Графиня Бинор

- Машка, ты еще тут?! – всплеснула руками наша пожилая завхоз, смотря на меня с укором. – Ну сколько можно! Ты же себя загонишь так!

- Все хорошо, теть Марин, отдохну сейчас немного и пойду домой, - вымученно улыбнулась. – Просто у Юльки ЧП и она попросила отработать за нее смену.

- Знаю я ее ЧП! Небось опять нового хахаля нашла! – недовольно пробубнила женщина, присаживаясь рядом со мной на старенький продавленный диванчик. – А ты словно мать Тереза бежишь спасать всех и всяк. О себе надо думать, девочка! О себе и ни о ком больше!

- Да ладно вам, теть Марин! Вы же знаете, что деньги мне очень нужны. Славика опять сократили, а за квартиру платить надо.

- Славик! – хмыкнула завхоз. – Знаешь, Машка, вот вроде умная ты, а узнаешь поближе – дура дурой! Да на тебе же все ездят кому не лень! Коллеги, начальство, родные… Помоги, выручи, отработай… Даже твой парень сел тебе на шею и ножки свесил, а ты и рада! Горбатишься тут с лежачими сутками на пролет, а он там небось куролесит, пока ты денюжки в дом тащишь!

- Да что вы такое говорите, теть Марин! Славик не такой! Он любит меня и… - попыталась обелить будущего мужа в глазах пожилой женщины, но та резко меня прервала:

- Ага, как же! Вот не хотела я тебе говорить, да видно больше некому раскрыть тебе глаза на правду! Пока ты здесь горбатишься, вынося утки за пациентами и слыша в свой адрес ругательства от их родственников, эта самая Юлька кувыркается в постели с твоим Славиком! Сама слышала, собственными ушами! Вот тебе крест! – и женщина тут же размашисто осенила себя крестом. - А ежели мне не веришь, то скорее беги домой! Убедишься – может и перестанешь быть такой наивной.

- Нет, что вы! Славик меня любит! Он ни за что не пойдет на такое предательство! – воскликнула, вскочив с дивана, но почувствовав головокружение от усталости, недосыпа и банального голода вновь на него уселась.

Я не могла поверить услышанным словам. Чтобы мой Славик и Юлька… Нет, этого быть не может! Он же сам буквально позавчера сделал мне предложение!

- Дура ты, Машка! Как есть дура! Руки в ноги – и вперед домой! – сердито произнесла завхоз, вставая с насиженного места. Покопавшись в закрытом стеллаже, выудила стопку чистых простыней и начала их пересчитывать.

Я не выдержала первой.

- А как же моя смена? – с сомнением спросила у тети Марины.

Та исподволь взглянула на меня и тяжело вздохнула.

- Не переживай! До конца рабочего дня осталось всего-то два часа. Девчонки по такому случаю прикроют тебя перед начальством. Ты главное, это, сама то не плошай. Убедишься в моих словах – сразу его гони в шею, не смей прощать. Ишь он какой! Как сыр в масле катается! Одна ему квартиру снимает, белье наглаживает и борщи варит, а другая в постели ублажает!

После всего услышанного на душе стало муторно. Как бы я не хотела прикрыть руками уши, закрыть на правду глаза, но пожилая женщина права – мне стоит самой убедиться в ее словах, иначе я не смогу спокойно жить.

К сожалению, толика сомнения относительно будущего мужа у меня все же была. Я не всегда, но ловила его на откровенной лжи, хотя, казалось бы, что возникать – работает мужик по ночам таксистом, зарабатывает хоть и не большие, но все же деньги, которые тут же несет в дом и с гордостью вручает их мне. А то, что я порой нахожу на его одежде то светлый длинный волосок, то короткий черный, замечаю стершуюся помаду на вороте его рубашки и улавливаю незнакомый мне аромат дорогих духов – так это еще, по его мнению, ничего не значит.

«Так они же сами ко мне пристают во время поездки! Не могу же я клиентку выкинуть из машины только из-за того, что она, будучи нетрезвой, перепутала меня со своим мужем! Я тебя люблю и кроме тебя мне никого не надо!» – возмущенно заявлял Славик на все мои претензии, а потом принимал душ и ложился спать.

Так и жили мы с ним. Я, будучи квалифицированной медицинской сестрой, днем работала по специальности, а вечером заступала санитаркой в тоже неврологическое отделение при первой городской больнице. Иногда приходилось замещать других коллег, которые по тем или иным причинам не могли выйти на смену, так что мои сутки могли растянуться на два, а то и вовсе на три дня. Но мне это было на руку: больше работы – больше зарплаты, которой частенько не хватало до следующей получки.

Славик же на одной работе не задерживался больше чем на два-три месяца. С последнего места работы его сократили полгода назад и за это время он ни разу не ходил на собеседования. Говорил, что ищет себя и не хочет устраиваться на низкооплачиваемую должность, перебираясь при этом случайными заработками.

Я верила ему. Дорожила каждым совместно прожитым днем. Молчала, не говорив, что денег катастрофически нам не хватает, что мне давно пора купить новую куртку, да и обувь следует сменить по сезону, а не ходить вторую осень в кроссовках. Работала как проклятая, ведь нужно было оплачивать за съем квартиры, покупать еду и копить деньги на нашу совместную мечту – покупку собственной квартиры. А мои желания и хотелки – это только моя блажь, на которую не стоит тратиться.

Сегодня я чувствовала себя усталой и разбитой как никогда. И не мудрено. Третьи сутки дежурства скоро подойдут к своему логическому завершению. Надеюсь, хоть на этот раз мне удастся поспать хотя бы часа четыре, ведь с девяти вечера мне снова предстоит бессонная ночь среди прикованных к постели пациентов.

- Ладно, теть Марин, уговорили. Пойду домой. Хоть посплю немного, а то ночью были экстренные, которых привезли по скорой. Ох и суматоха была…

Я нехотя встала с манившего меня покоем дивана и поплелась в сторону небольшого закутка, в котором переодевался медперсонал перед работой.

«Иди, деточка, иди. С богом!» - услышала в спину неясное бормотание нашего завхоза, но оборачиваться не стала, посчитав, что оно того не стоит.

Как нарочно, мой путь пролегал вдоль открытых настежь палат, где лежали наиболее тяжелые пациенты. Многие из них были полностью парализованы после инсульта, могли только неясно мычать и тихо плакать. Мне было искренне их жаль, но помочь им я физически не могла. Многие из них вскоре выписывались домой как безнадежные, которые в скором времени умирали, но были и те, которые яростно цеплялись за уходящую жизнь и не желали сдаваться. Вот одна из таких, увидав мою фигурку, громко, но не вполне понятно, остановила меня окриком.

- Машенька! Машунь! Подойди, пожалуйста!

Сцепив зубы и нацепив на себя улыбку, я повернулась в сторону женской палаты.

- Что-то случилось, Зинаида Васильевна, или может что-то нужно? Попить хотите?

- Ничего не особенного, Машунь, - воюя с частично парализованной челюстью и языком, произнесла одна из постоянных пациенток нашего отделения. Третий инсульт за два месяца. – Мои родные только завтра вечером смогут ко мне приехать, а у меня памперсы заканчиваются. Ты же домой скоро, будь добра, заскочи в аптеку и купи мне самую большую пачку, чтобы не дергать больше никого и не доставлять вам хлопот.

Я обреченно выдохнула, но кивнула в знак согласия. Если не куплю, то сама же себя и накажу. Придется всю ночь к ней бегать по первому зову и подставлять утку.

