❄️ Горячий Новый год. Сосед на час

— Мужчину тебе надо, — в сотый раз проворчала Клэр. — Не занималась бы сейчас всякой ерундой.

— Занималась бы, — флегматично отозвалась я, перекладывая кристалл связи под другую руку. Обычно он крепился к браслету, но во время работы украшения мешали. — И потом. Ты, кажется, одобряла моё хобби?

Придирчиво осмотрев подставку, я несколькими движениями добавила пару лишних штрихов.

Гриб выходил как настоящий. Оставалось совсем немного – и можно будет надевать припорошённую искусственным снегом шляпку-абажур. Получится прекрасный новогодний магический светильник. Ручной работы, между прочим. Что в наше время было почти редкостью.

— Одобряла, — не стала спорить Клэр. — Сначала. Тогда тебе надо было отвлечься. Но, Марта, нельзя же посвящать себя всю этим светяшкам!

— Светильникам, — педантично поправила я.

— Неважно. Так вся молодость мимо пройдёт. А ты так и помрёшь, не познав вкус настоящей близости.

Я аж поперхнулась. Не знала и знать не хотела, о каком вкусе шла речь.

— Клэр! — возмутилась я. — Если ты вдруг забыла, я целый год встречалась с Джейкобом. И мы…

Я осеклась. Подруга на том конце магической связи тоже замолчала. Повисла скорбная тишина.

Резко выдохнув, я отодвинула от себя неоконченный гриб. Он обиженно звякнул о стену, но я даже не взглянула. Я тоскливо смотрела на кружившиеся за окном снежинки. В тот день, год назад, тоже шёл снег. И тогда это казалось хорошим знаком.

— В общем, в ближайшее время меня никакая близость не интересует, — резко закончила я. — И я очень надеюсь, что ты меня услышала.

На том конце связи по-прежнему молчали. Я бы, пожалуй, решила, что подруга вовсе отключилась. Но небольшой кристалл в металлической оправе продолжал тускло мерцать.

— Клэр? — с нажимом позвала я.

— Видишь ли, тут такое дело… — протянула она.

— Клэр…

— Марта, ну что ты от меня хочешь? — резко сменила она тактику. — Уехала в другой город. Живёшь одна. На улицу почти не выходишь. Продаёшь эти свои… лампочки!

— Магические светильники! И, между прочим, мне нужно чем-то платить за квартиру!

— Не важно, — отмахнулась подруга. — В общем, я решила тебе помочь.

По коже пробежали мурашки.

— И чем же?..

— Заказала тебе мужчину.

— В смысле, заказала? — просипела я.

Кажется, в комнате резко стало душно. Ещё и гарью запахло… стоп, гарью?!

— Да твою ж! — выругалась я и, вскочив с места, рванула на кухню.

Из духовки шёл дым. Распахнув дверцу, я вытащила противень и принялась размахивать разделочной доской, пытаясь развеять смог и одновременно разглядеть, осталось ли что-то от моего праздничного пирога. Всё-таки праздновать день рождения вообще без ничего было бы совсем грустно.

Только через минуту я сообразила открыть окно и с облегчением вдохнула свежий воздух. Надеюсь, никого из соседей нет дома. А если есть, они не додумаются вызвать пожарных. В тесный дворик выходили окна ещё трёх квартир. В одной жила излишне мнительная старушка, во второй – пожилая семейная пара. В третьей – судя по имени на ящике, обитал какой-то дедушка. Его я пока ни разу не встречала, но краем уха слышала, что он иногда приезжает на Новый Год.

Кстати, пирог не пострадал. Судя по всему, горело что-то другое. А возможно, духовку просто давно следовало заменить. Вот продам ещё три светильника – и, глядишь, как раз хватит на новую.

Оставив окно открытым, я вернулась в комнату.

— Я тут, — мрачно сообщила я мерцавшему кристаллу.

— Отлично, — речитативом проговорила Клэр. — В общем, я заказала тебе мужчину на вечер. Он как раз должен быть у тебя с минуты на минуту.

— Что? — опешила я. — Какое с минуты на минуту? Клэр!!!

— Не переживай, — отмахнулась подруга. — Мне это обошлось не так уж и дорого! Я его взяла по скидочному купону, всего за полцены.

— Чего?!

— Это такие штуки, которые позволяют снизить цену, — милостиво объяснила она.

— Да знаю я, что это такое! Но…

— А раз знаешь, зачем спрашиваешь?

— Клэр!!! — взмолилась я.

— Ой, всё, не буду тебе мешать прихорашиваться, — пропела подруга. — Кстати, там оплачен полный пакет. Все твои самые смелые фантазии!

— Да постой же!..

— С днём рождения, дорогая! Пока-пока!

Кристалл связи погас.

И ровно в этот момент раздался многозначительный стук в дверь.

Тяжело сглотнув, я медленно обернулась в сторону входа. Словно надеясь, что стоявший за дверью мужчина по купону растворится. И тогда проблема решится сама по себе. Не придётся ничего объяснять. Говорить. Оправдываться… Ведь, в конце концов, я не обязана быть дома, верно?

Стук повторился.

Затравленно оглядевшись, я зачем-то стянула со спинки стула плед и прижала к себе. На секунду возникло желание закутаться с головой, как в детстве. Так, чтобы только нос торчал. Тогда меня ведь точно не найдут, верно?..

Жаль, в реальности это так не работало.

Третий стук прозвучал ещё настойчивее. А я приняла решение: притворюсь, что меня нет дома. Должно ведь сработать? Главное – не отвечать!

Сбросив домашние туфли, я накинула на плечи плед (для маскировки) и на цыпочках двинулась в сторону двери. Причём двигалась не по прямой, а зачем-то петляла, прячась за предметами. Пожалуй, лучшим решением было бы затаиться на кухне и молчать. Но надо же было посмотреть в глазок и убедиться, что незнакомец ушёл.

Как выяснилось, он не ушёл. Более того, он, похоже, видел весь мой путь до двери – зигзагами и с пледом. Потому что когда я приникла к глазку, с той стороны на меня смотрел глаз. Голубой и огромный. Многократно увеличенный магической линзой. А ведь я совершенно забыла, что глазок здесь был дешёвым, а значит – двусторонним.

Пискнув, я резко села на пол, уходя с линии обзора, и всё-таки с головой накрылась пледом. Чем бесы не шутят – вдруг поможет?..

Не помогло.

— Я вижу, что вы там, — раздался из-за двери мужской голос. От глубокого тембра по телу пробежала волна мурашек. — Марта Винтерс, верно?

Я скривилась. Вот же… Клэр! Ещё и моё полное имя в заказ вписала! Просила же её никому не говорить!

Что ж. Раз так, скрываться дальше было глупо.

Глубоко вдохнув, я выпрямилась. Оправила причёску (ладно, просто слегка пригладила растрёпанные волосы). И с достоинством отворила дверь.

И замерла, глупо хлопая глазами. Невольно в голове возникла совершенно дурацкая мысль: если по купону за полцены приезжали ТАКИЕ мужчины… то что же можно было получить за полную цену?!

