Графиня и фермер

Городская ярмарка была в самом разгаре. Гвендолин шагала по мостовой, с интересом разглядывая пестрые палатки торговцев. Прежде она никогда не бывала на подобных мероприятиях, не останавливалась в маленьких уютных городках и мало что знала о деревне.

В своем мире она почти не выбиралась за пределы мегаполиса и последние три года перемещалась по единому маршруту: офис-дом. Иногда, в редкие выходные, когда у нее оставались силы на что-то, кроме сна, она выбиралась в парк. Поэтому все здесь было для нее в новинку.

– Смотри, кажется, там продают сахарные яблоки на палочке, – проговорила она, подхватив под руку свою спутницу. Четырнадцатилетнюю Хэтти, в семье которой жила последние два месяца.

Подруги двинулись вперед, не заметив, как на центральную улицу вырулил изысканный экипаж. Народ в спешке принялся расступаться, уступая ему дорогу. Некоторые кланялись, что-то приговаривая в след, другие торопились побыстрее скрыться с глаз.

Карета остановилась ровно за их спинами. Дверца приоткрылась, и на мостовую ступила изящная ножка в бархатном башмаке.

– Вы, двое, пошли прочь с дороги, – проговорил властный высокий голос.

Гвендолин обернулась, уставившись на разодетую девицу, что тут же ткнула ей в плечо сложенным веером. От подобного обращения вежливо разговаривать разом перехотелось. Гвен нахмурилась и смахнула веер в сторону.

– Что? – ахнула девица. – Как ты посмела?

– Держите свои руки при себе, женщина, – бросила ей та и отвернулась, принимаясь вновь изучать содержимое лавки.

– Ох, Гвенни, не надо так, она высокородная особа, – тихо проговорила Хэтти, с опаской обернувшись, – тебя могут наказать!

– Не волнуйся, все будет в порядке.

– Кажется, тебе нужно преподать урок, – злобно процедила девица и ухватила Гвен за рукав. Но та развернулась и слегка подтолкнула богачку плечом, от чего она оступилась и налетела на свой же экипаж.

– Бежим! – они с Хэтти бросились прочь от лавки, но лакей, спрыгнув с облучка, перегородил им дорогу.

– Не так быстро! – воскликнул он, растопырив пальцы.

Благородная девица поправила сползшую на глаза шляпку и заорала:

– Держите их!

Гвен хотела было изловчиться и проскочить сбоку, но тут ей на плечо легла тяжелая ладонь, разом пригвоздив к месту. Хэтти испуганно пискнула и притихла.

– До чего наглые девицы, оказывается, живут в моих землях, – проговорил суровый мужской голос.

– Ваша светлость! – воскликнула Хэтти и рухнула на колени. – Пощадите, умоляю!

Гвен медленно развернулась, лихорадочно соображая, как бы выкрутиться из ситуации. Мужчина несколько долгих секунд смотрел на нее, затем в его глазах вспыхнуло изумление, неверие, а вслед за этим его захлестнул чистый восторг. Он резко ухватил ее за плечи и молвил:

– Гвен? Гвендолин Саммерс? Поверить не могу! Это и правда ты?

Та замерла, не зная, что ответить, и потому лишь слабо кивнула.

– Ты что, не узнаешь меня? – вдруг рассмеялся он. – Это же я, Уэс!

Челюсть у Гвен едва не упала наземь:

– Не может быть!

Он вновь рассмеялся и вдруг притянул ее к себе, крепко сжав в объятиях.

– О, Всемогущий, Гвен! Я уже даже не надеялся тебя найти!

– Что происходит, ваша светлость? – раздался удивленный голос девицы, но тот лишь отмахнулся от нее, как от надоедливой мухи.

– Уэс, я не понимаю… – проговорила Гвен, пытаясь выбраться из тесных объятий и взглянуть на него, – как ты здесь оказался?

– Так же, как и ты, глупая, – усмехнулся он и разжал руки, позволив ей отстраниться. Однако ладони с плеч не убрал. Пару мгновений любовался ее лицом, после чего подался вперед и шепнул на ухо. – Я здесь уже десять лет.

 Гвен смотрела на него и не верила глазам. Удивлению и счастью ее не было предела. Да, он стал значительно старше с их последней встречи и переменился внешне. На лице Уэс теперь носил аккуратно выстриженную короткую бородку и усы. В уголках глаз появились мелкие, только наметившиеся морщинки, но волосы длиною до подбородка по-прежнему оставались темными. Если она права в расчетах, ему сейчас было тридцать семь лет.

– А вот ты ни капли не изменилась! – проговорил он. – Такая же, как в нашу последнюю встречу в горах.

Хэтти подняла голову, изумленно хлопнув глазами. Кажется, она была совершенно сбита с толку.

– Давай отойдем в сторону, а то все на нас пялятся, – предложила Гвендолин, – еще поймут превратно!

– Не беспокойся, я здесь закон, – самодовольно хмыкнул Уэс, – скажу молчать и ни одна корова рта не раскроет, прикажу подохнуть и они с радостью сделают это.

Гвен нахмурилась, ошеломленная его словами:

– Не думаешь, что это слегка перебор?

– Да не бойся, ничего я им не сделаю, – закатил глаза Уэс и, подхватив ее под руку, отвел в сторону. – Как давно ты здесь?

– Месяца два, примерно.

– Странно. Почему портал разделил нас по времени? – проговорил он и задумчиво потер подбородок.

– Так ты теперь здесь местный начальник? – поинтересовалась Гвендолин, обернувшись. Позади, в нескольких метрах от дороги стояла телега, на которой они с новой семьей прибыли из деревни. Фермера по близости все еще не было.

– Я герцог, детка, а это все – мои земли, – рассмеялся он и величественно обвел рукой вокруг.  – В герцогство Роджерс Стоун входит шесть деревень и три городка, включая этот.

– Так вот почему твоя подружка такая высокомерная, – проговорила Гвен, покосившись в сторону разодетой девицы. Та смотрела в ответ крайне неприязненным взглядом. – Знает, что может творить все, что вздумается.

– Ты об Одетт? – он расплылся в улыбке. – Не обращай на нее внимания. Она местная разведенка и таскается за мной как собака, в надежде, что однажды я осчастливлю ее законным браком.

– Какой кошмар, – выдохнула Гвендолин и вновь посмотрела на друга. – Но как ты добился этого всего?

– О, а это еще один сюрприз для тебя, – он подмигнул, – Арэна здесь королева. Именно она пожаловала нам земли и титулы.

– Что? Начальница нашего пиар отдела – королева? – Гвен изумленно хлопнула глазами.

– Да. И к слову, тебе тоже был дарован титул. Графини, – Уэс шутливо склонил голову. – Приятно познакомиться, Ваше сиятельство.

– Зачем титул тому, кого нет с вами рядом? – не поняла она.

– Это была предосторожность. Чтобы тебе не смогли причинить вред. Связываться с аристократкой опасно, ведь за ней стоит сама королева. Кроме того, разыскивать благородную особу проще, чем безродную девицу. Местные охотнее сотрудничают, в том числе из-за обещанного вознаграждения. Твоя фотография была у меня в бумажнике. Та, с последнего корпоратива. Поэтому мы без труда заказали портрет у художника. Затем напечатали плакаты и развесили везде, где только можно.

– Ого, значит на той листовке и правда была я, – изумленно проговорила Гвен, вспомнив плакат, принесенный деревенским стариком. – Выходит, вы разыскивали меня десять лет?

– В течении пяти — довольно активно. Но из-за того, что никаких следов найдено не было, Арэна постепенно свернула поиски. Однако я не сдался. Чувствовал, что ты обязательно объявишься. И потому разыскивал своими силами. И кто бы мог подумать, что в итоге ты окажешься на моей земле!

– Действительно, чудо какое-то, – буркнула Гвендолин. Чувствуя себя несколько странно.

Зачем он с таким рвением разыскивал ее? Ведь прежде они с Уэсом были всего лишь хорошими друзьями-коллегами. Но не успела она подумать о чем-то еще, как он довольно объявил:

– Поехали немедленно в мое поместье, я тебе все покажу. А завтра отправимся в столицу. Представляю лицо Арэны!

– В смысле? Прямо сейчас?

– А когда еще? – насмешливо выгнул бровь Уэс. – Не глупи, Гвен.

– Сейчас я не могу, – отозвалась она, – не хочу бросать семью, у которой жила столько времени. Нужно попрощаться с ними, поблагодарить. В конце концов, у меня в доме рюкзак с вещами остался.

– Да плевать на это все! – дернулся в нетерпении герцог. – Я куплю тебе все, что пожелаешь. А попрощаешься с ними в другой день.

– Нет, Уэс, – качнула головой Гвен и сделала шаг назад. – Я так не хочу.
– Только не говори, что ты прикипела к этим своим деревенщинам! – раздраженно хмыкнул он.

– Не то, чтобы... – молвила Гвендолин и вдруг повернулась, почувствовав на себе пристальный взгляд.

У соседнего дерева стоял Нейтан. В руке он сжимал что-то похожее на изящную заколку, украшенную розами. Несколько мгновений фермер молча смотрел на нее с нескрываемой обидой в зеленых глазах, затем поклонился герцогу, развернулся и направился к телеге. Заколка в его ладони жалобно хрустнула.

– Ты что, уже крутишь романы с местными красавчиками? – насмешливо проговорил Уэс, проводив фермера взглядом.

– Это не то, что ты думаешь, – попыталась оправдаться Гвен, – Нейтан Холланд хороший парень. Если бы не он, не знаю, что стала бы делать.

– Ах, так он из Холландов? – скривился вдруг герцог. – Гнилое племя.

– Что?

– Ничего, – натянуто улыбнулся Уэс.

В ту же секунду мимо них что-то со свистом пролетело и вонзилось в дерево. Гвен в ужасе обернулась — это была стрела. Следом раздался взрыв, полыхнуло пламя, послышались крики. Кажется, загорелось несколько палаток с товарами.

Сзади стремительно подлетел Нейтан. Ухватил Гвендолин с герцогом за одежду и резко повалил на землю. Но прежде, чем успел прикрыть их крышкой от пустого ящика, еще одна стела просвистела над ухом и вонзилась Уэсу в плечо. Тот вскрикнул, дернувшись от боли, и почти сразу потерял сознание.

Повсюду раздавались вопли, народ в панике разбегался. В воздухе витал запах серы.

– Гвендолин, подсоби! – воскликнул Нейтан, заставляя ее прийти в себя. – Нужно срочно убираться отсюда!

Он подхватил герцога под руки и потащил к телеге. Гвен, пригибаясь и прикрывая их всех импровизированным щитом, двигалась следом. Хэтти стремительно запрыгнула на козлы рядом с братом. Через мгновение телега сорвалась с места, пролетела через городские ворота и понеслась по проселочной дороге. Оставляя за собой клубы пыли.

Два месяца назад.

Гвен ворвалась в комнату фермера, и он едва не подпрыгнул от неожиданности, спешно прикрывая обнаженный торс рубахой.

– Ты что, серьезно решил выгнать меня? – с налету спросила она.

– Гвен, ты в моей комнате! Это неприлично, прошу, выйди, – произнес Нейтан, замерев на месте.

– И не подумаю! – отрезала она и шагнула ближе. – Ты должен пересмотреть свое решение!

– Гвендолин, ради Всевышнего, выйди! – фермер попятился, продолжая прикрываться рубахой, но та продолжала наступать.

– Мне совершенно некуда пойти, ты обрекаешь меня на голодную смерть! – воскликнула она. Уцепилась за рукав и дернула, почти выхватив рубаху из рук Нейтана.

– Что ты творишь? – вспыхнул от возмущения тот. Лицо его стало красным как помидор.

– Борюсь за свою жизнь!

 Казалось, ей было все равно на его полуобнаженное тело.

– Отдай рубаху, Гвен! – смущение и растерянность сменились негодованием и твердостью. – Это немыслимо. Ты ведешь себя неподобающе!

