Гроб

С целью разобраться, что же на самом деле произошло, упорядочить мысли и избавиться от переживаний, пожалуй, и пишу этот текст.

В апреле ритуальное агентство, где я работаю девять с половиной лет, открыло новую точку. Поспешил туда перевестись, так как филиал удобно расположился всего в двух километрах от дома. В тёплую погоду за радость прогуляться пешком. Километр прямо, поворот налево, еще пятьсот метров шагом, затем направо и вот офис – на первом этаже жилого дома.

Не могу сказать, что работу я обожаю, но продавать у меня получается. Да и спрос есть всегда. Люди умирают – это нормально, это часть жизни. Куда без смерти?!

Похоронным агентом становиться я не хотел. Бегать с чемоданчиком по квартирам покойных, держать связь с полицией, моргами, скорой помощью – не моё. Я больше по товару.

После майских праздников офис уже полностью заполнили гробами, урнами для праха, венками, подушками. Руководство посчитало, что разгружать всё это в выходные дни было бы перебором. Жильцы дома и так не рады новому соседу.

Хотя были и те, кто говорил:
– О, теперь далеко идти не надо будет! Ну хоть не очередная аптека иль пивнушка.

Стоя на крыльце с сигаретой в зубах, любил подслушивать. Мнения были разные.

Работали мы в сменном графике. Два через два. Сменщицей была Надя. Она была старше меня лет на пять. Мы с ней пересекались редко, да и оборудованное место в офисе было одно. Общались через цветные стикеры, которые прикрепляли на крышку ноутбука. Созванивались только по важным вопросам.

11 мая утром я обнаружил в одном из посланий Надежды следующее: «Вчера заходил странный тип. Сказал, будет делать заказ только у мужчины!»

Я смял оранжевую бумаженцию и отправил в мусорный бак. До вечера посетителей не было вообще. В основном занимался рутиной и уже имеющимися заказами.

Где-то в 19:40, то есть за двадцать минут до закрытия, когда я уже мыслями был дома, зазвенели колокольчики на входной двери. На пороге появился невысокий, я бы даже сказал, маленький мужчина. Он мне чем-то напомнил «Пингвина» – персонажа из фильма «Бэтмен». Толстый, в мешковатой одежде, с длинными волосами по бокам, но лысиной по центру. Еще у него был острый длинный нос с большими ноздрями и какие-то нетипично блёклые брови.

– Уже закрываетесь? – спросил он сиплым голосом.

– Да нет. Еще двадцать минут работаем. Если будем оформлять заказ, то, конечно, я останусь и всё сделаю! – уточнил я и открыл ноутбук. – Что у вас?

– Дело вот в чем… – сказал он, проходя вглубь офиса и озираясь по сторонам. Мне даже показалось, что он боится гробов. – Подскажите, вы же изготавливаете гробы на заказ?

– Да, конечно. У нас есть несколько каталогов от производителей. Разные варианты. Можете ознакомиться здесь или на нашем сайте! – я протянул ему два глянцевых журнала.

– Превосходно! – улыбнулся он, оголив черные кривые зубы. – Посмотрим-посмотрим! Я могу их взять с собой?

Такой вопрос прозвучал впервые за все годы работы в похоронном бизнесе.

– К сожалению, нет. Но на сайте есть электронные…

– Жаль-жаль! – перебил меня он. – Ну ладно. Я, пожалуй, зайду завтра. Вы же завтра будете?

– Да! – машинально ответил я и добавил: – Кхм, а подскажите, что примерно хотите заказать? Я могу помочь с выбором!

– Мне нужен очень длинный и очень узкий гроб. Но поговорим об этом потом. Нужно успеть вернуться к полуночи! Всего доброго! – уже на пороге, ответил он и ушел.

– Млять, мудак! – шепотом бросил я, посмотрел на часы и поспешил из офиса.

Всю ночь собирал простынь под себя, плохо спал. Весь был в липком поту. Холодно и жарко одновременно. Снился странный вечерний гость, которому я не придал значение, списав его странности на весеннее обострение.

В моем кошмаре мы выбирали мне гроб, и я – обладатель весьма обычных пропорций тела – никак не мог уместиться ни в один из них. То слишком длинный, но узкий, то широкий, но короткий. Но вроде бы один подошел. Я лег в него. Низкорослый мужик схватил крышку, навис надо мной, что я смог разглядеть волосы в его носу, и закричал: «Не подходит. Крышка не та! Дайте другую!»

И я проснулся. Было раннее утро. Принял душ, чтобы смыть безобразные сны в канализацию, и подумал, что заочно уже ненавижу этого мужика. Он обещал прийти.

Вторая смена прошла в полном одиночестве. Было пару звонков, несколько сообщений через сайт, и, к моему разочарованию, незнакомец, так и не пришел.

