Хочу в академию!

Где-то в междумирье…

 — Как ты могла допустить, чтобы у Хранительницы Источника родилась дочь?! Чем ты думала?

 — Женщине сложно одной среди кучи мужиков, брат, — лениво отозвался прохладный и мелодичный женский голос. — В этом Куп прав.

 — Куп прав? Куп прав?! Вы издеваетесь? — Теперь в мужском голосе прорезались полуистерические нотки. — А что теперь делать с желанием Хранительницы оставить Источник на дочь и самой путешествовать?! Я вас спрашиваю: что теперь с этим делать? — Ответом нервному мужчине стала тишина. — Молчите? А вы хоть помните о том, что Источник завязан на Хранительницу и ее мужей, а никак не на девчонку? И что бессмертие Хранительницы обусловлено лишь тем, что она надолго не покидает Источник? Вы хоть понимаете, что произойдет, если она все-таки покинет дом надолго и отправится путешествовать? А я вам скажу, что произойдет! Источник снова схлопнется и магии снова не станет, вот что произойдет! Мир все-таки погибнет! А вместе с миром погибнем и мы! Потому что больше некому будет возносить нам молитвы и приносить жертвы! Или вы забыли, что мы, боги, силу черпаем напрямую из молитв своих почитателей? Молчите? Ну, молчите и дальше, — мужчина уже начал успокаиваться, выплеснув всю свою ярость и негодование. Визгливые нотки из его голоса пропали. — Только тот бардак, что вы устроили, вам же и разгребать, понятно? Что хотите, то и делайте, но Хранительница должна забыть свое глупое желание путешествовать!

Если бы здесь были двери, то мужчина покинул бы своих собеседников, громко ими хлопнув. Но дверей в этом месте не было. Поэтому, дождавшись, когда остаточный след пребывания старшего брата рассеется в пространстве, женщина неприязненно скривилась ему вслед:

 — «Делайте что хотите!» — едко передразнила она. — А с твоими эрлингами, которые возомнили себя владельцами всего мира, тоже делать то, что мы пожелаем? Или они неприкосновенны? Куп, чего ты молчишь?

 — Думаю, — лаконично отозвался молчавший до сих пор мужчина и раздраженно поддернул смешные куцые шорты, топорщащиеся из-под слишком короткой для его комплекции туники. — С девчонкой можно решить все просто: она рвется в академию, учиться. Нужно ей помочь разорвать или хотя бы ослабить привязку к дому и Источнику. Она сбежит, и Хранительнице хочешь-не хочешь, а придется вернуться домой. А вот эрлинги…

 — Думаю, брату пора получить щелчок по носу, — желчно отозвалась женщина. — А его крылатых пора научить, что женщина не может быть вещью! Есть у меня одна идея… Пусть эрлинги почувствуют на собственной шкуре каково это — быть чьим-то имуществом! Идем, Куп, быстрее начнем, быстрее закончим!

И эта парочка тоже растворилась в безвременье, так, впрочем, и не заметив, что у их разговора был еще один свидетель…

Дом Хранительницы Источника магии…

В последнее время все почему-то было против меня. Я раздраженно сдула с лица выбившуюся из косы прядь и едва не потеряла равновесие, опасно пошатнувшись на верхней ступеньке лестницы. Да вот взять хотя бы эту проклятую книгу! Третий день перерываю библиотеку в ее поисках! И что? Гадкий гримуар обнаружился на самой верхней полке соседнего шкафа, тогда как я стояла на последней ступеньке передвижной библиотечной лестницы у другого!

 — Да чтоб тебя! — ругнулась себе под нос в сердцах. — Опять вниз, а потом наверх?

Смерив тоскливым взглядом длину лестницы, я невольно вспомнила, сколько раз за эти три дня я взбиралась и спускалась по ней. Нет, кто-то из высших точно надо мной издевается! И это еще хорошо, что мамы и отцов дома нет, а братьям особого дела до меня нет. Они заняты своими заботами. Иначе я бы точно не смогла всласть порыться в книгах в поисках решения своей проблемы. Мама и так в последнее время что-то подозрительно часто начала говорить о том, что меня пора отдать замуж, чтобы было на кого оставить Источник. А самой можно и в отпуск. Лет на пять. Она, видите ли, заслужила! А я? Я разве заслужила в восемнадцать лет надевать себе на шею пожизненное ярмо? А мама еще и посмеивается на мои возмущения, что я, дескать, просто не знаю, от чего отказываюсь! Что мне понравится! Ну-ну… Вот добуду гримуар, разорву привязку, и пусть тогда кого хочет, оставляет вместо себя. А я отправлюсь в академию. Учиться. Там, говорят, та-а-ак весело!

Смерив еще раз взглядом сначала лестницу и ощутив, как ноют усталые мышцы ног, я прикинула расстояние между шкафами. Хмм… Лазила же я по деревьям с братьями и их приятелями? А чем шкафы хуже?

Вскоре я уже практическим путем выяснила, что книжные шкафы и деревья в саду — это почти одно и то же. Правда, первым немного не хватает веток, сложно за них держаться. Но при наличии некоторой сноровки…

Входная дверь открылась в самый неподходящий момент. Когда я, заткнув за пояс юбку, висела в воздухе на уровне почти трех метров над полом, одной ногой упираясь в один шкаф, второй — во второй.

 — По-моему, Дарины здесь нет, — раздался в тишине ровный голос Филлипа, одного из старших братьев. Его я опасалась больше всего. Филлип был слишком уж проницательным, весть в папу Александра и деда. Но это и не удивительно. Даже я знала, что Филлип готовиться заменить деда и править вампирами. — Странная она какая-то в последнее время. Точно что-то задумала. И как бы это «что-то» не вышло боком всей семье.

Библиотека у нас была большая. За три дня я перебрала лишь половину книг. Но брат с пока неизвестным мне собеседником почему-то направился именно туда, где между шкафами висела я. Помянув про себя мамино любимое ругательство, я затаила дыхание. «Не смотри верх! Не вздумай посмотреть вверх!» — молила про себя. — «Я сегодня панталоны надела некрасивые. Длинные, детские, из плотной ткани, усеянные какими-то странными зверями с гибкой трубой вместо носа. Мама зверей называла слонами…» На секунду представила, что увидит брат, если поднимет вверх голову, и чуть не сверзилась вниз.

 — Да что она может задумать! — несколько пренебрежительно отозвался еще один мой брат, Грег. — Она же еще совсем девчонка! Всего восемнадцать лет! Небось, планирует, как уговорить маму взять ее с собой на осенний бал во дворец демонов! Дохлый и вонючий тролль! — вдруг выругался он, запнувшись об оставленную мной лестницу. — Опять кто-то лестницу не вернул на место! Сколько раз можно повторять: убирайте за собой! Фрай опять пойдет маме жаловаться на наше разгильдяйство! А мама опять схватится за хворостину!

Я вся просто заледенела, когда Грег схватился за лестницу и поволок ее в угол, на место. Нет! А я? Как я буду спускаться?..

Филлип хихикнул:

 — Тебе-то чего жаловаться? Уж кто-кто, а ты точно без проблем избежишь наказания! Перекинулся в кошака и был таков! А вернулся, когда мама уже остыла. Или спустила пар на ком-то другом.

 — Смеешься? — беззлобно проворчал в ответ Грег, вернувшись из того закутка, где обычно хранилась лестница. — А мне вот не смешно. Когда я в последний раз так поступил, мама сорвала злость на Эрване. А этот… демон потом изловил меня и всыпал в три раза больше, чем я мог получить от мамы! Так что нет. Уж лучше получить хворостиной по заду, будучи котом, через шерсть не так больно. Только обидно. Чем потом прятаться от братьев по углам. И вообще, хватит издеваться! Пошли лучше дальше, нужно Дарину найти! Она же не знает о гостях. Натворит чего-нибудь, потом будем вместе от мамы удирать вокруг дома!

Братья вышли. А я осталась один на один с проблемой: как теперь спускаться вниз?! Без лестницы-то!

 — Вечно ты, Дарка, вляпаешься в какие-нибудь приключения! — со злостью буркнула себе под нос. — И что теперь делать? Звать кого-то на помощь?