Отбросив робость, он шагнул ей навстречу и, ухватив за запястье, выдернул свою сорочку. Затем отвернулся, стремительно просунул руки в рукава и принялся застегивать пуговицы.

– Если хотела поговорить, могла бы дождаться меня в гостиной, – недовольно проговорил он. Заправил рубаху в штаны, накинул на плечи подтяжки и двинулся к выходу, но Гвен загородила ему проход. Нейтан вздохнул. – Ты ведешь себя как ребенок.

– Плевать.

Несколько мгновений он неотрывно смотрел Гвен в глаза, после чего мягко, но все же настойчиво сдвинул ее в сторону и зашагал вниз по лестнице. Она едва не зарычала от раздражения, крикнув вслед:

– Хочешь сбежать от разговора?

– От тебя не сбежишь, – хмыкнул он.

В уютной гостиной двухэтажного коттеджа было светло и немного душно. Не спасали даже настежь открытые окна. Ветра почти не было.

Перепрыгивая ступени через одну, Гвендолин нагнала молодого хозяина дома и встала у стола.

– Прошу, не выгоняй меня, – упрямо повторила она.

– Довольно. Решение было принято. Ты должна уехать как можно скорее. Даю тебе срок до выходных, – отозвался тот и посмотрел в окно, перед которым промелькнули и тут же попрятались любопытные головы его сестер.

– Но мне совершенно некуда пойти! Я ведь уже говорила, что ничего здесь не знаю! – продолжала упорствовать она.

– Поезжай в город, осмотрись. Поспрашивай работу служанкой в домах. Кто-нибудь да возьмет тебя.

– А если нет? Будешь спокойно спать, зная, что выгнал девушку на улицу? – уперла руки в бока Гвендолин.

– Уверен, ты не пропадешь, – хмыкнул он и отошел к шкафу, распахнул дверцы и вытащил небольшой затертый мешочек из коробки.

Гвен не сводила с него глаз. Высокий и крепкий, благодаря постоянному физическому труду, но при этом стройный и привлекательный. Что было большой редкостью среди деревенских. Длинные светлые волосы его были забраны в низкий хвост и свисали почти до лопаток, а зеленые глаза были полны глубины и печали, словно в этой жизни он успел уже многое повидать.

Несмотря на свою обманчиво приятную, дружелюбную внешность, Нейтан умел быть суровым и строгим. За эти несколько дней Гвен в этом убедилась. Его решения в доме не обсуждались. Братья и сестры беспрекословно выполняли все, что им было поручено, и относились к нему с уважением. Поэтому, когда фермер заявил о том, что Гвен должна покинуть дом, спорить с ним взялась только старшая из сестер — Эббигейл.

– Вот, – проговорил Нейтан и протянул мешочек, – здесь немного денег, на некоторое время тебе хватит.

Гвен насупилась и спрятала руки за спину:

– Не стану я их брать. Не позволю тебе избавиться от меня.

– Гвен, прошу, не упрямься, – нахмурился Нейтан, – ты делаешь только хуже.

– Нет.

– Хорошо, тогда поезжай без денег, – потеряв терпение, изрек фермер и бросил мешочек на стол, – я действительно пытался помочь тебе. Но на все воля Всевышнего.

– Чертов амиш! – тихо процедила Гвен, злясь на его непреклонность.

Нэйтан обернулся:

– Что?

– Ничего, – расплылась в фальшивой улыбке она.

Когда Гвендолин только пришла в себя, приняла Нейтана и его семью за религиозных фанатиков, скрывающихся в деревне от благ цивилизации. Но по мере разговоров поняла, что оказалась совершенно в другом мире, время и жизненный уклад которого был на уровне середины девятнадцатого века. Как она здесь оказалась, она не помнила. Последним из воспоминаний был поход в горы с коллегами из пиар-отдела. А после этого — сплошная черная дыра.

Как выяснилось, ее нашли у подножия горы сестры фермера и притащили в дом. Выхаживали пару дней, пока она не очнулась, а после предложили остаться. Судя по всему, они решили, что Гвен слегка повредилась головой. Но счастье длилось не долго. Уже к концу недели, когда она окончательно восстановилась, Нейтан указал ей на дверь. И оставался тверд в своем решении, не смотря ни на какие уговоры. Что никак не вязалось с его образом милого простачка.

– Мне нужно работать, Гвен, – произнес Нейтан и подхватил черную, слегка потрепанную шляпу с широкими полями, – поезжай сегодня в город с Фредом, он подскажет тебе, где можно поспрашивать о работе.

– Но я вполне могу работать и здесь! – сказала она, в очередной раз загородив дорогу и уставившись ему в глаза.

– Что за глупости? Ты совсем не подходишь для работы на ферме, – качнул головой он, отводя взгляд в сторону, – посмотри на свои руки. Они никогда не знали тяжелой работы.

– Может и не знали, да обстоятельства изменились! За эту неделю я привыкла к вам, так зачем идти работать к совершенно незнакомым людям? Когда могу быть полезной и здесь?

– Это вряд ли, Гвен, – усмехнулся он, – ты же совсем ничего не умеешь.

– Ну, я люблю животных, – протянула она.

– Здесь их все любят.

– Я неплохо готовлю.

– Эббигейл прекрасно справляется с готовкой и помощники ей не нужны, – отверг очередную идею Нейтан.

– Послушай, но ведь есть куча другой работы, где я могла бы быть полезной, – продолжала стоять на своем Гвен.

– Ты умеешь доить коров или окучивать картофель? – спросил он, изогнув изящную бровь.

– Нет.

– Тогда, быть может, умеешь шить и штопать одежду? Такой умелец нам бы пригодился.

– Увы, – ответила со вздохом Гвен.

– Тогда про выращивание овощей и уход за скотом даже заикаться не стану, – покачал головой Нейтан.

– Но я ведь всему могу научиться! Не думаю, что это так сложно, – вспыхнула Гвен.

– У нас нет времени обучать тебя. Это слишком обременительно.

– Да чтоб тебя! Ты просто непрошибаемый! – злобно воскликнула она.

– Я буду молиться за твою душу, Гвен, – приложил шляпу к груди фермер, а затем водрузил ее на голову, намереваясь выйти.

– Какое лицемерие, господин фермер! – расплылась в злорадной улыбке Гвендолин, – ты вроде верующий, но поступаешь против законов Всевышнего!

Нейтан изумленно уставился на нее.

– Ты отказываешь нуждающемуся в крыше над головой! – выпалила та.

Нейтан глубоко вздохнул, стащил шляпу и откинул назад несколько светлых прядей, упавших ему на лицо, привалившись бедром к столу:

– Ты совсем не похожа на нуждающегося, Гвен. Я знаю таких как ты. Дочь богатых родителей, никогда не знавшая нужды и решившая бежать из-под их опеки. Для тебя все это игра, не больше. Поэтому мой тебе совет: возвращайся домой и вспоминай о днях, проведенных здесь, как о приключении. Мне не нужны проблемы, если в один из дней за тобой явится разъяренный отец.

– Я ведь уже говорила, что родом не отсюда! Этот мир чужой для меня. Каким образом я вернусь, если даже не знаю, как попала к вам? – развела руками Гвен. – И никакая я не богачка. Обычный пиар менеджер, только и всего. Но тебе, конечно, такое сложно понять!

– Довольно, я, итак, потратил слишком много времени на препирательства с тобой, – нахмурился Нейтан. – Прошу, не испытывай моего терпения.

– Вот как? Отлично! – усмехнулась она и развернулась, рванув к двери. – Ты еще пожалеешь, что отказал мне. Умолять будешь остаться!

С этими словами Гвен выскочила на улицу, а в дом вошла Эббигейл. Хмурая, словно грозовая туча. Было, итак, понятно, что она подслушивала поблизости.

– Ну почему ты такой упрямый? – бросила она обвинением в старшего брата. – Почему не дозволяешь бедняжке остаться? Разве тебе не жаль ее? Я готова взять ее обучение на себя!

– Эбби, мы уже обсуждали это, – поднял глаза вверх, словно ища поддержки у высших сил, Нейтан. – Что мы будем делать, если за ней кто-нибудь явится? Нас накажут только за то, что она прикоснулась к метле или печи.

– Говорю тебе, Нейтан, она точно не аристократка. Разве не видишь по ее поведению? Одежда, в которой мы нашли ее, и та странная сумка… Я никогда не встречала ничего подобного.

– Но весь ее облик говорит об обратном! Лицо, волосы, руки. Она похожа на изнеженную барышню. Даже горожанки выглядят иначе.

– И много ты горожанок то повидал? – рассмеялась сестра в ответ, уперев руки в бока. – Откуда тебе знать, что там нет таких?

– Достаточно. Я бываю там каждые выходные, – поджал губы Нейтан и отвернулся. – У нас даже нет для нее свободной комнаты в доме.

– От чего же? Комната рядом с кухней пустует, Гвен вполне может разместиться там. Сейчас там стоит несколько стеллажей с заготовками, но, думаю, они ей не помешают. Кровать отмоем, постель перестелем, пыль вычистим. Прошу, дай ей шанс доказать, что она может быть полезной, – почти взмолилась Эббигейл.

Вместо ответа Нейтан подхватил мешочек, брошенный на стол, и протянул сестре:

– Передай это Гвен, когда она отправится в город.

Эбби раздосадованно выхватила монеты и хотела было обрушить на брата следующую тираду, как в дверь постучали, и на пороге показался пожилой сосед, мистер Бэверс.

– Доброго денечка, соседушки. Вот пришел возвернуть вам топор, – проговорил он, улыбнувшись беззубым ртом.

– Благодарю, оставьте его возле двери, – кивнул фермер.

– Послушай-ка, Нейтан, а кто это у тебя там скачет в одних панталонах по грядкам? – рассмеялся дедок, почесав скудную бороденку. – Никак городскую нанял, чтобы ворон отгоняла?

– Что? – изумленно ахнул тот и уставился в окно. Но с этой стороны ничего не было видно.

Осознание, а затем и предчувствие чего-то ужасного горячей волной окатило его с головы до ног. Не говоря больше ни слова, Нейтан рванул к двери и вылетел на улицу. Эббигейл кивнула старику и выскочила вслед за братом.

Гвен вышла из дома фермера с твердым намерением сделать все, чтобы остаться в деревне. И если для этого понадобится устроить переполох, она с радостью сделает это.

Этот дурень решил, что может так просто от нее избавиться? Как бы не так! Сейчас она устроит этому богобоязненному деревенщине скандал века!

Когда первый шок от осознания того, что она попала в другой мир и эпоху, прошел, Гвендолин начала думать над тем, что делать дальше. Проанализировав ситуацию, она поняла, что ферма — ее единственный способ выжить в новых обстоятельствах. Прекрасная природа, чистый воздух, приятная обстановка. Здесь к ней неплохо относились и могли обеспечить работой, чтобы она смогла прокормить себя. Разумеется, до того, как найдет путь обратно домой.

Но упрямый Нейтан решил зарубить ее чудесный план на корню. Вот только он не знал, с кем связался! С этими мыслями Гвен решительно стащила старенькое заношенное платье, одолженное у Эбби, оставшись только в коротких шортах и исподней рубахе.

Ферму Холландов по бокам окружали две фермы поменьше. Хозяйство их было не таким большим, но они совсем не бедствовали. На одной из них находилась молотилка зерна, которой за отдельную плату по очереди пользовались жители деревни, а хозяева другой занимались распилом и обработкой бревен.

Напротив, через широкую дорогу, по которой каждое утро гоняли скот на пастбище, расположились небольшие одноэтажные постройки для наемных рабочих. Далее вниз по склону тянулись дома деревенских жителей. Там же находилась кузня, гончарная и мебельная мастерские.

В это время на дороге было довольно людно. Многие уже возвращались с пастбищ, рыбалки или из леса. Несмотря на то, что небольшой огород перед домом, где выращивали зелень, цветы и травы, был чуть удален от центральных ворот, разглядеть на нем полуголую девицу не составляло труда.