- Ты денюжки возьми у меня в тумбочке. Дети специально оставили на всякий случай.

Невольно хмыкнула. Знаю я их «на всякий случай». Привозят родных в больницу, да и забывают о них дней на десять-пятнадцать, а мы мучайся с ними – корми, пои, подтирай и не забывай улыбаться, даря положительные эмоции и настрой.

- Хорошо, Зинаида Васильевна. Обязательно куплю все необходимое. Вот взяла две тысячи, сдачу вместе с чеком, как всегда, верну на место.

- Спасибо, милая. Ох и испереживалась-то я вся, думала не дозовусь никого.

- Поправляйтесь, Зинаида Васильевна! Вечером загляну к вам после девяти, - пообещала я и направилась к выходу.

Так получилось, что пока я дошла до нашей коморки у меня на руках был целый список того, что срочно нужно было купить моим подопечным. Там и памперсы, и мочеприемники, глюкоза, система и много другое. Хорошо еще, что путь домой пролегал через аптеку, иначе бы точно не выдержала и сорвалась.

Переодевшись как можно быстрее в свою уличную одежду, я буквально тайком прошмыгнула к боковой лестнице, которой пользовались исключительно медицинские работники. Пару пролетов, и я уже на улице, где тишь да благодать, где нет запаха лекарств и витающей в палатах безнадежности. Только запах прелой листвы, влажной земли, дождя и приближающегося холода.

Осень. Мое нелюбимое время года. Именно в этот период я потеряла своих родителей, оставшись в одночасье круглой сиротой. До восемнадцать лет прожила в областном детском доме, а после поступила в медицинский колледж и съехала в общагу.

Так получилось, что мои покойные родители не успели приобрести свое собственное жилье, а государство не спешило предоставить мне, как сироте, законные метры. Приходилось снимать квартиру и копить деньги на первоначальный взнос по ипотеке, а годы-то идут. Мне уже двадцать шесть лет, четыре года из которых я работаю в режиме нон-стоп.

Первым делом я забежала в аптеку, купив огромную пачку памперсов для взрослых, клеенку, непромокаемые пеленки и выписанные врачами лекарства. И только дойдя до дома, решила заглянуть в супермаркет, вспомнив, что еще утром закончился хлеб, а остатки молока успели скиснуть.

Славик не утруждал себя покупкой продуктов и приготовлением горячих блюд. Ему хватало бутербродов с колбасой, яичницы, пельменей. Мне же, с моим панкреатитом, приходилось изгаляться, чтобы успеть приготовить для себя что-нибудь съестное и хоть немного поспать.

В супермаркете, как всегда, была толкучка. Набрав полную тележку продуктов и бытовых принадлежностей, я тихонько вздохнула. Вроде бы ничего такого не взяла, но все выбранное точно займет пакета три, если не больше. Одно радует – до дома идти буквально метров десять, а там уж как-нибудь на лифте до съемной квартиры.

Мои прогулки не заняли много времени. На все про все ушло больше часа, а это значит, что домой я вернусь на пару часов пораньше. Славик в это время обычно занят извозом и беспокоить его своими просьбами бесполезно. Ну и пусть. Приму душ, покушаю наконец нормально и завалюсь спать.

С такими мыслями я спешила к серому многоквартирному дому, в котором находилось мое временное жилье. Пакеты чувствительно оттягивали руки, казалось, вот-вот и они вывалятся из ослабевших пальцев. Шаг, второй, третий. Вот и подъезд. Устало привалившись к стенке кабины лифта, я молча наблюдала за неспешным миганием цифр на табло. Механический голос объявил о прибытии на седьмой этаж и двери лифта наконец-то услужливо передо мной распахнулись.

Вот и ставшая за два года родной обитая кожзамом входная дверь в мою двухкомнатную обитель. Прислонив пакеты к стене, вставила ключ в замочную скважину и попыталась ее открыть. Но не тут-то было. Ключ отчего-то не желал проворачиваться.

«Странно. Славик забыл закрыть за собой дверь?» - мелькнул в голове вопрос и тут же пропал, едва я услышала по ту сторону веселый смех и следом за ним громкий стон.

Осторожно, стараясь не шуметь, до упора опустила ручку и приоткрыла дверь. До моего слуха сразу же донеслись стоны, раздававшиеся из спальни, вскрики и ритмичные похлопывания. Слезы предательски потекли по щекам. Зажав ладонью рот, чтобы не закричать, я на цыпочках прошла к комнате. Теперь-то я воочию увидела подтверждение словам тети Марины. В кровати кувыркались Славик и Юлька.

В груди сильно кольнуло, а в районе солнечного сплетения образовался пожар. Я начала задыхаться от нехватки кислорода. Боясь выдать себя, осторожно отступила и вернулась к входной двери. Прикрыла дверь и беззвучно разрыдалась.

«Тварь! Какая же он тварь!» - мысленно кричала в пустоту, не в силах сделать больше и шага.

С моих глаз будто сошла пелена, на которую я до этого времени старалась не обращать внимания. Права наша завхоз - Славик просто хорошо устроился, живя на мои деньги и на моей территории. А я по наивности и дурости просто старалась не замечать очевидного - пригрела на своей груди обычного альфонса.

"Ну, погоди у меня, паразит! Устрою я тебе веселенькую жизнь!"

В голове моментально прояснилось. Вытерев слезы, я машинально посмотрела на дверь, заметив полные пакеты, которые сиротливо стояли у стены и о которых я совсем забыла. Схватив их, поспешила к лифту. Вот выйду на улицу, отдышусь и позвоню Славику.

Двери лифта распахнулись, и я не глядя нырнула в его нутро. Только вместо кабинки передо мной оказался небольшой темный кабинет со старинной, резной мебелью. На одном из диванов восседал неизвестный мне импозантный мужчина лет так пятидесяти, с холодными и безжалостными глазами, а за столом сидел неряшливого вида старик.

- Проходи! – приказал, облокотившись на подлокотник дивана, мужчина, и рассматривая меня с видимым довольством.

- Проходи! – приказал, облокотившись на подлокотник дивана, мужчина, рассматривая меня с видимым довольством.

На негнущихся ногах я прошла в центр комнаты. Мой взгляд блуждал по старинным, но потрепанным временем предметам, не останавливаясь ни на одном из них больше пары секунд. Мое первое впечатление от увиденного оказалось обманчивым. В комнате витала аура бедности и обреченности.

Что за сюр? Что за декорации? Решили поиграть в ролевые игры? Но тогда какая же мне уготована роль в этом спектакле?

Додумать не успела. Взгляд наткнулся на приоткрытое окно и моим глазам предстала картина, которой в мегаполисе не было бы места. Величественные горы со снежными вершинами, утопающая в зелени долина и…

О, господи! Я не дома!

Два заходящих солнца как бельмо перед глазами, но отвести от них свои глаза у меня не получается. Как такое может быть? Разве это реальность?

Дыхание болезненно перехватывает, и я начинаю задыхаться. Мой мозг не желает воспринимать правду и понимать происходящее. Я попаданка в другой мир? Но как же так? Это же нереально! Такого просто быть не может!

Мысли в голове мелькали со скоростью света, но одна из них прочно засела в моей голове – мое появление здесь отнюдь не прихоть судьбы, а сидящие в комнате индивидуумы имеют к этому непосредственное отношение.

- Кто вы? – резко смотрю на сидячего на диване мужчину, чувствуя, как во мне зарождается паника. – Где я?