Представила на секунду, как во весь голос ору: «Снимите меня отсюда кто-нибудь!» вися между двумя шкафами. И поперхнулась воздухом. С моим везением на крик, скорее всего, прибежит не прислуга, а кто-нибудь из братьев. И тогда…

 — Нет уж! — буркнула сама себе. — Обойдусь! Сама как-нибудь спущусь вниз… Но сначала… — Я уставилась суженными глазами на книгу, из-за которой и оказалась в столь дурацком и компрометирующем положении. — Сначала надо тебя достать! А потом уже буду вспоминать, как лазать по деревьям!

Руки и ноги у меня уже устали. Но я все равно кое-как зацепилась правой рукой за один шкаф, а левой потянулась за книгой. От напряжения на лбу не по-аристократически выступил пот. И пара капелек даже упала на пол. Но книгу я все-таки достала! Теперь дело было за малым: отбросить гримуар подальше, чтобы в случае чего не приземлиться на него и не повредить, и самой как-то спуститься вниз. Потом провести обряд, и, прощай милый дом, ставший мне темницей! Здравствуй, академия! Ты скучала по мне?

Наверное, я своими насмешками прогневила кого-то из высших. Ничем другим свои неудачи объяснить не могу. Потому что как будто по чьей-то злой воле как раз в тот момент, когда я уже примерялась отбросить книгу подальше, дверь снова распахнулась, и в библиотеку кто-то вошел.

Я опять затаилась, костеря визитера всеми известными мне ругательствами. С опорой на одну руку я долго между шкафами не провишу! Да и вторая рука под тяжестью книги немеет. Это же гримуар! А не какой-то там слезливый любовный романчик!

Но, как оказалось, долго висеть мне было не суждено. Вновь вошедший в библиотеку вихрем промчался по ней, остановившись как раз подо мной, тяжело дыша и стискивая кулаки. Медом им всем здесь намазано, что ли? Я с откровенной опаской смотрела вниз на чужака. Этого парня я не знала. От всей гибкой фигуры застывшего подо мной парня веяло такой яростью и такой опасностью, что у меня невольно пальцы в домашних туфельках поджались. Кто он такой? Из тех, о ком говорил Филлип? Или вообще злоумышленник, пробравшийся в дом?

В это время парень подо мной вдруг резко развернулся вокруг собственной оси так, что длинная пепельная коса захлестнулась петлей вокруг его же шеи.

 — Террршшшарх-та! — с бешенством прошипел он. — За что?! — И с такой силой саданул кулаком по шкафу, что тот зашатался и начал падать. А вместе с ним и я…

Все произошло настолько быстро, что я не то что испугаться, даже понять, повезло мне или нет, не успела. Просто в один миг летела вниз на взбешенного и сыплющего странными ругательствами незнакомца в компании шкафа и гримуара, а в следующий миг уже лежала на спине в обнимку с тем же гримуаром. Хорошо хоть не шкафом. Шкаф с невероятным грохотом прилег рядом, забросав меня и тоже упавшего незнакомца рассыпавшимися книгами.

Несколько книг приземлились до крайности неудачно, уголками. Впрочем, пара синяков от несчастливо пойманных книг были не настолько страшны, как то, что сейчас на шум устроенного безобразия должны были сбежаться все, абсолютно. Начиная от прислуги, заканчивая братьями. Осознав размер катастрофы, я ткнулась лбом в пол и тихонечко завыла. Нашла, называется, гримуар, чтобы обрести свободу!

 — Хашшрст! Не ной! — вдруг раздалось раздраженно-отчаянное над головой. В следующий миг чьи-то руки без особых усилий оторвали меня от пола и поставили на ноги. — Не так уж ты и виновата! Это я был невнимателен! Не заметил, что в помещении производится уборка, помешал работе прислуги и устроил погром.

От удивления я перестала поскуливать и ошарашенно уставилась на странного парня, позабыв о надвигающихся проблемах. Прислуга?! Растерянно посмотрела вниз, на простенькое и старое платье, из которого я уже почти выросла, и в котором обычно играла с братьями в прятки, в саду. И поняла, что за хозяйку дома в этом наряде меня даже самый внимательный никогда бы не принял. Ну не ходят леди, даже юные, в потрепанных и бесформенных платьях с непознаваемыми пятнами на юбке! Но у меня просто не было выбора: братья не позволяли мне носить штаны. А в нарядных платьях даже последняя идиотка не станет лазать по шкафам в поисках гримуара! Да и попробуй в платье, похожем на клубничный торт, спрятаться за деревом! Но мама меня прибьет, когда узнает, в каком виде меня застал посторонний…

За дверью послышался пока еще неясный шум. Я скривилась от гадких предчувствий. Хорошо, если первым прибежит Филлип. Он, конечно, отчитает меня как ребенка. Но маме докладывать не станет. В отличие от некоторых он брезгует стукачеством. А вот если…

 — Все, — с безнадежной тоской вздохнул незнакомец, а я впервые повнимательнее глянула на него. — Госпожа теперь отправит меня домой, а потом запорет за такое неуважение к хозяевам дома…

 — Что? — ошарашенно выдохнула я, некрасиво его перебивая, отказываясь верить услышанному. И даже потрясла головой, еще больше взлохмачивая и без того растрепанную косу. — Что за глупости? В наше время не порют!

 — Чтобы ты знала! — мрачно отозвался парень. — Твое дело воевать с пылью? Вот и воюй! А у меня был только один шанс понравиться госпоже этого дома и вознести свой дом над другими, но я его бездарно профукал. Госпожа будет в ярости!

Госпожа, дом… Не род, а дом? Но дома же есть только у… дроу! Я посмотрела на парня другим, более внимательным взглядом. Длинные пепельные волосы затейливо заплетены, кончик толстой косы украшают какие-то острые металлические штуки. Такая же пепельная сероватая кожа. Слишком светлая для чистокровного дроу. Глаза красивой формы, но будто у альбиноса. Красноватые. Туника с каким-то затейливо вышитым на правом плече узором, явно тотемным, короткий меч у бедра.

 — А-а-а-а… а ты здесь зачем? — спросила осторожно, старательно отмахиваясь от дурного предчувствия. Неужели это то, о чем я думаю?

 — А твое какое дело? — вскинулся было парень. Но почти мгновенно сник: — Впрочем, какая разница! — безнадежно махнул рукой. — Госпожа хотела предложить меня в числе прочих кандидатов в супруги юной наследнице этого дома. Но теперь этому не бывать! Опять скажут, что Дом Кровавого Ручья не умеет достойно воспитывать своих сыновей…

У меня на кончике языка вертелся едкий вопрос. Но события начали выходить из-под контроля. Я даже рта не успела открыть, а огромные двери в библиотеку с грохотом распахнулись. Одна из створок от души шарахнула об стену, так что с потолка посыпалась мелкая белая пыль, другая — о комод, стоящий у входа. Ваза на нем опасно пошатнулась. А я внутренне застонала: на пороге, впереди двух дюжих лакеев, стояли Тайшер, сын папы Димаша, и Ивенсарт, сын папы Николаса. Последний уже даже частично покрылся чешуей. Если он обернется в доме драконом, то… маме точно будет не до меня!

 — Что здесь?.. — вопросительно начал Ивенсарт, его взгляд заметался между мной и дроу, брови взметнулись на лоб. — Дарина?! Ты что здесь делаешь? Тебя леди Матильда ищет по всему дому!

Я не собиралась устраивать публичных сцен. Честно-честно! Хотела только подразнить брата. Мама всегда учила сдержанности. Чем меньше твои враги знают о тебе, тем больше у тебя козырей против них. Но услышав, что меня искала вампирша, невольно скривилась. С губ сами собой сорвались слова:

 — Опять приехала сыночка своего сопливого мне сватать?

 — Дарина! Вампиры, тем более чистокровные, не бывают сопливыми!  — зарычал шокированный Ивенсарт, его взгляд метнулся на дроу. И это напомнило мне о существующей проблеме.