– Эй, люди! – принялась подпрыгивать и выкрикивать Гвен. – Ваш добропорядочный сосед Нейтан Холланд — обманщик! Он обещал мне работу и крышу над головой, но в итоге выгнал! И мне придется скитаться в таком виде по городу!

Деревенские с любопытством уставились на нее, пытаясь понять, что она делает.

– Обманщик! Нейтан Холланд — чертов обманщик!

Фермер не заставил себя долго ждать. Выскочил из дома, подбежал к огороду и вцепился в забор.

– Что ты, во имя всего Святого, творишь? – воскликнул он, выпучив глаза. – Немедленно прикройся и уходи в дом!

– Ни за что! Ты выгнал меня и теперь я всем об этом расскажу! Твоей репутации конец! – Гвен расплылась в злорадной улыбке.

– Это немыслимо! По-хорошему прошу, вернись в дом. Иначе мне придется увести тебя силой. Ты позоришь не меня, а себя в первую очередь!

Но Гвен лишь хмыкнула и, сложив руки рупором, вновь прокричала:

– Обманщик!

Нейтан нахмурился и обернулся:

– Эбби, плащ!

Та лишь кивнула и со всех ног бросилась в дом. На крыльцо вышел мистер Бэверс. Он качнул головой и рассмеялся:

– До чего забавная девица! Скачет, как коза!

– Думаю, вам лучше пойти домой, мистер Бэверс, – поморщился Нейтан, стараясь перекрыть старику обзор, – наша гостья немного повредилась головой, потому и чудит.

– А я уж подумал, что ты изобрел новый способ разгонять воронье! – хихикнул тот и, махнув рукой, побрел по дорожке к воротам.

 Эббигейл вернулась через пару минут и спешно сунула Нейтану плащ. Тот заскочил в огород и, приблизившись к Гвендолин, одним быстрым движением накрыл ее плечи. А затем стремительно подхватил за бедра и перекинул через плечо. Она даже охнуть не успела.

– А ну поставь меня на место! – прокряхтела Гвен, но фермер лишь дернул плечом и быстрым шагом направился в дом.

Занес ее в гостиную, усадил на стул и нахмурился:

– Значит вот так ты решила отблагодарить меня за гостеприимство?

– О нет, отблагодарить себя ты как раз не даешь! А это, – Гвен поднялась и распахнула плащ, словно заправский извращенец, – лишь вынужденная мера!

– Во имя Всевышнего, прикройся! – возопил Нейтан, закрывая глаза рукой.

Эбби за его спиной тихо затряслась от смеха.

– Чего такой пугливый? На пляже никогда не был? Я ведь даже не в купальнике! – усмехнулась Гвендолин и осеклась. – Ох, точно ведь. Не был. Все время забываю, что нахожусь в позапрошлом столетии.

– Я не понимаю, о чем ты, но прошу, больше не показывайся в таком виде!

– Если позволишь остаться и дашь работу, клянусь, больше не стану, – коварно улыбнулась Гвен.

– Мы уже все обсудили. Здесь нет для тебя работы, – упрямо качнул головой фермер.

– В таком случае я продолжу позорить тебя. Устанешь за мной по деревне бегать!

– Ты! – Нейтан вспыхнул и поджал губы, сдерживая ругательства. – Ты просто невыносима!

Гвен сложила руки на груди:

– О, так же, как и ты!

– Нейтан, смирись, она тебя обставила, – хлопнула брата по плечу Эбби. – Пойду заберу платье из огорода. А потом мы вместе займемся ужином.

Фермер подошел к окну, заложив руки за спину:

– Я дам тебе месяц испытательного срока. Если за это время не сможешь быть полезной, покинешь мой дом.

– Отлично! Я мастер проходить испытательный срок! – довольно проговорила Гвен.

– Даже боюсь представить, что ты для этого делала, – безрадостно хмыкнул Нейтан.

– Не волнуйся, когда дело касается работы, я веду себя вполне прилично, – отозвалась она и рассмеялась, – но это не точно!

Фермер устало потер лоб ладонью:

– Я точно пожалею о своем решении.

В дом вернулась Эббигейл. Протянула Гвендолин платье и улыбнулась:

– Одевайся и пойдем на кухню. Я покажу, как чистить овощи.

– Займи ее сегодня работой по дому, а завтра вместе с Мэри покажете, как доить и кормить коров. Ну, и как ухаживать за остальными животными, — сказал Нейтан и водрузил шляпу на голову. Он распахнул дверь и едва не столкнулся с остальными сестрами, толпящимися на пороге.

– А Гвенни и правда остается? – воскликнула Хэтти, широко расплываясь в улыбке.

– Да.

– Правда правда? – подхватила самая младшая, Энни.

– Даю слово. Но только на месяц. А дальше посмотрим, – погладил младшую сестренку по голове Нейтан и вышел во двор.

Девочки забежали в дом и обступили Гвен.

– Вот Фред и Олли обрадуются, когда вернутся! – хихикнула Энни, пританцовывая и хлопая в ладоши.

– Как хорошо, что Нейтан согласился! – подхватила Хэтти.

– Так, девочки, оставьте Гвен в покое. Мы должны заняться с ней делом. Не то брат еще, чего доброго, передумает, – разогнала сестер Эббигейл. – Ступайте и займитесь своими обязанностями.

– Но мы только закончили с прополкой! – нахмурилась Хэтти. – Можно мы отдохнем?

– Можно, только нам не мешайте, – кивнула та и подхватила Гвен за руку, увлекая за собой на кухню.

Вечером вся семья собралась на ужин. Кроме самого старшего брата, Джоуи, что почти никогда не покидал свою комнату.

– Почему он никогда не выходит? – тихо спросила Гвен у Эбби, пока они сервировали стол в гостиной.

– Говорит, что не хочет своим видом портить всем настроение, – вздохнула та.

– Но почему?

– Семь лет назад он оказался в пожаре и ослеп, а еще у него большой ожог на правой щеке. Не хочет пугать Энни и Хэтти.

– Но это неправильно запираться от всего мира! – замерла с тарелкой в руках Гвен. – Девочки не станут его бояться, если им все объяснить. Со временем и вовсе привыкнут и перестанут замечать ожог.

– Ты права, но Джоуи не слушает доводов. Просто закрылся у себя и носа из комнаты не показывает, – печально изрекла Эбби, а затем громко крикнула, – все готово, садитесь за стол!

Сестры и братья, как по команде, начали стягиваться к столу. Гвен с задумчивым видом поставила тарелку и опустилась на стул.

– Помолимся, – проговорил Нейтан, когда все окончательно расселись. Сложил руки и прикрыл веки, дожидаясь полной тишины.

Домочадцы последовали его примеру. Гвендолин не была религиозна, но из уважения опустила локти на стол, сцепила пальцы в замок и закрыла глаза.

– Всевышний, благодарим Тебя за дары, что Ты послал нам. Благослови и сохрани наших близких повсюду Своей любящей заботой. Твоей волею.

– Твоей волею, – повторили все хором.

После молитвы Эбби принялась нарезать румяный окорок и раскладывать его по тарелкам братьев, а затем и сестер. Гвен положила каждому по две больших ложки тушеных овощей.

– Так что, Гвендолин, ты все же остаешься с нами? – улыбнулся Фред, отрывая большой ломоть хлеба и принимаясь за еду. – Ребята на пастбище давали две монеты на то, что сбежишь.

– Останусь, – улыбнулась она в ответ, – раз уж ваш брат позволил. К тому же у вас тут очень интересно.

– Интереснее некуда, – хмыкнул Нейтан, – напомню, тебе придется работать, а не наслаждаться сельской жизнью.

– Одно другому не мешает, – усмехнулась Гвен, и все семейство дружно захихикало.

Всеобщего веселья фермер не разделял. Он сосредоточенно поглощал ужин и ни разу не взглянул на нее. Разумеется, он был не рад своему решению. Но забирать обратно свои же слова было поздно.

Гвен следила за ним исподтишка. Несмотря на то, что он всеми силами старался не выделяться: носил неприметную одежду, не щадил себя тяжелой работой, общался и держался в точности, как и прочие деревенские жители, Нейтан Холланд все же отличался от них. И дело было не столько во внешности. Отличие крылось в мелких деталях. То, как он держал спину, как управлялся с вилкой и сколь был аккуратен. Оно скрывалось даже во взгляде и в манере речи. Откуда все это было в нем? Или фермеру просто нравилось строить из себя благородного? Возможно, он подражал кому-то?

– Пойду отнесу ужин Джоуи, – сказала Эббигейл. Отложила салфетку и поднялась, принимаясь накладывать мясо, хлеб и овощи на тарелку.

– Тебе помочь? – тут же спохватилась Гвен.

Но та лишь мотнула головой, а затем молвила:

– Когда все закончат, пожалуйста, убери посуду.

***

Утро на ферме начиналось рано. Было еще только шесть часов, когда Нейтан спустился в гостиную. Он прошел на кухню, на ходу завязывая шейный платок, и оглядел помещение. После чего тут же спросил:

– А где Гвен?

– Еще спит, я решила разбудить ее на часик позднее, – сказала Эбби.

– С чего бы это? Она хотела работать наравне со всеми, так пусть знает, на что подписалась! – нахмурился тот.

С этими словами он развернулся и прямой наводкой двинулся в комнату Гвен.

Нейтан остановился возле комнаты Гвен и постучал три раза, но ответом ему была тишина. Тогда он постучал настойчивее:

– Гвендолин, уже шесть часов, просыпайся! Работа не ждет!

– Оставьте меня в покое, – раздалось сонное из-за двери, – я беру сегодня выходной!

– Она издевается? – нахмурился тот. Резко распахнул дверь и вошел в спальню.

Гвен лежала на боку, подмяв под себя вторую подушку, закинув ногу поверх нее. Хлопковая ночнушка бесстыдно задралась почти до бедра, обтянув округлые ягодицы. И фермер охнул от неожиданности, ужаснувшись подобному непотребству.

­­– Да кто так вообще спит? – пронеслось в его голове.

 Стараясь не глядеть на нее, Нейтан двинулся вперед, резко ухватился за простыню и вместе с ней сдернул Гвен с кровати. Та ойкнула и мгновенно раскрыла глаза, распластавшись на полу.

– Чего так грубо?

– Прости, нет времени любезничать, – отозвался Нейтан, глядя в сторону, – ты вроде обещала стать прилежным работником, но сама спишь!

– У меня нет в комнате будильника. А просыпаться на автомате я еще не научилась, – буркнула Гвен.

– Пожалуйста, поднимайся и помоги Эббигейл с завтраком. А позже вы пойдете в коровник.

– Я даже глаза разлепить не успела, – зевнула Гвен и пригладила взъерошенные волосы. – Красавчик, может сделаешь мне чашечку кофе для начала?

– Кофе? – Нейтан изумленно уставился на нее, но тут же отвернулся, вспомнив, что она в одной исподней рубахе. – И после этого продолжишь утверждать, что не из богатой семьи?

– А что, кофе у вас здесь такой дорогой? – искренне удивилась Гвен. – У нас он доступен каждому.

– Не знаю, где это чудесное место, но у нас все иначе. Пить кофе для таких, как мы, расточительно. Будь добра, умойся и оденься. Мы с Эбби будем ждать тебя на кухне.

С этими словами Нейтан развернулся и направился к выходу.

– Ну, тогда хотя бы чай? – с надеждой в голосе проговорила Гвен и усмехнулась, но тот уже вышел из комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь. – Вот же тиран!

Гвендолин поднялась, одернула перекрутившуюся сорочку и потянулась. Затем умылась в небольшой чаше, наполнив ее водой из кувшина, и утерла лицо тонким полотенцем. Долго выбирать одежду, как часто бывало, в ее мире, не пришлось. Здесь у нее было всего одно платье с чужого плеча. Гвен с жалостью оглядела его и, вздохнув, влезла головой в ворот.

Когда она вышла на кухню, там уже вовсю помогала Мэри.

– Доброго утра, Гвендолин! – сказала она, заметив ее.

