и бросился в воду. Такая суматоха была вызвана тем, что огонь уже добрался до палубы. Практически все покинули корабль, не считая нескольких обезумевших человек. Один из них набросил на голову мешок и бросился в воду, другой свернулся калачиком у обломков мачты, третий гордо встал на капитанском мостике и запел гимн, слова которого проглатывал ветер. Эдвард понял, что нельзя терять ни минуты. Он вытащил импровизированный плот на палубу и расположил в том месте, где корабль глубже осел в море. Потом  перенес девушку.

- Держись крепко! Следующая сильная волна смоет нас с палубы, - сказал Эдвард, устраивая пленницу на бочках.

Убедившись, что она готова к схватке за жизнь, капитан расположился рядом и приготовился. Приближалась волна. Она обрушилась на них, придавив к бочкам, потом потащила за борт, несколько раз перевернула и бросила. Бочки всплыли как поплавки, вытаскивая из морских глубин державшихся за них людей. Капитан и девушка оказались под ними. Капитан обхватил уже задыхающуюся без воздуха пленницу и вынырнул из-под бочек.

- Держись! - выкрикнул Эдвард, помогая девушке ухватиться за канат. 

Потом заполз на бочки и втянул пленницу. Они огляделись. Корабль полностью был охвачен огнем. Большая часть него уже погрузилась в воду. Повсюду плавал мусор, за некоторый цеплялись люди.  Лодок видно не было.  Эдвард подхватил одну из обгоревших досок и стал грести, в надежде догнать шлюпку. Волны игрались с ними, норовя поглотить, но бочки выныривали. Силы были на пределе. Капитан отбросил надежду догнать лодку вместе с доской, служившей веслом. Он улегся на спину, закрепив руку в канате, чтобы не свалиться с бочек, если уснет, девушка последовала его примеру.