Замуж за дроу я не собиралась точно, но и не хотела, чтобы его из-за меня пороли, а потому улыбнулась с видом хорошенькой дурочки:

 — А мы тут книжечку доставали! И я слегка упала! Совсем чуть-чуть! — опустив глаза на разбросанные повсюду книги, я отчаянно покраснела. — Но я не ушиблась! Совсем-совсем! Меня поймал… — и тут я поняла, что имени нового знакомца не знаю. Это был провал.

Я почувствовала, что бледнею, и начала прикидывать, смогу ли грохнуться в обморок по примеру приезжавших к нам в гости эльфиек. Ивенсарт подозрительно прищурился, в упор глядя на меня. Тайшер, демонюка такой, ухмыльнулся, приваливаясь к дверному косяку и скрещивая на груди руки, будто в ожидании хорошего зрелища. Заговорил молчавший до сих пор дроу:

 — Не ругайте девушку! Она честно выполняла свои обязанности по уборке помещения! Это я виноват…

Дроу недоговорил. Просто не смог. Я закатила глаза, понимая, что все, мне каюк. Крышечка, как говорила мама. Вся конспирация родственникам Тайшера под хвост! Сейчас братья объяснят этому дурачку, кто я такая, потом выяснят, что я взяла гримуар, и отберут его. А вместе с ним и мой шанс попасть в академию!

 — Вот кто тебя тянул за язык! — проворчала я, косясь на дроу и прикидывая, как будет выглядеть со стороны, если я пихну его в бок. — Стоял себе, молчал… Ну и молчал бы дальше! Чего рот-то открывать? Зубы решил проветрить?

Лица вытянулись у всех троих. Но через миг дроу побагровел, а братья сложились от хохота пополам, там, где стояли.

Я все-таки от души пихнула дроу локтем под ребра, глядя на ржущих до слез братьев. Правда, больше пострадала сама. Торс дроу оказался настолько жестким, что я будто скалу локтем решила с места свернуть. Аж слезы на глаза навернулись. Но гордость не позволила потереть пострадавшее место или заскулить от боли. Ууууу, родственнички… Любимые. Все из-за вас, братики!

 — Обязанности… по… уборке!.. — задыхаясь и держать от смеха за живот, выдохнул Тайшер.

 — Честно выполняла!.. — вторил ему Ивенсарт.

Дроу ошарашенно разглядывал моих братиков, явно не понимая, как ему реагировать.

Видимо, я сегодня чем-то прогневила Высших. Глядя на великовозрастных болванов, которых мама оставила приглядывать за мной, и которых я собиралась бессовестно обвести вокруг пальца, я уже прикидывала, как можно отвлечь их внимание от меня и книги, которую я все еще сжимала в руках, когда из коридора за спинами братьев послышался мелодичный, до боли знакомый голос:

 — Ах вот вы где! Ивенсарт, Тайшер! Я что вас просила сделать? А вы что устроили? Где Дарина? Леди дома Ночных Теней долго будет еще ждать? — Хрупкая по сравнению с братьями вампирша протиснулась между ними. Но меня и дроу она пока еще не замечала, повернувшись к присмиревшим братьям лицом и потрясая в воздухе крошечным кулачком, который твердостью мог поспорить с вечными скалами: — Дождетесь вы у меня! Я сама займусь вашим воспитанием, будете у меня по ниточке ходить!.. Совсем от рук отбились! Говорила я Лане, что вас обоих давно пора женить! Тогда на глупости и дурость в голове места просто не останется… Марш отсюда! Чтоб через десять минут Дарина была в парадной гостиной! И в приличном виде!

Братья даже не подумали сообщить Мадлен, что я стою у нее за спиной. Просто молча воспользовались подвернувшимся шансом улизнуть от маминой лучшей подруги подальше. Льстиво поклонились вампирше почти в пол, попятились и почти мгновенно скрылись из виду. Мадлен вздохнула:

 — Распустила мальчишек Лана, никакого сладу с ними нет. А самое главное, — словно про себя пробормотала Мадлен, — что при ней они словно шелковые. Пакостят, только когда она этого не может увидеть. И сестру учат тому же. Хорошо хоть Лана согласилась, что Дарину пора отдавать замуж и пристраивать к семейному делу. Может, не до конца девочку испортили, и с нее еще будет толк…

Я от удивления и шока поперхнулась воздухом и закашлялась, выдавая то, что слова вампирши слышали посторонние.

Мадлен медленно, очень медленно, но неотвратимо как рок повернулась к нам с дроу лицом. Скользнула взглядом по мне. Потом по дроу. Потом — по устроенному нами бардаку. Темные глаза Мадлен полыхнули яростным пламенем, и я невольно сделала шаг назад. Все, вот теперь мне точно хана! С Мадлен даже Филлип, хоть и ее будущий правитель, тягаться не мог. Слишком разные весовые категории.

 — Дари-и-ина, — преувеличенно-ласково протянула вампирша. — Вот ты где, моя девочка! А я тебя ищу по всему дому… — Я поежилась. Начало не предвещало ничего хорошего для меня. — И что ты здесь делаешь? Решила познакомиться с кандидатами в приватной обстановке? А библиотеку зачем разгромила? Лорд из Дома Кровавого Ручья не понравился?

Все! Теперь точно капец! Полный и всеобъемлющий! Сейчас она спросит у меня, что за книгу я так нежно прижимаю к груди, узнает, что это гримуар, отберет его, и прощай свобода! Я невольно сухо всхлипнула, делая еще один крошечный шажочек назад.

 — А что это за книга у тебя, моя дорогая? — так же ласково поинтересовалась вампирша, глазами обещая мне все кары этого мира. А Мадлен это умела.

Я уже мысленно прощалась с гримуаром и со свободой, когда вдруг заговорил дроу:

 — Леди, — он сделал шаг вперед, невольно загораживая меня спиной, и низко поклонился. Я захлопала глазами. Ни отцы, ни братья так не умели. — Боюсь, что вы ошиблись. Разгром библиотеки — это моя вина…

Хотела бы я видеть в этот момент лицо вампирши! Но увы. Во-первых, ее от меня загораживал дроу, во-вторых, пользуясь тем, что она не может меня видеть из-за широкой спины любителя порки, я торопливо запихала гримуар на полку с детским сказками, которые в этом доме читать уже было некому. Или еще некому. А потом торопливо схватила взамен первую попавшуюся книгу оттуда же, обхватила ее как самую близкую подругу и преданно захлопала ресницами. И вовремя. Мадлен надоело происходящее. Решительно вколачивая в пол тонкие и высокие каблучки, она подошла к дроу, отодвинула того в сторону как книжный шкаф и уставилась на меня:

 — Дарина? — Обманчиво-вкрадчивый голос вампирши сулил такие неприятности, что я невольно занервничала. — Детка, ты мне так и не ответила: что у тебя за книга? Ну-ка, покажи!

 — Леди, — снова встрял между мной и вампиршей безымянный дроу, не знаю, как Мадлен, а мне он начал уже надоедать, — эта книга упала на юную леди, когда я ударил по шкафу…

Я закатила глаза и снова двинула пепельноволосому под ребра локтем, не сдержалась. Нашел кому это говорить! Но было уже поздно. Мадлен развернулась к нему и как-то нездорово обрадовавшись, усмехнулась:

 — Что ты говоришь! Прямо на Дарину и упала? А она теперь от радости так нежно ее к себе прижимает? — Дроу растерянно захлопал светлыми ресницами, явно не понимая, куда свернул разговор. Мне его даже стало чуточку жаль. Но ненадолго. — Мальчик, — с откровенной издевкой потрепала его по щеке вампирша, — не знаю, кто тебя воспитывал и к чему готовил, может, ты и великий воин! Но вот жениться на нашей Дарине тебе точно нельзя! Она тебя загонит под лавку в первый же час брака, и вякать оттуда ты будешь только по ее команде! Ты понял?

