Горец. Не та невеста

Еще пять минут назад я была уверена, что знаю, когда выйду замуж, а главное - за кого…

Я была уверена, что в безопасности. А теперь моя жизнь разрушена.

- Дядя, это шутка? - ошарашенно смотрю то на него, то на тетю, которая выглядит слишком бледной для свадьбы своей дочери. 

Когда она позвала меня в спальню Анисы, я думала, что сестре нужна помощь в подготовке к торжеству. А в итоге узнала, что должна занять ее место.

- Тамила, дорогая, выбора нет, - тихо шепчет тетя и ободряюще гладит меня по плечу. - Ты должна нам помочь. Должна стать невестой.

- Я не понимаю, - бормочу, все еще не веря тому, что услышала. - А как же Аниса?

Растерянно оглядываюсь по сторонам - белое, невероятное красивое свадебное платье так и висит на специальном манекене. Фата, украшения, которые приготовлены для сестры - все это разложено на постели.

Не хватает только ее самой. 

- Разве я спросил твоего мнения? - дядя Тагир повышает голос, и я теряюсь от его мрачного давящего взгляда. - Твое дело - послушно выполнить мою волю.

Каждое его слово пропитано холодной яростью. 

- А как же мой жених? - спрашиваю очень тихо. - Ты же договорился насчет брака с Алихановыми. Я думала…

- Думать - не то, чем ты должна заниматься, - морщится он, даже не скрывая своего отношения к моей попытке иметь свое мнение. - Ты выйдешь замуж за Мурада Ямадаева. И точка.

Я в шоке опускаю взгляд - не выдерживаю давление со стороны дяди. Надо ли говорить, что у меня внутри все переворачивается от ужаса?

Род Ямадаевых один из самых влиятельных в нашем регионе. Про них я узнала совсем недавно - случайно подслушав разговор дяди. Но даже этого хватило, чтобы понять - от такой семьи лучше держаться подальше.

Тем более что Каримовы уже несколько лет негласно враждуют с семьей Мурада. Об этом я тоже в курсе. Как и о том, что совет старейшин решили помирить два рода самым простым способом - через брак. Поэтому моя сестра и должна была стать женой старшего сына Ямадаевых.

- А как же Аниса? - не удержавшись, задаю вопрос, который не дает покоя. 

Дядя мрачнеет, в его глазах мелькает что-то холодное и чужое.

- Аниса сбежала, опозорив нашу семью, - шокирует он меня правдой, от которой у меня мурашки по спине проносятся. - Так что ты займешь ее место и скрепишь наше перемирие браком с Мурадом.

- Ч-что?

Я мотаю головой отказываясь верить в то, что сестра могла так поступить. Не может быть!

Поворачиваюсь к тете - она все еще бледная, но в ее взгляде я вижу решимость, а еще удовлетворение. Как будто она одобряет решение мужа.

- Но я же не могу - я просватана, - возражаю, собрав остатки смелости.

Спорить с дядей недопустимо. Это мне и брату за несколько месяцев, что мы живем в его семье, повторяли неоднократно. Но сегодня особый случай - не каждый день узнаешь, что должна заменить свою двоюродную сестру и выйти замуж за главного врага семьи.

- Тебя это  не должно волновать! - рявкает дядя. - Пришло время отплатить за нашу доброту. Вы с Дамиром живете в нашем доме, пользуется всеми благами. Так что ты исполнишь мою волю, как и положено правильно воспитанной дочери.

Я едва не задыхаюсь от такого циничного и жестокого заявления. И дядя тут же добавляет:

- Если конечно, хочешь, чтобы твой брат остался  в хороших условиях. Я ведь могу и сослать его к дальним родственникам в один из аулов. Как и тебя, Тамила. Так что про брак с Алихановым в любом случае можешь забыть.

Я буквально каменею от его слов. Мне не верится, что дядя, который все это время казался хоть и строгим, но справедливым, так низко пользуется моей слабостью.

Разве я могу лишить своего пятилетнего брата дома? Он и так тоскует без родителей. А что его ждет, если дядя исполнит свою угрозу? Как сложится его жизнь среди чужих людей?

- То есть у меня нет выбора? - спрашиваю дрожащим голосом.

- Именно, - кивает дядя и переводит взгляд на свою жену. - Помоги ей собраться, Рена. Времени в обрез - скоро приедет жених. Вы должны подготовиться и спуститься вниз. 

- Да, конечно, - тут же кивает она в ответ.

Дядя выходит, а я обессиленно оседаю на кресло. Не верю. Просто не верю, что моя жизнь разрушена буквально за несколько минут.

Я должна была выйти замуж только через год - за Карима Алиханова. Мы были едва знакомы, но мой жених мне нравился. Он был спокойным, а про его семью дядя отзывался исключительно в хорошем ключе. И я мечтала о свадьбе - как буду выбирать наряд, как буду готовиться к торжеству. Я надеялась снова обрести семью, забрать брата…

- Давай, Тамила, у нас и правда мало времени, - говорит тетя уже гораздо бодрее. Хлопает в ладоши и окидывает меня деловым взглядом, моментально преображаясь.

А я не понимаю - как это? Она ведь только что выглядела растерянной и напуганной.

- Ну что сидишь, поторапливайся, - требовательно произносит она, дергая меня за плечо. - Ямадаевы не любят ждать.

Такие перемены в тете Рене настораживают.

- Но может Аниса вернется? - тихо спрашиваю я.

Что-то такое мелькает в ее глазах, что я не успеваю расшифровать.

- Одевайся, Тамила. Ты должна выполнить свой долг перед семьей, - чеканит она приказным тоном и открывает дверь. В комнату сразу заходят две служанки, которые молча принимаются за работу.

Меня никто не спрашивает - хочу ли я? Готова ли? Я уже ничего не решаю.

От одной только мысли, что сегодня я стану женой Мурада, у меня мороз по коже. И я настолько поглощена этой новостью, что послушно терплю все, что нужно, чтобы из меня сделали невесту. 

- Ну вот, - говорит тетя, довольно улыбаясь. - Ты такая красавица.

- Я не хочу замуж, - шепчу одними губами. Она качает головой, давая понять, чего ждет от меня.

Покорности. Послушания. 

Я думаю о том, что будь жив отец, он был не допустил подобного. Мама всегда говорила, что вышла замуж по любви. А их брак - лучшее, что с ней случилось.

И я мечтала о том же. 

Глаза печет от подступающих слез, а еще не покидает ощущение, что меня просто принесут в жертву, как барашка.

- Идем, Тамила, - говорит тетя. - Жених уже должен был приехать.

В коридоре  она поправляя фату так, чтобы закрыть мое лицо. Она настолько плотная, что мне приходится смотреть вниз, чтобы видеть, куда иду. Как будто Аниса специально выбирала именно такой материал, зная, что я займу ее место.

Страшная догадка поражает меня, и я торможу посреди коридора. Тетя недовольно цыкает и подталкивает меня в спину.

- Не останавливайся, - приказывает она тоном, не терпящим возражений.

Я с трудом переставляю ноги - сейчас белый цвет платья кажется насмешкой. Хочется закрыть глаза и проснуться - чтобы все это было просто страшным сном.

Но вот мы спускаемся на первый этаж, и я слышу мужские голоса.

Я думала, что жених не должен видеть невесту до начала праздника. Но похоже на этой свадьбе все не так, как я привыкла. Слышу низкий, грубоватый голос и вдруг с ужасом узнаю его.

Останавливаюсь у лестницы, грудь сдавливает обручем страха. Получается, среди гостей будет тот, кто посмел…

Голос тети приводит в чувства:

- Не говори и не смотри на него, - требовательно произносит она. - Мурад пока не знает, что невестой будешь ты.

Я в ужасе  от очередной новости, но возразить не успеваю - даже через плотную ткань фаты вижу, как один из мужчин оборачивается в нашу сторону.

Я остро чувствую, что он смотрит. А затем, не обращая внимания на остальных, идет прямо ко мне.

- Опусти глаза, - шипит тетя. - Сейчас же!

Интуитивно понимаю, что это и есть жених. Вижу лишь его размытый образ - высокий, огромный, в темном костюме. Он надвигается на меня, и внутри все обрывается.

В ушах звенит обещание дяди отыграться на Дамире, а сердце предательски громко стучит. 

Я остро чувствую тот момент, когда  Мурад оказывается непозволительно близко. А затем бесцеремонно хватает край моей фаты и тянет наверх.

Время растягивается, и я чувствую, что вот-вот случится непоправимое. Я понятия не имею, как отреагирует Ямадаев. Но судя по тому, как тетя требовала не смотреть на него, ничего хорошего ждать не стоит.

- Мурад! - голос моего отца разрезает пространство. - Потерпи немного, - добавляет он уже чуть тише, но вроде как в шутку. - Скоро уже полюбуешься на свою невесту.

Я вижу, как мужчина, стоящий рядом со мной, отпускает край фаты и отступает на пару шагов. Удавка на шее слабнет, и у меня получается вдохнуть.

Тетя же дергает меня за локоть, уводя в сторону гостиной.

- Не мозоль им глаза, - приказывает она, в который раз поражая переменами в поведении.

Из-за плотной фаты я не могу разобрать выражение ее лица, но подозреваю, что тетя недовольна.

Голоса мужчин слышатся совсем рядом. Меня мелко трясет, и сейчас тяжелый красивый свадебный наряд кажется мне наказанием, а не украшением.

- А Дамир? Он поедет со мной в новый дом?

Слышу, как тетя тихо фыркает.

- Что за глупости? Конечно, он останется у нас. После праздника ты отправишься в дом своего мужа. И станешь примерной женой, - последнюю фразу она добавляет приказным тоном.

Совсем как ее муж.

По традициям в доме невесты должно быть небольшое празднество, прежде чем молодые отправятся в ЗАГС, а затем на никах. Но почему-то кроме незнакомых мужчин и нескольких родственников Каримовых никого нет.

Я ждала этого праздника, думала, впервые побываю на настоящей свадьбе как подружка невесты.  Но в результате этот день превращается для меня в настоящее испытание.

К нам подходят две незнакомые женщины, перекидываются фразами с тетей. Для меня все их слова сливаются в непонятный гул - не могу разобрать, о чем речь.

Я судорожно вспоминаю все, что было накануне, наши разговоры с Анисой.

Могла ли я заметить и понять ее план? Могла ли догадаться?

Буквально за пару дней до свадьбы Аниса уговорила меня поехать с ней и тетей в СПА. Мне было жутко неловко - я ведь понимаю, что мы с Дамиром обуза для них. 

Но я согласилась. А сестра вела себя подозрительно дружелюбно, хотя у нас с ней общение не особенно-то ладилось в эти месяцы.