Незнакомец был высок, мускулист и статен. Короткие каштановые волосы убраны в небрежную причёску, на щеках темнела лёгкая щетина. Которая ему невероятно шла. И одет он был вполне прилично – никаких обтягивающих элементов одежды (хотя, казалось бы…). Только удобные брюки и рубашка с небрежно расстёгнутым воротником. Верхнюю одежду он уже успел где-то спрятать. Мужчина стоял, расслабленно опершись предплечьем о косяк моей двери. Во всей его фигуре читалась дикая, звериная сила.

И да, я пялилась. Но кто бы удержался на моём месте? Не каждый день к тебе в квартиру заглядывают такие мужчины. Пусть и по вызову.

Наверное, надо было что-то сказать. Но вот что? Почему-то единственный вопрос, крутившийся на языке был о том, по какой причине он выбрал такую, гм, пикантную специальность. Но задавать его я бы не осмелилась ни за что! Язык бы не повернулся.

— М-м… — пробормотала я наконец. — Вы знаете… вы, наверное, можете быть свободны. Я… не нуждаюсь в ваших услугах.

Тёмные брови заинтересованно взметнулись вверх.

— Вот как? — произнёс он всё тем же потрясающим голосом.

Я прикрыла глаза и кивнула. Потому что слышать этот голос, смотреть в прозрачные голубые глаза – и отсылать подальше было выше моих сил. Уж лучше делать это зажмурившись.

На секунду представилось, как незнакомец склоняется ко мне, обдавая запахом невероятного парфюма. Проводит пальцами по щеке. Ловит мои губы своими…

Помотав головой, я развеяла наваждение. Нет уж. Я не настолько отчаялась, чтобы делать это с мужчиной по вызову.

Распахнув глаза, я уставилась в точку над правым плечом незнакомца. Так я хотя бы говорить нормально могла. К счастью, он молчал, позволяя мне сформулировать мысль. За что я ему была невероятно благодарна.

— Я прошу прощения, что вам пришлось проделать весь этот долгий путь, — продолжила я, — но, боюсь, вам придётся уйти.

Краем глаза я заметила, как мужские губы дрогнули в улыбке.

— О да, путь поистине был долгим, — согласился он, метнув быстрый взгляд через плечо.

А меня осенило! Буквально рядом находилась соседская дверь! Ну и что, что самого соседа я за последний год ни разу не видела? Зато если мы встретимся сейчас, ситуация выйдет максимально неловкой. Как я потом объясню почтенному господину Моррису (или не почтенному – тут уж как повезёт), что незнакомец завернул сюда по нелепой случайности? Нет уж! Достаточно с меня неловких моментов!

Схватив мужчину за руку, я втянула его внутрь и захлопнула дверь. И отрезала, метнув яростный взгляд:

— Вас никто не должен видеть!

— Почему? — заинтересовался он.

— Потому что всё это, — я обвела неопределённым жестом его фигуру, — нелепое недоразумение.

— Я – недоразумение?

В голосе звучало неприкрытое удивление.

— Нет-нет, не вы! То есть… Поймите, я…

Ох, что-то в присутствии незнакомца мысли никак не хотели собираться в кучу. Понимание, за чем конкретно он пришёл, туманило мозг похлеще дурмана. Невольно вспомнились слова Клэр: «Все твои самые смелые фантазии»…

Так, стоп, Марта, нам не туда!

Нечеловеческим усилием сформулировав фразу, я прямо взглянула мужчине в глаза.

— Я вас не вызывала.

Лицо незнакомца по-прежнему выражало вежливое любопытство. Он явно ждал, пока я закончу.

— Понимаете, — продолжила я убитым голосом, — вас вызвала моя подруга. Клэр… Она давно говорила, что мне нужен мужчина.

— А вам не нужен?

— Нет! То есть… не таким же образом.

Мужчина глубокомысленно кивнул. Он вообще оказался не слишком многословен. А ещё явно наслаждался ситуацией. Уголки губ подрагивали, а в глазах так и плясали бесенята. Весело ему было, надо же…

Решительно выдохнув, я выпалила:

— В общем, интима у нас с вами не будет!

Повисла звенящая пауза.

— Ну, я бы не был столь категоричен, — внезапно хмыкнул мужчина.

— Прошу прощения?! — опешила я.

— Не стоит, — отмахнулся он и добавил с очаровательной улыбкой: — Так что, вы меня даже не покормите? После того, как я преодолел такой долгий путь?..

Он многозначительно покосился в сторону кухни. Откуда теперь вместо дыма шёл совершенно непередаваемый аромат пирога с капустой.

Несколько секунд я колебалась. Всё-таки, пить чай с незнакомцем… не лучшая затея. Но с другой стороны – что я теряла? Он прибыл на вызов, все данные у Клэр были. Так что вредить он мне точно не станет. К тому же, его время уже оплачено, а уж как это время использовать – моё дело. Праздновать день рождения в одиночестве не хотелось. Пусть я и сбежала из родного города, но в такие моменты мне всё равно не хватало компании. А ведь впереди ещё был Новый год.

— Могу напоить чаем, — вздохнула я. — Но потом вы уйдёте. И, повторяю…

— Никакого интима, я запомнил, — поспешил заверить он. Даже руки поднял, мол, ни на что не претендует.

Медленно кивнув, я всё-таки пошла на кухню.

Пока я заваривала чай, мужчина прошёлся по квартире, разглядывая интерьер. Против я не была – да и смотреть тут было особо нечего. Крохотная квартирка с уютной кухней, аскетичной ванной и одной-единственной жилой комнаткой, в которую влезала кровать с выступающей по центру пружиной, старенькое кресло с протёртыми подлокотниками, шкаф и небольшой рабочий стол. С последнего с осуждением взирал незаконченный светильник.

— Красивая вещица, — отметил мужчина. — Зачем вы её разобрали?

— Я его не доделала, — отозвалась я. — Собиралась сегодня вечером, но… меня отвлекли.

Из комнаты раздался смешок. Намёк мужчина уловил – уже неплохо.

— Те, что стоят на полке – тоже ваша работа?

— Моя, — призналась я. — Только не трогайте ничего, пожалуйста. Они на продажу.

— Вы талантливы, — отметил он, появляясь в дверном проёме.

«Вы тоже», — хотелось ответить мне. Но я сдержалась. Одним своим появлением мужчина словно занял всё пространство. Вот вроде бы и не хотела на него смотреть, а удержаться было сложно. Что это, если не талант? Особенно учитывая его профессию.

— Благодарю, — улыбнулась я вместо этого. — Кстати, чай готов.

Кивнув, он шагнул внутрь и уселся за стол. С любопытством оглядел угощение – нарезанный пирог с капустой, овсяное печенье с шоколадом и небольшой тортик, по размеру больше походивший на пирожное.

— У вас сегодня праздник?

— День рождения, — отозвалась я. — Возраст не скажу, не спрашивайте.

— И не собирался, — белозубо улыбнулся он. — Я помню правило: не спрашивать женщин о возрасте, весе и количестве бывших любовников.

На словах о любовниках я скривилась и поспешно отвернулась к духовке. Причину задымления я уже нашла. Ко дну противня каким-то образом приклеилась прорезиненная прихватка. И вот она понемногу тлела, наполняя духовку дымом.

К счастью, пирогу это не навредило.

— Духовка сломалась? — неожиданно спросил мужчина.

— Нет, — меланхолично отозвалась я. — К счастью, обошлось. Но, наверное, скоро придётся покупать новую. В этой всё то недопекается, то пригорает. Я пытаюсь её понемногу поддерживать, но уже не справляюсь.