Мужчина, которого я с первого раза определила как главного, не сводил с меня взгляда, довольно улыбаясь своим мыслям.

- Вы правы, барон. Эта девочка как две капли воды похожа на вашу покойную племянницу, - произнес он, словно меня и вовсе здесь нет. – Наш уговор остается в силе. Венчание через два часа, а пока я оставлю вас одних.

С этими словами он встал с дивана и направился к выходу, оставляя меня наедине с мерзким на вид стариком. Тот, словно прочитав мои мысли, глумливо усмехнулся.

- Присаживайтесь, Мария, мой рассказ будет не долгим, но оттого, как вы его воспримете и какие сделаете выводы, зависит ваша дальнейшая жизнь.

На негнущихся ногах я послушно прошла к креслу и буквально плюхнулась на него пятой точкой, отчего старое дерево жалостливо заскрипело под моим весом.

- Меня зовут Вольфган де Марлоу, – начал он повелительным тоном свой рассказ. - Отныне ты моя внучатая племянница, которую я из жалости взял под свою опеку. Истинная Мари де Марлоу погибла при трагических обстоятельствах вчера вечером, не выдержав радости от известия о скором замужестве с графом де Бинор. Предупреждаю сразу – вернуться в свой мир ты не сможешь. Поняла?

Я кивнула и охнула, когда передо мной будто из ниоткуда возник портрет юной девушки. Что это? Магия? Разве она не вымысел фантастов?

Посмотрев повнимательнее на изображение, поняла, что девушка, изображенная на миниатюре, как две капли воды похожа на меня. Только возраст у нас был разный. Ей, судя по всему, было всего шестнадцать лет, если не меньше, уж слишком юным было ее личико.

- О знаниях не переживай – они тебе не понадобятся. Там, где ты с законным мужем будешь жить, они не нужны. После венчания вас отправят в твое имение, которое оставила тебе в наследство твоя матушка. Я уже подписал все необходимые документы по этому делу. Имение переходит к тебе во владение по праву замужества. Также я, как твой законный опекун, выделяю тебе пятьдесят золотых приданным, остальное будешь требовать с супруга, - глумливо оскалился он, отчего у меня по спине пронесся табун мурашек.

Пока слушала его монолог поняла одну важную для себя вещь – убивать они меня не станут. Я нужна им. Только вот о истинных мотивах попаданства мне вряд ли кто расскажет.

Я молчала еще несколько секунд после того, как он договорил. Картина складывалась удручающей. Моего мнения никто спрашивать не станет, если понадобится, то поведут под венец насильно. Похоже этот старикашка просто продал свою воспитанницу, желая улучшить свое материальное состояние, а та, не выдержав реальности, наложила на себя руки.

- Я даю тебе право на три вопроса и на одно пожелание, - несмотря на возраст, властно произнес сидящий напротив «дядюшка».

Я задумалась, сопоставляя факты и все то, что знала о попаданках из любовных романов. К счастью, смены на моей работе иногда были не столь тяжелыми и я, чтобы не уснуть во время дежурства, коротала время за чтением историй о магических мирах, академиях и драконах.

- Возвращать меня вы не намерены, так? - спросила я и сама же ответила на свой вопрос: - Так. Судя по всему, женщины в этом мире принадлежат либо отцу, супругу, родственнику, либо монастырю. Выйдя замуж за неизвестного мне мужчину, я теряю свою свободу и полностью буду зависеть от его желаний.

Я замолчала, обдумывая полученную информацию. Какой резон мне соглашаться на столь «лестное» предложение? Не вижу логики. Знаю лишь одно – откажусь и они тут же сделают так, чтобы никто не узнал обо мне как о ненужном свидетеле. Следовательно, кровь из носу необходимо найти способ как выпутаться из щекотливой для меня ситуации. Он просто обязан быть! Но пока этот способ не найден, мне придется подчиниться правилам их игры.

Посмотрела на ожидавшего моих вопросов старика, который нетерпеливо поглядывал на настенные часы.

- Я бы хотела кое-что уточнить, если можно.

Тот величественно кивнул, словно делает мне одолжение.

- Я правильно поняла, что после моего замужества ни вы, ни кто-либо другой кроме законного супруга не сможет претендовать на меня и мою собственность?

- Все верно, - снисходительно произнес он.

- Даже после его смерти?

- Вдовы могут спокойно жить в своих владениях, если таковы имеются. Никто, кроме императора, не станет покушаться на, как вы говорите, свободу вдовы и на ее доходы. В нашем обществе это неприемлемо.

Теперь пришлось мне усмехнуться, что не осталось незамеченным. Если провести аналогию с земным прошлым и сегодняшней действительностью, так просто меня никто и никогда не отпустит. Даже если мне когда-нибудь удастся получить свободу от навязанного мужа, то все заработанное мной будет уходить в карман к «дядюшке».

- Еще вопросы? – поинтересовался старик, нетерпеливо поерзав в кресле.

- Вопросы есть и их больше, чем два. Думаю, я сама в скором времени смогу найти на них ответы. Я согласна на ваше предложение и, да, у меня есть одно пожелание, - улыбнулась я, глядя на застывшего старика.

- Ты не в том положении, чтобы что-то требовать от меня, девочка! - осклабиться он, явно занервничав.

- Я не прошу многого, лишь возможность взять свои вещи, - кивнула в сторону пакетов, - и вещи покойной Мари.

Опекун покойной девушки заметно выдохнул, и я его решила добить одной единственной фразой, прочтенной мной в романе в жанре любовного фэнтэзи.

- Я требую клятву на крови, что вы ни делом, ни словом больше не будете вмешиваться в мою жизнь. Думаю, в связи со сложившимися обстоятельствами я имею на это право. Вдруг вам, не приведи Господь, захочется еще раз меня перепродать?! Как тогда быть мне? Что-то не хочется всю жизнь быть разменной монетой в ваших руках.

Старик скрипнул зубами, но возразить или отказать не посмел. Видимо его положение было более удручающим, чем мое. С моим отказом прервется и его жизнь. Как бы то ни было, но сейчас я сильно рисковала, ведь меня вырвали из технического мира, где совсем нет магии.

Старик кивнул и встал со своего кресла. Я отзеркалила его движения, понимая ответственность момента. Данная клятва не даст ему больше руководствоваться своими принципами и желаниями относительно моего будущего, хоть с этой стороны я смогу себя уберечь.

Клятва, судя по всему, была стандартной и заученной. Ничего нового из того, что я просила. Только полная неприкосновенность в случае моего замужества и при приобретении статуса вдовы. Едва стариком было произнесено последнее слово, как воздух в кабинете сгустился и яркая вспышка озарила пространство голубым сиянием.

Я довольно кивнула, понимая, что только что выиграла первый раунд в непонятной пока для меня игре. Я смогла обезопасить себя от столь сомнительного родства, но тем самым и отрезала себе путь к отступлению.

- Слуги проводят тебя в комнату Мари и помогут переодеться в подвенечное платье. Твои вещи будут ждать тебя в карете. И поспеши! У нас осталось всего сорок минут до начала бракосочетания.

Переодеться мне предложили в соседней комнате. Испуганная, молчаливая и забитая служанка помогла переодеться в простенькое, очень скромное платьице без излишеств в виде корсета, пышного подола и необъятной длины воланов. Оно было старым, застиранным, едва сохранившим свой цвет.