– Доброго, – улыбнулась в ответ та. – Чем тебе помочь?

– Эбби просила порезать хлеб, пока я слежу за кашей.

– Хорошо.

Гвен прошла к длинному столу у окна, вытащила из-под полотенца еще горячий румяный хлеб и взялась за нож. В кухню вошла Эбби. В небольшой корзинке у нее были свежие яйца и листья салата.

– Уже взялась за дело? – спросила она, увидев, как Гвен орудует ножом. – Доброго утра!

– И тебе доброго, – зевнула та. – И почему вы встаете так рано?

– Чтобы успеть переделать основную работу до жары, – улыбнулась в ответ Эбби.

Гвендолин отложила нож:

– Ох, для меня это будет не просто.

– Если сомневаешься в своих силах, мое предложение отправиться жить в город все еще в силе, – раздалось сзади.

Гвен обернулась. У дверей, сложив руки на груди, стоял Нейтан.

– Что, и побухтеть нельзя? Сразу на дверь указываешь? – хмыкнула она.

Тот смотрел на нее пристальным изучающим взглядом. Словно пытаясь понять, сколько она действительно сможет продержаться.

– Не волнуйся, Гвен, когда станешь работать в полную силу, утром будешь просыпаться еще до петухов, а вечером засыпать сразу, как только твоя голова коснется подушки, – рассмеялась Эбби. – Всего пару недель, и ты привыкнешь.

– Даже не сомневаюсь, – подняла ладонь вверх та.

– Идем за стол, все готово, – подхватила тарелки Эббигейл, – девочки, подсобите мне.

Через несколько минут все семейство собралось за столом.

– Сегодня мы с Фредом займемся посевом клевера на нашем втором поле, – сказал Нейтан, оглядев братьев и сестер. – Олли, ты, как обычно, пасешь овец. Хэтти – коров. У Эбби полно работы по дому, поэтому Мэри и Гвен займутся всем остальным.

– А что буду делать я? – весело болтая ногами под столом, спросила самая младшая Энни.

– Будешь помогать мне, – улыбнулась Эббигейл.

С завтраком было покончено, и все разбрелись по своим делам. Мэри повела Гвендолин в коровник и показала, как следует доить коров. Гвен довольно быстро втянулась и была очень горда собой, когда ей удалось надоить почти целое ведро молока. Затем они отправились на скотный двор, нарубили корнеплоды и сено на корм. Наполнили кадки для свиней, лошадей и коров, убрались в курятнике, подоили коз.

Позже немного прошлись по грядкам и пропололи лук, редис и свеклу. После чего, наконец, вернулись в дом.

Эбби сортировала грязную одежду по цвету, разложив ее небольшими кучками на полу перед прачечной.

– Завтра день стирки, – пояснила она, не отрываясь. – Придется встать на час раньше, чтобы все успеть. Готовьтесь, девочки.

– О, ненавижу стирку, – простонала Мэри, плюхнувшись возле корзины.

– И мы будем стирать это все вручную? – изумилась Гвен, оценив масштаб работы.

Эбби оторвалась от дела и обернулась:

– Ну разумеется, а как еще? Если ты знаешь какой-то иной способ, я с радостью выслушаю.

– Не знаю, – покачала головой та, – навряд ли в вашем мире есть стиральные машины.

Эббигейл рассмеялась:

– Ого! Звучит как что-то очень нужное! Только скорей всего, найти такое можно лишь во дворце королевы.

– Сомневаюсь, что у нее они тоже есть, – усмехнулась Гвендолин. – На вашей лесопилке даже бревна пилят вручную.

– Что ж, это правда. Если верить твоим рассказам, технологические блага к нам придут еще не скоро. Поэтому будем справляться своими силами. Завтра в пять утра жду каждую из вас в постирочной.

Мэри и Гвэн переглянулись и вымученно рассмеялись. Эбби шутливо хлопнула их каким-то платком, после чего сказала:

– Мэри, неси нитки с иглой, нужно заштопать штаны Фрэда и Олли. А ты, Гвенни, возьми на кухне поднос и отнеси завтрак Джоуи.

Гвен удивленно распахнула глаза:

– Я?

– А что такое? Боишься?

– Нет, совсем нет, – мотнула головой Гвендолин, – просто я заметила, что это всегда делаешь ты. Он не будет против постороннего человека?

– Не будет, он хороший парень.

– Ладно, как скажешь, – Гвен поднялась и направилась в кухню.

На столешнице возле печи действительно стоял поднос с едой, накрытый куполом из свернутых газет, дабы защитить от мух. Гвен аккуратно убрала газеты, подхватила завтрак и направилась к лестнице. Эбби и Мэри молча проводили ее взглядом.

– Крайняя дверь слева, – подсказала Эббигейл, догадавшись, что Гвен замешкалась, не зная, в какую стучаться.

– Спасибо!

Мэри подала сестре шкатулку с принадлежностями для шитья и тихо молвила:

– Ты уверена, что ей стоит заходить к нему?

– Угу, Джоуи пойдет на пользу новое знакомство, – отозвалась та. – Возможно, ей даже удастся расшевелить его.

***

Гвендолин трижды постучала и, дождавшись ответа, вошла в комнату.

– Здравствуйте, меня зовут Гвен, я ваш новый работник, – сказала она, замерев на пороге.

У большого окна, прикрытого легкими нежно-голубыми занавесками, вполоборота к двери сидел молодой мужчина. Порыв воздуха, спровоцированный сквозняком, подхватил его длинные, чуть вьющиеся светло-русые волосы и отбросил назад, обнажая щеку. Джоуи тут же дернулся, ухватил несколько прядей и спешно прикрыл большой ожог, маскируя его от собеседницы.

– А где Эбби? – сухо спросил он.

– Она занята, поэтому попросила меня, – пояснила Гвен. – Я принесла твой... ваш завтрак.

Она запуталась, не зная, как обращаться к самому старшему члену семьи Холландов. С Нейтаном все было намного проще. Они сразу начали общаться на равных.

 В комнате было светло и уютно, но довольно просто. Односпальная кровать у окна, круглый стол и высокий комод. Несколько полок на стене, заставленных резными поделками из дерева. Вот и все, что здесь было.

– Благодарю, – отозвался Джоуи, – можешь обращаться ко мне на ты, я не против.

Гвен прошла в комнату и поставила поднос на стол. Затем качнулась на пятках, раздумывая, стоит ли подойти ближе к полкам. В конце концов, любопытство победило.

– Ух ты, какая красота! Это все ты сделал? – спросила она, разглядывая деревянные фигурки.

– Да, мне нравилось работать с деревом, – тихо отозвался он, и голос его наполнился грустью.

– У тебя настоящий талант! У нас бы за такое дорого заплатили, – совершенно искренне сказала Гвен.

– Из какого ты города?

– Из того, что очень далеко отсюда, – на этот раз грустной сделалась Гвен.

– Он дальше столицы? – Джоуи забылся на мгновение и чуть повернулся к ней. Гвен заметила, что на глазах у него бельма.

– Намного дальше. Так что я даже не знаю, найду ли дорогу домой, – вздохнула она.

 За окном весело заливались птицы. Крошечные пылинки кружили в лучах света. С полей доносилось лошадиное ржание, прерываемое редким мычанием коров.

– Ты случайно не дочь Сидов? – осторожно спросил он. – Больно уж говор у тебя чудной.

– Кого? – переспросила Гвен.

– Дочь волшебного народа. Эльфийка, быть может.

Гвендолин звонко рассмеялась:

– Да что ты! Какая из меня эльфийка? Я самый обычный человек, уверяю!

– А жаль, – вдруг улыбнулся он, – смех у тебя дивный. Похож на колокольчик.

– Зато полное отсутствие грации, – продолжала хохотать она, – знал бы ты, как я неуклюже танцую!

– У всех есть какие-то недостатки, – пожал он плечами.

Они замолчали, и в комнате повисла неловкая тишина.

– Значит, ты здесь затворничаешь? – спросила она немного погодя, прислонившись к столу.

– Ну, знаешь ли, не всем приятно смотреть на обожженную рожу, – хмыкнул он.

– Они не все, Джоуи. Они твоя семья и любят тебя таким, какой ты есть. Поверь, они очень переживают.

– Гвендолин, ты мне нужна! – послышался голос Эббигейл снизу.

– О, меня вызывают! – встрепенулась она, хлопнув ладонями по бокам, и шагнула к двери. – Рада была познакомиться, Джоуи.

– Это взаимно, Гвен, – он кивнул и отвернулся к окну.

– Знаешь, будет здорово, если ты спустишься к ужину, – сказала она. – Посидим, поболтаем все вместе. Я знаю кучу интересных историй. Тебе понравится, обещаю!

Джоуи замер, огорошенный таким предложением. Не зная, как реагировать.

– Ну все, до встречи! – выпалила Гвен и стремительно скрылась за дверью, чтобы он не успел возразить или отказаться.

***

Нейтан и Фред вернулись в полдень, чтобы передохнуть и пообедать.

– А где Гвен? – первым делом спросил Нейтан, не обнаружив новой работницы.

– В сарае для сена уснула! – хихикнула Энни, и Мэри тут же прикрыла ее рот ладошкой. Но было поздно.

– Что значит уснула? – ахнул тот.

– Я так нагрузила ее работой, что она с непривычки утомилась! – поспешила успокоить его Эббигейл. – К тому же она рано встала.

– Это не делает ее особенной, – нахмурился тот, – она заверила меня, что не будет отлынивать. И что же получается?

– Нейтан, не будь так строг! – поджала губы Эбби.

– Вот уж нет! Она не будет прохлаждаться, когда другие трудятся.

С этими словами он развернулся и быстрым шагом направился к сараю. Резко распахнул дверь и вошел, намереваясь обругать нерадивую работницу, но замер, увидев безмятежно спящую Гвен.

Гвендолин мирно спала на копне сена, положив руку под голову. Темные волосы ее разметались в разные стороны, алые губы слегка приоткрылись. Судя по всему, ей было жарко – несколько пуговиц на верхней части платья были расстегнуты. От движений во сне ворот распахнулся сильнее, чем позволяли приличия, обнажая полоску светлой кожи и соблазнительную ложбинку на груди.

Она была такой безмятежной и беззащитной, что все слова, которыми хотел обругать ее Нейтан, застряли в горле. Он смотрел и не верил, что еще день назад этот ангел самым невыносимым образом спорил с ним, борясь за право остаться на ферме.

Нейтан застыл посередине сарая, не в силах отвести взгляда от спящей Гвен. И когда осознал это, немедленно устыдился и испугался собственной слабости. Нет, он не должен даже думать о ней. Не в его положении.

Он было собрался тихо уйти, как вдруг спохватился. Что, если кто-то из братьев зайдет сюда и увидит ее в таком виде? Это немыслимо. Нужно срочно запахнуть ворот.

Нейтан бесшумно приблизился и склонился над Гвен, протянув руку. И только его пальцы коснулись пуговиц, как она резко распахнула глаза. Несколько секунд они смотрели друг на друга, после чего фермер испуганно отпрянул.

– Ты что творишь? – сонно спросила она, приподнимаясь на локте, от чего ворот платья распахнулся еще сильнее. – Не уж-то лапал меня?

– Нет, что ты! – выпалил Нейтан, выставив ладони вперед, словно защищаясь. – Я лишь хотел поправить твой воротник. Он… разъехался.

– Серьезно? А мне вот кажется, что все-таки лапал.

– Говорю же, нет! Я бы не посмел! Это недостойно джентльмена.

– Выходит, только пялился на меня? – проговорила Гвен, и на губах ее расцвела нахальная улыбка. – И как, понравилось?

Нейтан вспыхнул от ушей до пят, развернулся и пулей выскочил из сарая. Пронесся по двору, влетел в дом и, не говоря ни единого слова сестрам, что накрывали на стол, вбежал на второй этаж. Вошел в комнату и громко захлопнул за собой дверь. Затем упал на колени перед кроватью, сложил руки в замок и прикрыл глаза:

– О, Всевышний! Молю тебя, прости своего недостойного сына! Ты послал мне нелегкое испытание, так прошу же, дай мне силы совладать с собой и не поддаться на коварные уловки!