В районе 19:59 завибрировал корпоративный телефон. Я вздрогнул. Взял трубку.

– Привет! Ну как на новом месте? – это звонил Семен Викторович, наш главный. Суровый дядька. В «ритуалке» с девяностых. Поговаривают, что городские кладбища он знает лучше города. Еще перешептываются, что при дележке бизнеса его живым закопали, но Викторович каким-то образом выбрался, а в эту могилу своих обидчиков похоронил. Слухи. Перешептывания среди коллег.

– Обживаемся. Мало звонков, почти никого нет! – ответил я, прикидывая, сколько заработаю за месяц.

– Понял. Это… Я что звоню… Мы хотим круглосуточную работу сделать… Всех филиалов, не только в центре. Ты как на это смотришь? Или ночами по бабам шастаешь? Двойная оплата, если что.

Деньги были нужны. Ипотека сама себя не закроет.

– Я не против. А Надя что говорит?

– Ей еще не звонил. Ладно. Не будем рассусоливать! Жди. Дам отмашку, как график точно изменим.

Я положил трубку, перевел взгляд на дверь. На пороге мокрый и грязный стоял вчерашний гость, держа в руках отвалившиеся колокольчики.

Без какого-либо приветствия, сетуя на дождь и весеннюю распутицу, гость, опять озираясь на выставленный товар, прошел и сел полубоком на офисный стул напротив меня.

– Вы думали над моим предложением? – спросил он, уставившись глазами с красными капиллярами. Нос был покрыт мелкой сеткой сосудов – фиолетовой паутиной, словно какой-то паук, живший в нем, замышлял коварный план.

– Добрый вечер! Простите, но… Я вообще вас не понимаю. Какое предложение? Подскажите, что вообще происходит?

Я не мог допереть. Правда, не мог. Он покупает гроб на будущее? Вероятно, не себе? Родственнику? Умер кто-то или нет?

Мужчина улыбнулся. Тонкие сухие обветренные губы растянулись, как дождевые черви. Он еще раз окинул взглядом помещение и указал на красно-черный классический гроб, стоявший позади меня.

– Мне нужен примерно вот такой. Только очень длинный и очень узкий. Очень… длинный… и… очень… узкий! – медленно выговаривал он каждое слово, расставляя театральные паузы.

По офису запахло перегаром. Он не был пьяным. Скорее остаточное. Но воняло знатно. Я поспешил сделать кофе, чтобы хоть как-то перебить вонь. В помещении было душно и влажно.

Кружка. Две ложки растворимого, два кубика сахара. Кипяток из кулера.

– Кофе? Чай? Значит, говорите, очень длинный и узкий? – решил принять правила игры.

– Спасибо, откажусь. От кофеина в любом виде мне плохо! – ответил он. – Да-да! Вы меня правильно поняли. Примерно вот такой гроб. Как этот. Хорош. Только другие размеры нужны и еще несколько деталей. А можно посмотреть все варианты из ваших книжек?

«Книжек?!»

Я взглянул на него со спины. Черное пальто на несколько размеров больше, словно шатер закрывало шарообразное тело. С рукавов и подола капала вода, под стулом собиралась грязная мутная лужа.

«Придется мыть пол! Стул, скорее всего, сдавать в чистку. Предупрежу Надю. М-да уж!»

– Можете посмотреть каталоги, – предложил я, смотря на игру пара из кружки. – Я не тороплюсь. Пока дождь. Но, может, расскажите, что случилось?

– Я тороплюсь! – громко ответил незнакомец сиплым скрипучим голосом. – Мне нужно успеть к полуночи. Где ваши книжки?

Ох, вызывал он во мне бурю эмоций. С одной стороны, совершенно не зная, что на самом деле произошло, я должен был держать марку: вежливо общаться, быть сосредоточенным, не улыбаться и не усмехаться; с другой, мне казалось, всё это каким-то театром абсурда, розыгрышем местного городского сумасшедшего, пришедшего почти в восемь вечера в похоронное бюро. Вы бы только видели сего персонажа, листающего «книжки» с гробами, словно глянцевые журналы с голыми бабами.

– Вот этот ничего. И вот этот! Вот красивый. Этот, наверное, удобный! – пришептывал мужчина, не отрывая взгляд.

Распустив галстук и расстегнув верхнюю пуговицу, я вернулся за рабочее место.

«Пусть смотрит, пока пью кофе. Один хрен ливень и нет зонта!»

К траурному стилю в одежде я привык. У меня всё было черное, но всё же после рабочего дня переодевался, оставляя пиджак, брюки, рубашку и галстук в офисе. Casual как-то ближе к телу, удобнее, комфортнее. Да и взглядов на себе меньше собираешь.

– Если затрудняетесь с выбором, то можете посмотреть в интернете. А вообще, спрашивайте. Я просто не пойму, что конкретно ищете. Материал, дизайн, цена! – пытался я разговорить собеседника.