Увы, это было правдой. Моих способностей в магии огня хватало разве что на создание магических светильников. Для духовки нужен был потенциал побольше.

— Огневик? — понимающе кивнул мужчина.

Я пожала плечами. Какой смысл отвечать – и так всё очевидно.

— А управляющему вы об этом говорили? О духовке?

— Нет и не собираюсь. Я снимаю квартиру через компанию, и они ясно дали понять, что мои проблемы их не касаются.

— Неужели?

Я покосилась на незнакомца. И откуда только такой интерес к моей жизни? Поджав губы, я переложила на свою тарелку кусок пирога. А потом неожиданно призналась:

— Когда я только сюда заехала, у меня сломался кран в ванной. В управляющей компании обещали всё решить в течение месяца. У меня в тот момент было действительно туго с деньгами, и я ждала… А потом пришёл специалист и заявил, что я сама сломала кран, и теперь должна чинить его за свои деньги. Ещё и неустойку начислил.

— Как интересно… — протянул мужчина. — И почему же вы отсюда не переехали?

Последовав моему примеру, он взял пирог. Придирчиво понюхал и откусил кусочек. На лице отразилось уважительное удивление, и он одним махом отхватил половину куска.

— Сначала хотела. Но в тот момент не нашла других предложений. А потом… привыкла, что ли. Если не придираться к мелочам, то квартира хорошая. К тому же, с балконом.

От балкона здесь было одно название. Так, небольшой парапет с ограждением, на который вела узкая дверь с кухни. Но летом туда можно было выходить с чашкой кофе и пить его, наслаждаясь видом на зеленеющий двор. И мечтать, что однажды у меня будет собственное жильё. На которое я заработаю сама.

— А вы непривередливы, — отметил мужчина, утягивая с тарелки второй кусок.

Я грустно хмыкнула. Если бы. Переезжать из дома отца было ой как нелегко. Первое время я постоянно мучилась от необходимости во всём себя ограничивать. А потом ничего, втянулась. Уж лучше так, чем жить в доме, где всё напоминало о Джейкобе.

А хуже всего – я начинала думать о том, чтобы послушаться отца и вернуться к тому предателю. Так что бежала я в первую очередь от себя.

Незнакомец окинул меня ещё одним долгим взглядом и, кивнув сам себе, произнёс:

— К слову, я не представился. Меня зовут Эван. Эван Моррис.

Я рассеянно кивнула. Имя казалось мне смутно знакомым, но я не могла вспомнить, откуда. Да, честно говоря, не слишком и пыталась. Закусив губу, я сверлила тяжёлым взглядом праздничный тортик и старалась не вспоминать о прошлом.

— Марта, — мягко позвал Эван, и я вздрогнула. Подняла взгляд и нахмурилась.

— А?

— Я говорил, что вы не притронулись к еде. У вас всё хорошо?

И действительно, пирог так и лежал на тарелке. Благодарно улыбнувшись, я отбросила грустные мысли и потянулась за кусочком. Странно, но в компании этого незнакомца по вызову мне было удивительно комфортно. Лишних вопросов не задавал, в душу не лез, на интиме не настаивал, что тоже важно. Пожалуй, стоило сказать Клэр спасибо за то, что мне не пришлось праздновать день рождения в одиночестве.

К сожалению, попробовать собственный пирог мне было не суждено. Потому что в этот момент раздался ещё один стук в дверь.

Кого ещё принесло на ночь глядя?

— Кто там? — осторожно поинтересовалась я, сжав пальцами ручку.

— Пожарные! — отозвались из-за двери.

Я похолодела. Неужели, соседи всё же вызвали бригаду? Из-за дыма?!

Хотелось побиться головой о стену. Потому что за ложный вызов полагался штраф. Который, разумеется, предъявят мне, а не старушке из квартиры напротив. А я только поднакопила средств на новую плиту!

Потерев внезапно озябшие ладони, я всё-таки отворила дверь. Собиралась уже начать оправдываться, но слова застряли в горле. Потому что пожарный этот… он был каким-то не таким.

Нет, внешне всё выглядело правильно. Передо мной стоял коренастый мужчина в летах с пышной щёткой усов. Примерно так в моём воображении и должны были выглядеть пожарные. Но вот дальше начиналось странное. Во-первых, каска была зачем-то украшена стразами. Во-вторых, одежда на мужчине была совершенно не огнеупорная. Я такое за версту чувствовала – всё-таки, огонь был моей родной стихией, пусть и очень слабой. А разве форма пожарных не должна была защищать от огня?

А в-третьих, мужчина даже не оглядел квартиру в поисках признаков возгорания. Вместо этого он оценивающе оглядывал меня. И увиденное ему явно нравилось.

— Прошу прощения, — пролепетала я. — Но если вы пришли тушить пожар, то ошиблись. Здесь ничего не горит.

— Как это не горит? — изумился мужчина. — Тогда почему здесь так жарко?

Последние слова он произнёс с какой-то особой интонацией. Которую я совершенно не поняла. А следом – нарочито медленно расстегнул верхнюю пуговицу пожарного костюма… Стоп, на нём разве должны быть пуговицы?..

Да о чём я вообще думаю?!

— Что вы делаете? — возмутилась я. — Зачем раздеваетесь?!

Пожарник притормозил и смерил меня подозрительным взглядом.

— Марта Шалунья – это вы?

— А? — только и смогла выдавить я, обалдело хлопая глазами.

Тем временем мужчина вынул из кармана какую-то бумажку. Вчитался в неё, посмотрел на меня… И, кивнув чему-то, уверенно шагнул в мою сторону. Я попятилась. И только потом сообразила, что мы оба очутились внутри квартиры. Но было поздно: мужчина уже закрыл за собой дверь.

— Подождите! — пискнула я, отскочив в комнату. Я лихорадочно соображала, чем можно огреть незнакомца. На глаза попался только недоделанный светильник. Но его было жалко!!!

— Не стоит ждать! — пафосно провозгласил мужчина. — Меня зовут мистер Хот. И я прибыл погасить пожар твоих чресел, Марта!

С кухни послышался надрывный кашель. Но я даже не обернулась.

— Что? Подождите! Н-не надо! Я не хочу!!!

Смутило ли это мужчину? Если бы! Он явно сделал какие-то свои выводы.

— Любишь, чтобы в тебе сперва распалили желание, Марта Шалунья? Что ж, я готов!

Ответить я не успела. Разве что сдавленно пискнула. Плавным движением, неожиданным для такого грузного мужчины, он поставил в центр комнатки стул и толкнул меня на него.

Упав на сидение, я вцепилась пальцами в сидушку и пожелала провалиться в бездну. Желательно, прямо сейчас.

— Остановитесь… — прохрипела я.

И тут же была остановлена прижатым к губам пальцем. От наглого жеста я замерла и, кажется, впала в полноценный ступор.

— Не надо слов, — прошептал мистер Хот. — Я всё сделаю сам.

Слов больше и не было. Заледенев, я молилась, чтобы эта минута позора закончилась как можно быстрее. Жаль, небеса остались глухи к моим страданиям.

Пожарник вытащил из кармана дешёвый звуковой кристалл – такого хватало максимум на полчаса последовательного звучания – и поставил его на стол. Полилась музыка. Хотелось бы сказать, что хотя бы она была приятной, но не тут-то было. Сильнее всего эти звуки напоминали звуки спаривания белых китов… возможно, в этом и был смысл.