– Нейтан, а где Гвен? Ты вроде пошел за ней? – послышался изумленный голос Эбби за дверью.

– Пошли за ней Мэри или Энни, мне нужно срочно помолиться! – отозвался он, не раскрывая век.

– Хорошо, – слегка удивленно ответила Эббигейл, потерла ладонью лоб и пошагала в гостиную, тихо приговаривая на ходу, – что это с ним такое?

Нейтан молился четверть часа, проговорив все молитвы, какие только знал. В конце концов, самообладание вновь вернулось к нему. Тогда он поднялся, оправил шейный платок и спустился вниз.

Домочадцы уже собрались за столом, терпеливо ожидая его появления. Гвен тоже была там. Она смотрела на него пристально, с долей ехидства, точно сжимала в руках ключ от его репутации.

 Действительно, если Гвен разболтает о том, что произошло в сарае, это выставит его перед семьей не в лучшем свете. Однако это отразится и на ней. Поэтому оставалось надеяться, что Гвендолин будет благоразумна и сохранит произошедшее в тайне. В конечном итоге, он ведь не хотел ничего дурного!

Нейтан вновь напустил на себя строгий вид и уселся за стол.

– Давайте поедим поскорее, нужно еще Олли и Хэтти отнести обед, – проговорила Эббигейл, разливая по тарелкам похлебку. Те двое по-прежнему оставались на пастбище и должны были вернутся только к четырем часам.

Гвен помогла Эбби разложить еду и так же безмолвно вернулась на свое место.

– Как обстоят дела с посевом клевера? – поинтересовалась Мэри у братьев.

– Отлично, – подхватил Фред, принимаясь орудовать ложкой, – мы засеяли больше половины. Думаю, сегодня закончим. Повезло, что погода стоит сухая. Почва рыхлая, то, что надо!

Этой зимой Фреду исполнилось девятнадцать. Он был молод, горяч и полон планов на счастливую жизнь. В отличие от большинства, Фред не любил длинные волосы и стригся довольно коротко, от чего темно-русые волосы его порой смешно топорщились в разные стороны.

Он уже дважды заговаривал о женитьбе, одна из девиц Милтонов, Бэтси, очень нравилась ему. Однако Нейтан просил обождать с этим еще пару лет. Сейчас у них просто не было лишних средств на постройку отдельного дома. А жить с семьей жениха Бэтси наверняка откажется. Такое и не приветствовалось. Остаться в коттедже предстояло жене старшего из братьев. И так как Нейтан был главой семьи, именно его супруге предстояло стать хозяйкой фермы.

Самому младшему из братьев Олли было шестнадцать. И он был полной противоположностью Фреда. Тихий и скромный, но очень смышленый малый. Любое дело было ему по плечу. И черепицу положить, и стену в доме отштукатурить, и плуг с забором починить. А еще Олли был лучшим пастухом в деревне. За все время не позволив потеряться ни единой овце.

После обеда, обождав еще около часа, Нейтан и Фред вновь отправились на поле. Солнце стояло еще высоко и припекало довольно сильно, но у них не было возможности переждать. Нужно было управиться с посевом до темноты. Благо их головы и глаза хорошо защищали шляпы с широкими полями. Была только середина мая, но погода в последние две недели стояла по-настоящему летняя. Впрочем, ничего удивительного для их местности.

Братья вернулись домой в ранних сумерках. Скинули сапоги в прихожей и прошли в гостиную. Все семейство было уже в сборе. В ожидании ужина они расположились на диване, о чем-то весело переговариваясь.

Нейтан скользнул по ним взглядом и замер, заметив сидящего по центру старшего брата Джоуи. Волосы его были заплетены в косички. Множество косичек. Длинные и тонкие, они покрывали всю его голову. Нейтан никогда не встречал таких чудных причесок. Но брата это, кажется, совсем не смущало. Кроме того, он улыбался!

Справа от Джоуи пристроилась Энни. Довольно хихикая, она игралась с его шевелюрой: то забирая получившиеся косы в хвост, то снова распуская их. По другую сторону от них расположились Хэтти и Мэри. Эбби сидела на низком мягком пуфе и вязала что-то крючком, а Гвен и Олли восседали на мягкой шкуре возле дивана.

Гвен что-то рассказывала, красноречиво жестикулируя, и все с упоением слушали ее историю, даже не обратив внимания на только что вошедших братьев.

– И потом Годзилла такая: аррр! Я вас всех сожру! – донеслось до Нейтана. Гвен, изобразив руками страшные скрюченные лапы, схватила Энни за ногу. Та взвизгнула, подпрыгнула на диване и звонко захохотала. Хэтти, смеясь, прикрылась подушкой.

– Кажется, там происходит что-то интересное, – проговорил Фред. – Пойду умоюсь и присоединюсь к ним. Эй! – крикнул он, быстро проходя мимо. – Подождите меня, я тоже хочу послушать!

– Я спасу вас, леди Энни! – воскликнул Джоуи, шутливо прикрывая сестренку собой от вымышленного чудовища.

Нейтан не мог поверить глазам. Старший брат, который избегал общения с семьей долгое время, вел себя как ни в чем не бывало.

Эбби наконец заметила топчущегося у порога Нейтана, отложила вязание и приблизилась.

– Что происходит? – тихо спросил он, поглядывая на диван.

– Это какое-то чудо, – улыбнулась в ответ Эббигейл. – Гвенни попросила Джоуи присоединиться к ужину, и он сам спустился. Представляешь?

– Но как?

– Сама не знаю, – радостно пожала плечами Эбби. – Понятия не имею, что она такое сказала, чтобы он решил прервать затворничество. Возможно, он и сам давно хотел покончить с этим, да просто ждал повода.

Нейтан был удивлен. Нет, даже ошеломлен. То, сколь быстро Гвен удалось завоевать симпатии его семьи и сплотить их, восхищало. У нее явно был особый талант к этому.

– А что же девочки? – осторожно спросил Нейтан, взглянув на младших сестер.

– Они в порядке. Гвендолин поболтала с ними на кухне, и они восприняли появление Джоуи совершенно нормально.

– Удивительно.

– Ступай ополоснись и переоденься. Будем собирать на стол, – Эбби вытащила застрявшую в его волосах травинку. Ласково улыбнулась и вернулась к остальным.

***

Нейтан вошел в купальню и стащил перепачканную рубаху через голову. Быстро искупался, оттер руки от грязи и, накинув на плечи большое тонкое полотенце, направился в комнату. Пару секунд раздумывал, глядя на закрытую дверь, после чего все же задвинул защелку. Для верности. Хоть Гвендолин и сидела в гостиной, Нейтан не был до конца уверен в своей «безопасности».

Вытащив из комода свежую сорочку, фермер задумчиво уставился в зеркало. Из мыслей никак не выходил поступок Гвен. Как же ей удалось так быстро уговорить Джоуи? Какие слова она смогла подобрать? Он столько раз пытался заговорить с ним на эту тему, но каждый раз брат обрывал разговор и замыкался в себе.

Так и не найдя подходящего ответа, фермер переоделся, поблагодарил Всевышнего и спустился вниз.

– Это ты, Нейтан? – спросил Джоуи, повернув голову на звук, когда тот приблизился к дивану.  – Только у тебя такая легкая поступь.

– Да, – отозвался он. – Рад тебя видеть здесь.

– Как тебе моя новая прическа? – усмехнулся Джоуи. – Это Гвен заплела меня. Энни и Хэтти считают, что мне идет.

– Ты красавчик! Просто красавчик, братик! – воскликнула младшенькая и повисла у него на шее, заставляя всех рассмеяться.

– Да, тебе действительно очень идет, – улыбнулся Нейтан.

Джоуи похлопал сестренку по спине и поинтересовался:

– Как продвигается работа в поле?

– Все хорошо, движемся по намеченному плану, – вмешался в разговор Фрэд, прихватив из деревянной чаши горстку мелких сухариков.

– Как бы и я хотел вам помочь, – Джоуи вздохнул, опустив голову.

– О, не волнуйся, на ферме достаточно помощников, – заверил Нейтан, – к тому же, у нас появился еще один работник. – Он посмотрел на Гвен. – Сказала, будет работать за еду, так как платить мне ей не чем.

– Но, судя по голосу, ты не особо рад? – усмехнулся Джоуи.

– Скажем так, я не рассчитывал привечать наемных рабочих.

– Ага, даже хотел выгнать меня на улицу, представляешь? – пожаловалась Гвен. – Совсем не по-Божески.

– Согласен, – усмехнулся Джоуи. – Нейтан, на тебя это совсем не похоже!

– Я уже объяснял, почему собирался так поступить, – устало изрек тот, опустившись на стул.

– Да, да, все мы слышали эти отговорки, – подразнила его Мэри. – А Гвенни, между прочим, быстро втянулась, и в коровнике мы сегодня управились в два раза быстрее.

Джоуи протянул руку и безошибочно коснулся головы Гвен, одобрительно похлопав ее по макушке. Та рассмеялась.

– Быстро же вы переметнулись на ее сторону, – ворчливо отозвался Нейтан, скрестив руки на груди.

– Ага! Она тебе еще покажет! – хихикнула Хэтти.

– О, не сомневаюсь!

– На самом деле ваш брат не настолько суров, сколь хочет казаться, – насмешливо произнесла Гвендолин. – Знали бы вы...

Нейтану вдруг показалось, что она собирается рассказать о случае в сарае. Он испуганно дернулся и спешно выпалил:

– Довольно. Пойдемте за стол, мы с Фредом умираем с голоду.

К счастью, ужин прошел без происшествий. После они еще немного посидели в гостиной и, как только солнце скрылось за горизонтом, разошлись по комнатам.

***

На следующий день Нейтан и Фред вновь работали в поле. Сегодня им предстояло посеять горох и бобы. Время только перевалило за четыре часа, когда Нейтан вдруг почуял неладное. Воздух словно переменился. Он поднял голову, всматриваясь в горизонт. Над ними в сторону дома с громким криком пронеслась сначала одна, а затем другая стайка птиц.

– Что-то надвигается, – встревоженно проговорил Нейтан. – Нужно уходить.

– Чувствуешь перемену погоды? – нахмурился Фред.

– Да, и мне это не нравится.

Фред хорошо знал, что брат попусту болтать не станет, а потому тут же засобирался. Подхватил короб с семенами и побросал пустые ведра из-под воды в тележку. Они покинули поле, быстрым шагом направляясь к дому. С каждым их шагом погода стремительно менялась. Сначала солнце заволокло плотными тучами, а затем постепенно начал подниматься ветер.

По пути им встретились местные мальчишки, бредущие на поле, и Нейтан велел им немедленно возвращаться, чтобы предупредить жителей о надвигающейся буре.

Вернувшись на ферму, Нейтан первым делом велел крепко запереть сараи, хлев и коровник. Увести и спрятать животных со двора.

– А где Гвендолин? – спросил он, когда они с Эбби на пару принялись заколачивать окна курятника.

– Я отправила ее к кузнецу за новыми петлями для забора около часа назад, – отозвалась сестра, ловко орудуя увесистым молотком.

– А ты сказала ей, что сидеть и ждать там не нужно?

– Разумеется. Но, должно быть, ей стало интересно.

Они закончили с окнами, и Нейтан спешно отпер замок на погребе, что вплотную примыкал к коттеджу. Навстречу ему уже неслась Хэтти, сжимая в руках кувшин молока. Мэри вела под руку Джоуи.

– Полезайте в погреб и сидите там, пока ураган не стихнет, – скомандовал Нейтан.

– А как же ты? – едва не хныча, спросила Энни.

В ту же секунду с его волос резко сорвало шнурок, и длинные светло-пшеничные пряди подхватило ветром.

– Я пойду за Гвен в кузницу. И если не вернусь в ближайшее время, значит нашел, где укрыться. Не вздумайте идти за мной!