Да и раньше отношения между нашими семьями были весьма прохладные. Отец не особенно жаловал своего брата, дядю Тагира. Мы редко навещали родственников. Да и мама тоже не любила тетю Рену и ее мужа. Почему - я так и не узнала.

Однако когда наши родители несколько месяцев погибли в автомобильной аварии, именно они приютили нас с Дамиром. Дали кров, жилье и заботились все это время. Взяли на себя организацию похороны.

Но оказалось, что все это было не просто так. Теперь я должна отплатить за их доброту, пожертвовав собой.

- А где мой брат? - тихо спрашиваю и тут же получаю незаметный тычок от тети.

- Простите, невеста очень волнуется - нам нужно ненадолго отлучиться, - говорит она женщинам, чьих лиц я так и не могла разобрать. 

Мы проходим в столовую, смежную с гостиной. Тетя плотно прикрывает дверь за нами.

- Я кому сказала молчать и не отсвечивать? - шипит она, и я ее совершенно не узнаю. Ни разу она не говорила со мной в таком тоне. - Хочешь все испортить? Поверь, Тагир не пожалеет ни тебя, ни твоего братца. Оба окажетесь в самом глухом ауле и там останетесь до конца дней!

Тетя говорит тихо, но в ее голосе звенит злость. Она больно хватает меня за локоть - сдавливает так, чтобы я максимально прониклась ее словами.

- Если ты, неблагодарная дрянь, не думаешь о себе, подумай хотя бы о Дамире. Хочешь, чтобы он вырос простым пастухом без будущего? Без возможности стать уважаемым человеком?

Она прицельно бьет в мое слабое место. Я очень люблю  брата - он мой единственный родной человек.

- Я поняла, - сдавленно отвечаю, сдаваясь и принимая правила игры.

- Так-то, - удовлетворенно кивает тетя. - Сейчас родственники Ямадаевых еще побудут, и все поедем на церемонию.

- Но как же документы? В ЗАГСе же Мурад узнает о подмене, - осторожно говорю.

- Об этом не волнуйся. Тагир все решит. Твое дело - вовремя прочитать слова во время никаха и подтвердить свое желание выйти замуж за Ямадаева. 

Она неожиданно откидывает мою фату, и мы, наконец, встречаемся взглядами. Мне кажется, передо мной абсолютно незнакомая женщина - с холодным циничным взглядом. В этот момент она очень напоминает своего мужа - такого, каким я его увидела в комнате Анисы буквально пару часов назад.

- Давай поправим кое-что, - говорит тетя так, словно не она только что отчитывала меня как безродную дворнягу.

Она  разворачивает меня к окну, так, чтобы свет падал на лицо. Проводит пальцами по моим скулам, словно стирая что-то лишнее. Чтобы не видеть ее, отвожу взгляд и… пораженно замираю.

На улице несколько мужчин - среди них дядя Тагир. Еще двое - пониже его  ростом. В возрасте, с сединой в волосах - похоже, те самые старейшины из совета. Но внутри все стягивает в узел как только вижу того, кто стоит чуть поодаль от них - высокий брюнет в темном костюме.

- Что, красив? - фыркает тетя, заметив мою реакцию.

- Кто это? - сиплю, не имя возможности отвернуться от мужчины, которого уже видела однажды. 

- Твой будущий муж, - слышу словно сквозь вату. И не верю.

С огромным трудом перевожу взгляд на тетю - а у нее в глазах мелькает торжество. Пусть и всего на мгновение.

- Это ведь он, - тихо говорит она, даже не спрашивая, а утверждая. Словно знает заранее. - Тот самый мужчина. 

А я, перепуганная и дрожащая, проваливаюсь в день, когда чудом спаслась.

Оставшись без родителей, я была слишком растеряна в первые дни. Дамир плакал, звал маму. А я просто не знала, как ему  сказать о том, что она больше не придет.

Помощь пришла от тети Рены совершенно неожиданно. Мы виделись редко, но она осталась с нами ночевать, успокаивала и поддерживала. Дядя Тагир был скуп на слова, но полностью взял на себя расходы по организации похорон. Первез нас к себе.

Первое время я не задумывалась о том, зачем им это - была слишком разбита горем. Брат плохо спал, часто плакал. И я почти все время проводила с ним.

А потом, спустя три месяца, дядя позвал меня к себе в кабинет и долго рассказывал, что у них с братом были разногласия, но несмотря на это он всегда любил нас, своих племянников. Он заверил, что мы ни в чем не будем нуждаться, и что он уже присмотрел для меня потенциального жениха, чтобы я смогла выйти замуж за хорошего мужчину.

Я была так тронута его заботой, что постоянно чувствовала себя обязанной. И мне хотелось быть максимально полезной.

Я помогала по дому, старалась подружиться с Анисой - она старше меня на год, и готовилась к замужеству. 

Сестра относилась ко мне снисходительно, так, словно я ей не ровня. Будто она просто позволяла мне участвовать во  всех мероприятиях, связанных с предстоящей свадьбой.

Поэтому я так удивилась, когда она предложила поехать с ней и тетей в СПА накануне праздника.

Для меня подобное было в первые. И честно говоря, я растерялась от того количества процедур, которое заказал для нас тетя.

- Может, я вас просто подожду? - предложила я, растерявшись от списка предстоящего.

Аниса хмыкнула, закатив глаза. А вот тетя возмутилась:

- Тами, ну что за глупости? Ты ведь будешь подружкой невесты. Считай, главная гостья на празднике. Давай, не стесняйся - насладись процедурами. Поверь, ты будешь выглядеть просто фантастично!

В итоге я сдалась и отправилась в раздевалку. Первым пунктом шел массаж, и у каждой из нас был свой кабинет. Я замешкалась, оставшись последней. Пока переодевалась в одноразовое белье, тетя вдруг вернулась в раздевалку и сказала: 

- Как только освободишься, иди в общую зону - там мы попьем чай и пойдем на обертывания. До конца коридора и там налево. Главное не перепутай, поняла?

В тот момент я еще не знала, чем это обернется. И после расслабляющего массажа отправилась в зону отдыха.

Было очень непривычно идти в одноразовых тапочках и мягком банном халате по кордону комплекса. Мама в подобные места меня не брала. И для меня все это было в новинку.

Я готовилась поблагодарить тетю и Анису за то, что взяли с собой. Подбирала слова, чтобы не выглядеть жалко. Но когда добралась до указанного места, никого не встретила.

Пройдя дальше, я оказалась в просторной гостиной. Вот только вместо сестры я увидела незнакомого мужчину. В одном только полотенце на бедрах.

И вот теперь он оказывается и есть тот самый Мурад Ямадаевым.

- Тамила, - тетя понимажет голоса до едва различимого шепота. - Ты ведь была с ним наедине?

Она снова берет меня за локоть, привлекая внимание. Но я не могу и двух слов связать. 

Испугалась ли я тогда? Безумно.

Для меня, девушки выросшей в семье со строгими правилами, оказаться наедине с посторонним мужчиной значит быть опозоренной! А уж если кто-либо узнает, что произошло в той комнате…

Зажмуриваюсь и мотаю головой, чтобы отогнать образы того дня, но в ушах так и звучит голос Ямадаева.

Что будет, когда он поймет, что мы знакомы? 

- Голова кружится, - шепчу, снова поднимая глаза на тетю.

Она смотрит на меня так, словно не отпустит, пока не узнает ответ на свой вопрос. Но в этот момент раздается настойчивый стук в дверь, и тетя отвлекается.

- Рена!

Дядя Тагир снова стучит, и ей приходится отпустить меня, чтобы открыть. Он заходит и тут же давит меня цепким оценивающим взглядом.

- Вы почему здесь?

Тетя мгновенно преображается - только что она была ему под стать, и тут же становится покорной женой, какой я и видела ее все это время.

- Тамиле стало душно, и я отвела ее выпить воды.

По лицу дяди неясно, поверил ли он ей. Но недовольство из его взгляда никуда не уходит.

- Ямадаевы вас потеряли. Почему я должен разыскивать невесту? - в его голосе отчетливо звучит претензия, и тетя виновато улыбается. Мягко прикасается к его плечу, и это срабатывает.

- Мы уже возвращаемся. 

- И закройте лицо, - добавляет он, махнув рукой в мою сторону. - Формальности почти улажены, но пока не стоит рассказывать жениху о подмене.

Я бросаю короткий взгляд в окно - Ямадаев все еще стоит там. Словно почувствовав мое внимание, он оборачивается. Мое тело покрывается мурашками, от того как пронзительно он смотрит. Ощущение, что прямо мне в глаза.

В голове мгновенно вспыхивают картинки нашего столкновения. И я понимаю, что если не рассказать правду дяде, все может закончиться куда хуже.

- Тагир, мы через пять минут вернемся в гостиную. Передай…

- Дядя! - окликаю его, хотя он уже взялся за ручку двери, чтобы уйти. 

Успеваю заметить, как дергается тетя.

-  Я должна кое-что рассказать. Это важно и касается жениха.

Дядя напрягается - вижу, как в его глазах появляется раздражение и даже злость. Он уже готов опять меня отчитать, а может, и опять шантажировать, но вмешивается тетя:

- Дорогой, Тамила просто очень волнуется и надеется, что все можно отметить.

Я непонимающе смотрю на нее. Она ведь догадалась! Она же поняла, что Мурад - тот самый мужчина, от которого я сбежала.

Когда я поняла, кто находится в той комнате, то меня будто парализовало. Я знала, как Однажды я спрашивала маму о том, что происходит между мужчиной и женщиной, и она ответила очень уклончиво, обещая, что меня всему научит муж.

Так что я оказалась совершенно не готовой к тому, чтобы увидеть незнакомого мужчины в одном только полотенце.

А вот он совершенно не был смущен. Напротив. Начал действовать. И я уверена, все могло закончиться ужасно, если бы я не пришла в себя.

Но теперь… Нет сомнений - Ямадаев запомнил меня. И как только он поднимет фату, как только узнает, кто стал заменой Анисе, будет страшный скандал.

- Нет, я не об этом….

- Тамила! - рявкает дядя. - Я уже все сказал - ты выйдешь замуж вместо Анисы. Точка. Выкинешь хоть что-то, что сорвет свадьбу, пожалеешь.

Последнее слово он буквально выплевывает. Кажется, таким злым он не был, даже когда сообщил мне, что я стану невестой на замену.

- Мы скоро выйдем, - пытается его успокоить тетя. Снова поглаживает по лечу, но в этот раз прием не срабатывает - дядя Тагир в бешенстве. А я не знаю, что хуже - промолчать или все же попытаться ему рассказать правду.

Дверь хлопает, и я оказываюсь под раздраженным взглядом тети Рены.

- Ты с ума сошла? - шипит она, снова проворачивая замок. - Решила опозорить нас?