Дроу снова недоумевающе хлопнул ресницами и поинтересовался:

 — А разве это плохо? Командовать всегда должна госпожа…

 — О-о-о-о… — как-то потрясенно округлила идеально подкрашенные губки Мадлен. — Это клиника, как говорит Лана! Все, кыш отсюда! — замахала она руками на дроу. — Иди к вашей госпоже! А я поворкую с твоей потенциальной невестой чуть-чуть, приведу ее в надлежащий вид, и представлю как полагается! — И не дожидаясь, пока дроу соизволит выполнить приказание и покинет библиотеку, мамина лучшая подруга развернулась ко мне и хищно усмехнулась: — Теперь с тобой, детка! Ну-ка… покажи тете книжечку… а то меня гложут смутные сомнения…

С этими словами вампирша, не церемонясь, выдернула у меня из рук книгу. Впрочем, я и не особо сопротивлялась, с трудом сдерживаясь, чтобы не ухмыльнуться торжествующе ей в лицо. Хоть раз в жизни я переиграла вездесущую и все знающую леди Мадлен! За все подставы с ее стороны!..

Я уже предвкушала ошарашенное лицо вампирской леди при виде потрепанного томика детских сказок, и готовилась съязвить на тему того, что мне в этом доме уже и почитать безнаказанно нельзя, когда увидела, как лицо Мадлен вытягивается. Щеки багровеют. Ноздри раздуваются. А в глазах разгорается адский огонь. Не поняла? Это же не гримуар! Тогда что с ней?

 — Искусство любви втроем? — как-то очень уж нехорошо поинтересовалась она у меня, раскрывая книгу в том месте, где торчала закладка. Не знаю, что она там увидела, но щеки вампирши стали цвета огня и она часто-часто задышала приоткрытым ртом. — Дарина, а тебе не рано, детка, читать подобные книжки? И как она вообще попала в твои руки?

 — На полке со сказками взяла, — без всякой задней мысли отозвалась, не понимая, что происходит. А потом до меня дошло: — Какое искусство любви?

Мамина подруга всегда славилась своим хладнокровием. Я даже слышала однажды, как папа Николас говорил папе Александру, что он вполне может не мучиться с воспитанием Филлипа, а передать трон Мадлен, и из нее выйдет куда более хладнокровный правитель, чем из моего брата. Но в этот раз выдержка вампирше изменила.

Едва я только потянулась за книгой, чтобы посмотреть, что за искусство любви попало ко мне в руки, как вампирша проворно отдернула ее:

 — Раз не знаешь, значит, тебе еще рано такое читать, — как-то нервно облизнув губы, отозвалась Мадлен. А я удивленно покосилась на всегда спокойную и выдержанную леди. — Иди-ка, детка, к себе, и переоденься. У нас в гостях делегация дроу во главе с самой главной их госпожой. В отсутствие твоей матери ты просто обязана вместо нее присутствовать на официальных мероприятиях. Ты ее наследница и представительница, тебе их принимать. Дроу уже в парадном зале, а ты выглядишь неподобающе. Так что, Дарина, иди. Я уже отдала горничным распоряжения. Прими ванну и начинай собираться. А я скоро приду, помогу с макияжем и прической. Только с братьями твоими чуть-чуть потолкую.

Совершенно сбитая с толку, но убаюканная каким-то странным, непривычным тоном всегда самоуверенной и даже резкой в словах и поступках вампирской леди, я словно под гипнозом повернулась и вышла вон. Но когда я уже достигла поворота, ведущего в личное крыло дома нашей семьи, до меня долетел яростный, полный желания убивать крик леди Мадлен:

 — ЛАЗАРД!!!

Над головой промчалось насмерть перепуганное эхо. Казалось, даже хрустальные подвески люстры в дальнем конце коридора зазвенели от этого крика. Я аж запнулась. А при чем здесь сын папы Киллана? Интересно…

Почти не задумываясь, вместо того чтобы бежать в свою комнату, я остановилась и юркнула в неприметную и маленькую нишу за стоящим между разлапистыми фикусами диваном. Далековато, конечно, до библиотеки, но, может, мне повезет?

Мимо вихрем промчались Лазард в парадном камзоле, но почему-то в одних подштанниках и его брат-близнец Ортар без камзола и рубашки, зато в штанах. И я съежилась в своем укрытии. Если Лазарду будет не до того, чтобы обнюхивать окружающее пространство, пока его будет отчитывать леди Мадлен, то Ортару ничто не помешает принюхаться. Хотя…

 — Лазард! Ортар! — донесся до меня глубоко шокированный и полный негодования возглас вампирши. — Вы совсем нюх потеряли? Это что такое?

И не скажешь, что она мать двоих детей, такое оскорбленное достоинство старой девы сейчас звучало в ее голосе. Я аж невольно хихикнула, мгновенно, впрочем, опомнившись и заткнув себе кулаком рот. У братьев-оборотней слух был отменный, а мне никак нельзя, чтобы меня услышали.

 — Что за внешний вид? Вы где должны сейчас быть? — сердито поинтересовалась вампирша. — Распустила вас без меня, как я посмотрю, мать! Вот я вам сейчас задам! Куда?!.

Новый шок, прозвучавший в словах вампирши, едва не заставил меня выскочить из своего укрытия. К счастью, я вовремя опомнилась. Только и успела высунуть оттуда нос, как мимо длиннохвостыми тенями промчались два оборотня из кошачьих в истинной ипостаси. Один из братьев неудачно махнул хвостом, и на моих глазах любимая мамина ваза, стоявшая в простенке напротив, покачнулась, несколько секунд задумчиво побалансировала в воздухе, словно не зная, что ей делать. А потом все-таки завалилась набок. Мгновенно расколовшись на черепки.

Братья этого, естественно, уже не увидели. Так как были уже далеко. А я сначала оцепенела. Эту вазу маме откуда-то притащил папа Климарс, когда родились его сыновья-близнецы. Не знаю, что в ней было такого необычного, но мама ее любила больше остальных. Всегда собственноручно меняла в ней воду и цветы. Здесь и диванчик стоял потому, что мама сидела на нем и любовалась вазой. От осознания размеров трагедии мне захотелось как улитке спрятаться в домике. Мама же расстроится! И в доме будет траур… Отцы будут вокруг нее ходить на цыпочках, а за малейшую шалость можно будет огрести хворостиной. Или шаровой молнией пониженного напряжения от братца Эрвана. Он на них был мастер и воспитывал таким образом не только меня. Я непроизвольно потерла попу, в которую в прошлом неоднократно попадали подарочки старшего брата, и скривилась. Нет, надо как можно скорей проводить обряд, чтобы мама и отцы не смогли меня отследить и вернуть домой, и в академию! Я тоже хочу научиться швыряться молниями, как Эрван! И управлять растениями, как Мик! И…

Именно в этот момент из-за поворота появилась рассерженная Мадлен, которая, видимо, ждала, что Лазард и Ортар одумаются, и добровольно вернутся назад за нагоняем. Ага, наивная! Но теперь вампирша явно желала их крови. И наверное, не только образно говоря…

Как бы папа Димаш ни возмущался, что в доме демона обязательно должны быть ковры, мама их не любила категорически. И ковры у нас были лишь в гостевых комнатах, предназначенных для родни папы Димаша. Во всем остальном доме ковров не было ни на стенах, ни на полу. И сейчас это обстоятельство сыграло с леди Мадлен крайне злую шутку. Всегда грациозная вампирша, предпочитающая обувь на тонком, экстремально высоком каблуке, не заметила вовремя разлитую на полу воду из разбившейся вазы…

Самое невероятное случилось в тот момент, когда я уже решила, что вампиршу не спасет ничто, и начала прикидывать, как же мне незаметно выбраться из укрытия и пробраться в свои комнаты. Ибо разъяренная леди Мадлен – это чересчур даже для меня. А если вампирша узнает, что я пренебрегла ее приказом и вместо того, чтобы готовиться к общению с представителями дроу, подслушивала, о чем она говорит с братьями… Меня даже вмешательство мамы вряд ли спасет. Скорее, мамуля потом с хворостиной догонит и добавит плюх от себя. Я скривилась от этой мысли. Но сразу же обо всем позабыла, когда увидела, как словно из воздуха соткавшись, уже знакомый мне дроу падает на одно колено прямо в месиво воды, цветов и осколков и подхватывает Мадлен!