Я не стала акцентировать на нем свое внимание. Раз предложили его – значит это самое лучшее платье, которое было в наличии у покойной девушки. А когда меня усадили возле зеркала и принялись расчесывать волосы, я невольно охнула от увиденного.

Это одновременно была я и не я. В отражение зеркала на меня смотрело мое прошлое. Так я выглядела лет в пятнадцать, но никак не в двадцать шесть! Детские черты лица, наивные глаза, россыпь едва заметных веснушек на белоснежной коже без изъянов в виде акне и черных точек, которыми в свое время изобиловало мое лицо.

Опустила глаза и уставилась на свои руки. Если чуть раньше я не обратила на них внимание, то теперь стало любопытно. И действительно, перед моими глазами предстали худенькие пальчики с коротко стриженными ногтями. Больше не было натруженных мозолей, прозрачного лака и тоненького колечка, которое подарил мне Славик, делая предложение.

Неужели переход в иной мир поспособствовал моему омоложению? Если это так, то мне будет очень сложно добиться желаемого, ведь я хочу не просто выжить в этом мире, не просто существовать, как в недавном прошлом, а испытать всю радость от жизни в целом.

Я вновь удрученно посмотрела на свое отражение в зеркале. Да уж, дитя дитем, а все туда же – замуж.

Наконец с волосами было покончено. На голову нацепили единственную новую вещь из всего наряда в виде тонкой вуали и опустили ее на лицо.

- Все готово, госпожа, - произнесла служанка и отступила на пару шагов.

Я хмыкнула ее учтивости. Приказав собрать мои вещи и отнести их в карету, поспешила к выходу. Из тех сорока минут, что остались у нас после разговора, ушло уже порядком больше половины. А это значит, что мне стоит поторопиться, чтобы не дай бог, не испытать на себе гнев будущего супруга.

Дядюшка стоял возле открытой коляски, запряженной гнедой кобылкой и нетерпеливо постукивал кожаными перчатками по раскрытой ладони. Едва его взгляд заметил меня, выходящую из дома, как его выдержка пошла по швам, открывая его истинную суть.

- Сколько можно тебя ждать, бестолочь! Живо в карету!

Несмотря на пожилой возраст, старик обладал не дюжей силой. Он буквально втолкнул меня в коляску, отчего я запнулась о длинный подол и растянулась на полу. Не дожидаясь, пока я сяду на скамейку, дядюшка стегнул кнутом бедную лошадку, и та резко начала движение.

Гнедая лошадка неслась по проселочной дороге на пределе своих сил и возможностей. Карету то и дело потряхивало на камнях и ухабах, и мне казалось, что к концу пути я не смогу собрать все свои косточки воедино. От тряски к горлу подступила тошнота и если бы не вынужденная голодовка, то меня бы точно вывернуло прямо под ноги.

Мы опаздывали и, судя по нервным движениям и окрикам дядюшки, очень сильно. Благо путь наш не занял много времени. Не прошло и десяти минут, как старик натянул поводья, заставляя лошадку истошно заржать и остановиться. Спрыгнув с козел, он резко стянул меня на землю и чуть ли не волоком потащил к каменному строению с распахнутыми настежь дверями. Рывок и я уже внутри.

Храм встретил нас своей мрачностью. Полутемное помещение едва освещалось несколькими зажженными факелами, которые к тому же нещадно коптили. Вонь благовоний едва не сбивала с ног, благо мой опекун крепко держал меня за руку, не давая оступиться.

В полной тишине мы шли к алтарю, где со скучающим видом стоял мой будущий муж. Это я так думала, пока не поравнялась с ним, а пузатый священник не поинтересовался у присутствующих здесь мужчин о том, кто будет представлять интересы графа Бинор.

- Я, Ваше Святейшество. Вот письмо императора о назначении меня его наместником, - протянул он свиток служителю.

Священник быстро пробежал глазами по свитку и согласно кивнул. В зале воцаряется гробовая тишина, которую как по указке нарушает хоровое пение младших жриц.

Я словно сомнамбуле наблюдаю за происходящим вокруг меня. Речитатив священника переплетается с пением жриц, непонятные слова и жесты, клятва верности и любви и как кульминация всего происходящего – резкая боль от пореза ладони. Не успеваю даже вскрикнуть или возмутиться. Мою ладонь насильно кладут на поверхность белоснежного камня и удерживают рукой.

Меня пробивает дрожь и чувство прихода скорой истерики. Интересно, а на что они рассчитывают, разыгрывая этот фарс? Кровь-то моя никак не относится к роду Марлоу!

Сквозь вуаль вижу, как священник кивает наместнику и тот вытаскивает из нагрудного кармана небольшой стеклянный сосуд, наполовину заполненный густой жидкость. Минутная заминка и поверхность моей руки окрашивается в темно-красный цвет. Кровь! Меня едва не стошнило прямо на алтарь, благо дядюшка успел отвлечь меня от ее вида, попросту отвернув в сторону мою голову.

Священное таинство бракосочетания обрело силу, едва кровь двух незнакомых друг другу людей смешалась в выемке алтарного камня, и яркая белоснежная вспышка озарила пространство храма. Я почувствовала, как что-то сильно обожгло мое запястье. Зашипев, не сдержавшись от боли, увидела витиеватый рисунок на коже, словно искусно выполненная татушка.

- Богиня приняла ваши клятвы! – благоговейно произнес служитель, с трепетом отступая от священного камня. - Отныне и до самой смерти вы, Мари де Марлоу, являетесь графиней Бинор!

- Что все это значит, Ваше Святейшество? – не выдержала я и задала свой вопрос, чем вызвала недовольство у наместника.

- Богиня приняла ваш брак, юная леди. И это первое бракосочетание за двадцать лет, которое получило высшее благословение!

Я нервно взглянула на присутствующих. Судя по довольным улыбкам мужчин, все прошло самым наилучшим образом. Обманули они меня значит?! Ну-ну! Посмотрим, кто из нас останется еще победителем!

Наконец фарс с бракосочетанием позади. Мне позволяют выйти из храма и дождаться наместника на свежем воздухе, что я с превеликим удовольствием и делаю.

Выйдя на улицу, вдохнула полной грудью, пытаясь отдышаться от смрада потных тел и витавших в храме благовоний. Голова кружилась и болезненно пульсировали виски, но самым тяжелым было ощущение голода и подступившего некстати чувства жажды.

На темном небе уже давно появились звезды, складываясь в неизвестные мне созвездия. Прохладный ветерок, словно проказник, решил поиграть с моей вуалью, откидывая ее от лица каждый раз, когда я пытаюсь повернуться в сторону.

У парадного входа стоит одна единственная закрытая карета, нагруженная доверху сундуками и тюками. В нее, как в насмешку, были запряжены всего лишь две тощие кобылки.

Неожиданно раздавшийся сзади грубый окрик заставил меня вздрогнуть и резко обернуться. На пороге храмовых дверей стоял наместник и с недовольством смотрел в мою сторону.

- Что встала? Живо в карету!

Ох ты, блин! Похоже для присутствующих мой новый статус не имеет никакого значения. Будто я не новоявленная графиня, а портовая девка.

Я в непонимании уставилась на наместника. Они что, решили меня, как ненужную вещь, спровадить прямо от дверей храма прямо до моих новых владений? Не слишком ли быстро они разыгрывают события?

- А как же муж? – в недоумении произнесла, глядя прямо в глаза того, по чьей воле я сегодня стала замужней женщиной.