Она сейчас мало чем отличается от мужа - очень хочется малодушно промолчать, но я же понимаю - все равно все вскроется, как только Мурад увидит мое лицо.

- Ямадаев устроит скандал, - тихо возражаю. - Он запомнил меня. Он узнает. Лучше я сейчас расскажу и…

- Тами, он тебя трогал? Как-то обидел?

Тетя подходит ближе и теперь говорит со мной куда мягче. Я не успеваю за переменами в ее настроении. Настороженно смотрю, а сама вспоминаю, как пренебрежительно тогда говорил со мной Мурад.

- Тамила?

- Нет, - мотаю головой, не решаясь рассказать правду. - Просто напугал. Но ведь он может подумать дурное, - беспомощно смотрю на нее. - Он будет зол, что я заняла место Анисы, да?

Тетя аккуратно приобнимает меня - так, чтобы не помять фату или платье. Поглаживает по лесу - так же, как только что своего мужа.

- Конечно, Мурад будет не в восторге. Но главное, что ваш союз одобрит совет старейшин. Поверь, другого выхода нет. Иначе снова начнется война. Ты хочешь, чтобы Дамир жил в безопасности?

Я тут же киваю - брат самое дорогое, что есть в моей жизни.

- Ну вот видишь. Но если вдруг Ямадаев воспротивится, мы можем обернуть ваше знакомство нам на пользу.

- Как это? - растерянно спрашиваю. 

Не представляю, как это может помочь. Мне наоборот кажется, что Мурад разозлится, когда во-первых, узнает, что у него сменилась невеста без его ведома, а во-вторых, между нами уже возникла, мягко говоря, некрасивая ситуация. В нашем обществе репутация очень важна, и любой проступок может ее разрушить.

- Не думай об этом, - убеждает меня тетя. - Я обо всем позабочусь.

- Правда? - невольно вырывается у меня. За те пару часов, что я провела в статусе невесты, я почти потеряла ощущение уверенности и безопасности. Мне кажется, я просто сойду с ума от того, как резко изменилась моя жизнь.

- Конечно, Тами. Ты ведь моя любимая племянница. Я хочу для тебя только лучшего.

- Но брак с Ямадаевым…

- ...неизбежен, - заканчивает она за меня. - Конечно, Аниса поступила опрометчиво, но нужно жить дальше. И ты, дорогая, должна нам помочь. Так же, как мы помогли вам в момент вашего горя.

Тетя ловко уводит разговор в сторону, и я принимаю ее предложение, решив больше не пытаться поговорить с дядей. Тем более что перед тем, как выйти из столовой, мне снова приходится закрыть лицо фатой.

Как только мы возвращаемся в гостиную, меня слегка оглушает голоса гостей. Кажется, здесь стало еще более шумно. За плотной тканью фаты я плохо различаю окружающих - лишь силуэты. Приходится ориентироваться исключительно по голосам. 

Киваю в ответ на традиционные фразы, которые произносят родственники моего будущего мужа. А сама мысленно отсчитываю минуты до момента, как Мурад узнает правду.

Мне остается надеяться, что дядя не даст меня в обиду. 

Я уверена, что как только мы покинем дом, то отправимся в ЗАГС, чтобы закрепить брак официально. Однако уже по дороге, в которой меня сопровождает тетя, я понимаю, что ошибалась.

- Как это уже все оформлено? - совершенно спрашиваю.

- Ну вот так, - отвечает она. - Не волнуйся, все будет хорошо, дорогая. Помни, что ты должна вести себя как подобает невесте. Тихо и скромно. 

- Но ведь так нельзя, - продолжаю допытываться. Мне становится душно, и я откидываю фату, за что получаю недовольный взгляд от тети. - Мы должны поставить подписи. Я читала!

Она фыркает и начинает снова поправлять фату, которая меня уже порядком раздражает.

- Это не то, на чем тебе нужно сосредоточиться, - поучительным тоном произносит она. - Главное, держаться достойно и не мешать Тагиру все устроить.

Я обреченно киваю - все равно не смогу ничего изменить. А тетя между тем продолжает:

- Семья Ямадаевых очень уважаема и богата. Это удача попасть в такой род.

Она вроде бы говорит правильные вещи, но у меня внутри от этого только сильнее ощущение несправедливости. Я готовилась к другому. Это не мое свадебное платье. И праздник - не мой!

- И ты должна еще кое-что знать про семью твоего жениха, - говорит тетя значительно тише, наклоняясь так, чтобы никто больше не услышал. - Это очень важно.

Я так сильно напряжена и напугана происходящим, что уже не жду ничего хорошего. Я готовлюсь к тому, что тетя расскажет еще одну шокирующую новость, но внезапно машина дергается. Мы обе вскрикиваем, а я едва успеваю выставить руки перед собой, чтобы не удариться головой.

- Осман, что случилось? - визгливо спрашивает тетя Рена, а пытаюсь разглядеть, что происходит, и почему мы вдруг остановились.

Но мне плохо видно, а ответ водителя шокирует:

- Дорога перекрыта.

Я придвигаюсь ближе  к окну и наконец понимаю, что машина дяди Тагира стоит прямо перед нами. А чуть дальше - три огромных внедорожника, из которых выходят человек семь мужчин. Я растерянно смотрю на них, когда слышу сдавленный шепот тети:

- Мамаевы…

Оглядываюсь - она бледная, сжимает пальцами платье, даже не замечая, что мнет его. 

- Кто это? - спрашиваю, а сама пытаюсь вспомнить, где слышала эту фамилию. Кажется, когда-то отец называл ее. Может, это один из его партнеров?

Я мало что знала о бизнесе отца. Только то, что у него была успешная строительная фирма. После смерти родителей всеми делами занимался дядя.

- Лучше тебе не знать, - испуганно шепчет тетя, не отирая взгляда от того, что происходит впереди.

Я смотрю туда же - вижу теперь уже и дядю, и его водителя. Вот только они стоят в окружении мужчин. Один них, как будто главный, подходит ближе.

Внешне он выглядит очень уверенно, так, словно он в своем праве. Они с дядей о чем-то говорят, похоже, даже ругаются. 

Конечно, я ничего не слышу, но по тому, как мужчина взмахивает рукой в сторону нашей машине, я начинаю догадываться, что речь идет обо мне.

- Тетя, почему они нас остановили? - тихо спрашиваю, чувствуя, как у меня от напряжения начинают холодеть пальцы.

Она поворачивается ко мне, смотрит так, будто ей совершенно не хочется отвечать на этот вопрос.

- Неважно. Просто сиди и жди. Тагир все решит.

- Но они…

- Хватит, - неожиданно резко обрывает меня тетя. Снова переводит взгляд на мужчин. - Сиди молча.

Я замечаю, как к окружившим дядю и его водителя присоединяется еще двое - то ли охранников. Они одеты по спортивному - в темный камуфляж - и выглядят очень пугающе.

А еще у них в руках - оружие. Автоматы.

Меня начинает мутить. Только что я считала, что самая главная проблема в том, что Мурад скоро узнает о подмене невесты. Но будто в насмешку судьба показывает, что всегда может стать хуже.

По спине проносится холод. Сама не замечаю, как сжимаю ладони так сильно, что ногти впиваются в кожу. И только эта боль отрезвляет.

Мы сидим далеко, но даже вот так, наблюдая со стороны, я вижу, насколько накалена обстановка. 

В каждом жесте, в развороте плеч дяди чувствуется напряжения. К тому же двое мужчин с оружием встают таким образом, что отрезают ему дорогу к автомобилю.

Мамаевы…

С трудом разбираю бормотание тети - успеваю ухватить только “проклятый род”. И это помогает вспомнить обрыва одного разговора, который я услышала почти сразу как только мы переехали к дяде Тагиру.

Я тогда спустилась за стаканом воды для Дамира, и проходя мимо гостиной случайно стала свидетельницей беседы тети и ее подруги - Альфии.

Они обсуждали какого-то Мамаева. И кажется, речь шла о том, что Аниса изначально должна была выйти замуж за него. Но потом все изменилось, и ее сосватали за Мурада Ямадаева по решению совета старейшин.

И тетя Рена была этим жутко недовольна - как минимум, потому что их семья враждовала с Ямадаевыми. 

Брак моей сестры с Мурадом должен был стать начало перемирия, которого требовал совет.

- Шамиль был куда более выгодным вариантом, - тогда вздохнула тетя, а ее подруга поддакнула:

- Но вы ведь не сможете пойти против совета? Тагиру не позволят.

- Конечно, нет. Брак придется заключить.

- Жаль Анису, - добавила Альфия.

На это тетя ничего не ответила, а я поторопилась на кухню.

Сейчас же я воспринимаю этот разговор несколько иначе. Если Аниса была обещана Шамилю Мамаеву, а затем дядя передумал и заключил договор с Ямадаевым, то несостоявшийся жених вполне мог и сделать по-своему - решить, что все же заберет невесту себе.

Подобное сейчас уже почти не практиковалось. Однако раньше, еще во времена молодости моих родителей, такое частенько случалось - похищение девушки, чтобы сделать своей невестой, а затем и женой, не было редкостью.

- Опусти фату! - резко требует тетя.

Я вздрагиваю от ее крика, поднимаю взгляд и вижу, как тот самый Мамаев идет к нашей машине. Дядя стоит в окружении его подельников. Под прицелом автоматов.

Внутри все холодеет от понимания, что именно вот-вот случится.

Я ведь не Аниса - это раз. А два - как отреагирует Ямадаев на то, что его невесту задержали по дороге на торжество?

Насколько я знаю, подобные вероломные поступки влекут за собой ответку. И я уверена, Мурад не оставит это без последствий.

- Да что ты такая бестолковая, - ругается тетя и сама закрывает мне лицо. - Молчи и не смей ни слова произносить, поняла?

Я едва успеваю кивнуть, как по двери с моей стороны раздается пара ударов. 

- Осман, не открывай, - нервно произносит тетя. Однако когда Мамаев достает пистолет и наставляет на нашего водителя, тот сдается.

Щелкает замок. Мгновение, и Шамиль дергает дверь на себя. Я не могу разглядеть его из-за плотной фаты. Только силуэт. Но протянутую мне руку вижу.

А затем внутри все холодеет от его требовательного тона:

- Выходи Аниса. Я тебя забираю.

Пусть я понимала, к чему все идет, тем не менее я будто парализована наглым заявлением Мамаева.

- Шамиль, не делай глупостей, - мягко произносит тетя, удерживая меня за локоть. - Отпусти нас. Ты ведь знаешь, что это неправильно.

Не вижу, а скорее, чувствую, что внимание мужчины смещается с меня на нее.