«Так вот, как выглядит мужчина за полцены, — пронеслось в голове. — Что ж, теперь, по крайней мере, всё сходится.»

— Давай же отдадимся страсти, — певуче протянул пожарный и качнул бёдрами. Живот колыхнулся. Я зажмурилась. А потом вовсе вжалась в спинку стула и попыталась притвориться камнем.

Судя по звукам, мистер Хот сейчас танцевал. Этого я видеть точно не хотела. И раз прогнать его не было никакой возможности, оставалось притвориться, что меня здесь нет.

Музыка оборвалась неожиданно. Следом замер и фальшивый пожарный. Я осторожно приоткрыла один глаз и… ничего не сказала. Кажется, дар речи ко мне вообще ещё не скоро вернётся.

Возле стола, держа в пальцах кусок пирога, стоял Эван. Именно он погасил кристалл и сейчас с ледяной насмешкой взирал на мистера Хота. Который к этому моменту каким-то образом уже успел оголиться до пояса, обнажив пышную мужскую грудь с тремя волосинками.

— Возможно, вы не заметили, уважаемый, — с непередаваемой интонацией произнёс Эван, — но ваша клиентка близка к тому, чтобы лишиться чувств. Я считаю, вам стоит остановиться здесь.

Повисла неловкая пауза, в течение которой фальшивый пожарный переводил взгляд с меня на Эвана. И его пухлое лицо всё сильнее и сильнее вытягивалось.

— Участие третьих лиц в договоре не прописывалось! — возмутился он наконец. А потом, спохватившись, принялся натягивать обратно верх комбинезона. Стыдливо стянул края на груди и обиженно уставился на меня. — Я требую повышения оплаты!

«Получается, оплата за ложный вызов всё-таки будет», — пронеслось в голове. Я нервно хихикнула.

— Вы ещё и смеётесь? А с виду такая приличная девушка!..

Вероятно, он хотел меня пристыдить, но эффект получился обратным. Всхлипнув, я уронила лицо в ладони и затряслась от беззвучного смеха. Потому что ситуация была в высшей степени абсурдной.

Ещё в начале вечера я планировала доделать светильник, поесть пирог и лечь спать. А вместо этого оказалась заперта в комнате с двумя незнакомыми мужчинами. Одного из которых вызвала подруга, чтобы… как его… «потушить пожар моих чресел». Второй… кстати, а второй – это кто?

Резко замолчав, я выпрямилась на стуле и во все глаза уставилась на высокого мужчину, постучавшегося в мою дверь первым. Встретив мой взгляд, он едва заметно вздрогнул. Но тут же взял себя в руки и развернулся к пожарному.

— Боюсь, возникло недоразумение, — сдержанно проговорил он. — Видите ли, мы с моей подругой всего-навсего праздновали её день рождения. И совершенно не ожидали гостей.

— Но у меня оплачен заказ! — язвительно отметил пожарный и потряс вытащенным из кармана листком. — Вот, тут всё написано. Марта Шалунья. Рост небольшой. Волнистые ореховые волосы, карие глаза. На вид двадцать лет. Тростниковый проезд, дом номер восемь, квартира два. Оплачено со скидкой в пятьдесят процентов.

— Вы позволите? — Эван забрал из рук мистера Хота лист и пробежался глазами. — Так и думал, тут ошибка.

— Какая ошибка? — тут же подобрался тот.

— Марта Шалунья – безусловно, не настоящее имя. Разумеется, вам известно, что ваши клиенты предпочитают не раскрывать собственные имена?

— Разумеется…

— В остальном же – у вас неверные данные. Думаю, вас вызывала жительница квартиры номер четыре.

Я поперхнулась. Потому что в квартире номер четыре жила та самая мнительная старушка, Клодия Бейли. Кажется, раньше госпожа Бейли была какой-то известной личностью. Потому что она до сих пор временами высматривала на улице папарацци.

— Вы считаете? — усомнился пожарник.

— Безусловно, — убеждённо кивнул Эван. — А это – за неверный вызов. В качестве извинений.

Зажав в зубах кусок пирога, он вытянул из кармана бумажник и протянул мужчине пару купюр. Тут вздрогнула уже я. Потому что эта сумма, уверена, с лихвой покрывала полную сумму вызова.

Мистер Хот тоже моментально оценил щедрость предложения. Потому что вопросы у него мигом закончились, как и сомнения. Сложенные купюры исчезли в бездонном, судя по всему, кармане. А сам он – за дверью.

Несколько секунд мы с Эваном смотрели ему вслед. После чего, не сговариваясь, бросились к кухонному окну (тому самому, что с претензией на звание балкона) и замерли в ожидании. Спустя несколько минут в поле зрения в самом деле показалась Клодия Бейли. Она высунулась в окно, критически огляделась. И плотно задёрнула шторы.

— С ума сойти! — выдохнула я. — Она же… Они же!..

— Считаю, я сделал хорошее дело, — самодовольно улыбнулся Эван и закинул в рот оставшийся кусок пирога.

Я же моментально забыла про госпожу Бейли. И медленно повернулась к невероятно довольному жизнью Эвану.

— Кстати, о хорошем деле… Вы вообще кто?

Мужчина изогнул бровь. Проглотил пирог. И напомнил:

— Если мне не изменяет память, я представился. Эван Моррис, к вашим услугам.

— Представились, — согласилась я, недобро прищурившись. — Но как вы оказались в моей квартире?

— Уже забыли? Вы ведь сами втащили меня внутрь. Слова сказать не дали.

Я чуть не задохнулась от возмущения! То есть, я ещё и виноватой оказалась?! А потом я задохнулась уже от осознания. Потому что внезапно вспомнила, почему имя показалось мне знакомым! Ведь именно так звали моего соседа из первой квартиры. Я так часто видела имя на почтовом ящике, «Э.Моррис», что оно слилось с обстановкой.

— Вы же… вы!

— Ваш сосед, — не стал спорить он. — На самом деле, я увидел дым и зашёл спросить, всё ли в порядке. Но вы были так настойчивы…

— Я думала, вы старичок! — вырвалось у меня, и я в ужасе зажала рот ладонями. Но тут же не сдержалась. — Да как вы могли?

— Что именно?

— Я! Говорила при вас все эти смущающие вещи!

Он развёл руками.

— Не мог же я приказать вам замолчать.

— Вы могли сказать, что я приняла вас не за того!

— Как, по-вашему, я должен был догадаться, что вы приняли меня за мужчину со скидкой в пятьдесят процентов?

Вот как знала, что он запомнит!

— Вы… вы…

Я не находила слов. А Эван даже не думал мне помогать. Вместо этого он протянул руку, взял со стоявшего здесь же блюда ещё кусок пирога. И откусил.

— Выметайтесь! — выпалила я.

— Что, прямо сейчас? — удивился он. — Даже доесть не позволите?

Вместо ответа я всучила ему блюдо с остатками пирога с капустой. И вытолкала посмеивающегося мужчину за дверь.
---------

Добро пожаловать в историю! Давайте познакомимся с героями. Как обычно, это не окончательный вариант. Вы можете представлять их так, как вам больше нравится))

Марта Винтерс

Эван Моррис

К утру я и думать забыла о неловком знакомстве. Напрочь. Настолько, что когда Клэр утром спросила, как всё прошло, даже не поняла, о чём она говорит.