Мне было страшно, что кто-то из этих двоих меня засечет. Но как говорит мама, это был как раз тот случай, когда охота пуще неволи. Мне было так любопытно, что я рискнула осторожно высунуть из своего укрытия кончик носа и полюбоваться, как ошарашенная Мадлен обнимает дроу за шею. После секундной тишины вампирша с нескрываемым подозрением протянула:

 — Спасибо, конечно, что не позволил испортить из-за этих наглецов любимое платье. Но позволь поинтересоваться: а что ты здесь делал? Я тебе куда велела идти? Что-то я уже не уверена в том, что идея породниться с расой дроу, хорошая!

Вместо ответа пепельноволосый молча встал и аккуратно, как куклу, поставил на сухое место Мадлен. Молча поклонился, развернулся и… пошел прочь! Не знаю, как вампирша, а я просто оторопела! Сомневаюсь, чтобы кто-то еще так поступал с Мадлен!

Дроу, предотвративший падение леди Мадлен, спас не только ее любимое платье. Но и меня. Я по братцу Филлипу знала, насколько острым зрением, слухом и обонянием отличаются вампиры. Слух у них, пожалуй, еще острее, чем у оборотней. И я в своем укрытии боялась даже дышать, чтобы мамина подруга меня там не обнаружила. А то у меня даже фантазии не хватало представить, что сделает со мной Мадлен, обнаружь она меня за диваном вместо моей комнаты. Но совершенно дезориентированная поступком дроу, вампирша долго молча смотрела ему вслед. А потом задумчиво пробормотала:

 — Занятно… Кто же ты такой, мой мальчик? И почему именно тебя подсовывают Дарине? А другие кандидаты такие же любопытные экземпляры? Похоже, что дроу вообразили себя умнее всех… Это я вовремя заглянула к Лане на огонек! — И она, не колеблясь, двинулась следом за давно исчезнувшим дроу, чеканя шаг и решительно заявив на весь коридор: — Ну, погоди у меня, мой мальчик! Я тебя выведу на чистую воду!

Дождавшись, пока цокот каблучков вампирши стих в отдалении, я выбралась из-за дивана и хихикнула, направляясь в другую сторону, в разгромленную библиотеку:

 — Неосмотрительно с твоей стороны, тетя Мадлен, сообщать всему белому свету о своих планах! Как минимум один свидетель у тебя был! А может, и больше! Если учесть таланты дроу!

Я не собиралась мешать Мадлен разоблачать моего нового знакомого. Наоборот. Пока они будут заняты друг другом, я буду в относительной безопасности. И проведу обряд. А потом уже неважно. Так или иначе, но я сбегу в академию, и мне никто не сможет помешать!

Довольная тем, как складывалась ситуация, я вихрем влетела в библиотеку. Поморщилась от устроенного не без моей участи беспорядка, и бросилась доставать гримуар. Его нужно было перепрятать понадежнее. И я засунула его на полку с законами и обычаями разных рас. Понятия не имею, зачем в доме такая прорва подобной литературы, если ею никто не пользуется, но сейчас мне это только на руку.

Перепрятав заветный томик, я открыла окно, выбралась через него в сад, быстро оббежала дом и ворвалась в него через ход для прислуги, едва не сбив при этом служанку, несущую белье из прачечной. Спустя пару минут, стрелой взлетев по лестнице, я уже влетала в свои комнаты, изрядно напугав при этом Мию, свою горничную.

 — Леди Мадлен не заглядывала? — жадно поинтересовалась, одной рукой дергая Мию на себя, другой принимаясь распутывать завязки у горла. — Помоги мне! И если что, я здесь уже давно, поняла?

Мия, лишь была на два года старше меня и давно привыкла к моим причудам. Но сейчас, послушно принимаясь расшнуровывать на спине платье, растерянно оглянулась. Проследив за ее взглядом, я чуть не застонала: в комнате находились еще три горничные. Они старательно не поднимали голов от роскошного голубого платья, которого я раньше не видела у себя в гардеробе, но видно было, насколько жадно девицы прислушиваются к нашему с Мией разговору. Я поджала губы. Сдадут! Но потом хитро усмехнулась.

На днях в одной из книг я прочла, как создаются простейшие пульсары. И у меня даже почти получилось! Мне же сейчас неважно, какой он, если я не собираюсь им швыряться, а хочу всего лишь продемонстрировать на руке и попугать? Неважно. И я, не раздумывая, зажгла на руке огненный шар размером с крупное яблоко, подбросила его, как мячик, на ладони и прищурилась в сторону побледневших служанок:

 — Хоть одно слово вампирше скажете — поджарю. Понятно?

Струхнувшие девахи истово закивали. Я удовлетворенно усмехнулась. И уже приготовилась погасить пульсар, когда разом случились несколько событий.

Во-первых, без стука распахнулась дверь, и на пороге появилась леди Мадлен. Почему-то очень злая леди Мадлен. Я вздрогнула.

Во-вторых, кто-то из девиц, возившихся с платьем, вскрикнул от страха. Я непроизвольно дернулась. Лежащий на ладони пульсар скатился с нее. Словно в кошмарном сне, от которого невозможно проснуться, я наблюдала, как огненный шарик летит навстречу полу. И понимала, что сейчас будет большой ба-бах. А я никак не могу это остановить. И повлиять не могу тоже. Оставалось только надеяться, что волосы уцелеют. А то от эльфийского заклинания для ускоренного роста волос все чешется. И брат владеет им не в полной мере. А значит, волосы могут ускоренно вырасти не только на голове….

А потом вообще случился какой-то абсурд: грязно ругаясь, леди Мадлен заслонила собой меня и Мию и начала что-то магичить. Кажется, готовилась растянуть щит, но я не уверена. Но в самый последний момент, когда на пальцах вампирши уже переливалось тусклое сияние, ее словно какая-то сила толкнула в спину, и Мадлен, не удержавшись на своих любимых высоченных каблуках, полетела носом вперед, роняя уже готовое плетение. А передо мной и Мией выросла чья-то тень. В следующий миг мой пульсар достиг пола и почему-то упруго от него отразился. Словно кто-то с силой отбросил его назад. Завизжали служанки. Стыдно, но завизжала и я. Просто как-то не ожидала, что сотворенное мной заклинание полетит в меня же. Тень передо мной что-то прошипела. На мгновение словно размылась. А потом…

Бах!

Раздался грохот и треск. Вопли служанок усилились. Комнату почти мгновенно заволокло дымом, так что начали слезиться глаза. И вот в этом дымном аду кто-то сгреб меня в охапку и прижал лицом к груди со словами:

 — Потерпи, сейчас все закончится! Я открыл окно, дым сейчас развеется.

В первый миг я хотела возмутиться: что за произвол? Кто ему это позволил, кем бы этот кто-то ни был? Но дышать через одежду незнакомца оказалось намного легче, видимо, ткань не пропускала дым. А запах тела или ткани, чуть горьковатый, травянистый, капельку смешанный с дымом, успокаивал не хуже заклинания. Невольно я расслабилась и удовлетворенно вздохнув, устроилась поудобнее под рукой незнакомца.

Биение чужого сердца убаюкивало. Навевало ощущение, что я в безопасности, как за крепостной стеной. Обещало защиту от всех проблем. Я слушала сильные ритмичные удары, эхом отдававшиеся почему-то где-то внутри меня, и почему-то, вопреки любой логике, ощущала себя защищенной. До тех пор, пока вдруг над головой не раздался взбешенный рык разъяренной вампирши:

 — Опять ты?!

Меня словно неведомая сила отодрала от такой надежной и безопасной груди. Я ошарашенно захлопала глазами, разглядывая то, во что превратилась моя уютная комнатка:

 — Ой-еее…

Целой была только я. Служанки, хлопотавшие над моим платьем, смотрели обиженно. А мне пришлось прикусить изнутри щеку, чтобы не расхохотаться от их вида: чумазые, закопченные лица и волосы, вставшие дыбом, точно не соответствовали внешнему виду прислуги из приличного дома. Мое платье, бывшее когда-то голубым… В общем, оно больше не существовало. Я осторожно посмотрела на Мадлен, цепко удерживающую меня за руку, и не выдержала, расхохоталась.