- Неправильно было отдать мою невесту другому, - чеканит он низким густым голосом. - Вылезай, Аниса. Или я помогу, но тогда вряд ли твое платье останется нетронутым.

А я не знаю, что делать. Раз тетя заставила меня укрыться фатой лицо, значит, нельзя признаваться. Но другого варианта я просто не вижу. Или я открою свою тайну, или меня просто украдут. И после этого уже неизвестно, что со мной будет. Вряд ли Мамаев обрадуется, когда увидит меня вместо моей сестры.

Оборачиваюсь к тете, молчаливо спрашивая у нее совета. Она чуть крепче сжимает мой локоть - будто напоминает о своих словах. А затем убирает руку, отпуская меня.

Выбраться из машины не очень просто, когда ты видишь лишь общие очертания.

И Шамиль поддерживает меня за плечи, когда я едва не падаю. 

Вздрагиваю и пытаюсь отстраниться, на что он довольно фыркает:

- Не дергайся, птичка. Совсем скоро ты станешь моей, Аниса. По всем законам.

Он уже тянет меня в сторону своей машины, как на площадку, где нас подловил Самаев, выезжает еще две машины. Причем первая тормозит довольно агрессивно.

Когда на улицу выходит ее водитель, у меня внутри появляется четкое ощущение, что это Мурад. Я не могу рассмотреть как следует, но я почему-то не сомневаюсь - это он.

Следом за ним из второй машины выходит трое мужчин. Что это те самые седовласые гости, я понимаю, когда они подходят достаточно близко.

Сквозь пелену ткани не вижу выражения лиц новоприбывших, но как и все присутствующие остро ощущаю витающее в воздухе напряжение.

- Отпусти ее, - властно приказывает Мурад.

От его голоса у меня мороз коже. В голове вновь вспыхивает картина прошлого - то, как он тогда заговорил со мной. В себя прихожу, только услышав насмешливое возражение Мамаева:

- Или что? Я украл себе невесту. Смирись.

- Шамиль, ты знаешь, что это ошибка, - неожиданно вступает один из старейшин. - Сейчас ты идешь против нашего решения.

- Вы не оставили мне выбора. При все уважении, Аниса - моя невеста, и была ею давно.

Его ладонь на моем плече сжимается сильнее. Ямадаев шагает к нам, и тут Шамиль неожиданно достает пистолет и направляет его на Мурада.

- Стой на месте. 

- Вокруг достаточно достойных девушек, - совершенно невозмутимо продолжает старейшина. Остальные же в этот момент стоят молча. 

- А я хочу эту, - дерзко заявляет Мамаев. - Имею право. 

- Готов к тому, что твоя семья останется без поддержки совета? - вступает в разговор второй старейшина. - Твой отец одобрит это? Согласится носить позор сына? 

- Вы не посмеете, - нервно отвечает Шамиль. - Иначе лишитесь огромного куска финансирования.

Первый старейшина делает шаг, затем еще один. Он оказывается так близко, что я всерьез опасаюсь, что Мамаев может его пристрелить на нервах.

Однако мужчина совершенно спокойно протягивает руку к пистолету и забирает тот - так просто, как будто это ребенок перед ним балуется.

- Во всем нужен баланс, - поучительным тоном произносит он. - Я спущу тебе твой опрометчивый поступок лишь раз - потому что ты молод. 

- Вы не имеете права, - цедит он, все еще держа меня за плечо.

Я пытаюсь отступить, и Шамиль, не ожидая этого, тянет меня к себе. Но в этот момент Ямадаев оказывается рядом и буквально закрывает меня собой.

- Пошел вон.

Это странное неуместное чувство защищенности рядом с Мурадом помогает немного расслабиться. 

- Отец этого так просто не оставит, - бросает Мамаев. Проходит мимо старейшины, однако тот ловко перехватывает его за плечо.

- Выбор совета не оспаривают, - чеканит он совершенно иным тоном. - И ты, и твой отец подчиняются нам. Брак между семьями Ямадаевых и Каримовых - наше единогласное решение. И либо ты научишься держать эмоции под контролем, либо тебе придется уехать, Шамиль. Подумай об этом.

Я стою, не зная, куда себя деть, пока мой несостоявшийся похититель уходит. Вижу, что все его подельники тоже отступают. Еще пара минут, и все три машины уезжают.

Всеобщее молчание становится звенящим и напряженным. Чувствую, как внимание старейшин сосредотачивается на мне и Мураде, который отступает в сторону. Ровно настолько, чтобы я могла вернуться  машину.

Учитывая все, что только что произошло и слова старейшин совета, я понимаю - дальше невозможно скрывать правду.

Лучше уж все рассказать, когда рядом нет всех родственников, которые приглашены на никах. И пусть скандал разразится здесь. 

Вижу, как дядя торопится в нашу сторону, и понимаю, что время на раздумья нет. Я поднимаю фату, чтобы наконец сообщить Мураду, что заняла место невесты, которая ему предназначалась.

Будь что будет.                 

Я не успеваю. Всего чуть-чуть - рядом оказывается тетя. Ловко обнимает меня, при этом так удерживая мои руки.

- Мурад! Спасибо, дорогой! Спасибо, что успел! - она, кажется, даже всхлипывает. - Я так испугалась.

- Хасан, ты видел, что устроил этот щенок? - возмущается дядя, подбегая к нам. - Это возмутительно!

- И что ты предлагаешь? - довольно спокойно спрашивает старшина, который забрал пистолет у Шамиля.

- Наказать, конечно же, - тут же требует дядя Тагир. - Он хотел сорвать брак, на котором мжеду прочим настаивали вы.

Меня охватывает отчаяние - я уже понимаю, что моя нерешительность сыграла против меня. Я могла бы не сомневаться, а воспользоваться шансом и сознаться. Но вместо этого стояла и молчала. 

- Вообще мальчишка действительно мог выкрасть невесту, - скрипучим голосом возражает третий старейшина, молчавший до этого момента. - Обычай такой есть. И если жених не хочет рисковать будущей женой, должен позаботиться о ее безопасности.

- Но вы же сами… - дядя замолкает. Шумно выдыхает, затем отступает на шаг. - Мы уже опаздываем, - наконец, добавляет.

Единственный, кто так и не проронил ни слова - Ямадаев. Я бы подумала, что ему в принципе плевать на брак, на невесту - если бы не то, как он разговаривал с Шамилем.

- Да-да, надо ехать, - поддакивает тетя и тянет меня к машине. Помогает забраться в нее, поправляя платье. 

А когда, обойдя автомобиль, она усаживает рядом, то хватает за руку и, наклонившись, шипит:

- Ты совсем с ума сошла?! Я что тебе сказала? Сидеть и молчать!

- Я просто…

- Хватит! - обрывает она меня. - Я все видела. Даже не вздумай ничего выкинуть.

- Он все равно узнает, - вздыхаю, безучастно глядя в окно. 

Машины начинают разъезжаться - сначала автомобиль старейшин, затем - Ямадаев покидает площадку. Как только машина дяди следует за ним, мы наконец тоже трогаемся с места.

- Узнает, - соглашается тетя. - Но в нужное время. Ты не должна мешать.

Я если честно не знаю, на что они рассчитывают. И не понимаю, почему вскрыть правду при собравшихся родственниках лучше, чем вот так, в отдалении от лишних глаз.

Чувствую себя бабочкой, которую поймали и посадили в банку. Как я ни стараюсь, выбраться не выйдет. Я так и останусь внутри. 

Не знаю, откуда у тетя с дядей уверенность, что они все уладят - мне кажется, что Ямадаев будет в бешенстве. И тогда нас всех ждет скандал. 

Я понимаю, что для них побег Анисы в любом случае был бы позором. Но теперь и я окажусь им запятнана - вряд ли кто-то захочет на мне жениться после того, как Мурад при всех откажется и отменит свадьбу.

Я даже начинаю думать, что это может быть какая-то изрезанная месть - вот так унизить и запятнать меня при всех? Что если разногласия между отцом и дядей были куда серьезнее, чем он говорил?

Когда впереди показывается здание мечети, я сглатываю ком в горле. 

Осталось совсем немного.

- Помни, что я сказала, - говорит тетя, перед тем как выйти из машины. Мне выбраться помогает дядя - открывает дверь и подает руку.

На улице такая ясная замечательная погода. Я бы очень хотела, чтобы именно такая была, когда я буду выходить замуж. Мысленно вздыхаю - теперь этого может и не  быть.

В отличие от тети я уверена, что в итоге брака не будет. 

Вижу Мурада - он стоит с одним из старейшин. Оглядываюсь по сторонам - народу на удивление очень немного. Хотя я ожидала, что гостей будет куда больше.

Пока Аниса готовилась к свадьбе, я краем уха слышала, что родственников у Ямадаевых много, и что все они будут на празднике.

- Идем! - командует дядя и подставляет свой локоть. Я послушно кладу на него ладонь.

Каждый шаг забирает столько сил, что я начинаю дрожать. Мне кажется, что я не справлюсь - паника разворачивается все сильнее.

Мне страшно от того, что меня ждет. Единственная причина, по которой я не могу сбежать - Дамир. Еще вчера я была уверена, что дядя не причинит ему вреда. Но сегодня…

Переступая порог, я чувствую, как перехватывает дыхание. Слишком много внимания в мою сторону. И будь это моя свадьба - я бы этому радовалась. Я бы насладилась каждым мгновением. Сейчас же у меня ощущение, что я иду на собственную казнь.

Как только рядом оказывается Мурад, я едва не теряю сознание. То ли это замечает тетя, то ли действует на опережение - она подходит и в который раз поправляет фаты, а еще незаметно щиплет меня, приводя в чувства.

Я с замиранием сердца жду, что будет дальше. Имам приветствует нас, начинает читать молитву. Я стою, едва дыша. Проживаю последние спокойные мгновения.

Как именно проходит церемония я знаю - Аниса рассказывала. Она учила слова, и я в курсе, что за чем должно идти.

Когда слышу обращение к Мураду с вопросом о желании вступить в брак, меня начинает мутить. Он отвечает согласием. 

Я почти перестаю чувствовать ноги. Каждый вдох дается с трудом, а уши закладывает.

Услышав свое имя, я невольно вздрагиваю - потому что имам произносит не имя моей сестры, а мое.

Он обращается именно ко мне.

И в этот момент вокруг наступает жуткая тягостная тишина. Я вижу, как Мурад медленно разворачивается ко мне. Как тянется к краю фаты, и никто его не останавливает. А затем поднимает он поднимает ее, открывая мое лицо.

У меня ощущение, что меня только что столкнулись с обрыва, и я лечу в бездну, зная что вот-вот разобьюсь.

Стою без возможности сделать вдох - жду, как на меня обрушится гнев и ярость Ямадаева. 

Впервые за весь этот день мы сталкиваемся взглядами без каких-либо преград.