— Понятия не имею, о чём ты, — отрезала я. — Вчера я доела праздничный пирог и легла спать.

— Ну да, конечно, — не поверила подруга. — Из агентства прислали отчёт, что клиент был в таком восторге от оказанной услуги, что приобрёл абонемент по полной стоимости. Ты откуда только денег нагребла? Я-то думала, ты бедствуешь.

Увы, сама я действительно бедствовала. Чего, судя по всему, не скажешь о пожилой госпоже Бейли. Надо же, как её впечатлил мистер Хот… впрочем, я была рада за них обоих.

— Это не я, — сконфуженно призналась я. — Это…

И мне пришлось рассказать всю историю вчерашнего вечера. От и до. Иначе Клэр бы точно не постеснялась снова выкинуть нечто подобное. А так – хотя бы оставался шанс, что в ней проснётся совесть.

Не проснулась. К концу рассказа подруга покатывалась от смеха. Даже тихонько подвывала, честное слово! Я же тихо зверела.

— Не смешно! Марта Шалунья? Ты издеваешься?

— Это лучшее, что пришло мне в голову, — всхлипнула Клэр. А потом резко успокоилась и спросила совершенно другим тоном: — И?..

— Что – и?

— И что у вас было с тем красавчиком-соседом?

— С чего ты вообще решила, что он красавчик? — вспыхнула я.

— Ой, перестань. Я тебя с детства знаю. Так и что? Какой он в постели?

— Вот приезжай и сама проверь! — рявкнула я и отключилась.

Всё равно надо было работать. Всю партию готовых светильников (включая вчерашний) я с утра отнесла на продажу. И заодно получила пожелания в ближайший месяц сосредоточиться на предновогодней тематике.

И это было как раз то самое, в чём я нуждалась.

Потому что в последний месяц прошлого года моя жизнь напоминала кошмар. Ревность, слёзы, обида, отчаяние… Прошлый Новый год, похоже, вовсе прошёл мимо меня.

В этот раз я решила подготовиться по всем правилам. Даже план составила! Согласно ему мне предстояло нарядить ёлку, приготовить горячий шоколад, испечь имбирное печенье, научиться лепить снеговика… И это лишь малая часть.

Кстати, согласно этому же плану, через две недели я должна буду пойти на новогодний спектакль. Уже купленный билет лежал на столике в прихожей. Конечно, театры Сноувуда сильно уступали столичным. Но я наконец-то решилась начать вливаться в местную жизнь. Понемногу.

Да и, откровенно говоря, с каждым днём мне всё меньше верилось, что отец действительно будет искать меня, чтобы вернуть в столицу и выдать замуж за сына своего партнёра. Тем более после того, как я ему сообщила, что не хочу иметь с Джейкобом ничего общего.

Впрочем, всё, что касалось подготовки к празднику, я решила отложить на завтра. А сегодня сосредоточилась на работе.

Прежде всего я заварила себе какао. А потом достала из шкафа кусок живой глины и, с ногами закутавшись в плед, уселась за стол. Конечно, она не была буквально живой. Просто так называли глину, заряженную силой магов земли. К сожалению, без этого работать с ней (как и с большинством природных материалов) было невозможно. Чары попросту не ложились.

Конечно, стоил такой материал весьма внушительных денег – маги земли не стеснялись, назначая цену за собственные услуги. Но магические светильники я могла создавать только из неё.

Был, конечно ещё вариант. Можно было бы накупить обычной глины и найти мага земли, готового напитать его магией. Но, во-первых, маги земли были невероятно редки. А во-вторых, это бы всё равно стоило немалых денег. Так что, возможно, однажды я это сделаю. Но не сейчас.

С умиротворённой улыбкой я запустила пальцы в глину, понемногу замешивая внутрь собственную магию. Буквально по капле. Белая масса медленно нагревалась, с каждой минутой всё более послушная моей воле.

Материал под моими пальцами сминался, приобретая причудливые формы. Сейчас я могла сделать всё, что угодно. Могла изобразить оленя со светящимся носом. Могла – смешного старика в красной шубе и с посохом из детских сказок. Могла сделать ёлку.

Вверх… вниз. Тёплая, чуть пористая масса прогибалась, извивалась и вытягивалась. Изобразив на верхушке комочка острый завиток, как на пирожном, я задумчиво выглянула в окно.

Снег, начавшийся вчерашним вечером, падал всю ночь. И сейчас во внутреннем дворике лежал ровный белый ковёр. Судя по рассказам местных, снег, выпавший в декабре, обычно не таял до самой весны.

А очень скоро сюда потянется вереница туристов. Снежный Пик, находившийся поблизости горнолыжный курорт, был пусть и не самым крупным в королевстве, однако весьма популярным. Помню, когда мы с Джейкобом ещё встречались, он обещал свозить меня сюда на Новый год. Возможно, именно поэтому из всех городов для побега я выбрала именно этот.

Отвлёкшись от окна я уставилась на белую глиняную массу, которая уже начала слегка светиться от переизбытка магии. Критически осмотрела её с одной стороны. Потом с другой… Как ни посмотри, масса отдалённо напоминала снеговика.

Которого я, кстати, ни разу не лепила!

Ещё пару раз проведя пальцами по массе, я убрала руки и выпрямилась. Глина от меня никуда не денется, светильник вполне можно было доделать и поздним вечером. А вот за окном уже начинало понемногу смеркаться…

Ладно, на самом деле, у меня не было ни одного разумного объяснения тому, что спустя четверть часа я, облачившись в тёплый брючный костюм и прихватив из стазис-шкафа морковку, выходила в общий двор.

И уж точно я не рассчитывала на случайные встречи.

Когда смотришь со стороны, любое дело кажется лёгким и непринуждённым. В детстве, наблюдая из окон особняка за ребятами, вылеплявшими снежных баб, я думала, что это невероятно просто. У них снег даже не лепился – он буквально скатывался пластами! Они отряхивали большие комья от налипшей травы, ставили друг на друга. После чего втыкали морковку, руки-палки – и убегали по своим делам. А снеговик оставался печально взирать на окна нашего особняка с немым укором.

Ровно до утреннего прихода дворника. Потому что дом Ремуса Винтерса был слишком хорош для того, чтобы на него смотрели всякие неопознанные снежные бабы.

У меня снег не лепился. Никак. Вообще. Совершенно! Как бы я его ни сжимала, снег попросту разваливался в руках.

С досадой отряхнув варежки, я протяжно выдохнула (отчего в воздух взметнулся белёсый пар). Поплотнее натянула на глаза шапку. И яростно уставилась на основательно изрытый снег, доходивший мне до середины голени.

Тот и не думал пугаться: мирно сверкал себе в отблесках уличных фонарей. Словно насмешливо подмигивал несуразной дурочке, умудрившейся за всю свою жизнь ни разу не слепить снежную бабу. Да что там – я даже снежки делать не умела. Вроде бы, видела из окна, как ребята запросто делают снежные снаряды – тяп-ляп, и готово, – но сама так и не научилась. Да и не с кем мне было устраивать снежных битв.

Раздражённо выдохнув, я стянула варежки и запихнула в карман.