«…Она была такой безмятежной и беззащитной, что все слова, которыми хотел обругать ее Нейтан, застряли в горле. Он смотрел и не верил, что еще день назад этот ангел самым невыносимым образом спорил с ним, борясь за право остаться на ферме».

Нейтан, ворвавшийся в сарай и Гвен, спящая на сене))
(Платье слегка отличается от описания в книге, поэтому просто представим, что вырез у него не такой смелый)

Дорогие читатели, если вам нравится роман «Графиня и фермер», пожалуйста, поставьте лайк на странице книги и подпишитесь на меня. Буду вам очень благодарна!

Отдельное спасибо всем, кто комментирует! Вы заряжаете меня невероятным вдохновением.

Если хотите увидеть больше артов, информации о персонажах и мемов, переходите в мою группу ВК. Ссылку на нее вы найдете в блоке информации обо мне. Или можете найти ее по поиску: Kaster Castle

Приятного чтения! ;)

Получив задание от Эбби, Гвен шагала по широкой дороге к кузнице, что находилась почти на окраине деревни. Солнце еще не начало клониться к закату, но она уже чувствовала себя невозможно уставшей. Тело и руки с непривычки ломило.

Сегодня им с девочками пришлось подняться без четверти пять, чтобы помочь со стиркой. Занятие это было поистине изнуряющим и выматывающим. В кадку с бельем опускалась большая деревянная мешалка с «ножками» на конце, и прачки крутили ее до изнеможения, имитируя работу стиральной машины. Затем следовал этап кипячения, а потом все начиналось заново. Когда Гвен соглашалась остаться на ферме, то хорошо понимала, что ее ждет. И все же такой интенсивной работы никак не ожидала.

Да и Нейтан, чтоб ему пусто было, совершенно не щадил ее, сполна нагружая прочими заданиями. Должно быть, он надеялся, что тем самым спугнет ее и заставит уехать в город. Но Гвендолин была хуже сорняка. Отлично приспосабливалась и пробивала себе путь, несмотря на невыносимые условия.

– И почему этот красавчик такой злюка? – поморщилась Гвен, вышагивая по пыльной дороге. Она пнула с досады по мелкому камню, от чего тот улетел далеко вперед. – Он словно нарочно убивает к себе всю симпатию!

Вскоре Гвен оказалась в центре деревни. Спросила у местных, где разыскать дом кузнеца, и те любезно подсказали ей дорогу, указав на дом с красной черепицей. Туда она и направилась.

В кузнице работали двое мужчин. Один уже в возрасте и полностью седой, но все еще крепкий малый. Другой – молодой, темноволосый и широкоплечий. На вид ему было не больше тридцати. Гвен сразу признала в них отца и сына.

Она поздоровалась и быстро объяснила, зачем пришла. Затем передала старшему несколько монет и устроилась неподалеку, с интересом наблюдая за их работой. Завороженная огнем, она неотрывно следила за тем, как металл под действием температуры и удара молотка без труда сворачивается в дугу, словно масло. И настолько увлеклась процессом, что не сразу заметила, как у нее появилась компания.

Незнакомая девушка присела на бревно рядом с ней и спросила:

– Так ты живешь на ферме Холландов?

Гвен обернулась и нерешительно кивнула:

– Угу. Они недавно наняли меня.

При этих словах парень, работающий над ее заказом, поднял голову, смерив их угрюмым взглядом.

– Меня зовут Агнес, я сестра этого хмурого здоровяка, – расплылась в улыбке девушка и махнула рукой брату. Тот немедленно опустил голову и продолжил работу.

– А я Гвендолин, рада знакомству.

– У Холландов большое семейство, не думала, что они когда-нибудь станут нанимать других работников, – проговорила Агнес.

– Ну, все когда-то меняется, – пожала плечами Гвен, не собираясь вдаваться в подробности. Наверняка добытые у нее сведения потом с легкостью разлетятся по деревне. – Хозяину всегда виднее.

– И как тебе у них?

– Они довольно милые люди, так что не жалуюсь.

– О да, особенно Эббигейл, – улыбнулась Агнес, а молодой кузнец, ударив по железяке, вновь посмотрел на них.

Гвен усмехнулась:

– Да, она просто чудо. Но остальные тоже ничего.

– Слышала, что ты из города приехала, – продолжила сестра кузнеца.

– Так и есть.

– Какие-то неприятности заставили тебя сбежать в деревню?

– Нет, просто к природе потянуло, – расплылась в натянуто-дружелюбной улыбке Гвендолин. Черта с два она расскажет ей всю правду! Пусть даже и выглядела Агнес весьма безобидно. Как правило, такие тихони были самыми заядлыми сплетницами.

– У тебя такая красивая кожа. Никогда не видела, чтобы она была столь гладкой. Расскажешь, как такого добиться?

– Обязательно. Но как-нибудь в другой раз.

Уверившись, что ничего интересного из Гвен не вытянуть, Агнес, наконец, смирилась и развернула разговор в другую сторону. Заговорив на общие темы. Некоторые вещи в силу своей неосведомленности о сельской жизни, Гвен не совсем понимала, однако виду не подавала и усердно кивала.

Они сидели под большим навесом, поэтому не сразу заметили, как погода стала стремительно меняться.

– Гвендолин, вот ты где! – послышалось с боку. Она обернулась, удивленно уставившись на спешащего ей навстречу Нейтана. – Зачем сидишь здесь, когда могла вернуться за готовыми петлями позже?

– Не знаю, просто захотелось понаблюдать за работой кузнеца, – растерянно отозвалась она. – А что случилось?

– Вы что, не слышали, что буря надвигается? Нужно немедленно уходить в укрытие! – взволнованно проговорил Нейтан.

Гвен подняла голову к небу и ахнула, заметив через прореху в навесе сгустившиеся черные тучи. Агнес тут же подскочила с бревна и замахала отцу с братом руками, призывая закончить работу.

– Идем, нужно поскорее вернуться домой, – подхватил Гвендолин под локоть фермер, и уже собирался увести ее прочь, как их окликнули.

– Нейтан, вы не успеете добежать до дома, спуститесь в погреб с нами, – проговорил молодой кузнец, на что получил недовольный взгляд от отца.

Фермер хотел было возразить, но в ту же секунду по двору промчался такой силы порыв ветра, что почти сбил их с ног. Небо прошили яркие молнии, а вслед за этим раздался оглушительный грохот, от которого едва не заложило уши.

– Мы точно не дойдем до дома, – встревоженно произнесла Гвен, вцепившись ему в руку.

Ветер продолжал усиливаться. Нещадно гнул деревья, нес по двору песок, камни и мелкую стружку. Срывал с места предметы и швырял их в разные стороны. Если буря совсем разойдется, то вскоре на них может обрушиться что-то пострашнее цветочного горшка или пустого ведра.

Кузнецы уже заперли двери сарая и бросились к дому.

– Так вы идете или нет? – прокричал сквозь грохот молодой кузнец, изо всех сил удерживая дверь приоткрытой.

Нейтан прикрыл глаза рукой и двинулся вперед, заслоняя собой Гвен. Возвращаться на ферму было уже бессмысленно. Ветер нещадно бил в лицо, трепал волосы и одежду, норовил сбить с ног. С каждой секундой идти становилось все тяжелее.

Они уже почти подошли к крыльцу, когда над их головами промелькнули две оторванные от сарая доски.

– Нет! – воскликнул Нейтан, выставив руку, готовясь принять удар на себя. Но в этот момент, раскачивающееся дерево вдруг наклонилось и прикрыло их от удара своей густой листвой.

Доски ударились о ветви и отлетели, а затем, подхваченные порывом ветра, понеслись дальше по двору. Нейтан и Гвен заскочили в дом, и кузнец захлопнул за ними дверь, заперев сразу на два замка. Из погреба, что располагался в центре небольшой гостиной, показалась голова Агнес.

– Ну же, скорее! – воскликнула она, придерживая тяжелую крышку.

Все трое быстро спустились по деревянной лестнице, и Агнес задвинула засов. Внутри было прохладно. Пахло землей и деревом. У стены, оседлав один из ящиков, сидел старший кузнец. Возле него на полке потрескивала толстая свеча. Повсюду на грубо сколоченных стеллажах теснились глиняные горшки, банки из плотного темного стекла и жестяные коробки. Судя по всему, здесь хранились заготовки.

– Что это вообще за светопреставление такое? – немного погодя, спросила Гвен, опустившись на предложенный короб.

– Ураган, – вздохнул Нейтан, принимаясь вытаскивать из волос солому, мелкие ветки и щепки.

– И часто у вас здесь такое?

– Хвала Всевышнему, не часто, – произнесла Агнес. – Последний раз такая сильная буря прошла через нашу деревню, кажется, лет десять назад?

– Да, все так, – кивнул младший кузнец.

– Тогда король только избрал себе невесту и собирался жениться, – продолжила Агнес. – Тогда все решили, что это дурной знак. Не видать Его величеству счастья.

– Ты слишком много болтаешь, – недовольно оборвал ее отец.

– А что такого? Все об этом знают! – надулась та. – И вообще, все ровно так и случилось! Не долго они жили счастливо.

– Что это значит? – осторожно уточнила Гвен.

– Король вскоре почил, – произнес Нейтан, вытащил последний лист из волос, расправил спутавшиеся пряди пальцами и откинул их назад.

– И его трон заняла королева, несмотря на то что некоторые, как сказывают, были против, – подхватила Агнес.

Даже из погреба было слышно, как завывает над домом ветер. И как разрываются в небе один за одним раскаты грома.

– Дурной знак, – цыкнул из угла старший кузнец.

– Верно, Сиды прогневались и наслали на нас это ненастье, – поджала губы Агнес.

– Зачем им делать такое? – покосился на нее брат. – Мы чтим их традиции и праздники, следим за исполнением Договора. За столько лет ни разу ничего дурного не случилось.

– А вдруг что-то переменилось? – не унималась Агнес. – Вдруг кто-то нарушил Договор?

Гвен обхватила себя руками:

– Простите, но вы говорите об эльфах?

– Да, – тихо отозвался фермер, – о волшебном лесном народе.

– Ты это всерьез?

Агнес нахмурилась:

– А ты что же, никогда не слышала о них?

О, разумеется, она знала об эльфах. Из сказок и фильмов. Но как об этом сказать, не вызвав лишних вопросов? Поэтому Гвен отрицательно мотнула головой.

– Вот странная! Из какого же города ты приехала, раз ничего не знаешь о них? О Сидах тебе любой ребенок расскажет!

– Хотите сказать, они не выдумка? – Гвендолин старательно подбирала слова, не желая навлечь на себя гнев деревенских.

– Разумеется, нет! – усмехнулась Агнес.

– И вы их встречали лично?

– Увы, они не всякому показываются. К тому же нас связывает Договор. Они не могут приходить на наши земли и вмешиваться в жизни людей. А если кто-то случайно забредет в их края, они обязуются вернуть заплутавшего людям.

Гвен вспомнила, как Джоуи недавно окрестил ее эльфийкой. Тогда это показалось ей не больше, чем шуткой. Но на деле оказалось, что деревенские и правда верят в лесной народ.

– Ладно, – подумала она, – можете верить во что хотите. Судя по всему, это всего лишь местная легенда, ревностно оберегаемая жителями. Людям просто нравится чувствовать себя особенными.

– Но как эльфы могут быть связаны с ураганом? – спросила она уже вслух.

– Все потому, что им подвластны силы природы. Они могут с легкостью наслать грозу или развеять тучи. Могут оживить погибшее дерево и даже заставить прорасти не взошедшие семена. Поэтому мы просим их благословить всходы весной и урожай осенью. Устраиваем в их честь пышные праздники, после чего относим дары к самой кромке леса со стороны Белой горы. И каждый раз по утру эти дары пропадают.

– Так может, зверье растаскивает? – нерешительно предположила Гвен.

Агнес хмыкнула:

– Что, и вино тоже?

И Гвендолин рассмеялась:

– Да кто их знает! Унюхал какой-нибудь медведь-пьянчуга малиновую настойку и прихватил с собой.