У вампирши в саже был кончик аристократического носа и правая щека. От прически осталась лишь половина. Обгоревшие пряди возмущенно топорщились в разные стороны словно сердитый ежик. А на юбке роскошного бордового платья красовалась такая дыра, что я без проблем пролезла бы в нее, если бы вздумала спрятаться у вампирши под платьем.

 — Смеешься, бесстыдница? — коброй прошипела Мадлен, еще сильнее впиваясь пальцами мне в руку. — Ну смейся, смейся! Только не забудь придумать, как ты объяснишь матери присутствие в твоей спальне этого дроу! — и она злобно ткнула пальцем мне за спину.

***

В атласном платье небесно-голубого цвета, непонятно каким образом оказавшемся в гардеробе вампирши, предпочитающей исключительно черные и красные тона, было невозможно дышать из-за туго затянутого корсета. Леди Мадлен, хоть и была старше меня на целую прорву лет, а также являлась дважды матерью, оказалась значительно тоньше меня в талии. А так как я ранее не посещала официальных приемов, и тем более, не замещала на них маму, то другого выбора ни у кого не осталось. Мое платье было безнадежно испорчено и не поддавалось чистке даже магией. Больше ничего подходящего в моем гардеробе не нашлось. А для того чтобы платье сошлось в талии, леди Мадлен собственноручно затянула на мне корсет так, что я едва могла сделать крошечный вздох. Горничные в это время спешно пришивали снизу полосу шитых серебром кружев, так как я была выше Мадлен, и платье неприлично оголяло мои лодыжки.

Как меня под ручки вели в зал приемов – это была отдельная песня. Казалось, одно неловкое движение, и платье треснет прямо на мне по шву. И вот теперь я сидела, едва дыша в туго затянутом корсете, с тоской смотрела на чашку чая в своей руке, из которой я не смела сделать даже глоток, опасаясь, что корсет и платье не выдержат такого давления и старательно пропускала мимо ушей то, что говорила пожилая леди-дроу, сидящая напротив меня. У леди было морщинистое, словно покрытая слоем пепла печеная картошка лицо. Башня из заплетенных в мелкие косы седых волос, в которой то тут, то там мелькали бриллианты и сапфировые шпильки, подозрительно напоминающие дротики для метания. Еще более откровенное, чем я привыкла видеть на вампирше платье, казалось, состояло из нескольких ничем не скрепленных между собой полос ткани и едва держалось на таких же морщинистых, как и лицо плечах. А внизу опасно расходилось в стороны, обнажая ноги до самого того места, в котором они крепились к туловищу. Одно бедро украшал слабо мерцающий серебряный узор, тоже явно тотемный. На втором с помощью кожаного шнурка была закреплена небольшая плетка. При виде нее я живо вспомнила слова безымянного дроу про то, что его теперь госпожа запорет. Кстати, он был здесь, мой невольный спаситель. Как и тридцать других молодых дроу-мужчин. Они все выстроились в три ряда под левой стенкой, глядя пустым взглядом перед собой.

В сторону этой мини-армии после того, как каждого мне представили поименно, я старалась не смотреть. Хоть и было любопытно. Просто потому, что стоило мне повернуть голову влево, как сидящий рядом Эрван больно бил меня носком сапога по незащищенной косточке. Приходилось любопытство сдерживать. Но про себя я поклялась, что Эрван тоже испытает все то, что мне пришлось пережить по его вине.

Вообще, я себя чувствовала до крайности неловко, сидя в кресле, которое обычно занимала на приемах мама, в окружении других кресел, предназначавшихся отцам, и которые сейчас занимали братья. Слева Эрван, справа — Филлип, позади — Мик. Как ближайшие советчики. Дальше всех устроились сыновья папы Киллана. Подальше от официальных обязанностей, и от раздраженной вампирши. Шалопаи.

Я вздохнула. Пожилая леди-дроу уже почти час витиевато вещала о том, как важно беречь мою жизнь, ибо я единственная наследница Хранительницы Источника. И что дроу в знак дружбы и сотрудничества охотно выделят мне отряд элитных телохранителей для этих целей. А гарантом их лояльности станет супруг для меня из этой расы. Меня это бесило. Я считала себя слишком молодой для того, чтобы надевать на шею ярмо брака. Да и кому нужна моя никчемная жизнь?

Когда разглагольствования дроу-леди пошли на третий круг, я заскучала окончательно. Ну сколько можно говорить одно и то же?! Неужели мама тоже вынуждена постоянно слушать подобное? Я вспомнила, как часто у нас бывают разные делегации и визитеры, и содрогнулась. Неудивительно, что маме все это осточертело и она ищет, на кого бы перекинуть обязанности. Но я тоже так не хочу! Я еще слишком молода для этой трясины! Вот поступлю в академию, отучусь, наймусь в какую-нибудь экспедицию, посмотрю мир, может быть, совершу какой-нибудь подвиг. По обстоятельствам. А там уже можно будет и о замужестве подумать. Покосившись на вдохновенно вещающую о том, какие воспитанные и послушные дроу-мужчины, я задумалась: может, на нее чашку чая уронить? А что, он уже остыл, значит, не покалечу. А эта нудная встреча однозначно закончится. Ну ясно же, что я никаких решений принимать не буду! Так чего распинаться?

Мысли о чашке с чаем были всего лишь развлечением. Специально я бы такого не сделала никогда. Но увы, я настолько сильно задумалась, что не услышала, как сзади ко мне наклонился брат, прячась за моими распущенными волосами, и сердито прошипел в ухо:

 — Ты где витаешь? Не все еще выучила из ее речи? Заканчивай, давай прием!

От неожиданности я вздрогнула всем телом. В тиши приемной залы раздался подозрительный треск ткани, и я испугалась, что это расползается на мне маловатое по размеру платье. Пальцы разжались сами собой. И чашка, будто ее кто-то толкнул, полетела в сторону дроу-леди…

Дальше, как водится в моей семейке, все пошло наперекосяк. Кто-то из выстроившихся под стеной дроу бросился защищать от напавшей чашки с уже остывшим чаем свою леди. Кто-то меня. В итоге от избытка служебного рвения кресло с сидевшим в нем Эрваном кто-то отшвырнул в сторону. Прямо под ноги бросившейся к дроу-леди Мадлен. Из-за выросшей стеной прямо передо мной чьей-то спины я ошарашенно наблюдала, как брат и вампирша клубком врезаются в дроу-леди и того, кто пытался ее прикрыть. И как катится дальше, к входу, снежный ком из тел. И как по закону подлости дверь распахивается в самый неподходящий момент.

Надо отдать должное дроу. Хаос они ликвидировали так же быстро, как он воцарился в зале приемов. Одни растащили в стороны сцепившихся и катящихся к выходу вампиршу, Эрвана и дроу-леди, имя которой я не смогла бы произнести и под страхом смертной казни. Другие убрали валявшиеся на дороге опрокинутые кресла. Я рассматривала весь этот бардак из-за спины того самого дроу, который стряхнул меня со шкафа в библиотеке как грушку, а потом спас от заклинания в моей собственной спальне. Я опознала его по узору на рукаве туники. Оказалось, что двух одинаковых узоров у дроу не было. И пока я не запомнила их лица и зубодробильные имена, это оказалось очень даже удобно.

Наступившая внезапно мертвая тишина насторожила. Как и раздавшиеся чеканные, тяжелые шаги. Выглянув в очередной раз из-за спины дроу, я мгновенно нашла причину: в мою сторону печатая шаг, шел незнакомец в богатых одеждах. В его светлых растрепанных волосах будто лучики солнца запутались. Не доходя три шага до меня, незнакомец остановился. Потом сделал два шага в сторону, явно, чтобы мне, выглядывающей из-за спины дроу, было лучше видно. А потом… Потом он изящно опустился передо мной на одно колено, одновременно выпуская откуда-то из-за спины огромные, сияющие белизной и солнечным светом крылья, приложил ладонь к сердцу и склонил голову:

 — Моя госпожа, народу эрлингов очень нужна ваша помощь! Смиренно молю и заклинаю: не откажите, не бросьте в беде! Я заплачу любую цену, которую назовете!