Уличные ребята делали это голыми руками. Без помощи магии. Неужели я, взрослый маг, не справлюсь с обычным снежком?!

Нагнувшись, я зачерпнула снег и сжала между ладоней. Попыталась утрамбовать рассыпа́вшийся снег… не тут-то было.

— А ну стоять… — прорычала я и добавила в ладони тепла.

И это сработало! Немного магии огня – и у меня в ладонях оказался самый настоящий снежок! Слегка кривой, чуть обледеневший. Но целый!

От облегчения я даже рассмеялась. После чего огляделась в поисках чего-нибудь, во что можно было этот снежок бросить. За жертву было выбрано невысокое дерево, стоявшее неподалёку от моих окон.

Злорадно улыбнувшись, я размахнулась – и!..

В дерево я не попала. Зато угодила в окно первой квартиры. О чём и возвестил задорный звон. Глухо охнув, я припустила через сугробы к окну, в голове прикидывая, в какую сумму мне обойдётся компенсация…

Впрочем, сегодня у меня точно был счастливый день. Новостей было две, и обе хорошие. Во-первых, окно уцелело. А звенел, судя по всему, мой снежок, разлетаясь на тонкие льдинки. Второй хорошей новостью было то, что свет в первой квартире не горел, а значит, Эвана Морриса не было дома. Ума не приложу, как бы я оправдывалась, если бы он выглянул на шум. Хотя, после вчерашнего конфуза хотелось верить, что с соседом мы не встретимся больше никогда… И слава богу. Жаль было только блюдо от пирога, которое я столь неосмотрительно снарядила ему с собой.

Убедившись, что свидетелей моей неосмотрительности поблизости нет, я поспешно отошла от окна.

— Больше никаких снежков, — пообещала я себе. — Леплю снежную бабу – и домой.

Тем более, что технологию я уже поняла. Нужно было собрать снег в комок, а после – нагреть его по краям, чтобы образовалась корочка.

Вернувшись в центр дворика, я принялась за дело с двойным энтузиазмом.

Жаль, энтузиазм не заменял опыт. Потому что снег то рассыпался, то растекался, не успевая застывать. В итоге, нормального шара у меня не выходило. Вернее, выходило, но размером с мою голову, не больше. Жаль, при любой попытке добавить объёма, шар превращался в растёкшуюся полусферу.

После двух попыток я сдалась. Полусферы расположила рядом, решив, что это будут ноги. И сделала ещё один небольшой шар, для головы.

Настал черёд тела. Поскольку большой снежный ком никак не выходил, я решила немного отойти от канона и сделать тело продолговатым. И тут дело неожиданно пошло! Под моими пальцами на снегу образовалась внушительного размера колбаска. Именно так – цилиндром назвать это слегка изогнутое нечто я не могла. Зато она была достаточно толстой, чтобы не падать.

Как я придавала этому телу-колбасе вертикальное положение – отдельная история. Скажу только, что от падения её спасали ноги-полусферы. Пришлось даже налепить немного снега снизу, для устойчивости. Но, главное, всё получилось. Мой снеговик стоял вертикально и радовал новогодним настроением.

Водрузив на верхушку толстой колбасы шар-голову, я удовлетворённо улыбнулась. И отошла на пару шагов, с гордостью оглядывая собственное творение.

Снеговик выглядел… странно. Он вышел чуть ниже меня ростом. Снизу два огромных приплюснутых шара (ноги), из которых торчал вертикальный столбик, оканчивающийся шариком.

Чего-то моему снеговику точно не хватало.

— Точно! — воскликнула я и даже по лбу себя хлопнула от досады. — Руки и нос.

Ветки для рук только предстояло найти (хотя я уже успела присмотреть пару тонких палочек в поленнице Фергюсонов, соседей из третьей квартиры – они до сих пор отказывались полагаться на тепловые кристаллы, и топили дом дровами). Поэтому начать я решила с носа. Вернувшись к снеговику, я попыталась воткнуть морковку. Увы, безуспешно: голова окончательно заледенела, и пробить её не получалось.

Неужели, снова придётся применять магию? От лёгкого истощения уже начинала кружиться голова. Пожалуй, даже сильнее, чем мне хотелось признавать: давно я так не выкладывалась.

Я ещё раз ощупала голову снеговика в поисках слабых мест… и едва не подскочила, когда за спиной прозвучал знакомый голос:

— Я даже спрашивать боюсь, что вы планировали здесь изобразить…

Резко обернувшись, я впилась взглядом в стоявшего за моей спиной Эвана. На мужчине были домашние брюки, рубашка – и расстёгнутое пальто поверх всего этого. Так, словно он вышел во двор исключительно для того, чтобы посмотреть, что я тут леплю.

Хотя, откровенно говоря, мог бы и просто из окна выглянуть, раз он всё-таки случайно оказался дома!

— Добрый вечер, — прищурилась я. — В приличном обществе принято сначала здороваться.

Разумеется, мою шпильку он проигнорировал.

— В приличном обществе не лепят из снега… Марта, я умоляю вас, скажите, что это такое?

Я удивлённо обернулась на своё творение. Под тяжестью круглой головы оно чуть покосилось и, похоже, всё же готовилось обвалиться.

— Снеговик. — Я пожала плечами. — Немного кривой вышел, но это мой первый опыт.

— Да, это заметно, — сдавленно согласился Эван и, подойдя ближе, встал рядом со мной.

— Я хотела сделать три шара. Но у меня никак не лепится снег.

— Он и не будет лепиться в такой мороз.

— Да? — Я изумлённо обернулась к мужчине. — А почему?

— Марта… — Он потёр переносицу. — Я обещаю, что всё вам объясню. И даже лично помогу слепить снеговика, как только слегка потеплеет. Только, прошу: уберите это творение.

— Так плохо вышло? — расстроилась я. — Может, если всё-таки воткнуть морковку и ветки, станет лучше?

— Поверьте, не станет. Прошу вас… Этот «первый опыт» необходимо уничтожить.

Я грустно улыбнулась. Но спорить не стала. Выглядел снеговик действительно странно. Хотя вот выглянувшей из окна госпоже Бейли, кажется, понравился. Во всяком случае, наблюдала она весьма заинтересованно – даже очки протёрла.

— Марта… — поторопил Эван.

— Да-да, сейчас.

Подойдя ближе, я окинула снеговика оценивающим взглядом. Как именно его уничтожить? Разбить? Жалко, да и сил мне не хватит. Присев на корточки, я приложила ладонь к основанию и отпустила магию. Снеговик и так заваливался, так что потребовалось меньше минуты, чтобы он сложился пополам с глухим «Пуф!».

Выпрямившись, я слегка покачнулась. Всё-таки, с магией я сегодня определённо переборщила. Впрочем, упасть мне не дали. Эван подхватил под руку и внимательно заглянул в глаза.

— У вас… всё хорошо?

А я посмотрела на него… и широко улыбнулась. Несмотря на гибель снеговика, настроение было отличным. В конце концов, я впервые в жизни сделала снежную бабу. А значит, один из пунктов списка можно было вычёркивать. Был там ещё, правда, пункт про бой снежками, но для этого был необходим партнёр. А впрочем…

— Эван, — позвала я, и его брови взлетели вверх. Лицо приняло какое-то ну очень озадаченное выражение. — А давай играть в снежки?

— Вот же бездна, — пробормотал он. — Ты сколько магии сегодня потратила?