Он не изменился - выглядит точно так же сурово и мрачно.

Высокий, с темными словно ночь глазами. Четкие черты лица, густые брови и аккуратная борода.

Все в его облике выдает взрослого уверенного себе мужчину, который не позволит над ним насмехаться или обводить его вокруг пальца. А именно это дядя и сделал, заставив меня занять место Анисы.

Я не только вижу, но и остро чувствую, как ярость вспыхивает на дне его глаз, как взгляд наливается свинцом и давит так, что у меня появляется чувство, будто мне на плечи положили огромную плиту.

Мурад не произносит ни слова, но как он смотрит…

Всевышний, это самый страшный момент в моей жизни. Даже не похоронах родителей я не испытывала такого ужаса неизвестности.

Мне кажется, я просто нелепый зверек преде огромным разъяренным хищником. Всего один удар, и он лишит меня возможности дышать.

Так и не произнеся ни слова, Мурад медленно поворачивается в моему дяде. Тот хоть и бледен, но выглядит крайне решительно.

- Какого? - низким рокочущим голосом спрашивает Ямадаев.

Вижу, что от волнения на лбу у дяди Тагира выступил пот. Сейчас он не такой уж грозным, как был сегодня утром, когда шантажировал меня братом.

Однако ответить сам он не успевает - вмешивает старейшина Хасан.

- Тише, - веско роняет он, глядя на Мурада. - Это брак будет заключен, - добавляет тоном не терпящим возражений.

- С безродной девкой? - скалится мой жених. И меня будто наотмашь бьет его словами.

Смаргиваю непрошенные слезы. Стоит признать, что в его словах может быть смысл - семья дяди Тагира куда более обеспеченная, чем моих родителей.

- Тамила - родная племянница Каримова, - абсолютно невозмутимо отвечает Хасан. - Поверь, для подобной замены есть причины.

Взгляд Ямадаева снова останавливается на моем дяде.

- К сожалению, Аниса попала в аварию и сейчас находится в коме, - трагичным голосом отвечает тот. А я поражаюсь тому, как он мгновенно умеет подстроиться под ситуацию. - Брак важен для всех. И это - решение совета, Мурад. Ни ты, ни я не имеем права идти против него. 

- Поэтому вы решили втихаря заменить одну на другую? - тихо спрашивает тот.

Он больше не повышает голоса, но я четко улавливаю, насколько сильно мужчина взбешен. И если все уладится, то он станет моим мужем. А вечером я останусь с ним наедине. В спальне. И что тогда?

Ямадаев бросает на меня очень быстрый взгляд, но я успеваю заметить в нем яркое презрение.

- Или, может, вы думали, что я не замечу разницы?

- Брак должен был состояться в любом случае, - уже более уверенно отвечает дядя Тагир. - У нас нет выбора. Как и у тебя.

Воздух вокруг нас накаляется до предела. Я не понимаю, почему никто не видит, что Ямадаев не согласен и не согласится. Он словно дикий зверь, который вот-вот растерзает каждого, кто посмеет его к чему-то принудить.

- Договор был не такой, - цедит он.

Меня начинает мутить от того, сколько злобы в его голосе. И в душе я очень надеюсь, что вся эта свадьба сорвется. Не по моей вине - ведь я все сделала как надо. Тогда я стану свободна. Дядя не сможет меня наказать, и Дамир останется в городе.

Мысленно я молюсь, чтобы Мураду хватило авторитета и упрямства разорвать этот нелепый незаконченный брак. Остановиться и поставить точку. Если кто и может это сделать, то только он.

- И что с документами? По ним моей женой является Аниса.

Дядя напрягается и бледнеет сильнее. Косится на старейшин, которые присутствуют здесь же вместе с главой совета. 

Вообще я была уверена, что на никах приглашаются только близкие родственники. Друзья и остальные приходят лишь на сам праздник. Но в который раз убеждаюсь - с этой свадьбой все идет не так, как должно быть.

- Документы оформлены на Тамилу.

Дядя держится, но я вижу, как сильно он нервничает, пытаясь выглядеть уверенно и спокойно. Замечаю как он сжимает и разжимает кулак, словно боясь, что Ямадаев бросится на него.

Я поражена очередной шокирующей новостью. Когда тетя заверила меня, что документальные вопросы решит ее муж, я и подумать не могла, что они уже все переоформили. И я даже отчасти понимаю злость Мурада.

- Значит, придется исправить, - заявляет тот. - Я не давал согласия и подпись не ставил.

Это тупик. И вместе с тем спасение для меня. Я не хочу за него замуж - не желаю брака с мужчиной, от которого у меня внутри все от страха сжимается в узел.

Пусть все отменится. Пусть меня отпустят.

Пусть все прекратится!

Я жду, что старейшина согласится с решением Ямадаева. Однако в этот момент тетя вдруг подскакивает к Хасану и что-то торопилов ему шепчет. Тот задумчиво поглаживает свою бороду с проблесками седины, медленно ивает. А затем его взгляд сосредотачивается на Мураде.

Он выходит вперед и жестом показывает, чтобы мы оба отошли в сторону. Имам, который стал свидетелем, наверное, самой необычной свадьбы, скромно кивает и удаляется.

Мы остаемся втроем в удалении от всех остальных. Зачем именно, я понимаю, как только Хасан, пристально глядя на Мурада, задает самый опасный вопрос:

- Это правда, что ты был с Тамилой наедине?

Мое сердце гулко ухает куда-то в пятки. Перед глазами начинает плыть. Я боюсь ответа мужчины - он переводит взгляд со старейшины на меня. 

А затем отвечает…

- Даже если и так, это не значит, что я пойду на поводу у Каримовых.

В его голосе сквозит не просто не ненависть - там и презрение, и отвращение. Будто любой, кто носит эту фамилию, является для него человеком низшего сорта.

- Ты злишься, но это эмоции, - абсолютно невозмутимо возражает Хасан. - Подумай вот о чем, Мурад - если ты женишься на Тамиле, то проступок Шамиля будет расценен иначе. Ты можешь это использовать.

Мне это кажется довольно слабым аргументом. При чем тут похищение, которое едва успели предотвратить? Однако Ямадаев почему-то молчит и совершенно не торопится продолжать настаивать на разрыве договора на брак.

- Оно того не стоит, - наконец, произносит он. - Я не позволю делать из меня посмешище. Никто из Каримовых не будет диктовать мне, на ком жениться.

Мурад все еще дико зол - это чувствуется в том, как он говорит, как смотрит на старейшину. И тот несмотря на то, что сам он значительно ниже ростом, и явно слабее физически, чем Ямадаев, ничем не выдает своего страха. Напротив, на его лице появляется снисходительная усмешка.

- Ты хочешь пойти против совета? - вкрадчиво спрашивает он. - Хочешь ослушаться нашего решения?

- Уговор был не таким.

- Тамила носит фамилию Тагира. Она его родная племянница. Родная кровь. В чем проблема? 

У меня внутри холодеет от того, как на меня смотрит Ямадаев. Как на букашку под его ногами. В этот момент я отчетливо понимаю - если наш брак состоится, для меня он превратится в ад. Моя мечта о настоящей семье, о любви с мужем так и останется мечтой.

- Я не позволю решать за себя, - цедит Мурад. - Каримов обязан был предупредить.

Я поражаюсь терпению старейшины - он не повышает голос, не давит авторитетом - просто смотрит на жениха, как отец на своего сына. Вздыхает снисходительно.

- Выбор за тобой, но имей ввиду - откажешься от брака, виноват будешь ты. Не Тагир. Ваша война надоела всем. И либо ты принимаешь правила и следуешь нашему решению, либо… - он не заканчивает, но по интонации я понимаю и так - будут последствия.

- Будь по вашему, - наконец, отвечает Ямадаев.

В мою сторону он больше не смотрит - да и вообще все это время я как будто не существовала для них. Просто безмолвная кукла. Только в этот момент старшина наконец соизволяет посмотреть на меня.

- Надеюсь, ты понимаешь, какая честь тебе оказана, - произносит он, разглядывая меня чуть более пристально, чем вначале.

Меня хватает лишь на то, чтобы кивнуть. Во рту пересыхает, да и в мыслях сейчас нет слов, которые можно было бы произнести. Я же понимаю, что от меня сейчас ничего не зависит. И только горькое разочарование и несбывшаяся надежда бьются в сердце.

- Ваш брак - залог перемирия. Все устали от войны - это пора закончить. Поэтому вы оба несет ответственность, - чопорным тоном произносит старейшина. -  Надеюсь, тебя воспитали правильно Тамила, - многозначительно добавляет он, явно намекая на то, что рассказала тетя.

За этот день я столько раз успела в ней разочароваться, что не счесть. И ведь я понадеялась, поверила, что эта тайна мне поможет. Но оказалось, что и здесь она обернула все против меня. И я уже не удивлюсь, если даже побег Анисы окажется просто уловкой, чтобы заставить меня занять место невесты Мурада.

Мы возвращаемся к гостям, и имам как ни в чем ни бывало продолжает церемонию. А у меня внутри что-то медленно умирает.

Надежда, вера в близких людей. Я плачу внутри, не смея позволить себе показать свои эмоции. Знаю, что никто меня не пожалеет - лишь используют мою слабость против меня же.

Предательство дяди и тети меня убило, раздавило и лишило веры в людей. Я монотонно отвечаю - даю согласие на брак, хотя это ложь. Но я уже ничего не решаю.

Имам заканчивает церемонию проповедью. А я, слушая его низкий красивый голос, принимаю мысль, что пути назад нет. 

Поздравление я пропускаю мимо ушей - так и стою, глядя в одну точку. Все пожелания счастья и благополучия в семейной жизни сейчас выглядят как насмешка. Наверное, дядя и с имамом как-то договорился - ведь иначе он бы мог отказаться проводить церемонию при таких исходных как у нас.

Но нет. Дело сделано, и отныне по всем законам я - жена Мурада Ямадаева.

Традиционные поздравления от гостей вызывают у меня лишь отторжения. Мне кажется, что каждый улыбается фальшиво, что всем плевать на то, что здесь произошло. 

Гостей слишком много, и я не понимаю, кто из них кто. Чувствую, как Мурад берет меня за локоть и разворачивает в сторону выхода из мечети. Он не смотрит на меня, и я этому даже рада. Хватило того, что уже было.

Буквально через пару метров нам навстречу шагает невысокая женщина в возрасте. Она улыбается жениху, и первая мысль - это его мать. Запоздало вспоминаю слова Анисы, что у Ямадаева остался в живых только отец.

- Тетя Медина, - кивает ей Мурад, и все встает на свои места.

- Поздравляю, - произносит она сухо. Затем ее взгляд останавливается на мне. Мне кажется, она рассматривает меня чересчур пристально. 