- Муж? – словно с издевкой переспросил он и хохотнул. – Так он уже третьи сутки ждет тебя в твоем имении! Поспеши, а то и в правду станешь вдовой. Придется вновь вернуться под опеку своего дядюшки.

Вот те раз! Это что такое они удумали? И о чем он говорит в конце-то концов?! Неужели мой супруг настолько немощен, что может и не дождаться свою благоверную? Хорошо еще, что успела стребовать с опекуна клятву. Вот как попой чувствовала ее необходимость. Не зря, оказывается, зачитывалась по ночам фэнтезийными романами. Понять бы еще, есть ли у меня магия..., но это со временем, а пока действительно лучше поторопиться, чтобы лишний раз не злить посторонних.

Сбежав по ступенькам вниз, я с трудом забралась в темное нутро кареты. Пару раз едва не упала на пол, пока нашла для себя свободное место на одном из двух сиденьев. Специально не стала ждать «дядюшку», пусть подавится полученными за меня деньгами.

Едва за мной хлопнула дверь, карета медленно тронулась в путь, скрепя несмазанными рессорами. И все бы ничего, но раздавшаяся совсем рядом «Ваше Сиятельство» заставила меня вскрикнуть в испуге. Блин, вот как знала, что нужно прихватить с собой хотя бы рюкзак, где у меня всегда лежал электрический шокер.

- Кто здесь? – спросила в темноту, силясь увидеть хоть что-то.

Справа от меня что-то зашуршало, а потом зажегся едва видный огонек, в свете мерцания которого мне удалось рассмотреть хрупкую, невероятно худую девушку, платье которой держалось на теле на честном слове.

- Простите, Ваше Сиятельство! Я не желала вас напугать.

Огонек в ее руке вспыхнул и погас, погружая нас вновь в кромешную темноту. Новое неизвестное мне лицо заставило меня насторожиться. Кто она? Друг или враг? Соглядатай, приставленный наместником или все же такая же жертва обстоятельств, что и я?

- Ничего, - произнесла в ответ. – Просто не ожидала тебя увидеть здесь.

Девушка хмыкнула и продолжила говорить.

- Я Аннет. Дядюшка не хотел отпускать меня с вами, но наместник графа Бинор убедил его в необходимости компаньонки. Простите, Ваше Сиятельство, но я рада, что смогла вырваться из дома нашего опекуна.

Вот это да! Хоть стой хоть падай! Получается эта девушка такая же несчастная приживалка, как и покойная Мари?

Вопросы множились с каждой минутой, но задавать их я пока побоялась. Вдруг эта девушка не знает всей правды и что тогда? Жить в ожидании худшего – это не то, на что я рассчитываю от новой жизни. Как назло, в этот момент мой живот возмущенно выдал тираду, которую не смог заглушить даже скрип колес.

- Вы голодны, Ваше Сиятельство? Простите, но успела захватить с собой лишь хлеб и немного воды, - смущенно произнесла невидимая глазу собеседница.

После ее слов есть захотелось в разы сильней. Я словно почувствовала аромат свежеиспеченного хлеба и моего любимого зеленого чая с жасмином. Трястись не знай сколько времени голодной, когда совсем рядом стоят пакеты, полные привычной мне еды, было сродни издевательству над своим телом. Поэтому недолго думая, я задала один единственный вопрос:

- Что ты знаешь обо мне?

Девушка молчала с минуту. А потом ее словно прорвало на откровения. Она рассказала о том, кем приходится Мари, как они жили в доме у опекуна. В подробностях описала последние часы жизни своей двоюродной сестры и то, каким образом эта дурочка лишила себя жизни.

От услышанного у меня волосы встали дыбом на голове. Твари! Так измываться над сиротами, лишая их последнего кусочка хлеба лишь за то, что те посмели родиться?! Мне стало искренне жаль этого ни в чём неповинного ребенка.

- Ты можешь еще раз посвятить? Мне нужно найти свои пакеты.

- Могу, но не долго. Если узнают, что во мне проснулась магия, то дядюшка захочет вернуть меня обратно, а так, без дара, я только ненужный балласт, от которого он хоть и нехотя, но согласился избавиться.

И тут я поняла одну очевидность. Несмотря на сомнительное будущее рядом с попаданкой, полное трудностей и лишений, эта девушка искренне рада уехать из дома приютившего ее родственника.

- Не переживай, мне нужно только отыскать среди этого багажа нужный пакет. А потом можешь вновь его загасить.

Тусклый огонек как по щелчку пальцев зажегся совсем рядом со мной. Я невольно сощурила глаза, пытаясь привыкнуть к свету.

- Вы очень похожи на мою Мари, - тихо произнесла сжавшаяся в углу девушка, которой на вид было лет четырнадцать.

- Как две капли воды, - подтвердила ее слова. – Только я так и не поняла почему алтарь в храме вспыхнул ярким белым светом, приняв мою кровь как кровь де Марлоу. Я ведь из другого мира, а тут…

Продолжать разговор я не стала. Во-первых, очень хотелось пить и хоть что-нибудь поесть, а во-вторых, это не тот разговор, который стоит вести на территории врага. Мало ли, вдруг нас подслушивают возницы.

Отыскав пакет с продуктами, я выудила из него бутыль с молоком и две сладкие булочки, которые захватила для Славика. Есть что-то более существенное, например, колбасу и сыр, я не рискнула в пути. Мало ли как отразится пища на моем больном желудке после длительного голодания.

Протянув одну булочку Аннет, я с наслаждением сделала глоток теплого молока.

Наш поздний ужин не занял много времени, но даже этого количества хватило, чтобы заглушить чувство голода.

Убрав обратно в пакет пустую бутылку из-под молока, я поинтересовалась у своей компаньонки:

- Ты не знаешь сколько нам еще добираться до моего имения?

- Если я правильно запомнила карту, то примерно через два часа мы доберемся до стационарного портала, а там рукой подать. К утру должны добраться, - обнадежила меня девушка и зевнула, прикрыв рот рукой.

- Отлично! Давай тогда спать. Чует моя попа, что с завтрашнего дня нас ожидают нехилые испытания.

Стоило только прикрыть глаза, как я тут же унеслась в царство Морфея. И мне не важно было, что сплю я не на мягком диванчике ординаторской, а притулившись головой к вещевому тюку, что эта первая ночь в моем новом статусе, которую я, по идее, должна была провести в постели с новоиспеченным мужем. Усталость, несмотря на рьяное сопротивление, все-таки взяла свое.

Из марева сна нас выдернула резко остановившаяся карета и громкий окрик возничего.

- Тпру! Стой, проклятые!

Я в недоумении посмотрела на свою компаньонку, которой, в отличии от меня, не удалось удержаться на сидении, и она рухнула прямо на сваленные на пол тюки.

Через зашторенные окна кареты пробивались яркие солнечные лучи, извещавшие о наступлении нового дня. Несмотря на неудобства, я смогла прекрасно выспаться. Тело хоть и затекло, но не столь критично, чтобы стонать от боли.

Отбросив с лица так и не снятую вуаль, я растерла лицо ладонями, сгоняя остатки сна. Привести себя в более-менее приличный вид не имелось возможности, да и сейчас это было не столь важно. Для начала хотелось узнать причину остановки и все-таки сбегать за кустики.

Я слегка отодвинула плотную штору и всмотрелась в окружающий нас пейзаж. Карета остановилась на холме у кромки леса, который едва принарядился в молодую листву. Чуть поодаль виднеется небольшая деревушка домов так на двадцать, а позади нее протекала узкая речка

Вокруг было тихо и свежо. Яркие лучи местного светила обогревали остывшую за ночь землю. Едва ощутимый ветерок успел пробраться в карету, заставляя нас поежится от утренней прохлады. Только трое мужчин ожесточенно спорили о чем-то, показывая то на карету, то на лошадей.