Он с подозрением покосился на разрушенного снеговика. Я тоже обернулась. И хихикнула. Вспомнила, как я его собирала… умора же!

— Эйфория, — подытожил Эван. — Вторая стадия магического истощения. Идём. У меня есть пара хороших энергетических зелий. Для огневиков тоже подходят. К утру будешь как новая.

— К утру поздно, — зевнула я. — Мне ещё светильник надо доделать. Я его хотела слепить в форме снеговика.

— Поверь, не надо, — посоветовал он. — Предлагаю взять какой-нибудь более безобидный вариант.

Продолжая говорить, он увлёк меня к входной двери. Причём не общей, из которой выходила я. Оказывается, из квартиры Эвана имелся отдельный выход во двор. Ну что за несправедливость! Кому-то всё, а кому-то – один куцый балкон.

— Варежку потеряла! — объявила я, останавливаясь. — Подожди, я сейчас.

Я практически рванула обратно, к остаткам снеговика, но Эван меня не пустил. Буквально втолкнув в дом, он усадил меня на стул, заглянул в глаза, и проникновенно попросил:

— Подожди здесь, пожалуйста.

Хлопнув дверью, он снова вышел на мороз. А я огляделась.

Я сидела в крохотной прихожей со стулом, обувницей и вешалкой. Через узкое окно было видно, как взрослый сильный мужчина копошится в снегу, пытаясь найти мою варежку.

На миг пронеслась мысль, что Джейкоб бы ни за что так не поступил… Но о нём думать не хотелось. Хотелось спать. А ещё я вдруг поняла, что невероятно сильно замёрзла. Потому что меня начало потряхивать.

Я потёрла озябшие ладони и огляделась, ища, во что бы закутаться.

Впрочем, я не успела ничего предпринять. Дверь открылась, впуская Эвана.

— Нашёл, — объявил он и тут же нахмурился, оглядев меня. — Холодно?

— Н-нич-чего, с-согреюсь, — успокоила я. — Посплю – и…

— И проснёшься без магии, — закончил он. — Будешь месяц восстанавливаться. Нет уж.

Шагнув ко мне, он сгрёб меня в охапку и легко поднял на руки. Возражать я не решилась. Да и не хотела. От мужчины веяло уютным теплом и… магией. Прижавшись к нему, я притихла и позволила нести меня куда угодно.

Впрочем, ушли мы недалеко. Нашей целью оказался кабинет. По размеру он был больше всей моей квартирки целиком. Но вот кабинету отца в родном доме, пожалуй, уступал.

Осторожно опустив меня в кресло, мужчина отошёл к стоявшему позади стола шкафу.

— У тебя есть аллергия на огневицу? — буднично уточнил он. — Или на околит?

— Не-а, — зевнула я, сильнее кутаясь в короткое пальто.

— Хорошо.

Я сидела, откинувшись на спинку кресла и наблюдала за мужчиной из-под полуопущенных век. Всё-таки, он определённо был хорош собой. И почему я раньше не замечала?

Точными движениями он откупорил нужный пузырёк, отмерил что-то в стоявший здесь же стакан. Залил водой из графина и обернулся ко мне.

— Марта, послушай меня, — очень серьёзно начал он. — Это нужно выпить очень быстро. Желательно, залпом. Ты меня понимаешь?

Я кивнула и хихикнула. Потому что Эван с этим лекарством… очень уж напоминал мою служанку из старого дома, госпожу Хартлиб. Та тоже всегда давала лекарство с таким же серьёзным видом.

Кстати, он даже внешне был похож. Если представить Эвана чуть пониже ростом, не такого мускулистого, с более вытянутым лицом и длинным носом. Да ещё накрутить на голове пучок и нарядить в платье…

Представив Эвана в платье, я снова захихикала. Ну как же смешно!

— Бездна, — выругался он и, вернувшись, к столу, добавил в стакан ещё две капли. — Так, вот теперь точно хватит. Давай, Марта, это надо выпить.

С трудом сфокусировавшись на мужчине, сидевшем на корточках возле кресла, я склонила голову набок. А потом потянулась его потрогать. Жаль, мне этого сделать не позволили. Эван перехватил мою руку, и, приподнявшись, с силой втиснул мне в зубы стакан.

— Ой, фу! — выдохнула я и попыталась оттолкнуть чужую руку. Но рука оказалась какой-то каменной! Даже не шелохнулась.

— Пей, — сурово процедил Эван и снова наклонил стакан.

Схватка оказалась неравной. Так что спустя четверть минуты я кашляла, пытаясь избавиться от отвратительного привкуса во рту.

— Ну вот и всё, молодец, — похвалил он, отставляя стакан.

— А леденец?

Повисла пауза. Эван в недоумении смотрел на меня, я, требовательно – на него.

— Леденец? — спросил он почему-то слегка хрипло.

— Госпожа Хартлиб после лекарства всегда давала леденцы, — сообщила я и изогнула бровь.

То, как вытянулось лицо Эвана – было бесценно. Его бы зарисовать и повесить на стену. Можно было бы смотреть каждый раз, чтобы поднять настроение.

В общем, я и сейчас не удержалась: рассмеялась в голос. Прямо под обалдевшим взглядом мужчины.

— Всё в порядке, — успокоила я. — Я просто шучу. Я бы не стала требовать у тебя конфету.

— Понял, — неуверенно протянул он, глядя на меня всё тем же озадаченным взглядом.

Отсмеявшись, я утёрла слёзы и соскользнула с кресла. Получилось довольно ловко – я даже Эвана почти не задела.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я. — Теперь мне точно станет лучше. Где здесь выход?

— Я провожу, — вздохнул он. — Что-то не нравится мне твоё состояние.

Это он зря, конечно, мне вот моё состояние очень даже нравилось. Тем более, что после зелья я моментально согрелась. Да что там – мне стало по-настоящему жарко.

Так что к моменту, когда мы дошли до моей квартиры, я уже успела стянуть с себя шапку, шарф и расстегнуть пальто. Едва открыв дверь ключом, я скинула всё это в угол крохотной прихожей. Затем сбросила ботинки и прошла в кухню, где наконец-то запила горькое лекарство. Заодно стянула через голову свитер, оставшись в одной тонкой сорочке, заправленной в брюки.

— Марта? — сдавленно прозвучало из-за спины.

Я удивлённо обернулась через плечо. Эван стоял в дверях и неотрывно глядел на меня.

— А ты чего здесь? — удивилась я, разворачиваясь. — Пирога больше нет.

— Ну-у…

— И вообще! Бездна с ним, с пирогом, но ты же и блюдо моё забрал! — упрекнула я. — Любимое, между прочим!

— Верну! — резко оборвал он меня. — Завтра. А сейчас – спать!

Я замотала головой.

— Не могу! Мне ещё светильник надо закончить.

— Я сказал, спать, — прорычал он и, шагнув ко мне, бессовестно закинул на плечо.

— Эй! — возмутилась я. — Мне неудобно, между прочим!

— А тут и недалеко.

Спорить было сложно. От кухонного стола до постели было всего десять шагов – я считала. А Эвану – вовсе не больше пяти.

Дойдя до кровати, он перекинул меня на руки и, похоже, хотел уронить на постель, но я спохватилась:

— Осторожно!

Он замер. Я же аккуратно слезла на пол и сама опустилась на кровать.