Я растерялась до такой степени, что едва не юркнула назад, за спину дроу, словно испуганный зверек в норку. Лишь случайно брошенный взгляд на Филлипа спас от позора и заставил замереть на месте: брат смотрел на крылатого мужика словно на привидение.

Настороженная, пугающая тишина опустилась на разгромленный зал приемов. Все застыли на тех местах и в тех позах, в которых застали их слова эрлинга. И все как один, насколько я успела заметить, потрясенно таращились на него. Но лично я сейчас отчаянно желала оказаться где угодно, но только не здесь! Вот что я сейчас должна делать?

Я растерянно огляделась по сторонам. Мадлен находилась слишком далеко от меня. Рядом с дроу-леди. И что-то тихо втолковывала ей. Эрван стоял чуточку ближе. Но вот беда: в мою сторону он не смотрел. Брат сверлил каким-то злым, странным взглядом пришельца. Мик вообще каким-то невероятным образом оказался среди дроу у левой стены. Филлип вообще исчез, будто испарился. А пауза все затягивалась.

Первым тягостную паузу не выдержал крылатый. Из-за спины дроу я видела, как он поднял голову и озадаченно посмотрел в мою сторону, явно недоумевая от происходящего:

 — Леди Хранительница?.. — его красивый глубокий голос дрогнул, эрлинг осекся. — Но потом упрямо продолжил, скорбно поджав губы: — Я понимаю, мой народ рассердил и обидел вас, леди Хранительница. Но мы осознали свою ошибку и готовы ее искупить. Любой ценой! Мы… Мы погибаем, нам не хватает магии…

В этот миг я испытала острое чувство жалости. Крылатый был красив. Почти как герои романов, которые мне удалось стащить из библиотеки и прочитать: волевой подбородок, четко очерченные упрямые губы, немного крупноватый, на мой взгляд, но красивой формы нос, и ярко-голубые глаза, в которых плавилась решимость, любой ценой добиться своего. В другое время мое девичье сердечко наверняка бы забилось сильней от восторга при виде этой мужественной красоты. Но сейчас я была слишком испуганна и слишком растеряна. И вообще, слишком… все… А еще в груди родилась искорка злости на собственную мать: ну вот как она так могла меня бросить словно новорожденного котенка?! Барахтайся, Дара, сама, как хочешь, а мне все надоело! Вот что мне сейчас делать с этим крылатым? А с дроу, чья леди уже недобро кривит губы в сторону крылатого незваного гостя, несмотря на все увещевания Мадлен?

Голос разума где-то глубоко внутри меня робко пискнул, что я сама во всем виновата. Мама пыталась меня чему-то обучать и что-то рассказывать, но у меня вечно находились более важные дела. Я вздохнула про себя и, наконец, призналась самой себе, что просто не хотела вести такую жизнь, которую вела моя семья. Я хотела свободы и путешествовать. А мама мне все твердила, что именно от меня будет зависеть будущее Источника и всех рас.

Когда молчать и дальше под все более подозрительным взглядом крылатого стало уже совершенно невозможно, я неловко прочистила горло и хрипло попросила:

 — Встаньте, лорд… — Имени крылатого я не знала, и потому неуклюже оборвала фразу, судорожно размышляя над тем, что мне делать дальше. Попросить гостя подняться с колен не преступление, а вот если его нужно вежливо выставить за дверь, а я приглашу его остаться, то быть беде… И все, увы, шло именно к этому…

Я успела заметить мелькнувшее в глазах крылатого лорда облегчение, когда он складывал крылья и поднимался на ноги. Снова сдержанно поклонившись мне, он представился:

 — Эйр Доминик Нейтон Вайланьерио, наследник повелителя эрлингов! — торжественно представился он мне. — К вашим услугам, прекрасная Хранительница…

Это уже было неловко. Либо этот эрлинг сознательно, из лести обращался ко мне, как положено обращаться к моей маме, либо…  Либо у него был какой-то план, который вряд ли мне понравится. Я все больше и больше склонялась к тому, чтобы под каким-нибудь благовидным предлогом избавиться от этого крылатого красавчика, пока не случилось беды, но тут встряла дроу-леди, решительно отмахнувшись от явно скрипнувшей зубами от досады Мадлен:

 — Эйр наследник! — презрительно окликнула она, быстро приближаясь к крылатому. — На каких конюшнях вас воспитывали? Или у эрлингов принято врываться посреди приема и мешать дипломатическим переговорам с представителями других рас? А может, у вас слабое зрение, и вы не заметили, что, кроме вас и Хранительницы, в зале приемов есть кто-то еще?

Это было неприкрытое оскорбление. И крылатый немедленно на него отреагировал:

 — Где бы меня ни воспитывали, — яростно процедил он в ответ, оборачиваясь к повелительнице дроу, — там в любом случае воспитание лучше, чем в ваших подземных пещерах! У вас же вся наука – это плеть! О какой дипломатии может идти речь?

В воздухе остро запахло скандалом. Я это ощущала даже без тех знаков, что подавала мне леди Мадлен из-за спины дроу-леди. Которая, кстати, уже выдернула из-за шнурка на ноге плеть. Надеюсь, она это сделала непроизвольно, а не потому, что действительно решила пустить ее в ход. Только избиения наследника эрлингов в доме Хранительницы Источника и не хватало для полноты счастья! К счастью, именно в этот момент нашедшийся Филлип, наконец, решился вмешаться:

 — Леди, эйр, давайте для начала успокоимся, — увещевающее начал он, выходя откуда-то у меня из-за спины. — Эйр Вайланьерио, — без запинки отчеканил брат имя крылатого, — вы действительно ворвались в самый разгар приема. Неужели никто из слуг вас не предупредил? Если нет, тогда они будут наказаны. Леди Эббоссз, — учтиво повернулся к шипящей как кошка, которой наступили на хвост, дроу, — ваш вопрос будет решен в первую очередь, поскольку вы прибыли первыми. Однако, с прискорбием должен сообщить, что на данный момент моей матери, Хранительницы Источника Светланы нет в поместье. А потому вам всем придется немного задержаться. Леди Светлана с мужьями прибудет послезавтра утром. После этого все вопросы будут рассмотрены и решены. А пока все вы — гости этого дома. Слуги покажут отведенные вам покои. Отдыхайте.

Наверное, Филлип задействовал какую-то магию, так как все пришло в движение, едва он произнес «слуги». Двери распахнулись, целая делегация лакеев и горничных под предводительством экономки приблизились к дроу, наш дворецкий подошел к эрлингу.

Крылатому явно не понравилось вмешательство брата и подобный поворот событий, я даже начала подозревать, что он нарочно выбрал для визита время, когда мамы и отцов не было дома. Но он величественно склонил голову в ответ на предложение дворецкого следовать за ним. Кажется, если бы брат послал к нему обычного лакея, то эрлинг оскорбился бы таким отношением и использовал это как повод, чтобы диктовать нам свои условия. Мда-а-а… Как же все сложно.

Я осторожно вздохнула, прислушиваясь, не трещит ли на мне платье и наблюдая, как охранявший меня дроу неохотно отходит в сторону, направляясь следом за своими собратьями. И радуясь, что уже совсем скоро смогу снять опостылевшее, слишком маленькое для меня платье. И именно этот момент выбрал крылатый, чтобы стремительно приблизиться ко мне, опуститься передо мной на одно колено, подхватить мою безвольную ладошку и согреть ее своим жарким дыханием:

 — Леди, благодарю вас за приглашение! И клянусь…

В чем собирался поклясться мне эрлинг, так и осталось загадкой. Потому что в соответствии с самым действующим законом мироздания, по словам мамы, этот момент выбрал мой брат Тайшер, который не присутствовал на приеме, для того чтобы открыть маленькую неприметную дверь за моей спиной и рявкнуть на весь зал:

 — Дарка, ты что опять натворила?!

И это стало катастрофой.

***

 — Дарка, не реви! — в сотый, если не в тысячный раз виновато пробормотал у меня за спиной Тайшер. — Я не хотел, клянусь рогами!

 — Еще не хватало, чтоб ты это сотворил нарочно! — всхлипывая вскинулась я, резко оборачиваясь к брату.