- Как думаешь, мы доехали? – шепотом спросила Аннет, которая к тому времени успела подняться и занять свое место.

- Не знаю, - так же шепотом ответила она, явно прибывая в замешательстве.

Снаружи слышится отборная брань, которую не заглушают даже ржание уставших лошадей. Осмелев, я приоткрыла окно и хотела было высунуть голову, дабы понять причину возникших разногласий, но не успела. По дверце кареты кто-то пару раз нехило так стукнул и не дожидаясь нашего ответа распахнул настежь.

- Приехали, Ваше Сиятельство!

Произнесенные провожатым слова были для меня словно спусковым крючком. Стоило только отзвучать последнему слову, я выбираюсь из кареты настолько проворно, насколько позволяет скованное после сна тело.

Осматриваюсь, замечая с другой стороны нашего транспорта небольшой двухэтажный дом. До него еще ехать метров пятьсот, которые наши провожатые отчего-то не собираются преодолевать.

- А как же… Мы же не доехали еще! – попыталась тактично высказать свое недовольство, хотя внутри меня уже кипел вулкан.

Провожатые заржали не хуже лошадей. Отсмеявшись, они заставили выйти наружу и мою компаньонку.

- Защита имения нас не пропустит, - радостно пояснил один из троицы и кивнул в сторону мерцающей в воздухе пелены. – Дальше самостоятельно, ножками. Заодно и разомнетесь. Пройти может только законный владелец и члены его семьи.

Вот значит как! Это уже лучше, чем я думала. Значит никто не сможет негаданно наведаться ко мне в гости, что, конечно, мне было на руку.

- А как же моя компаньонка? – осторожно поинтересовалась у говорливого мужчины.

- Дадите ей разрешение и защита ее пропустит.

Я воспользовалась моментом и мысленно разрешила Аннет пройти на территорию. Надеюсь, этого будет достаточно.

Судя по настроению мужчин, они решили все же бросить нас у самой границы, не требуя моего согласия на пропуск. Боковым зрением заметила, как один из них взобрался на крышу и принялся развязывать сундуки.

Серьезно? Они считают нас способными донести на руках такую тяжесть? От безнадежности я решаюсь на неслыханное.

- Нам необходимо подкрепиться перед тем, как мы направимся к дому. Не могли бы вы разжечь костер и вскипятить воду? Думаю, от чая никто из вас не откажется?

Слава богу, моя уловка сработала. Мужчины, переглянувшись, споро собрали хвороста и отцепили от задней стенки кареты испачканный сажей котелок.

Едва над полянкой потянулся дымок, я ловко взобралась в салон кареты и принялась перебирать наши продовольственные запасы. К сожалению, из того, что было, многое могло бы выдать мое иномирное происхождение. Пришлось довольствоваться сладкими булочками и зачерствевшим хлебом, который я нашла в узелке у Аннет.

Протянув найденные продукты одному из мужчин, я попросила его их нарезать, а сама, как бы невзначай, схватила за руку робко жавшуюся к лошадям девушку и потянула ее в сторону леса.

Мужчины понятливо хмыкнули. Стоило только нас скрыться из виду, как над поляной пронесся их громкий смех. Плевать, главное осуществить задуманное, да и терпеть позывы организма уже не было сил.

Отойдя поглубже в лес, мы по очереди справили свои дела. Там-то я и поделилась с Аннет своими планами.

- Ты главное стой чуть в стороне от лошадей, и никто на нас даже не подумает, - шепотом произнесла, оглядываясь по сторонам.

То, что я придумала, было рискованным. Лошади без возничего могут понести в сторону, а не к имению, как я на то рассчитываю. Но рискнуть все же стоит, мы просто физически не дотащим наш скраб до нового места жительства.

- В любом случае, как только карета окажется на охраняемой территории, бросай все и беги вслед за ней, поняла меня? Наши охранники пройти не смогут, а значит сильно разозлятся, как только поймут нашу уловку.

- А как же вы, Ваше Сиятельство?!

- Обо мне не беспокойся. Подвернется момент, и я догоню тебя.

Опасаясь мародерства со стороны провожатых, мы быстро вернулись к карете. Вода в котелке уже закипела и в нее один из мужчин кинул целую пригоршню засушенного разнотравья.

Пока мужчины усаживались возле костра, протягивая к котелку свои кружки, я незаметно кивнула Аннет. Слава богу, та не впала в ступор и сделала все то, о чем я ее просила.

Из ее руки сорвался маленький огонек, который метнулся в сторону запряженных в карету лошадей. На наше счастье, они стояли совсем близко к границе. Не прошло и пары секунд как перепуганные животные понеслись вперед, уверенно проскочив защиту.

- Стой! – театрально вскричала Аннет, сделав перепуганное лицо. Но куда там! Лошади понеслись так, будто за ними гонится стая волков.

Мы с компаньонкой не сговариваясь рванули следом за ними. Сидевшие около костра мужчины даже не сообразили вскочить на ноги, чем конечно же серьезно нам удружили.

Бежать вслед за взбесившимися животными было трудно. Они хоть и устали порядком, но путавшийся в ногах подол платья не давал возможности нагнать их с первого раза. Хорошо еще, что проселочная дорога вела прямо к имению, а то нам точно пришлось бы худо. Лошади неслись по ней и не думали сворачивать.

Запыхавшиеся от быстрого бега и уставшие от физической нагрузки, мы смогли нагнать карету лишь у самого дома. К этому моменту животные уже успели успокоиться и спокойно пощипывали молодую травку на одной из придомовых лужаек.

- Так! – скомандовала я. – Не время отдыхать. Отдышимся опосля, когда все наши вещи окажутся на земле.

Рывком открыв дверцу кареты, я забралась в ее салон.

- Я буду тебе подавать, а ты скидывай их чуть в сторону, - приказала я Аннет и всунула к руки тяжелый тюк.

Разгрузка личных вещей заняла примерно чуть больше часа. Наиболее сложным и тяжелым для нас, молоденьких девушек, которые не держали в руках ничего тяжелее иголки с нитками, была разгрузка шести сундуков.

Это было сродни пытке. Пришлось импровизировать, чтобы снять с крыши тяжелые сундуки. Четыре сундука, которые были забиты тряпками и не бьющимися предметами мы просто скинули наземь, надеясь на их крепкость. Оставшиеся два мы спустили с помощью найденных в карете канатов, обмотав их для надежности веревками.

К счастью, все прошло без эксцессов и серьезных поломок. Я забрала из кареты все, что для меня представляло хоть какую-то ценность, ведь судя по зияющим в утренних лучах солнца окнам, в доме нет даже штор, не говоря уж о предметах первой необходимости.

- Ты подожди меня здесь, отдохни, а я верну карету. Не стоит злить наместника кражей его имущества. Не дай бог, решит еще наведаться в гости.

Аннет согласно кивнула, на что я лишь улыбнулась. Хоть с ней у меня не будет проблем, исполняет мои приказы с первого раза.

Подхватив лошадей под уздцы, я развернула их в обратную сторону. Садиться на козлы и браться за вожжи я не рискнула. Мои познания в животноводстве хоть и не были минимальными, но брать на себя ненужную ответственность мне просто не хотелось.