— Тут пружина торчит, — объяснила я, кивнув на матрас. — Знаешь какой синяк будет, если на неё упасть?

— Ты успела сломать матрас?

— Нет, конечно. Когда я въехала, она уже торчала. Но управляющая компания сказала, что этот вопрос их не касается. Так что… на матрас буду копить после духовки.

— Поня-атно, — зловеще протянул Эван.

И резко отвернулся, потому что я как раз решила стянуть с себя брюки – не ложиться же спать в них. Да и кого тут стесняться? Все свои…

— Ничего, — зевнув, я забралась под одеяло и прикрыла глаза, — сейчас начнётся курортный сезон… Продам светильники. Куплю новую плиту, матрас… И стол на кухне ещё шатается.

Эвана я уже не видела. Зато каким-то образом слышала, что он ещё здесь. Стоял и внимательно смотрел на меня. А потом присел возле кровати и спросил тихо:

— С ума сойти… Ты точно дочка Ремуса Винтерса?

— А чьей ещё мне быть? — слабо усмехнулась я. — Он ведь мой… отец…

— Точно? — похоже, Эван улыбался.

— Могу доказать.

— И как же?

Я на секунду задумалась. О чём мы вообще говорили? Мне точно надо было на это отвечать? И всё же я пробормотала:

— Родинка за ухом. У папы такая же…

Язык заплетался, мысли путались. Я уже с трудом различала, что сон, а что нет. Последним, что я почувствовала, было мягкое касание сухих пальцев к чувствительной коже за ухом. И тихий шёпот. Но слов я уже не разобрала.

Эван

Возвращаясь на новогодние праздники в родной город, Эван меньше всего ожидал встретить здесь знакомое имя. Марта Винтерс, единственная дочь одного из главных конкурентов его компании. В столице ходили слухи о том, что девчонка сбежала из дома, и отец места себе не находит от волнения. Впрочем, на скромный  взгляд Эвана, слухи безбожно врали: на всех деловых встречах Ремус Винтерс выглядел как обычно. Холодный, собранный и отстранённый. Он смотрел свысока с неизменным презрением и совершенно не походил на убитого горем отца.

Однако, увидев на соседском почтовом ящике надпись «М.Винтерс», Эван вздрогнул. Быстрая проверка через управляющую компанию дала подтверждение, что квартирантку зовут Марта, и прибыла она из столицы. А дальше…

Дальше стоило бы закрыться у себя и никогда  с этой девочкой не встречаться. Во-первых, богатенькие папины дочки никогда не вызывали у него ничего, кроме раздражения. Во-вторых – он решил, что до нового года делами не занимается. Не для того он брал отпуск.

Пожалуй, Эван бы даже преуспел, если бы тем же вечером из соседской квартиры не повалил чёрный дым.

Конечно, первым желанием было вызвать пожарных – пусть разбираются сами. Однако он взял себя в руки и решил всё же постучать. Узнать, всё ли хорошо.

Пожалуй, он пропал в тот момент, когда дверь отворила миниатюрная девушка с ореховыми волосами. Босая, в нелепом свитере и закутанная в плед. Взглянула испуганно своими потрясающими карими глазами. И начала объяснять, почему она не хочет с Эваном интима.

Он ведь даже предложить ещё ничего не успел, а его уже отшили! И вот где справедливость?

Эта девушка совершенно не походила на то, что он себе рисовал. Эван представлял себе избалованную домашнюю фиалку. Капризную и требовательную. А встретил… девушку. Да, до ужаса наивную. Но в меру самостоятельную. Интересную. Трогательную. И совершенно неиспорченную.

Бездна, она всерьёз считала, что лепит снеговика!

Эван ещё раз оглядел спящую Марту и, не сдержавшись, провёл ладонью по волнистым волосам. Она не шелохнулась. Зелье было по-настоящему забористым. Если Эван хоть что-то в этом смыслил, то проспит она минимум до обеда. Стоило, конечно, её об этом предупредить… Но едва ли она на тот момент была способна мыслить здраво. Ещё и светильник порывалась доделывать. Словно забыла, что это тоже требует от неё прорвы магии.

К слову, в данный момент недоделанный светильник тускло мерцал с рабочего стола в углу комнаты. И… стоило отметить, что эта масса действительно напоминала снеговика… в отличие от того, что Марта изобразила во дворе.

— Вот уж действительно, Марта Шалунья, — хмыкнул Эван. С неожиданной даже для самого себя нежностью он заправил за ухо волнистый локон, обнажив  ту самую родинку. Кстати, у Ремуса он эту деталь никогда не замечал (что не удивительно). А на родинку Марты хотелось  смотреть бесконечно – она буквально притягивала взгляд.

Резко выдохнув, Эван поднялся и отошёл на пару шагов. Как бы его ни притягивала Марта, пока что они были друг другу никем. Не стоило об этом забывать.

Взгляд снова упал на недоделанный светильник. Что-то с  ним всё-таки было не так. И дело было не в форме – нет, Эвана смущал материал.

Прикоснувшись  пальцами к поверхности, он нахмурился. Судя по тому, что предмет светился, перед ним была живая глина. Но только заряжена она была неравномерно. И, к тому же, слишком слабо. То ли работал над  ней новичок. То ли ушлый продавец решил разбавить хороший материал обычной сырой глиной, чтобы заработать побольше.

Так или иначе, работать с таким материалом было опасно.

— Где ты взяла эту глину? — тихо поинтересовался он, обернувшись к девушке.

Она не ответила. Даже не пошевелилась. Ну да, точно – она же спала.

Несколько секунд Эван размышлял. После чего решительно шагнул к единственному шкафу и распахнул дверцы. Вряд ли Марта будет возражать, если ничего не узнает.

Глина нашлась сразу. Лежала на полке в зоне ближайшего доступа. Но кроме неё Эван успел заметить несколько платьев. И если бы до этого момента он сомневался, кто именно перед ним, то в этот момент все сомнения точно бы развеялись. Потому что обычная девушка позволить себе подобные наряды попросту не могла. Наверняка при побеге она забрала с собой несколько штук из дома, на всякий случай… вот только в маленьком Сноувуде их надевать было некуда.

Вытащив массивный кусок глины, Эван расположил его на столе и недовольно покосился на Марту. Если она сама тащила такую тяжесть из магазина… А впрочем, об этом можно было и потом поговорить.

Глина разминалась с трудом. Сказывался недостаток опыта. Всё-таки, Эван намного чаще работал над зарядкой драгоценных камней, нежели подобных материалов. Сил это отнимало больше, зато и суммы были совсем другие.

Потребовалось не меньше четверти часа для того, чтобы привести  глину в нормальное состояние. Теперь с ней можно было работать, не боясь перерасхода магии. Заодно Эван переписал себе адрес магазина с лежавшей здесь же карточки. Стоило заглянуть туда и провести разъяснительную беседу. Не так страшно, если бракованная глина была единичным случаем. Но если они её продавали регулярно…

Аккуратно спрятав материал обратно в шкаф, Эван всё же направился к выходу. Но притормозил в прихожей, наткнувшись взглядом на одинокий билет в местный театр.

— А ты, похоже, совсем не боишься попасться, — задумчиво пробормотал он. И, на всякий  случай запомнив дату и место, наконец покинул  маленькую уютную квартирку.