– Здесь не водятся медведи, – снисходительно проговорил Нейтан, взглянув на нее.

– Хорошо, хорошо, как скажете, – подняла руки в примирительном жесте Гвен.

Постепенно завывания ветра начали стихать. Затихли и раскаты грома. Молодой кузнец вызвался проверить обстановку и осторожно выбрался наружу. Но остальным велел оставаться на месте.

Гвен не знала, сколько они просидели в погребе. По ощущению, так все два часа. Оставалось надеяться, что ураган не нанес серьезного вреда деревне, и дома остались целы.

– Поднимайтесь, буря закончилась, – позвал кузнец, показавшись над погребом.

– Ох, какое счастье! – выдохнула Агнес.

– С домом все в порядке? – тут же спросил отец, задрав голову.

– Да, можно не беспокоиться. Но вот сарай, кажется, повредило.

Старший кузнец что-то недовольно буркнул и выбрался из погреба. Нейтан и девушки любезно уступили ему это право.

Когда Гвен выбралась наверх, то сразу подошла к окну. Было любопытно, что натворила стихия. На улице все еще было пасмурно, но дождь уже совсем стих. Повсюду валялись доски, хозяйственный инвентарь, камни. У ограды лежало вырванное с корнем дерево. Оно упало прямо на дорогу. Повсюду доносилось блеяние овец и лошадиное ржание.

Бедные животные. Должно быть, они перепугались не на шутку.

– Спасибо, что позволили укрыться у вас, – проговорил Нейтан и слегка поклонился хозяину дома.

– Не стоит, – буркнул в ответ тот и махнул рукой. – Всевышний, сколько же теперь предстоит работы!

Он распахнул дверь и вышел во двор.

– Что ж, нам тоже нужно возвращаться, – сказал фермер и направился к выходу. Гвен двинулась за ним.

– Нейтан, – позвал его младший кузнец и замялся, словно не зная, стоит ли произносить следующую фразу, – как там Эббигейл? Она в порядке?

Нейтан слегка удивился такому вопросу, но тут же взял себя в руки и слабо улыбнулся:

– Все хорошо, не беспокойся.

Тот кивнул и смущенно опустил взгляд. Нейтан пожелал им с сестрой доброго здравия, и они с Гвен вышли на улицу, зашагав вверх по дороге.

– Какой ужас! Ты только взгляни, что натворил этот ураган! – проговорила она, оглядываясь по сторонам. Повсюду валялись обломки досок, деревьев, у одного из домов лежала полностью развалившаяся телега, у другого весь двор был завален сеном. Причиной тому стала пробитая крыша в сарае. И то были лишь видимые разрушения. Другие последствия бури предстояло узнать позже.

– Да уж, многое придется восстанавливать, – вздохнул Нейтан.

– У вас в доме тоже есть погреб?

– Не в доме, рядом с ним.

– Надеюсь, ребята успели спрятаться, – сказала Гвен, перешагнув лежащую на дороге скамью.

Нейтан тут же остановился, подхватил ее и оттащил в сторону, уложив на обочину. Чтобы позже ее смог забрать хозяин.

– Кстати, а что такое произошло между Эбби и сыном кузнеца? – спросила Гвендолин, когда они продолжили путь.

– Ничего, что требовало бы твоего внимания, – буркнул в ответ Нейтан.

– Ясно, опять какая-то вселенская тайна! – хмыкнула она.

– Здесь нет никакой тайны. Но если ты уважаешь Эбби, то обходи стороной эту тему и ничего не расспрашивай. Не делай ей больно.

Гвен на мгновение растерялась, не зная, что сказать. Должно быть, там крылась очень неприятная история для их семьи. Разговоры о которой они теперь тщательно избегали. Не потому ли папаша-кузнец смотрел на Нейтана с неприязнью?

Что ж, Гвен не из тех, кто лезет, куда не следует. Если он просит ничего не расспрашивать, так тому и быть. В конце концов, если он сочтет нужным, то сам потом все расскажет.

– М-да, ваша деревня весьма интересна, – снова заговорила она, переводя тему, – умудряется сочетать в себе не сочетаемое.

– О чем это ты? – Нейтан взглянул на нее и заправил за ухо длинную светлую прядь, выбившуюся из наспех завязанного хвоста.

– Вера в мифических существ и Бога, – пояснила Гвен.

– И что в этом такого удивительного?

– Но это же странно! Как можно сочетать веру в волшебный народ и Всевышнего? Вы поклоняетесь одним и возносите молитвы другому.

– Не вижу ничего странного. Здесь так жили веками.

– Возможно, ты прав. Когда несколько поколений подряд воспитывают с тем, что это нормально, ты просто не ставишь такой уклад жизни под сомнение, – согласилась Гвен. – А ты сам-то веришь в эльфов?

– Скажем так, я верю, что они существуют, – проговорил Нейтан, – но не думаю, что им вообще есть дело до людей. Для нас же эльфы олицетворяют силы природы, а мы, деревенские, тесно с ними связаны. Однако не исключаю возможности, что со временем традиция почитать их канет в небытие. Соприкосновение с их миром в наши дни сошло на нет.

– О, и потому религия вышла на первый план, – поняла Гвен.

Нейтан кивнул. Впереди уже замаячили крыши построек фермы, и он слегка ускорился.

– Эй, куда ты так спешишь? Я не успеваю! – воскликнула она. Идти в небольшую горку было довольно тяжело.

Нейтан обернулся:

– К слову, Гвен, никто не станет здесь под тебя подстраиваться. И уж тем более любезничать с тобой. Поэтому, если хочешь выжить, учись подстраиваться сама.

– Твои сестры и братья куда более дружелюбны. И приняли меня гораздо теплее. Они очень милые, а ты зануда! – недовольно пробурчала она.

– Я не зануда, а прагматичный человек, – недовольно покосился на нее Нейтан. – Управление фермой целиком лежит на моих плечах. Им невдомек, какие у нас расходы и проблемы. Я не посвящаю их во все дела.

– Уверена, даже знай они обо всем, то все равно были бы на моей стороне!

Нейтан закатил глаза. Оставшуюся часть пути они проделали молча. Когда они приблизились к воротам, навстречу им выскочили Эбби и Мэри.

– Вы как, в порядке? – обеспокоенно спросила старшая из сестер.

– Все хорошо, мы нашли место, где укрыться. Вернуться домой просто не успели бы, – пояснил Нейтан.

– Ураган был такой мощный! – воскликнул подоспевший Фред. – У хлева сорвало крышу, а еще вырвало из земли ограду на скотном дворе!

– Она была старой и давно требовала замены, – изрек фермер, – не удивительно, что она пострадала. В ближайшее время нас ждет много работы. Нужно сходить на поле, проверить посадки. Не вырвало ли их из земли.

– Тогда вы с Фредом ступайте туда, а мы с девочками пойдем на огород, – подхватила Эбби.

– Подождите меня, я с вами! – окликнул Нейтана Олли. – Только Джоуи в дом заведу.

Фермер махнул рукой, отдав безмолвный знак, что ждет его.

– Завтра в деревне все разговоры будут только об урагане, – сказала Мэри. – Наверно, и совет соберут.

– Оно и понятно, – вздохнула Эбби. – Такая напасть! Хорошо, Нейтан вовремя вернулся и предупредил нас.

Вскоре из дома вернулся Олли, и сестры с братьями разделились, отправляясь на проверку посадок.

Большой огород позади дома практически не пострадал. Буря обошла его стороной. Только немного присыпала грядки мусором и ветками. Девушки засучили рукава и принялись аккуратно расчищать их. Позже выяснилось, что в небольшой оранжерее, где росла клубника, крупным камнем выбило стекло, а несколько соседних пошли трещинами. В той, где росли томаты, обошлось без явных жертв. Разве что верхнюю раму слегка покосило.

Когда стало смеркаться, они вернулись в дом. А затем пришли и Нейтан с ребятами. Энни и Джоуи сидели на кухне и чистили картофель. Энни мастерски руководила старшим братом, подсказывая, все ли он счистил. Большая круглая миска перед ними была полностью заполнена.

– Вы что, решили помочь мне с ужином? – ахнула Эбби, узрев эту картину.

Джоуи кивнул:

– У вас столько забот из-за случившегося. Хотел быть хоть немного полезен своей семье.

– Не говори глупостей, мы бы, итак, управились!

Гвен придержала ее за руку и, выждав, когда Эбби посмотрит на нее, мотнула головой. А затем радостно проговорила:

– Ух, ты, Джоуи! Ты просто красавчик! Терпеть не могу чистить картошку, спасибо, что помог!

В ответ он расплылся в смущенной улыбке.

– Да, а я ему помогала! – гордо выпятила грудь Энни.

– Молодчина, – ласково потрепала ее по голове Гвендолин.

Эббигейл посмотрела на них и ласково улыбнулась. Она поняла намек Гвен о том, что не следовало упрекать Джоуи за инициативу. Ему важно было чувствовать себя причастным.

После ужина все, кроме Нейтана, собрались в гостиной. Энни и Хэтти вновь попросили Гвен рассказать какую-нибудь сказку, и та охотно пересказала «Кота в сапогах». Удивительно, что в мире, так похожем на ее собственный, об этой истории ничего не слышали. Когда она закончила, младшие принялись упрашивать рассказать еще одну, но Эбби строго велела всем расходиться по комнатам. Потому что на завтра им предстояло сделать много работы.

Все разошлись. Гвендолин допила чай, сполоснула посуду и уже собиралась идти спать, как вдруг из кабинета Нейтана донеслось:

– Эбби, это ты? Принеси, пожалуйста, воды.

Гвен поджала губы, раздумывая, как поступить. Эббигейл уже ушла спать, и она вполне могла проигнорировать просьбу, адресованную не ей, но что-то внутри не позволяло так поступить.

Она наполнила кружку водой и направилась в кабинет. Вошла внутрь и едва не ахнула, увидев множество полок с книгами. Нейтан сидел за массивным столом у окна и читал какую-то книгу. Слева от него стоял простенький канделябр с тремя свечами. Гвен хмыкнула про себя:

– Какое расточительство, тратить столько свечей для чтения! Где его хваленая экономность?

С этими мыслями она шагнула вперед и поставила кружку на стол. Фермер повернул голову и удивленно вскинул брови:

– Я думал, что придет Эбби.

– Она уже ушла спать. Это я была на кухне.

– Вот как, – проговорил Нейтан. – Спасибо.

– Как необычно, – Гвен отошла от стола и принялась рассматривать книжные стеллажи.

– Что именно?

– Не ожидала, что у тебя столько книг, – хмыкнула она и тут же добавила, – что ты вообще читаешь.

– По-твоему, раз я занимаюсь земледелием, так обязательно безграмотный? – недовольно буркнул Нейтан.

– Нет, но согласись, образованный крестьянин довольно редкое явление, – не отрывая взгляда от изучения полок, изрекла Гвен. – На сколько мне известно.

– У нас многие в деревне умеют читать и писать. При церкви есть небольшая школа. Ее открыли восемь лет назад с позволения герцога Роджерса.

– Роджерса? – тихо повторила Гвендолин. – До чего знакомая фамилия. Помнится, так звали одного из моих коллег. – Она усмехнулась, вспомнив работу в кампании. – Интересно, как они там поживают? Наверно, были шокированы, когда обнаружили, что я пропала.

– Место, откуда ты пришла, сильно отличается от нашего? – спросил Нейтан.

Гвендолин печально вздохнула:

– Ты бы удивился насколько.

– Видимо потому ты такая странная, – хмыкнул он, отложил книгу в сторону и взялся за чашку.

– Неужели ты все же поверил, что я пришла из другого мира? Я думала, вы с сестрами считаете, что я повредилась головой!

– Ну, это многое бы объяснило, – пожал плечами фермер. – Так что я допускаю твою версию.

Гвен рассмеялась.

– И на том спасибо, – она приблизилась к столу и заглянула в открытую книгу. – Что читаешь?