Идти пришлось медленно, так как одна из лошадей заметно прихрамывала на переднюю ногу. Полагаю, мужчины смогут оказать ей помощь и не заставят проделать обратный путь с поврежденной конечностью.

Нас ждали. Я не стала выходить из-под родовой защиты, не зная степень озлобленности наших провожатых. Просто направила лошадей вперед, а сама отошла в сторону.

- Прошу прощение за инцидент. Надеюсь, вы не держите на нас зла.

- Ну что вы, Ваше Сиятельство! Мы поражены вашей хитростью. А за карету огромное спасибо. Наместник искренне беспокоится о свое имуществе.

- Тогда не смею больше вас задерживать. Пусть наместник как можно быстрее убедится в искренности моих мотивов, - и не дожидаясь ответа повернула в сторону дома. Да и что ждать от тех, кто клялся в верности другому? Вот именно, ничего хорошего!

Задрав к небу голову, я обреченно вздохнула. Сейчас только утро, а я уже вымотана и абсолютно без сил. Как только обустроюсь, займусь физическими упражнениями. Не нравится мне такое слабое тело, не способное пережить элементарные нагрузки.

Аннет я застала там же, где и оставила. Единственное, что позволила себе сделать девушка– это спрятать запасы наших продуктов в тень.

Присев на крышку одного из сундуков, я с любопытством взглянула на свое имущество. Вот не думала, не гадала, а получила в собственность огромный двухэтажный дом, когда как совсем недавно мечтала о скромной однушке в панельном доме.

Хотя… открывшаяся картина была не столь радостной. Дом нуждался в капитальном ремонте. Облупившаяся штукатурка, зияющая дыра вместо окна на первом этаже, там, где предположительно находится кухня, покосившаяся крыша и дверь. Чуть в стороне имелся заросший бурьяном сад и росли одичавшие плодовые деревья. Но это ведь не страшно для современного человека, выросшего в сельской местности. И пусть мои знания были не столь обширными, но как правильно держать молоток и гвозди я представление имею.

Видимо наш опекун не прилагал должного усердия для осуществления возложенных на него обязанностей, попросту вычеркнув имение из списка того, на что стоило бы тратить деньги. Оно и понятно, при любом раскладе дом с прилегающей территорией отойдет либо во владение наследницы, либо, при ее кончине, короне. Так зачем тратиться на то, что никогда не будет твоим? Правильно, незачем!

- Интересно, а в доме есть кто живой? – задумавшись, озвучила мучавший меня вопрос.

- Не думаю, Ваше Сиятельство. Иначе бы вышли нам помогать, - устала произнесла девушка, поднимаясь на ноги.

А я нахмурилась, закусив губу. Да уж, так себе перспективы. И муженька законного не видать. Мне осталось лишь уповать на чудо, что он, не выдержав разлуки с наместником, самостоятельно покинул мои владения.

- Так, ладно. Не время рефлексировать. Бери эти два белых пакета, а я возьму остальные. Их нужно как можно быстрее пристроить в прохладное помещение, иначе мы рискуем остаться без еды.

Я показала девушке пример, подняв с земли пакеты с продуктами из своего мира. Аннет подхватила оставшиеся и поспешила вслед за мной. Я боялась, что у нас могут возникнуть сложности с покосившейся дверью, но к счастью, все обошлось. Та лишь громко скрипнула под моим натиском и распахнула.

Я застыла в нерешительности у самого входа. Если снаружи дом казался не столь большим, то переступив порог я невольно ахнула. Огромный вестибюль с мраморным полом, способный вместить толпу людей, парадная лестница на второй этаж, слева успела заметить открытые настежь двери бального зала, а справа находилась не менее вместительная столовая. Легкий сквозняк гулял по полу, чувствительно охлаждая разгоряченные ступни.

- Как думаешь, где искать кухню? – задала вопрос у замешкавшейся рядом девушки. Она, как и я, была в ступоре от увиденного.

- Наверное справа, раз в той стороне находится столовая, - робко ответила Аннет, явно чувствуя дискомфорт.

- Логично. Давай осмотримся и решим, что делать в первую очередь. Работы здесь непочатый край, а нас всего двое.

Я решительно пересекла столовую и пройдя через неприметную арку оказалась в помещении, чем-то отдаленно напоминающем современную кухню.

Вдоль одной их стен находились шкафы, которые когда-то давно явно были заполненные кухонной утварью. Сейчас, к сожалению, нашим глазам предстали девственно чистые полки, не считая, конечно, осевшей на них пыли и грязи. Вдоль другой стены стояли столы и судя по характерным на них отметинам от лезвий ножей, служили они для вполне конкретных целей. Здесь также имелись две глубокие раковины для мытья посуды, плиты, духовые шкафы. В самом дальнем углу заприметила еще одну дверь, которая вела в погреб. Он, как и весь дом, имел удручающее состояние. Зато общими усилиями мы отыскали черный вход, который прятался за огромным шкафом.

- Ваше Сиятельство! – с довольством воскликнула Аннет, когда я выбралась из погреба. – Я отыскала холодильный шкаф и морозильный ларь. Заряд артефактов на каждом из них хватит примерно на два месяца!

- Отлично! – похвалила я девушку. – Я сложу в них наши запасы продуктов, а ты посмотри есть ли в доме вода и на чем мы сможет готовить, - предложила я ей, зарывшись в первый пакет.

Слава богу, современное пищевая промышленность моего мира вырвалась вперед семимильными шагами и почти все продукты, за исключением мороженого, сохранили свою свежесть и товарный вид. На первое время при должном умении нам этого должно хватить максимум на две недели, а там уж разберемся.

В местный холодильник перекочевали два пакета пастеризованного молока, бутылка кефира, сливочное масло, колбаса в вакуумной упаковке и брусок сыра. Туда же отправилась зелень и несколько банок с джемом.

Две литровые бутыли подсолнечного масла я пока оставила на столе, как и три вида круп. Остатки хлеба и булочек, сахар и соль заняли место рядом. Для начала здесь все нужно отмыть, прежде чем забивать ими полки.

Курочка в вакуумной упаковке, шмат сала и приличный кусок некогда замороженной говядины плавно перекочевали в морозильный ларь. А все овощи я пока сложила на пол, надеясь чуть попозже найти для них тару и спустить в погреб.

- Ну что там у тебя? – поинтересовалась у своей подруги по несчастью.

- Чистая вода на кухне есть, пить можно, но только она очень холодная. Плиты целы, но опять же артефакты полностью разряжены. Нужно заряжать, а это деньги, - удрученно произнесла она, глядя под ноги.

- Не переживай, справимся! На улице я заметила мангал и дровяник, будем пока готовить на костре. Главное разжечь огонь, а остальное уже не столь критично, – попыталась успокоить девушку. Видимо она не очень хорошо представляла себе процесс приготовления еды на костре или же вообще была не приучена к готовке. - Спичек у меня с собой нет, как и огнива с кресалом, - призналась, почесывая кончик носа.

Я всегда так делаю, когда думаю или нервничаю. У меня есть идеи как развести небольшой костерок, но для этого нужно и время, и силы, которых, к сожалению, у меня уже почти не осталось.

- О, с разведением огня проблем не будет, я же все же маг огня, - хихикнула она, признаваясь. – Правда не обученный, - сникла опять, но тут же выпрямила спину: - Я разведу костер чуть подальше от дома, чтобы ненароком не поджечь чего-нибудь, а потом перенесу угли к мангалу, - нашла она выход и впервые улыбнулась открыто.