Я даже жду возмущений, что невеста другая. Однако женщина вежливо улыбается, правда, глаза остаются по-змеиному холодные.

- Поздравляю, - говорит она, а затем, наклонив голову чуть набок, добавляет: - жаль будет портить такую красоту, когда на простыне не окажется крови. 

Я поначалу даже не верю тому, что услышала. Ну кто станет говорить такое невесте на свадьбе?

 Беспомощно смотрю на тетю Ямадаева, но она по-прежнему снисходительно рассматривает меня, как забавную зверушку.

Поворачиваюсь к теперь уже мужу. Но тот лишь равнодушно мажет по мне холодным взглядом.

- Почему не будет? - шепчу онемевшими губами. - Я ни скем не…

Нас прерывает дядя, который оказывается рядом. Он похоже не слышал того, что сказала Медина и нетерпеливо говорит:

- В ресторане уже ждут. Надо ехать!

Успеваю заметить пренебрежение в глазах женщины, однако она быстро берет себя в руки - холодно улыбается и кивает.

Гости постепенно выходят на улицу, Мурад удерживает меня, позволяя остальным пройти в первую очередь. Тут же ко мне подскакивает тетя. Улыбается так, словно выиграла в лотерею.

- Тами, дорогая, давай я тебе поправлю прическу.

На суету новоиспеченной родственницы Ямадаев не обращает ровно никакого внимания. Я все сильнее убеждаюсь, что он люто ненавидит род Каримовых. Не знаю, чем именно ему пригрозил Хасан, но уверена - это все аукнется прежде всего мне.

Как я буду жить с ним в одном доме? Как лягу в постель с мужчиной, который ко мне относится как к грязи под своими ногами?

- Давай вот так, - приговаривает тетя и снова закрывает мне лицо фатой. Сейчас это уже не имеет смысла, но по традиции  невесту позволяют увидеть гостям именно на торжестве, уже после никаха. Я не знаю, как много приглашенных, и будет ли скандал и сплетни из-за того, что я заняла место сестры. Сейчас это кажется такой ерундой, что я даже не задумываюсь об этом.

Куда больше меня беспокоят слова той женщины.

Что значит не будет крови? Почему она это сказала? Зачем? А главное - почему за меня не вступился мой муж? Ведь мой позор - это теперь и его позор. Разве нет?

Если бы это озвучил Мурад, я бы могла понять, откуда у него такие мысли. Наше столкновение в СПА выглядело для него неоднозначно. Но его тетя… Неужели она в курсе случившегося?

Из-за своих тяжелых пугающих мыслей я почти не слушаю, что именно нам говорят другие гости. Более менее прихожу в себя только на улице, когда Ямадаев ведет меня машине. Запоздало вспоминаю, что после никаха жених дарит невесте драгоценности. А еще махр.

Но видимо, теперь я как навязанная невеста останусь и без этой традиции. 

В салоне автомобиля я стараюсь держаться как можно дальше от Ямадаева. Он молчит, в мою сторону даже не смотрит, но я очень четко ощущаю его ярость. ВНешне это ничем не проявляется, но я знаю - Мурад в бешенстве. Мне хватило того разговора со старейшиной, чтобы понять, насколько он не восторге от брака со мной.

Сейчас я даже рада, что тетя снова подсуетилась с этой несчастной фатой - так я хоть как-то защищена от внимания Мурада, если вдруг он захочет на меня переключиться.

Поездка до ресторана проходит в тягостном молчании. С водителем мой муж не перебрасывается и парой фраз. Словно он задался целью не разговаривать ни с кем.

Я знаю, что для торжества выбран самый дорогой ресторан города. Аниса рассказывала, что отец захотел самый шикарный и лучший. Потому что она достойна именно этого. Когда говорила об этом, сестра смотрела на меня с явным превосходством, будто ждала, что я стану завидовать.

А я просто порадовалась за нее и вернулась к Дамиру. В тот момент я готова была отдать что угодно, только бы наши родители вернулись и были живы. Никакие дорогие подарки или вещи не радовали. Только недавно боль потери немного притупилась.

Гостей у ресторана оказывается куда больше, чем я представляла. Даже сквозь ткань фаты я вижу, что их очень много. И петля страха снова стягивает мне горло.

Что будет, когда все увидят, что я не Аниса? Конечно, сестру в лицо знают далеко не все. Но я уверена - обязательно найдутся сплетники, которые разнесут новость по всем присутствующим.

Я выхожу из машины и в который раз чувствую пристальное внимание со всех сторон. Будь я на месте кого-то из гостей, тоже бы смотрела во все глаза. Я любила свадьбы - мне нравилось любоваться невестой, ее платьем. Каждый раз разглядывая новобрачных, я мечтала, как и у меня будет мой собственный праздник.

Каждый шаг становится испытанием. Потому что рядом Мурад. Он как и подобает жениху держится рядом. Но от него исходит обжигающий холод. Нет и капли надежды, что этот жестокий мужчина сможет относиться ко мне с добротой.

По традиции мы заходим в ресторан одними из первых. Впереди вижу силуэты мужчин и женщин. Если бы мои родители были бы живы, то стояли бы там. Встречали бы, поздравляли, пожелали бы нам счастья.

Но вместо этого я угадываю дядю Тагира, его жену. Кажется, рядом стоит Медина. Я даже рада, что фата все еще закрывает меня - не хочу снова встретиться с ней взглядом. 

А вот один из мужчины выступает вперед и как будто ловит нас на подходе к порогу.

- Дядя, -  сдержанно произносит Ямадаев, приветствуя того.

- Поздравляю, - отвечает он, а голосе его слышна ухмылка. 

Внимание мужчины ощущается липко и неприятно.

- Знаешь, я тут подумал - стоит вспомнить давние традиции, - говорит он, понижая голос. Затем оборачивается к остальным. Все терпеливо ждут. Хотя подозреваю, что они не слышат, о чем идет разговор.

- Чего ты хочешь? - ровным голосом спрашивает Мурад.

Тот делает еще один шаг и оказывается слишком близко ко мне.

- Право первой ночи. 

Мой муж молчит. Я не могу разглядеть выражение его лица, и от этого становится еще страшнее. Неужели он действительно пойдет на это?

Я была уверена, что это просто шутки, и на самом деле никто и никогда не пользовался подобным правом. Что все это - страшилки, которые иногда пересказывают.

- Если и так, то не тебе этого требовать, - возражает Мурад. - Глава семьи - мой отец.

От его равнодушного холодных слов мне становится жутко не по себе. То есть чисто теоретически он не против?!

- Твой отец - чистоплюй, - фыркает дядя Ямадаева. - Он не захочет мараться, а я совсем непротив поучаствовать.

Те несколько секунд, которые проходят до ответа Мурада, превращаются для меня в настоящую пытку. 

- Мы сами разберемся, - отсекает муж, ставя точку в этом нелепом разговоре. Его дядя медлит, но в итоге отступает в сторону, давая возможность пройти.

Стоит нам оказаться перед остальными гостями, как раздаются традиционные аплодисменты и поздравления.

По обеим сторонам выстроились собравшиеся. Прямо перед нами - тетя Медина, а рядом с ней - мужчина, который похоже и есть его отец.

Наступает момент, когда Ямадаев разворачивается ко мне и при всех поднимает фату. Тут же в мое лицо впивается внимание всех гостей. Мне так страшно увидеть на лицах собравшихся шок или неприязнь, и я смотрю только на Мурада.

Но судя по его взгляду, даже пустое место удостоится от него большего внимания чем я.

- Дорогие гости, - слышу голос старейшины Хасана. Поворачиваюсь к нему, удивляясь как он так быстро оказался перед нами. Вроде не заходил в ресторан со всеми. - Сегодня мы собрались здесь, чтобы поздравить две семьи, которые, наконец, оставили в прошлом все разногласия.

Мне кажется, что каждый здесь смотрят именно на меня. И все они знают, что я  - не Аниса.

- Род Ямадаевых уважаем. Как и род Каримовых. И сегодня мы с вами - свидетелей их союза. Крепкого, нерушимого, - старейший смотрит прямо на Мурада. Так, будто на что-то намекает. - Раздор между семьи плохо влияет на всех. Мир - главная инвестиция для каждого из нас. Поэтому, дорогие молодожены, пусть ваш брак будет крепким и долгим. Поздравим же Мурада и его молодую жену Тамилу, которая отныне стала частью рода Ямадаевых.

Я успеваю заметить, как мрачнеет на последних словах мой муж. Вероятно, последнее что ему хотелось бы, так это назвать меня семьей..

Несмотря на то, что Хасан говорит довольно уверенно и как будто от души. Но слова тетя Мурада не дает мне покой. Да и предложение его дяди тоже.

Неужели Ямадаев настолько ненавидит моих родных, что готов воспользоваться варварским обычаем, о котором никто и не помнит?!

Аплодисменты со всех сторон кажутся такими же фальшивыми, как вся свадьба. Мы с мужем делаем шаг вперед, оказываемся совсем рядом с его отцом и тетей.

Старший Ямадаев производит еще более тягостное впечатление, чем его сын.

Коренастый, с длинными посеребренными волосами. Он смотрит на меня так, словно я недостойна даже просто находиться рядом.

- Добро пожаловать в семью, - произносит тетя Мурада. Ее улыбка картонная, а в глазах по-прежнему холод. 

Гости радуются, выкрикивают поздравления. Как будто никто кроме меня не видит то, что происходит.

Наконец, нам позволяют пройти к столу. Я надеюсь, что теперь будет полегче. Но это глубокое заблуждение. Теперь, наоборот, мы с Мурадом оказываемся под еще большим вниманием. 

Куда я ни гляну - везде натыкаюсь на любопытный взгляд. Всем интересно посмотреть на невесту, которую отдали в семью врагов.

Я начинаю завидовать Анисе и даже в чем-то ее понимаю. Если она знала, что ее ждало здесь, то неудивительно, что сестра нашлась способ сбежать от родителей.

Наш стол красиво сервирован, но глядя на еду, я не испытываю ни малейшего желания поесть. А ведь я с самого утра разве что завтракала. Но сейчас у меня не просто нет аппетита - мне кусок в горло не лезет после слов тети Медины.

С одной стороны, я хочу, чтобы все поскорее закончилось - трудно сидеть под пристальным вниманием гостей, а с другой - я боюсь. Боюсь оставаться наедине с мужем.

Если бы он был просто равнодушным, я бы смогла это пережить. Но он в ярости. И я могу лишь гадать, чем это обернется для меня.

Когда тамада объявляет о том, что настало время для фотосессии с женихом и невестой, я готова просто упасть в обморок. За столом я хоть и нахожусь под постоянным вниманием гостей, но по крайней мере не должна всем улыбаться и делать вид, что я счастливая невеста. К тому же Мурад на меня не обращает никакого внимания. Как будто меня вообще не существует.