– В данный момент справочник фермера. Ищу информацию как быть с поврежденными ураганом посадками.

– Какая скукота.

– Согласен, однако урожай кормит нас весь год. Нельзя быть столь пренебрежительным. Если тебе хочется почитать что-то интересное, посмотри на полке у стены, там есть книги о приключениях.

Гвен тут же оживилась:

– Не может быть, у тебя здесь и такое есть?

– Разумеется.

– А что насчет любовных романов? – Гвен обернулась, насмешливо выгнув бровь.

– Кажется, есть парочка, но не помню, где именно, – бесстрастно ответил Нейтан.

– Только два среди такого количества книг?

Фермер взглянул ей в глаза:

– Да, ибо считаю их неприемлемой литературой для молодых леди.

– Это еще почему? – усмехнулась Гвендолин, навалившись на стеллаж.

– Они формируют не верное представление о мужчинах у юных дев.

В кабинете царил полумрак, но Гвен показалось, что щеки его слегка покраснели.

– Да брось, это всего лишь истории! Твои сестры в состоянии отличить выдумку от реальности. Тебе не стоит решать за них.

– Я несу за них ответственность. В некоторых романах отношения поданы слишком фривольно. Это развращает душу, – поспешно произнес Нейтан и притянул к себе справочник, пытаясь вновь погрузиться в чтение.

Гвен захотелось подразнить его. Она медленно приблизилась и оперлась руками на стол, подавшись вперед. Чуть ближе, чем следовало.

– Не знаю, по мне, так еще ни одна сцена с пылким признанием и поцелуем не развратила душу. Скорее наоборот, дала представление о том, что о симпатиях следует говорить открыто. А не держать в себе. В надежде, что возлюбленный сам догадается о чувствах.

Нейтан взглянул на нее исподлобья, кашлянул и снова уткнулся в книгу:

– Гвен, я пытаюсь сосредоточиться, а ты мне мешаешь. Отложим все разговоры на потом. Иди спать.

Она отступила и улыбнулась:

– Тебя, оказывается, легко смутить.

– Я не смущен.

– Ага, то-то щеки покраснели, – рассмеялась она в ответ.

Нейтан резко захлопнул справочник:

– Гвендолин, ступай к себе в комнату!

– Уже ухожу, не вопи, – она примирительно подняла ладони вверх и направилась к двери, – сладких снов!

С этими словами Гвен выскочила в коридор, тихо трясясь от смеха.

***

Рано утром, когда все уже встали и готовились к завтраку, снаружи послышался шум и встревоженный гомон. Кто-то ударил несколько раз деревяшкой по ограде, а затем женский голос громко позвал:

– Нейтан, поди сюда! И работницу свою городскую прихвати!

Эббигейл выглянула в окно и нахмурилась:

– Кажется, Рут пожаловала. И ее верные подружки с ней.

Нейтан застегнул ворот рубахи и аккуратно повязал шейный платок:

– Интересно, что на этот раз?

– Не знаю, но их настрой мне не нравится, – отозвалась старшая сестра. – Еще и вилы прихватили.

– Что это значит? – осторожно спросила Гвен, прилипнув к окну рядом с Эбби. – Я не ослышалась, они про меня говорили?

– Рут и ее компания вечно чем-то недовольны, – отмахнулась та, – не беспокойся. Должно быть, опять какую-то глупость пришли высказать.

Нейтан оправил жилет и направился к выходу.

– Идем с ним, – махнула рукой Эбби, и они с Гвен вышли из дома.

– Доброе утро, дамы. Чем могу помочь? – спросил Нейтан, приблизившись к воротам. С той стороны на него воззрилось десять недовольных женщин. У одной из них в руке и правда были вилы, у другой – массивный окучник.

– Да где же доброе, когда вчера такое несчастье приключилось? – воскликнула Рут и потрясла вилами.

– Согласен, ураган был ужасен. Поэтому все мы должны сплотиться, чтобы побыстрее устранить его последствия, – сдержанно отозвался Нейтан.

– А может, для начала стоит устранить его первопричину? – визгливо молвила другая фермерша.

– Не совсем понимаю, о чем вы.

– Да вот же, позади тебя стоит, мерзавка! Из-за нее все и приключилось! – подхватила следующая женщина, махнув рукой в сторону Гвен.

Та изумленно хлопнула глазами и посмотрела на Эбби. В ответ Эббигейл подхватила ее под руку, всем видом сообщая, что в обиду не даст.

– Ты глянь на нее! Стоит, глазюками хлопает, будто и ни при чем! – грозно проговорила женщина с окучником в руке. – Приперлась на нашу голову!

– Я, может, чего-то не понимаю, но почему это вы возлагаете ответственность за ураган на меня? – нахмурилась Гвен.

– Гвендолин, Эбби, ступайте в дом, я и без вас разберусь, – проговорил Нейтан, смерив их суровым взглядом.

– Нет уж постойте! Меня тут в таком обвиняют, а я просто должна уйти? – хмыкнула Гвен и мягко освободилась от руки Эббигейл. – Как ураган может быть связан со мной? Вы в своем уме?

– Ясно как! – уставилась на нее Рут. – Своим появлением в деревне ты прогневала Сидов, и они наслали на нас бедствие! Ты должна немедленно уйти, пока не случилось чего похуже!

– Не ты ее нанимала, Рут. Не тебе и решать ее судьбу! – оборвал склочницу Нейтан.

– Ты что, встаешь на сторону чужачки из города? На мнение соседей тебе все равно? – снова возопила визгливая фермерша.

– Нет, ну что за абсурд? – ахнула Гвен. – Вы всерьез считаете, будто я способна призвать ураган? Не слишком ли много чести для одного человека? Никто в мире не может тягаться с силами природы!

– Она еще и дерзит! – пробасила тетка с окучником, взметнув его вверх.

– Ты должен изгнать ее, Нейтан! – безапелляционно заявила Рут.

– Это потому, что ты так решила? – лицо фермера оставалось строгим, не выдав ни единой эмоции.

– Уверена, все жители деревни со мной согласятся!

– Из-за урагана будет много работы на пару недель вперед. Предлагаешь мне лишиться ценного работника?

– Ох, Нейтан! Вот потому тебе в доме нужна хозяйка, а не работница! – покачала головой Рут. – Я ведь говорила жениться на моей дочери, она вынослива, что кобылица! Тогда и помощь посторонняя не понадобилась бы. Да и беды не случилось бы!

– Позволь мне самому решать, кого выбирать для жизни и нанимать для работы. До сих пор я прекрасно справлялся с этой задачей и советники мне не нужны, – отрезал фермер. – Расходитесь по домам и займитесь делами! Хватит сотрясать воздух.

На дороге показался взлохмаченный и запыхавшийся паренек лет девяти.

– Нейтан, Нейтан! Староста деревни собирает всех на совет. Велел тебя позвать! – воскликнул он, запрыгнув на нижнюю перекладину забора и ухватившись за штакетник.

– Хорошо, сейчас буду, – кивнул тот в ответ и взглянул на недовольных известием соседок. – Вы слышали, мне нужно идти.

– Но мы еще не все решили! – сказала та, что держала окучник.

– Пусть идет. Наверняка, староста тоже поднимет вопрос об изгнании девицы. За тем и собирает мужиков, – самодовольно хмыкнула Рут.

– Уверен, у старосты сейчас совсем иные заботы, – бросил Нейтан, отворил калитку и вышел на дорогу. Мальчонка-посланник уже улепетывал вниз по склону.

– Идем, Гвенни, – проговорила Эбби, разворачиваясь, – у нас много дел. Когда брат вернется, обязательно все расскажет.

Гвен кивнула, смерила соседок недобрым взглядом и поспешила в дом.

– Смотри, Эббигейл, не пожалейте, что взяли эту чужачку! Она вам еще много горя принесет! – крикнула им вдогонку Рут.

– А ты не каркай! – бросила через плечо Эбби, и они с Гвен скрылись за дверью.

***

Когда Нейтан вернулся домой, Эбби с девочками уже успели переделать уйму работы по дому, в хлеву и коровнике.

– Ну что там было? – первым делом спросила старшая сестра, когда он переступил порог.

– Вся деревня гудит из-за случившегося. Много домов пострадало, у некоторых на полях вырвало пшеницу с корнем, в огородах погибли посадки, – вздохнул Нейтан, присел на стул и осушил полстакана воды, что поднесла Хэтти. – Если не сможем исправить все в ближайшее время, нас всех ждет голодный год.

– Это ужасно, – ахнула Эббигейл. – А про Гвен что-нибудь говорили?

– Муж Рут и его дружок подняли этот вопрос, но местные быстро их успокоили. Ты даже не представляешь, кто за нее заступился, – Нейтан взглянул на сестру исподлобья. Он явно не хотел рассказывать об этом, но все же решил не утаивать правды. – Кузнец и его сын.

Глаза Эбби широко раскрылись от удивления. Она отшатнулась и отвернулась в сторону:

– Что, интересно, на них нашло?

– Сам не знаю, – пожал плечами Нейтан. – В любом случае нам это на руку. Староста велел больше не разносить вздорных слухов и сосредоточиться на восстановлении деревни. Так что все обошлось.

Гвен шумно выдохнула, опустившись на диван. Кто знает, чем бы все обернулось, если бы деревня выступила против нее единым фронтом. Но, видимо, судьба была к ней благосклонна.

С лестницы спустился Джоуи. В руке у него была аккуратно выстроганная деревянная трость. На днях Гвен рассказала ему, что такая вещь может сильно помочь при ходьбе, и он не замедлил воспользоваться советом.

– Пусть только попробуют еще раз прийти сюда и сказать что-то против Гвен! Я лично побью их палкой, – сказал он, приблизившись.

– Кажется, у тебя появился защитник, – хихикнула Мэри, подтолкнув Гвендолин плечом.

Та рассмеялась в ответ.

– Не волнуйся, брат, никто из нас не даст ее в обиду, – проговорил Нейтан, бросив на работницу строгий взгляд. – Сейчас ее помощь действительно необходима.

– Я тоже хочу помочь вам, – сказал Джоуи, опершись на руку Эбби. Она подвела его к дивану. – Не могу больше висеть бесполезным грузом на шее.

– Это не так, брат. Пожалуйста, не волнуйся, мы со всем управимся, – заверил его Нейтан. – Лучше побереги силы.

Гвендолин с Эбби переглянулись, и последняя тут же сказала:

– Поможешь нам на кухне. Там всегда есть что делать.

Лицо Джоуи просияло. Нейтан несильно хлопнул ладонями по коленям и поднялся:

– Мэри, замени Фреда на пастбище, он мне понадобится на пшеничном поле. Как только закончим, возьмемся за починку крыши хлева.

– Хорошо, – отозвалась она и тут же принялась собираться.

Следующие два дня семья фермера работала не покладая рук, с рассвета и до заката. Гвен помогала как могла. Она доила коров, что с каждым разом получалось у нее все лучше и лучше, собирала яйца в курятнике, подготавливала корм для скота. Затем помогала Эбби на кухне с готовкой, после чего они вместе с Джоуи вычищали кастрюли от нагара и мыли посуду. Теперь Гвен понимала, что значило вырубаться прежде, чем голова касалась подушки. Спала она крепко и почти без снов.

На третий день Эббигейл решила порадовать семейство чем-нибудь вкусненьким и замесила тесто на пирог с малиной. За ягодами она отправила Гвен, предварительно указав, где их собирать.

Та углубилась в лес по широкой, хорошо протоптанной дороге и без труда нашла малиновые кусты. Погода стояла прекрасная. Сквозь листву пробивались теплые лучи солнца, над головой заливались птицы. Что-то напевая себе под нос, Гвен принялась обрывать ягоды, наполняя небольшую корзину.

Внезапно откуда-то сбоку послышался странный звериный крик, а затем знакомый голос воскликнул:

– Ну же, давай, выбирайся! Вот же упрямый!

Гвен замерла, медленно повернувшись на звук, и тихо произнесла:

– Это что, Нейтан? Что он нам делает?