– У меня нет интернета! – ответил он, перелистывая страницы. – Вот такой нормально… такой… и такой!

Гроб нужен всем. Это же наша последняя «комната», где уже никто не побеспокоит. Никаких звонков, переписок, голосовых сообщений, клипов в соцсетях, новостей. Итоговый цифровой детокс. Небытие после такого «яркого и насыщенного» бытия. Ага!

В ритуальном деле не редкость покупки столь специфичных товаров на будущее. Как у нас шутят, на вырост, «похоронный шопинг», акция «приведи друга», «1+1=3». Черный юмор, но реальность. Цены-то растут.

– Можете сфотографировать и внимательно изучить дома! – я мягко поторапливал мужчину.

– У меня нет фотоаппарата! А у вас?

«Фотоаппарата? Может, он еще перерисовывать или переписывать будет?»

Он поднял голову и снова посмотрел мне в глаза. Неприятно. Пугающе. Отталкивающе. Пять секунд такой пытки – вечность. Я не знал, чего ожидать от «городского сумасшедшего». Может, в истерику впадет или бросится на меня с ножом.

– Я имею в виду сотовый… ну перефоткать страницы!

– Его тоже нет. Ничего у меня нет. Есть деньги на гроб. Ладно, я вернусь позже. Не буду вас задерживать.

– Нет-нет! Просто если затрудняетесь с выбором, то… Я имел в виду, что, если вы…

Но гость не дал мне договорить. Оставив после себя грязное пятно на черном стуле, отпечатки на полу и оторванные колокольчики, он ушел в дождь. Не оборачиваясь.

Закончив с уборкой и закрыв офис, я направился в бар. Домой не хотелось. Пусто. Одиноко.

Неоновая вывеска «Гоголь здесь! Моголь там!». Посетителей было немного. Я сел за барную стойку, поздоровался с барменом Коляном и заказал себе пиво с чесночными гренками.

– Слушай, у тебя бывает, что ты ни фига не понимаешь в ситуации? – спросил я, сделав глоток и убрав пену с верхней губы.

– Хах! Это мой девиз по жизни! – пошутил Колян, отмеряя нужное количество алкоголя в коктейль. Он знал, где я работаю, и привык к мрачным историям, странным вопросам. – Ты как?

– Да ко мне два дня подряд приходит какой-то, млять, дядька. Странный ппц. Хочет заказать длинный, но узкий гроб. Прикинь? Не говорит никаких параметров. Приходит. Листает каталоги и уходит. Ноль информации. Что? Куда? Зачем? Что случилось?

– А все говорят, куда берут гроб? Вроде это и так понятно! Товары у тебя, это самое, с ясно-понятным применением! – улыбнулся бармен в клетчатой рубашке и темно-синем фартуке.

Я захрустел гренками, макая их в соус.

– Ну не знаю. Конечно, сразу вижу: кто-то умер или берут на будущее. А тут ни черта разобраться не могу. Еще и эти его «очень длинный и очень узкий». Что значит узкий? Он же не футляр заказывает! – засмеялся я сам от своей шутки.

– Да у людей в башке всякое! Оно тебе надо – париться по пустякам! Уточни размеры, и всё. Мне кажется, братан, но сам жути нагоняешь. Главное, когда к тебе пришла семья и заказала гробы всем, то ты не так загрузился.

Он имел в виду случай, произошедший примерно год назад. Пришла семейная пара. С виду обычные люди. Но их заказ меня удивил донельзя. Они разом купили гробы всем – на всю семью, включая двух детей.

«Мы только не знаем, насколько сантиметров брать больше. На вырост же детишкам! – задумывались они, а я, простите, охреневал. Что значит на вырост? Это же не лыжные ботинки, в которые можно ваты положить. Они, когда это… собрались того? Все вместе, что ли? – В мире сейчас очень беспокойно, поэтому и берем сразу: себе, родителям, детям. А если детишкам не пригодится, то продадим через доску объявлений!»

Я в тот день под видом перекура вышел и позвонил Семену Викторовичу. «Мало ли надо было в органы опеки обратиться?!» – думалось мне. Но шеф сказал твердо и четко:

– Продавай. Не нашего ума, что люди с деревянной коробкой решили делать. На вырост так на вырост. Двойные, тройные, узкие, широкие, обитые бархатом или просто прямоугольник с гвоздями – про-да-вай и точка! Бизнес есть бизнес! Разговор окончен! – отчитал меня Викторович.

Алкоголь постепенно ударил в мозг. Сменили тему. Футбол, девушки, ипотеки, авто, прочие запары мужиков за тридцать. Бармен – он же у нас и за однокашника, и за психолога, и за лучшего друга. Но вместе с количеством выпитого и сказанного, во мне возрастало ощущение, что за мной кто-то следит.