Мой оптимизм видимо передался и моей компаньонке. Как бы то ни было, но жить здесь можно. Не пропадем, если не будем лениться.

- Давай осмотрим дом, а потом пойдем готовить себе завтрак, хорошо?

Осмотр дома прошел в тишине. На первом этаже мы нашли не только бальный зал, но и уютную гостиную, небольшой кабинет и даже музыкальную комнату. Я особенно обрадовалась найденной библиотеке, со стеллажами, заполненными до верху книгами. Похоже «дядюшка» посчитал их вывоз затратным или же просто не успел перепродать. В любом случае, это будет отличная возможность познакомится с миром без постороннего вмешательства.

На втором этаже было пятнадцать спален с совмещенными санузлами. Они, как и первый этаж, были абсолютно пусты, не считая, конечно, поломанной мебели и осыпавшейся штукатурки. Хорошо еще, что окна целы, не придется забивать их досками.

Вернувшись на первый этаж, мы вновь осмотрели правую строну дома. Столовая, кухня. За ней обнаружился полутемный узкий коридор, ведущий в комнаты прислуги. Их было всего шесть. Узкие, с маленькими окнами. Одно радовало, почти в каждой из них имелась хоть какая-то мебель. В трех из них нашли кровати, в двух шкафы, а в одной даже небольшой столик со сломанной ножкой и пару стульев.

- Нужно будет отмыть те две комнаты, в которых стоят шкафы. Надеюсь, нам хватит сил перетащить кровати и застелить их матрацами.

- Вы собираетесь спать в комнате прислуги?! – ошарашено воскликнула Аннет, когда до нее дошел смысл моих слов.

- А где еще? Или ты предлагаешь мне спать на полу, зато в хозяйской половине?

От моего предложения девушка смутилась, явно не подумав о пустующих комнатах.

- Можно позвать из деревни мужиков, - тихо предложила она, уткнувшись в пол.

- А платить чем? У тебя есть деньги?

Та молча покачала головой и вновь опустила глаза.

- То-то же! У меня всего пятьдесят золотых, которых судя по окружающей нас разрухе не хватит даже на пару месяцев. Поэтому будем экономить и делать все по максимуму своими руками, - и не дожидаясь ответа, я поспешила с осмотром дальше.

В конце коридора находились душевые. Покрутив вентили, я убедилась, что проблем с холодной водой пока не предвидится, видимо трубы проведены напрямую к источнику.

Едва мы покинули душевые, как моего носа достиг привычный запах ацетона и человеческих испражнений.

- Фу! Что за вонь?! Неужели отхожие не работают?! - воскликнула Аннет, бросившись проверять сливные бочки местных унитазов. Но нет, все работало на отлично. Так откуда же шел этот запах?

Я выглянула в коридор. Все двери после нашего посещения были открыты настежь. Кроме двух, самых дальних. До них мы просто еще не успели добраться.

Первая из них, как оказалось, служила входом для прислуги и выходила на задний двор, а вот вторая…

- Тянет оттуда, - указала я на дверь, направляясь в ее сторону.

Запах усиливался с каждым шагом. Так обычно воняли люди, за которыми не осуществлялся должный уход дома. Приходилось нам, санитаркам, отмывать несчастных парализованных и брошенных на произвол судьбы пациентов.

Я осторожно приоткрыла дверь и тут же ее захлопнула. Вонь была неимоверной, сбивающей с ног и заставляющей заливаться слезами. Но что самое интересное, так это то, что я успела разглядеть мужскую фигуру, лежащую на кровати.

Шок, непонимание, растерянность. И сквозь эти ужасные чувства пробивающийся гнев! Вот же сволочи! Гореть им всем в аду!

- Что там? – робко поинтересовалась Аннет, прикрывая нос рукавом платья.

- А там, дорогая, мой муж! Сволочи! Вот же сволочи! Зла на них не хватает!

Меня переполняла обида. Думала хоть в этом мире избавлюсь от своих должностных обязанностей, но, видимо, это моя судьба.

- А… - тоненький пальчик компаньонки показал на закрытую дверь.

- Я не знаю, но надеюсь, что он еще жив. Так! – схватила девушку за плечи и легонько сжала. - Слушай меня внимательно! Первое. Мне нужна горячая вода. Разведи костер и поставь греться воду. Одно ведро у нас есть, но ты поищи еще что-нибудь. Второе. Принеси мне оставшиеся два белых пакета и мой рюкзак. А теперь иди! Здесь я справлюсь без тебя!

Наверное, Аннет привыкла безропотно исполнять чужие приказы, ведь стоило мне только замолчать как ее и след простыл. Я глубоко вздохнула и посмотрела на дверь. Только такого счастья мне до кучи не хватало.

«Ну что ж, муженек, надеюсь ты меня дождался!» - мысленно произнесла я, отрывая приличный кусок ткани от нижней юбки. Смочив ее, я приложила ее к своему лицу. Это конечно не респиратор, но на пару минут должно хватить.

Я решительно открыла дверь и, не смотря на кровать, бросилась к окну. Распахнув настежь створки, одернула шторы и в шоке уставилась на лежачего человека. Даже вонь его немытого тела и естественных испражнений не дала мне отвести взгляд от того ужаса, который предстал перед моими глазами.

Одетый в дорогую одежду мужчина лежал в неудобной позе прямо на покрывале. Складывалось ощущение, что его просто приволокли сюда и выбросили как ненужный мусор. Хорошо еще, что не на пол, иначе бы он точно меня не дождался, застудившись и умерев раньше, чем я появилась в имении.

Конечно, в глубине души я надеялась на то, что супруг все же покинул меня, оставив одну в этом полуразвалившемся доме. Сам и на своих двоих. Но то, что сейчас я наблюдала… у меня просто не было культурных слов.

Мужчина был бледен, худ и что самое страшное – сильно обезвожен. Я уже молчу о том, в каком состоянии может находиться его тело под слоями чуть сырой одежды!

Я разозлилась. И сильно. Вот как можно быть настолько безжалостными, чтобы оставить полностью парализованного больного без элементарной помощи?! Или у наместника на то и были планы? Тогда на кой черт этот фарс со свадьбой?! Отвести от себя подозрения? Скорее всего. Ладно, как говорила Скарлет: подумаю об этом завтра!

В коридоре послышался шум, и я громко произнесла, не желая, чтобы моя ранимая компаньонка увидела этот кошмар:

- Аннет! Не заходи сюда! Оставь пакеты за дверью и беги греть воду! Она мне будет нужна примерно через полчаса! Ты поняла меня?

Раздался характерное шуршание целлофановых пакетов и стук их содержимого об деревянный пол. Умница.

- Да, Ваше Сиятельство! – отозвалась девушка из-за двери, а потом добавила: - Мне приготовить вам чаю?

- Чуть позже, родная, чуть позже.

Шаги за дверью стихли, извещая меня о том, что девушка побежала выполнять мои поручения. Я приоткрыла дверь и внесла пакеты в комнату. Ну что ж, приступим. Работа привычная, надеюсь не займет много времени.

- Прошу прощение, что задержалась, но на это были свои обстоятельства. Меня зовут Мари, и отныне я являюсь вашей супругой.

Говорить и тем более объясняться я была не намерена. Во-первых, нужно было срочно избавиться от пропитавшихся мочой и каловых масс тряпок, а во-вторых, я не думаю, что мой супруг в ближайшее время сможет адекватно воспринять сказанное мной.