А теперь нам предстоит позировать и пытаться выглядеть праводобно. Хотя Ямадаеву похоже наплевать и на это.

Когда мы выходим из-за стола и оказываемся в центре зала, тамада внезапно преграждает нам дорогу и весело заявляет:

- А вот и не угадали! Фото это, конечно, хорошо, но есть кое-что более приятное. Особенно для дорогой невесты.

Этот мужчина один может развеселить весь зал. Он так ловко жонглирует словами - то и дело сворачивает шутки, уместно и при этом не грубо. Сложно не улыбнуться в ответ. Даже мне. Даже в моем состоянии.

Заметив, что я реагирую, тамада подмигивает, а затем громко объявляет:

- Несмотря на то, что все формальности давно улажены, у жениха есть сюрприз для его избранницы.

Кажется, он говорит что-то еще, а я начинаю оседать на пол. Ноги не держат, а тело бьет крупной дрожью. У же уверена - ничего хорошего мне ждать не стоит!

Не знаю уж как, но Мурад успевает меня поймать. Мы оказываемся так близко, что я начинаю задыхаться. Наши взгляды встречаются.

- А вот и обещанный подарок! - доносится сквозь вату.

Ямадаев буквально силой разворачивает меня ко входу в зал. Но лучше он этого не делал…

Его прикосновения обжигают меня. Я вздрагиваю, и конечно, муж это замечает. На короткий миг прижимается ближе, чем позволяют приличия, и я испуганно выдыхаю.

Вдруг он решит опозорить меня перед всеми прямо на свадьбе? И что за семья такая у него - раз тетя уверенно заявляет, что на простыни не будет крови, а его дядя предлагает взять мою невинность?!

- Моя невеста захотела подарить свой махр семье, - раздается голос Мурада у меня над ухом. И хотя он вроде бы говорит спокойно и невозмутимо, мне чудится насмешка в его голосе. - Но я все же решил сделать ей еще один подарок.

Восторженные перешептывания раздаются со всех сторон. Еще бы - такой щедрый поступок. Перед нами стоит официант, а на его подносе лежит папка и небольшая бархатная коробочка.

- Я считаю, что чистота и верность - залог крепкого брака, - продолжает рассуждать Ямадаев. И конечно же, гости тут же его поддерживают - кто-то одобрительно кивает, кто-то даже в голос не стесняется высказаться.

- Поэтому я дарю своей жене квартиру в новом жилом комплексе.

Мурад, наконец, отпускает меня, встает рядом и буквально давит пристальным взглядом. Я остро чувствую - сейчас он ждет моей реакции. А я понятия не имею, что делать. Не я должна здесь стоять, и уж тем более не мне надо решать, как поступить с его подарком. 

Пом То что все это - не мой праздник!

Сглатываю горький ком в горле. Растерянно смотрю на официанта, который подходит еще ближе. 

Позади меня перешептываются гости. Я улавливаю, как они восторгаются щедростью Ямадаева. Но я не обманываюсь - он не такой. В его глазах - холодная ярость, которая обрушится на меня. Это лишь вопрос времени. Я слишком хорошо запомнила разговор в мечети.

- Спасибо, - с трудом произношу, когда пауза затягивается неприлично долго. - Это очень… неожиданно.

Невесте полагается вести себя скромно, так что вряд ли кто-то удивлен тому, что я не проявляю более ярких эмоций. И когда мне кажется, что все самое страшное позади, Мурад неожиданно добавляет:

- Но получит она ее, только если докажет свою чистоту. Сегодня ночью.

Его слова для меня как пощечина. Лицо горит, а внутри звенит болезненная обида.

За что он так со мной? Что я сделала? Чем обидела его? Неужели он так хотел жениться на Анисе?

Последняя мысль задерживается дольше остальных. Почему-то до этого момента я даже не задумывалась об этом.

- Но полагаю, Тамилу воспитали правильно, - продолжает Ямадаев с едва уловимой насмешкой в голосе. Он красиво закрывает опасную тему, но в воздухе так и витает намек, который он так ловко озвучил. 

Перевожу взгляд на дядю - тот даже покраснел от злости. Еще бы, его новоиспеченный родственник так искусно поиздевался, при этом не выйдя за границы допустимого.

- Правильно, - подтверждаю, хотя стоило бы промолчать.

В этот момент очень к месту вмешивается тамада. Он выдает целую красивую историю о любви простой девушки и богатого мужчины. Ловко подводит все это к тосту, и гости тут же подхватывают.

Обстановка перестает быть накаленной, но мне кажется, что каждый в зале теперь смотрит на меня иначе. Словно Мурад дал право любому сомневаться в том, что я достойная девушка.

Тетя бледная, сидит рядом с дядей и что-то ему тихо нашептывает. Тот сверлит ненавидящим взглядом Ямадаева, который выглядит абсолютно невозмутимо и спокойно.

Когда, наконец, тамада вспоминает, что все-таки настало время для фотосессии, мне хочется сбежать - настолько сильно давит всеобщее внимание.

Но выбора нет - это традиция. Не только жених и невеста запечатлевают день счастья на фотографиях, но и гости рядом с ними.

У меня сводит мышцы от того, как я пытаюсь улыбаться. Фотограф постоянно просит расслабиться. Но меня морозит от близости мужа. Пока все наслаждаются праздником, в моей голове бьется мысль - что он задумал? Он же не просто так сказал слова про чистоту и эту ночь. После предложения его дяди мне по-настоящему страшно от того, на что способны Ямадаевы.

Когда желающих сделать фото не остается, рядом со мной появляется тетя. Она открыто улыбается Мураду, словно он самый желанный для нее родственник.

- Позволь я заберу племянницу ненадолго?

Взгляд у моего мужа по-прежнему холодный, но когда он смотрит на мою тетю в нем появляется нечто такое жестокое, что у меня появляется странное желание встать между ними, чтобы ее защитить.

- Мы только поправим макияж.

Ямадаев с явной неохотой кивает - полагаю, не потому что я ему нужна рядом. Скорее у него какая-то очень непримиримая злость на моих родственников.

- Всего несколько минут, и я верну твою красавицу, - фальшиво улыбается тетя и буквально тут же тянет меня в конец коридора.

Я едва успеваю за ней, путаясь в платье. Наконец мы оказываемся возле уборных, которые тут скорее как комната отдыха - просторные и с диванчиками. Что, наверное, и должно быть в ресторане такого уровня.

- Тетя, а что слу…

- Раздевайся, - требовательно произносит она, не давая мне закончить вопрос. - И пошустрее, Тамила. У нас мало времени.

- Ч-что?

Не думала я, что меня сегодня еще чем-то можно удивить, но тете удается.

- Ты оглохла? - раздраженно фыркает она и копается в сумочке, которую прихватила с собой. - Шустрее.

- Но зачем?

Она поднимает на меня взгляд, и я снова чувствую себя недалекой дурочкой.

- Ты что, не слышала, что заявил Ямадаев? Он сомневается в том, что ты девственница.

- Но я ни с кем не была! - тут же возмущаюсь.

- Знаю, - кивает тетя. - Я говорила с врачом.

Меня заливает стыдом. Я как будто оказываюсь обнаженной посреди комнаты с гостями. То есть, получается, она не просто отвела меня на прием к гинекологу, но еще и обсуждала такие интимные вопросы за моей спиной?

Месяц назад тетя под предлогом заботы о моем здоровье записала меня к врачу, тактично заведя разговор о том, что дядя Тагир хочет быть уверен в моей чистоте. Ведь он планирует договориться о сватовстве и не хочет быть опозоренным.

Справку о том, что я девственница, мне выписали. Но выходит, тетя Рена еще и обсуждала детали с врачом?

- Что ты на меня вылупилась? Раздевайся.

Я по-прежнему ничего не понимаю, просто стою, ожидая хоть каких-то пояснений. Тетя задумчиво рассматривает меня.

- Хотя нет, лучше просто подними юбку. 

- Да зачем?

- Подстархуем тебя, - деловито овтечате она и снов аокпается в своей сумочке. - Вот, нашла!

Она достает какой-то блистер с капсулами и подходит ко мне.

- Воспользуешься этим перед тем, как Мурад возьмет тебя как жену.

Она протягивает свою находку мне и продолжает давать инструкцию:

- Попросишь уединиться в ванной, чтобы привести себя в порядок. Введешь в себя капсулу, а лучше сразу две. Минут через пять возвращайся к мужу и веди себя как обычно.

- Это что такое? - изумленно спрашиваю, разглядывая кроваво красные капсулы.

Тетя раздраженно вздыхает.

- Ты девственница, Тамила. Но крови может и не быть. 

- Как это?

- Такое бывает. И будь у вас обычный брак, можно было и не заморачиваться. Но Ямадаев обязательно ухватится за возможность унизить и опозорить нас. Поэтому ты используешь эти специальные капсулы, поняла?

Мне кажется это бред. Ну не может тетя всерьез просить меня заниматься подобным. Но она так смотрит, что я начинаю понимать - она не шутит.

- Но ведь у меня может быть кровь и так.

- А может не быть. Нам нельзя рисковать. Этот брак очень важен, так что хватит упрямиться.

Мне становится жутко не по себе, как только я вспоминаю слова злой тетки Мурада. Что если они прознают об этой хитрости? 

- Тамила, ты слышала, как Ямадаев бросил те слова про чистоту? Ты разве не поняла, что он поиздевался над нашей семьей?

- Да, но…

- Какое но? - взвивается тетя. - Тебе на нас плевать, так о Дамире подумай. Если нас опозорят, как думаешь, что будет с твоим любимым братиком? Какая жизнь его ждет?

Конечно, ее слова вызывают у меня реакцию. Я злюсь, но вместе с тем ощущаю беспомощность и неспособность противостоять.

Разве я могу подвести Дамира?

- И как мне это спрятать? - обреченно спрашиваю.

На лице тети мелькает удовлетворенная улыбка. Она снова превращается в заботливую родственницу и усаживает меня на диван так, чтобы максимально не помять платье.

- У тебя на чулках достаточно крепкая резинка. Сейчас мы сюда прикрепим, - она действительно пристраивает блистер под резинку. 

- А если он вытечет? - испуганно спрашиваю.

- Не вытечет, - отрезает тетя и возится со вторым пару минут. - Ну вот. Встань, попробуй пройтись.

Конечно, я чувствую их. И мне кажется, что в любую минуту они могут выпасть.

- А может все-таки без них? - с надеждой спрашиваю. И тут же жалею об этом.