Кулаки сжимались сами собой, ногти впивались в ладошки и отчаянно хотелось броситься на Тайшера, располосовать его породистое лицо ногтями как кошка лапой. Мысли путались из-за окутывающего меня дымно-горького, какого-то острого аромата, словно кокон окружающего меня со всех сторон, поднимаясь от куртки дроу, которую тот мне одолжил, увидев, что мое платье погибло безвозвратно.

 — Дарка… — в тысячный раз вздохнул Тайшер и широким жестом сгреб меня в охапку, прижимая к своей мощной груди. — Прости, сестренка! Я как услышал, о чем сплетничает свита этого крылатого урода, потерял голову от ярости! — Тайшер снова тяжело вздохнул, шевельнув дыханием растрепавшиеся волосы у меня на макушке. — Отец меня четвертует за случившееся, и будет прав! Выходит, Филлип не зря запретил мне даже близко подходить к залу приемов, слишком я несдержан! Прости!

Я не выдержала. Чуть отстранилась, высвободила зажатую между нашими телами правую руку и что было силы стукнула кулачком Тайшера в бок. Увы, брат даже не поморщился. Но с готовностью подставился, подавшись вперед:

 — Можешь еще раз ударить, если хочешь! Я заслужил!

Но я только покачала головой. Весь запал уже вышел, осталась внутри лишь пустота, которую медленно заполняли слезы. Боги, ну за что вы со мной так? Что я такого натворила? От воспоминаний о случившемся в зале приемов полчаса назад на глаза снова навернулись слезы…

 — Дарка, ты что опять натворила?!

Разъяренный Тайшер в истинной ипостаси, бешено хлеща хвостом по собственным сапогам, ураганом влетел в зал приемов, не обращая внимания на происходящее. А зря. На третьем широком шаге, которыми он покрывал расстояние между дверью и мной, Тайшеру под ноги попался опрокинутый стул. Брат не споткнулся, вовремя заметив препятствие и попросту перепрыгнув через него. За стул зацепился его хвост. В следующий миг несчастная мебель сильным рывком хвоста отправилась в полет. В мою сторону. И сторону эрлинга.

В первый миг я оцепенела. Но очень быстро осознала опасность. Получить стулом по голове мне не улыбалось, и так на сегодня впечатлений хватало с избытком. Я взвизгнула и вскочила на ноги. Не обратив внимания, что крылатый гад стоит на подоле моего платья. Раздался предательский треск, и я застыла на месте в нелепой позе, позабыв про летящий в меня снаряд. Меня снова спас тот самый дроу. Тенью проскользнул между своими собратьями, отдернув в сторону, дорывая несчастное платье и одновременно набрасывая на меня неизвестно откуда появившуюся длинную мужскую куртку с множеством тяжелых карманов.

Крылатому вмешательство дроу сильно не понравилось. Он вскочил на ноги и угрожающе процедил:

 — Куда прешь, червяк земляной? Кто тебя сюда звал?

Мне не понравилось такое хамское обращение к моему защитнику. Что уж тогда говорить про дроу? Пепельнокожий парень скрипнул зубами и молча, почти без замаха ткнул сжатым кулаком крылатому в зубы. И в принципе меня это не удивило, жизнь в компании великовозрастных братцев и не к такому приучит. Но в этот миг нас троих настигло возмездие в виде позабытого нами стула. Снаряд с легким хрустом врезался в затылок дроу, и тот закатил свои красноватые раскосые глаза. А потом начал падать. На меня. Ага. Тоже мне еще, нашел себе подставку! Я же хрупкая, слабая и нежная девушка!

Не подумав, я начала мстительно оседать на пол вместе с заваливающимся на меня дроу. Вот только упала не на пол, а на крылатого! И втроем мы безнадежно запутались в остатках моей юбки. Да так, что когда братья растащили в разные стороны этих идиотов, то Мадлен и дроу-леди открылось весьма пикантное зрелище: я фактически осталась в одном корсете, чулках и панталонах и разлеглась на весьма довольном данным обстоятельством эрлинге, чья нахальная лапища по-хозяйски расположилась у меня на бедре. Лицо дроу же почему-то оказалось у меня между грудями…

Я густо покраснела, когда дроу, не без помощи своих товарищей, пошатываясь, поднялся на ноги: у меня на груди предательски алел отпечаток его зубов…

Вынырнув из воспоминаний, я горько вздохнула:

 — Заслужил или нет, уже не важно. Замуж-то не тебе, а мне выходить! — И не сдержавшись, испортила все впечатление от серьезной и «взрослой» речи, взвизгнув на всю комнату: — Но я не хочу! Понимаешь? Мне всего восемнадцать лет! Мне еще рано замуж, детей и пеленки!

Тайшер тоже вздохнул. Я даже на миг подумала, что он сейчас предложит сделать меня вдовой. Но брат неожиданно серьезно выдал:

 — А ты думаешь, наша мама хотела замуж сразу за шестерых? Нет, не хотела. Более того, ее этого пугало. Но она осознала ответственность, смирилась и сумела построить свое счастье. Дарина, — пугающе-серьезно продолжил брат, — я понимаю, все пошло не так, как обычно мечтают юные девицы, но тебе так или иначе пришлось бы выбирать себе из дроу жениха, они именно за этим и приехали. Мама заключает договор с народом дроу. Так не лучше ли так? Ты наверняка этому дроу понравилась, раз он в нарушение всех правил бросился тебя защищать…

 — А крылатый? — обиженно всхлипнула я.

Брат вздохнул:

 — Этого хмыря никто не ждал и в планах не учитывал. Эрлинги вообще оказались такими засранцами, что отказались от договора, который заключили практически все расы. Мол, им и так хорошо. А служить какой-то там человечке они не собираются. Это я про нашу маму, если что, — пояснил Тайшер. — И вот теперь наследник их повелителя появляется на пороге приемной залы в самый неподходящий момент и чего-то требует… Я даже не знаю, что сказать, сестренка! Хочешь, попроси своего дроу, пусть поучит крылатого манерам! — неловко пошутил в заключение брат.

 — И как это будет выглядеть? — полуистерически хохотнула в руках Тайшера я. — Я даже имени его не знаю…

 — Меня зовут Райзинъеор из дома Кровавого Ручья, моя леди, — неожиданно мягко проговорила тень, отделяясь от стены в дальнем углу комнаты и превращаясь в фигуру дроу, согнувшегося в поклоне. — И если вы меня попросите, то я с радостью не только поучу крылатого манерам, но и сделаю вас вдовой!

Я нервно дернулась в руках брата и схватилась за сердце, в последний миг проглотив импульсивный вскрик. А потом хмуро поинтересовалась:

 — Шпионишь?

Дроу покачал головой:

 — Охраняю. Я бы предпочел стать вашим охранником, моя леди. Но раз богиня распорядилась, чтобы я стал супругом, то кто я такой, чтобы возражать?

Вопрос явно был из тех, которые не требуют ответа. Я прикусила губу, рассматривая того, кто завтра должен был стать моим мужем. Хотелось реветь. Хотелось упасть на пол и замолотить по нему руками и ногами, требуя освободить меня от этого ненужного мне брака. Ну не считаю я весомым поводом выйти замуж то обстоятельство, что я у всех на глазах повалялась на полу между двумя парнями! Я же не совсем голая при этом была! А то, что один из них укусил меня за грудь, так это вообще не моя вина! Почему я должна страдать? Но я промолчала. Братья, Мадлен и дроу-леди так рьяно требовали моей свадьбы, что обряд назначили на завтра. Ну что ж. Сегодня я еще свободна. И гримуар у меня никто не отбирал.

 — Ты — воин тени? — спросил у дроу Тайшер. Тот кивнул. Брат улыбнулся: — Хорошо. Значит, хватит опыта и сил защитить Дарину. Ладно, я вас оставлю. В конце концов, вам нужно познакомиться поближе…

Нетерпеливый стук в дверь перебил речь брата. Мы переглянулись. И по кивку Тайшера дроу подошел и распахнул дверь. На пороге стоял эрлинг со слащавой улыбочкой на лице и букетом маминых любимых желтых фрезий в руке. Этот идиот ободрал только что зацветший куст в саду? Ну все, мама очень обрадуется такому зятю!