- Неблагодарная ты дрянь, - цедит она. - Ты должна сегодня ночью доказать свою чистоту. Завтра Мурад покажет всем простыню с кровью, и вопрос вашего брака будет закрыт.

Закусываю губу, вспоминая предложение дяди мужа.

- А правда, что старший в семье может воспользоваться правом первой ночи?

Тетя замирает, так и не закрыв сумочку. Смотрит на меня растерянно.

- Ты где такое взяла? 

- Дядя Мурада предложил…

Впервые слышу, как тетя Рена ругается. Да так крепко, что я просто в шоке.

- Козел старый! Пусть только попробует! Вот что, не вздумай соглашаться. Поняла меня? Ты только с мужем должна лечь в постель. А это право - бред собачий. Не было такого никогда! Ясно? 

- Но если они…

- Не если, Тамила! Баграт, старый кобель, не имеет права - ему твой муж не позволит. Да и не станут Ямадаевы - никто в своем уме не станет подобное с невесткой творить. 

Ее слова меня немного успокаивают. По крайней мере, мне не придется делить постель с чужим мужчиной. 

- А еще ты должна как можно скорее забеременеть. Это очень-очень важно, - продолжает наставления тетя.

- Так это зависит не от меня - тут как Всевышний решит.

Она раздраженно морщится.

- Ну что ты за дура, а? Будь с мужем поласковей. Терпи и не перечь ему. Чтобы каждую ночь Ямадаев залезал на тебя и старался. Нам нужен наследник.

Ее категоричность в который раз за сегодняшний день показывает, насколько тетя наплевать на меня. Мне сложно привыкнуть - за месяцы что мы живем у них, она была внимательной и заботливой. Теперь же я увидела ее истинное отношение ко мне.

- Да и еще - как только получишь ключи от квартиры, которую тебе подарил Мурад, передашь их нам.

- Но ведь это мой подарок… 

Она кивает снисходительно.

- А зачем он тебе? Ты будешь жить у мужа. А квартиру - сдадим. Деньги положим на счет для Дамира. Ты не обольщайся, Ямадаев не станет тебе помогать искать квартиросъемщиков. Я же тебе предлагаю решить проблему и использовать твое имущество во благо брату.

Звучит разумно, но я понимаю, что доверять ей больше не могу.

- Я подумаю, - уклончиво отвечаю. На лице тетушки мгновенно появляется раздражение. Она уже собирается что то ответить, но тут звонит ее мобильный.

Достав тот, она меняется в лице и кивает мне на дверь:

- Тамила, иди, тебя муж заждался.

Не знаю, что за звонок там у нее, но реакция тети мне кажется очень странной - выглядит она взволнованной и нервной.

Я выхожу в коридор, оглядываюсь по сторонам - никого. Мне жутко не хочется возвращаться в зал, но иначе нельзя - невеста, которая шатается где-то, вызывает слишком много вопросов.

Я прохожу мимо одного из кабинетов, дверь которого прикрыта неплотно. И вдруг слышу голос мужа.

Останавливаюсь, шокированная его словами, которые заставляют схватиться за стену.

- Каримовы будут опозорены и раздавлены. А девку я вышвырну.

- И не жалко тебе ее? - раздается второй мужской голос.

Я не дышу, чтобы не пропустить ни единого слова. Но лучше бы я не слышала ответа Мурада. Лучше бы я вообще не выходила в коридор!

Свадебная суета раздражает. Злость и клокочущая ярость зудят под кожей. А невозможность прекратить весь этот цирк медленно поджаривает изнутри.

Руки так и чешутся, как только в поле зрения попадается мразь Каримов.

Его место - в гнилой канаве с перерезанным горлом. Но вместо этого тварь сидит за праздничным столом и довольно зубоскалит.

И каждый раз, стоит нам столкнуться взглядами, он молчаливо даёт понять, что поимел нас.

Мерзкий шакал!

Пусть Хасан надавил, заставив меня принять условия этого мерзавца, Тагир ещё пожалеет. Как и все, кто его поддерживает.

Совету придется смириться с позором семьи Каримовых. Никто не упрекнет меня в том, что я расторг брак. 

Обвожу взглядом зал - подставная невеста так и не вернулась.

В момент когда я увидел ее, когда понял, что именно устроил этот гаденыш, я готов был убивать.

И убил бы. 

Даже стены мечети не остановили, если бы не Хасан. Глава совета, главный из старейшин.

Хотя для меня его авторитет не в этом. Он двоюродный брат моего деда, с которым я провел свое детство. Хасан частенько приезжал к брату, а заодно проводил время со мной.

Только благодаря ему я удержал контроль. Он точно знал, что и как надо сказать, и воспользовался этим.

Пусть пока Каримов празднует победу, решив, что ловко спрятал непутевую дочь и лишил меня возможности отказаться от брака.

Он ещё пожалеет. Заплатит по полной - и за то, что сделал с моей семьёй, и за то, что выставил идиотом на этой гребаной свадьбе.

- Скучаешь?

Оборачиваюсь и вижу Алихана, моего троюродного брата.

- Праздник что надо, - добавляет он, едва заметно усмехаясь. Его хитрый прищур даёт понять, что не просто так брат решил поболтать.

- Рад, что тебе понравилось.

Тураев подходит ближе и демонстративно оглядывается по сторонам - почти все гости поглощены едой. По части организации тетка постаралась на славу. 

Не будь вся эта свадьба вынужденной уступкой совету, я бы даже порадовался.

- Уделишь пару минут, пока твоя молодая жена где-то гуляет?

Бросаю на него короткий взгляд - брат вроде и расслаблен, но в глазах что-то холодное и цепкое. Не иначе, как вляпался куда-то.

- Выйдем, - соглашаюсь, кивнув в ответ.

Одного из официантов прошу выделить кабинет для разговора. И захожу первым, как только нас проводят к нужной двери.

- Ну выкладывай, - предлагаю Алихану.

 - Мне нужна помощь, - сухо отвечает он. - По поводу месторождения.

Усмехаюсь - что-то такое я и подозревал. Говорил ведь брату, когда он еще только ввязывался в эту авантюру, что слишком зубастые акулы там плавают. А у него пока маловато ресурсов. Но Алихан всегда таким был - вспыльчивым, горячим и дерзким. Если ставил цель, получал.

- И на какой ты сейчас стадии? Где-то на принятии?

Брат недовольно поджимает губы. Бесится. Я это вижу. И если бы не подстава, которую устроил Каримов, я был бы сейчас в куда более спокойном состоянии. Наверное, и Алихана бы не пытался ткнуть носом.

- Мне нужна эта сделка, - цедит он. - Фразу о том, что ты меня предупреждал, можем пропустить.

Отхожу к окну, чтобы взять паузу на обдумывание. Меньше всего хочется влезать в чужие разборки. Сейчас у меня самого впереди непростые времена. Мой долг - уничтожить семью Тагира. Так положено - за кровь платят только кровью. А весь этот бред совета о примирении мне не сдался.

Но и послать Алихана я не могу - он ведь тоже частенько жил у моего деда. Мы, можно сказать, выросли вместе, хотя он и чуть младше меня.

- Тебе нужны деньги? - спрашиваю, обернувшись к нему.

По выражению лица брата понимаю - ситуация куда хуже.

- Твой авторитет, - наконец, неохотно признает он.

- Разве твой тесть имеет недостаточно веса? - хмыкаю, припоминая наш последний разговор.

Однако Алихан вместо ответа уводит взгляд в сторону.

- Или ты так и не женился второй раз?

- Ты поможешь или нет? - раздраженно спрашивает брат, снова глядя мне в глаза. Вижу, что он на взводе. Но и я далек от спокойного состояния. Так что продуктивного разговора у нас не выйдет.

- Прежде, чем в чем-то участвовать, я хочу понимать всю ситуацию, Алихан. Что у тебя с Бахриевыми? 

Брат качает головой и, резко развернувшись, идет к двери.

- Счастья тебе семейного, - бросает с издевкой напоследок. Я уверен - брат реально уйдет, и успеваю его перехватить.

- Или ты еще о чем-то умалчиваешь? - спрашиваю, догадываясь в чем на самом деле. Внимательно вглядываюсь в лицо Алихана и мысленно присвистываю. - Только не говори, что теперь жалеешь.

Тураев молчит, поджав губы. И я узнаю этот упрямый взгляд. Да ну на хрен! Серьезно?

- Я ее верну. Но мне нужна помощь. 

- Второй женой? - уточняю, вспоминая историю брата и его избранницы. - Она же…

- Не лезь, - резко обрывает он меня. - Это мое дело. 

- Так разве я спорю? - отпускаю плечо Алихана  и окончательно понимаю, что он вляпался по полной. Вон как глаза сверкают, стоит мне только напомнить о его поступке. 

Как по мне, сделал он дерьмово. Но это его выбор и его жизнь. Ему решать, что с этим теперь делать. Но похоже, не отгорело, раз он так реагирует.

Я даже на несколько мгновений забываю всю ту злость, что кипит во мне самом.

- Я помогу, - добавляю и протягиваю руку брату. Тот коротко кивает и жмет ладонь. - Но прошлое лучше оставить в прошлом.

Тураев кривится.

- Ты себе готов это сказать? Или сезон охоты можно считать открытым?

Я не удивлен, что Алихан не купился на свадебное торжество. Четко вижу по его взгляду, что он отлично понимает, насколько все это пропитано фальшью.

Пожимаю плечами и неохотно отвечаю:

- Ты знаешь закон - за кровь платят кровью.

- Но совет против, - напоминает брат о том, что я и так знаю.

- Это их проблемы. Каримовы будут опозорены и раздавлены. А девку я вышвырну.

- И не жалко тебе ее? - с недоумением спрашивает Алихан. - Молодая совсем. Красивая вроде.

Я же вспоминаю картину, которая врезалась в мою память навсегда. И ни одно милое личико ее не сотрет. 

Тагир умело выбрал новую жертву, которую решил скормить совету старейшин. Мерзавец почуял, что я разузнал о секретиках его семьи и ловко перетасовал карты. Но и у меня есть козыри в рукаве.

- Она Каримова, - выношу приговор, который не подлежит обсуждению. - Заплатит как и каждый из них. 

- И ты, видимо, знаешь, как все сделать красиво? - понимающе усмехается Алихан.

- Даже не сомневайся, - заверяю я. 

Пусть Тагир меня обыграл, но я нашел альтернативу. И неважно дочь его или племянница окажется в моем доме.  В любом случае род Каримовых получит то, что им положено. Не помешает даже дядя Назим, который решил так некстати вмешаться и едва не испортил весь план своими бестолковыми идеями. 

В приоткрытую дверь кабинета доносится какой-то шум. Алихан оглядывается и выходит первым, я - за ним.

И вижу картину маслом - моя навязанная невеста и мой дядя. В довольно провокационной позе.